Жанр: Триллер
Снайпер
...ртное признание. Я не убивал Старика. Открыв этот конверт, вы сами
определите, что делать дальше. Мне бы не хотелось умирать, не заплатив по
счетам. Вам я, судья, возможно, несимпатичен, но вы же верите в
справедливость. И я надеюсь, что вы ее добьетесь.
Судья Бекет глянул на свои наручные часы, после чего перевел взгляд на
конверт, где было указано, что он должен быть вскрыт в двенадцать минут
десятого двадцать четвертого августа одна тысяча девятьсот шестьдесят
четвертого года. Он отделил ножичком воск, оторвал скотч и извлек содержимое
конверта - несколько листов бумаги с машинописным текстом. С некоторым
недовольством судья уселся за свой рабочий стол, надел очки и принялся
читать.
Пробежав глазами первые строчки, он серьезно нахмурился. Читая
документ, он шевелил губами, что-то бормоча себе под нос, и хмурился все
сильнее. И вот он дошел до конца. Непослушными пальцами, которые почему-то
перестали гнуться, он всунул письмо назад в конверт, потянулся было к
телефону, но затем передумал.
- Господи, спаси нас и помилуй! - вслух произнес он.
Он отнес письмо Артура в сейф и снова запер его. Казалось, что его
продолжала мучить некая нерешительность. Наконец он снова вернулся к своему
столу и уселся в кресло. Взял стоявший на столе диктофон - восковой диск
начал вращаться. Заговорил он не сразу, и голос его звучал несколько
встревоженно.
- Мисс Келли. Я делаю эту запись двадцать четвертого августа без
четверти десять вечера. Если со мной что-то произойдет до встречи с вами
завтра утром, достаньте из моего сейфа бумажный конверт с написанным на нем
именем Артура Фроста и упоминанием времени, когда я открыл его. Немедленно
передайте его окружному прокурору. Это все, мисс Келли. И еще слова
благодарности за долгие годы службы, если, конечно, я не смогу высказать вам
их лично.
Он опустил диктофон - диск перестал вращаться. Потом перевел взгляд на
свою левую руку - кулак был сжат так сильно, что костяшки побелели. Он
размял пальцы, чтобы восстановилась нормальная циркуляция крови. Потом
заставил себя подняться из кресла, подошел к двери и выключил свет. И
медленно пошел к тому месту, где припарковал свою машину.
Десятью минутами позже судья остановился за вереницей машин,
скопившихся у "Манса". Он увидел разбитый автомобиль, все так же стоявший
вжатым в вяз. Выйдя из машины, он направился к входной двери. Там на страже
был полицейский Коулз.
- О, это вы, судья, - сказал он. - Полагаю, что семье вы понадобитесь.
- Фрэнк, вы не сообщите мне, что именно здесь произошло?
- Кто-то выстрелил Артуру в голову, когда он подъезжал к дому. Смерть
наступила мгновенно. Машина врезалась в дерево и довершила дело. Но сразила
его все же пуля.
- Вы сказали "кто-то"?
- Сержант Риган сейчас беседует в библиотеке с Джерико. Он первым
оказался на месте происшествия. Именно он услышал звук выстрела. Это вывело
нас на правильный след, однако, насколько мне известно, подозреваемые пока
не обнаружены.
- Вы не знаете, где находится миссис Пелхам?
- Я полагаю, у себя в комнате на втором этаже.
- Спасибо, Фрэнк. Передайте Ригану, что я здесь.
- Ну конечно же.
Судья стал медленно подниматься, с трудом передвигая ноги. Десять лет
назад он проделал тот же маршрут, подошел к той же двери в конце холла и
постучал в нее. Ответил тот же холодный голос.
- Да?
- Алисия, это Тим.
- Пожалуйста, входите.
Она сидела в напряженной позе в кресле и смотрела на залитую лунным
светом территорию школы. Она даже не повернула в сторону судьи голову.
- Похоже на то, Тим, что насилие будет сопровождать нас на протяжении
всей жизни, - сказала Алисия.
