Жанр: Триллер
Человек из санкт-петербурга
...тия в шланге начала вытекать тоненькая струйка. Феликс
расположил шланг так, чтобы огонь не уничтожил комнату слишком быстро, затем
зажег спичку и бросил ее на пропитанный горючим кусок ковра. Ковер тут же
вспыхнул.
Усмехнувшись, Феликс выскочил из столовой.
В гостиной он схватил бархатную подушку и на мгновение прижал ее к другому
отверстию в шланге. Потом положил подушку на диван, поджег ее и бросил туда еще
несколько подушек. Они дружно загорелись.
Затем помчался через холл, по коридору в библиотеку. Здесь бензин вытекал из
самого конца шланга прямо на пол. Схватив с полок охапку книг, Феликс швырнул их
в растекающуюся лужу. Пересек библиотеку и открыл смежную дверь в оружейную.
Постояв секунду в дверном проеме, он бросил в лужу свою свечу.
Раздался шум, подобный сильному порыву ветра, и библиотека заполыхала огнем.
Сначала книги, потом портьеры, а затем мебель и деревянные панели. Из шланга
продолжал выливаться бензин, усиливая пламя. Феникс захохотал.
Вбежав в оружейную, он сунул в карман куртки пригоршню запасных патронов. Из
оружейной направился в цветочную. Снял засов с двери, ведущей в сад, осторожно
открыл ее и вышел.
Он прошел двести шагов в сторону дома и точно на запад, с трудом сдерживая
нетерпение. Затем отсчитал те же двести шагов к югу, а потом на восток, так что в
конце концов очутился прямо напротив главного входа в дом. Он вглядывался в него
через затемненную лужайку.
Феликс видел второго часового, курящего трубку перед портиком, освещенным
двумя лампами. Его напарник лежал без сознания, или даже мертвый, где-то в огороде.
Феликс видел языки огня в окнах библиотеки, но полицейский был слишком далеко от
этого места и все еще ничего не замечал. Но в любой момент и он мог бы увидеть
огонь.
Между Феликсом и домом, примерно в пятидесяти ярдах от портика, рос огромный
старый каштан. Казалось, полицейский смотрел туда, где находился Феликс, но не
замечал его. Феликсу было все равно.
"Если он разглядит меня, - подумал он, - я застрелю его. Теперь уже это не
важно. Никто не сможет остановить огонь. Им всем придется покинуть дом. Я убью их
обоих с минуты на минуту".
Он встал за деревом и прислонился к нему, держа в руках дробовик.
Теперь он видел пламя в противоположном конце дома, в окнах столовой.
"Что они там делают?" - подумал он.
Уолден побежал в то крыло здания, где находилась Голубая Комната, в которой
ночевал Томсон. Постучал в дверь и вошел.
- В чем дело? - спросонья спросил Томсон.
Уолден включил свет.
- Феликс здесь в доме.
- Боже всемогущий!
Томсон рывком вскочил с кровати.
- Как это могло произойти?
- Его впустила Шарлотта, - с горечью произнес Уолден.
Томсон спешно натягивал брюки и пиджак.
- Нам известно, где именно он прячется?
- В старой детской. У вас есть револьвер?
- Нет, но я поставил троих охранять Орлова, помните? Возьму двоих из них, и мы
схватим Феликса.
- Я иду с вами.
- Я бы предпочел...
- Не спорьте со мной! - закричал Уолден. - Я хочу видеть, как он умрет.
Бросив на Уолдена странный, полный сочувствия взгляд, Томсон выбежал из
комнаты. Уолден последовал за ним.
Они поспешили по коридору, ведущему к комнате Алекса. У дверей стоял
телохранитель, он отдал Томсону честь.
- Вы Баррет, верно?
- Да, сэр.
- А кто там внутри?
- Бишоп и Андерсон, сэр.
- Скажите, чтобы открыли.
Баррет постучал в дверь. Чей-то голос тут же откликнулся:
- Пароль?
- Миссисипи, - ответил Баррет.
Дверь отворилась.
- Что случилось, Чарли? О, это вы, сэр.
- Что с Орловым? - спросил Томсон.
- Спит, как младенец, сэр.
Уолден подумал: "Давай же, не тяни".
- Феликс пробрался в дом, - начал объяснять Ton-сон. - Баррет и Андерсон
пойдут со мной и его светлостью. Бишоп останется в этой комнате. Пожалуйста,
проверьте, заряжены ли пистолеты.
