Жанр: Триллер
Почтальон
...ьей долине и решили
пройтись вдоль русла высохшего ручья. Следуя его причудливым изгибам, они
случайно наткнулись на хижину. Естественно, они решили обойти ее стороной, но
раньше услышали звонкий мальчишеский голос: "Шляются тут, пап!" Не прошло и
минуты, как тишину разорвал громоподобный выстрел. Дуг ощутил себя, как в
дурацком кино. Выстрелов больше не последовало, но они с Билли, пригибаясь как
можно ниже, бегом ринулись прочь и остановились только у машины.
Когда он потом сообщил об этом полиции, дежурный сержант лишь улыбнулся и
терпеливо разъяснил, что Дугу не следовало нарушать границу чужих владений,
словно смерть - вполне приемлемое наказание для человека, неумышленно
шагнувшего на землю, принадлежащую кому-то другому.
Нынешняя ситуация с Ховардом - прямое следствие общепринятого убеждения,
согласно которому человек на своей территории волен делать абсолютно все, что
заблагорассудится, без каких-либо ограничений.
Тем не менее, Дуг сел в машину и направился в полицейский участок. Лишняя
попытка не повредит. Начальника, к счастью, на месте не было, но, к несчастью, не
было и Майка. За неимением лучшего Дугу пришлось изложить всю историю молодой
сотруднице, которая внимательно выслушала посетителя и пообещала передать все
лично лейтенанту, ответственному за данный квартал. Дуг был очень любезен,
улыбался, неоднократно благодарил за помощь и в результате остался с убеждением,
что приезжал напрасно.
Черт побери, может, надо взломать дверь самому, взять дело, так сказать, в свои
руки?
Нет, шеф полиции моментально арестует его и упечет за решетку.
Сев в машину, Дуг наконец отправился к Бэйлесу за углем и горючим, понимая,
что Триш наверняка уже начала волноваться. Уехав якобы в магазин, он отсутствует
уже больше часа.
В магазине Дуг быстро прошел к прилавку с непродовольственными товарами,
взял бумажный мешок с углем и пластиковую канистру с горючим. Касса для однойдвух
покупок не работала, а к трем остальным тянулись длинные очереди. Выбрав ту,
что казалась поменьше. Дуг пристроился за пожилым мужчиной с корзинкой,
уставленной молочными продуктами.
В глаза бросился пустой проволочный контейнер, в котором раньше всегда лежали
газеты.
Контейнер казался грустным и одиноким, если можно говорить об эмоциях
применительно к металлической конструкции. Дуг поймал себя на том, что задумался
о судьбе печений-гаданий, наверняка оставшихся в письменном столе Бена Стокли.
Образ главного редактора, сидящего в своем кабинете, постепенно выветривался из
памяти, на его месте появлялись кадры телерепортажа, запечатлевшего прошитое
пулями тело.
Что же произошло со Стокли? В горле Дуга образовался комок. Он заставил себя
отвернуться от пустого газетного контейнера и посмотреть на прилавок со всякими
безделушками.
Уже полмесяца в городе нет собственной газеты. "Уикли", которая так или иначе
была делом одного человека, после гибели Стокли просто прекратила существовать.
Дуг не сомневался, что, когда все образуется и встанет на свои места, восстановится и
газета. В городе достаточно мелких репортеров, которые были бы не прочь взять на
себя редакторские обязанности, а секретарша покойного Стокли прекрасно
разбиралась во всем, что касалось экономической стороны дела.
Но в данный момент прессу Виллиса успешно ликвидировали. Дуг не мог
отделаться от мысли, что именно этого и добивался почтальон. Никаких независимых
средств распространения информации. Ни одного официального источника сведений
о том, что творится в городе.
Разумеется, по неофициальным каналам новости распространялись по-прежнему.
И распространялись довольно быстро. Даже сейчас, стоя в очереди. Дуг краем уха
поймал несколько отрывочных фраз, из которых следовало, что в городе продолжают
гибнуть собаки, только теперь их не травят, а обезглавливают, причем головы
исчезают.
