Жанр: Триллер
Модести блейз 3. Я - Люцифер
...азил, что он источник вселенского зла, а стало быть, не кто иной, как Сатана.
Люцифер.
- Я-то считал, что вы, психиатры, умеете вытащить это из подсознания в сознание
и предложить исцеление.
Боукер приоткрыл глаза и сказал:
- Позвольте я процитирую вам Крепелина: "Паранойя характеризуется скрытым
развитием, обусловлена неясными причинами и устойчивой и неколебимой
маниакальной системой мышления в сочетании с сохранением ясности и
последовательности в мышлении, волеизъявлении и поступках". Самое важное здесь,
дорогой Колльер, это слова "устойчивая" и "неколебимая". Настоящая паранойя
неизлечима.
- Понимаю, - кивнул Колльер, глядя на серо-голубые морские пространства. -
Но как же он интегрирует обычный мир в свой бред?
- Он создал свою маниакальную модель мира, в которую отлично укладывается
все остальное, - ответил Боукер. - И если вы хотите установить с ним какой-то
контакт, то вам следует иметь представление о его системе. Наш мир - ад или, во
всяком случае, одна его часть. Кажется, Бернард Шоу заметил, что наша планета - это
ад, куда ссылают грешников со всей Вселенной.
- Типичная шутка в его духе.
- Да, но в ней есть доля истины. Уж не знаю, читал ли наш друг Шоу или нет, но
это вполне могло способствовать скрытому развитию его болезни. Итак, наш мир -
это ад, но нам известно, что люди здесь умирают, и мы также знаем Дантову
"Божественную комедию", и Люцифер неплохо использовал все это...
- Каким же образом? - осведомился Колльер, который, к стыду своему, вдруг
почувствовал, что все эти макабрические штучки начинают всерьез завладевать его
воображением.
- Мы находимся в верхних сферах ада, - пояснил Боукер. - Это своеобразное
чистилище. Сюда попадают те, кто уже успел умереть в иных местах. Они рождаются
на нашей планете заново - для небольшой передышки, прежде чем они двинутся
вниз, в геенну огненную. А Люцифер решает, кого и когда туда отправить.
- По нескольку миллионов человек в день?
- Нет, такое было давно, тысячи лет назад. Теперь же он передал свои
полномочия подчиненным, а сам принимает решения лишь по важнейшим вопросам.
Во всяком случае, он уверен в этом. Послушайте, Колльер, вы можете посадить
параноика в самолет, который пролетит над Парижем так, что оттуда будут видны
потоки автомобилей на улицах и Эйфелева башня, но он по-прежнему будет считать
себя императором Наполеоном. Независимо от всего того, что откроется его взору.
- Да, мания неколебима. Итак, Люцифер считает себя Люцифером независимо от
любых рациональных доводов. Он провозгласил себя Князем Тьмы...
- Он, собственно, никем себя не провозглашал. - Боукер хотел улыбнуться, но
потом счел, что Колльер может увидеть в этом признак непрофессионализма. - Все
его приговоры вершатся самым, я бы сказал, земным образом. Подобно своему
Небесному Коллеге, как он называет Всевышнего, Люцифер не склонен более
совершать чудеса. Он повергает людей в низшие сферы отнюдь не с помощью грома,
молнии и серы. Он лишь позволяет ежедневно свершаться определенному числу
дорожных происшествий и прочих милых событий, в результате чего мы имеем смерти
от естественных причин. - Боукер поднял руку для вящей выразительности: -
Запомните, Люцифер исходит из того, что те, кто пребывает в этом мире, не знают, что
они в аду. Опять-таки надо сказать, это идея Шоу - только Люцифер знает, что ад -
это ад. Потому-то нашему юному другу нет необходимости отращивать себе рога,
крылья и летать над миром. К счастью, для нас.
- Господи, но вы же все это прекрасно знаете - и Сефф и все остальные. Даже я,
по его представлению, должен все знать - судя по тому, как он со мной говорил.
