Жанр: Триллер
Кей Скарпетта 3. Все, что остается
...бной машины резиновые сапоги, которые я надевала в
исключительных случаях. Я не смогла найти лишь свои толстые кожаные перчатки,
поэтому мне было очень трудно идти по лесу, держа руки в карманах пальто,
одновременно уклоняясь от стегавших меня по лицу веток.
Мне сообщили, что было найдено два трупа, предположительно мужчины и
женщины, в четырех милях от той стоянки зоны отдыха, где прошлой осенью был
найден джип Деборы Харви.
"Откуда ты знаешь, что это они?" - спрашивала я сама себя по мере
приближения к цели.
Когда мы наконец добрались до места, сердце мое сжалось при виде Бентона
Уэсли, беседовавшего с полицейским, который вовсю работал металлоискателем. Это
означало, что Уэсли не мог приступить к исполнению своих прямых обязанностей до
тех пор, пока полицейские не произведут осмотр местности. Стоя по-военному,
навытяжку, он всем своим начальственным видом показывал, что он ответственное
лицо, выполняющее важное задание. Казалось, его мало волновала погода или запах
разлагающейся человеческой плоти. Он, в отличие от нас с Марино, не оглядывался по
сторонам, стараясь запомнить детали, и я знала, почему. Уэсли все уже осмотрел, так
как прибыл сюда задолго до того, как позвонил мне.
Два трупа лежали рядом друг с другом, ничком, на небольшом, расчищенном от
веток участке, который находился приблизительно в четверти мили от грязной,
заболоченной дороги, где мы оставили свои машины. Они так сильно разложились,
что походили на скелеты. Длинные кости ног и рук виднелись из-под клочьев
запорошенной листьями одежды. Отделенные от туловища черепа, которых, повидимому,
касались лапы хищников, откатились приблизительно на два фута в
сторону.
- Вы не заметили на них носков и ботинок? - спросила я.
- Нет, мадам. Но зато мы нашли сумку, - сказал Морель, указывая на лежащее
справа тело. - В ней сорок четыре доллара двадцать шесть центов. Кроме того, мы
обнаружили в ней водительские права Деборы Харви. - Показывая на лежащий слева
труп, он произнес: - Мы предполагаем, что это Чини.
Цепляя ногами ветки, в нашу сторону двигались люди, голоса которых на фоне
непрекращающегося заунывного дождя сливались в один монотонный гул. Открыв
сумку с медикаментами, я достала хирургические перчатки и фотоаппарат.
Я застыла на мгновение, увидев перед собой усохшие, почти без кожи тела. С
первого взгляда по останкам костей нелегко определить пол и расовую
принадлежность жертвы. Я не могла утверждать что-либо до тех пор, пака не
осмотрела тазобедренную кость, обтянутую, как потом выяснилось, синими или
черными, сшитыми из грубой хлопчатобумажной ткани, джинсами. Судя по
характеристикам лежащего справа от меня тела: некрупным костям, небольшому, с
мелкими височными костями черепу, неглубокой надбровной бороздке и прядям
длинных, светлых волос, прилипших к сгнившей материи, я не могла предположить
ничего другого, кроме того, что передо мной находится труп женщины,
принадлежащей к белой расе. А по лежащему рядом крупному скелету с крепкими
костями, более объемному черепу с выдающейся надбровной складкой на плоском
лице было очевидно, что это труп белокожего мужчины.
Совершенно невозможно определить причину смерти обоих. Не было защемления
кровеносных сосудов, говорившего об удушении, в костях не нашлось ни одной
трещины, которая могла появиться в результате побоев или выстрела. Два трупа,
женский и мужской, лежали рядом; кисть ее левой руки, очевидно, сжимавшая перед
смертью его руку, немного сползла вниз, а смотревшие вверх пустые глазницы
наполнились дождевой влагой.
