Жанр: Триллер
Руна
... предупредительными надписями.
Как заявил официальный представитель службы лондонской подземки,
"работы, аналогичные этой, периодически
проводятся на всех станциях и не создают непосредственной опасности для жизни и
здоровья населения".
ПОГИБШАЯ БЫЛА ПРЕДУПРЕЖДЕНА О РЕМОНТЕ ЭСКАЛАТОРА
Полиция затрудняется найти объяснение тому, каким образом жертва
происшествия преодолела заградительный
барьер и почему она не заметила явно бросающийся в глаза и расположенный
непосредственно перед входом на эскалатор
щит с надписью, предупреждающей об опасности.
Несмотря на то, что полиция до сих пор окончательно не отвергла
возможности убийства, тем не менее, как
заявили представители следственных органов, данная возможность представляется им
маловероятной.
Шесть месяцев назад в отчете одной из комиссий содержалось
предупреждение об опасности проведения какихлибо
ремонтных работ в подземке.
- Член парламента подверг резкой критике подобные "смертельные ловушки"
(см. стр. 13).
Гарри положил газету в папку с бумагами по корпорации "ОДЕЛ" и вернулся
к себе в офис. Как же Иден погибла?
Он пытался вытеснить из своего сознания воображаемую жуткую картину того, как
девушка, оказавшись в стальном
саркофаге, судорожно цепляется за механические конструкции и падает в темную
бездну. Почему-то на ум пришла нелепая
мысль о так и неисполненном им обещании подарить ей туфельки. Ну что ж, теперь
поздно сожалеть об этом.
Войдя в офис, он с удивлением обнаружил там сидевшую на диване Грэйс.
- Я просто должна была прийти, - проговорила она, вставая. - Дело не
терпит отлагательств.
- Да уж... - Он налил в пластмассовые стаканчики дымящийся кофе. -
Сожалею, что моя секретарша так и не смогла
связаться с вами. Дело в том, что этой ночью она погибла в шахте эскалатора.
- Как?! - Нетрудно было заметить, что это известие потрясло ее даже
больше, чем его самого. - Как же это
случилось?..
- Понятия не имею. Возможно, ее ошибочно приняли за меня. Пресса уже
сообщила об этом. - Он бросил ей газету.
- Нет, какой-то кошмар, да и только. Вы именно об этом хотели поговорить со
мной?
Грэйс медленно перевела взгляд с газетного заголовка на Гарри.
- Я еще раз позвонила этой вашей миссис Нари. Дома ее не оказалось,
поэтому я разговаривала с ее сыном.
- Где же она?
- В больнице, Гарри, - тихо чеканя слова, проговорила Грэйс. - Она
совершенно ослепла.
- Боюсь, что она сама нанесла себе эти увечья, - сообщил доктор Кларк,
с виноватым видом делая последнюю
затяжку сигаретой, прежде чем выбросить ее в переполненную окурками квадратную
пепельницу. - Раскаленным
паяльником. Сын нашел ее дома - она буквально забаррикадировалась в собственной
квартире и громко кричала. Соседи
слышали ее отчаянные крики в течение нескольких часов, но предпочли не обращать
на это внимания.
Грэйс, Гарри и доктор стояли на балконе, выходящем во двор больницы.
По-видимому, это было единственное
место, где можно было поговорить в относительно спокойной обстановке.
- В субботу утром я осмотрел ее, после того как целые сутки она
проспала под воздействием успокоительных
средств. Ей уже сделано две операции: первая - для удаления поврежденных тканей
и вторая - в надежде спасти сетчатку.
Мы все же надеялись хотя бы частично сохранить зрение одному глазу, однако
потерпели неудачу.
Грэйс отошла от перил балкона и поверх плеча доктора устремила на Гарри
измученный взгляд.
