Жанр: Триллер
Оглянись за спину
...сейчас принесут. Кроме того, у нас много кофе.
Глаза её снова сияли, а улыбка стала обворожительной. Несколько часов сна её
полностью преобразили. Сказав ей об этом, про себя я подумал, почему меня вновь
поразило открытие, что Дженифер Тири оказалась столь привлекательной молодой
женщиной.
- Вы сегодня выглядите как маленькая девочка, - вслух добавил я.
- Ну, не знаю, счесть ли это для меня комплиментом. Ребенком я была ужасно
некрасивой, неуклюжей, худой, со скобкой на зубах и свисающими сосульками волос -
просто смотреть не на что.
Я любовался её чистой кожей, шелковистыми белокурыми волосами, стройной
фигурой и грациозными движениями. На элегантном коричневом костюме - никаких
украшений кроме все того же тяжелого серебряного браслета. В ней чувствовалась умная
женщина с врожденным вкусом.
- Если вы когда-то и были некрасивым ребенком, то давно и полностью
преобразились, - заметил я с искренним восхищением.
Она посмотрела на меня едва не с испугом, покраснела и вдруг отвернулась. Явно
смешавшись, заговорила насчет прекрасного вида из окна, я ответил что-то невпопад,
пока, наконец, официант не выручил нас из неловкого положения. Он подал мне
бифштекс, налил пива и поставил на столик чашки и огромный кофейник. Я оплатил счет
и дал довольно крупные чаевые. Он исчез и Дженифер гостеприимно кивнула мне.
Я с такой жадностью набросился на еду, словно уже несколько дней у меня во рту
крошки не было.
После изобилия выпитого за ночь виски, пиво имело превосходный вкус, а
бифштекс от первого до последнего куска казался изысканным деликатесом.
Я налил себе чашку кофе. Удобно откинувшись назад, попивал его небольшими
глотками и наслаждался покоем и приятным чувством сытости.
- Вы ведь хотели меня о чем-то спросить, - спустя некоторое время заговорила
Дженифер. - О чем пойдет речь?
- Все на ту же тему: Ги Кетлер. Жена сегодня утром сообщила мне, что хочет
немедленно развестись, и мое терпение окончательно лопнуло. Я должен поговорить с
Кетлером, и причем один. Но для этого мне нужно найти его, а я не представляю, где он
может скрываться.
Лишь её пристальный испуганный взгляд заставил меня осознать, что я отставил
чашку с кофе и сжал руки в кулаки. Пришлось поскорее спрятать их под стол.
Дженифер отодвинула свой стул и встала у окна. Город представлялся отсюда
единым невообразимым морем огней.
- Я все время задавала себе вопрос, когда же вы, наконец, решитесь перейти к
этому, - пробормотала она.
- Да, я вел себя как идиот. Я уже сам себя не понимаю. Сначала я не верил в
опасность, но потом меня буквально ошеломили события. Я просто был не в состоянии
осмыслить ситуацию. Зато теперь я знаю, что мне делать. Я возьмусь за этого парня, и
причем ещё сегодня ночью.
Дженифер повернулась ко мне.
- Но как вы собираетесь его найти? Нью-Дейвен город большой... - Она шагнула
ко мне. - Я бы могла вам помочь!Ведь Кэт была моей сестрой. Не отвергайте мою
помощь, Джон.
- Конечно, нет. Я потому здесь. Вдруг вы мне сможете дать мне какой-то
ориентир.
Она вернулась к своему стулу и села.
- Как вы, собственно, себе все представляете? - деловито спросила она. - Уже
есть какой-то план?
Я кивнул и рассказал ей, к какому окончательному выводу пришел за это время.
- Как видите, у Кетлера остается лишь один выход и, как я понимаю, удержать его
будет невозможно. Одну ошибку он уже совершил, вторую позволить себе не может,
иначе с его мечтой о сладкой жизни будет кончено. А следовательно, ему нужно поскорее
разделаться со мной. Или мне с ним. Я не могу допустить, чтобы он сбежал, а он конечно
это сделает, если узнает, что после меня ему тоже ничего не достанется.