Подойдя поближе и присев на корточки, я заметила располагавшуюся по обеим
сторонам от трупов узкую, едва заметную полоску темной почвы. Если они умерли
накануне праздника День труда, осенних опавших листьев тут еще не было. Поэтому
земля должна была быть еще голой. В голову лезли дурные мысли. Мне не нравилось,
что полиция, находящаяся тут в течение долгого времени, вытоптала всю местность.
Черт бы их всех побрал. Переворачивать и трогать тело до приезда врача медицинской
экспертизы категорически воспрещалось, и каждый полицейский знал это.
- Доктор Скарпетта? - Передо мной выросла фигура Мореля. - Я только что
разговаривал с радиокомпанией "Филипс". - Посмотрев в направлении группы
полицейских, обыскивавших находившийся в двадцати футах к востоку от нас
подлесок, Морель сказал: - Металлоискатель нашел часы, серьгу, немного мелочи
прямо рядом с трупами. Самое интересное, что его начинало заклинивать. Рядом с
телами он подавал сигналы, может быть, реагируя на металлическую "молнию",
заклепку или пуговицу на джинсах. Черт знает что происходит.
Я посмотрела на его тонкое серьезное лицо. Морель был одет в парку, но тем не
менее дрожал от холода.
- Расскажите, Морель, что еще вы делали с трупами, кроме того, что шарили по
ним металлоискателем. Я же вижу, их передвинули. Мне нужно знать, на этом ли
именно месте вы обнаружили их сегодня утром.
- Я не могу ручаться за охотников, которые нашли эти трупы. Но они клянутся,
что даже близко не подходили к ним, - ответил он, отводя взгляд в сторону деревьев.
- Когда мы добрались сюда, трупы лежали в том же самом положении. Мы только
обыскали карманы и сумку в надежде найти какие-нибудь документы.
- Надеюсь, вы все засняли на пленку до того, как что-то начали трогать, -
спокойным голосом поинтересовалась я.
- Мы начали фотографировать сразу же, как приехали.
Достав небольшой ручной фонарик, я напрасно пыталась разыскать следы
возможных улик. Столь долгое пребывание двух трупов, подверженных всевозможным
воздействиям на открытом воздухе, сводило к нулю мои попытки обнаружить чтонибудь
существенное, например, волоски, кусочки ткани или какие-то другие мелочи.
Морель, тяжело переминаясь с ноги на ногу, молчаливо наблюдал за мной.
- Вам удалось в процессе расследования обнаружить что-то, что может помочь
следствию, если предположить, что найденные трупы - это и есть Дебора Харви и
Фред Чини? - спросила я, поскольку не виделась с Морелем с того дня, как был
найден джип Деборы.
- Очевидно, смерть произошла в результате чрезмерного употребления
наркотиков, - сказал он. - Нам удалось узнать, что живший в Каролине сосед Чини
по комнате употреблял кокаин. Возможно, и Чини грешил тем же. Мы склонны
придерживаться этой версии. Фред со своей подружкой Харви встречался здесь с
человеком, снабжавшим их наркотиками.
Это было невероятно!
Зачем Чини понадобилось оставить джип на стоянке зоны отдыха, а затем вместе с
Деборой встречаться с продавцом наркотиков и снова отправиться в это место? -
спросила я. - Удобнее было, купив наркотик на стоянке зоны отдыха, продолжать
свой путь дальше.
- А может быть, они специально приехали сюда на вечеринку.
- Ну какой нормальный человек приедет в такое место затемно на вечеринку? А
где их обувь, Морель? Или ты считаешь, что они шагали по лесу босиком?
- Откуда мы знаем, где находится их обувь? - ответил он.
- Очень интересно. За все это время было найдено пять убитых пар, а где их
обувь, никому не известно. Ни разу не нашли ни носков, ни ботинок. Вам не кажется
это довольно странным?
