Жанр: Триллер
Тысяча ликов ночи
...о не значащим бормотанием. Дверь сейфа
открылась, и Марлоу забрал оттуда потертую старомодную гладстоновскую сумку.
Клерк все еще говорил, пока они поднимались наверх, но Марлоу по-прежнему не
понимал ни слова.
Когда он вышел на улицу, ему показалось, что тротуар под ним задвигался, а яркое
утреннее солнце просто ослепило его. Грузовик был припаркован на боковой улице, и
Марлоу почти бегом направился к нему. Он вскочил в кабину, захлопнул дверцу,
поставил гладстоновскую сумку на сиденье рядом с собой и дрожащими руками
закурил сигарету.
Он долгим взглядом смотрел на сумку, чувствуя, как у него под мышками струится
пот и пересыхает в горле. Выругавшись сквозь зубы, Марлоу потянулся к сумке и
открыл ее.
Деньги были на месте, все в аккуратных небольших пачках, в основном хрустящие
чистенькие купюры, будто только что из банка. Некоторое время он пристально
смотрел на них. "Двадцать тысяч фунтов стерлингов, - думал он, - и все это мое.
Сколько я потел за них, и я заработал их. Каждый пенни из этой суммы".
Он закрыл сумку и положил ее под сиденье. Уже через мгновение грузовик влился
в общий поток машин, движущийся к северу, а Марлоу сидел за рулем, улыбаясь
счастливо, как ребенок.
Глава 9
Грузовик проехал по булыжникам двора и остановился в амбаре. Марлоу
выключил мотор и засек время. Было почти два часа дня. Он вытащил из-под сиденья
гладстоновскую сумку и спрыгнул на землю. Некоторое время он стоял неподвижно,
держа сумку в руках, и осматривал амбар в поисках подходящего места, чтобы
спрятать ее. В дальнем конце амбара виднелась ветхая лестница, ведущая на чердак, и
он направился туда, внимательно её разглядывая.
Лестница скрипела и качалась, когда Марлоу начал подниматься по ней. Он
задержался наверху и осмотрел чердак. Помещение было загромождено всяким
барахлом, копившимся здесь годами. Легкая улыбка появилась у него на губах, он
поставил гладстоновскую сумку рядом с несколькими старыми чемоданами и
полуприкрыл ее краем старой рваной крикетной сетки. Гладстоновская сумка
выглядела так, будто стояла тут с незапамятных времен, и Марлоу, удовлетворенный,
спустился вниз.
Он задержался у выхода из амбара, чтобы закурить сигарету. Ферма тихо отдыхала
в послеполуденном влажном тепле, и пока он приближался к дому, никого не было
видно.
В кухне горел огонь и стол был накрыт на одного человека. На тарелке он нашел
наспех нацарапанную записку от Марии, где говорилось, что обед для него на плите и
что они с Маком поехали собирать следующую партию товара.
Марлоу усмехнулся, скатал записочку в шарик и бросил ее в огонь. Он вышел из
кухни и по задней лестнице поднялся наверх. Он приоткрыл дверь комнаты папы
Магеллана и осторожно заглянул внутрь. Старик читал книгу, опершись спиной на
подушки. Он быстро обернулся к Марлоу с приветливой улыбкой:
- Заходи, сынок. Заходи и расскажи мне, как дела.
Тот прикрыл дверь и сел в ногах кровати. Он вытащил чек, полученный от
оптового торговца в Ковент-Гардене, и перекинул его старику.
- Вот такие дела, - сказал он.
Старик недоверчиво рассматривал чек, а потом вытянул губы и тихонько
присвистнул:
- Сто шестьдесят фунтов. Это же прекрасно.
- Но это еще не все. Они хотят получить другую партию товара уже завтра утром.
Магеллан рассмеялся, но тут же его прихватил приступ кашля. Наконец
справившись с ним, он вытер с глаз слезы и тихо сказал:
- Я чувствую себя уже на сто процентов лучше. Я бы хотел, чтобы сейчас передо
мной оказался О'Коннор, и я помахал бы этим чеком перед его жирной рожей.
Послышался звук въехавшей на двор машины. Марлоу подошел к окну и увидел
большой черный автомобиль. Через секунду-другую дверца открылась, из машины
выбрался О'Коннор.