- Мне очень жаль, что все так происходит, - ответил судья.
- И мы опять должны будем через все это пройти - через прошлое и
настоящее? Снова отвечать на вопросы репортеров, выслушивать всевозможные
слухи, встречаться с подозрительно настроенными полицейскими?
- Боюсь, Алисия, что это так.
- Тим, мы можем на вас рассчитывать?
Когда он не ответил сразу, она впервые посмотрела на него. Было
заметно, что он сильно обеспокоен.
- Алисия, девять лет назад Артур оставил мне конверт с документом,
который должен был быть вскрыт только в случае его неестественной смерти.
После вашего звонка сегодня вечером я вскрыл конверт. Вы не догадываетесь,
что было написано в этом документе?
Женщина сидела как статуя, неподвижная в своем кресле. Серые глаза
твердо смотрели на адвоката.
- Я догадываюсь, Тим, - наконец произнесла она.
- Бог мой, Алисия!
- Не расстраивайтесь, Тим. В том, что, как я предполагаю, утверждает
Артур, нет ни слова правды.
- И вы можете это доказать?
- Сомневаюсь. Но никто не сможет доказать и его правоту.
- А что насчет Берта Уолкера?
- Я совсем забыла про него. Разумеется, он знает правду.
- То есть вашу версию правды?
- Никакой другой версии, Тим, не существует.
- Не уверен, что могу скрыть этот документ от полиции.
- А почему бы нет? Это всего лишь ответный удар разгневанного человека.
Живым он причинит вред, а Артуру ничем не поможет. Он мертв.
- Алисия, это вы убили своего мужа?
- Не говорите глупостей, Тим.
- Мой дорогой друг, - сказал судья, - разумеется, вы станете отрицать
все обвинения, изложенные в письме Артура. А как насчет Луизы?
- Луиза об этом ничего не знает. Если бы Артур рассказал ей что-нибудь
в один из порывов своего отчаяния, она конечно же пришла бы ко мне за
разъяснениями. Но этого никогда не было. И вот еще что я хотела бы сказать
вам, Тим. Если снайпер, который стрелял в мистера Джерико прошлой ночью, тот
же самый человек, который сегодня подстрелил Артура - а мне это кажется
очевидным, - то Луизу можно вычеркнуть из списка подозреваемых. Прошлой
ночью она была рядом с Джерико, шла вместе с ним. Она просто не может быть
этим снайпером. Даже если вы считаете всю нашу семью чем-то вроде корпорации
"Убийство инкорпорейтед", то Луизу можете вполне исключить.
- А вас?
- Вы хотите сказать, что я убила собственного мужа, а потом подстрелила
Артура, чтобы заткнуть его клеветнический рот? Нет, я не делала ни того, ни
другого.
Бекет покачал головой:
- Алисия, я даже не знаю, как поступить.
- А вы ведите себя как друг, а не как формальный законник.
Глава 2
Проведя полчаса в библиотеке в беседе с сержантом Риганом и окружным
прокурором, где он дал подробные показания, не утаив ничего, Джерико прошел
в главный зал в тот самый момент, когда туда со второго этажа спускался
судья Бекет. Судя по виду адвоката, он находился в состоянии транса. Он едва
было не столкнулся с Джерико, практически не видя его, пока тот не тряхнул
судью за плечо, отчасти вернув к действительности.
- О, это вы, - сказал адвокат.
- Ну, как они там? - спросил Джерико, кивнув наверх.
- Я видел только Алисию, - ответил Бекет. Казалось, что его била
дрожь. - Железный самоконтроль, как вы и могли ожидать. - Он заглянул в
ясные и жесткие глаза Джерико. - Ну, а вы что здесь накопали?
- Я могу лишь предполагать, что Артур добрался до правды прежде, чем
это сделал я.
Уголок рта судьи Бекета тронула судорога.
