Жанр: Триллер
На пути к югу
... - Вот. Оставьте автограф, просто чтобы я потом мог
сказать, что первым открыл вас. Напишите: моему другу, Барту Денбро.
- Вы.., хотите мой автограф? - спросил Полвис; щеки его покраснели от
смущения.
- Да. Прямо вот здесь. Моему другу Барту Денбро. Пелвис взял ручку и
написал то, что просил Барт. Затем начал писать: "Пелв... И замер.
- Что-то не так? Ручка не пишет?
Был только один Элвис, и он умер. Другого быть не может.
Может быть, это правда.
Прошло пятнадцать лет с тех пор, как Пелвис последний раз играл на
пианино перед публикой. И это было еще до того, как он стал одеваться как
Король, изучать его записи и фильмы о нем, купил парик, голубые замшевые
ботинки и другие регалии. Это было до того, как он растолстел от чрезмерного
потребления мучных и жирных продуктов. Это было до того, как он решила что
сам по себе не представляет особой ценности, и ему требуется что-то более
солидное, чтобы удержаться на плаву.
Но что если.., что если...
А что, если он слишком рано поставил на себе крест? Просто не был
достаточно уверен в себе, и... Что, если... Что, если?..
О Боже, это было так трудно: отказаться от всего и попытаться вернуться
назад. Как тяжело нанести удар по - самому себе, лишиться помощи Короля.
Возможно ли это?
Но Элвис умер. И другого быть не может.
- Подождите, я найду другую ручку, которая пишет, - предложил Барт.
- Нет-нет, - сказал Пелвис. - И эта пишет отлично.
Он был в ужасе.
Но он заставил ручку двигаться, и с бьющимся сердцем и пересохшим горлом
зачеркнул "Пелв" и написал ниже - "Сесил Эйсли".
Это было самая трудная вещь, которую ему приходилось когда-либо делать,
но когда он закончил, то почувствовал, что внутри него что-то приоткрылось,
хотя и совсем чуть-чуть. Может быть, через час он будет жалеть, что написал
свое настоящее имя. Может быть, завтра он будет все отрицать. Но сейчас, в
этот странный и удивительный миг, он чувствовал себя выше на десять футов.
- Грифф, пойди сюда! - позвал кого-то Барт. В бар вошел человек с
нездоровым лицом, которого явно не интересовала классическая музыка. Барт
дал ему двадцать долларов и сказал, что он должен сделать. - Вы пойдете с
Гриффом, - пояснил он, обращаясь к Флинту, и добавил, повернувшись к Арден:
- В шесть часов. Я буду ждать вас здесь.
- Пошли, Ламберт. - Флинт ткнул Дэна пистолетом. - Только аккуратно и не
спеша.
Два домика, к которым Грифф привел их, стояли в сотне ярдов от других
строений Сан-Нести, на платформе, вдававшейся в небольшую бухту с гладкой
черной водой. Грифф вытащил большой перочинный нож и сунул лезвие в замок
первого домика. Дверь открылась.
- Погодите, проверю, нет ли змей, - сказал Грифф и исчез в темном проеме.
Через несколько минут где-то ожил генератор, а еще через минуту загорелись
лампочки. - Змей нет, - объявил Грифф, вернувшись. - Только одна кожа. - Он
держал в руках тонкую, как паутина, длинную змеиную кожу. - Кто будет спать
здесь?
Никто из охотников не вызвался, и Арден собралась с духом:
- Наверное, я. - И шагнула через порог. В обшитой сосновыми досками
комнате было жарко, влажно и пахло плесенью. Там стояла разбитая софа, две
напольных лампы, которые, казалось, были куплены на распродаже не позже, чем
в 1967 году, и уголок кухни со ржавой плитой и побитой раковиной. В конце
коридора, вероятно, была спальня и - можно было надеяться - ванная. Этого
было достаточно на несколько часов.., до шести утра.
- Душ и туалет между домиками, - сказал Грифф. - И лучше заприте двери -
здесь бродит много людей, которым нельзя доверять.
Арден закрыла дверь, заперла ее и придвинула к ней софу. Потом включила
вентилятор под потолком, чтобы немного освежить воздух.