- Кто это там? - спросил папа Магеллан.
Марлоу нахмурил брови.
- Похоже, ваше желание исполняется.
Старик, казалось, пришел в замешательство:
- О'Коннор? Но какого черта ему здесь надо?
Марлоу недоуменно пожал плечами.
- А может, он хочет достичь с вами соглашения? Лучше я выйду и посмотрю.
Когда он открыл дверь на крыльцо, О'Коннор стоял спиной к нему и смотрел через
двор на теплицы и поля за ними. Он медленно повернулся и вынул сигару изо рта.
- Лакомый кусочек, - сказал он. - Очень хороший, в самом деле.
- Мы тоже так думаем, - ответил ему Марлоу.
Некоторое время они с вызовом смотрели друг на друга, а потом лицо толстяка
расцвело улыбкой, и он спросил:
- А вы не собираетесь пригласить меня войти?
Марлоу, пожав плечами, посторонился:
- Почему бы и нет? Мы всегда сможем потом провести дезинфекцию.
Улыбка О'Коннора полиняла, но усилием воли он вернул ее на свою физиономию.
- А где сам старик? Он единственный, кого я хотел бы видеть. Его, а не каких-то
наемных помощников.
Марлоу сделал всего один широкий шаг вперед, и толстяк поспешно попятился.
- Я не хочу никаких неприятностей, - испуганно протараторил он. - Я только
собираюсь высказать старику одно деловое предложение.
Марлоу холодно посмотрел на него.
- Вы мне не нравитесь, О'Коннор, - сказал он. - Мне будет совсем нетрудно
сломать вашу жирную шею. Запомните это.
Он резко повернулся и пошел наверх. Открыв дверь в комнату Магеллана, Марлоу
увидел, что тот подоткнул себе под спину еще одну подушку и сидит в постели
совершенно прямо, словно железный прут.
О'Коннор вошел в комнату тяжело дыша и плюхнулся на стул у окна. Тот жалобно
заскрипел, а О'Коннор вытащил носовой платок и вытер им лицо. Казалось, ему трудно
восстановить дыхание, и он обмахивался шляпой.
- Сердце у меня уже не то, что было, - сказал он через некоторое время,
сглотнул слюну и снова вытер платком лицо. - Лестницы в вашем доме чертовски
круты.
- Вы не встретите у меня сочувствия, - сказал железным голосом папа
Магеллан. - Выкладывайте, что хотели, и убирайтесь.
Улыбка сползла с лица О'Коннора.
- Ну, хорошо, - ответил он. - Перейду прямо к делу. Вы стоите на моем пути,
Магеллан. Я хочу убрать вас с дороги. Даю вам три тысячи фунтов за все, включая
грузовики, и улаживаю дела с вашими закладными. Вы не получите и половины этой
цены на открытом рынке, и сами прекрасно это знаете.
Папа Магеллан поправил очки и взял в руки газету.
- Ваше предложение меня не интересует, - заявил он.
Последовал еще один момент тишины, потом О'Коннор взорвался:
- Ты, проклятый старый дурак, соглашайся. Иначе тебе конец, я тебя разорю.
Старик посмотрел на Марлоу, на его лице читалось отвращение.
- Выкинь его отсюда, Хью, - попросил он. - Здесь что-то стало дурно пахнуть.
О'Коннор вскочил на ноги и двинулся вперед.
- Я предупреждаю вас, - сказал он угрожающе. - Это ваш последний шанс.
После этого я смету вас со всех дорог и не стану особенно разбираться в том, как я это
сделаю.
Марлоу крепко схватил его за руку и поволок к двери. Папа Магеллан снял очки и
отложил газету.
- Одну минутку, сынок.
Марлоу остановился в дверях, все еще держа О'Коннора за руку.
- Я давно знаю вас, О'Коннор, - сказал старик, - мы выставили друг другу
больше выпивки, чем я могу припомнить. Я никогда не одобрял некоторых ваших
способов добывания денег, но это вовсе не означает, что я в ту пору испытывал к вам
неприязнь.
О'Коннор попробовал было вырваться из комнаты, но Марлоу крепко, до боли
сжал его руку.
- Спокойно! - угрожающе сказал он.
