Жанр: Триллер
Дантов клуб
...замер, как часовой, на островке тени между атомными лампами.
Стогггул оторвался от голографической карты Кундалы, висевшей в воздухе над
массивным столом из меди и хроностали. Синие, зеленые, янтарные, черные пятна
изображали континенты, океаны, горы, реки, леса, болота, пустыни, города.
- Глав-майор... - он раздраженно щелкнул пальцами, - как вас там?
- Фраун, прим-агент, - сказал хааар-кэут, проверявший Джийан всего несколько
часов назад.
- Ах да, Фраун. - В голосе Стогггула сквозило отвращение к этому имени. - Ты
чувствуешь страх в моем присутствии?
- Нет, прим-агент.
- Тогда подойди. - Стогггул поманил указательным пальцем. - Несмотря на
слухи, я не кусаюсь. Почти. - Он засмеялся.
Фраун облизнул губы и вошел в кабинет. Стогггул махнул рукой, и голографическая
карта Кундалы растаяла, сменившись другой.
- Ты знаешь, что это, Фраун?
- Да, прим-агент. Это архитектурные планы дворца регента.
Рукав черного с красной отделкой церемониального одеяния Стогггула задрался,
показав платиновый окумммон.
- Прекрасно. - Прим-агент был в'орнном крупного сложения, с массивным
лобным гребнем, придающим ему задумчивый и грозный вид даже когда он смеялся, что,
признаться, бывало нечасто. Сын унаследовал от него темные глаза и почти чрезмерную
напряженность, но Стогггул излучал силу такую же пугающую, как звезд-адмирал
кхагггунов. У него была манера устремлять на собеседника пристальный взгляд, словно
тот находился под микроскопом. Так он определял, кого можно запугать, а перед кем надо
заискивать. Глав-майор Фраун определенно относился к первой категории.
Стогггул перевел взгляд с голограммы на глав-майора.
- Скажи-ка, Фраун, ты ничего не забыл рассказать мне об обороне дворца?
Фраун с озабоченным видом медленно обошел план, чтобы разглядеть его со всех
сторон. Наконец он рискнул:
- Вряд ли я могу что-то еще добавить... Стогггул поднял квадратную ладонь.
- Подумай еще, глав-майор. Наказывают не за забывчивость - только за
сознательное неповиновение.
Фраун с трудом сглотнул.
- Ну, есть одна мелочь, хотя на плане ее не отразишь. Я слышал одну историю...
мне рассказали как раз перед тем, как я ушел из дворца. Насчет любовницы регента.
- Кундалианская счеттта. - Прим-агент рубанул воздух рукой, словно ударным
мечом. - Меня не интересуют повадки животных.
Фраун помолчал.
- Судя по тому, что я слышал, это весьма необычно. - Он заколебался, и Стогггул
кивнул.
- Полагаю, сегодня вечером мне следовало бы услышать все. Продолжай.
- Любовница сегодня затеяла состязание с вашим сыном.
- Которым?
- Курганом, прим-агент. - Фраун снова облизнул губы. - Курган выстрелил из
окумммона, и стержень попал в цель. Потом любовница пустила стрелу из
кундалианского лука - в воздух.
Стогггул насмешливо фыркнул - просто не удержался.
- Стрела вонзилась в землю перед деревом, - продолжал Фраун. - Из нее
выросла волшебная лоза, которая обвила дерево и полностью съела в'орннский
металлический стержень.
Лицо прим-агента налилось голубой кровью.
- Глав-майор, почему ты тратишь мое время на эту чепуху?
- Возможно, кундалианка защищает регента таким же колдовством. По крайней
мере так я слышал.
Стогггул махнул рукой.
- Тускугггунская болтовня! Очень скоро кундалианская счеттта и ее
предполагаемое колдовство не будут иметь никакого значения. - Он ласково обвел
руками голограмму. - Поскольку мы выступаем сегодня вечером.
Фраун вскинулся.
- Сегодня, прим-агент?
- Сейчас. Мы говорим, а моя свора кхагггунов уже в пути.
- Но я не готов. Стогггул нахмурился.
- Никогда не следует быть неготовым, Фраун.
- Меня не предупредили.