- У меня есть основания предполагать, что он всегда знал правду об этом
деле. Девять лет назад Артур оставил мне запечатанный конверт с письмом,
который я должен был вскрыть только в случае его неестественной смерти. И я
только что ознакомился с ним.
- Ну и что же в нем было написано, святой отец? - спросил Джерико,
когда Бекет умолк.
- Не могу вам сказать, мистер Джерико, пока сам не решу, что с ним
делать.
- А чего тут решать? Если он знал правду, то она однозначно укажет на
убийцу. Как же вы можете это скрывать?
- Давайте выйдем на свежий воздух, - предложил Бекет, глядя на дверь
библиотеки.
Они спустились по ступеням парадного входа. Свет и голоса, доносившиеся
со стороны разбитой машины, указывали на манипуляции грузовика, пытавшегося
оттянуть ее от дерева, в которое она врезалась. Джерико решил, что судья
Бекет не из тех, на которых следует давить, а потому оставил свои вопросы
при себе. Адвокат вышел на лужайку, и мужчины пошли по дорожке, освещаемые
лучами света из окон дома.
- Я бы хотел задать вам несколько вопросов, Джерико, - сказал Бекет
после того, как они несколько минут прошли в полном молчании. - Но только
договоримся - вы не станете расспрашивать меня, почему я задаю вам эти
вопросы.
- Давайте, спрашивайте.
Вид у Бекета был усталый и старый.
- Прошлой ночью, когда снайпер целился в вас, Джерико, Луиза была с
вами?
- Да.
- Все это время?
- Да, она шла рядом со мной точно так же, как мы идем сейчас.
- Она не могла произвести эти выстрелы?
- Разумеется, нет. Она ни на шаг не отходила. К чему вы клоните, черт
побери?
- А сегодня ночью? Где она была, когда раздался выстрел?
- Точно сказать не могу, - ответил он. - После обеда мы с Луизой пили
кофе в библиотеке. Мы... мы некоторое время поговорили, после чего она
решила уйти в свою комнату. Я еще оставался в библиотеке - может, десять -
пятнадцать минут. А потом услышал звук выстрела и удар. И выбежал к машине.
Где-то за спиной кричала Джорджиана. У меня такое ощущение, что она видела,
как все произошло, потому что крик раздался сверху еще до того, как я успел
выбежать наружу. Когда я приблизился к машине, она была непосредственно
позади меня. Я отвел ее в сторону, чтобы она не приближалась к Артуру. Потом
я увидел, как из дома вышла Луиза. Она успела сменить платье, в котором была
на обеде, - теперь на ней был какой-то халат. Не могу сказать наверняка, где
она была в те пятнадцать минут, но у нее было совсем мало времени на то,
чтобы подняться наверх и переодеться.
- В доме все знали, когда Артур должен был вернуться домой? - спросил
Бекет.
- Не знаю, сэр. Хотя не думаю. У меня сложилось впечатление, что он
уезжал и приезжал, не ставя никого в известность о своих планах.
- То, что вы сказали насчет Джорджианы, наводит на мысль о том, что она
ждала его - если она действительно видела момент аварии.
- Я не знаю. Ни за обедом, ни во время моего разговора с Луизой, ни
после него, мы об Артуре вообще не упоминали. Но мне кажется, я понимаю,
куда вы клоните. Снайпер должен был ожидать возвращения Артура; он был готов
к нему.
- Да. Из этого следует, что он знал, когда ждать его. Знал он не только
время, когда Артур появится на подъездной дорожке, но и то, откуда можно
будет произвести прицельный выстрел.
Джерико остановился и встал перед адвокатом, так что тому тоже пришлось
застыть на месте.
- Мне нет необходимости выяснять, почему вы задаете все эти вопросы,
сэр, - сказал он. - У вас есть основание подозревать Луизу?
Бекет не ответил и лишь посмотрел мимо Джерико на освещенные окна дома.
- Если это так, - продолжал Джерико, - то тогда мы должны предположить
наличие двух снайперов.
- Этого тоже нельзя исключать, - медленно проговорил Бекет.