- В прошлом у нас уже возникали аналогичные ситуации. Хотя нельзя
сказать, что они типичны в нашей
повседневной практике. К нам обращались люди, лишившиеся зрения потому, что
подолгу смотрели на солнце. Для этого
достаточно каких-нибудь шести часов. В одном из зафиксированных нами случаев
зрение вернулось к пациенту примерно
через сутки, однако ненадолго, и вскоре он снова ослеп, уже навсегда.
- Но почему люди совершают подобные поступки? - спросил Гарри.
- Иногда из-за религиозного фанатизма, хотя, как мне представляется,
это не тот случай.
- Как вы считаете, когда с ней можно поговорить?
- Она уже пришла в себя, однако я могу позволить свидание с ней лишь
ближайшим родственникам. Она что-то
говорит, но в основном речь ее бессвязна и невразумительна. Чтобы свести к
минимуму возможность инфекции, мы
вводим ей большие дозы антибиотиков - дело в том, что, по мере того как слезные
протоки пытаются справиться с
повреждениями, ее глаза постепенно затягиваются коркой. Когда положение с
глазами окончательно стабилизируется, ей
предстоит пройти курс психотерапии.
- А вы сами с ней разговаривали? - спросил Гарри. - Она хоть как-то
объяснила, что творилось тогда в ее сознании?
- О, можно сказать, она просто счастлива, и это больше всего меня
тревожит. То есть с ее стороны это был вполне
осмысленный, сознательный шаг.
- Но почему?
- Своему сыну она сказала, что это было для нее чем-то вроде
страхования, - проговорил Кларк, машинально
вытаскивая очередную сигарету из лежащей в нагрудном кармане халата смятой
пачки. - По ее словам, тем самым она
смогла защититься от дьявола.
- У меня от подобных вещей голова кругом идет, - сказала Грэйс, когда
позже они проходили мимо
припаркованных возле больницы машин. - Что за чертовщина происходит?
- А я полагал, что как раз вы сможете хотя бы отчасти прояснить это, -
проговорил Гарри.
- И как вас следует понимать?
- Ну, ведь в некотором смысле именно с вас все и началось. Его отчаяние
требовало какого-то выхода, и он излил
его в горьких упреках в адрес Грэйс.
- С меня все началось?! Бог ты мой, ничего себе! - Она села в грузовик
и с силой захлопнула дверцу. - Во всем
виноват ваш отец! От чего он убегал, хотела бы я вас спросить? - Мотор яростно
взревел. - Если уж вы такой прыткий,
почему бы вам для начала не разобраться именно в этом?
- Подождите! Послушайте меня... Простите! - Гарри принялся махать
руками перед грузовиком, пока она подавала
машину назад. - Мне нужна ваша помощь.
По крайней мере эти слова не вызвали у нее острой реакции.
- В чем именно?
- Мне нужно проникнуть в "Мгновенный образ".
- И как же вы намереваетесь это сделать? По-моему, Брайану Лэку больше
всего хотелось бы увидеть вас в гробу.
Ну, можно, конечно, пробраться туда ночью и покопаться в его бумагах.
- Давайте сначала испробуем легальные пути, - сказал Гарри. - Кажется,
мне предстоит работа по заказу этой самой
корпорации "ОДЕЛ". Думаю воспользоваться этим, чтобы встретиться с самим
Дэниелом Кармоди и расспросить его
относительно компании отца.
Он передал ей содержание своего разговора с Шарпом.
- Ну что ж, звучит вполне разумно, - проговорила Грэйс, жестом
приглашая его в кабину. - Если уж нам суждено
иметь серьезные неприятности, так лучше начинать с самого верха.
Глава 22
КАРМОДИ
Совещание проходило в зале заседаний на семнадцатом этаже. Рядовые
сотрудники уже завершили работу и
разъехались по домам, членам же совета директоров было объявлено, что их явка
строго обязательна, хотя никто из них не
мог сказать, почему встречу назначили на столь поздний час. Даже старый Хэрвуд,
немного поворчав, согласился посидеть
в дальнем конце стола. Одно кресло, однако, продолжало пустовать.
