Жанр: Триллер
Сибирская жуть 3.
...ровенно рассказывал Сергей. - Но тут
такое состояние навалилось... Я только читал про такое: ни рукой, ни ногой
не двинуть, не крикнуть. Все вижу, все слышу, все понимаю, а шевельнуться не
могу. И понимаю - что бы он со мной не начал делать, этот "голубой дедушка",
я так и буду лежать... Одно кряхтение это... - Сергея передернуло. - Я его
до сих пор слышу...
- Сережа, а не мог быть это сон? Ведь во сне так обычно и бывает что-то
страшное надвигается, а ты беспомощен.
- Нет, не сон... Не могу доказать, не могу объяснить, откуда знаю, но
только точно знаю, что не сон.
И так вот шел этот "голубой дедушка", вглядываясь в лица лежащих, и не
мог найти того, кто ему нужен. Сопя, кряхтя, склонился и над Сергеем. Лицо
раза в два больше человеческого, совсем не злое, не жестокое, но что-то в
этом лице было и такое, что не стал бы Сергей приближаться без необходимости
к его обладателю. Видя, что Сергей не спит, "голубой дедушка" даже чуть
улыбнулся и продвинулся дальше. Прошел до конца ряда, посмотрел на последних
и опять открыл створку окна, полез наружу... Сергей рванулся было... и
услышал тихое, скрипучее:
- Я еще здесь.
Причем он уверен, что "голубой дедушка" в этот момент находился к нему
спиной и никак не мог видеть, что он пытается встать.
Потом "голубой дедушка" свалился с другой стороны спортзала, а Сергей
вскочил и помчался в другой корпус - оставаться в спортзале было невыносимо
страшно, а что он может встретить кого-то и на улице, Сергей как-то не
думал...
Галлюцинации? Сон? Может быть... Но возле окна в спортзал остался след
огромной босой ступни. Сергей показал его двум приятелям, и один из них
почесал в затылке и только и сказал:
- Во здоровый жлоб тут проходил...
А второй как-то впал в задумчивость и потом тихонько выяснял у Сергея не
видал ли он чего-то большего, чем след, и не пора ли смываться из лагеря,
как уже сбежал один? Но Сергей секретничать с умным парнем не стал и задним
числом считает, что был прав.
А еще, вспоминая этот след, он убеждается - "голубой дедушка" намного
легче, чем был бы человек или животное таких размеров.
Вот вам еще картинка из дачной жизни все того же дальнего 1981 года и
все той же Николаевской горы. Сидят люди на веранде собственной дачи, никого
не трогают, пьют чай. Дача - последняя в ряду, дальше сосновый лес. Семейная
дачная идиллия первой половины августа.
И вдруг раздается страшный треск сучьев, из леса вываливаются двое.
Рост - порядка трех с половиной метров, голубого цвета, с бородами.
Опираются на посохи. Какое-то время внимательно рассматривают семью, дачный
участок, сам домик...
- Не то... - произносит один из них.
Другой согласно кивает, и оба они молча разворачиваются и скрываются в
лесу.
В то время, пока "голубые дедушки" выясняли, куда они зашли, никто не
мог пошевелиться, а когда исчезли - никто не поспешил на то место, где они
только что стояли. Семья была не только напугана, но и в совершеннейшем
недоумении - никто никогда не слыхал о таких существах. Так что за "голубыми
дедушками" никто не побежал, но и спать до первого света взрослые члены
семьи не стали: на всякий случай.
Утром же на место, где появились эти двое, все-таки сходили втроем папа,
мама и сын 14-ти лет. Следов не нашли, но ветки местами поломаны,
трава сильно примята. Эти трое не такие великие следопыты, чтобы точно
сказать, кто прошел и даже на скольких ногах шло это существо. Видно было
только, что прошло нечто крупное.
И эти трое все выдумали? В конце концов, никто, кроме них, не видел ни
"голубых дедушек", ни поломанных веток и потоптанной травы. Но тогда почему
их рассказ до такой степени напоминает рассказ Сергея? Сговор я исключаю,
потому что вращаются они в совершенно разном кругу, и с семьей В-сановых я
познакомился через тех, кто даже не слышал про Сергея.
Интересно, что все эти истории связаны исключительно с одним годом 1981-м.