- И кто, по вашему мнению, является снайпером номер два?
Бекет покачал головой, как человек, испытывающий боль.
- Извините, Джерико, но я не смогу отвечать на эти вопросы, пока не
разберусь с собственной совестью. Понимаете, Артур не был вполне надежным
человеком. Скорее злобным завистником. То, что изложено в этом документе,
может быть чистой воды фальсификацией. Предоставление его на публичное
разбирательство закончится катастрофой для некоторых членов семьи.
- Фальсификация или нет, но он ожидал жестокого конца, - мрачно
произнес Джерико. - И это заставляет вас отнестись к этому делу со всей
серьезностью.
- Я знаю, знаю, - сказал Бекет. - Но думаю сейчас о другом. Есть ли
какой-то способ установить сегодняшнего убийцу без того, чтобы придавать
огласке письмо Артура? У Ригана есть какие-то улики?
- Насколько мне известно, нет. Старая история. Ни оружия, ни следов
стреляющего. Все то же, что произошло десять лет назад, разве что с
небольшими вариациями. Нет собаки, иное место, но, как и тогда, никаких
улик.
- О мой Бог, - произнес Бекет.
Джерико прищурился:
- Артур или был шантажистом, или шантажировали его самого.
- В прошлые времена он занимался шантажом. Возможно, промышлял им и
теперь, - сказал Бекет.
- И он пристрелил Старика, пригрозившего вывести его на чистую воду?
- Нет, если верить его письму. Он прямо признает, что пытался
шантажировать доктора Пелхама. Старик послал его к черту. Он предпочел бы
сам огласить публике какой-то секрет, а не дожидаться, когда это сделает
какой-то вымогатель.
- О каком секрете идет речь?
- Не могу сказать, Джерико, пока сам не решу, что делать. Артур
высказал предположение, что один из членов семьи, судьба которого будет
предрешена, если раскроется тайна убийства Старика, задумал заставить его
замолчать.
- И тогда Артур вознамерился шантажировать убийцу?
- В своем документе девятилетней давности он это отрицает. Но потом,
после его написания, вполне мог. Вполне возможно, что он и собирался так
поступить, что объясняет его опасения возможной неестественной смерти.
- И он ждал целых девять лет?
- Возможно, нынешние обстоятельства его вынудили.
- Какие обстоятельства?
Бекет посмотрел на Джерико:
- Ваше присутствие здесь. У вас имеется законное основание копаться в
прошлом Старика. Возможно, Артур пытался угрожать вам, чтобы сбить со следа.
- Но он этого не делал!
- Возможно, собирался. - Бекет отвернулся. - Джерико, в настоящий
момент я не хотел бы обсуждать эту тему. Моя потребность выговориться
кому-то столь высока, что я могу сказать лишнее.
- Но и держать секрет в себе не менее опасно, - заметил Джерико.
- Я знаю. И скоро приму решение. Но если со мной что-то случится, то я
предусмотрел, чтобы письмо Артура было немедленно доставлено генеральному
прокурору штата.
- А стоит так рисковать?
- Я не смогу смотреть на себя в зеркало, если буду знать, что опозорил
невинных людей, которые и так достаточно вытерпели за последние десять лет.
- А вы сможете смотреть на себя в зеркало, зная, что из него на вас
глядит укрыватель убийцы?
- Возможно, Риган поможет мне в этом деле. Может, он арестует
кого-нибудь без моего участия. Джерико, мне надо оставаться самим собой. -
Бекет резко развернулся и пошел к припаркованной машине.
Джерико смотрел ему вслед. Где-то в глубине сознания словно эхо звучали
слова редактора "Фэйерчайлд джорнал" Джоэля Уитби. "Миссис Пелхам и Луиза, -
сказал Уитби. - Ни у кого другого не хватило бы смелости на это".
Идя назад к "Мансу" Джерико увидел машину, ехавшую по подъездной
дорожке. Ее остановил полицейский, который только что занимался
оттаскиванием разбитой машины от дерева. Минуту спустя вновь прибывший
подъехал к "Мансу" и припарковал свой автомобиль позади вереницы служебных
машин.