Разумеется, слухам нельзя доверять стопроцентно, и детская игра в испорченный
телефон прекрасное тому подтверждение, но Дуг по собственному опыту знал, что
вести, передаваемые из уст в уста, отнюдь не худший способ узнать, что происходит
на самом деле.
Он поднял голову и увидел входящую в магазин Жизель Бреннан. Она тоже его
заметила, приветственно помахала рукой и направилась через турникет
поздороваться.
Дуг опять обратил внимание, что девушка не носит лифчик. Крупные твердые
соски заметно выпирали под тонкой тканью маечки с короткими рукавами. Большая
грудь колыхалась при каждом шаге. Да, она совсем выросла. Взрослая молодая
женщина, но для него Жизель по-прежнему оставалась школьницей-подростком, и
Дугу было странно думать о ней в столь откровенно сексуальном ключе. Это вызывало
некоторое беспокойство и даже немного нервировало.
- Добрый день, - суховато улыбнулся Дуг, когда девушка подошла поближе. -
Как твои дела?
- Я нашла работу.
- Правда? - Дуг положил покупки на черную ленту транспортера; резиновый
разделитель автоматически поднялся. - И где же?
- На почте, - широко улыбнулась девушка. - Можете себе представить?
Улыбка застыла на его лице. Да, это он мог представить.
- Не знал, что им требуются работники, - осторожно произнес Дуг.
- Да, это только временно, - кивнула Жизель. - У них сломалась
сортировочная машина, и они искали человека, который смог бы выполнять эту работу
вручную.
- А кто тебя взял? - подался вперед Дуг. - Сам Ховард?
- Нет. Мистер Кроуэлл болен. Думаю, это одна из причин, почему им нужен еще
один человек. Меня принимал мистер Смит.
- Ну и как тебе мистер Смит? - заставил себя улыбнуться Дуг.
Лицо Жизели на секунду затуманилось, словно она хотела что-то сказать, но в
последний момент передумала.
- Не знаю, - пожала она плечами.
Мужчина, стоящий впереди, расплатился за свои покупки. Дуг положил руку
девушке на плечо. Она не отстранилась.
- Не уверен, что тебе следует там работать, - произнес он серьезно.
- Моя мать говорит то же самое, - рассмеялась Жизель. - Не волнуйтесь. Все
будет нормально.
- Будь осторожней.
- Конечно. - Она улыбнулась и, помахав пальчиками, двинулась к прилавку с
замороженными продуктами. - До встречи!
Дуг посмотрел ей вслед. Крутые ягодицы в обтягивающих джинсах
соблазнительно покачивались.
- Два восемьдесят пять.
- Что? - обернулся Дуг на голос кассира.
Молодой человек понимающе усмехнулся.
- С вас два восемьдесят пять.
Дуг достал бумажник.
Перед сном Трития прильнула к нему и прижалась всем телом так, как давно уже
не делала.
Ужин получился отличный и, что более важно, полезный для здоровья. Форель с
рисом и стручками аспарагуса. К Триш вернулось ее обычное состояние повышенного
внимания к здоровому питанию, и это каким-то образом положительно отразилось на
настроении Дуга.
Тревога несколько отступила, он даже почувствовал некий прилив оптимизма. Все
остальное может катиться ко всем чертям, но они сами в любом случае уцелеют.
Триш подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза.
- Ты меня еще любишь?
- Что за вопрос!
- Ты меня еще любишь? - тихо, но очень серьезно повторила Триш.
- Конечно, люблю, - озадаченно произнес Дуг.
- Ты очень давно этого не говорил.
- Как-то в голову не приходило, - невольно улыбнулся он. - Мы с тобой уже
пятнадцать лет женаты. Иначе зачем бы я столько мучался?
- Я серьезно.
- Послушай, если бы я не любил тебя, я бы с тобой не жил.
- Все не так просто. А кроме того, мне иногда хочется это слышать.
- Мишель, - догадался Дуг. - Ее письмо.
Ты из-за этого, да?
Она ничего не ответила, только еще крепче обняла мужа. Он поцеловал ее в
макушку.