- Да, но мы не люди, Колльер. Мы духи, демоны разного калибра в бренной
оболочке. Он поднял нас из нижних сфер, оторвал от любимого занятия - тыкать
грешников раскаленными вилами. Мы нужны ему здесь.
Колльер откинулся на спинку стула и смущенно рассмеялся.
- Полная абракадабра, - сказал он. - Я совершенно тут запутался. Не хочу
употреблять слово фантастика, но...
- Почему бы и нет? Люцифер живет в мире, рожденном его фантазией. Он
параноик.
- Не подумайте, что я вам не верю, Боукер. Просто все это слишком уж
непривычно...
- Понимаю. Потому-то я не хотел бы, чтобы вы слишком торопились.
Понаблюдайте за Люцифером спокойно, без спешки. Прочувствуйте всю ситуацию,
прежде чем начнете с ним работать.
Колльер помолчал, потом спросил:
- Кажется, вы писали в письме, что у него незаурядные способности экстрасенса.
В чем они заключаются?
- Видите ли, у него есть дар предчувствия. Он видит фрагменты будущего.
- Общего или частного плана? Я имею в виду, что он может предсказать - то,
что в определенное время в определенном месте разразится война, или он
сосредоточен на отдельных людях?
- На отдельных людях. - Боукер судорожно осушил свой стакан. Теперь он
снова чувствовал себя на зыбкой почве. Правду нужно было аккуратно перемежать
вымыслом. - Все прозрения у Люцифера возникают, когда он осязает предметы,
связанные с конкретными людьми. Фотография, даже из газеты, кольцо, локон волос,
клочок бумаги, на котором тот или иной человек написал что-то от руки. Причем он не
смотрит на строки.
- Психометрия, - кивнул Колльер. - Очень непросто для проведения
статистических опытов. Ну, и что же он говорит об этих людях?
- Самые земные и обычные вещи, - с деланным равнодушием отозвался Боукер.
- Предсказывает браки, разводы, удачи, неудачи, болезни, смерти. Словно
прорицатель на ярмарке, который смотрит в магический кристалл. Правда, Люцифер
весьма точен... В общем, вы найдете в нем интересный материал для исследований.
Колльер некоторое время смотрел на море, потом повернулся к Боукеру.
- Я понимаю, что вы не в состоянии вылечить юношу. Но почему вы хотите,
чтобы я помог усилить его экстрасенсорные способности?
Боукер поджал губы. Начинался самый опасный участок дороги.
- Люцифер - наш хлеб с маслом, - сказал он. - И с джемом. Сеффы еще
недавно не имели за душой и ломаного гроша. Как и я, о чем вы, наверно, слышали.
- Бедняки не снимают такой дом в таком месте, - сухо отозвался Колльер.
- Я имею в виду то, что было год или два назад, - напомнил Боукер. - Сейчас у
нас кое-что имеется. И нам бы очень хотелось не терять того, что мы приобрели.
Раньше племяннику Сеффа приходилось в основном находиться в домах для
умалишенных, но теперь с нами ему гораздо лучше, вы уж мне поверьте. И это все
стало возможно благодаря его удивительным способностям.
Колльер недоверчиво посмотрел на Боукера.
- Только не говорите, что его таланты помогают вам угадывать исходы
футбольных матчей или победителей на скачках и что вы зарабатываете на
тотализаторе.
- Мы пробовали и тотализатор, - сказал Боукер, пожимая плечами. - Но это как
раз он делать не умеет. Или не хочет. Трудно сказать, что тут на самом деле.
- Я, кажется, могу понять, где собака зарыта, - сказал Колльер, и его худое лицо
сделалось сосредоточенным. - Он обладает даром предвидения того, что напрямую
связано с его манией. А это может означать лишь одно: он предсказывает смерть.
Боукер стал тереть глаза, чтобы скрыть свое смущение. Да этот Колльер - парень
не промах. С ним нужно поосторожнее.
- Не только это, - пробормотал Боукер. - Люцифер двинулся дальше.
- В каком смысле?
