Жанр: Триллер
Русский экзорцист
...мянец, глаза лучились, губы подрагивали в готовности смеяться от
переполнявшей ее жизни.
- Подъем, - скомандовала она, сдергивая с Волохова простыню, - вчера валялись
целый день. После обеда мне на работу, а пока сделай девушке красиво. Я люблю
подарки! Я хочу норковую шубку, ондатровую шапку и плюшевого мишку!
- Мишку обязательно купим, - пообещал Волохов. - Ох, Свет, а может, мы и
сегодня... - Перекатившись по кровати, он попытался схватить ее за полу
халатика, но Светка ловко увернулась и выскочила на кухню.
Чайник прекратил свист, запахло кофе. Волохов почувствовал, как он проголодался,
и понял, что действительно пора вставать.
- Давай вставай, водолаз, - крикнула Светка, - кофе в постель ждешь?
- Лучше в чашку, - пробормотал Павел, вставая со скрипучей кровати и раздвигая
шторы.
Среди поваленных деревьев бродили жильцы из соседнего дома. Кто-то уже рубил
ветки, кто-то пытался пилить стволы. Какой-то бедолага ходил вокруг своего
придавленного деревом "жигуленка", чертыхаясь и пытаясь заглянуть в салон. Из
расположенного рядом с домами депо неслись призывы диспетчерши цеплять на
маневровый, и побыстрее. Павел потянулся, похлопал себя по груди и пошел в душ.
Нагревательную колонку Светка, конечно, не зажгла, но так даже лучше, решил
Волохов. Сначала шла чуть теплая, согревшаяся за ночь в трубах вода, потом
холодная и, наконец, ледяная. Чувствуя, как кожа покрывается мурашками, а кровь
быстрее бежит по жилам, Павел переминался с ноги на ногу и довольно
отфыркивался. Вдруг он почувствовал, что открылась дверь ванной комнаты, и
выглянул из-за занавески.
- Светка, иди скорей ко мне, а то я совсем замерз, - сказал он и осекся, увидев
ее лицо. - Что случилось?
- Вот, посмотри, что пишут, - она протянула газету, как-то странно взглянув на
него.
- Ну-ка, ну-ка, - Волохов обмотал бедра полотенцем и, пройдя на кухню, уселся на
табурет. - Это мне? - спросил он, увидев кружку с кофе. - Спасибо. Итак, что же
пишет пресса?
- Вон там, на первой странице.
Внизу газетного листа, там, где давали уголовную хронику и происшествия, он
прочитал следующее:
" Вчера днем возле Строгинского моста отдыхающие обнаружили изуродованные трупы
двух мужчин. Нашему корреспонденту удалось взять эксклюзивное интервью у
старшего прибывшей на место происшествия оперативной группы. Оба мужчины
принадлежат к национальным меньшинствам, составляющим большинство московских
преступных группировок. Тела сильно изуродованы: у одного убитого разорвано
горло и отсутствует кисть руки. Причем у патологоанатома создалось впечатление,
что кость перекушена. У второго вспорот живот от паха до грудины. Наш
корреспондент поинтересовался у эксперта, могли бы в Москве-реке, в связи с
общим потеплением климата и ухудшившейся санитарно-эпидимиологической
обстановкой, появиться рыбы-убийцы, типа пираний. Но эксперт высказал
предположение, что, судя по характеру ранений, речь идет, скорее, о щуке-людоеде
или сбежавшим от одного из новых русских крокодиле.
Так или иначе, купаться в Москве-реке в разгар летнего сезона становится все
опасней, но московским властям и Государственной Думе, похоже, нет дела до
здоровья и жизни москвичей".
Волохов поднял взгляд на Светку.
- Ну и что?
- Как что, это же те двое! Ну, те, которые... которых ты...
- Свет, ты хочешь сказать, что это я их загрыз? - он посмотрел на нее честными
глазами.
- Нет, конечно, но... - неуверенно ответила она.
- Морду разбил одному, вот и все, а второму просто руку вывихнул.
- Но там же написано, что...
- А еще тут вот что написано, - Волохов развернул газету и прочел с выражением:
" Президента России решено повесить на Лубянке!!!