- Да, мадам. Я тоже считаю это обстоятельство очень странным, - ответил
Морель, похлопывая себя по телу, чтобы согреться. - Но в данный момент мне
предстоит работа по выяснению обстоятельств смерти именно этой пары, без всякой
связи с теми четырьмя. Опираться я буду на имеющиеся у нас факты. В данный
момент мы не имеем никакой другой отработанной версии, кроме смерти в результате
употребления чрезмерной дозы наркотиков. Я не могу себе позволить отвлекаться на
раскрытие предыдущей серии убийств или обращать особенное внимание на
высокопоставленное положение матери убитой девушки, иначе могу ошибиться и не
докопаться до истины.
- Очень хотелось бы, чтобы вы все-таки до нее докопались.
В ответ он промолчал.
- А вы что, в джипе обнаружили наркотики?
Нет. Здесь мы не нашли ничего похожего на наркотики. Но нам предстоит еще
исследовать почву и листья на месте найденных тел.
- В такую отвратительную погоду не стоит просеивать почву, - посоветовала я
раздраженным голосом, раздосадованная поведением Мореля и полиции. Вода
струйками стекала с моего пальто, ныли колени, руки, и ноги совершенно онемели.
Зловоние становилось еще невыносимее, а звук громко шлепающего по листьям дождя
стал действовать мне на нервы.
- Мы еще не вскапывали и не просеивали почву. С этим, возможно, придется
повременить, поскольку ничего не видно. Весь арсенал наших средств до настоящего
момента включал металлоискатель и наши собственные глаза.
- Да, но чем больше вы находитесь здесь, тем больше уничтожаете улик,
втаптывая в грязь мельчайшие косточки, зубы и все, что могло быть рядом с трупами.
- Они находились здесь уже в течение нескольких часов: время, которое
безвозвратно утеряно для того, чтобы можно было сохранить место происшествия в
своем первоначальном виде.
- Итак, вы хотите забрать эти трупы сегодня или оставить все здесь до тех пор,
пока не улучшится погода? - спросил он.
При обычных условиях я, конечно же, подождала бы хорошей погоды. Можно
было на пару дней оставить на месте, закрыв полиэтиленовой пленкой, и так
пролежавшие в течение нескольких месяцев в лесу трупы. Но, останавливаясь с
Марино возле расчищенной от леса дороги, мы заметили несколько телесъемочных
машин с сидящими в них репортерами. Некоторые телевизионщики, невзирая на
дождь, околачивались рядом со стоящими на посту полицейскими, стараясь выудить у
них какую-нибудь информацию. Самая привычная рабочая обстановка. Хотя я не
имела права указывать Морелю, чем ему следует заниматься, но этого требовал кодекс
морали и чести перед усопшими.
- В багажнике служебной машины находятся носилки и мешки для трупов, -
сказала я, доставая ключи. - Если вам кто-нибудь поможет, мы быстро положим тела
на носилки и отвезем их в морг.
- Хорошая мысль. Сейчас мы займемся этим делом.
- Спасибо, - ответила я, увидев стоявшего рядом со мной Бентона Уэсли. - И
как вам удалось обнаружить их? - спросила я. Несмотря на двусмысленность
заданного вопроса, он очень хорошо понял, что я имела в виду.
- Морель позвонил мне в Квантико, и я сразу же приехал сюда.
Когда он смотрел на лежащие рядом два трупа, его скуластое лицо, затененное
промокшим насквозь капюшоном, казалось почти изможденным.
- Ты можешь сказать сейчас причину их смерти?
- Сейчас я могу сказать только то, что черепа их не раздроблены и в голову им не
стреляли.
Он ничего не ответил и держался, как и я, напряженно.
В то время как я разворачивала простыни, Марино ходил взад-вперед, засунув
руки в карманы, ссутулившись под пронизывающим проливным дождем.
- Ты подхватишь воспаление легких, - заметил Уэсли, поднимаясь на ноги. -
Неужели полицейское управление города Ричмонда обеднело настолько, что не в
состоянии обеспечить своих служащих головными уборами?
- О чем ты говоришь? - сказал Марино. - Скажи спасибо, если твою дурацкую
машину снабдят бензином и выдадут тебе пистолет. Бандиты на Спринг-стрит и те
лучше нас вооружены.
