Жанр: Триллер
Цифровая крепость
...равда: Грег Хейл вовсе не заперт внизу - он здесь, в Третьем узле! Он
успел выскользнуть до того, как Стратмор захлопнул крышку люка, и ему хватило
сил самому открыть двери.
Сьюзан приходилось слышать, что сильный страх парализует тело, - теперь она в
этом убедилась. Ее мозг мгновенно осознал происходящее, и она, вновь обретя
способность двигаться, попятилась назад в темноте с одной только мыслью -
бежать.
И сразу же услышала треск. Хейл, сидя на плите и действуя вытянутыми ногами как
тараном, сорвал решетчатую дверь с петель, ворвался в комнату и теперь
приближался к ней большими прыжками.
Сьюзан швырнула ему под ноги настольную лампу, но Хейл легко преодолел это
препятствие. Он был уже совсем рядом.
Правой рукой, точно железной клешней, он обхватил ее за талию так сильно, что
она вскрикнула от боли, а левой сдавил ей грудную клетку. Сьюзан едва дышала.
Отчаянно вырываясь из его рук, Сьюзан локтем с силой ударила Хейла. Он отпустил
ее и прижал ладони к лицу. Из носа у него пошла кровь. Хейл упал на колени, не
опуская рук.
- Ах ты, мерзавка! - крикнул он, скорчившись от боли.
Сьюзан бросилась к двери, моля Бога, чтобы Стратмор в этот миг включил резервное
энергоснабжение и дверь открылась. Увы, ее руки уперлись в холодное стекло.
Хейл с перепачканным кровью лицом быстро приближался к ней. Его руки снова
обхватили ее - одна сдавила левую грудь, другая - талию - и оторвали от двери.
Сьюзан кричала и молотила руками в тщетной попытке высвободиться, а он все тащил
ее, и пряжка его брючного ремня больно вдавливалась ей в спину. Хейл был
необычайно силен. Когда он проволок ее по ковру, с ее ног соскочили туфли. Затем
он одним движением швырнул ее на пол возле своего терминала.
Сьюзан упала на спину, юбка ее задралась. Верхняя пуговица блузки расстегнулась,
и в синеватом свете экрана было видно, как тяжело вздымается ее грудь. Она в
ужасе смотрела, как он придавливает ее к полу, стараясь разобрать выражение его
глаз. Похоже, в них угадывался страх. Или это ненависть? Они буквально пожирали
ее тело. Новая волна паники охватила Сьюзан.
Хейл всей тяжестью своего тела придавил ее ноги, холодно следя за каждым ее
движением. В сознании Сьюзан промелькнуло все то, что она читала о приемах
самозащиты. Она попыталась бороться, но тело ее не слушалось. Она точно
окаменела. И закрыла глаза.
О Боже, пожалуйста! Не надо!
ГЛАВА 65
Бринкерхофф мерил шагами кабинет Мидж Милкен.
- Никому не позволено действовать в обход фильтров!
- Ошибаешься, - возразила она. - Я только что говорила с Джаббой. Он сказал, что
в прошлом году сам установил переключатель.
Личный помощник директора отказывался верить ее словам.
- Никогда не слышал об этом.
- Никто не слышал. Это было сделано тайно.
- Мидж, - сказал Бринкерхофф, - Джабба просто помешан на безопасности
"ТРАНСТЕКСТА"! Он ни за что не установил бы переключатель, позволяющий
действовать в обход...
- Стратмор заставил его. - Она не дала ему договорить. Бринкерхофф почти
физически ощущал, как интенсивно работают клеточки ее мозга.
- Помнишь, что случилось в прошлом году, когда Стратмор занимался антисемитской
террористической группой в Калифорнии? - напомнила она.
Бринкерхофф кивнул. Это было одним из крупнейших достижений Стратмора. С помощью
"ТРАНСТЕКСТА", взломавшего шифр, ему удалось узнать о заговоре и бомбе,
подложенной в школе иврита в Лос-Анджелесе. Послание террористов удалось
расшифровать всего за двадцать минут до готовившегося взрыва и, быстро
связавшись по телефону с кем нужно, спасти триста школьников.
- А знаешь, - Мидж без всякой нужды перешла на шепот, - Джабба сказал, что
Стратмор перехватил сообщение террористов за шесть часов до предполагаемого
времени взрыва.