Запустив генераторы во втором домике, Грифф вышел оттуда, широко
улыбаясь.
- Только взгляните! - В руке у него была зажата толстая коричневая змея.
- Большой старый мокасин, дрых под кроватью. - Грифф отвел руку и,
размахнувшись, швырнул змею в воду. Раздался тяжелый всплеск. - Ну вот,
теперь можете заходить.
Флинт провел в домик Дэна. Обстановка была такая же, как и в первом -
дешевая, пропахшая плесенью мебель, обшитые сосновыми досками стены,
скрипучие половицы. Пелвис вошел последним; он панически боялся змей.
- С мокасинами всегда так, - заметил Грифф. - Даже если вы заметили
одного, рядом могут быть еще две или три штуки. Они не тронут, если их не
растревожить, но я на вашем месте не разрешил бы собаке бегать где попало,
поняли меня?
- Понял, - сказал Пелвис.
- Как не повезло этой девушке, а? Я имею в виду ее лицо. Тяжело смотреть
на него, но и не смотреть тоже трудно.
- Спасибо, что пустили нас сюда, - сказал ему Флинт. - Спокойной ночи.
- Все в порядке. Боюсь только, здесь много клопов. Ну, пока. - Грифф
посмеялся над чем-то себе под нос, сунул руки в карманы джинсов и отправился
назад, туда, откуда они только что пришли.
Флинт закрыл дверь и запер ее.
- Вот, возьми и направь на него. - Он протянул Пелвису пистолет, потом
достал из кармана наручники. - Руки назад.
- Я хотел бы на минуту в туалет, - сказал Дэн.
- Тогда руки вперед, - покладисто сказал Флинт. - Сложи их вместе.
- Я дал тебе слово, что не собираюсь бежать. Тебе ни к чему...
- Твое слово не стоит пятнадцать тысяч долларов, так что закрой рот. -
Флинт защелкнул наручники на запястьях Дэна и положил ключ во внутренний
карман пиджака. Рубашка на груди у Морто неожиданно заколыхалась. Дэн
припомнил, что примерно то же самое произошло, когда Морто лежал на земле, в
парке Бэзил. У него возникло странное ощущение, что в Морто есть что-то еще,
не видимое снаружи.
- Последи за ним, - сказал Флинт Пелвису и пошел осматривать остальную
часть домика.
- Не вздумай двинуться, - нервно заметил Пел-вис, держа сонную Мамми в
одной руке, а пистолет - в другой. - Я ведь выстрелю, если буду вынужден.
- Только стреляй осторожно. - Дэн мог бы сказать, что он не правильно
держит пистолет, и хотя оружие выглядело игрушечным, на таком малом
расстоянии все-таки могло наделать немало бед. Но он решил промолчать, чтобы
не напугать еще больше. - Как тебя зовут?
- Се... - нет, может быть, он и будет готов к этому имени когда-нибудь,
но не сейчас. - Пелвис Эйсли.
- Пелвис, вот как? - Дэн кивнул; все сходилось. - Прости" что я говорю об
этом, но вы с Морто не подходите друг другу. Вы давно с ним партнеры?
- Два дня. Он меня учит. "Любитель", - подумал Дэн.
- Значит, это твое первое задание?
- Верно. Первое.
- Сдается мне, лучше бы ты играл на пианино где-нибудь в Нэшвилле.
- Эйсли, не разговаривай с ним. - Это вернулся Флинт. Он обнаружил две
мрачные комнаты; в каждой стояли по две железные кровати без матрасов. Он не
преминул отметить, что ножки кроватей стояли в жестянках с водой - чтобы
преградить дорогу клопам. "Если это апартаменты для начальства, - подумал
Флинт, - то не хотелось бы мне побывать в рабочем бараке". Домик выглядел
так, словно в нем давно уже никто не бывал. Впрочем, ему было нужно всего
лишь несколько часов сна, а для этого он не нуждался в подушке из отеля
"Хилтон". Флинт забрал у Пелвиса пистолет. - Идем, Ламберт. Ты хотел в
туалет, так давай.