- Мне что же, предупреждать тебя всякий раз, когда я вытираю интимные места? -
Стогггул вскинул голову. - Иди в главную казарму и возьми ионный пистолет, а потом
возвращайся во дворец и завершай приготовления.
Фраун вытянулся во фрунт.
- Слушаюсь, прим-агент! Сию минуту! - Он поспешно вышел под немигающим
взглядом могущественного баскира.
Стогггул вгляделся в план, откашлялся. Через мгновение другой в'орнн вошел, через
открытую дверь из комнаты, где были выключены все атомные лампы.
- Нервный, как лооорм с первым клиентом. - Стогггул не сводил глаз с
голограммы. - Тем не менее вы доверяете ему?
Строй-генерал Киннний Морка подошел к столу.
- Это "предупреждение" насчет кундалианской счеттты... Да, он - глаза регента.
- Он подошел к двери, через которую вошел и вышел Фраун. Сжал кулак. - Я сам
позабочусь о нем, пока мерзавец не ушел из вашей резиденции.
- Лучше не надо. Строй-генерал обернулся:
- Прошу прощения?
- Кровь в моем доме? - Стогггул покачал головой. - Нет, так не пойдет. - Он
встал и обошел план, чтобы посмотреть его с другой стороны. - Кроме того, мне
кажется, есть лучший способ управиться с глав-майором - гораздо более выгодный для
нас.
- В нашей касте предателей казнят.
- Наступает новая эпоха. - Стогггул медленно поднял взгляд на кхагггуна. - Я
говорил вам, когда мы только решили объединить силы, что понадобится по меньшей
мере уничтожить всю семью Ашеров. Начав, мы скомпрометируем себя. Если мы
проиграем, если нас схватят, нас-то непременно казнят. Все или ничего, да? Вот что
скрепляет наш союз: я стану регентом, создам династию, а вы и все кхагггуны
возвыситесь до положения Великой касты.
- Ну а гэргоны? Вы так и не объяснили, как вы обеспечите, что они выберут вас.
- Строй-генерал, уж вам-то, кхагггуну, следовало бы понимать, как ценно знать
только то, что нужно знать.
- У баскиров есть поговорка "Знание - сила", не так ли? Между нами говоря, это
вопрос... ну, можно было бы сказать - веры, но это слово вышло из моды много звездных
циклов назад. Так что, полагаю, лучше заменить его словом "доверие".
Прим-агент кивнул:
- Наши мнения совпадают. Если мы не можем доверять друг другу, то, к
сожалению, мы - ничто.
- Доверие дается кхагггунам нелегко, - сказал Киннний Морка, внезапно
вспомнив последний разговор с Элевсином Ашерой.
- Баскирам тоже. Только помните, Элевсина Ашеру нельзя убивать на месте. Я
должен получить контроль над рынком саламуууна. Секрет заперт у него в голове. К
рассвету вы откроете его для меня, даже если по ходу дела регент сойдет с ума.
Киннний Морка показал длинные желтоватые зубы.
- Как сэсалы склоняются под снегом, так старый порядок склоняется перед новым.
- Он резко кивнул. - Мне лучше вернуться во дворец, пока мое отсутствие не замечено.
- Звездный свет, яркий свет... - проговорил Стогггул. Строй-генерал склонил
голову набок.
- Прим-агент?
- О, это начало песни, которую мать пела мне в детстве. Вы не знаете ее?
- Нет.
- Ах, наверное, она была только для Великих каст. - Стогггул надолго умолк.
Когда он заговорил снова, то странным, ритмичным тенором, совершенно не похожим на
его обычный голос: - Звездный свет, ясный свет, защити меня от бед, укажи дорогу мне в
непроглядной вечной тьме.
Стогггул махнул рукой, и план дворца регента исчез. Затем подошел к Кинннию
Морке и сжал его запястье, как равный.
- Насчет глав-майора... - Он наклонился, прижался губами к уху кхагггуна и
зашептал. Потом отступил и пробасил: - Да осенит этой ночью звездный свет нас обоих,
строй-генерал. Мы совершаем прыжок в новое и славное будущее!