Уолден повел их через гостевое крыло дома вверх по лестнице к детской. Сердце
его бешено колотилось, и он ощущал то странное смешение страха и азарта, которое
всегда охватывало его на охоте при виде льва, оказавшегося на расстоянии ружейного
выстрела.
Он показал на дверь детской.
- В этой комнате есть электрический свет? - шепотом спросил Томсон.
- Да, - ответил Уолден.
- А где выключатель?
- Слева от двери, на высоте плеча. Баррет и Андерсон вытащили револьверы.
Уолден и Томсон встали по обе стороны двери так, чтобы их не задело при
выстреле.
Баррет рывком открыл дверь, Андерсон бросился внутрь и встал сбоку, а Баррет
зажег свет.
Но ничего не последовало.
Уолден заглянул в комнату.
Андерсон и Баррет проверяли классную комнату и спальню.
Чуть позже Баррет произнес:
- Здесь никого нет, сэр.
Пустая детская ярко освещалась электрическим светом. На полу стоял таз с грязной
водой, и валялось смятое полотенце.
Уолден указал на дверцу в чулан.
- Там, за ней есть небольшой чердак.
Баррет открыл дверцу. Все напряглись в ожидании неизвестного. С револьвером в
руке он шагнул вперед. Через несколько секунд вышел.
- Он там был. Томсон поскреб голову.
- Нам надо обыскать дом, - проговорил Уолден.
- Жаль, что у нас мало людей, - заметил Томсон.
- Начнем с западного крыла, - предложил Уолден.
- Пойдемте.
Они вышли за ним из детской и по коридору дошли до лестницы. Спускаясь вниз,
Уолден вдруг почувствовал запах дыма.
- Что это? - спросил он.
Томсон принюхался.
Уолден взглянул на Баррета и Андерсона - никто из них в этот момент не курил.
Запах дыма становился все более сильным, а потом Уолден услышал шум,
подобный шелесту листвы на ветру.
Внезапно его охватил страх.
- Мой дом горит! - закричал он и бросился вниз по ступеням.
В вестибюле было полно дыма.
Пробежав через него, Уолден толчком открыл дверь в гостиную. Ему в лицо
ударило жаром, он споткнулся. Комната превратилась в настоящий ад. Он пришел в
отчаяние - такой огонь невозможно потушить. Взглянул в сторону западного крыла и
увидел, как полыхала библиотека. Обернулся. За ним спешил Томсон.
- Мой дом сгорит дотла! - воскликнул Уолден.
Схватив его за руку, Томсон оттащил его к лестнице, где стояли Баррет и
Андерсон. Уолден почувствовал, что в середине вестибюля ему лучше дышится и
слышится. Тем временем, Томсон, не теряя хладнокровия и решительности, стал
отдавать приказания.
- Андерсон, пойдите и разбудите тех двух бобби, что снаружи. Пошлите когонибудь
разыскать садовый шланг и кран. Другой пусть бежит в деревню и по телефону
вызовет пожарную команду. После этого бегите по черной лестнице в комнаты
прислуги и поднимайте всех. Велите им выбираться из дома кратчайшим путем, а
потом собираться на лужайке перед входом, чтобы можно было всех пересчитать.
Баррет, идите разбудите мистера Черчилля и проследите, чтобы он покинул дом. Я
выведу Орлова. Уолден, вы позаботьтесь о Лидии и Шарлотте. Пошли!
Уолден побежал вверх по лестнице к комнате Лидии. Она сидела в шезлонге в
ночной рубашке, глаза ее были красными от слез.
- В доме пожар, - задыхаясь выговорил он. - Немедленно выходи и ступай к
лужайке. Я выведу Шарлотту.
Затем он вдруг вспомнил о звонке, созывавшем домочадцев к столу и передумал.
- Нет, - распорядился он, - ты займись Шарлоттой. А я пойду звонить.
Он снова помчался вниз по ступеням, думая про себя: "Почему я раньше не
сообразил этого?"
В вестибюле висел шелковый шнур, с помощью которого звонили во все комнаты
и приглашали к столу. Уолден дернул шнур и тут же услышал, как в разных частях
дома раздались слабые звоночки. Тут он заметил садовый шланг, тянущийся по полу
холла. Неужели уже кто-то взялся тушить огонь? Но ему некогда было думать, кто бы
это мог быть. Он продолжал дергать за шнур.