- Я не знаю, что такое с вами случилось потом, - продолжал папа Магеллан. -
Так или иначе, за последний год вы превратились в настоящего зверя. Вы уничтожаете
каждого, кто встает на вашем пути. - Он закончил весьма внушительно: - Ну ладно,
я говорил с вами по-честному. Теперь хватит. Если вы попробуете нанести вред комунибудь
или чему-нибудь мне принадлежащему, я вас разыщу и убью. Как бешеную
собаку, какой вы и являетесь.
Он снова обратился к своей газете, руки его немного дрожали. А Марлоу вытолкал
посетителя за дверь и повел по коридору.
О'Коннору, наверно, и в самом деле было нелегко справиться с лестницей, и когда
они спустились вниз, он внезапно схватился за стену, хватая ртом воздух и стараясь
другой рукой расстегнуть воротник.
Приступ был, бесспорно, настоящим. Марлоу усадил гостя на стул, ослабил его
галстук и воротник. Лицо О'Коннора стало пунцовым, а губы приобрели характерный
для сердечника синеватый оттенок. Марлоу быстро прошел в гостиную и вернулся с
бокалом бренди.
О'Коннор сделал жадный глоток, бренди пролилось ему на подбородок и на
рубашку. Некоторое время спустя его дыхание стало более ровным. Он слабо
улыбнулся Марлоу:
- В эти дни со мной случается что-то слишком много таких приступов.
- Тебе приходится таскать столько лишнего веса, - сдержанно ответил Марлоу.
- Прямо удивительно, как твое сердце так долго выносит это.
О'Коннор поднялся на ноги.
- В молодости я был похож на тебя, парень. Большой и сильный, как дуб. А потом
случилось что-то нехорошее с моими гландами. - Он нахмурился и несколько раз
кашлянул в носовой платок. Когда он поднял голову, в его глазах стояли слезы. - Что
поделаешь, старость, - прохрипел он. - Никогда не знаешь, что с тобой завтра
случится.
- Мое сердце прямо обливается кровью из-за вас, - холодно рассмеялся Марлоу.
Он взял О'Коннора за руку, помогая ему пройти к машине, тот тяжело наваливался
на провожатого, и было видно, что каждый шаг дается ему с трудом.
Когда он наконец уселся за руль, Марлоу, захлопывая дверцу, сказал:
- Я больше не хочу видеть вас здесь или где-нибудь поблизости.
О'Коннор нажал на стартер и высунулся в окно:
- Вы все-таки подскажите старику, чтобы он обдумал мое предложение, -
посоветовал он. - Даю ему время до вечера. Я буду у себя на складе до девяти. Он
может позвонить мне туда.
Прежде чем Марлоу успел ответить, автомобиль рванулся через двор фермы,
сделав опасный поворот при выезде из ворот и только чудом избежав столкновения с
грузовиком "Бедфорд", который собирался въезжать на ферму.
Мак остановил грузовик рядом с Марлоу и высунулся из окна:
- Эй, друг, рад тебя видеть! Как дела?
Марлоу поднял большой палец.
- Отлично! Я без всякого труда разместил партию товара. И больше того, получил
на завтра заказ на еще одну такую же.
Мария вышла из грузовика с другой стороны и обошла его кругом с приветливой
улыбкой на лице.
- На самом деле такой успех, Хью? - возбужденно спросила она.
Марлоу кивнул.
- Получил сто шестьдесят фунтов, - похвастался он. - Пока мы сможем
отправлять каждый раз такую же полную партию, мы будем получать такие деньги.
- А кто тот сумасшедший, который вылетел отсюда на машине? - спросил Мак.
- Мистер О'Коннор, собственной персоной, - усмехнулся Марлоу.
На лице Марии появилась тревога.
- А что ему было надо, Хью? Снова для нас какие-нибудь неприятности?
- Ничего такого, о чем стоило бы волноваться, - успокоил ее Марлоу. -
Деловой визит. Он предложил твоему отцу купить ваше владение, но старик отнесся к
этому без интереса.
Мария выглядела озадаченной.
- Но что же заставило его снова пытаться сделать это? Папа уже в прошлый раз
сказал ему совершенно определенно, что ничто не заставит его продать нашу ферму.
- Да, но времена меняются, - вступил в разговор Мак. - Мы прихватили его на
одном грязном деле. И ему это известно.
Мария повернулась к Марлоу.