Если Сергей отдыхал в "Восходе" всего один раз и больше никогда не
бывал на склонах Николаевской горы, то В-сановы живут там каждое лето на
своей даче с 1974 года.
ГЛАВА 19
ЭКСТРАСЕКС КАКАШКИН
На дурака не нужен нож,
Ему немного подпоешь,
Потом с три короба наврешь -
И делай с ним, что хошь!
Песня из кинофильма
"ПРИКЛЮЧЕНИЯ БУРАТИНО"
Газеты Красноярска пестрят объявлениями типа: "Снимаю порчу, сглаз,
ввихиваю астрал, починяю ауру, направляю в нужное направление поток
энергии".
Или: "Потомственная ясновидящая Людмила Кирка снимает порчу и
накидывает чакры". Ну, и портрет "потомственной ясновидящей", мясистой
энергичной бабы, больше всего похожей на парикмахершу или официантку. С этой
дамой я общался напрямую: очень хотелось ей вступить в Академию ноосферы. И
хотя очень я не люблю обижать людей, на этот раз пришлось сделать то, чего
делать я не люблю.
Прямо на улицах, непосредственно на телеграфных столбах, обычно на
оживленных перекрестках и на крупных остановках транспорта, наклеены
объявления почти такого же содержания, например:
"Исцелим:
Наркоманию, алкоголизм, табакокурение, простатит, бронхит, псориаз,
различные опухоли - миома и т.д., остеохондроз, радикулит, ревматизм,
пародонтоз.
Снимем:
Порчу, проклятие, сглаз, депрессии, головные боли, психические
расстройства, устраним лишний вес и морщины".
Больше всего объявлений по всему городу наделал некий Александр
Какашкин. Лично я с Какашкиным незнаком, но общих знакомых нашел, и
порассказали они мне немного о чуде природы, о естественном камертоне
Вселенной и повелителе космических энергий. А знают Какашкина многие, потому
что до 1991 года он был достаточно рядовым, к тому же запойным геологом, а
как развалилась геология, перестала кормить, почувствовал бедолага в себе
необъятные силы экстрасенсорные, мощь немеренную астральную. Ну и начал что
было сил чинить ауры и ввихивать астралы, искоренять порчи и проклятия,
ублажать несчастную судьбу и приманивать удачу, сбежавшую в другие
созвездия.
В таких случаях поражает даже не готовность самого человека к мерзейшей
нравственной проституции: мало ли что с собой делают отдельные экземпляры
человека разумного? Больше всего удивляет не то, что продают, а что
покупают. В конце концов, Красноярск с его 750 тысячами населения - не такой
уж колоссальный город, не агломерация в 50 миллионов человек и даже не
Москва и не Питер. Не я один могу найти людей, знававших Какашкина в пору
его увлечения полевой геологией и спиртными напитками. Не говоря уже о том,
что сам стиль поведения "экстрасенсов", этих или странноватых, или чересчур
уж деловитых людей, должен наводить на размышления людей, хоть что-нибудь
соображающих.
Меня поражает легкость, с которой практически любой... Хотел сказать любой
идиот, но это будет не совсем точно... Идиот, свято верящий во все эти
ауры и астралы, конечно же, способен зажигать своей уверенностью других,
пока не уверовавших, балбесов. Но и ловкий прохиндей легко сыграет
мистический экстаз и точно так же обманет тех же самых болванов, да еще
сможет сделать несколько фокусов, до которых искренне верующий идиот
просто-напросто не додумается, а если и додумается, не сумеет осуществить.
Так что получается - есть контингент людей, и очень немаленький,
которых может увлечь за собой любой идиот и обмануть любой подонок, было бы
у них хоть что-то, что можно выжулить.
До какой степени легко обманывать идиотов, я как-то убедился на
собственном опыте, о чем имеет смысл рассказать особо.
Как я был экстрасенсом
Случилось это лет пять назад; мне необходимо было съездить на другой
конец города, и приходилось минут сорок трястись в трамвае. Промороженный
ноябрьский трамвай - это само по себе то еще удовольствие, а тут еще
ввалилась разухабистая компания, два парня и две визгливые девицы, не
отягощенные образованием, воспитанием и прочими буржуйскими штучками.