Всю дорогу до дворца регента глав-майору Фрауну казалось, что за ним следят. Из
всех хааар-кэутов кундалианская любовница выбрала его глазами и ушами регента среди
предателей, собравшихся вокруг черно-красного подола прим-агента Стогггула. Джийан
сделала правильный выбор, ибо разглядела в Фрауне то, чего не видели начальники:
в'орнна с острым умом и пылкими сердцами, родившегося, однако же, не в той касте.
Чтобы защититься, он старался казаться таким полным тупицей, что офицеры никогда не
требовали от него слишком многого. Его считали откровенным и очень надежным. А еще
он был настолько неприметным, насколько это возможно для в'орнна, вот почему примагент
Стогггул решил завербовать его. Фраун, однако, не знал о предательстве Киннния
Морки, и это в конечном счете погубило его.
Ощущение слежки было первым намеком, что что-то неладно. Теперь Фраун
размышлял, не следили ли за ним от самой резиденции прим-агента. Он так торопился
сообщить новости кундалианке, что почти забыл об осторожности. Ругая себя, он шагал
по коридору к большой лестнице на второй этаж.
Вместо того чтобы подняться по лестнице, как собирался вначале, Фраун обошел ее,
прижимая к себе ионный пистолет. Ночь заключила Кундалу в быстротечные объятия.
Луны еще не начали всходить, но россыпь звезд, видимых в окна, испускала ледяной
мерцающий свет, смешивающийся со светом атомных ламп. Делая вид, будто
направляется к хааар-кэутской вспомогательной казарме, Фраун резко свернул в
заполненный тенями переход, поднялся по двум коротким лестничным маршам в галерею,
выходящую в Большой Зал Приемов регента, и тихо прошел по галерее, изо всех сил
стараясь держаться в тени, часто останавливаясь и прислушиваясь к приглушенным
шагам, которые определенно раздавались за спиной.
На полпути по галерее он остановился и нашел потайную щеколду, которую
описывала ему кундалианка. Небольшая часть стены повернулась. Фраун быстро шагнул
внутрь, прижался спиной к двери и закрыл ее.
"Спасен", - подумал он. Мгновение постоял, собираясь с мыслями. Ему надо
встретиться с кундалианкой, а времени мало. Повинуясь инструкции, он сделал три шага
вперед и два вправо. Протянув руку, нашел щеколду, вделанную в стену, нажал большим
пальцем. И оказался в коридоре на втором этаже.
- Ты должен рассказать мне, как делается этот фокус, - сказал строй-генерал
Киннний Морка.
Фраун втянул воздух, сердца колотились в груди, как молоты.
- О, вы напугали меня, командующий.
- Что ты делаешь в резиденции, глав-майор? Да еще и вооруженный ни много ни
мало ионным пистолетом. Собираешься устроить переворот?
- Разумеется, нет, сэр! - Фраун вспыхнул. - Кундалианка послала меня за...
- За чем? - Киннний Морка шагнул к нему. - За информацией?
Фраун широко открыл глаза от ужаса.
- Информацией, командующий? Я не понимаю... Ох! Строй-генерал выбил у него
ионный пистолет и затащил обратно в потайную комнату.
- А теперь послушай меня, гаденыш. Я знаю, чем ты занимался: сновал между
дворцом и резиденцией Стогггула.
Не оскорбляй меня отрицанием. Я видел тебя своими глазами. - Он тряс Фрауна,
пока у того не заболели от тряски интимные места. - Какое предательство вы с примагентом
затеваете?
- Я... я только притворялся, что заодно с ним. Он планирует переворот. Сегодня
ночью его люди проберутся во дворец, убьют регента и всю его семью. Я командую
западным постом, поэтому могу впустить его людей. Но я как раз шел, чтобы рассказать...
- Регенту? - Хватка Киннния Морки усилилась.
- Любовнице регента.
- Кундалианской лооорм?
- Да. Мне приказано докладывать ей. Я опаздываю на встречу.
- Ага. Тогда, конечно, нам следует поторопиться. - Строй-генерал разжал хватку.
- Я сам провожу тебя, чтобы не вмешался какой-нибудь предатель. - Он ухмыльнулся,
когда они снова вышли на балкон. - Кто знает, сколько хааар-кэутов Веннн Стогггул
привлек на свою сторону.