- Он предсказывает успех. - Боукер покачал головой, пытаясь для большей
убедительности показать собеседнику, что и сам с трудом верит во все это. - Сефф
является главным помощником Люцифера, демоном Асмодеем. Как-то раз он сказал
Люциферу, что поскольку мы вынуждены находиться в человеческой оболочке, то и
средства для существования приходится добывать обычным, естественным путем, а
сверхъестественные способы не годятся.
- Сверхъестественные? Как же появлялись у вас деньги раньше?
- Когда Люцифер слышал, что Сеффов беспокоит проблема денег, он вручал им
мешочек с бриллиантами или золотым песком. Разумеется, бриллиантами служила
галька, а золото было самой обыкновенной глиной. К несчастью, товары на эти
сокровища в магазинах не отпускали.
- Так, и что произошло потом?
- Сефф предложил земные способы и стал показывать Люциферу те разделы
"Файненшл таймс", где указывались котировки разных акций. - Боукер сделал паузу,
ожидая недоверчивого взгляда Колльера, а когда такового не последовало, продолжил:
- И Люцифер не подкачал.
Колльер спросил:
- Итак, Сефф, действуя от имени Люцифера, хотел добиться успеха?
- Да.
Колльер кивнул и сказал:
- У меня сейчас нет точных статистических данных, но я слышал, что, по крайней
мере, трое весьма практичных бизнесменов пользовались услугами экстрасенса. Что
же было у вас?
- Люцифер отмечал акции. - Боукер вдруг испытал большое облегчение. Самое
серьезное препятствие оказалось преодолено им без осложнений. - Он отметил пять
фирм. Сефф приобрел акции под гарантийный взнос. Рискнул. Акции одной компании
держались на том же уровне, а четыре остальных вдруг резко выросли в цене. Сефф
заработал три тысячи фунтов.
- Точность попадания восемьдесят процентов, - пробормотал Колльер. - Тут
трудно установить четкую систему, но тем не менее результат гораздо выше всего
того, что может быть объяснено чистой случайностью. - Он посмотрел на Боукера: -
Однако отдельные удачи не в счет. Бросьте монетку, и "орел" может выпасть шесть и
даже двадцать раз подряд, что противоречит всем правилам теории вероятности. Нет,
нужно подождать, пока не станет ясно, что везение или совпадение уже отработали
свое и теперь у вас осталась твердая основа для тех или иных выводов.
- Могу сказать одно, - отозвался Боукер, - что в течение последних
восемнадцати месяцев мы в высшей степени удачно играли на европейских и
американских биржах. Нас, признаться, тут интересуют исключительно результаты, а
не статистика. И мы не видим в этом ничего неэтичного. Надеюсь, вы разделяете нашу
позицию?
- Это не самый полезный или продуктивный образ существования, - сухо
отозвался Колльер. - Вот, пожалуй, и все, что можно тут сказать. Но меня как
профессионала интересует не этика, а парапсихология. Те, кто обладают
определенными способностями экстрасенсов, обычно не используют их ради
собственного блага.
- Правда? Почему?
- Отмечено, что стремление предсказать нечто в собственных интересах создает
напряжение, которое препятствует оптимальной реализации экстрасенсорных
способностей. Лучшие результаты достигаются в тех случаях, когда субъект
равнодушен к ним.
- И совершенно расслаблен?
- Да, и это тоже.
- Понятно. Может, поэтому-то Люцифер теперь не так точен, как прежде?
- Не так точен?
- Ну да. Потому-то я и написал вам. Нас беспокоит, что прогнозы Люцифера
несколько утратили свою точность, и нам не хотелось бы, чтобы результаты
продолжали ухудшаться.
- Чего же вы от меня хотите?
- Понаблюдайте за Люцифером. Проведите опыты. Попытайтесь установить, что
ему мешает.
- Я не могу оказать ему помощь насчет акций, а также рождений и смертей. Я
лишь могу провести стандартные тесты. Обычные лабораторные исследования.
- Но если вы сумеете найти способы повышения его результативности в целом,
это, наверно, будет означать и большую точность биржевых прогнозов?