Как стало известно нашему корреспонденту, новый руководитель "конторы",
расположенной в "прославленном" по всему миру здании на Лубянке, рекомендовал
вешать в кабинетах портрет президента России. На вежливый и тактичный вопрос
нашего корреспондента представителю одиозного ведомства: будет ли способствовать
такой подхалимаж служебному росту, представитель ведомства, укоризненно глядя на
нашего сотрудника, покрутил пальцем у виска. При этом он не пояснил, имеется в
виду руководство или журналист. Очевидно, уважаемый представитель не подумал,
что наносит оскорбление лично корреспонденту и всему коллективу нашей всенародно
любимой газеты. Редакция оставляет за собой право адекватно отреагировать на
дикую выходку чиновника".
Волохов проводил Светку до работы. Зеленые московские дворики были завалены
вырванными с корнем и сломанными деревьями. Ленинградский проспект походил на
лесоповал. Вперемежку с тополями и липами лежали сорванные рекламные щиты,
стояли искореженные автомобили. Троллейбусы и трамваи встали, ремонтные бригады
сбивались с ног, меняя оборванные провода.
- Картина Репина "Не ждали", - прокомментировала Светка.
- Это точно, - согласился Волохов, помогая ей перебираться через бурелом. -
Неужели нельзя было предвидеть? Ведь ясно было, что с погодой что-то не то
творится. Что же ваш Гидрометцентр?
- Ха, шараш-монтаж это, а не Гидрометцентр! Теперь навешают лапшу, что, мол,
атмосферные потоки разогнали над столицей вечный смог и, наконец-то, народ
вздохнет с облегчением. Я помню, после Чернобыля один из этих деятелей, на
полном серьезе заявил, что радиация в некотором роде, даже полезна организму.
Договорились, что Волохов встретит ее после работы. Светка чмокнула его в щеку и
исчезла за стеклянной дверью.
Волохов перешел Ленинградку и, зайдя в "Смену", выбрал самого большого плюшевого
медведя. Медведь был веселый, с растопыренными, готовыми для объятий лапами. В
продовольственном магазине возле метро Волохов купил шампанского и фруктов.
Затем, вспомнив про Витька, прихватил водки, закуски и пошел навестить
"соавтора".
На удивление, Тимирязевский парк почти не пострадал. Может, дело в том, что
деревья здесь стояли плотной стеной, и ветру негде было разогнаться, а может
потому, что на краю парка росли дубы, которые, не дрогнув, приняли всю силу
урагана.
Витек, пригорюнившись, сидел у тлеющего костра. Земля была мокрая, и он
подстелил под худой зад пластиковый пакет. Одет он был в свое старое рванье и
Волохова встретил, как родного. Только почему-то глаза прятал.
- Паша! А я думаю, куда ты пропал, - преувеличенно обрадовался он, - о-о,
смотри, какой зверь у тебя!
Волохов прислонил плюшевого мишку к пеньку и стал доставать продукты.
- Ну, как тут у вас? - спросил он.
- Вот, - Витек похлопал себя по рукаву пиджака, - переоделся, как говорится, из
чистого в теплое. А то замызгаю и в город-то пойти не в чем будет.
- Похвально, - одобрил Волохов, - ты чего такой смурной?
- Да, видишь, дело какое, - пробормотал Витек, потом махнул рукой, решившись: -
Ай, да, ладно. Люська, сука, костюм твой продала. Не уследил я, ты уж прости.
- Ну, что ж делать, - Волохов пожал плечами, - он мне, может, больше и не
пригодится. Но твой-то в целости?
Витек закряхтел.
- Паш, тебя ж не было два дня, а она, зараза, пристала: зачем он тебе да зачем,
- он огорченно махнул рукой, - если, говорит, спросит - скажешь: потерял. Вот на
мой и похмелялись.
- Да, красиво жить не запретишь.
- Угу, - согласился Витек, - а сейчас я ее с пустой посудой погнал. Пусть
подлечиться принесет.
- На вот, лечись, - Волохов протянул ему бутылку, сделал себе бутерброд и уселся
на бревно.
Витек, пожелав ему здоровья, хватил стакан и налег на закуску. Волохов смотрел,
как он аккуратно ест, стараясь не капнуть маслом от консервов на расстеленную
газету.
- Слушай, Виктор, не надоело в лесу жить?