Сквозь заднее окно Флинт увидел сарай под жестяной крышей, в котором, как
он понял, был и душ, и туалет. Над дверью горела электрическая лампочка, но
чтобы войти туда, требовалась недюжинная отвага либо крайняя необходимость.
Арден уже пересилила себя и заглянула в этот сарай. К счастью, внутри
тоже горела лампочка. Там не было змей, но чище от этого не становилось. Так
что она покинула это место как можно скорее.
Войдя, Арден положила розовый мешочек на самый верх пирамиды старых
ящиков. Теперь она достала его, раскрыла мешочек и вынула то, что было в
нем.
Одну за другой она выстроила в ряд пять маленьких лошадок.
Они были куплены в дешевом магазине в Форт-Уэрт. Это было ничто, но это
было и все. Пять лошадей: две каурых, одна черная, две серых. Краска уже
почти слезла, обнажив красную пластмассу, из которого они были отлиты. Она
знала их тайные имена, а они приглядывали за ней. Они напоминали ей о том
времени, когда она была счастлива и верила, что будущее - это открытый перед
ней весь мир. Они напоминали ей, что однажды она будет кому-то нужна.
Она уселась на край кровати и смотрела на маленькие фигурки, пока не
устали глаза. Она потерпела неудачу и понимала это. Но ее мысли все ходили и
ходили кругами вокруг одного и того же. Спасительница. Одно прикосновение
Спасительницы - и она излечится. Так говорил Юпитер. Юпитер не мог обмануть.
Нет. Одно прикосновение Спасительницы - и ужасное клеймо несчастья будет
вытравлено из ее жизни. Спасительница не умерла. Спасительница вечно молода
и красива, она несет в себе божественный свет. Юпитер не лгал. Он не мог
лгать.
Но как быть с Дэном? Он не может идти дальше. Если он тот, кого Бог
послал, чтобы отвести ее к Спасительнице, то почему же его отняли у нее?
Арден подумала было о том, чтобы вызволить его, но что она могла сделать? И
она видела, что он болен и слаб, он не мог продолжать путь.
"Ты - Его рука", - вспомнила она слова Юпитера.
Но если Юпитер ошибся?
Шесть часов, подумала Арден. Шесть часов. Эта цифра должна накрепко
врезаться в ее память, чтобы она могла проснуться вовремя. О Дэне придется
забыть, она не в силах помочь ему, как бы ей этого не хотелось. Сейчас она
должна помогать себе; завтрашнее утро - последняя ее надежда. Арден не
знала, куда направится и как будет жить, если увидит могилу Спасительницы. И
она не хотела даже думать об этом, потому что этот путь вел в черную
безысходность.
Арден уставилась в потолок. Пять лошадей, пять ее талисманов, будут
охранять ее всю ночь.
Глаза ее медленно закрылись. Она лежала, прислушивалась к гудению
генератора, шорохам насекомых, к щебету ночных птиц и тяжелым ударам
работавших вдалеке нефтяных насосов. Она страшилась того, что может принести
с собой завтрашний день; в равной степени она боялась узнать и не узнать,
что он с собой принесет. Одинокая слеза скатилась по ее щеке с той стороны,
где было родимое пятно. Потом к ней пришел сон и унес с собой.
Пелвис вывел Мамми погулять, и сам, пользуясь случаем, справил малую
нужду в бухту. Потом он подхватил Мамми на руки и направился назад, в дом,
но тут заметил, как на мостках вспыхнула спичка. Этот переход вел к центру
Сан-Нести. На мгновение он разглядел лицо и некоторое время смотрел, как
разгорается и гаснет огонек сигареты.
Потом огонек исчез. Или человек спрятал сигарету в руке, или просто ушел
- в темноте определить было трудно. Пелвис постоял еще несколько минут,
поглаживая Мамми, затем в траве что-то прошуршало, и он решил, что пора
возвращаться. При мысли о том, сколько змей может подстерегать его в
темноте, Пелвис содрогнулся и заторопился к лампочке над дверью.