- Не исключено.
- Это все, чего мы хотели бы.
- Тут есть одно "но". Окажет ли он мне содействие? Соблаговолит ли сам дьявол
снизойти до моих пустячных дел?
- Это моя забота, - сказал Боукер. - Разумеется, ни о каком принуждении речи
быть не может. Но когда вы придете к каким-то выводам, решениям, поставьте меня в
известность, и я постараюсь вписать все это в его бред. Главное, заставить его
поверить, что все это - часть его обязанностей как повелителя царства тьмы. Я,
признаться, успел в этом понатореть.
- Ясно, - отозвался Колльер.
Ему не нравились ни Боукер, ни Сеффы с Джеком Уишем. Все, что они
выделывали с Люцифером, вызывало у него неприятный осадок, однако он вполне
отдавал себе отчет, что это раздражение исходит от эмоций, а не от логики. Все-таки
как ни крути, а лучше, чтобы молодой человек жил в уюте и комфорте, даже если
окружающие его люди больше пекутся о своем собственном благе.
Кроме того, если все, что рассказывал Боукер, было правдой, а утверждать
обратное у Колльера пока не было оснований, это означало, что Люцифер являл собой
благодатный материал для парапсихологических исследований.
Кроме того, напомнил себе Колльер, сейчас ему в общем-то нечего было делать.
Его ожидал восьмимесячный контракт в университете Дьюка, где он должен был
проводить серию опытов совместно с американскими коллегами, но это все
начиналось поздней осенью. Сейчас же он был свободен.
Кроме того, ему было одиноко.
Модести Блейз слетала с ним на луну, поцеловала на прощание и отправилась по
своим таинственным делам. Уехал и Вилли Гарвин. Это тоже огорчило Колльера,
потому что ему хотелось немножко поизучать этого человека. Вилли тоже был в
какой-то степени экстрасенсом. Может, его способности и уступали Люциферовым, но
тем не менее там, в Париже, он предсказал беду.
Интересно, подумал Колльер, а как с даром предвидения у Модести. Он вспомнил
то сражение во дворе, прокрутил его в голове несколько раз замедленным повтором.
Она прекрасно предвосхищала все ходы противников. Правда, это могло быть
результатом быстрого действия всех чувств и стремительной реакции. Но все равно
было бы любопытно поизучать и ее. Проверить насчет телепатического контакта
между ней и Вилли. Там что-то явно имелось...
Колльер внутренне усмехнулся. Нет уж, если судьба еще раз сведет его с Модести
Блейз, он не станет тратить драгоценные часы на составление статистических таблиц.
Он вдруг заметил, что Боукер следит за ним с некоторым напряжением.
- Ладно, - сказал Колльер. - Дайте мне несколько дней, чтобы освоиться в роли
демона в человеческой оболочке. Когда я почувствую, что настолько привык к
Люциферу, что не совершу глупых ошибок, я вам скажу. Тогда поглядим, быть может,
я в чем-то смогу оказать вам содействие.
Глава 11
Модести Блейз и Таррант сидели за аперитивами в баре "Квалино".
- Американцы любезно переслали нам досье на Джека Уиша, - говорил Таррант.
- Видимо, он был крепко связан с мафией, причем действовал в основном вне
Соединенных Штатов. Европа, Ближний Восток, Дальний Восток... Следил, чтобы
транспортировка наркотиков происходила без помех. В общем, он славно
попутешествовал. Когда несколько лет назад американскую мафию взяли в клещи, он
находился в Европе, и с тех пор от него ни слуху ни духу. Судя по всему, как
говорится, он лег на дно.
- Его не искали?
- Нет. - Таррант пожал плечами. - Официально против него никаких
обвинений не выдвигалось. Он из тех, за кем в принципе нужно постоянно
присматривать, но тем не менее всегда находятся вещи поважнее.
Модести закурила сигарету. Снова потеплело, и на ней был светлый льняной
костюм и бежевые туфли с такой же сумочкой. Глядя на нее, Таррант подумал, что
всего семьдесят два часа тому назад она выдернула заключенного из лагеря в горах
Югославии и благополучно вывезла его из страны.