Спринг-стрит по праву считалась государственной тюрьмой. Ежегодно
государство тратило больше денег на содержание заключенных, чем на оплату
присматривавших за ними полицейских. Марино очень любил поплакаться на эту
тему.
- Я вижу, сюда притащилась местная полиция Квантико. Ну и повезло же нам, -
сказал Марино.
- Когда они сообщили мне о находке, первое, что я спросил, - это связались ли
они с тобой.
- Да, наконец-то они нашли эти два трупа.
- Вижу, Морель никогда еще не заполнял форму ВИКАПа. Может, ты ему
поможешь?
Марино пристально смотрел в сторону лежащих рядом трупов, и челюсть его
начала вздрагивать.
- Нам нужно занести всю информацию в компьютер, - продолжал Уэсли, слова
его были еле слышны на фоне барабанящего по земле дождя.
Я не стала больше слушать их беседу и занялась делом. Разостлав одну из
простыней рядом с женским трупом, я перевернула его на спину. Тело неплохо
сохранилось; соединения и связки были целы и невредимы. В Вирджинии был такой
климат, что, как правило, только через год тело, находившееся на открытом воздухе,
начинало превращаться в скелет, распадаясь потом на отдельные кости. Мускульная
ткань, хрящи и связки очень крепки. Тело было миниатюрным, и я тут же вспомнила
премилую молоденькую спортсменку, позирующую на гимнастическом бревне. На
ней. было надето что-то вроде пуловера или хлопчатобумажного свитера и
застегнутые на "молнию" заклепанные джинсы. Развернув вторую простыню, я
проделала то же самое с другом девушки. Процедура переворачивания разложившихся
трупов чем-то напоминает процедуру переворачивания камня. Предполагая только
наличие насекомых, никогда не знаешь, что еще может оказаться внизу. По спине
пробежали мурашки, когда я, перевернув тело, увидела несколько пауков, быстро
расползавшихся в разные стороны, прячась под листьями.
Вся съежившись, в безнадежной попытке немного согреться, я вдруг увидела, что и
Уэсли, и Марино куда-то отошли. Стоя на камнях под дождем, я ощупывала землю,
укрытую грязными листьями, в поисках мельчайших косточек и зубов. В нижней
челюсти одного из черепов отсутствовало не менее двух зубов. Вероятнее всего, они
были где-то рядом. После почти двадцатиминутных поисков мне удалось найти один
зуб, небольшую, прозрачную пуговицу, которая, возможно, оторвалась от мужской
рубашки, и два окурка. Сигаретные окурки находили на месте найденных убийства
пар почти в каждом случае. Вся странность заключалась в том, что жертвы не были
курильщиками, а на найденных сигаретных фильтрах отсутствовало название фирмы
и товарный знак изготовления.
Я обратила внимание Мореля на эту деталь.
- Сколько бы я ни ездил с проверкой на место происшествия, всегда находил
сигаретные бычки, - ответил он.
Меня просто распирало от любопытства, на скольких же вызовах ему удалось
побывать. Но мне почему-то думалось, что их по пальцам можно было сосчитать.
- Похоже, кусочек бумаги отлупился от кончика фильтра рядом с тем местом, где
заканчивался табак, - сообщила я свои наблюдения, но, не дождавшись ответа, стала
дальше разрывать грязный пласт земли.
Уже наступила ночь, когда мы, закончив работу, направились к машинам. А за
нами следовала мрачная процессия полицейских с носилками в руках, оранжевый
брезент которых прогибался под тяжестью взваленных на них трупов. У расчищенной
от леса немощеной дороги подул резкий северный ветер, превращая капли дождя в
мелкий град. Моя темно-синяя служебная машина-пикап была оборудована под
катафалк. Расположенные в задней части машины и вмонтированные в покатый пол
зажимы фиксировали носилки так, чтобы они не соскальзывали во время
транспортировки. Расположившись подальше от руля, я немного пригнулась, так как в
это время в машину залезал Марино. Фотографы и телеоператоры засняли на пленку
момент, когда Морель закрывал дверцу пикапа. Один неунимавшийся репортер
принялся стучать в окно, и мне не оставалось ничего другого, как захлопнуть дверцу
машины.