Компания расположилась напротив меня и устроила целую какофонию - визг, шум,
возня с обжиманиями и тисканьями, которой постеснялись бы и обезьяны... и,
конечно же, невероятное количество матерщины. Молодые люди попросту не умели
общаться иначе, нежели путем "мать-перемать".
- А я вот прихожу, мать, к Петьке, мать, а он тудыть, мне
портвейна-мать давать, перемать, не хочет, мать, а я его тудыть и растудыть,
наливает, мать, пьем, растудыть, - размахивая руками, рассказывал мальчик,
усеянный вулканическими прыщами.
- Да Петька, тудыть, и трахаться не умеет, мать его! - подхватывала
девка, на лишенном лба и подбородка челе которой отражалась вся тщетная,
безнадежная борьба, которую вела ее семья с зеленым змием уже поколения
три. - Звездун Петька, растудыть, и евонная Катька тоже растудыть и
протудыть!
Я прикинул, что еще полчаса придется мне все это слушать... И я
решился: опустил голову, стал делать руками странные и непонятные движения то
соединял пальцы, то разводил, как будто ловил что-то в раскрытые ладони.
- Человеки! - возгласил я через полминуты, стараясь говорить с
напряжением, как бы выталкивая из себя звуки (получалось как со дна
глубокого колодца или, если угодно, с того света). - Человеки! Флюиды
нарушаете, человеки! Флюидную валентность нарушаете! Ауру затемняете,
человеки! Гармонию словес вывихиваете, аки поганцы, флюиды сбрасываете с
ауры, человеки!
И так минуты две без перерыва, нарочито не обращая внимания на молодых
людей и их реакцию. А реакция была - замолчали, и хоть временно уши у меня
перестали вянуть... уже хорошо. И в конце этих двух минут, без малейшей моей
провокации:
- Простите, дяденька... вы поп?
- Путь наш во мраке, человеки... Кто поп, тому флюиды укажут путь в
лоб! А вы флюиды нарушаете! Меняете флюиды на гормоны! Меняете, человеки.
Меняете! - резко повысил я голос, и тут же уронил тон, почти зашептал: - Не
смейте нарушать флюиды! Не могите нарушать, человеки!
Для опытного лектора владение голосом - элементарщина, о которой смешно
говорить. Единственно, что было мне трудно, - это все время бубнить, как из
бочки, превращать собственный живот в резонатор.
Но молодых людей я уговорил, и все полчаса, пока мы ехали, не слышал ни
одного гнилого слова, притом, что стоило им это немалых усилий. Я просто
видел, как бедняги тужатся, ищут слова, "не нарушающие флюиды". Надолго ли
их хватило после того, как я вышел из трамвая, - вот этого я никогда уже не
узнаю.
Так что повторюсь: любой идиот или с тем же успехом любой жулик могут
обдурить огромное количество людей. У поразительно большого числа наших
соотечественников есть к этому сильнейшая предрасположенность.
Порой ведут разговоры о том, что-де в армии-то, в армии тоже ведь
велись всяческие разработки! И не только у нас! Вот у американцев спутник
падал, они своих экстрасенсов собрали, и экстрасенсы смотрели, взглядом
спутник отталкивали от Земли! Спутник, правда, все равно упал, но это уже
дело третье...
А в народе прочно убеждение, что в армии все самое лучшее, и раз уж там
занимаются экстрасенсорикой, значит, это дело перспективное.
Что ж! С этими "военными специалистами" мне тоже доводилось общаться, и
могу сказать с полной уверенностью - часть из них действительно люди с не
совсем обычными способностями. В конце концов и гипноз ведь - способность
очень необычная, но просто все уже привыкли, что такое бывает, и не ведут
дурацкой полемики, бывает гипноз или его не бывает. Но большая часть этих
самых "экстрасенсов", прикормившихся от армии, точно такие же шарлатаны и
делают с генералами то же самое, что проделывал я в трамвае с молодыми
матюгальщиками. И не только с генералами!
Одного такого эзотерического орла я наблюдал очень долгое время, и
довольно близко, именно потому на меня не производит никакого впечатления
досужая болтовня про то, что парапсихология - дело зверски серьезное. Мол,
"компетентные органы" специально культивируют насмешливое к ней отношение пусть
народ ничего не знает, а сами вовсю готовят "лептонное оружие". Не
верю. Я сам лично был знаком с одним из "парапсихологов" и "изготовителей
лептонного оружия", и мне этого с избытком хватило.