- Наши старые досье по Сети дают нам на Уиша кое-что еще, но не Бог весть как
много, - сказала Модести.
- Я думал, вы от них избавились, когда отошли от дел, - удивленно заметил
Таррант.
- Мы их предварительно микрофильмировали. Жаль было выбрасывать в корзину
годы тщательной работы.
- Даже несмотря на то, что эти досье вам явно никогда не понадобятся?
Модести сделала легкую гримаску и проговорила:
- Это все не столь уж важно. Лучше скажите, откуда приходили эти угрозы,
списки жертв...
- Обычные письма, их бросали в почтовые ящики больших городов, чаще столиц
тех стран, где проживали соответствующие лица. Письма, адресованные нам, были
отправлены из центрального Лондона. Другие имеют штемпели Бонна, Парижа, НьюЙорка.
А почему вас это так интересует?
- Нужно выйти на Джека Уиша. Единственный способ найти его - это через
рассылку корреспонденции.
- Если считать, что этим занимается он...
- Разумеется. Раньше, как я знаю, уже пытались выйти на преступников в местах,
откуда посылались письма, но безрезультатно. Но теперь мы ищем конкретное лицо -
Джека Уиша. Вряд ли он занимается рассылкой сам, поскольку письма отправляются
одновременно в разных странах. Но он поручает это каким-то своим людям.
- Из уголовной среды?
- Необязательно. К сожалению, наше досье на Уиша мало отличается от
официального. Мы больше интересовались его характером и привычками.
- И что удалось установить?
- Джек Уиш похож на эдакого сухопутного моряка. У него есть девушки, если не
в каждом порту, то в каждом городе.
- Девушки? С ними могут быть проблемы?
- Кто знает. Такие, как Джек, привлекают определенный женский тип.
Хорошенькие куколки. Умом не блещут, но на них можно положиться.
- В этом нет противоречия?
- Нет. Вы только вдумайтесь.
Таррант последовал ее совету. Умом не блещут, но надежные... Как правило, успех
во многих сферах жизни зависел от того, как у тебя работает воображение и имеется ли
инициатива. Но с другой стороны, Боултер не попал бы в дурацкое положение, если бы
его ночной сторож четко и неукоснительно выполнял инструкции, осматривал все
углы и закоулки охраняемой им территории. Человек с живым воображением никогда
не остановил бы машину, въехавшую в запретную зону, если бы на ней был флажок
высокого начальства. А туповатый служака просто выполнял бы приказ,
автоматически, не раздумывая...
- Ясно, - сказал Таррант. - Пожалуйста, продолжайте.
- Кроме того, Джек Уиш нравится девицам, которые испытывают дополнительное
возбуждение, если мужчина их пугает. А судя по его досье, припугнуть он умеет.
- Итак, у него подружки в разных городах земного шара. Он присылает им письма
в большом конверте, а они вынимают их и отправляют по отдельности, так?
- Скорее всего, большинство писем уходит именно так. Впрочем, у него имеются
и другие способы.
- А девицы не проявляют порой лишнего любопытства?
- Эти нет. К тому же они знают, что Джек Уиш может крепко наказать за
ослушание.
Таррант помолчал, потом проговорил с улыбкой:
- Что ж, это все не более странно, чем умение предсказывать смерть. Но что
поделаешь, мы живем в совершенно непредсказуемом мире. Итак, что же мне теперь,
по-вашему, делать?
- Ничего. Теперь черед выступать Вилли.
- Раз дело касается слабого пола, то разумеется, - отметил Таррант с легким
неодобрением в голосе. - Но как же он будет отыскивать их - в данном случае?
- Вилли уже нашел одну девицу, с которой Джек Уиш живет в Лондоне. Он начал
с нее. Кроме того, у нас есть координаты его римской пассии. Но сначала посмотрим,
чего он добьется от лондонской киски. Он разыскал ее в одном ночном клубе со
стриптизом, где она работает.