- Упокой, Господи, их души. Не дай Бог, чтобы меня когда-нибудь еще вызвали
на разборку подобного, - воскликнул Марино, поворачиваясь лицом к исходившему
от печки потоку теплого воздуха.
Я объехала несколько рытвин.
- Слетелись, как воронье, - сказал он, наблюдая через боковое зеркало за
стремительно направлявшимися к своим машинам журналистами. - Какой-то идиот
проболтался об этом деле по радио. Скорее всего, это был Морель. Тупой осел, если
бы он попал в мою команду, я бы ему не поручил ни одного мало-мальски серьезного
задания, а доверил бы лишь склад, на котором выдают униформу, или расположенный
в информационном отделе телефон.
- Ты не помнишь, как отсюда можно попасть обратно на Шестьдесят четвертую?
- спросила я.
- Держись левее расположенной спереди развилки. Дерьмо, - выругался он, с
шумом открыв окно, и потянулся за сигаретой. - Очень приятно ехать в закрытой
машине вместе с разложившимися трупами.
Через тридцать миль мы достигли здания морга, в ворота которого я позвонила,
предварительно открыв заднюю дверцу своей машины. Находившаяся в нише дверь
морга резко заскрипела, заливая ярким светом гудронированное шоссе.
Наклонившись, я отворила пикап. Выкатив носилки, мы внесли их в морг, где нас
встречала группа врачей-экспертов. Спустившись к нам на лифте, они приветливо
заулыбались, едва взглянув на наш груз. Располагавшиеся на носилках холмики с
очертаниями человеческих тел были таким же привычным для них зрелищем, как и
крематорий. При виде капающей крови и отвратительного запаха ты чувствуешь себя
настолько мерзко, что единственным желанием остается поскорее покинуть это место.
Вытащив ключ, я открыла висевший на двери из нержавеющей стали замок, а
затем стала искать ярлычки, чтобы пометить тела до размещения их на двухъярусном
катафалке и оставить затем на ночь.
- Ты не возражаешь, если я побуду здесь до завтра? Хочешь узнать результаты
опознания? - спросил Марино.
- Было бы неплохо.
- Не сомневаюсь, что это они. Не может быть, чтобы это был кто-то другой.
- По-видимому, ты прав, Марино. А чем занялся сейчас Уэсли?
- Уэсли уже едет обратно в Квантико затем, чтобы, упершись флорегеймскими
ботинками в свой огромный стол, принимать результаты экспертизы по телефону.
- А мне казалось, что вы были друзьями, - осторожно заметила я.
- Да, были. Но наша жизнь полна неожиданностей, доктор. Чем-то напоминает
мои постоянные сборы на рыбалку, когда, согласно всем прогнозам, погода обещает
быть замечательной, но, как только я спускаю на воду лодку, тут же начинается
моросящий, холодный дождь.
- Ты до конца недели работаешь в вечернюю смену?
- Да, и, кажется, не в последний раз.
- Не хочешь ли пообедать со мной в воскресенье вечером, где-нибудь часиков в
шесть или полседьмого?
- Да, наверное, смогу, - ответил он, отведя глаза, прежде чем я заметила в них
неизмеримую тоску.
Я слышала, что его жена еще до Дня благодарения вернулась обратно в НьюДжерси
ухаживать за своей умирающей матерью. С тех пор мы часто обедали с
Марино, но он очень неохотно рассказывал мне о своей личной жизни.
Одевшись в спецкостюм для вскрытия, я направилась к шкафчику, в котором
хранились мои личные, необходимые мне вещи, а также сменная одежда на случай
какой-нибудь грязной в гигиеническом отношении работы. Я чувствовала себя так, как
будто меня окунули в нечистоты; смрадом были пропитаны моя одежда, кожа и
волосы. Быстро набив пластмассовый мусорный бак одеждой и прикрепив к нему
записку для смотрителя с просьбой отправить утром содержимое бака в химчистку, я
отправилась в душ, под которым стояла продолжительное время.