Сага об Изаксоне
В далеком 1980 году нас познакомил человек, ныне осваивающий "землю
предков" где-то на юге Израиля. Больше всего Саня Изаксон - так его звали напоминал
классический персонаж мультфильмов, голодного бродячего кота.
Во-первых, он действительно был хронически голоден, и стоило его накормить,
сразу вел льстивые беседы. Раз на протяжении вечера его последовательно
кормили: моя мама, мама одного моего приятеля (того, кто и познакомил) и
жена другого. А потом еще в четвертом доме, в двенадцатом часу ночи, он
сожрал огромную тарелку плова... Как в него влезло - вот поистине
экстрасенсорная загадка и трансцендентная тайна.
Во-вторых, к 38 годам не имел Изаксон ни кола, ни двора, ни профессии.
Врачам он представлялся как историк, историкам - как физик, а физикам - как
врач. Он много рассказывал, как профессор имярек или академик такой-то
общались с ним, похлопывали по плечу или проводили с ним совместные
эксперименты. Но люди всех профессий, поставленные на очную ставку с
Изаксоном, не опознавали в нем коллеги, а все московские профессоры и
академики, на рекомендации которых он ссылался, никогда не слыхали об
Изаксоне и понятия не имели, кто это такой.
В числе прочего, он показывал фотографию, на которой изображался хорошо
знакомый нашей компании балбес... из тех, кто подает нищим и проверяет ауру
у ясновидящих, махающих свечками. Наш... как бы это поточнее выразиться...
Наш не очень умный приятель сидел на стуле с еще более тупым выражением на
физиономии, чем обычно. Позади него Изаксон махал руками, делая возле ушей
бедняги какие-то пассы.
Изображение на фотографии было размытое и дублировалось несколько раз,
причем каждый раз - нечетко. Как получить такую фотографию, скажет вам
любой, кто хоть когда-нибудь занимался проявлением пленок и печатанием
фотографий: в то время, когда фотобумага засвечивается, ее надо несколько
раз немного сместить, чтобы появилось не одно четкое изображение, а
несколько размытых... Уже в те поры я нимало не затруднился бы сделать
нужное количество таких фотографий... Сколько надо?
Но, конечно же, Изаксон всем объяснял, что это он изменяет "континуум
пространства-времени" и наш общий знакомый находится одновременно в
нескольких параллельных пространствах... Впечатление это производило даже не
столько тягостное, сколько жалкое. Как один нищий, клянчивший не на выпивку
даже, а на "средство от геморроя".
В-третьих, Изаксон много и громко болтал, явно стремясь произвести
впечатление на дам. Причем все решительно встреченные им дамы вызывали у
него массу положительных эмоций. Разборчивости у дяденьки не было никакой, и
хотя ему тянуло под сорок, а нам с друзьями - по 26, это мы его отчаянно
старались хоть с кем-нибудь познакомить. Тщетно! Потому что сам Саня Изаксон
у всех абсолютно дам вызывал исключительно отрицательные эмоции; даже, я бы
сказал, массу отрицательных эмоций. Такие разные женщины, как моя мама, моя
бывшая жена, жены и мамы всех моих знакомых, испытывали к Изаксону только
одно - устойчивое отвращение. Временами его, беднягу, положительно
становилось жалко и хотелось хоть кого-то уговорить не быть такой
жестокосердной. Поэтому я окрестил "экстрасенса" Александра Изаксона
(отчества он так и не нажил) "экстрасексом".
У дам неприкаянный Изаксон вызывал отторжение. У мужчин - насмешки и
презрение. Не говоря ни о чем другом, слишком уж он ничего не знал и не
умел, слишком уж он много ел и слишком часто и обильно его приходилось
кормить.
Но не кто иной, как ректор Красноярского университета B.C.Соколов
приютил, устроил его на кафедре биофизики, познакомил со своими влиятельными
знакомыми из военно-промышленного комплекса. Дело в том, что А.Изаксон
готовил... тайное парапсихологическое оружие. Или "лептонное"? Не помню, как
правильно. Например, пустит классовый враг ракету в СССР. А с помощью
А.Изаксона можно будет мгновенно перенести нашу территорию в параллельное
пространство. БУ-БУХХ!!! На тысячи километров... радиоактивная пустыня... Но
торжествующий А.Изаксон на глазах самых главных генералов поворачивает
тумблер... И меняет местами параллельные пространства. То, которое раздолбал
классовый враг, исчезает. На его месте появляется прежнее - со всем
советским народом, с его верными генералами, B.C.Соколовым, еще более
ликующим А.Изаксоном и ракетами, грозно направленными на классового врага...