Директора закурили, принялись вертеть в руках папки для бумаг и
переговариваться между собой - в общем,
старались занять себя хоть чем-нибудь, что помогло бы им скрыть свое раздражение
по поводу досадной необходимости
явиться на это совещание всего лишь потому, что воля одного-единственного
человека оказалась сильнее их коллективного
мнения. Наконец распахнулись двойные двери, и в зал заседаний вошел Дэниел
Кармоди. Все повернули головы в его
сторону.
Новый управляющий директор был необычайно высок и худ, с черными с
проседью волосами, стянутыми на
затылке в маленький аккуратный хвостик. Его левый глаз светился пронзительной
голубизной, и хотя правый вполне
соответствовал ему по цвету, его невыразительность сразу же наводила на мысль о
том, что это всего лишь стеклянный
протез.
Дэниел Кармоди занял свое место во главе стола, положил перед собой
портфель и извлек из него черную кожаную
записную книжку. Кивком головы он поприветствовал Хэрвуда, после чего обратился
к остальным присутствующим:
- Уверяю вас, господа, наше совещание не отнимет у вас много времени.
Как вам известно, в июле, то есть не далее,
как через три месяца, мы намеревались приступить к разработке следующей стадии
усовершенствования нашего
технологического процесса. Тщательно взвесив все обстоятельства, я принял
решение несколько приблизить эти сроки и
начать осуществление программы уже в следующем месяце.
В его голосе улавливался едва заметный акцент выходца из прибрежных
районов страны.
Среди присутствующих послышался удивленный шепот.
- Но послушайте, Кармоди, вы не вправе принимать такие решения в
одиночку, - заметил один из директоров. - Мы
же еще не готовы, и потом, этот вопрос должен быть поставлен на голосование.
Кармоди перевел взгляд на говорящего: один его глаз скользнул вбок,
тогда как другой продолжал оставаться
неподвижным.
- Именно поэтому я и собрал вас сегодня, - медленно, с расстановкой
произнес он. - Чтобы приступить к
осуществлению намеченных мероприятий, мне требуется ваше согласие.
- А что заставляет нас начинать раньше намеченного срока? - спросил
сидевший по левую сторону от Кармоди
маленький лысеющий мужчина.
- Возникла одна проблема, - сказал Кармоди, беря в руки записную
книжку. При этом у него был вид священника,
вознамерившегося прочитать лекцию о геене огненной, которая настигнет всех
почитателей спиртного. - Дело в том, что
наши конкуренты только что обнародовали свои планы, которые, если они воплотятся
в жизнь, позволят им в скором
времени проникнуть на рынки Нью-Йорка и Гонконга, причем случится это по меньшей
мере на месяц раньше, чем там
появимся мы.
- В самом деле? В это трудно поверить. Лично мне пока не доводилось
видеть ни одного сообщения наших
представителей, занимающихся данной проблемой.
Этот грубоватый, надтреснутый голос прозвучал с дальнего конца стола.
На протяжении многих лет Сэм Хэрвуд
являлся председателем компании, и ему не раз приходилось быть свидетелем ее
переименований, слияний и объединений,
причем ни одно из этих событий не потрясло устоев фирмы. В свои семьдесят с
лишним лет он по-прежнему пользовался
уважением и авторитетом среди сотрудников корпорации. Более того, он
единственный из сидевших сейчас за столом мог
позволить себе открыто выразить новому управляющему директору свое несогласие по
тому или иному вопросу.
- Возможно, мистер Хэрвуд, ваши представители отнюдь не так хорошо, как
вы думаете, знакомы с положением на
рынке. Сегодня днем, сразу же за обнародованием ими своего решения приступить к
использованию волоконно-оптической
технологии, биржевой показатель наших конкурентов подпрыгнул сразу на несколько
пунктов.