- Понимаю. - Дженифер так крепко стиснула свои переплетенные пальцы, что
даже костяшки побелели. - Но я хотела бы кое-что спросить, если можно.
- Спрашивайте.
- Вы сказали, что он ретируется, как только узнает, что вы изменили свое
завещание. Но разве это не идеальный выход? Вы не считаете, что ему просто следует
дать знать, что все раскрыто и в Нью-Дейвене ему рассчитывать не на что? Он тут же
исчезнет из города - а это как раз то, чего вы добиваетесь! Или нет?
- Нет! Теперь уже нет! Только задумайтесь над тем, сколько всего на его совести!
Ваша сестра и губернатор Эмблер мертвы. Мой брак разрушен, а моя жена...Она не
сможет долго оставаться в неведении, что мужчина, которого она всю жизнь любит, -
отпетый преступник. Не думаю, что ей это понравится, даже если она будет стоять за
этого подлеца до самого горького конца. Кетлер стремится убить меня и не моргнув
глазом проделает то же самое и с вами, окажись вы на его пути. Он не остановится перед
любой подлостью, чтобы удовлетворить свою жажду мести и беспредельную алчность.
Похоже, Лесли он уготовит ту же судьбу, что и вашей сестре, как только приберет к рукам
её деньги. И такому человеку дать сбежать?
Дженифер вздохнула.
- Ги всегда считал, что если он чего-то хочет, оно его. И всегда брал, что хотел, не
церемонясь с другими. Точно как сейчас.
В её голосе послышались нотки, которые меня обеспокоили. Кажется, она знала
Кетлера гораздо лучше, чем должна бы.
- Насколько хорошо вы с ним знакомы? - напрямик спросил я.
Она улыбнулась.
- Когда-то раньше, много лет назад, я воображала, что влюблена в него. Но в
самом деле я любила лишь идеальный образ, существовавший лишь в моем воображении,
и с настоящим Ги имевший мало общего. Знаете, он мог быть очень трогательным. Ги
действовал с неслыханной самоуверенностью и всегда прекрасно выглядел. Юная,
неопытная девушка вполне могла потерять из-за него голову. - Она подняла голову и
открыто взглянула на меня. - А я и была тогда юной и неопытной. Но сегодня я уже не
та.
Шестнадцатилетняя Лесли Эмблер тоже была юной и неопытной.
- Простите, Дженни. Я не хотел вас обидеть.
- Ладно, Джон. Каким же образом я вам могу помочь?
- Мне нужен кто-нибудь, достаточно хорошо знающий Кетлера, чтобы сразу же
опознать его, даже если он встретится переодетым или как-нибудь изменит свою
внешность.
Она смущенно покраснела и опустила глаза.
Испытывая некоторую неловкость, я продолжал:
- Вот я о чем подумал: вы вчера вечером увидели его и тут же опознали, а для
меня он лишь одно из многих лиц в толпе. Возможно, вам известно, не было ли у него
излюбленного района? Или постоянного кафе, бара? Друзей, к которым он обращался,
когда бывало туго с деньгами?
- Нет, Ги был не... - Она отпила глоток кофе. - Ги не имел друзей, ну,
разумеется, кроме женщин, вокруг которых вился. Когда у него бывали деньги, для него
все заведения были хороши и заходил он в то, что попадалось на глаза.
- Это мне не поможет, - проворчал я. - В своем прежнем облике он явно не
покажется. Тем более сейчас, после смерти губернатора. Могу держать пари, что он
обзавелся каким-нибудь прикрытием. Умел он делать это?
- Да, но только если речь шла о шикарных нарядах, о том, что шло ему к лицу.
Прочее его не беспокоило. - Она поспешно поправила волосы.