Казалось бы, вот две вещи несовместные - университет и мелкое уличное
шарлатанство! Университет и трансцендентное оружие из параллельного
пространства... Но Изаксон так и трудился несколько лет в Красноярском
университете, и погубило его вовсе не "лептонное оружие". Погубил его "тест
на гениальность". Между прочим, я нисколько не шучу: Изаксон совершенно
серьезно намеревался изготовить тест, который немедленно определял бы гениев
и отделял их от всего остального человечества.
Тест Изаксон придумал, и этот тест даже можно было применять, но
получился он какой-то странный... Дело в том, что тест признавал гениальными
исключительно евреев и брюнетов. Почему евреев - еще можно предположить.
Почему брюнетов - для меня полнейшая загадка... Но факт остается фактом:
даже евреев-блондинов тест признавал уже не в такой степени гениальными, а
неевреев вообще не признавал. B.C.Соколов проявил огромный интерес к
созданию такого теста, дело было у него на контроле... Получив подобную
гадость, он наконец-то понял, что его дурачат, пришел в страшную ярость, и
А.Изаксон рыбкой вылетел из университета.
К истории самого А.Изаксона стоит добавить, что в 1992 г. я опубликовал
"Сагу об Изаксоне" в одной из красноярских газет [6]. Саня позвонил в
редакцию, устроил грандиозную истерику, пугал судебным процессом. Но, как и
следовало ожидать, только пугал. Ведь факты - вещь до неприличия упрямая.
А в конце 1994 года одна из красноярских фирм обещала полтора миллиона
рублей за информацию о местонахождении Изаксона. Наш парапсихолог и
экстрасекс, занявшись "бизнесом", исчез из города вместе с составом леса и
со всем обещанным за этот состав. Наверное, смылся в параллельное
пространство, не иначе. Нашли ли его разъяренные бизнесмены и можно ли,
обнаружив, потребовать обещанную сумму - не знаю.
Сейчас важно другое - приютил и устроил бродячего кота А.Изаксона,
всерьез выслушивал болтаемое им безумие, давал ему статус и деньги под
грядущий результат не деревенский мальчик, а умный, образованный
B.C.Соколов. Человек не только очень умный, но и очень хитрый,
проницательный и практичный. Объяснить эту невероятную историю я могу только
как проявление психологических особенностей всей тогдашней
партийно-комсомольской верхушки. Я придумал собственное название этому
явлению: "советский сюрреализм".
Во-первых, они и сами толком не знали, где кончается реальное и
начинается невероятное. Вроде бы материализм был основой официального
мировоззрения. Но советский человек - вплоть до самых высокопоставленных оставался
малообразованным даже в области естественных наук; даже имея
ученую степень доктора физико-математических. Тем более для советского
темным лесом была философия - благо все, кроме марксистско-ленинской
псевдофилософии, было запрещено и оставалось абсолютно неизвестным. В
результате, столкнувшись с неведомым явлением, советский оказывался
беспомощным: у него не было решительно никаких фундаментальных философских
основ, не было никакой теории познания, кроме ленинских изысков про материю.
Решительно все было в одинаковой степени возможным и невозможным, реальным и
нереальным.
Во-вторых, советским был явлен многократный пример самых невероятных
волюнтаристских решений, окончательно разрушавших представления о "можно" и
"нельзя". Можно ли было осваивать целину? Строить Красноярскую и
Саяно-Шушенскую ГЭС? Расказачивать и раскрестьянивать? Убить Николая
Гумилева? Истреблять православных священников? Травить диссидентов?
Разогнать Учредительное собрание? Разумеется, каждое из этих действий
совершить нельзя по множеству причин - от экологических и экономических до
культурных и нравственных. Разумеется, каждое из них имело целый комплекс
негативных последствий, сиюминутных и долговременных. Разумеется, каждое из
них было не славным деянием, а преступлением и гадостью. Разумеется, каждое
из них было не победой, а растянутым во времени поражением. И то, что
воздаяние всякий раз приходило потом, ничего в принципе не меняет.