Большинству руководителей фирмы Дэниел Кармоди не внушал полного
доверия. Он занял пост управляющего
директора всего лишь три месяца назад, но отчужденно-снисходительная манера в
общении с сотрудниками, а также его
явное бессердечие уже успели обеспечить ему немало врагов. И все же все
вынуждены были признать, что его
нетрадиционный подход к ведению дел обернулся высокими прибылями, а его
дальновидность в формировании
долгосрочной политики компании сулила в будущем еще более значительное
увеличение доходов каждого сотрудника в
корпорации "ОДЕЛ".
- Я обязуюсь предоставить каждому из присутствующих здесь директоров
документальные свидетельства того, что
если мы не ускорим осуществление наших планов, то неизбежно утратим достигнутое
за последнее время преимущество. -
Кармоди встал и, упершись ладонями в стол, всем корпусом подался вперед. -
Ускоренное продвижение навстречу новым
целям является сложной, однако отнюдь не столь уж неразрешимой задачей. Главным
препятствием на этом пути является
самый обычный страх, который, как я понимаю, владеет всеми присутствующими.
Страх перед слишком быстрым
расширением масштабов производства, перед возможностью краха. Для того я и
возглавил компанию - чтобы избавить вас
от этих опасений, а потому хочу предложить вам то, что вы, несомненно, одобрите.
А именно осуществить корпоративное
наступление, которое обернется для нас еще большими прибылями.
Он снова сел и взглянул на Хэрвуда.
- Старые методы отнюдь не всегда оказываются лучшими, - с оттенком
язвительности в голосе проговорил он. -
Мы не можем позволить себе просто сидеть и ждать реакции рынка. Мы должны
нанести быстрый и сокрушительный удар
по своим конкурентам, причем именно сейчас.
К тому моменту, когда директора стали покидать зал заседаний, Кармоди
уже знал, что их голоса у него в кармане.
Он олицетворял собой новый порядок, который им не нравился, но не доверять
которому у них не было никаких оснований.
Он чувствовал в себе достаточно решимости и способности собрать воедино всю эту
разболтанную группу компаний и
представить ее миру как единое целое. Скоро они окажутся вовлеченными буквально
во все сферы коммуникаций, от
владения студиями коммерческого телевидения до создания спутниковой связи и
издания программ передач, без которых
не сможет обойтись ни один телезритель. Это будет замкнутая система - от начала
и до конца, - мечта, от осуществления
которой их отделял какой-то миг.
Когда зал заседаний покинул последний из директоров, Сэм Хэрвуд плотно
притворил дверь.
- Кармоди, мне хотелось бы сказать вам несколько слов наедине. - Чтобы
отчасти ослабить нагрузку на свои
пораженные артритом ноги, он оперся руками о спинку стула. - Вам прекрасно
известно, что ни одна из
телекоммуникационных сетей не планирует форсированного введения в действие своих
инновационных планов, а потому я
хотел бы знать более конкретно, что именно послужило причиной предложенного вами
переноса сроков.
- Мне представляется, Сэм, что эти причины вам и так уже известны. -
Кармоди подошел к старику и встал рядом,
как бы зависая над ним. - Примерно две недели назад вы в принципе согласились с
ними.
- А был ли у меня иной выбор? Вы сказали, что эти... - он запнулся в
поисках наиболее приемлемого эвфемизма,
опасаясь того, что кто-то мог стоять у дверей и подслушивать, - что эти
несчастные случаи... будут устроены с
максимальной тщательностью.
- Уверяю вас, так оно и было, - сказал Кармоди и, явно желая успокоить
старика, опустил ему на плечо свою
костлявую руку, хотя у того этот жест вызвал еще большее раздражение. - Не далее
как завтра в полночь последний из
обреченных будет изъят из обращения. Однако, Сэм, мы столкнулись с новой
проблемой. Существует еще одна
коммерческая точка, которую нам необходимо прибрать к рукам, причем как можно
быстрее.
Кармоди вернулся к своему креслу и заглянул в блокнот.
- Есть такая видеофирма, называется "Мгновенный образ". Бог свидетель,
как таковая она нам совершенно не
нужна, однако ее необходимо прибрать к рукам.
- А если они не примут нашего предложения?