Успокоившись, Фраун кивнул и пошел по коридору. У него за спиной Киннний
Морка сжал правую руку. Вскоре они подошли к затененным дверям. У второй Фраун
остановился. Тихонько постучал. После странно долгой паузы дверь приоткрылась.
Взревев, Киннний Морка обнажил двойной клинок ударного меча и вонзил в спину
Фрауна. С громким треском, похожим на удар грома, заряженные ионами клинки
раздробили позвоночник. Морка, использовав тело как таран, выбил дверь и ворвался в
комнату. Вместо кундалианской счеттты перед ним стоял регент.
- Киннний... - начал было он.
Строй-генерал вонзил кончики меча ему в шею. Кровь залила ковер.
- Быстрая смерть - мой дар, регент. За все, что мы значили друг для друга. Вы
заблуждались, однако были честны со мной и моими кхагггунами. - Киннний Морка
стоял над телом Элевсина. - Ваши наследники поблагодарят меня. Веннн Стогггул пытал
бы вас, пока не выжал бы все секреты. Я избавил вас по крайней мере от этого унижения,
и надеюсь, это поможет мне сдерживать его.
Джийан нашла иноксию дурманную и возвращалась к себе, когда услышала шум. Ее
спасло то, что во время нападения она была в саду. Она закричала, когда Киннний Морка
одним ударом меча снес голову Элевсина с дергающихся плеч.
Строй-генерал гнался за ней по комнатам с занесенным мечом, готовый нанести
смертельный удар, но Джийан исчезла. Держа голову Элевсина перед собой, словно
ужасный фонарь, Киннний Морка быстро обошел все комнаты, однако так и не нашел,
куда она пропала.
- Н'Лууура ее побери! - крикнул он раздраженно. Пристально посмотрел в
окровавленное лицо регента. Ему только показалось, или оно действительно выражает
удивление и печаль? "Н'Лууура его побери, почему он поддался чарам проклятой
колдуньи?"
Только тогда строй-генерал услышал звуки боя и понял, что свора Бенина Стогггула
прошла через западный пост, личный состав которого он перебил, вернувшись во дворец.
Киннний Морка пробежал по комнатам и выскочил на балкон. Необходимо было
показать тем, кто еще верен регенту, что они сражаются за призрак. Он знал, что все
кончено... или будет кончено, как только голова Аннона окажется рядом с головой отца.
На меньшее прим-агент Стогггул не согласится, ибо, пока жив Аннон, династия Ашеров
будет жить и мечта Стогггула взобраться на кресло регента так и останется мечтой.
Морка спрыгнул с балкона и присоединился к своре Стогггуловых кхагггунов,
выбивавших двери в покои регента.
- Регент мертв! - крикнул он, высоко подняв окровавленную голову Элевсина. -
А теперь - за сыном! Приведите парня, и я убью его тем же мечом, что поразил его отца!
6
Привидение!
Аннон очнулся с головной болью размером и весом примерно с быка-хиндемута. Он
лежал в подземной пещере прямо под оком. Мгновение разум был пуст - вероятно,
защитная реакция: так тело цепенеет, защищаясь от приступа боли. Потом нахлынуло
прошедшее: запах корня горечавки, спуск по винтовой лестнице, непостижимый ужас,
желоб, ведущий в подземные пещеры, открывшаяся круглая дверь и борьба с... одному
Энлилю известно с чем.
И это было последнее, что он помнил, пока не очнулся здесь, омытый холодным
сине-зеленым светом атомных ламп дворца, проникающим через око. Внезапно свет
изменился, и Аннон, заслонив глаза, приподнялся на локте и посмотрел вверх. Сквозь
полупрозрачное стекло ока юноша разобрал мечущиеся тени людей. Пока он смотрел,
какой-то человек упал, распластавшись поперек одной из секций ока. Что происходит во
дворце?
Аннон со стоном перевернулся. В голове зашумело, в глазах было темно. Он на
мгновение зажмурился, задохнувшись от головокружения. Открыл глаза, вытянул ноги и
попытался встать. Потерял равновесие; падая, оперся на руку и наткнулся на книгу,
лежащую на каменном полу. Маленькая, в испачканном кожаном переплете, с виду очень
старая. Аннон поднял ее и открыл. Ее заполняли кундалианские письмена: руны и
символы, строки непонятного текста. Он спрятал книгу за пояс брюк и медленно встал,
немного пошатываясь.