У Бринкерхоффа отвисла челюсть.
- Так почему... чего же он так долго ждал?
- Потому что "ТРАНСТЕКСТ" никак не мог вскрыть этот файл. Он был зашифрован с
помощью некоего нового алгоритма, с которым фильтры еще не сталкивались. Джаббе
потребовалось почти шесть часов, чтобы их настроить.
Бринкерхофф выглядел растерянным.
- Стратмор был вне себя. Он заставил Джаббу вмонтировать в "ТРАНСТЕКСТ"
переключатель системы "Сквозь строй", чтобы отключить фильтры в случае, если
такое повторится.
- Господи Иисусе. - Бринкерхофф присвистнул. - Я и понятия не имел. - Его глаза
сузились. - Так к чему ты клонишь?
- Я думаю, что Стратмор сегодня воспользовался этим переключателем... для работы
над файлом, который отвергла программа "Сквозь строй".
- Ну и что? Для того и предназначен этот переключатель, верно?
Мидж покачала головой.
- Только если файл не заражен вирусом. Бринкерхофф даже подпрыгнул.
- Вирус? Кто тебе сказал про вирус?
- Это единственное разумное объяснение, - сказала она. - Джабба уверяет, что
вирус - единственное, что могло привести к столь долгой работе "ТРАНСТЕКСТА".
- Подожди минутку! - махнул он рукой, словно прося ее остановиться. - Стратмор
сказал, что у них все в порядке!
- Он солгал.
Бринкерхофф не знал, что на это ответить.
- Ты утверждаешь, что Стратмор намеренно запустил в "ТРАНСТЕКСТ" вирус?
- Нет! - отрезала она. - Не думаю, что он знал, что имеет дело с вирусом. Я
думаю, он был введен в заблуждение.
Бринкерхофф молчал. Мидж Милкен явно чего-то не поняла.
- Это многое объясняет, - настаивала она. - Например, почему он провел там всю
ночь.
- Заражал вирусами свое любимое детище?
- Нет, - сказала она раздраженно. - Старался спрятать концы в воду, скрыть
собственный просчет. А теперь не может отключить "ТРАНСТЕКСТ" и включить
резервное электропитание, потому что вирус заблокировал процессоры!
Глаза Бринкерхоффа чуть не вылезли из орбит. Мидж и раньше были свойственны
фантазии, но ведь не такие! Он попробовал ее успокоить:
- Джабба, похоже, совсем не волнуется.
- Джабба - дурак! - прошипела она.
Эти слова его удивили. Никто никогда не называл Джаббу дураком, свиньей - быть
может, но дураком - никогда.
- Свою женскую интуицию ты ставишь выше ученых степеней и опыта Джаббы в области
антивирусного программирования.
Она взглянула на него с холодным презрением. Бринкерхофф поднял руки в знак
капитуляции.
- Извини. Беру свои слова обратно. - Ему не стоило напоминать о поразительной
способности Мидж Милкен предчувствовать беду. - Мидж, - взмолился он, - я знаю,
что ты терпеть не можешь Стратмора, но...
- Это не имеет никакого значения! - вспылила она. - Первым делом нам нужно
убедиться, что Стратмор действительно обошел систему "Сквозь строй". А потом мы
позвоним директору.
- Замечательно. - Он даже застонал. - Я позвоню Стратмору и попрошу прислать нам
письменное подтверждение.
- Нет, - сказала Мидж, - игнорируя сарказм, прозвучавший в его словах. -
Стратмор уже солгал нам сегодня. - Она окинула Бринкерхоффа оценивающим
взглядом. - У тебя есть ключ от кабинета Фонтейна?
- Конечно. Я же его личный помощник.
- Дай мне его.
Бринкерхофф не верил своим ушам.
- Мидж, я ни под каким видом не пущу тебя в кабинет директора.
- Ты должен это сделать! - потребовала она и, отвернувшись, начала что-то
печатать на клавиатуре "Большого Брата". - Мне нужен список очередности работы
на "ТРАНСТЕКСТЕ". Если Стратмор обошел фильтры вручную, данный факт будет
отражен в распечатке.
- Какое отношение это имеет к директорскому кабинету? Мидж повернулась на
вращающемся стуле.