- Мне страшно, - наконец прошептала Триш.
- Мне тоже.
- Но мне страшно за нас. За наши отношения. Понимаешь, у меня такое чувство,
что ты что-то от меня скрываешь, что ты боишься со мной разговаривать. Или не
хочешь.
- Это не правда! - возразил Дуг.
- Сам знаешь, что правда.
Некоторое время они лежали молча.
- Ты права, - наконец заговорил Дуг. - Мы начали как-то отдаляться друг от
друга.
Сам не понимаю, почему. Я очень хотел бы свалить все на почтальона, но
понимаю, что только этим все не объяснишь. Это моя вина.
- Это наша вина, - поправила Триш.
Они крепко обнялись. Дуг подумал, что они только что избежали катастрофы, к
которой все шло, вовремя заметили трещину, которая грозила разделить их
бесповоротно, и что планы почтальона на их счет полетели ко всем чертям.
29
Триш проснулась от страха; кошмарный сон, который был связан, конечно же, с
почтой, оставил тяжелый эмоциональный осадок. Ей приснилось, что она девочка, но
почему-то уже живет в этом доме. Она идет по дорожке к почтовому ящику. День
прекрасный. Яркое солнце, синее небо, на ней чудесное розовое платье с фонариками.
Она открывает ящик и достает пачку ярких конвертов; на том, что сверху, изображены
танцующие медвежата. Стараясь не испортить картинку, она пытается распечатать
конверт...
Но из конверта высовывается белая рука и хватает ее за горло.
Она кричит, конверты падают, раскрываются сами собой, и из каждого лезут
длинные белые руки. Одна рука моментально лезет к ней под подол, пальцы
вцепляются в пах; две другие начинают сжимать ее маленькие грудки. Еще одна рука
пытается протиснуться между ягодицами. Следующие хватают ее за руки и за ноги.
Она пытается кричать, но последняя бледная лапа затыкает ей рот. Она падает.
И просыпается.
Не самый лучший вариант начала нового дня.
Сегодня была ее очередь готовить завтрак.
Триш пожарила оладьи из отрубей и выдавила сок из нескольких апельсинов,
после чего решила выйти проверить свой огородик. Триш чувствовала себя разбитой,
на душе было гадко, но она помнила, что вчера клятвенно пообещала Дугу отбросить
прочь все неприятные мысли. Она взяла шланг и включила воду. Все растения уже
готовились дать семена. Триш продолжала поливать их, хотя некоторое время назад
перестала бороться с сорняками, жуками-вредителями и не обрывала засохшие листья.
В результате нынешний урожай обещал быть самым бедным за все годы, которые она
этим занималась.
Это тоже надо было решительно изменять.
Триш дала себе слово все утро посвятить своему огороду и привести его в порядок.
Пора брать себя в руки. Нельзя, чтобы какой-то почтальон манипулировал ее жизнью.
Она подумала об Айрин. Надо позвонить сегодня приятельнице и узнать, все ли у
нее в порядке.
Вскоре проснулся Дуг. Она услышала шум воды в душе и вернулась в дом, чтобы
разбудить Билли. Сегодня они будут завтракать вместе.
Как раньше.
После завтрака Дуг мыл посуду, а Билли вытирал тарелки. Затем она огласила
список дел, которые запланировала для них в саду и на огороде. Билли попытался
увильнуть, сообщив, что хочет посмотреть какую-то телепередачу, но они с Дугом
вынудили его согласиться подмести дорожку перед домом. Впервые за долгое время
мальчик поддался на уговоры и добросовестно выполнил задание. Триш даже
показалось, что сын занялся этим не без удовольствия, и она шепотом сообщила об
этом мужу на что Дуг заметил, что нет худа без добра и человеку на самом деле
немного надо, чтобы получить удовольствие даже от скучной, рутинной работы по
дому.
Потом они устроили ленч на веранде. Триш приготовила сандвичи с беконом,
салатом-латуком и помидорами. Наевшись, отец и сын решили проехаться к старому
ранчо Сатпена.