- А вы тоже так думаете? - спросила она.
- Тебе не о чем тревожиться, мой ангел, - успокаивающе сказал Марлоу. -
Поднимайся к отцу, а мы с Маком посмотрим на эту партию товара.
Она с облегчением улыбнулась и пошла в дом. Марлоу обошел грузовик, сел рядом
с Маком, и они въехали в амбар.
- У тебя были какие-нибудь трудности в поездке? - поинтересовался Мак,
выключая мотор.
Марлоу закурил сигарету и кивнул:
- Очень много. - И он коротко рассказал Маку о событиях прошлой ночи.
Когда он закончил рассказ, Мак тихо присвистнул:
- Друг, как хорошо, что ты взял с собой ружье.
- Еще бы! - согласился Марлоу.
- А как ты думаешь, этой ночью они снова попытаются что-нибудь предпринять?
- спросил Мак.
- Не знаю, - нахмурился Марлоу. - Я все еще толком не пойму, зачем О'Коннор
являлся сюда. Что-то здесь не так. Он усмехнулся и потрепал Мака по плечу. - Но как
бы то ни было, не беспокойся. И если хочешь, возьми с собой это ружье. Хотя,
надеюсь, оно тебе не понадобится, - добавил он.
- Надеюсь, что нет, - кивнул Мак.
Когда они подошли к заднему борту машины, Мак продолжил:
- Хотелось бы мне знать, как там поживает мисс Дженни. Я и думать не хочу, что
она связана с этой шайкой.
- Для меня это тоже загадка. Ведь О'Коннор должен был постараться узнать, что
с ней произошло, а он об этом даже словом не обмолвился.
- А может, она утром позвонила ему из Лондона и сказала, что не вернется, -
предположил Мак. - Неужели она поступит иначе после того, как с ней так
обошлись?
- Хотел бы и я верить в это, - заметил Марлоу, опуская задний борт грузовика.
Он зевнул и почувствовал себя ужасно уставшим. Мак мягко положил руку ему на
плечо и сказал:
- А почему бы тебе не поспать немного. Это тебе просто необходимо.
Марлоу начал было протестовать, но Мак подтолкнул его к двери:
- Давай, парень, я сам справлюсь с этой партией товара.
Ему потребовалось некоторое усилие, чтобы подняться по лестнице. Проходя по
коридору, он услышал за закрытой дверью комнаты папы Магеллана приглушенные
голоса. Мария говорила с отцом. На момент он задержался в нерешительности, думая,
войти ему или нет, но потом все-таки прошел мимо в конец коридора и открыл дверь
своей комнаты.
Он снял куртку, присел на край кровати и разулся. Начал было расстегивать
пуговицы на рубашке, но это усилие показалось ему чрезмерным, и он свалился
навзничь. Лишь его голова коснулась подушки, он погрузился в омут сна.
Марлоу проснулся, почувствовав на своем плече чью-то руку. Над ним склонился
Мак, тепло одетый, в водительской куртке, с теплым шарфом вокруг шеи и в
перчатках. Марлоу быстро сел на кровати и глянул на часы. Было почти половина
восьмого, и небо уже начало темнеть.
- Какого черта ты не разбудил меня раньше? - спросил он, опуская ноги на пол.
- В том не было нужды, друг, - усмехнулся Мак. - Я сам справился с погрузкой,
а потом, под конец, мне немного помог этот старик Доби, что работает в теплице. -
Он постучал руками в перчатках одна о другую. - Ну, я поехал. Если хоть кто-нибудь
попадется мне на пути этой ночью, всех раскидаю.
Марлоу натянул ботинки и встал.
- Надеюсь, - сказал он. - Ты взял в кабину ружье?
Мак кивнул, и Марлоу посоветовал:
- Отлично, это придаст тебе уверенность, но только не останавливайся в дороге
ни по какой причине.
Мак усмехнулся и похлопал Марлоу по плечу:
- Не беспокойся обо мне, друг. На этот раз меня уж ничего не остановит.
Они спустились по лестнице и вышли во двор, где уже был готов грузовик. Сырой
прохладный ветерок опять предвещал дождь, и Мак поежился.
- Похоже, ночь будет темной, - сказал он.
Позади них появилась Мария, все так же с термосом и пакетом сандвичей.