Хватая воздух ртом, Аннон привалился спиной к двери Сокровищницы.
Кундалианские руны, казалось, обжигали тело. Наконец до него дошло, что он находится
снаружи, а дверь закрыта. Метры камня лежали теперь между ним и существом, которое
схватило его. Что оно сделало с ним? Чего хотело? Почему он теперь здесь, по другую
сторону двери? От всех этих вопросов голова разболелась еще больше. Аннон наклонился
и прижал руки ко лбу, дрожа всем телом.
Сквозь шум в ушах он расслышал, как кто-то его зовет. Вскинул голову и застонал.
Голос Джийан, пронзительный, словно от испуга, доносился, казалось, откуда-то
издалека. Юноша откликнулся, и в тот же миг она оказалась у него в голове и повела к
себе. Аннон спросил, что происходит, но она только подгоняла его, требовала
поторопиться, иначе будет поздно. "Слишком поздно для чего?" - безмолвно спросил
он. "Пожалуйста, поторопись, пожалуйста, пожалуйста!" - слова выныривали в голове,
как взбесившиеся рыбы.
Вместо того чтобы привести его к лестнице на первый этаж дворца, Джийан повела в
глубь пещеры. Чем дальше юноша уходил от ока, тем темнее становилось. В темноте
приходилось полностью полагаться на ее указания. Аннон не колебался. Это был вопрос
веры - она научила его этому слову, но до сегодняшнего дня ему не приходилось
проверять его смысл. Как странно, думал он, пробираясь вперед, иметь такую слепую веру
в кого-то, особенно когда этот кто-то - кундалианин! Почему-то вспомнилась
кундалианка, на которую они с Курганом наткнулись сегодня у ручья. Его мысленные
глаза открылись, как свистик на солнце, и Аннон словно бы снова посмотрел ей в лицо.
Хотелось понять, что же такое произошло между ними, он нащупал это, попытался
схватить и обнаружил, что оно недосягаемо. Потом, так же внезапно, как появилось,
видение исчезло, и он снова оказался в темноте.
"Протяни руку", - раздался у него в голове голос Джийан.
Он сделал как велено и нащупал ее руку. Потом она горячо обняла его.
- Хвала Миине, ты в безопасности!
- В безопасности от чего?
Она велела ему понизить голос и повела за собой.
- Не от чего - от кого. От прим-агента Стогггула. Он выступил против твоего
отца.
Сердца Аннона сжались.
- Тогда я должен идти к нему. Ему понадобится моя помощь.
- Это невозможно...
- Нет! - Юноша оттолкнул ее, повернулся в темноту и посмотрел туда, откуда они
пришли. - Я не буду слушать тебя! Да и что ты понимаешь? Кундалианка!
- Аннон! - крикнула она полным ужасной муки голосом. - Твоему отцу уже не
помочь. Он мертв...
- Ложь! - крикнул Аннон. - Киннний Морка никогда бы не позволил...
- Именно Морка убил его... Морка - предатель. Веннн Стогггул соблазнил его
какой-то сделкой.
- Нет, не может быть! - Аннон замолчал, думая о суматохе, которую видел через
стеклянное око, о человеке, упавшем, распластавшись, возможно... нет, наверняка
мертвом. - Ах, Н'Лууура побери врагов Ашеров!
- Да, - сказала Джийан с удивительной злобой. - Н'Лууура побери их всех!
Он вонзил костяшки пальцев в гребни безволосого черепа.
- Отец... мертв?
Она подошла к нему, прижала его голову к груди... Аннон оттолкнул ее.
- Нет! Я больше не маленький мальчик. Я - старший Ашера. По Закону о
Наследовании теперь регент - я. Я должен вернуться и приказать...
- Ты не вернешься, - твердо заявила Джийан. - К своре кхагггунов Стогггула
присоединились хааар-кэуты, поддерживающие Морку. Они контролируют дворец. Все
верные твоему отцу лежат в лужах крови - кроме тебя и меня.
- Но мой долг...