Триш наполнила канистру водой со льдом, упаковала на всякий случай несколько
бутербродов и потребовала, чтобы мужчины вернулись не позже пяти, иначе она будет
звонить в лесничество. Билли и Дуг уселись в "бронко", помахали руками и укатили.
После этого Триш позвонила Айрин.
Она долго думала, что сказать, подбирала самые убедительные аргументы, чтобы
заставить подругу обратиться в полицию, или по крайней мере рассказать все Дугу.
Но как только в трубке зазвучал испуганный надтреснутый голос Айрин, Триш
поняла, что никакие аргументы не подействуют.
- Алло, - произнесла Айрин.
- Алло, это я. Трития!
- Я знаю, что это ты. Только поэтому и взяла трубку.
Трития глубоко вздохнула.
- Я ваш друг...
- Нет, я никому ничего говорить не собираюсь.
Тритию поразила решительность пожилой женщины.
- Как вы догадались, о чем я хочу попросить?
- А зачем бы еще ты звонила? - горько хмыкнула Айрин. - Нет, я сама должна
с этим разобраться. Понимаешь меня? Это из разряда вещей, с которыми только я сама
могу справиться.
- Да, но...
- Тебе этого не понять, - произнесла собеседница таким тоном, что у Триш по
спине пробежали мурашки. - Я и так тебе слишком много наговорила.
- Я только хотела помочь...
- Я знаю, - сухо кашлянула Айрин.
- По крайней мере, пообещайте мне, - после секундного замешательства
продолжила Триш, - что обязательно позвоните, если что-то случится. Позвоните,
если потребуется моя помощь.
- Да, разумеется.
- Хорошо. - Триш не знала, стоит ли продолжать разговор. Судя по тону, Айрин
не настроена на долгую беседу. - Но вы действительно нормально себя чувствуете?
- Все в порядке. Позвоню в другой раз, ладно?
- Конечно.
Не попрощавшись, старая женщина положила трубку.
"Дуг ошибается, - подумала Триш, - считая, что изменения, происходящие в
настоящее время с людьми, могут быть никак не связаны с почтой. Прямо или
косвенно, с почтой связано все". И источником распространившейся в Виллисе
недоброжелательности, корнем всеобщего безумия является почтальон.
Сегодня утром, пока Билли и Дуг еще спали, она сходила к почтовому ящику.
Пришли два письма. Оба были адресованы ей лично. Все утро она размышляла, стоит
ли их открывать.
Вспомнив об этом, Триш вышла на улицу, нашла спрятанные конверты, взяла
лопату, вырыла на краю участка глубокую яму и закопала их, не распечатывая.
Трития шла по дороге по направлению к дому Нельсонов. Ханна не звонила уже
две недели. Точнее сказать. Трития не разговаривала со своей подругой с тех пор, как
погиб бедный Скуби. Такого раньше никогда не было. Они с Ханной ходили друг к
другу в гости или по крайней мере перезванивались не реже чем раз в два дня.
За это время Триш неоднократно пыталась дозвониться до Нельсонов, но линия
каждый раз была занята, а сегодня днем в трубке послышался решительный
механический голос автоответчика телефонной компании, который сообщил, что
линия больше не обслуживается.
Тогда она решила сходить к подруге пешком.
После отъезда Дуга и Билли прошел небольшой дождик, длился он десять минут,
но этого хватило, чтобы прибить пыль на обочине, Очень удачно. Обычно пыль
вздымалась при каждом шаге, и к дому Нельсонов Триш приходила насквозь
пропыленной. Но дождь, уничтожив пыль, увеличил влажность, и с этим волейневолей
приходилось мириться. К финалу своего небольшого путешествия Триш вся
обливалась потом.
Машина Нельсонов стояла возле дома, значит, они никуда не уехали Триш прошла
по дорожке. Мелкий гравий громко хрустел под ногами. На глаза попался
металлический кол, к которому до сих пор была привязана цепь Скуби. Рядом со
столбом валялась пустая пластиковая миска для воды. Было очень странно не слышать
знакомого веселого собачьего лая.
Триш почувствовала неловкость, словно забрела в чужой дом.