Это был Фред Пелхам. Со смертельно бледным лицом он подошел к Джерико.
- Мне только что сообщили, что случилось, - сказал он.
- Я пытался связаться с вами, - ответил Джерико. - Несколько раз звонил
в дом Дрю.
- И с чего это вы подумали, что я могу находиться там?
- Ну, работали над книгой.
- Это вам сам Дрю сказал? - спросил Фред.
- Да.
- Похоже, в наши дни даже друзьям нельзя верить, - с горечью произнес
Фред.
- Очень плохо, что вас там не было, - заметил Джерико. - Вам может
понадобиться алиби.
- Но я там был, - ответил Фред.
- И Дрю сможет прикрыть вас?
- Его тогда не было. Именно поэтому я не отвечал на телефонные звонки.
Я просто знал, что это не ко мне. Мне и в голову не могло прийти, что звонят
мне. И я не догадывался, что Дрю рассказал вам обо всем. Сегодня вечером я
его не видел. В свое отсутствие он оставляет мне ключи.
- Но вам придется еще ответить на вопросы сержанта Ригана, - заметил
Джерико.
- Вы не сказали ему, что думали, будто я находился у Дрю?
- Я никому ничего не сказал, - заявил Джерико. - Мне показалось, что
алиби - ваше личное дело. Но учтите, Фред, что оно должно быть действительно
надежным.
- Спасибо. Спасибо и за то, что не стали копаться в моей жизни, которая
вполне типична для этих мест. А где сейчас Риган?
- В библиотеке.
Фред быстро прошел в дом. Джерико окинул взглядом стоянку машин. За
время его разговора с Фредом судья Бекет, видимо, уехал. Во всяком случае,
машины его на стоянке не было.
Берт Уолкер сидел за маленьким круглым столом в комнате для прислуги и
пил крепкий черный кофе. Он с изумлением взглянул на появившегося в дверях
Джерико.
- Еще кофейку не найдется? - спросил Джерико.
- Ну конечно, сэр. - Старый Берт с трудом поднялся со своего стула.
Джерико почти что слышал, как хрустят его кости. - Вот, сварил при случае.
Джули и Анна, служанки, слишком заняты уборкой своих комнат и боятся
спуститься вниз.
Он прошаркал к кухонной плите и налил для Джерико чашку кофе из
подогретого кофейника.
- Сахар или сливки, сэр?
- На ваше усмотрение, - ответил Джерико, доставая из кармана трубку и
начиная набивать ее.
Чашка подрагивала в пораженной артритом руке Берта.
- Полиция допрашивала вас? - спросил Джерико.
- Сразу после разговора с вами, сэр. Вы же знаете, что я был на
территории. Вот они и посчитали, что я мог что-то видеть.
- Присядьте, Берт. Ни к чему лишние формальности.
- Спасибо, сэр.
- А что вы сами думаете на этот счет?
- Ничего не думаю, сэр, - сказал Берт и отвел в сторону свои маленькие
черные глаза.
- У меня сложилось впечатление, что вы, Берт, остались здесь после
смерти доктора Пелхама затем, чтобы найти его убийцу.
- Это так, сэр. Семье я в общем-то не нужен, но зато Капитану останусь
верен всегда. Хотя пытаюсь прислуживать мадам, мисс Луизе и мисс Джорджиане.
- А Фреду?
- Да, конечно, сэр. И Фреду, и Уолтеру.
- Похоже, Артур в ваших услугах уже не нуждается.
- Упокой, Господи, его душу.
- Берт, возможно ли такое, чтобы за десять лет у вас не появилось
никаких подозрений о том, кто убил доктора Пелхама?
- Сэр, я уже говорил вам, что со своими подозрениями я ходил вокруг да
около и никогда не знал наверняка. Но если хоть одно из этих подозрений
подтвердится, я сделаю то, что должен буду сделать.