Но ведь можно не замечать гадости; можно изобразить поражение победой;
шайку политических уголовников можно представить партией пролетариата;
историю гибели страны и расточения ее богатств изобразить историей торжества
"нашей" идеологии. Тот, кто воспитан на этом, лжет... нет, даже, пожалуй,
сознательно не лжет. Просто для него существует не то, что существует, а то,
о чем договорились. То, что принято на партийном собрании, как бы становится
реальным. Одно время пустая болтовня не окончившего даже семинарии "вождя"
стала как бы верхом интеллектуальной и политической мысли; в другое время
стало как бы возможно выращивать кукурузу в Якутии; точно так же стало как
бы возможным и парапсихологическое оружие имени Сани Изаксона.
В С.Соколову очень хотелось чуда. Чуда хотелось так сильно, что оно как
бы стало возможным...
Популярность изаксонов и изаксончиков, легкость обдуривания "человеков"
я могу объяснить только так: вера в чудеса является одним из важнейших
компонентов духовной жизни всего общества. Отнюдь не только генералов и
ректоров, которых обирают шарлатаны, создающие "лептонное оружие".
Можно смеяться над идиотами, на которых не нужен нож, которые
добровольно отдают свои денежки шарлатанам. Пока люди здоровы, а отданные
"экстрасенсам" деньги не оторваны от детского пропитания, это скорее смешно.
Когда люди продают квартиры, расточают накопленное поколениями, рвут
все связи и медленно умирают от голода в каком-нибудь "ашраме", "горном
храме" или "экологическом поселении", доверчивость идиотов и жажда
самоотдачи оканчиваются трагедией (особенно когда в эти игрища вовлекают
детей).
И особенно омерзительно паразитирование "эстрасексов", "народных
целителей" и прочей сволочи на безнадежно больных. Человек понимает или, по
крайней мере, чувствует, что ему немного осталось. Он молод и хочет жить, да
и детей он (или она) еще не подняли. Этот несчастный человек, приговоренный
к смерти даже не за совершенные им преступления, а в силу совершеннейшей
случайности, часто в силу даже просто генетики (то есть случайности, вообще
никак не зависящей от смертника), начинает хвататься за любую соломинку травяные
сборы, чтение мантр, оздоровление организма путем голодания,
врачевание наложением рук и вселением в гибнущее тело души жителя другой
планеты. А денежки, которые, между прочим, как раз могли бы и остаться его
детям, утекают в руки тех, кто варит сборы, читает мантры, накладывает руки
и вселяет души.
Когда речь идет о таких людях (и ТАКИХ деньгах) все становится особенно
омерзительно и особенно страшно.
О тайнах человеческого взгляда
Почти так же отвратительно и другое - то, что в море всевозможных
изаксонов, какашкиных и кирок тонет действительно очень интересное
направление в науке. Серьезные ученые шарахаются от темы неизвестных
энергий, полевых воздействий, телекинеза и телепатии. Понятно, почему
шарахаются - тема очень уж дискредитирована! Ловить снежного человека или
строить "машину времени" и то как-то значительнее и приличнее. А всякий, кто
всерьез начнет заниматься проблемой экстрасенсорных воздействий или
исцеления путем чтения мантр, в глазах и коллег, и общественности тут же
оказывается в одной компании с Киркой и Изаксоном.
Честно говоря, я долго сомневался перед тем, как сесть писать эту
книгу. Очень уж велик страх, что на этой книге неполноценные люди будут
сидеть, как наркоман сидит на игле, а сам ты превратишься в Учителя, Гуру,
Великого Экстрасекса или что-нибудь в этом роде. А когда писал, прилагал
максимум усилий, чтобы этого не произошло.
Обидно все это особенно потому, что многие явления вполне можно (и
должно) исследовать средствами современной науки. Уже в 1960-е годы в США
был поставлен эксперимент, неопровержимо свидетельствующий: человеческий
взгляд может совершать работу, может воздействовать на материальные объекты;
то есть взгляд любого человека (не Гуру или Учителя, а любого из нас)
обладает физическими характеристиками.
Эксперимент очень простой: по наклонному желобку скатываются бильярдны
...Поділитися у соцмережах