Она поднялась на крыльцо и постучала по косяку внешней сетчатой двери. В
домке послышался какой-то шум, но тяжелая основная дверь не открылась. Она
подождала пару минут, постучала снова и решила дать о себе знать иначе.
- Ханна, это я!
- Проваливай отсюда! - раздался в ответ злобный голос подруги.
- Ханна, это я, Триш!
- Я сказала - проваливай! - Ханна наконец приоткрыла тяжелую дверь и
встала на пороге перед сеткой. Триш обратила внимание на свалявшиеся,
непричесанные волосы, грязный домашний халат. Она не могла припомнить, что
когда-то видела свою подругу неухоженной и одетой не очень тщательно, и столь
разительная перемена произвела шокирующее действие сама по себе.
- Ханна!
- Убирайся отсюда, сука!
Трития потеряла дар речи.
- Убийца собак! - взвизгнула Ханна и плюнула, целясь в лицо. Слюна попала на
сетку и медленно потекла вниз.
- О чем ты говоришь? - удивилась Трития.
- Мы получили письмо. Мы все знаем! Рон! - Ханна бросилась в дом, оставив
Триш любоваться потеками слюны на сетке.
Из полумрака гостиной появился Рон. Он открыл сетчатую дверь и вышел на
крыльцо.
Встав напротив Триш и слегка расставив ноги, словно собираясь броситься в
рукопашную, он заговорил, тяжело роняя слова.
- Не предполагал, что у тебя хватит наглости когда-нибудь появиться здесь
собственной персоной!
- Я не понимаю, о чем ты...
- Убирайся прочь! - снова взвизгнула из-за его спины Ханна.
- Ты слышала, что говорит моя жена? - сверкнул глазами Рон. - Убирайся
отсюда подобру-поздорову. И чтобы твоего духу тут не было!
Трития непроизвольно попятилась.
- Я действительно не понимаю...
- Проваливай, сука! - Рон смачно харкнул ей под ноги. - И передай своему
пацану, чтобы он тоже здесь больше не появлялся. Я знаю, что он лазит к нам в сад
воровать лимоны. Пусть лучше одумается, а не то схлопочет себе пулю в задницу. Я
понятно выразился?
От ярости перед глазами у Триш поплыли красные круги.
- Мой сын никогда в жизни не воровал!
Кроме того, последнюю неделю он вообще не выходит из дома. И если бы ты не
был таким законченным кретином, мог бы сам об этом догадаться!
Рон двинулся вперед, сжимая кулаки, и Триш пришлось спасаться бегством. Но на
краю участка она обернулась.
- А если бы у тебя были мозги, ты бы понял, что мы не могли сделать ничего
плохого и Скуби!
Рон подобрал с земли камень и замахнулся.
Триш вызывающе ткнула в его сторону выставленным средним пальцем и, глотая
слезы, поспешила домой.
Через час, когда вернулись муж с сыном, она уже успокоилась и взяла себя в руки.
Дуг тут же был извещен о случившемся, и они оба отправились к Нельсонам, строгонастрого
запретив Билли отлучаться из дома.
Но хотя автомобиль Нельсонов стоял на том же месте, а Дуг добрых пять минут
барабанил в дверь, им никто не открыл.
Электричество вырубилось во вторник утром, примерно посередине
информационной программы "Сегодня". Телевизор мигнул и погас. В то же мгновение
погас свет на кухне. Когда Дуг наконец пробился сквозь сплошные короткие гудки в
контору электрической компании, неуверенный мужской голос принялся заверять его,
что электроснабжение восстановят, как только будет выяснена причина аварии.
- И когда приблизительно это может произойти? - поинтересовался Дуг.
Мужчина нервно прокашлялся.
- Боюсь, я не могу вам сейчас ответить, сэр.
- Но речь идет о минутах или месяцах?
- Скорее всего к концу дня. В крайнем случае - к завтрашнему утру.
Дуг повесил трубку, понимая, что толком так ничего и не выяснил. Это, конечно
же, полная глупость, но он не мог отделаться от мысли, что счета за пользование
электричеством затерялись в недрах почтового ведомства, энергетики не получили
надлежащих денег, и машины попросту встали.