Витек покосился на него, дожевал, запил газировкой и, налив себе еще полстакана
водки, откинулся, облокотившись на локоть.
- Летом нормально, - задумчиво сказал он, - а зимой в подвалах ночевать
приходится. Тут знаешь сколько таких как я бродит? О-о! Рынок рядом,
подкормиться всегда можно. Черные, правда, издеваются. За людей не считают. Хотя
и правда, какие мы люди, так, покойники ходячие. Твари бессловесные.
- А жилье есть?
- Паша, не поверишь, есть жилье. Однокомнатная хата возле "Байкала". Я ж
двадцать пять лет на заводе отпахал. Заработал. Выпить, правда, люблю. Вот,
когда завод родной разваливаться стал, меня по тридцать третьей статье и
вышибли. Запил я, жена ушла. Опомнился - мебель пропил, в квартире - шаром
покати, и ушел я на волю. Ключи соседке оставил и ушел. И здесь жить можно, и
поговорить есть с кем, хотя законы тоже волчьи.
- Назад не тянет?
Витек опрокинул стакан, занюхал рукавом и кивнул.
- Тянет. Да я уж решил - все! Последнее лето такое. Хватит груши околачивать,
надоело.
- Точно, не передумаешь?
- Нет, Паша. Тоскливо тут. Не могу я в безделье. Двадцать пять лет через
проходную на смену ходил. Тянет обратно. Может, и возьмут. Говорят, работа
появилась, заказы военные пошли. У нас же оборонный завод был. Правду говорят:
кому война, а кому - мать родна!
Волохов вытащил шариковую ручку и записал номер своего сотового телефона на
куске газеты.
- Вот, возьми. Денег не дам, впрок они тебе не пойдут...
- Это точно, - кивнул Витек.
- ...но, если совсем туго станет - звони, и как соберешься домой - позвони.
Помогу, чем смогу.
Витек спрятал бумажку и хитро прищурился.
- А ты, видать, подружку нашел, а? Побритый, спокойный. Медведя купил. Хорош
подарок - бабе игрушку, - он покрутил головой, - ох, Паша!
- Нашел, Витя. Вроде, нашел.
- Ну и слава богу, - Витек решительно разлил водку, - давай-ка за это самое!
Мужику одному трудно. Пропадет. С бабой куда как легче. Я потому и Люську хочу с
собой забрать.
- А пойдет?
- Вожжами вдоль хребта пройдусь разок - побежит, как миленькая!
- Ну, тогда давай, - согласился Волохов, поднимая стакан.
Глава 12
Рец не спеша сложил газету пополам, потом еще и еще раз пополам. Взявшись за
середину получившегося квадрата, он медленно разорвал его, сложил вместе, снова
разорвал и отбросил в сторону клочки.
- Идиоты черножопые! - пробормотал он. - Хотя...
Досадливо крякнув, Рец подобрал обрывки газеты, нашел нужную статью и перечитал:
"...у одного убитого разорвано горло и отсутствует кисть руки. Причем у
патологоанатома создалось впечатление, что кость перекушена. У второго вспорот
живот от паха до грудины.
...эксперт высказал предположение, что, судя по характеру ранений, речь идет,
скорее, о щуке-людоеде или сбежавшим от одного из новых русских крокодиле".
Неужели это он, подумал Рец. Получается, долгие годы он ждал нас, готовился к
встрече. Если так, столкновение с ним неизбежно...
Рец достал сотовый телефон, набрал номер и поудобней устроился на поваленном
дереве.
Ответили после третьего гудка.
- Pronto?
- Здравствуйте, господин Стаховский.
- А-а, господин Рец. Здравствуйте, здравствуйте. Как дела? Вы не очень
огорчились, что вас не посвятили в наш план полностью?
- Не очень, - усмехнулся Рец, - это было неизбежно, к тому же весьма интересно и
поучительно. Включая гибель моей бывшей группы.
- Прекрасно, прекрасно, - обрадовался Стаховский, - так чем могу быть полезен?
- Возникла некоторая проблема. В зависимости от сведений, которые вы, надеюсь,
мне предоставите, будет понятно, стоит продолжать мою миссию или она обречена.
- А что такое? - встревожился Стаховский.