Одним из многочисленных данных мне психологом Анной советов после отъезда
Марка в Денвер был совет выработать противодействие тому огромному ущербу,
которому я ежедневно подвергала свое здоровье в процессе работы.
- Физические упражнения, - не переставала постоянно повторять Анна эти два
магических слова. - Тогда у тебя улучшится аппетит, сон, да и общее самочувствие.
Думаю, что тебе просто необходимо снова заняться теннисом, - советовала она.
Последовав ее совету, я испытала весьма неловкое состояние. Последний раз я
держала в руках ракетку, будучи подростком. Если у меня и раньше не получались
удары слева, то теперь, по прошествии десятилетий, дела обстояли еще хуже. Раз в
неделю я брала уроки тенниса, занимаясь им исключительно по вечерам, чтобы
поменьше испытывать на себе любопытные взгляды праздных компаний,
собирающихся на вечеринки. Они имели обыкновение встречаться на трибунах
спорткомплекса клуба "Вествуд Рокет".
После работы я едва успела доехать до клуба, переодеться в спортивный костюм и,
достав из шкафа ракетку, отправиться на корт. Здесь за пару минут перед тренировкой
я разминала свое тело с помощью эспандера, наклоняясь всем корпусом и доставая
руками до кончиков пальцев ног. Кровь начинала циркулировать все быстрее.
Из-за зеленой шторки появился тренер по имени Тед с двумя корзинами мячей на
плечах.
- Услышав последние новости, я даже не надеялся увидеть вас сегодня вечером
на корте, - сказал он, устанавливая корзину на пол и одновременно снимая с себя
теплый жакет. Всегда веселый, с шоколадным загаром, Тед постоянно встречал меня
улыбкой и остротами. Сегодня же он пребывал в совершенно подавленном
настроении.
- Мой младший брат был знаком с Фредом Чини. И я его знал, правда, не очень
хорошо. - Пристально глядя на теннисистов, тренировавшихся на расположенных
немного поодаль площадках, Тед добавил: - Фред был замечательнейшим парнем.
Просто не могу себе представить... Да, мой брат был потрясен этим известием. -
Нагнувшись вперед, он вытащил несколько мячей. - Если хотите знать, я очень
огорчен тем, что в прессе упоминается только имя Деборы. Такое впечатление, что
только она была превосходной девушкой, и происшедшее с Фредом не было так уж
ужасно. - Затем, немного помолчав, он сказал: - Полагаю, вы понимаете, что я
имею в виду.
- Да, я понимаю, - ответила я. - Но, с другой стороны, вся семья Деборы Харви
находится под пристальным наблюдением общественности, и им ни за что не дадут
возможности побыть наедине со своим горем, учитывая положение, которое занимает
мать Деборы. С какой стороны ни посмотри на эту проблему, вся она пронизана
несправедливостью и вместе с тем трагизмом.
Посмотрев мне в глаза, Тед промолвил:
- Вы знаете, я немного по-другому смотрю на эту проблему. Но вы абсолютно
правы. Быть знаменитостью - не такое уж веселое занятие. Как бы там ни было, я
думаю, вы сюда пожаловали совсем не затем, чтобы часами стоять, выслушивая меня.
Что мы сегодня будем отрабатывать?
- Удары снизу. Погоняйте меня хорошенько из угла в угол, чтобы отучить
навсегда от курения.
- На эту тему я не буду больше читать вам лекций, - сообщил он, направляясь к
центральной части натянутой сетки.
Отступив к основной линии, я нанесла первый удар. Ничего худшего я и
представить себе не могла: мой первый удар справа ничем не отличался от сплошных
двойных бросков.
Физическая усталость - очень приятное чувство - быстро сменилась
ощущением суровой жизненной реальности, когда я, не успев переступить порога
собственного дома и раздеться, услышала телефонный звонок.
Звонила разъяренная Пэт Харви.