Феликс с тревогой наблюдал за происходящим. Огонь распространялся слишком
быстро. Полыхала уже большая часть второго этажа. Он видел языки пламени в окнах.
Он торопил их про себя: "Выходите же, болваны! Что они там делают?"
Он вовсе не хотел сжигать всех в доме - он лишь хотел, чтобы они вышли
наружу. Полицейский у портика, казалось, спал.
"Сейчас я подам сигнал тревоги, - в отчаянии решил Феликс. - Я не хочу, чтобы
гибли невинные люди".
Внезапно часовой очнулся и огляделся кругом. Трубка выпала из его рта. Он
бросился в подъезд и забарабанил в дверь.
"Наконец-то! - подумал Феликс. - А теперь поднимай тревогу, дурень!"
Подбежав к окну, полицейский выбил стекло.
Как раз в этот момент открылась дверь и из нее кто-то выскочил, весь окутанный
дымом.
"Начинается", - возбужденно подумал Феликс. Подняв двустволку, он пристально
вглядывался в темноту. Лица того, кто выбежал, он разглядеть не мог. Человек
прокричал что-то, и полицейский, стоявший на часах, тут же умчался. "Мне нужно
видеть их лица, - думал Феликс, - но если подойти ближе, они меня заметят".
Человек влетел обратно в дом раньше, чем Феликс смог узнать его.
"Мне необходимо подойти поближе, - размышлял Феликс, - и рискнуть". Он
двинулся через лужайку. Услышал, как в доме зазвонили в колокол.
"Ну, теперь уж они, наверняка, выбегут", - решил Феликс.
Лидия бежала по задымленному коридору. Как все это могло произойти так
быстро"! У себя в комнате она ничего не почувствовала, но перед дверьми спален,
мимо которых она торопилась, бушевали языки пламени. Должно быть, уже весь дом
объят огнем. Из-за сильного жара было трудно дышать. Добежав до комнаты
Шарлотты, она повернула ручку. Она совсем забыла, что дверь заперта. Повернула
ключ в замке. Вновь попыталась открыть дверь. Та не поддавалась. Повернув ручку,
она всей своей тяжестью навалилась на дверь. Но ничего не получалось, дверь
заклинило. От ужаса Лидия начала кричать. - Мама! - донесся голос Шарлотты из
глубины спальни.
Лидия до боли закусив губу, перестала кричать.
- Шарлотта! - позвала она.
- Открой дверь!
- Я не могу, не могу, не могу!
- Дверь заперта на ключ!
- Я отперла ее, но она не открывается... весь дом горит, о, Боже, помоги мне,
помоги...
Шарлотта попыталась открыть дверь изнутри, толкая ее и дергая за ручку.
- Мама!
- Да!
- Мама, перестань кричать и выслушай меня внимательно - сдвинулись
половицы, и дверь заклинило. Ее придется взламывать. Иди за помощью!
- Я не могу тебя оставить...
- МАМА! ИДИ ЗА ПОМОЩЬЮ, ИЛИ Я ЗДЕСЬ СГОРЮ ЗАЖИВО!
- О, Боже, хорошо, бегу!
Лидия повернулась и, задыхаясь от дыма, помчалась вниз по ступеням.
Уолден продолжал звонить в звонок. Сквозь дым он различил, как по лестнице
спускались Томсон и третий детектив, Бишоп, а между ними Алекс. Он решил, что
поблизости должна быть Лидия, Черчилль и Шарлотта, но потом сообразил, что они
могли спуститься по любой из имеющихся в доме лестниц. Проверить это можно было
лишь на лужайке перед главным входом, где всех просили собраться.
- Бишоп! - крикнул Уолден. - Идите сюда!
Сыщик подбежал к нему.
- Давайте звоните. Звоните, пока хватит сил.
Бишоп взялся за шнур, а Уолден вслед за Алексом вышел из дома.
То был радостный для Феликса момент.
Он поднял ружье и пошел к дому.
Навстречу ему двигался Орлов и еще кто-то. Феликса они пока не заметили. Когда
они сделали несколько шагов, за их спинами показался Уолден.
"Лезут, как крысы в мышеловку", - торжествующе подумал Феликс.
Человек, которого Феликс не знал, повернулся через плечо и сказал что-то
Уолдену.
До Орлова оставалось двадцать ярдов.
"Наконец-то, - пронеслось в мозгу у Феликса.