- Такой список выдает только принтер Фонтейна. Ты это отлично знаешь!
- Но такие сведения секретны!
- У нас чрезвычайная ситуация, и мне нужен этот список. Бринкерхофф положил руки
ей на плечи.
- Мидж, ну пожалуйста, успокойся. Ты знаешь, что я не могу...
Она фыркнула и снова повернулась к клавиатуре.
- Я распечатаю список. Войду, возьму его и тотчас выйду. Давай ключ.
- Мидж...
Она прекратила печатать и повернулась к нему.
- Чед, список будет распечатан в течение тридцати секунд. Вот мои условия. Ты
даешь мне ключ. Если Стратмор обошел фильтры, я вызываю службу безопасности.
Если я ошиблась, то немедленно ухожу, а ты можешь хоть с головы до ног обмазать
вареньем свою Кармен Хуэрту. - Мидж зло посмотрела на него и протянула руку. -
Давай ключ. Я жду.
Бринкерхофф застонал, сожалея, что попросил ее проверить отчет шифровалки. Он
опустил глаза и посмотрел на ее протянутую руку.
- Речь идет о засекреченной информации, хранящейся в личном помещении директора.
Ты только представь себе, что будет, если об этом станет известно.
- Директор в Южной Америке.
- Извини. Я не могу этого сделать. - Скрестив на груди руки, он вышел из ее
кабинета.
Мидж горящими глазами смотрела ему вслед.
- О нет, можешь, - прошептала она. И, повернувшись к "Большому Брату", нажатием
клавиши вызвала видеоархив.
"Мидж это как-нибудь переживет", - сказал он себе, усаживаясь за свой стол и
приступая к просмотру остальных отчетов. Он не собирается выдавать ключи от
директорского кабинета всякий раз, когда Мидж придет в голову очередная блажь.
Не успел он приняться за чтение отчета службы безопасности, как его мысли были
прерваны шумом голосов из соседней комнаты. Бринкерхофф отложил бумагу и подошел
к двери.
В приемной было темно, свет проникал только сквозь приоткрытую дверь кабинета
Мидж. Голоса не стихали. Он прислушался. Голоса звучали возбужденно.
- Мидж?
Ответа не последовало.
Бринкерхофф подошел к кабинету. Голоса показались ему знакомыми. Он толкнул
дверь. Комната оказалась пуста. Пуст был и вращающийся стул Мидж. Звуки шли
сверху. Он поднял глаза на видеомониторы, и у него закружилась голова. Одна и та
же картинка смотрела на него со всех двенадцати мониторов наподобие какого-то
извращенного балета. Вцепившись руками в спинку стула, Бринкерхофф в ужасе
смотрел на экраны.
- Чед? - услышал он голос у себя за спиной.
Обернувшись, Бринкерхофф начал всматриваться в темноту. Мидж как ни чем не
бывало стояла в приемной возле двойной двери директорского кабинета и
протягивала к нему руку ладонью вверх.
- Ключ, Чед.
Бринкерхофф покраснел до корней волос и повернулся к мониторам. Ему хотелось
чем-то прикрыть эти картинки под потолком, но как? Он был повсюду, постанывающий
от удовольствия и жадно слизывающий мед с маленьких грудей Кармен Хуэрты.
Беккер пересек зал аэропорта и подошел к туалету, с грустью обнаружив, что дверь
с надписью CABALLEROS перегорожена оранжевым мусорным баком и тележкой уборщицы,
уставленной моющими средствами и щетками. Он перевел взгляд на соседнюю дверь, с
табличкой DAMAS, подошел и громко постучал.
- Hola? - крикнул он, приоткрыв дверь. - Con permiso? Не дождавшись ответа, он
вошел.
Типичная для Испании туалетная комната: квадратная форма, белый кафель, с
потолка свисает единственная лампочка. Как всегда, одна кабинка и один писсуар.
Пользуются ли писсуаром в дамском туалете -неважно, главное, что сэкономили на
лишней кабинке.
Беккер с отвращением оглядел комнату. Грязь, в раковине мутная коричневатая
вода. Повсюду разбросаны грязные бумажные полотенца, лужи воды на полу. Старая
электрическая сушилка для рук захватана грязными пальцами.