- Быстро вы действуете, - произнес Таррант, с грустью подумав о том, сколько
разной бюрократической волокиты мешает ему поступать так, как хотелось бы. -
Думаете, Вилли сумеет ее разговорить?
- Не знаю. У нас мало времени, чтобы постараться заставить ее запеть. Но Вилли,
по крайней мере, окажется с ней в постели. И если он получит возможность денекдругой
побыть в ее квартире, кто знает, вдруг там найдется какая-нибудь ниточка?
Таррант взглянул на свои аперитив и кисло заметил:
- Спасибо хоть, что речь идет о девицах. Трудно представить, что было бы, если
бы пришлось работать с мужчинами. - Вам никогда не приходилось организовывать
соблазнение того или иного джентльмена в связи с оперативной необходимостью? -
поинтересовалась Модести.
- Приходилось. Но для того существуют другие девицы...
Модести посмотрела на него и, чуть поддразнивая Тарранта, сказала:
- Порой вы ведете себя как самый настоящий викторианец. У меня складывается
впечатление, что вы считаете меня неразборчивой в связях...
- Модести, что вы! - замахал руками покрасневший Таррант. - Уверяю вас, что
я... - Он осекся, потом, собравшись с силами, продолжил: - Я и в мыслях не держу
ничего подобного. Совсем наоборот. И пожалуйста, не пытайтесь шокировать меня
намеками, что вы были бы рады выполнять то, что приходится сейчас делать Вилли.
Это совершенно не так. Я успел вас неплохо узнать и потому говорю это с полной
ответственностью.
Модести чуть наклонила голову набок и пристально поглядела на Тарранта.
- Рене Вобуа еще жив? - спросила она.
- Да, а в чем, собственно, дело? - Вопрос застал Тарранта врасплох.
- Есть тут одна тонкость. Вилли, скорее всего, получит удовольствие от того, что
ему предстоит. Так уж устроены мужчины. Ну а я, как вы совершенно справедливо
заметили, не была бы рада выполнять то, что делает сейчас Вилли. Но если бы от этого
зависела жизнь Рене Вобуа, я бы пошла на это без разговоров. И думаю, неплохо
справилась бы с заданием.
Таррант молча кивнул.
Она оглянулась и, удостоверившись, что их никто не слышит, тихо сказала:
- Я убила человека, чтобы сохранить жизнь Рене. После этого было бы просто
странно устраивать истерику из-за того, что нужно переспать с другим человеком во
имя той же благородной цели.
Таррант снова вздохнул:
- Я рад, что вы на нашей стороне. И еще больше рад, что не я впутал вас в эту
историю.
- Да, и поэтому можете покормить меня ленчем с чистой совестью, - сказала
Модести, подбирая сумочку. - Но предупреждаю, это вам обойдется недешево.
- Отлично, - сказал Таррант, вставая. - Я не люблю, когда моя совесть
абсолютно чиста, и потому с удовольствием сделаю это за счет нашей фирмы.
Пойдемте, попробуем прокутить немножко государственных денег. Чего не сделаешь
ради блага общества.
Вилли посмотрел на часы. Было четырнадцать ноль-ноль, а Рита отправится в свой
клуб в девять вечера. Три дня назад он въехал в ее маленькую квартирку на Девонширстрит.
Он сидел в кресле в пижамных брюках и халате и лениво листал какой-то
любовный комикс. Ничего другого Рита не читала.
Дверь в маленькую кухоньку была открыта. Там, как всегда, царил жуткий
беспорядок, и Рита предпринимала очередную, хотя и довольно вялую попытку
немного прибраться. Вилли видел, как она сгребла в охапку кучу комиксов, рекламных
проспектов, газет, бумажных мешков и обрывков веревки, а затем исчезла из поля его
зрения, но по звукам он мог догадаться, что она пыталась втиснуть все это и в без того
набитый макулатурой буфет. Рита редко находила в себе силы выбросить что бы то ни
было, хотя у нее не было никакой надобности в том, что скапливалось в буфете и
вокруг.