- Послушай, прямо сейчас они разыскивают нас по всему дворцу. Прим-агент
стремится уничтожить тебя, потому что ты - единственный, кто стоит у него на пути.
- Мои сестры?
- Мертвы. Как и их дети. Все мертвы. - Джийан смотрела на него, и он чувствовал
ее напряжение. - Твой долг теперь - остаться в живых.
- Все мертвы? - Аннон повернулся в одну сторону, в другую... В уголках глаз
дрожали слезы, и ему было стыдно. - Помнишь провидца? - Она явно не понимала. -
Старика на углу улицы. Он сказал, чтобы я берегся. Что я отмечен Древним.
- Чепуха. Я говорила тебе.
- Может быть, он видел все это. - В широко открытых глазах застыли боль и
страх. - Что мне делать? Все произошло слишком быстро.
- Шоковая тактика. Ключевая часть плана Стогггула, - прошептала Джийан.
- А гэргоны? - спросил Аннон. - Они мои союзники. По закону в случае смерти
отца я должен заменить его на посту регента.
Джийан положила руку на его окумммон.
- Откуда такая уверенность? Разве тебя Призывали? Разве гэргоны связались с
тобой, как следовало бы? - Юноша молчал, и она продолжила: - Единственный способ
нанести поражение Стогггулу - бежать из дворца и из города. Выиграть время, чтобы
обдумать решение, узнать, кто, возможно, еще верен Ашерам, узнать, откуда может
прийти помощь. Тебе не справиться самому. Пожалуйста, Аннон, ты должен довериться
мне.
"Довериться кундалианке, - подумал он. - Все безумны, включая меня".
- Ладно, - сказал он наконец. - Веди.
Внезапно вспыхнул свет, и Аннон заслонил глаза и прищурился с колотящимися
сердцами. Их так быстро нашли?.. Когда глаза привыкли, он увидел, что Джийан зажгла
остатки старого смоляного факела при помощи палочки для разжигания огня. Факел
кашлял, трещал и грозил вот-вот погаснуть, но Джийан сложила руки в виде чаши,
загородила пламя от сквозняка, и оно ожило. Аннон, пожалуй, никогда не видел ее такой:
в полном тускугггунском одеянии с традиционным сифэйном - покрывающим голову
капюшоном.
Он огляделся, увидел высеченные в скале при помощи в'орннских технологий ряды
похожих на мешки клеток. Заглянул внутрь, уже зная, что найдет.
- Сколько кундалианские узники выдерживали там? - Джийан смотрела на
странные и жуткие скальпели, зажимы, провода, лопатообразные клинки и щипцы,
торчащие из изогнутых стен и потолков, подобно прыщам на умирающем от дуурской
лихорадки.
Аннон сунулся в соседнюю камеру. Пахло очень плохо.
- В зависимости от разговорчивости узника.
- Ты хочешь сказать, в зависимости от формы пытки, используемой следователем.
Аннон обернулся к ней, не обращая внимания на упрек в ее голосе.
- Почему мы медлим? - Он топнул сначала одной ногой, потом другой. - Ты
сама говорила...
Джийан показала ему левую ладонь.
- Мы не уйдем далеко, куда бы ни пошли и как бы хитро ни спрятались, пока у
меня есть это.
- Окууут! Она кивнула.
- Опознавательный имплант. С этим они могут выследить нас, куда бы мы ни
пошли. - В больших глазах отражался яркий желтый свет смоляного факела. - Надо
избавиться от него.
- Каким образом?
Джийан достала металлический стержень Кургана, протянула рукояткой вперед.
- Нет, - сказал он; желудки сжались. - Ты не можешь!..
- Аннон, это необходимо. - Он попятился, и она сказала: - Послушай меня, это
твой долг - твой первый долг как нового регента. Ты должен защитить себя. Любой
ценой.
- Но это будет так больно! Она улыбнулась.
- Не настолько, как ты боишься. Я буду руководить каждым твоим шагом...
Ее голос замер. Аннон увидел, что она смотрит на него.
- Что такое?
- Аннон, во имя Миины! - Она указала на его обнаженную грудь.
Он посмотрел на грудь, на ребра... ребра! Ран не было, осталось лишь небольшое
пятно. Он прижал пальцы к грудной клетке. Никакой боли, даже намека на боль. И
странная пульсация когтя гэрорела прекратилась.