- Будь осторожен, - сказала она, передавая съестное Маку.
Он улыбнулся ей и Марлоу и запустил мотор.
- Не беспокойтесь обо мне, мисс Мария. Я чувствую, что этой ночью мне повезет.
Такое же ощущение у меня часто бывало перед серьезным боксерским боем.
Он помахал рукой, грузовик проехал через двор, немного замедлил ход у ворот, а
потом исчез во тьме.
Мария вздохнула, повернувшись, чтобы идти к дому.
- Не беспокойся, мой ангел, - сказал ей Марлоу. - На этот раз с ним все будет в
полном порядке.
- Я надеюсь.
Тут же в гостиной зазвонил телефон, она направилась туда и сейчас же вернулась с
недовольным выражением.
- Это вас.
Марлоу был удивлен.
- А кто такой?
- Сами узнаете. - Мария кивнула в сторону гостиной и исчезла в кухне, громко
хлопнув дверью.
Еще только подходя к телефону, Марлоу услышал встревоженный голос. Он взял
трубку.
- Это Хью Марлоу. Кто говорит?
- Хью, это ты? Слава Богу, что ты еще здесь.
Голос принадлежал Дженни О'Коннор. Она казалась испуганной.
- Так ты все-таки решила вернуться? - удивился Марлоу. - Я думал, у тебя
больше здравого смысла.
- Теперь мне все равно. - Дженни почти рыдала. - Я должна видеть тебя.
Можешь приехать ко мне?
- Я сейчас занят.
- Пожалуйста. Хью! У меня жуткие неприятности. Ты должен мне помочь.
В ее голосе звучало отчаяние. Поколебавшись, он вздохнул и ответил:
- Ну хорошо. Где ты?
- В своей квартире. Как скоро я могу ожидать тебя?
Он посмотрел на часы.
- Примерно в восемь тридцать.
Дженни начала было говорить о чем-то еще, но Марлоу оборвал ее:
- Расскажешь, когда приеду.
Он поднялся в спальню за курткой и шарфом. А когда спустился вниз, увидел
Марию. Она стояла в прихожей и вытирала руки о фартук.
- Ну, и что же она от тебя хочет? - вызывающе спросила девушка.
Сначала он хотел обо всем рассказать ей, но потом чувство осторожности взяло
верх.
- А какое тебе, собственно, до этого дело? Если хочешь знать, Дженни просит
меня приехать повидаться с ней.
- И вы тут же побежали, - ревниво взорвалась Мария. - Вы для нее как
марионетка на веревочках.
Марлоу повернулся и ушел в ночь прежде, чем Мария успела еще что-нибудь
добавить. Он взял один из двух оставшихся грузовиков и поехал в Барфорд, весь кипя
от злости. Какое право имеет Мария диктовать ему, что он должен и чего не должен
делать? Он выругался и резко вывернул руль, когда машину занесло на опасном
повороте. Почему это она лезет в его дела, словно она его совесть, оценивает его
действия и всегда считает его виноватым? Он закурил и понемногу стал остывать.
Прошло некоторое время, и он даже улыбнулся про себя. Теперь, когда у него есть
деньги, он не станет больше возиться с ней. Может, еще только несколько дней.
Грузовик снова занесло на скользких булыжниках главной площади, когда он резко
свернул в боковую улицу, где находилась квартира Дженни О'Коннор. Он подъехал к
тротуару, выключил мотор и остальной путь прошел пешком.
Он осторожно подошел к ее дому и стоял у входа во двор, всматриваясь в темноту.
Некоторое время спустя он, удовлетворенный осмотром, пересек двор и позвонил.
После короткого молчания он услышал шаги и голос Дженни:
- Кто там?
- Это Марлоу, - ответил он.
Послышался звук отодвигаемого засова, потом повернулся ключ в замке, и наконец
через приоткрывшуюся дверь он увидел бледное, испуганное лицо Дженни.
- Что за страсти? - недовольно спросил он.
Дженни втащила его внутрь, закрыла дверь на засов, потом заперла на ключ и
только после этого повернулась к нему.
- О, Хью, дорогой! Ты даже не представляешь, как я рада тебя видеть! -
воскликнула она, обнимая его за шею.
Марлоу холодно принял объятие, а потом слегка отодвинул Дженни в сторону и
повторил:
- Так что здесь происходит?