- Как насчет чашечки чая, Рита? - воззвал к ней Вилли. В дверях появилась
пухленькая блондинка с короткой прической, большими карими глазами и круглым
кукольным личиком. На ней был весьма просвечивающий пеньюар, под которым
виднелись кружевные лифчик и трусики, чулки в сетку и туфли на высоких каблуках.
- Сейчас я прибираюсь, Вилли. Прямо не знаю, откуда что берется. Скоро закончу
и тогда сделаю чай.
- О'кей, детка.
- Умница. - Рита сделала дружелюбную гримаску и удалилась на кухню. Вилли
снова стал листать комикс. Поначалу он взял с ней слишком круто, и это оказалось
ошибкой. Теперь он сделался покладистым, и все встало на свои места. Ей нравилось
бояться только Джека Уиша.
Она давно крутила роман с Джеком и была привязана к нему, как проститутка к
сутенеру. Впрочем, Рита не была проституткой, но ей нравилось, что где-то на заднем
фоне у нее имеется постоянный мужчина. Судя по всему, Джеку было плевать,
сохраняет она ему верность или нет во время весьма продолжительных разлук, но Рите
хотелось верить, что Джек не одобрил бы измену. Время от времени она заводила себе
любовников, испытывая особое удовольствие от опасности быть вычисленной Джеком
и беспощадно за это наказанной. Но от любовников она ждала как раз мягкости и
покладистости. Вилли Гарвин, вовремя сообразивший, как устроена Рита, очень даже
нравился ей.
Мягко, почти по-матерински Рита брала ситуацию в свои руки. Она любила
командовать парадом. Тогда все шло отлично. После первого фальстарта Вилли
прекрасно научился ей подыгрывать. И это было единственным способом поладить с
ней, потому что за всей ее пухлой мягкостью крылась стальная основа и Рита делала
исключение для Джека Уиша только потому, что это отвечало ее потребностям.
Вилли начал с ряда косвенных вопросов. Они не насторожили Риту, но скольконибудь
заслуживающих внимания ответов Вилли тоже не получил. Рита признала с
благоговейным похихикиванием, что за ней ухаживает один джентльмен, но ему
приходится много путешествовать, и она видится с ним от случая к случаю.
Фотографии ухажера она не держала в своей квартире и ни разу не назвала его по
имени, величая его исключительно "Он", причем безусловно с большой буквы.
Вилли был недоволен. Вроде бы все шло неплохо. Он зарекомендовал себя
хорошим милым мальчиком, и с Ритой у него намечалась близость, только вот
откровенничать она отказывалась. Он ломал голову над следующим ходом. Похоже,
вскоре все мирные средства будут исчерпаны, и ему придется просто привязать ее к
кровати и вколоть ей хорошую дозу скополамина. Судя по всему, только на это
оставалось и надеяться.
Вилли тоскливо посмотрел на потроганный комикс. Книжка была открыта на той
странице, где Рыжая Прелесть задавалась вопросом, как далеко она может позволить
зайти своему очаровательному молодому человеку и не перестанет ли он ее любить,
если она проявит чрезмерную стойкость.
Вилли прочитал стандартный совет Мудрой Мери и тут же сам придумал другой
совет, который, может, и сбил бы с толку Мудрую Мери, но уж молодого человека
оставил бы вполне удовлетворенным.
Вилли глянул на дату выпуска наверху страницы. Комиксу было уже пять месяцев.
Это его не удивило. Рита обожала собирать и хранить все подряд. Он перевернул еще
несколько страниц, и из книжечки выпал порванный конверт, на оборотной стороне
которого были записаны какие-то покупки. В конверте, похоже, был прислан счет за
газ, судя по обратному адресу в углу.
Тут в голову Вилли пришла одна мысль. Он закурил, рассеянно прислушиваясь к
перестукиванию Ритиных каблучков на кухне.
Да, попытка не пытка.
- Ты со скольких сегодня в клубе, Рита? - спр
...Закладка в соц.сетях