- Я помню, на всех театральных фотографиях у него были усы. Они настоящие
или только наклеены?
- Раньше он никогда не носил усов и, если меня не подводит память, вчера
вечером их тоже не было.
Я налил чашку кофе и подал ей.
- Все это слишком неопределенно. С такой информацией я его нынче ночью не
найду.
- А это нужно обязательно сделать уже сегодня?
- Да. Кетлер знает, что у него уже не остается времени.
- Тогда... Она прищурилась и испытующе взглянула на меня. - Разве вы недавно
не сказали, что ваша жена ушла из дома?
Я кивнул.
- Чтобы где-то встретиться с Ги?
- Вероятно.
- За ней все ещё наблюдает полиция или нет?
- Конечно! Дженни, вы чудо!
Я вскочил и бросился к телефону. Ведь я совсем забыл о телохранителе Лесли. На
коммутаторе отеля попросил соединить меня с полицией и пригласить к телефону
главного инспектора. На этот раз он оказался на месте.
- Где, черт возьми, вы скрываетесь всю вторую половину дня? - прогремел он.
- Я искал вас как иголку в стоге сена. Есть некоторые новости.
Я пустился в объяснения, но он не позволил мне сказать ни слова.
- Версия со спортивной газетой, которую подсунула мисс Тири, оказалась
пустышкой. Мои люди прочесали ипподром. Никого похожего на Кетлера!
Я хотел перебить его, однако слышался только шелест бумаг.
- Минутку, - сказал главный инспектор и положил трубку на стол. Я пожал
плечами, отодвинул трубку от уха на несколько сантиметров и отыскал в кармане
пиджака сигареты. Своих спичек я не нашел, но рядом с аппаратом обнаружил коробку
спичек и пепельницу, в которой лежало, по меньшей мере, полдюжины окурков.
- Слушайте, - пробурчал Кэппи Мартин. - У меня здесь отчет нашего
сотрудника, который разговаривал с ночным сторожем в вашей конторе. Этот человек
утверждает, что последние четыре недели не видел на вашем этаже никого...кроме вас.
Он, якобы, встречал вас дважды. Вы кивнули ему издали и пошли дальше. Он ничего
такого при этом не подумал, но вспомнил еще, что это было не две ночи подряд, а через
ночь. Точную дату, правда, он уже не помнит.
Новость меня не удивила. Я уже давно предполагал нечто подобное. Совершенно
машинально я сунул в карман незажженную сигарету и спички.
- Должно быть, это Кетлер. Я уже несколько месяцев не бывал ночью в конторе.
В первый свой визит он отравил мой херес, а во второй раз вылил остаток вина и вымыл
графин.
Главный инспектор с минуту помолчал.
- Да, вероятно, так и было, - подумав, согласился он.
- У меня есть один вопрос, мистер Мартин.
- Да?
- Вы знаете, где находится моя жена? Вы ведь ещё наблюдаете за ней, верно?
- Да, но несмотря на это, я не знаю, - с досадой пробурчал он. - Она скрылась
от нашего сотрудника в универмаге. Вошла через парадный вход, вышла служебным,
остановила такси и была такова. Вы говорили ей, что она под "колпаком"?
- Нет, разумеется, нет.
- Но вот она об этом знает. Она избавилась от слежки по всем правилам
искусства. Сотрудник очень переживает, но мне от этого не легче.
Я хмыкнул.
- Позвоните мне, как только она снова появится. Хотя мы и начеку, но, вероятно,
вы увидите её раньше.
Я был другого мнения, но, тем не менее, пообещал. Затем рассыпался в
благодарностях и положил трубку.
- Она отделалась от слежки, - сказал я Дженни.
- Бедный Джон. Это вас очень огорчает? Вы так сердиты на Ги потому, что он
отнял у вас любимую жену, верно?
Я покачал головой.