Она провела его в гостиную и усадила на кушетку рядом с собой.
- Я вернулась в тот же день поздно вечером, - начала она. - И почти тут же
заявился мой дядюшка.
Она вздрогнула при одном воспоминании об этом.
- Дядя просто обезумел от злобы. Обвинял меня в предательстве и в том, что я
помогаю тебе. А я сказала, что уйду от него.
- И как он к этому отнесся?
На ее лице появилась гримаса отвращения.
- Он дважды ударил меня и сбил с ног. - Она оттянула воротник платья,
обнажив свежий синяк на правом плече. - Вот видишь? Он заявил, что у меня не
хватит духа уйти от него. Забрал все деньги и драгоценности. Даже меховое манто. И
добавил, что я скоро опомнюсь.
Марлоу откинулся назад, и его глаза сузились.
- Все это, откровенно говоря, не свидетельствует о его хорошем отношении ко
мне. А он никогда не пытался к тебе приставать?
Она отрицательно покачала головой.
- Нет, никогда. Сказать по правде, я поначалу тоже опасалась, что, щедро помогая
мне, он думает именно об этом. Но до сегодняшнего дня он вел себя превосходно.
- А почему ты крепко запираешь дверь? - спросил Марлоу.
- Дядя послал Моногана забрать мой "ягуар". А тот попытался проникнуть ко мне
в дом, и я захлопнула дверь прямо перед его носом, а потом забаррикадировалась. Он
еще долго кричал сквозь щель почтового ящика, - с отвращением сказала Дженни, и
ее снова передернуло. - Он говорил просто ужасные вещи.
Марлоу сердито посмотрел на нее и сжал кулаки.
- Больше не думай об этом, мой ангел. Если он попадется мне, я ему за все
отплачу.
Она отошла к столику, налила виски с содовой и, слегка улыбнувшись, подала ему.
- Но что же мне теперь делать, Хью? После случившегося у меня в голове все
перемешалось.
Марлоу осторожно отставил бокал.
- А почему ты вернулась?
- Потому что я слабая, - честно призналась она. - Потому что когда этим утром
я оказалась одна в Лондоне, то все мои благие намерения испарились и я просто
испугалась. Испугалась остаться одна лицом к лицу со всем миром. Испугалась
остаться без денег.
- И еще испугалась, что придется трудиться, как все, чтобы заработать на жизнь?
- вкрадчиво спросил Марлоу.
- Не будь таким жестоким, Хью, - сделала гримаску Дженни. - Я и так знаю,
что никуда не гожусь. По крайней мере, я хоть не скрываю этого. Я вернулась, потому
что думала, что сумею как-то вывернуться, но вместо этого мне предстоит сделать
выбор.
- На чью же сторону ты станешь?
В ее глазах, появилась неподдельная боль.
- И я еще должна тебе это сказать? На самом деле должна сказать?
Марлоу смотрел на ее прелестное лицо, так похожее на лицо девочки, и у него
невольно шевельнулось в душе теплое чувство. Он потянулся к Дженни, а она обвила
руками его шею и легла навзничь на подушки, увлекая его за собой. Он ощутил
мягкость и податливость ее тела, и губы обоих слились в жарком поцелуе.
- Я так рада, что увидела тебя прежде, чем ты поедешь в Лондон, - сказала она
чуть погодя, немного отстранившись. Марлоу поцеловал впадинку у ее ключицы.
- А я и не собираюсь ехать в Лондон.
- Почему же? - удивилась она. - Мне казалось, что второй рейс имеет для вас
большое значение.
- Так оно и есть. Но на этот раз поехал Мак.
- О, понимаю.
Последовало молчание, и снова вопрос:
- Хью, что же нам теперь делать?
Он хмыкнул и поцеловал ее в плечо.
- А я и сам не знаю. Думаю, что скоро совсем уеду отсюда.
Дженни словно в оцепенении сухо произнесла:
- Ясно.
Потом после непродолжительного молчания спросила:
- Насколько мне известно, мой дядя во второй половине дня приезжал сегодня к
вам?
Марлоу приподнялся и потянулся за сигаретами.
- Верно. У него еще начался сердечный приступ, самый настоящий. Я сперва
даже подумал, что он тут же и помрет.