Положив двустволку на плечо, он прицелился Орлову точно в грудь, и в тот
момент, когда Орлов открыл было рот, чтобы заговорить, Феликс спустил курок.
Огромная черная дыра образовалась на ночной рубашке Орлова, когда в его тело
вонзилась пуля шестого калибра, в одной унции которой было около четырех сотен
дробинок. Двое других мужчин, услышав выстрел, в ошеломлении уставились на
Феликса. Кровь хлынула из груди Орлова, и он упал навзничь.
"Я сделал это, - с победным чувством подумал Феликс, - Я убил его.
Теперь очередь за другим тираном".
Он нацелил ружье на Уолдена.
- Не двигаться, - заорал он.
Уолден и второй мужчина застыли, как вкопанные.
И тут все услышали крик.
Феликс посмотрел туда, откуда раздался вопль.
Из дома бежала Лидия, волосы ее пылали.
Поколебавшись лишь долю секунды, Феликс бросился к ней.
Уолден сделал то же самое. На бегу Феликс бросил ружье и сорвал с себя куртку.
Он добежал до Лидии на секунду раньше Уолдена. Сбивая пламя, набросил на ее
голову куртку.
Сбросив ее, Лидия закричала:
- Шарлотта осталась в комнате! Не может выйти!
Повернувшись, Уолден помчался к дому. Феликс за ним.
Рыдающая от страха Лидия увидела, как Томсон бросился вперед и подхватил
ружье, брошенное Феликсом.
В ужасе смотрела она, как Томсон поднял его и прицелился Феликсу в спину.
- Нет! - закричала она, и бросилась на Томсона, сбив его с ног.
Выстрел пришелся в землю.
Пораженный Томсон недоуменно смотрел на нее.
- Разве вы не понимаете? - закричала Лидия в истерике. - Он уже достаточно
страдал!
Ковер в спальне Шарлотты уже дымился.
Чтобы не кричать, она приложила ко рту кулак и зубами вцепилась в костяшки
пальцев.
Подбежав к раковине, она набрала кувшин воды и выплеснула ее на середину
комнаты. Но от этого дыма только прибавилось.
Подошла к окну, открыла его и выглянула. Из окон нижнего этажа вырывались
дым и пламя. Стена дома была облицована гладкими каменными плитами: слезая вниз,
там не за что было бы уцепиться.
"Если не окажется другого выхода, я прыгну, - подумала она. - Это лучше, чем
сгореть заживо". Мысль привела ее в ужас, она вновь закусила костяшки.
Подбежала к двери и снова стала беспомощно дергать ручку.
- Кто-нибудь, помогите же! - закричала она. От ковра вверх поднимались языки
пламени, в центре пола образовалась дыра.
Она подбежала ближе к окну, готовая в любой момент выпрыгнуть из него.
Тут она услышала чьи-то рыдания и поняла, что это рыдает она сама.
Весь вестибюль был полон дыма. Феликс почти ничего не видел. Он держался
поближе к Уолдену, постоянно повторяя про себя: "Только не Шарлотта. Я не допущу,
чтобы она погибла, только не Шарлотта".
Они помчались вверх по лестнице. Второй этаж был целиком объят пламенем. Жар
стоял ужасный, нестерпимый. Сквозь стену огня Уолден бросился вперед. Феликс за
ним.
У двери Уолден остановился и сильно закашлялся. Беспомощным движением
указал на дверь. Дергая ручку, Феликс плечами саданул дверь. Та не поддалась. Он
тряханул Уолдена за плечи и крикнул:
- Надо вышибать дверь!
Они оба встали в коридоре как раз напротив двери. Феликс скомандовал:
- Раз!
Одновременно они вдвоем навалились на дверь. Дерево треснуло, но дверь попрежнему
оставалась запертой.
Уолден перестал кашлять. На лице его читался ужас.
- Еще раз! - заорал он на Феликса.
Они встали наизготовку у противоположной стены коридора.
- Пошли!
Они снова бросились на дверь.
Та треснула еще немного.
Они услышали, как за дверью кричит Шарлотта.
У Уолдена вырвался вопль бессильной ярости. В отчаянии он огляделся вокруг.
Схватил массивное дубовое кресло. Феликс подумал было, что оно слишком тяжело
для Уолдена, но тот поднял его над головой и с размаху ударил об дверь. Дерево
расщепилось.
Сгорая от нетерпения, Феликс сунул руки в расщелину и начал раздирать ее.