Глава 22
ШОРОХ ЧЕШУИ
- Я иду принять душ, - сказал Флинт Пелвису, когда тот показался в
дверях. - А ты сиди здесь и не спускай с него глаз, слышишь? Возьми пистолет
и сядь. Я скоро вернусь. - Когда он водил Дэна в сарай, то нашел в душевой
кабине засохший кусок мыла. И хотя у него не было полотенца, но он больше не
мог выносить запах собственного пота. Флинт был уже у двери, но остановился,
чтобы задать вопрос, который не давал ему покоя:
- Эйсли, а где это ты научился играть Шопена?
- Сэр?
- Шопена. Та классическая музыка, которую ты играл сначала. Откуда ты ее
знаешь?
- А, это меня заставила выучить моя учительница музыки. Она говорила, что
это хорошее упражнение для пальцев и отличное средство сосредоточиться. Я
думаю, эта музыка меня вдохновила.
- Никогда бы не подумал, что ты играешь классическую музыку. - Пелвис
пожал плечами.
- Не такая уж это заслуга. Идите, сэр, принимайте душ, и не беспокойтесь
насчет Ламберта.
Флинт вышел; у него были большие сомнения, что теперь он сможет слушать
любимую кассету с записями Шопена с прежним благоговением.
Пелвис прошел в спальню, которую Флинт выбрал себе, и увидел убийцу: Дэн
лежал на кровати, прикованный наручниками к раме. Пелвис уселся на другую
кровать, положил рядом Мамми и навел пистолет на Дэна.
- Мне бы не хотелось, чтобы у тебя устала рука, - сказал "Дэн через
минуту, когда стало ясно, что Эйсли намерен не опускать оружия до тех пор,
пока не придет Морто. - Я боюсь, что тогда ты случайно пальнешь.
- Мистер Морто велел мне тебя сторожить.
- А ты можешь меня сторожить, направив этот пистолет куда-нибудь еще?
- Могу. Но не хочу.
Дэн хмыкнул и слегка улыбнулся.
- Ты, наверное, думаешь, что я какой-то отъявленный сукин сын?
- Ты убил двух человек. Это не делает тебя ангелом в моих глазах.
Дэн хотел сесть, но подумал, что не стоит делать резких движений.
- Я не убивал владельца этого проклятого мотеля. Это сделала его жена.
- Его жена? Вот это номер!
- Он был жив, когда я уезжал. Перед этим его жена стреляла в меня, но
промахнулась, а он стоял рядом. Она всадила ему в живот заряд дроби. А потом
разбила ему башку прикладом. Может быть, она очень разозлилась, что я
сбежал.
- Гм. И, надо полагать, кто-то залез и в тот банк, чтобы убить того парня
вместо тебя. А ты просто случайно оказался рядом.
- Нет, - сказал Дэн. - Это мой позор, и я никогда о нем не забуду.
- Удивительные речи.
Дэн подложил левую руку под голову и уставился в потолок. Под потолком
кругами летала моль, стремясь найти выход наружу.
- У Бленчерда осталась семья. И в том, что обстоятельства сложились
именно так, он не виноват. После того, что я сделал, мне нет на земле места,
и я поэтому я готов умереть в тюрьме.
Пелвис помолчал. Он еще ни разу не видел живого преступника и сгорал от
любопытства.
- А что плохого сделал тебе этот малый, что ты его убил? - тихо спросил
он.
Дэн смотрел, как моль колотится об лампочку. Он был слишком взвинчен,
чтобы уснуть, да и духота этому не способствовала.
- Я не собирался никого убивать, когда пришел в банк, - ответил он. -
Бленчерд конфисковал мою машину. За неуплату взноса. А машина была
последнее, что у меня еще оставалось. Я вышел из себя, он вызвал охранника,
охранник достал пистолет, мы сцепились, и я его обезоружил. Но у Бленчерда
тоже был пистолет. Он направил его на меня, и.., я спустил курок первым.
Даже не целясь. Я понял, что Бленчерду конец, едва увидел, куда попала пуля.
Потом я сел в машину и уехал.
Пелвис нахмурился.
- Тебе надо было остаться. Составить заявление о самозащите или сделать
еще что-нибудь в этом роде.