Дженни нервно теребила край платья.
- Да, у него уже было несколько таких приступов. - С глубоким вздохом она
продолжала: - Я совершенно случайно узнала, что жить на свете ему осталось не
больше полугода.
Марлоу замер, так и не донеся бокал с виски до рта.
- Любопытно. По крайней мере, это дает Магеллану некоторый шанс.
Дженни даже подпрыгнула от злости:
- О, к черту этих Магелланов! Ты что, совсем уже не можешь думать о комнибудь
другом?
Она нервно прошлась по комнате, потом резко повернулась к Марлоу:
- Я сейчас тебе все объясню. Мой дядя умирает. Может, умрет сегодня ночью,
может, завтра, но определенно в течение ближайших месяцев, и я его единственная
наследница.
Марлоу отхлебнул виски.
- Ну и что из того?
- Делаешь вид, что не понимаешь? Ведь только ты можешь убедить Магелланов
продать нам их собственность, тогда мы все получим обратно в целости и
сохранности, надо только подождать.
- Подождать чего? - спросил Марлоу.
Она нетерпеливо вздохнула:
- Когда умрет мой дядя. Тогда я стану владеть всем его бизнесом, а ты сможешь
вести этот бизнес. Ты разве не понимаешь, дорогой? Мы будем обеспечены на всю
жизнь.
Марлоу аккуратно потушил сигарету в пепельнице и встал.
- Ты имеешь в виду, что именно ты будешь обеспечена на всю жизнь?
Пройдя мимо Дженни, он вышел в прихожую. Та выскочила за ним и схватила за
плечи как раз в тот момент, когда он начал отпирать входную дверь.
- Что случилось?! - воскликнула она. - Что ты делаешь?
Он снял ее руки и открыл дверь.
- Я пошел. А почему бы и нет? У тебя ведь нет никаких претензий ко мне?
Она в отчаянии затрясла головой:
- Ничего не понимаю!
- Сказал бы я тебе словечко, но даже я соблюдаю некоторые правила приличия.
Дженни все еще выглядела озадаченной, и он, вздохнув, продолжил:
- С тобой все ясно, мой ангел. Я встречал всяких людей, но ты наверняка
получишь первый приз. Неужели ты даже не понимаешь, о чем я говорю.? Впрочем,
такие, как ты, не в состоянии понять.
Еще некоторое время она смотрела на него с удивлением, потом вдруг злоба
блеснула в ее глазах и она наотмашь ударила Марлоу по лицу.
- Проваливай, - закричала она. - Ну, давай, катись отсюда!
Он крепко схватил ее за запястья, закипая гневом. Дженни какое-то мгновение
молча смотрела на него и вдруг плюнула ему в лицо, грязно выругавшись.
Марлоу непонимающе посмотрел на нее, а потом отпустил руки и расхохотался. И
все еще продолжал смеяться, пересекая двор и выходя на темную улицу.
Он ехал обратно в Литтон с опущенным боковым стеклом, и холодный ветер
несколько успокоил его. Он думал о Дженни О'Коннор, и ему стало жаль ее. Ей так и
придется жить одной, а это, наверное, суровое наказание. Он умышленно гнал от себя
мысли о ней и постарался сосредоточиться на своем будущем.
Его первоначальная идея уехать в Ирландию по-прежнему казалась ему
привлекательной. Добравшись до фермы, он решил действовать незамедлительно.
Он остановил грузовик у входной двери и вошел в дом. Проходя мимо гостиной, он
услышал доносившиеся оттуда звуки рыданий. Заглянув в гостиную, он увидел
свернувшуюся калачиком в кресле и плачущую навзрыд Марию. Ее рыдания не могли
не тронуть даже самое жесткое сердце.
- Что случилось, мой ангел? - спросил Марлоу, опускаясь перед ней на колени.
Мария подняла залитое слезами лицо.
- Пойдите прочь от меня. От вас еще и сейчас пахнет ее духами, - с горечью
сказала она.
Марлоу со злостью вскочил с колен.
- Бога ради, скажи же, что здесь произошло?
- Это папа. Он уехал на другом грузовике.
Марлоу нахмурился.
- Он что, с ума сошел? Он же болен.
- Конечно. Но Мак звонил с час назад. У него авар
...Закладка в соц.сетях