Беккер остановился перед зеркалом и тяжело вздохнул. Обычно лучистые и ясные,
сейчас его глаза казались усталыми, тусклыми. Сколько я уже тут кручусь? Однако
считать ему не хотелось. По профессиональной привычке поправив съехавший набок
узел галстука, он повернулся к писсуару.
Он подумал, дома ли Сьюзан. Куда она могла уйти? Неужели уехала без меня в
"Стоун-Мэнор"?
- Эй! - услышал он за спиной сердитый женский голос и чуть не подпрыгнул от
неожиданности.
- Я... я... прошу прощения, - заикаясь, сказал Беккер и застегнул "молнию" на
брюках.
Повернувшись, он увидел вошедшую в туалет девушку. Молоденькая, изысканной
внешности, ну прямо сошла со страниц журнала "Севентин". Довольно консервативные
брюки в клетку, белая блузка без рукавов. В руке красная туристская сумка фирмы
"Л .Л. Белл". Светлые волосы тщательно уложены.
- Прошу меня извинить, - пробормотал Беккер, застегивая пряжку на ремне. -
Мужская комната оказалась закрыта... но я уже ухожу.
- Ну и проваливай, пидор!
Беккер посмотрел на нее внимательнее. К ней как-то не шло сквернословие - как
неуместны сточные воды в хрустальном графине. Но, приглядевшись, он убедился,
что она вовсе не такая изысканная особа, как ему показалось вначале. Веки
припухли, глаза красные, левая рука у локтя - вся в кровоподтеках с синеватым
отливом.
"Господи Иисусе, - подумал он. - Наркотики внутривенно. Кто бы мог подумать?"
- Проваливай! - крикнула она. - Вон!
Беккер совсем забыл о кольце, об Агентстве национальной безопасности, обо всем
остальном, проникшись жалостью к девушке. Наверное, родители отправили ее сюда
по какой-то школьной образовательной программе, снабдив кредитной карточкой
"Виза", а все кончилось тем, что она посреди ночи вкалывает себе в туалете
наркотик.
- Вы себя хорошо чувствуете? - спросил он, пятясь к двери.
- Нормально, - высокомерно бросила она. - А тебе здесь делать нечего.
Беккер повернулся, печально посмотрев в последний раз на ее руку. Ты ничего не
можешь с этим поделать, Дэвид. Не лезь не в свое дело.
- Ну же!
Беккер кивнул. Уже в дверях он грустно улыбнулся:
- Вы все же поосторожнее.
- Сьюзан? - Тяжело дыша, Хейл приблизил к ней свое лицо.
Он сидел у нее на животе, раскинув ноги в стороны. Его копчик больно вдавливался
в низ ее живота через тонкую ткань юбки. Кровь из ноздрей капала прямо на нее, и
она вся была перепачкана. Она чувствовала, как к ее горлу подступает тошнота.
Его руки двигались по ее груди.
Сьюзан ничего не чувствовала. Неужели он ее трогает? Она не сразу поняла, что он
пытается застегнуть верхнюю пуговицу ее блузки.
- Сьюзан, - позвал он, задыхаясь. - Ты должна помочь мне выбраться отсюда.
Она ничего не понимала. Все это было лишено всякого смысла.
- Сьюзан, ты должна мне помочь! Стратмор убил Чатрукьяна! Я видел это своими
глазами!
Его слова не сразу дошли до ее сознания. Стратмор убил Чатрукьяна? Хейл, видимо,
не догадывается, что она видела его внизу.
- Стратмор знает, что я это видел! - Хейл сплюнул. - Он и меня убьет!
Если бы Сьюзан не была парализована страхом, она бы расхохоталась ему в лицо.
Она раскусила эту тактику "разделяй и властвуй", тактику отставного морского
пехотинца. Солги и столкни лбами своих врагов.
- Это чистая правда! - кричал он. - Мы должны позвать людей на помощь! Нам обоим
грозит опасность!
Сьюзан не верила ни единому его слову.
Хейл подтянул ноги и немного приподнялся на корточках, желая переменить позу. Он
открыл рот, чтобы что-то сказать, но сделать этого не успел.
Когда Хейл перестал на нее давить, Сьюзан почувствовала, что ее онемевшие ноги
ожили. Еще толком не отдавая себе отчета в своих действиях и повинуясь
инстинкту, она резким движением согнула ноги и со всей силы ударила Хейла
коленом в промежность, ощутив, как ее коленные чашечки впились в его мягкие
незащищенные ткани.