- Наверное. Но тогда я мог думать только о том, что должен бежать.
- А девушка? Мы думали, что ты взял ее в заложницы. Она.., слегка не в
себе?
- Нет, просто напугана. - Дэн объяснил, как он встретил Арден, и
рассказал о ее вере в Спасительницу. - Утром она собирается отправиться на
поиски какого-то рыбака по прозвищу Малыш Трейн. Говорят, он живет в
плавучем доме на милю южнее. Этот малый, бармен из кафе, ее отвезет. У меня
нет права ей запрещать, да и вряд ли она меня станет слушать. - Неожиданная
мысль пришла ему в голову. - А ты, мог бы поехать с ней.
- Я?
- Ну да. Они отплывают в шесть. - Дэн исхитрился вывернуть правую,
прикованную к кровати руку, и посмотреть на часы. - Почти половина третьего.
Ты мог бы поехать с Арден и позаботиться о том, чтобы с ней ничего не
случилось. Если судно приходит в полдень, ты успеешь вернуться вовремя.
- Вернуться откуда? - Флинт смотрел на них из дверного проема; его волосы
были мокрыми. Он тщательно вымылся - но какое мученье было вновь
пристегивать вонючую кобуру и надевать грязную и пропахшую тиной одежду.
Клинт спал, но Флинт чувствовал, как при неосторожных движениях мягкие кости
брата врезаются ему в кишки.
- Он просил меня поехать завтра с девушкой, - сказал Пелвис. - Барт...
Ну, тот, из кафе.., собирается отвезти ее в шесть часов к местному рыбаку,
который живет на милю к югу. Она хочет найти...
- Забудь об этом. - Флинт забрал у него пистолет. - Мы не сестры
милосердия. Я не знаю, чего она хочет, но завтра мы возвращаемся, и едет она
с нами или нет - это ее дело.
- Так точно, сэр, но если это всего лишь миля, я успею вернуться...
- Эйсли! - оборвал его Флинт. - Эта девушка сумасшедшая. Потому что
только сумасшедший мог бы приехать сюда с Ламбертом. Убирайся в другую
комнату, а я лягу, пока еще не упал.
Пелвис подхватил на руки Мамми и встал. Мамми проснулась и раздраженно
тявкнула, но потом ее выпуклые глаза закрылись, и она снова затихла. Флинт
лег на кровать; пружины вонзились ему в спину сквозь тонкий матрас, но он
так устал, что мог бы спать на гвоздях.
- Нельзя отпускать Арден в болота с незнакомым человеком, - продолжал
настаивать Дэн. - И не имеет значения, сумасшедшая она или нет. Она может
попасть в беду.
- Это не наша забота. Наша забота - ты.
- Может быть, но кто-то же ей должен помочь.
- Только не мы.
- Не я, хотел ты сказать. - Дэн взглянул на Пелвиса. - Ну, так как?
Согласен ты...
- Эй! - Флинт снова сел; в его глубоко посаженных глазах сверкнул гнев. -
Я запрещаю ему говорить на эту тему! А ты лучше закрой пасть и дрыхни, пока
есть возможность. Эйсли, ты тоже иди-ка спать!
Пелвис заколебался. Он снова вспомнил о змеях.
- Почему мы с Мамми должны спать в той комнате?
- Потому что в этой только две кровати - вот почему. А теперь иди!
- Какую большую змею нашел тот парень. Я хочу сказать... Он вытащил ее
из-под кровати.
- Ну, ладно, вот тебе мое предложение, - сказал Флинт. - Ты и твоя псина
можете спать здесь. Свернитесь на полу между нами, может быть, это покажется
вам безопаснее.
- Нет, не покажется.
- Свет выключать не будем. Идет? Никто ниоткуда не выползет и не схватит
тебя, если свет будет гореть.
Пелвис пошел в другую комнату. Расстояние до нее показалось ему ужасно
большим. Он остановился на пороге; на лице его отразилось движение мысли.
- Мистер Морто, вам не кажется, что это дурно - знать, что девушка может
попасть в беду и не попытаться это предотвратить?
- Она сама о себе позаботится.