Пальцы тотчас окровавились.
Он отступил назад, и Уолден еще раз шибанул в дверь креслом. И снова Феликс
отдирал щепы. Острые занозы впивались ему в руки; он слышал, как Уолден что-то
бормотал тихим голосом, и понял, что это были слова молитвы. Уолден размахнулся и
ударил в третий раз. Кресло сломалось, сиденье и ножки разлетелись в разные
стороны, но в двери образовался пролом. Он был достаточно широк для Феликса, но
слишком узок для Уолдена.
Феликс сумел пролезть в пролом и свалился на пол спальни.
Пол полыхал огнем, и он не мог разглядеть Шарлотту.
- Шарлотта! - крикнул он изо всех сил.
- Я здесь! - отозвалась она из дальнего угла комнаты.
Феликс обежал спальню с той стороны, где пламя было слабее. Девушка сидела на
подоконнике распахнутого окна и жадно глотала ртом воздух. Схватив ее за талию, он
перебросил ее себе на плечо. По краю комнаты метнулся к двери.
Уолден приблизился к проему, чтобы подхватить дочь.
Он просунул голову и одно плечо, чтобы принять Шарлотту из рук Феликса. Он
видел, что лицо и руки того были сильно обожжены, а брюки горели. Глаза Шарлотты
были открыты и полны ужаса. За спиной Феликса начал проваливаться пол. Одной
рукой Уолден уже придерживал Шарлотту. Казалось, Феликс вот-вот упадет. Уолден
убрал голову, просунул в проем другую руку и ухватил Шарлотту под мышки. Языки
пламени лизали ее ночную рубашку, и она кричала, обезумев. - Все в порядке, папа
вытащит тебя, - проговорил Уолден.
Ощутив в своих руках всю тяжесть ее тела, он вытянул ее из пролома. Сознание
покинуло Шарлотту, тело ее обмякло. В тот момент, когда он ее вытаскивал, пол в
спальне рухнул, и Уолден успел увидеть лицо Феликса за мгновение до того, как тот
провалился в огненную бездну.
- Боже, будь милосерден к этой заблудшей душе, - прошептал Уолден.
И бросился вниз по лестнице.
Томсон железной хваткой удерживал Лидию, не давая ей вырваться и броситься в
горящий дом. Она стояла, неотрывно глядя на дверь, молясь о том, чтобы из нее
вышли двое мужчин и Шарлотта.
Появилась какая-то фигура. Кто это?
Фигура приблизилась. То был Стивен. Он нес Шарлотту.
Томсон отпустил Лидию. Она побежала им навстречу. Стивен осторожно опустил
Шарлотту на землю. В панике Лидия уставилась на него.
- Что... что... - лепетала она.
- Она жива, - проговорил Стивен. - Просто потеряла сознание.
Присев на траву, Лидия положила голову Шарлотты на колени и прижалась к груди
дочери. Она услышала громкое сердцебиение.
- О! Мое дитя, - промолвила Лидия.
Стивен сел рядом с ней. Она посмотрела на него. Брюки его обгорели, кожа
почернела и покрылась волдырями. Но главное, что он живой.
Она посмотрела в сторону двери.
Стивен увидел брошенный ею взгляд.
Лидия почувствовала, что стоящие рядом Черчилль и Томсон прислушивались.
Стивен взял Лидию за руку.
- Он спас ее, - произнес он. - А потом передал ее мне. Тут рухнул пол. Он
мертв.
Глаза Лидии наполнились слезами. Увидев это, Стивен сжал ее руку. Он сказал:
- Я видел его лицо, когда он падал. Не думаю, что я когда-нибудь смогу забыть
его. Понимаешь, он был в полном сознании, и глаза его были открыты, но... но в них не
было страха. Можно сказать, в них сквозило... удовлетворение.
По щекам Лидии хлынули слезы.
- А теперь избавьтесь от тела Орлова, - отчеканил Черчилль.
"Бедный Алекс", - подумала про себя Лидия, оплакивая и его тоже.
- Что? - не веря своим ушам, переспросил Томсон.
Черчилль повторил:
- Спрячьте его, закопайте, выбросите в огонь. Мне все равно, как вы это сделаете.
Но только избавьтесь от него.
Лидия в ужасе смотрела на него и сквозь пелену слез увидела, как из кармана
своего халата он вытащил связку бумаг.