Хейл взвыл от боли, и все его тело сразу же обмякло. Он скатился набок, сжавшись
в клубок, а Сьюзан, высвободившись из-под него, направилась к двери, отлично
понимая, что у нее не хватит сил ее открыть.
Но тут ее осенило. Она остановилась у края длинного стола кленового дерева, за
которым они собирались для совещаний. К счастью, ножки стола были снабжены
роликами. Упираясь ногами в толстый ковер, Сьюзан начала изо всех сил толкать
стол в направлении стеклянной двери. Ролики хорошо крутились, и стол набирал
скорость. Уже на середине комнаты она основательно разогналась.
За полтора метра до стеклянной двери Сьюзан отпрянула в сторону и зажмурилась.
Раздался страшный треск, и стеклянная панель обдала ее дождем осколков. Звуки
шифровалки впервые за всю историю этого здания ворвались в помещение Третьего
узла.
Сьюзан открыла глаза. Сквозь отверстие в двери она увидела стол. Он все еще
катился по инерции и вскоре исчез в темноте.
Сьюзан нашла свои валявшиеся на ковре итальянские туфли, на мгновение
оглянулась, увидела все еще корчившегося на полу Грега Хейла и бросилась бежать
по усеянному стеклянным крошевом полу шифровалки.
- Ну видишь, это совсем не трудно, - презрительно сказала Мидж, когда
Бринкерхофф с видом побитой собаки протянул ей ключ от кабинета Фонтейна.
- Я все сотру перед уходом, - пообещала она. - Если только вы с женой не
захотите сохранить этот фильм для своей частной коллекции.
- Делай свою распечатку и выметайся! - зарычал он.
- Si, senor, - засмеявшись, ответила Мидж с подчеркнутым пуэрто-риканским
акцентом и, подмигнув Бринкерхоффу, направилась к двойной двери директорского
кабинета.
Личный кабинет Лиланда Фонтейна ничем не походил на остальные помещения
дирекции. В нем не было ни картин, ни мягкой мебели, ни фикусов в горшках, ни
антикварных часов. Здесь все было подчинено одному требованию - эффективности.
Стол, накрытый стеклом, и черный кожаный стул были расположены прямо перед
громадным венецианским окном. Три шкафа-картотеки стояли в углу рядом с
маленьким столиком с французской кофеваркой. Над Форт-Мидом высоко в небе сияла
луна, и серебристый свет падал в окно, лишь подчеркивая спартанскую меблировку.
"Что же я делаю?" - подумал Бринкерхофф.
Мидж подошла к принтеру и, забрав распечатку очередности задач, попыталась
просмотреть ее в темноте.
- Ничего не вижу, - пожаловалась она. - Включи свет.
- Прочитаешь за дверью. А теперь выходи.
Но Мидж эта ситуация явно доставляла удовольствие. Она подошла к окну, вертя
бумагу перед глазами, чтобы найти лучший угол для падения лунного света.
- Мидж... пошли. Это личный кабинет директора.
- Это где-то здесь, - пробормотала она, вглядываясь в текст. - Стратмор обошел
фильтры. Я в этом уверена. - Она подошла вплотную к окну.
Бринкерхофф почувствовал, как его тело покрывается холодным потом. Мидж
продолжала читать.
Мгновение спустя она удовлетворенно вскрикнула:
- Я так и знала! Он это сделал! Идиот! - Она замахала бумагой. - Он обошел
"Сквозь строй"! Посмотри!
Бринкерхофф растерянно постоял минутку, затем подбежал к окну и встал рядом с
Мидж. Та показала ему последние строчки текста.
Бринкерхофф читал, не веря своим глазам.
- Какого чер...
В распечатке был список последних тридцати шести файлов, введенных в
"ТРАНСТЕКСТ". За названием каждого файла следовали четыре цифры - код команды
"добро", данной программой "Сквозь строй". Последний файл в списке таким кодом
не сопровождался, вместо этого следовала запись:
ФИЛЬТР ОТКЛЮЧЕН ВРУЧНУЮ!
"Господи Иисусе! - подумал Бринкерхофф. - Мидж снова оказалась права".