- А вдруг не сумеет? Ламберт говорит, что она из Форт-Уэрта; как же она
попадет домой?
- Это не наша проблема, Эйсли.
- Да, знаю, но... Мне кажется, мы должны проявить хоть немного участия.
Флинт так посмотрел на Пелвиса, что едва не прожег в нем две дырки.
- Ты так ничему и не научился?
- Сэр?
- Охотнику за наградой нельзя поддаваться чувствам. Едва начнешь
поддаваться им, то начинаешь терять бдительность. А когда потеряешь
бдительность, получишь нож в спину. Если девушке надо увидеть какую-то
болотную крысу, это ее дело. Она знает, что судно отходит в полдень. Если
она захочет уплыть на нем, она уплывет. - Он несколько мгновений выдерживал
взгляд Пелвиса, потом снова прилег, держа пистолет в правой руке. - И могу
тебе напомнить, если ты забыл, про пристань.
- Нет, я не забыл.
- Нам здорово повезло, что мы ушли оттуда живыми. Пока ты со мной, я за
тебя отвечаю, поэтому ты не поедешь ни в какое болото с сумасшедшей девицей,
чтобы тебе там не перерезали глотку. А теперь иди спать.
Пелвис задумался, нахмурив брови. Он пытался понять логику Флинта. Дэн
сказал:
- Она не сумасшедшая. Вполне нормальная девушка. Мне хотелось бы, чтобы
вы ей помогли.
- Ламберт! Еще одно слово - и ты проведешь всю ночь с руками,
прикованными к ногам, и будешь сосать собственный конец своим проклятым
ртом!
- Извини, - сказал Пелвис Дэну. - Я не могу. - Он собрал все свое
мужество и отправился в другую комнату, где уложил Мамми на кровать, а затем
и сам устроился рядом. Он лежал очень тихо, все время прислушивался и
заранее боялся шуршания чешуи по дощатому полу.
У Дэна болела голова; тупая боль пульсировала в ней уже два часа, и эта
боль вновь встала между ним и сном. Тем не менее, как, ни странно, он
чувствовал облегчение, что все наконец-то закончилось. Он больше не боялся
того, что случится с ним. Мысль сбежать из страны, как он теперь понимал,
была только иллюзией. Рано или поздно он оказался бы за решеткой. Ему
суждено доживать оставшийся срок в тюрьме. Он жалел только о об одном - что
втянул Арден во все это.
Дэн думал, что Морто уснул, но охотник неожиданно завозился на своей
койке и сказал:
- Так какого черта делает здесь эта девица?
- Она считает, что где-то в этих краях живет знахарка, которую зовут
Спасительница. И Арден верит, что она может убрать с ее лица это родимое
пятно.
- Знахарка? Как Орал Роберте?
- Боюсь, она не так известна. И гораздо беднее. Впрочем, сам я не верю в
такие вещи.
- А я тем более. Вымогают денежки у дураков, и все дела.
- Но Арден в отчаянии, - сказал Дэн. - Она поехала со мной сюда даже
после того, как узнала, кто я такой. У нее нет ни денег, ни машины - ничего.
Она потеряла работу. Она верит, что если отыщет Спасительницу и уберет с
лица это пятно, ее несчастья окончатся и жизнь изменится к лучшему.
- Для тебя это отчаяние, для меня - безумие, - сказал Флинт.
- Люди часто склонны верить в странные вещи.
Флинт молчал. Внезапно из соседней комнаты раздался рокот бензопилы,
сопровождаемый гудением пчел в закрытом ведре. Это храпел Пелвис.
- Да, я знаю - такое бывает, - вздохнув, заметил Флинт. Он заворочался,
стараясь устроиться поудобней. Он устал, его измотала жара, но мозг
продолжал работать и не давал ему уснуть. - Ламберт, а куда ты собирался
бежать?
- Не знаю. Куда угодно, лишь бы не в тюрьму.
- Поражаюсь, как тебе удалось уехать так далеко. Твое описание было во
всех газетах, во всех выпусках новостей. А почему ты убил того парня в
мотеле? Он хотел тебя сдать?
- Я уже говорил тебе, что не убивал его. Это сделала его жена.