- Сегодня были найдены два трупа. Почему мне об этом не сообщили?
- Личность найденных трупов еще не установлена, кроме того, я еще не
проводила медицинскую экспертизу, - ответила я, садясь на край кровати и
сбрасывая теннисные тапочки.
- Я слышала, что найдены два трупа: мужчины и женщины.
- Да, именно так оно и есть.
- Пожалуйста, скажите, есть хоть какая-то надежда на то, что это не они? -
спросила она.
Я ничего не ответила.
- О, Боже, - прошептала она.
- Миссис Харви, я не могу утверждать...
Она прервала меня дрожащим голосом, у нее явно началась истерика.
- Полиция сообщила мне, что была найдена сумка с водительскими правами
Деборы.
"Это работа кретина Мореля", - подумала я.
Стараясь успокоить ее, я сказала:
- Мы не можем установить личность найденных трупов только по наличию
документов.
- Это же моя дочь!
Я ждала, что дальше пойдут угрозы и богохульства. Сколько раз мне приходилось
испытывать на себе подобные высказывания из уст других родителей, которые в
обычной жизни были вполне приличными цивилизованными людьми. Я решила какнибудь
успокоить Пэт Харви.
- Личность найденных тел пока не установлена, - повторила я.
- Я хочу видеть ее.
"Только через мой труп", - подумала я про себя.
- Тела не могут быть идентифицированы чисто визуальным способом.
У Пэт Харви перехватило дыхание.
- Если вы нам поможете, мы уже завтра точно установим личность, в противном
же случае на это уйдет несколько дней.
- Что от меня требуется? - спросила она дрожащим голосом.
- Мне нужны флюорографические снимки, карта дантиста Фреда и все, что
имеет отношение к медицинской карте Деборы, которые вы можете предоставить нам.
Она промолчала в ответ.
- Вы сможете проконтролировать этот вопрос?
- Конечно, - ответила она. - Я немедленно займусь этим.
В этот момент мне казалось, что она раздобудет все имеющиеся в наличии
медицинские карты Деборы еще до рассвета, даже если ей придется поднять на ноги
половину врачей города Ричмонда.
На следующий день, срывая полиэтиленовую обертку с макета анатомического
строения тела человека, стоявшего в ОСМО, я услышала доносившийся из зала голос
Марино.
- Я здесь, - громко напомнила я о себе.
Заглянув в комнату, он окинул ничего не выражающим взглядом макет скелета,
кости которого были скреплены проволокой, а крючок на макушке черепа прикреплен
к планке в форме буквы эль.
Скелет был выше меня, и ноги его свисали над деревянной подставкой с колесами.
Собирая со стола деловые бумаги, я спросила:
- Не хочешь ли помочь мне откатить его?
- Собираешься взять доходягу на прогулку?
- Его надо спустить вниз, а зовут его Хареш, - ответила я.
Кости и небольшие суставы скелета потихоньку постукивали, когда Марино
провожал меня к лифту в сопровождении оскалившегося компаньона, привлекая
внимание и вызывая усмешки некоторых моих сослуживцев. Хареша беспокоили
нечасто, извлекая его из угла лишь в тех случаях, когда цели его похитителя были
продиктованы не слишком серьезными намерениями. Помню, как в июне прошлого
года, войдя утром, в день своего рождения, в офис, я застала Хареша сидящим на моем
стуле, в очках и лабораторном халате, с зажатой между зубами сигаретой. Как мне
потом рассказывали, один наш рассеянный врач с верхнего этажа прошел мимо,
поздоровавшись со скелетом, и не заметил ничего подозрительного.
- Только не утверждай, что он разговаривает с тобой, когда ты работаешь здесь,
внизу, - пошутил Марино, закрывая двери лифта.
- Он разговаривает на каком-то своем языке, - заметила я. - Я, например,
считаю, что гораздо полезнее иметь под рукой этот макет, чем какие-нибудь схемы.
- А почему у него такое имя?
- Очевидно, много лет наз
...Закладка в соц.сетях