- Мне нужно, чтобы вы подняли документы, относящиеся к подготовке введения на
Руси христианства. Если не ошибаюсь, это происходило в IX-X веках.
- М-м... полагаю, это возможно. Вас интересует что-то конкретное?
- Была предпринята попытка дискредитации язычества. Попытка провалилась. Кое-что
я помню, но хотелось бы уточнить детали. Есть вероятность, что существо,
вмешавшееся тогда в ход событий, вновь встанет у нас на дороге.
- Я понял вас, господин Рец. Постараюсь как можно быстрее разобраться в этом
вопросе. В течение одного-двух часов я вам перезвоню.
- Очень хорошо, пан Войцек.
Убрав телефон, он посидел, бездумно глядя на рабочих, пиливших упавшее на
трамвайные пути дерево. Мужики спорили, кому убирать оборванные провода. Один
кричал, что все давно обесточили, давай, ребята, не трусь, а то я с пилой - мне
несподручно. Ты пилу отложи и тогда тащи провод, резонно возражали ему. Спор
завершил пожилой бригадир в желтой пластиковой каске.
- Кончай бардак, - рявкнул он и, взявшись за провод, оттащил его в сторону.
Работяги навалились на ствол кто с пилой, кто с топором, а бригадир сунул в рот
сигарету, похлопал себя по карманам и направился к Рецу.
- Огонька не найдется?
Рец протянул ему зажигалку.
- Что за народ, - сокрушенно сказал бригадир, раскуривая "Приму", - пока сам не
сделаешь - никто не сделает.
Внимательно посмотрев на него, Рец кивнул.
- Скажу вам даже больше: хочешь сделать хорошо - сделай сам. Оставьте себе, -
сказал он, когда бригадир хотел возвратить ему зажигалку, - у меня еще есть.
Поднявшись с поваленного дерева, на котором сидел, читая газету, он залез в
машину и завел двигатель.
Притормозив возле ресторана, Рец поглядел в зеркальце заднего обзора, слегка
растрепал волосы, закурил тонкую сигару и, выйдя из машины, вальяжно направился
к дверям.
"По техническим причинам ресторан не работает. Приносим свои извинения.
Администрация", - прочитал он написанную от руки табличку, приклеенную скотчем
на стекле. Выругавшись, постучал костяшками пальцев. Долго никто не подходил,
потом за стеклом показался молодой парень. Рец жестами попросил открыть.
- Не работаем сегодня, - буркнул парень, дохнув пивом.
- Мне без разницы, - сказал Рец, помахивая небрежно зажатой в пальцах сигарой, -
но вот одна подружка пригласила в гости заходить. Такая курносенькая, с хвостом
на макушке.
- Светлана, что ли?
- Во, точно! Светка. Адресок не дашь?
- Адресов персонала не даем, - насупился парень, - приходите завтра.
- Завтра, понимаешь, улетаю. Бизнес, в рот ему талоны! Хоть телефон шепни - не
обижу.
Парень окинул его оценивающим взглядом. Отметил перстень с крупным камнем,
дорогую одежду.
- Подождите минутку, - он скрылся в глубине ресторана и через несколько минут
вышел, протягивая клочок бумаги с номером телефона.
- Ну, братан, выручил, - просиял Рец, доставая объемистое портмоне.
- Не надо денег.
- Да ладно, - Рец сунул купюру ему в карман, - чего ты как целочка ломаешься.
Несколько раз безрезультатно нажав кнопку лифта, Рец стал подниматься пешком.
Адрес этой его квартиры никто не знал, даже телефона он не давал никому.
Навстречу ему попалась соседка по этажу, тщедушная тетка лет сорока, всегда
строившая ему глазки, встречая в подъезде.
- А что это лифт у нас не работает? - спросил Рец.
- Так света нет. Вчера, как ураган прошел, так и вырубили, а когда будет -
неизвестно, - всплеснула руками женщина.
- А телефон?
- С утра не работает. Говорят - колодцы залило.
Сокрушенно покачав головой, Рец поднялся все же в квартиру. На всякий случай
поднял трубку. Телефон молчал. Поморщившись, проверил источник бесперебойного
питания. На полчаса работы должно было хватить. Рец включил компьютер и проверил
записи последних часов. Все шло, как он и планировал.