- Ну, в данном случае, Сэм, вы немного опоздали. Двое из их директоров
уже не сопротивляются, а третий пока
продолжает брыкаться, настаивая на выкупе своей доли.
- Вы хотите сказать, что мы...
- Они сами накликали на себя беду. Дело в том, что я не могу позволить
себе без видимой на то причины
приобретать ту или иную компанию. Приближая же срок осуществления намеченного
плана, я тем самым свожу к
минимуму тот интерес, который может возникнуть в связи с этой небольшой
покупкой.
- Но почему именно эта компания?
- Они уже получили часть товара.
- О Бог мой, неужели еще одна? - Хэрвуд тяжело опустился в кресло. - И
сколько еще осталось?
- Не думаю, чтобы их было так уж много. Во всяком случае, мне так
кажется. Теперь вы понимаете, почему это
должно быть сделано?
- Так, хорошо, но вы понимаете, что все должно обойтись без
кровопролития?
- Ничего не могу обещать. И потом, вам прекрасно известно, что следы в
любом случае не приведут в "ОДЕЛ".
- Да неужели вы сами не понимаете, что нельзя так делать! - сорвался на
крик Хэрвуд, совершенно не заботясь о
том, подслушивают их или нет. - На протяжении многих лет эта фирма вела свои
дела, соблюдая при этом соответствующие
правила приличия. Разумеется, мы заботились о прибыли, однако не забывали и про
мораль. А теперь что, все коту под
хвост, да?
- Избавьте меня от своих идиотских проповедей! - с неожиданной яростью
рявкнул Кармоди. - Вы хотите сказать,
что до сих пор никого не обидели и не задели? Что никто не почувствовал себя
обманутым? Заниматься бизнесом - это то
же самое, что вести войну. И вам не следует ввязываться в битву, если вы не
готовы к тому, чтобы понести определенные
потери. Кстати, Сэм, позвольте мне кое о чем вам напомнить.
Он подался вперед, приблизив лицо к лицу старика.
- К тому моменту, когда я предложил вам свой вариант решения проблемы,
ваша фирма находилась на грани
полного краха. При этом я изложил вам суть своих предложений, и вы их приняли.
Вы прекрасно понимали, что именно я
намеревался сделать, чтобы спасти компанию. Вам понравились мои планы по
вертикальной экспансии,
предусматривающей выход на международные рынки. И как, по-вашему, мы смогли
достичь этой цели? Но это только
верхушка айсберга, Сэм. Если вы считаете, что все это время я проявлял
безжалостность, то, уверяю вас, вы пока еще
абсолютно ничего не видели. Вы слышали, что сказал премьер-министр? Мы вышли на
свободный рынок. Каждый за себя.
Так что относитесь к этому как к своего рода гонке: кто-то пусть даже
неправедными путями, но вырывается вперед, тогда
как колченогие падают у обочины.
Его даже позабавило выражение ужаса, мелькнувшее в глазах Хэрвуда.
- Не падайте духом, Сэм. В нашей корпорации хромых нет. Ущербных мы не
держим, зато перед лидерами
зажигаем зеленый свет. И смею вас заверить, нас ждет поистине ошеломляющее
богатство. Корпорация "ОДЕЛ" намерена
объять весь мир.
Хэрвуд откинулся на спинку кресла, словно желая как можно дальше
отодвинуться от пристального взгляда
Кармоди. Сердце старика, казалось, готово было вырваться из груди. Он даже
представить себе не мог, что на склоне лет
вынужден будет испытать такой страх. Между тем Кармоди решительным жестом
защелкнул замки своего портфеля.
- Так вот, я возвращаюсь к вопросу об этой маленькой компании. Придется
подписать кое-какие бумаги. Поручите
кому-нибудь подготовить соответствующие документы. - Уже стоя в дверях, он
улыбнулся Хэрвуду: - Кстати, после того
как все это завершится, почему бы вам не взять отпуск? Поехать в какое-нибудь
тихое и спокойное местечко, где вам не
придется думать о всей этой суете?