- И что же это?
- Я убью этого мерзавца, сэр.
- И вы думаете, Берт, что вам это сойдет с рук?
- Сэр, это не имеет для меня значения, пока я не рассчитаюсь за
Капитана. - Его тонкие губы напряглись. - Только ради этого я и живу, сэр.
- А события сегодняшнего дня как-то обогатили список ваших подозрений?
- Да, они тоже связаны с Артуром. - Берт коротко и резко рассмеялся. -
Он едва не возглавил мой список, сэр.
- Потому что пытался шантажировать доктора Пелхама? - как бы невзначай
спросил Джерико.
Ясные маленькие глазки тут же сверкнули в сторону Джерико.
- Сэр, откуда у вас появилась эта идея?
- Давайте договоримся, Берт, что она у меня просто появилась. А вас я
искал потому, что, как мне казалось, вы сможете просветить меня в этих
делах. Все говорят, что доктор Пелхам рассказывал вам такое, о чем он
никогда даже не заикался в семье.
- У Капитана была чистая душа, сэр. Сейчас мертвая, но белая и чистая.
Никто не мог иметь против него чего-либо. Но подстрелили именно его, а не
какого-то шантажиста.
- Возможно, потому, что Старик угрожал изобличением этому шантажисту?
Берт устало покачал головой:
- Вы просто гадаете, чем я занимался целых десять лет.
- Это не совсем так.
Распухшие суставы рук Берта побелели.
- Вы занимаетесь догадками, сэр, но это ложный путь. В жизни Капитана
не было ничего такого, за что его кто-то мог бы упрекнуть.
- Не уверен, что могу сказать то же самое даже о своем лучшем друге, -
заметил Джерико.
- Вы еще не достаточно повзрослели, чтобы вот так, день за днем, на
протяжении сорока лет наблюдать жизнь своего друга. Уж за эти-то годы можно
было бы разглядеть в человеке что-то порочное.
- Расскажите мне, Берт, как получилось, что вы настолько сблизились со
Стариком?
Берт достал из кармана сигарету и прикурил ее. Зажатая в одном из
уголков его рта, она придавала Берту смешливое выражение, схожее с комиком в
музыкальной комедии.
- Была война, сэр, - заговорил он, и сигарета каждый раз подпрыгивала в
уголке рта. - Капитан и я всегда называли это "Войной". Возможно, для вас,
молодых, которых призвали на вторую, это не имеет особого значения, но для
нас та, первая, была "Войной" - с большой буквы. Этим летом будет
пятидесятилетняя годовщина, когда мы повстречались с Капитаном. И если не
считать первых трех лет, мы с ним больше не расставались. Можно сказать, что
формально я был его слугой, но на самом деле мы являлись друзьями.
- Пятьдесят лет. Это получается одна тысяча девятьсот пятнадцатый год.
Берт кивнул:
- За рубеж он отправился с самой первой группой канадских военных. В
Канаде его назначили капелланом. Оставался с ними до тех пор, пока
американцы в 1917 году не разобрались с ситуацией. Мне был двадцать один
год, когда мы повстречались с ним в реабилитационном госпитале в
Хантингтоншире. У меня тогда удалили порядочно шрапнели из кишок, да и газа
я тоже надышался. Капитан никогда не подчеркивал свою конфессиональную или
национальную принадлежность. Все, кому была нужна помощь - будь ты белый или
черный, - могли обращаться к нему. Я вспоминаю один вечер, когда он сидел с
негром из Южной Африки, а у того была громадная рана в груди. Так он и
просидел всю ночь, разговаривая с негром на его наречии. По-голландски, если
мне не изменяет память. Капитан всегда имел склонность к языкам. Он мог
"парле-ву" как настоящий лягушатник. Мог даже с вандалом каким-то
переговорить, причем сделать так, что тот его поймет.
- Он был добрым человеком?