- Ну что ж, будем искать компьютерный клуб, - бодро сказал он, - цивилизация,
слава демократии, и до нас докатилась.
Звонок Стаховского застал его на Хорошевке. Рец выбрался из потока машин и
остановился у обочины.
- Пан Рец? - голос звучал четко, словно абонент находился поблизости.
- Слушаю.
- Вот что удалось узнать: около 897 года папа Стефан VII озаботился
проникновением Византийской церкви на восток и тайным указом учредил миссию в
северные земли Руси во главе с отцом Бенедиктом. Это нынешняя Новгородская или
Псковская области. Упоминания о целях и задачах чрезвычайно скудны - настолько
секретной была эта миссия. Уже в годы правления Бенедикта IX, то есть примерно
через 3-5 лет, в Рим возвратился единственный уцелевший - переводчик миссии. Вот
что он показал: отец Бенедикт, с целью демонстрации сил врага рода человеческого
и последующего изгнания его, инициировал проявление демона разрушения. При
попытке уничтожения места отправления языческих культов демон был
деструктирован, а миссия истреблена. Чудом уцелевший переводчик, по возвращении
к Святому Престолу описал пышущее огнем чудовище с внешностью сказочного
дракона, который уничтожил демона и умертвил участников миссии во главе с отцом
Бенедиктом.
- Проще говоря, хотели развалить капище, явился какой-то местный божок и всех
перебил, - подытожил Рец. - Есть ли более поздние упоминания об этом чудовище?
- Конкретно ничего, но известно, что после введения князем Владимиром
христианства, в XI-XII веках повсеместно, - а в северных районах позже на
одно-два столетия, - на всей территории Руси возобладала православная вера, и
языческие капища были разрушены. Есть упоминания о сохранившихся в
необследованных областях севера России мест обитания странных существ,
напоминающих, по описаниям очевидцев, языческих богов. Но конкретно э-э...
персонифицированы они не были. А что, собственно, случилось?
- Боюсь, что одно из этих существ появилось в Москве и, как вы говорите,
"персонифицировать" его придется мне.
- Пан Рец, в любом случае ваши возможности превосходят оставшийся после столетий
забвения потенциал оппонента, кем бы он ни был.
- Надеюсь, что так, - задумчиво протянул Рец, - хорошо, пан Войцек. Благодарю за
помощь. Буду держать вас в курсе.
Возле метро "Полежаевская" Рец попал в пробку. К вечеру ветер опять усилился.
Налитые влагой тучи почти цеплялись черными животами за крыши домов. Рабочий
день заканчивался, на автобусных остановках народ теснился под крышами, штурмуя
редкие автобусы. Рец прижался к тротуару возле выхода из метро и, опустив
стекло, окликнул двух мальчишек.
- Эй, парни, - он немного высунулся в окно и помахал зажатой в пальцах
пятидесятирублевкой, - есть где-нибудь поблизости компьютерный клуб?
Мальчишки переглянулись. Один недоуменно пожал плечами, но второй вдруг хлопнул
его по плечу.
- А помнишь, возле ипподрома? Это, знаете, - он помялся, - вот "Беговую"
проедете и налево, за трамвайными путями, в домах. Почти напротив ипподрома. Там
вывеска есть, сразу найдете.
Рец кинул ему купюру. Мальчишка метнулся, ловко подхватывая ее на лету.
- Ну, смотри, если обманул, - сделав зверское лицо, пригрозил Рец, - потрох
вырву!
Мальчишки бросились в толпу.
Нырнув под мост, Рец выехал на Беговую улицу и пересек ее через сплошную
разделительную линию, не обращая внимания на возмущенные сигналы водителей.
Трамваи с темными салонами стояли на кругу. Вместо трамваев из-за последствий
урагана сегодня на линии ходили автобусы. Рец свернул направо и покатил вдоль
домов, приглядываясь к рекламным щитам. Вывеска компьютерного клуба примостилась
на мачте освещения, и он чуть не пропустил ее.
Заплатив сорок рублей за час пользования интернетом, он открыл дверь в зал. В
уши ударил крик и визг. Три десятка пацанов от десяти лет и старше рубились в
"Doom II".
- ...дурак, надо было пулемет брать!