- Ну-ну, рассказывай. Теперь тебе можно быть со мной откровенным.
- Я не убивал его, клянусь Богом.
- Угу, - сказал Флинт с понимающей улыбкой. - То же самое я слышал от
других преступников. - Он припомнил, что говорила в парке Бэзил бывшая жена
Дэна. Это была самозащита, он не безжалостный убийца. - А почему ты не
пристрелил меня? У тебя в руках был мой пистолет, а я валялся на земле и не
мог даже встать. Почему ты не вышиб мне мозги? Ты не хотел убивать меня на
глазах у своей семьи, верно?
- Нет. Неверно. Я просто не хотел тебя убивать.
- Но ты же был должен! Будь у меня пистолет, а ты бы охотился за моей
шкурой, я бы выстрелил непременно. Во всяком случае, прострелил бы тебе
ногу. Разве ты не подумал об этом?
- Нет.
Флинт повернул голову и поглядел на Дэна. Из двух десятков преступников,
которых Флинт переловил за те семь лет, что работал на Эдди Смотса, этот был
каким-то особенным. В Ламберте было что-то такое, чего он не мог понять, и
это тревожило Флинта. Если Ламберт действительно убил человека в мотеле,
перед тем как приехать в парк Бэзил, если он был просто бешеным
псом-убийцей, как говорил Смотс, - что помешало ему прострелить ноги Флинта
и Избавиться от погони? И почему Ламберт не оставил себе пистолет? Почему у
него вообще не было никакого оружия? Почему он даже не пытался сделать из
этой девки заложника? Все это выходило за рамки понимания Флинта.
Это была самозащита, он не безжалостный убийца. "Безжалостный или нет,
подумал Флинт, но он все равно убийца. Может быть, Ламберт слишком спешил -
да мало ли что еще. Может быть, он и не собирался идти в банк, чтобы кого-то
убить, но факт остается фактом: Ламберт стоит пятнадцать тысяч долларов и
ему. Флинту, нужна часть этих денег. И суть только в этом".
Ламберт дышал глубоко и ровно. Флинт подумал, что он, должно быть, уснул
- но все равно не стал убирать пистолет. От наручников Ламберту не
освободиться - но он, может сделать попытку сдвинуть кровать и напасть на
Флинта. Такое уже бывало. Преступники - люди чокнутые, и самый тихий вдруг
может оказаться самым буйным.
Флинт закрыл глаза. Храп Пелвиса перешел в грохот бетономешалки, и даже
Мамми начала негромко повизгивать во сне.
Какое удовольствие было бы навсегда сказать "пока!" этой парочке. Этот
жирный придурок со своей шавкой нужны ему как четвертая рука.
Потом Флинт подумал о музыкальных способностях Пелвиса, которые любитель
таких кошачьих концертов, несомненно, оценил бы, и о бармене, который
сказал: "Ох, стать бы, мне его менеджером! Уехать к чертям из этих болот,
разбогатеть и никогда не оглядываться назад".
А затем Флинт понял, что должен уснуть, чтобы увидеть во сне тот чистый
белый особняк.
Вот и он: чудесная изумрудная зеленая лужайка, окно на фасаде, четыре
трубы. Дом, где он родился, который был где-то рядом, в этой стране, и в то
же время бесконечно далеко. Флинт пошел по лужайке к дому, но, как всегда,
не смог дойти до него. Дом всегда отодвигался, независимо от того, как
быстро шел Флинт во сне. Он даже слышал звук собственных шагов - шорох
лакированных черных туфель, приминающих мягкие стебли травы. Он чувствовал
на лице теплый летний ветерок и видел собственную тень, двигающуюся впереди
него. Ему нужно спешить. Но белый особняк опять отступил, словно в насмешку.
В этом доме жили его мать и отец, и если бы ему только удалось войти в
дверь, он мог бы попросить их принять его, он мог бы сказать им, что простил
их за то, что они отказались от него, когда он был трехруким ребенком с
дополнительной безглазой головой на боку. Он мог бы показать им, каким он
стал" - воспитанным и рассудительны
...Закладка в соц.сетях