- Соглашение подписано, - пояснил Черчилль. - Царю сообщат, что Орлов
погиб при пожаре, охватившем Уолденхолл, и что это был несчастный случай. Орлова
никто не убивал, понимаете? И никакого убийцы не было!
Он обвел взглядом каждого. На агрессивном, пухлом лице изобразилась свирепая
усмешка.
И никакого Феликса никогда не существовало.
Стивен поднялся и подошел к телу Алекса. Кто-то уже успел прикрыть тому лицо.
Лидия услышала, как Стивен проговорил:
Алекс, мой мальчик... Что я скажу твоей матери?
Склонившись к убитому, он сложил ему руки на груди, в том месте, где зияла рана.
А Лидия все смотрела на огонь, уничтожающий историю многих веков,
пожирающий прошлое.
Стивен подошел и встал рядом.
Он прошептал едва слышно:
- Никакого Феликса никогда не было.
Она взглянула на него. За его спиной, на востоке, небо выглядело серебристосерым.
Скоро встанет солнце, и наступит новый день.
Эпилог
Второго августа 1914-го года Германия вторглась в Бельгию. В течение нескольких
дней немецкая армия заполонила Францию. К концу августа, когда казалось, что
Париж вот-вот падет, значительная часть немецких войск была выведена из Франции,
чтобы защищать Германию от России на восточном фронте. Таким образом, Париж
устоял.
В 1915 году Россия получила формальное право контроля над Константинополем и
проливом Босфор.
Многие из тех молодых людей, с которыми Шарлотта танцевала на балу у
Белинды, погибли во Франции. Фредди Шалфонт был убит в Ипре. Питер вернулся
домой контуженным. Сама Шарлотта выучилась на медсестру и отправилась на фронт.
В 1916 году Лидия родила мальчика. Из-за возраста матери роды ожидались
трудными, но, в конце концов, все произошло благополучно. Мальчика назвали
Алексом.
В 1917 году Шарлотта подхватила воспаление легких, и ее отправили домой.
Выздоравливая после болезни, она перевела на английский "Капитанскую дочку"
Пушкина.
После войны женщины получили право голоса. Ллойд Джордж стал премьерминистром.
Безил Томсон получил дворянское звание.
Шарлотта вышла замуж за молодого офицера, которого выхаживала в госпитале во
Франции. Война сделала его пацифистом и социалистом, и впоследствии он стал
одним из первых депутатов-лейбористов в парламенте. Шарлотта же стала ведущей
переводчицей русской литературы девятнадцатого века в Англии. В 1931-ом году они с
мужем побывали в Москве и, вернувшись домой, заявили, что СССР - это
пролетарский рай. Но после германо-советского пакта они изменили свое мнение. В
1945 году муж Шарлотты был министром без портфеля в правительстве лейбористов.
Шарлотта все еще здравствует. Она живет в коттедже на бывшей семейной ферме
Уолденов. Ее отец построил этот коттедж для своего бейлифа. Это просторный,
крепкий дом с удобной мебелью и веселой обивкой. На месте семейной фермы теперь
жилой массив, но Шарлотте нравится, когда вокруг много людей. Уолденхолл был
позднее восстановлен, и теперь им владеет сын Алекса Уолдена.
В событиях недавнего прошлого Шарлотта иногда путается, но лето 1914 года
помнит так, будто это было вчера. Тогда ее грустные карие глаза затуманиваются
дымкой воспоминаний, и она принимается рассказывать одну из очередных своих
потрясающих историй.
Но, конечно, ее интересуют не только воспоминания о прошлом. Так, она осуждает
Коммунистическую партою Советского Союза за осквернение понятия "социализм", а
Маргарет Тэтчер за осквернение понятия "феминизм". Если вы ей скажете, что миссис
Тэтчер вовсе не феминистка, она вам ответит, что в таком случае и Брежнев никакой не
социалист.
Конечно, она больше не занимается переводами, но сейчас как раз читает в
подлиннике "Архипелаг Гулаг". Сна считает, что Солженицын слишком прямолинеен,
но сна полна решимости дочитать книгу до конца. Так как ей можно читать только
полчаса утром и полчаса вечером, она высчитала, что к тому времени, когда доберется
до конца, ей исполнится девяносто девять.
Не знаю, почему, но я уверен, что у нее это получится.
Alors (фр ) - здесь - ну вот, итак, hein? (фр } - а как?
Доброй ночи (фр.).
deja vu (фр.) - уже виденное.
Закладка в соц.сетях