- Идиот! - в сердцах воскликнула она. - Ты только посмотри! "Сквозь строй"
дважды отверг этот файл! Линейная мутация! И все-таки он пошел в обход!
Интересно, о чем он думал?
У Бринкерхоффа подогнулись колени. Он не мог понять, почему Мидж всегда права.
Он не заметил отражения, мелькнувшего за оконным стеклом рядом с ними. Крупная
фигура возникла в дверях директорского кабинета.
- Иису... - Слова застряли у Бринкерхоффа в глотке. - Ты думаешь, что в
"ТРАНСТЕКСТ" проник вирус?
Мидж вздохнула:
- А что еще это может быть?
- Это может быть не вашим делом! - раздался зычный голос у них за спиной.
Мидж от неожиданности стукнулась головой о стекло. Бринкерхофф опрокинул
директорский стул и бросился к двери. Он сразу же узнал этот голос.
- Директор! - воскликнул он и, подойдя к Фонтейну, протянул руку. - С
возвращением, сэр.
Вошедший не обратил на его руку никакого внимания.
- Я д-думал, - заикаясь выговорил Бринкерхофф. - Я думал, что вы в Южной
Америке.
Лиланд Фонтейн окинул своего помощника убийственным взглядом.
- Я был там. Но сейчас я здесь!
- Эй, мистер!
Беккер, шедший по залу в направлении выстроившихся в ряд платных телефонов,
остановился и оглянулся. К нему приближалась девушка, с которой он столкнулся в
туалетной комнате. Она помахала ему рукой.
- Подождите, мистер!
"Ну что еще? - застонал он. - Хочет предъявить мне обвинение во вторжении в
личную жизнь?"
Девушка волокла за собой туристскую сумку. Подойдя к нему, она на этот раз
расплылась в широкой улыбке.
- Простите, что я на вас накричала. Я так испугалась, увидев вас.
- Не стоит, - удивился Беккер - Я зашел куда не следовало.
- Моя просьба покажется вам безумной, - сказала она, заморгав красными
глазами, - но не могли бы вы одолжить мне немного денег?
Беккер посмотрел на нее в полном недоумении.
- Зачем вам деньги? - спросил он. "Я не собираюсь оплачивать твое пристрастие к
наркотикам, если речь идет об этом".
- Я хочу вернуться домой, - сказала блондинка. - Не поможете мне?
- Опоздала на самолет? Она кивнула.
- Потеряла билет. Они не хотят и слышать о том, чтобы посадить меня в самолет.
На авиалиниях работают одни бездушные бюрократы. У меня нет денег на новый
билет.
- Где твои родители? - спросил Беккер.
- В Штатах.
- А связаться с ними пробовала?
- Пустой номер. Наверное, уплыли на уик-энд с друзьями на яхте.
Беккер заметил, что на ней дорогие вещи.
- И у тебя нет кредитной карточки?
- Есть, но отец ее заблокировал. Он думает, что я балуюсь наркотиками.
- А это не так? - спросил Беккер холодно, глядя на ее припухший локоть.
- Конечно, нет! - возмущенно ответила девушка. Она смотрела на него невинными
глазами, и Беккер почувствовал, что она держит его за дурака. - Да будет вам! На
вид вы человек состоятельный. Дайте немножко денег, чтобы я могла вернуться
домой. Я вам все верну.
Беккер подумал, что деньги, которые он ей даст, в конечном счете окажутся в
кармане какого-нибудь наркоторговца из Трианы.
- Я вовсе не так богат, я простой преподаватель. Но я скажу тебе, что собираюсь
сделать... - "Скажу тебе, что ты наглая лгунья, вот что я сделаю". - Пожалуй, я
куплю тебе билет.
Белокурая девушка смотрела на него недоверчиво.
- Вы это сделаете? - выдавила она, и глаза ее засветились надеждой. - Вы купите
мне билет домой? О Боже, я вам так благодарна!
Беккер растерялся. Очевидно, он ошибался. Девушка обвила его руками.
- Это лето было такое ужасное, - говорила она, чуть не плача. - Я вам так
признательна! Я так хочу выбраться отсюда!
Беккер легонько обнял ее. Девушка высвободилась из его рук, и тут он снова
увидел ее локоть. Она проследила за его взглядом, прикованным к синеватой сыпи.
- Ужас, правда? Беккер кивнул.