Или нечто в том же духе.
Нечто, связанное с почтой.
К пяти часам вечера были отключены вода, газ и телефон.
"Странно, - думал Дуг, - почему нам ни разу не приходило в голову просто
уехать из города?" Например, съездить на пару недель к его родителям или заглянуть в
гости к отцу Триш в Калифорнию. Их ничто не держало, не было ничего, что мешало
бы им вырваться из этого сумасшествия, но, хотя они с Триш и не обсуждали эту тему,
он чувствовал, что жена испытывает схожие чувства: они заперты в Виллисе, как в
клетке.
Насколько он знал, ни один человек не покинул город. Все покорно сидели по
своим домам, как бараны, а волк бродил между ними, высматривая себе добычу.
Но почему? Какая эпидемия поразила общество? Что заставляет всех оставаться
здесь, вопреки здравому смыслу, вопреки тому, что должен подсказывать
элементарный инстинкт? Видимо, то же самое, что заставляло людей оставаться в
пораженных чумой городах, на глазах превращающихся в города-призраки. Некое
иррациональное, идиотское понятие "дома".
Электричество не могли восстановить уже третьи сутки, и Дугу уже порядком
надоели и холодный душ, и вечера в темноте, и сидение на бутербродах, но хотя бы
водопровод и телефон заработали. Надо было бы радоваться этому, но Дуг даже не
сомневался, что все недоразумения с коммунальными услугами направлены на то,
чтобы еще больше нарушить привычные связи и контакты между жителями города. Он
лично за последние несколько дней не общался ни с кем, кроме Триш и Билли, а когда
позвонил Майку Трентону, молодой полисмен разговаривал холодно и отчужденно.
Хоби даже не подходил к телефону.
Поэтому Дуг решил к нему съездить.
Он уже миновал центр города и приближался к кварталу, где обитал Хоби. Больше
всего, как это ни странно, его задевали и нервировали казалось бы, самые
элементарные мелочи - нестриженые газоны в парке, трава, пробивающаяся сквозь
асфальт на автостоянке, урны, переполненные мусором, - внешне незначительные,
но вполне красноречивые признаки всеобщего упадка. Проезжая по городу. Дуг не мог
отделаться от мысли, что большинство горожан сегодня даже не выходили из домов и
вся городская деятельность замерла. Уму непостижимо, как может одинединственный
человек оказать такое влияние на целый город, тем не менее
доказательства этому были на лицо.
Он остановил машину прямо перед трейлером. Все автомобили Хоби стояли на
своих местах, значит, хозяин дома. Хоби никуда не ходил пешком, если туда можно
было подъехать на автомобиле.
Дуг прошел по замусоренной дорожке и нажал кнопку звонка.
Спустя несколько секунд дверь открылась и на пороге появился Хоби в черной с
золотом фирменной майке школьной спортивной команды; но лицо его как-то
выцвело, даже губы стали бесцветными.
- Привет. Давненько не виделись.
Дуг через силу улыбнулся.
- Привет. Как дела?
- Так себе, - пожал плечами Хоби. - Но я рад, что ты заглянул. - Он
распахнул дверь и жестом пригласил Дуга пройти внутрь.
У Хоби тоже не было света, но вместо того, чтобы раздернуть занавески и открыть
окна, он закрыл все наглухо, предпочитая сидеть при свечах. В помещении плавали
запахи горелого воска и протухшей пищи. Как только глаза Дуга привыкли к
полумраку, он разглядел, что дверца холодильника приоткрыта и все продукты внутри
испорчены. И комната, и кухня были завалены мусором и одеждой. Дуг внимательно
посмотрел на друга. Хоби мог быть шумным и грубым, но в отсутствии аккуратности
его никто никогда бы не упрекнул. Дуг испугался не на шутку. Душевное состояние
Хоби с момента их последней встречи заметно пошатнулось, - Я получил еще одно
письмо от Дэна, - произнес Хоби, усаживаясь на неприбранный диван. - Он
написал его на прошлой неделе.