- ...патроны кончились...
- ...я за колонной спрятался, а он, сволочь, из гранатомета...
- ...урод! Зачем в зеленую дверь полез?
- Сам урод! Там жизни не меряно и броня!
Подошел парень лет восемнадцати.
- Вам интернет? - спросил он.
- Хотелось бы. Здесь что, всегда так?
- Каникулы, - парень пожал плечами, - хотя и во время учебного года народу не
меньше. Здесь, знаете ли, интереснее, чем в школе.
- Не сомневаюсь, - кивнул Рец.
- Давайте я вам включу двадцатую машину. Вон, в уголке.
Парень проводил Реца в дальний угол. Слева оказался десятилетний шкет в очках со
сломанной и перевязанной изоляционной лентой дужкой. Справа сидел опрятный
толстячок, горстями пихавший в рот поп-корн. Пацаны покосились на соседа.
- Давай на другой уровень сбежим.
- Зачем? - толстяк с набитым ртом говорил невнятно, но громко. Крошки поп-корна
летели у него изо рта при каждом слове.
- Оружия наберем, жизни.
- Не, у меня оружия навалом.
- Где взял?
Толстяк потянулся к очкарику и, рассыпая поп-корн на клавиатуру Реца, стал
объяснять, как набрать код.
- Так, парни, - решительно сказал Рец, отпихивая толстяка, - сели на места и ни
гу-гу.
- Мужик, у нас чемпионат... - начал было очкарик.
Рец дал ему щелбан. Звук был, как от листа фанеры. Глаза парнишки округлились,
он обиженно надулся и замолчал. Толстяк в удивлении открыл рот и стал похож на
карася с набитым наживкой ртом внезапно оказавшегося в руках рыболова.
- Возражений нет? - осведомился Рец.
Возражения у мальчишек, конечно, были, но связываться с суровым дядькой они не
решились.
Рец нашел через "Rambler" телефонную базу Москвы, ввел номер, сверяясь с
запиской. Две минуты ожидания, и он удовлетворенно ухмыльнулся, глядя на
высветившийся адрес Светки.
- Девочка моя, да мы почти соседи! А, колобок! - сказал он, ткнув пальцем под
ребро толстячка, - не грусти - все будет хорошо и все поженятся!
- Чего? - не понял тот.
- Через плечо, - ответствовал Рец, запуская руку в его пакет с кукурузой, -
худеть тебе надо, говорю.
- Пока толстый сохнет - худой сдохнет, - хмуро возразил мальчишка, следя за его
рукой.
- Молодец, грамотно утешаешься. Ну, - Рец набил рот поп-корном, выключил
компьютер и встал из-за стола, - бывай, шпана виртуальная.
Пятиэтажные кирпичные дома стояли в ряд, подобно фишкам домино. Дворы и
отделяющая их от депо дорога были завалены деревьями. Сорванные провода вились
среди ветвей, словно мертвые змеи. Кое-где завалы были расчищены - владельцы
автомобилей освобождали себе выезд. Ранние сумерки придавали окружающему вид
таежного бурелома.
- Слышь, друг, - кряжистый мужик в рабочей спецовке тщился столкнуть с
продавленной крыши автомобиля верхушку тополя, - толкни чуток.
Рец уперся в ствол дерева. Мужик крякнул, тополь медленно сполз с крыши и, ломая
ветки, завалился на землю.
- Да, - пробормотал Рец, разглядывая разбитый "Жигуленок", - в свое время была
неплохая машина.
Он отряхнул руки. Мужик, подергав заклинившую дверцу, залез в салон через
разбитое лобовое стекло и принялся выгребать осколки. Пальцы его покрывала вязь
татуировки.
- Чисто лесоповал, - бормотал он.
- Бывал?
- Приходилось. Эх, суки, неужто не знали, что буря идет!
- Да наплевать всем, - усмехнулся Рец, - страховка была?
- Какая на х... страховка, - мужик выбрался из машины, достал сигареты, протянул
собеседнику.
Рец отказался.
- Я как увидел, что творится, кинулся было во двор. Думал, отгоню тачку от
греха. Да куда там. В окно глянул - уже деревья падают, - он усмехнулся, - не
поверишь: тут тополь завалился, а на нем парень с девчонкой любовь стали
крутить.