- Для большинства из нас он был воплощением Иисуса Христа, сэр. Однажды
ночью скончался один негр - отошел умиротворенный, все время держась за руку
Капитана. Он, Капитан, вообще был переполнен всевозможными шутками и
хохмами, которые поддерживали тебя в минуты уныния. Когда я впервые
познакомился с ним, меня не особо беспокоил вопрос, как обстоят дела в
школе. Гораздо важнее для меня было то, что теперь я устроен до конца своих
дней, а я считал, что их осталось не так уж и много. Капитан снова бросил
меня в борьбу. У него был друг, хирург в канадской армии, и тот с его подачи
заинтересовался мной. В гражданской жизни этот доктор был специалистом по
желудочным болезням. Он так меня подтянул, что я при желании мог есть
жареные гвозди. Я всем сердцем обязан Капитану за участие, помощь и
поддержку. И найдутся еще тысячи, которые за все эти годы могли бы сказать:
"Я обязан ему этим".
- Именно там, в больнице, вы и сдружились?
Берг кивнул:
- Да он никогда не знал, как позаботиться о себе. Мог целыми днями
проходить в расстегнутом халате. Я стал приводить в порядок его одежду,
заботиться о ней, смотреть за тем, чтобы она не развалилась на нем. Когда он
решил переместиться к американцам в Лондоне, я подумал, что это конец нашим
отношениям. Однако он пристроил меня к себе своим ординарцем. И я поехал с
ним в Лондон, а затем в окопы, на передовую, где проходили самые жаркие бои.
Берт помолчал и опустил окурок своей сигареты в чашку с кофе.
- После перемирия мы с ним снова распрощались. Ему надо было
возвращаться в церковь, которая ждала его. Я был уверен в том, что это
конец, но тремя годами спустя он вернулся в Лондон, чтобы возглавить там
кафедру одной из модных церквей. Первое, что он сделал, сохрани Господь его
душу, это позаботился обо мне. Я тогда работал в пивной в Челси. У него уже
была Мадам, беременная к тому же. Из-за неполадок со здоровьем -
беременность протекала тяжело - ей пришлось на лето перебраться в Швейцарию,
подальше от городской грязищи. Капитан последовал за ней, чтобы быть рядом,
когда родится мисс Луиза. Пока он был одинок, я заправлял всем хозяйством в
доме, но предполагал, что, когда вернется Мадам, она установит свои порядки.
Но я готов был остаться с ними несмотря ни на что. - Берт нахмурился и
прикурил очередную сигарету. - Временами мне приходилось работать нянькой у
детей, и я занимался всем, что вы можете себе представить. И все это время
Капитан говорил со мной как с братом - о детстве, об отце и матери, об учебе
в школе и колледже, о своих запоях и о том, как он решил "завязать", борясь
с этой заразой. Как потом стал священником. Он рассказывал мне о детях и
связанных с ними проблемами, о своем разочаровании в тех парнях, которых
девушки выбирают себе в мужья. Даже о холодности Мадам рассказывал. Лично я
считаю, что она просто уродилась фригидной, тогда как сам он был полон силы
и страсти. - Берт глубоко вздохнул. - В жизни Капитана не было ничего
такого, чем бы он со мной не делился, сэр. И если бы кто-то вздумал его
шантажировать, он обязательно сказал бы об этом мне. От меня он ничего не
скрывал. Никакого шантажиста не было, сэр. Я уверяю вас в этом.
Джерико посмотрел на свою остывшую трубку, которая лежала на столе
перед ним:
- Именно в те давние военные дни, Берт, Старик и познакомился с Марго
Стэндиш.
На короткий момент он поднял глаза и увидел гнев, промелькнувший во
взоре маленьких черных глаз Берта.
- Она - единственная, кто была участницей того скандала.
- Скандала? - воскликнул Берт. - Все это бред церковных дьяконов с их
хитрыми и лукавыми подходами.
- Расскажите мне о Марго Стэндиш.
Лицо Берта смягчилось.
- Это была настоящая леди, сэр. Она и ее мо
...Закладка в соц.сетях