Оставшись один в опустевшем зале заседаний, Хэрвуд посмотрел на свои
руки и заметил, что они дрожат. Если бы
он в свое время не позволил Кармоди купить их компанию... Впрочем, какой смысл
сейчас сожалеть о содеянном? Надо
что-то делать! Он должен остановить этого человека, пока все не полетело в
тартарары. Лицо старика исказила гримаса:
пожалуй, ад - как раз то самое место, куда они и держат путь.
"РОКОВОЕ ДОСЬЕ"
- Я не могу позволить себе согласиться с версией, согласно которой люди
погибают потому, что их кто-то проклял,
- сказал Джон Мэй, с грохотом закрывая ящик с папками досье. Он содрогался при
одной лишь мысли о том, что ему
придется сообщить кому-то о сделанных ими открытиях. - Мне неловко даже
обсуждать вслух подобные предположения.
Да Харгрив попросту вышвырнет нас с работы, если узнает обо всей этой
чертовщине.
В запальчивости он совершенно забыл, что говорит о любовнике сержанта.
- Не понимаю, с чего вы это взяли, - заметила Лонгбрайт. - Ему и самому
доводилось заниматься весьма
странными случаями. Взять хотя бы дело того вампира с Лестер-сквер. Или резню в
башне "Телеком", убийства в "Савое".
Он способен более трезво, чем другие, оценивать те или иные ситуации.
- Как раз потому, что ему уже доводилось заниматься делами разных там
сумасшедших, он ни за что не станет
выставлять себя на посмешище, - продолжал стоять на своем Мэй. - Вот сейчас у
нас есть этот человек... Как бишь его
зовут?.. - Он щелкнул пальцами.
- Бакингем. Гарри Бакингем.
- ...который связан с четырьмя совершенно разрозненными и абсолютно
противоестественными несчастными
случаями. Его отца размазало по стене бортом грузовика, его секретарша упала в
эскалаторную шахту, парень, который
угнал его машину, совершает самоубийство, а приятельницу его покойного отца
сбивает поезд.
Из всех четверых лишь у одного - Колтиса - обнаружен тот магический
листок бумаги, на котором якобы
начертаны таинственные проклятия. Жаль, что нам не удается связать Бакингема
также с гибелью Делла и Мидоуза. Что он
вам рассказал, когда приходил?
- Ничего особенного, хотя мне кажется, что он что-то явно утаивает. -
Лонгбрайт заглянула в свои записи. Вместе с
Мэем они подготовили сводный перечень данных по идентификации преступлений,
предназначавшийся для районных
отделений полиции. Каждый несчастный случай сопровождался кратким описанием
личности жертвы и обстоятельств
гибели. Новые случаи, подпадавшие под параметры данного перечня, немедленно
выделялись из общего списка и
включались в недавно заведенное ими так называемое "роковое досье". Лонгбрайт и
Мэй намеревались на протяжении
всего расследования держать его под рукой и тщательно анализировать всю
относящуюся к данному делу информацию.
Лонгбрайт, не поднимаясь с места, прикрыла небольшое окно, находящееся
у нее за спиной, потому что залетавшие
в него дождевые капли попадали на разложенные на столе бумаги. Для пятничного
утра атмосфера в оперативной комнате
была на редкость спокойной и тихой.
- А где Артур? - спросил Мэй. - Я думал, вы его тоже пригласили.
- Он отправился на встречу с доктором Киркпатриком, чтобы получить
дополнительную информацию об этих
самых проклятых записках. Он будет чуть позже.
- Ну что ж, вполне разумно. Все равно нет никакого смысла
растолковывать ему структуру этого досье. Несколько
лет назад он проходил курс компьютерной подготовки - явно вопреки своему желанию
- и, прежде чем мы успели
выставить его за дверь, умудрился стереть несколько крайне важных файлов.
- Вы ведь уже много лет работаете вместе с мистером Брайаном, не так
ли? - заметила Лонгбрайт, наблюдая за тем,
как Мэй впечатывает в досье очередную порцию сведений.