- Во дают.
- Ага. Град бьет, сучья летят, а им все нипочем. Я даже позавидовал.
- Да-а... Это где же?
- Да вот на том дереве. Я смотреть-то не стал - нехорошо, хотя им не до меня
было, если даже про ураган забыли. Ладно, пойду, - мужик подал Рецу твердую, как
деревяшка ладонь, - спасибо, друг.
Рец дождался, пока он исчезнет в подъезде, и, подойдя к упавшему тополю, присел
на корточки. Поворошив листья, он присмотрелся и вытянул из-под веток мокрые
женские трусики. Поднес к лицу, вдохнул слабый запах, не смытый водой, и
оскалился.
- У-у, любовь... Это неплохо. Это совсем неплохо.
Оглядевшись, он подошел к ближайшему подъезду, проверил номера квартир и
удовлетворенно кивнул.
- Как хорошо, что вы нашли друг друга, детки. У нашего неведомого приятеля будет
лишний стимул проявить себя.
Около десяти вечера Волохов подошел к ресторанчику встретить Светку. Ресторан
был закрыт, на двери висело объявление, что сегодня, по техническим причинам,
"Пицца" не работает. Волохов выругался, осмотрелся. Уже стемнело. Палатки и
киоски закрылись, редкие прохожие спешили в метро, и только аварийные бригады в
оранжевых жилетках продолжали устранять последствия бури.
- Ну и где ж тебя носит, ненаглядная моя, - пробормотал Волохов, - я, понимаешь,
стол накрыл, свечи зажег, тоскую и грущу! А ты?
Ждать Светку возле метро не имело смысла - она могла приехать на "Аэропорт", а
могла и на "Сокол". Если, вообще на метро поедет. Выпорю, решил Волохов, шагая к
дому, как сидорову козу выпорю!
К вечеру, поняв, что нормальную работу наладить не удастся, администрация
ресторана распустила всех по домам. Девчонки предложили Светке скинуться и
посидеть в каком-нибудь кабаке. Почему бы и нет, решила она, а ко времени
закрытия "Пиццы" она подъедет и встретит Пашку. Но подъехать не удалось -
подружки уговорили посидеть еще немного - только унесли горячее. А кофе, а
мороженное? Веселье разгорелось с новой силой, и девчонки ждали десерт,
отбиваясь от назойливых кавалеров. Когда Светка опомнилась, оказалось, что
вот-вот закроется метро. На последнем поезде она доехала до "Сокола", выскочила
из стеклянных дверей и, цокая каблучками, побежала домой безлюдными переулками.
Голова слегка кружилась от шампанского и свежего воздуха.
Деревья после урагана еще не убрали, обходить двор кругом не хотелось, и Светка,
вполголоса ругаясь, полезла через поваленные стволы. Шел второй час ночи,
тяжелые тучи добавляли сумрака, а фонари не горели из-за оборванных проводов.
- Что за манера, искать на свою жопу приключений, - бормотала она, продираясь на
тусклый свет лампочки у подъезда, - сто раз вернулась бы и обошла кругом.
После дождя листья поваленных деревьев были мокрые, и скоро джинсы, и блузка
прилипли к телу.
Выбравшись из бурелома, она бросилась к подъезду, нашаривая в сумочке ключи. Ну,
наконец-то. Пашка наверное ругаться будет. Сам виноват, мог бы и номер своего
сотового дать, а в квартире телефон спаренный - хрен дозвонишься. Сейчас горячий
душ, перекусим чего-нибудь и спать завалимся. Но спать не будем! Будет любовь!
Долгая-долгая, пока хватит сил.
После чистого и сырого ночного воздуха в нос ударила привычная вонь редко
убираемого подъезда. Пахло кошками, тухлятиной, сыростью и еще не пойми чем. Но
сегодня к привычному букету добавился новый - странный сладковатый запах,
напомнивший что-то недавнее. Касаясь рукой стены, Светка осторожно сделала шаг,
другой. Вот и ступенька. И тут она вспомнила, где слышала этот беспокоящий
аромат. Так пахло у столика того молчаливого парня с огромными, почти
прозрачными серыми глазами на тонком усталом, если не сказа
...Поділитися у соцмережах