Он начал рассказывать, что произошло, однако умолк, когда Джийан сунула
стержень ему в руку.
- Нет времени, - прошептала она. - Рассказывай за работой. Это отвлечет меня.
Сесть можно было только в одной из камер. Аннон выбрал ту, где меньше всего
воняло, и, взяв факел, присел на корточки рядом с Джийан. Затем, осмотрев четырехзубый
наконечник стержня, покачал головой.
- В чем дело?
- Не получится.
- Но надо...
Он встал, подошел к висящим на стене инструментам для допросов, выбрал
серповидный скальпель. Сунул лезвие в пламя, очищая его. Джийан смотрела на
скальпель, словно на ядовитую змею.
Юноша держал раскаленное лезвие изогнутого скальпеля над окууутом, выжидая
только, чтобы тот немного остыл.
- Ирония судьбы, как по-твоему? - Она смотрела ему прямо в глаза, чтобы не
видеть окружающие их в'орннские ужасы.
- Не знаю, с чего начать, - произнес Аннон.
- Начни с того, как вышел из моей комнаты.
Он знал, что она намеренно неправильно поняла его, и, как ни странно, был
благодарен за это. Он заговорил в тот же миг, как скальпель пронзил ее кожу. Джийан с
шипением втянула воздух. Потекла кровь.
- Глубже, - сказала она, стиснув зубы. - Ты должен забраться под него.
Она прижалась спиной к стене, вытянула ноги и постаралась расслабиться, но
Аннон, держащий ее левую руку в своей и продолжающий работать скальпелем,
чувствовал, как какая-то вялость течет сквозь нее, как струя сиропа, замедляя пульс,
биение сердца и даже, если он мог поверить своим чувствам, самый ток ее крови. И,
чтобы отвлечь ее и отвлечься самому, говорил, рассказывая все, что произошло после
того, как они расстались.
Когда он дошел до чувства, охватившего его на винтовой лестнице, Джийан
промолвила странно низким голосом:
- Как дела?
- По-моему, нормально.
- Ты уже под окууутом?
- Да. - Ее кровь медленно капала с вытянутых пальцев, текла по его руке, капала с
его запястья.
- Там три нити, вроде проволочек, - сказала Джийан через мгновение. - Надо
найти самую тонкую и отделить ее. Ты должен перерезать ее первой. - Голос казался
потусторонним, невнятным, однако Аннон не смел поднять глаза, нарушить
концентрацию. Он разрывался на части. Ему хотелось работать как можно быстрее, чтобы
избавить ее от боли, и в то же время он боялся сделать ошибку, перерезать нерв или
артерию, искалечить ее. На мгновение он, как и она, осознал все окружающие их хитрые
пыточные инструменты. Он заставил себя отбросить страх и сосредоточиться на рассказе.
- Коготь гэрорела пульсировал внутри тебя?
- Да. Словно тащил меня в пещеры.
- А потом дверь в Сокровищницу открылась?
- Да. И я увидел существо.
- Расскажи. Как оно выглядело? Он рассказал, и Джийан задрожала.
- Ты помнишь, какого оно цвета?
- Зеленое, как море.
- Дракон Сеелин, - чуть слышно прошептала она. - Никто из живущих не видел
Священного Дракона...
- Я видел его.
- Я могла бы подумать, что это была галлюцинация, - выдохнула она, - однако
только Священный Дракон мог удалить коготь гэрорела и исцелить тебя.
- А когда я очнулся, то нашел рядом с собой книгу.
- Какую книгу?
- Старую книгу в потертом кожаном переплете. Кундалианскую, по-моему.
Покажу, когда закончу.
Он нащупал три извилистые нити. Было трудно - ведь столько крови, да еще ее
нервные узлы где-то здесь же - отличить одну от другой. Самую тонкую, сказала она.
Перерезать самую тонкую первой. Он вздрогнул и заколебался.
- Продолжай, - тихо промолвила Джийан. - Ты можешь, Аннон. Я знаю.
Он облизнул губы. Прямо копия отца.
- Пожалуйста, расскажи мне о Драконах.
Джийан закрыла гл
...Закладка в соц.сетях