- Да, мы с ним старые друзья.
- Я слышала, кое-кто в управлении считает, что им довольно трудно
управлять, - проговорила она. - Создается
впечатление, что он умеет подмечать гораздо больше, нежели другие сотрудники.
- У нас с ним много общего. По крайней мере, было когда-то. - Лицо Мэя
чуть помрачнело, а пальцы на мгновение
неподвижно застыли над клавиатурой, когда в памяти всплыли отдельные
малоприятные эпизоды их общего прошлого. - В
последнее время Артур ощущает вкус к жизни, только когда с головой уходит в
работу. - Он снова застучал по клавишам. -
Это нетрудно заметить даже со стороны, поскольку в подобных случаях он обычно
ворчит. Зато как только начинает
говорить вам какие-то любезности, сразу же будьте настороже. - Он скользнул
взглядом по записям Лонгбрайт. - "Девушка
в эскалаторной шахте. Снять показания с ремонтного рабочего, включившего
двигатель".
- Это уже занесено. - Лонгбрайт склонилась над компьютером, высветила
досье и нашла нужное место. - По словам
обоих рабочих, брешь в эскалаторной лестнице составляла не менее пяти футов.
- А могло получиться так, что после того, как она упала в шахту,
ступени снова сомкнулись у нее над головой?
Лонгбрайт заглянула в свои записи.
- Они говорят, что нет.
- Таким образом, кто-то столкнул ее или она сама туда прыгнула.
Кажется, незадолго до этого она повздорила со
своим приятелем...
- До станции подземки он ее не провожал.
- И Бакингема тоже не было поблизости. Жаль...
- Хотите проанализировать доказательства, собранные по всем занесенным
в досье делам? Отпечатки пальцев,
контактные следы, спектральные пробы?
- Не могу сказать, чтобы мне этого так уж хотелось, - со вздохом
проговорил Мэй. - Слишком много работы, да и
время уже упущено. В криминалистике самая большая трудность заключается в отборе
заслуживающих внимания
доказательств в ходе первичного осмотра места происшествия. В полицию обычно
сообщают о несчастном случае, даже
если идет речь об убийстве, поэтому я всегда мечтал о том, чтобы на место
происшествия выезжала целая бригада экспертов
самого различного профиля, включая судебных медиков, химиков, специалистов по
отпечаткам пальцев, следов ног и тому
подобных.
Он поднял сцепленные над головой руки и потянулся.
- Во всей этой мешанине фактов мне необходимо отыскать некое связующее
звено, пусть даже самое что ни на есть
косвенное или второстепенное. При этом меня совершенно не волнует, что на первый
взгляд оно может показаться не
имеющим никакого отношения к случившемуся, я хочу, чтобы любая заинтересовавшая
меня деталь была занесена в досье.
- Он на несколько секунд задумался, после чего добавил: - И давайте еще раз
допросим этого самого Гарри Бакингема. По
возможности сегодня же. Пусть поболтается где-нибудь поблизости.
- О, это доставит мне большое удовольствие, - с улыбкой сказала
Лонгбрайт.
- Скажите, мистер Бакингем, ваша жизнь на этой неделе протекает как
обычно или она выдалась на редкость
неудачной?
Голос сержанта звучал нарочито холодно по сравнению с их первой
встречей.
- Пожалуйста, называйте меня Гарри, - со вздохом проговорил он. -
Возможно, нам предстоит лучше узнать друг
друга.
Он окинул взглядом высокое окно комнаты для допросов, по закопченным
стеклам которого стекали струйки
дождя. Лонгбрайт была в штатском, хотя в ее манерах отчетливо ощущалась все та
же официальная сухость, присущая ей на
службе. Поэтому штатская одежда ничего не меняла. Да и само помещение -
маленькое, холодное, с зелеными стенами -
также не способствовало радужному настроению. Пустой дере
...Закладка в соц.сетях