- Ты же сказала, что не колешься. Девушка засмеялась:
- Это же чудо-маркер! Я чуть кожу не содрала, пытаясь его стереть. Да и краска
вонючая.
Беккер посмотрел внимательнее. В свете ламп дневного света он сумел разглядеть
под красноватой припухлостью смутные следы каких-то слов, нацарапанных на ее
руке.
- Но глаза... твои глаза, - сказал Беккер, чувствуя себя круглым дураком. - Почему
они такие красные?
Она расхохоталась.
- Я же сказала вам, что ревела навзрыд, опоздав на самолет. Он перевел взгляд на
слова, нацарапанные на ее руке. Она смутилась.
- Боже, вы, кажется, сумели прочесть?
Он посмотрел еще внимательнее. Да, он сумел прочитать эти слова, и их смысл был
предельно ясен. Прочитав их, Беккер прокрутил в памяти все события последних
двенадцати часов. Комната в отеле "Альфонсо XIII". Тучный немец, помахавший у
него под носом рукой и сказавший на ломаном английском: "Проваливай и умри".
- С вами все в порядке? - спросила девушка, заметив, что он переменился в лице.
Беккер не мог оторвать глаз от ее руки. У него кружилась голова. Слова, которые
он прочитал, были теми же, что произнес немец: ПРОВАЛИВАЙ И УМРИ!
Девушка, заметно смутившись, посмотрела на свою руку.
- Это нацарапал мой дружок... ужасно глупо, правда? Беккер не мог выдавить ни
слова. Проваливай и умри. Он не верил своим глазам. Немец не хотел его
оскорбить, он пытался помочь. Беккер посмотрел на ее лицо. В свете дневных ламп
он увидел красноватые и синеватые следы в ее светлых волосах.
- Т-ты... - заикаясь, он перевел взгляд на ее непроколотые уши, - ты, случайно,
серег не носила?
В ее глазах мелькнуло подозрение. Она достала из кармана какой-то маленький
предмет и протянула ему. Беккер увидел в ее руке сережку в виде черепа.
- Так это клипса?
- Да, - сказала девушка. - Я до чертиков боюсь прокалывать уши.
Дэвид Беккер почувствовал, что у него подкашиваются ноги. Он смотрел на девушку,
понимая, что его поиски подошли к концу. Она вымыла голову и переоделась - быть
может, считая, что так легче будет продать кольцо, - но в Нью-Йорк не улетела.
Беккер с трудом сдерживал волнение. Его безумная поездка вот-вот закончится. Он
посмотрел на ее пальцы, но не увидел никакого кольца и перевел взгляд на сумку.
"Вот где кольцо! - подумал он. - В сумке!" - и улыбнулся, едва сохраняя
спокойствие.
- Ты сочтешь это сумасшествием, - сказал Беккер, - но мне кажется, что у тебя
есть кое-что, что мне очень нужно.
- Да? - Меган внезапно насторожилась. Беккер достал из кармана бумажник.
- Конечно, я буду счастлив тебе заплатить. - И он начал отсчитывать купюры.
Глядя, как он шелестит деньгами, Меган вскрикнула и изменилась в лице, повидимому
ложно истолковав его намерения. Она испуганно посмотрела на вращающуюся
дверь... как бы прикидывая расстояние. До выхода было метров тридцать.
- Я оплачу тебе билет до дома, если...
- Молчите, - сказала Меган с кривой улыбкой. - Я думаю, я поняла, что вам от
меня нужно. - Она наклонилась и принялась рыться в сумке.
Беккер был на седьмом небе. Кольцо у нее, сказал он себе. Наконец-то! Он не
знал, каким образом она поняла, что ему нужно кольцо, но был слишком уставшим,
чтобы терзаться этим вопросом. Его тело расслабилось, он представил себе, как
вручает кольцо сияющему заместителю директора АНБ. А потом они со Сьюзан будут
лежать в кровати с балдахином в "Стоун-Мэнор" и наверстывать упущенное время.
Девушка наконец нашла то, что искала, - газовый баллончик для самозащиты,
экологически чистый аналог газа мейс, сделанный из острейшего кайенского перца и
чили. Одним быстрым движением она выпрямилась, выпустила струю прямо в лицо
Беккеру, после чего схв
...Закладка в соц.сетях