Дуг пристально посмотрел другу в лицо. Тот был абсолютно серьезен и явно
напуган.
- На, прочитай. - Хоби протянул ему лист грубой белой бумаги, исписанный
крупным, уверенным почерком. В полумраке читать было трудно, поэтому Дуг встал,
подошел к окну и отодвинул штору. В комнату ворвались солнечные лучи.
При таком освещении обстановка внутри трейлера казалась еще более жуткой и
запущенной.
- Пишет, что собирается в гости, - негромко добавил Хоби.
Дуг начал читать:
Брат,
наконец добился увольнительной. Примерно через недельку буду у тебя, если смогу
попасть на транспортный борт. Привезу с собой один розовый бутончик, который
никто еще не нюхал, так что мы сможем как следует оттянуться. Ей двенадцать,
целочка с ног до головы. По крайней мере, так сказал парень, который ее продавал.
Ножи привезу с собой.
До скорого.
В конце стояла подпись: "Дэн". Письмо было датировано прошлой неделей.
- Ты знаешь, что это обман, - заговорил Дуг, складывая письмо и глядя Хоби в
глаза. - Это его рук дело. Почтальона. Он пытается тебя...
- Это Дэн, - перебил Хоби. - Я знаю своего брата.
Дуг облизнул внезапно пересохшие губы.
- А что за история с двенадцатилетней? И что значит - "ножи привезу с собой"?
Хоби встал и нервно заметался по тесной комнатке. Его лицо закаменело, мышцы
напряглись. Он напоминал зверя в клетке.
- Я не хочу его видеть.
- Что означают двенадцатилетняя девчонка и ножи?
- Этого я не могу сказать, - Хоби перестал метаться и посмотрел на Дуга. В его
глазах стоял страх. - Я не хочу, чтобы он появлялся здесь. Он мой брат, и я не видел
его двадцать лет, но... Но он мертв. Он мертв. Дуг! Я не хочу, чтобы он здесь
появлялся. Я не хочу его видеть. - Последовал глубокий, шумный вздох. - Я боюсь
его.
Хоби был на грани истерики. Дуг встал и крепко стиснул друга за плечи.
- Послушай меня! Я понимаю, ты узнаешь почерк брата. Я понимаю, он пишет
такое, что известно только вам двоим. Но выслушай меня внимательно. Это ловушка.
Это дело рук почтальона. Тебе не хуже меня известно, что творится в городе, и если
ты сможешь рассуждать логически, ты поймешь, что с тобой происходит то же самое.
Ты сам сказал, что твой брат давно умер. Прости за грубость, но неужели ты
действительно считаешь, что его сгнивший труп может восстать из могилы, сесть на
транспортный самолет, прилететь из Вьетнама в Соединенные Штаты, приземлиться в
Фениксе, потом взять такси и добраться до Виллиса?
Есть в этом хоть какой-нибудь смысл?
Хоби молча покачал головой.
- Это почтальон, - повторил Дуг.
- Я понимаю, - заговорил Хоби. Дуг увидел, что у него наконец-то стал ясный,
осмысленный взгляд. - Я понимаю, что это дело рук почтальона. Письма приходят по
ночам. Я не могу заснуть, пока не услышу, как подъезжает его машина и он опускает в
ящик очередное письмо. Мне бы следовало съездить на почту и вытрясти из этого
сукина сына его поганую душу, но я боюсь его, понимаешь? А вдруг... А вдруг он
действительно воскресил Дэна из мертвых? Вдруг он в состоянии перенести Дэна
сюда?
- Он пытается подавить тебя. Вывихнуть тебе мозги.
- У него это неплохо получается, - нервно хохотнул Хоби. Отстранившись от
Дуга, он направился в раскуроченную кухоньку, нашел на захламленном столе
початую бутылку виски "Джек Дэниелс", плеснул в грязный стакан солидную порцию
и залпом ее проглотил. - Если он подделывает эти письма, значит, ему известно
многое из того, что мог знать только Дэн. Он д
...Закладка в соц.сетях