- Нет, не только. По крайней мере, я так не думаю. Но, черт возьми, возможно,
вся причина только этом! Что я знаю? Я совершенно измотан. Мне нужно нынче ночью
поймать его и разделаться с ним окончательно и бесповоротно, - вот все, что я знаю.
Мы оба помолчали. Дженифер допила кофе.
- Я веду себя как сумасшедший, - смущенно проворчал я. - Но когда подумаю о
том, как этот подлец изуродовал жизнь моей жене, готов разорвать его от бешенства.
Просто не понимаю, как она могла увлечься им снова. Ведь однажды он уже променял её
на полученные от её отца десять тысяч долларов. Правда, ей тогда было только
шестнадцать, но в таком юном возрасте ещё острее сознается вся низость такого
поступка. Но нет! Он остается героем её грез. Стоит поманить - и она летит к нему в
объятия. Вы что-нибудь можете понять?
- Я - могу, - прошептала Дженифер. - И любая женщина - тоже.
Я пожал плечами.
- Ну, теперь это неважно. Мы с Лесли в любом случае разведемся. Я никогда не
представлял для неё интереса. Но все ещё чувствую себя в некоторой степени за неё
ответственным. Нельзя допустить, чтобы она попала в лапы Кетлеру. Это было её
погубило.
- Да.
- Тут вот ещё какое обстоятельство: Кетлер сегодня ночью взял с письменного
стола губернатора портсигар. По крайней мере я так предполагаю, ибо как он
единственный, кто мог быть заинтересован в его исчезновении. В свое время тот выкупил
у него мой тесть. До вчерашнего дня я и не подозревал о его существовании, но когда
губернатор показал его мне, и я прочитал дарственную надпись на его внутренней
стороне, меня впервые охватило бешенство.
- Что за надпись? - её голос звучал напряженно.
- В начале инициалы их обоих: "Г.К. от Л.Э.", затем только одна строка:"До
встречи весной".
- Знаете, я думаю, слово "весной" имеет какой-то скрытый смысл. Вероятно, чтото
вроде кода, с помощью которого ваша жена и Ги договаривались между собой.
- Весной? Весна? Что бы это могло означать? Весна? Звучит почти как название
какого-нибудь заведения... - Я безмолвно и совершенно беспомощно уставился на нее.
- Да, вы заметили? Постойте! Где телефонная книга?
Дженифер быстро подошла к телефону, просмотрела перечень названий отелей,
клубов, пансионов, мотелей. Ничего. Я стоял позади нее, заглядывая через плечо. Теперь
бары и рестораны. Ее палец скользил по столбцам, сначала быстро, потом все медленнее.
Я отвернулся ещё до того, как она разочарованно вздохнула.
- Это...это казалось таким очевидным.
- Да. Впрочем, вполне типично для Лесли. Для Кетлера, вероятно, тоже.
Безобидная цитата с тайным, только им понятным двойным смыслом. Я просто вижу, как
они это вместе придумывают. Жаль, что...
Я внезапно запнулся, повернулся и, взяв телефонный справочник, раскрыл список
фамилий абонентов.
- Мне только что пришло в голову, что это не обязательно должно быть название
заведения, - сказал я и затаил дыхание. Открыл раздел на букву "S" и сосредоточился на
фамилии Спринг*. Было только три предприятия, владельцами которых значились люди
по фамилии Спринг, а именно: "Спринг Д.Д., бензоколонка", "Спринг Л.Д., булочная" и
"Спринг С.Т.,химчистка".
* Спринг ( англ.) - весна
- Снова бесполезно, - удрученно проворчал я. - Во всяком случае, не могу себе
представить, почему им должно быть так дорого воспоминание о какой-то бензоколонке,
булочной или химчистке, чтобы его увековечить. Полагаю, мы в тупике...
- Нет! Все верно! - взволнованно воскликнула Дженифер. - "Булочная
Спринг!" Помню этот магазинчик ещё со школьных лет. В старом районе города,
недалеко от реки. В одном из удивительно красивых, живописных старых домов. Впереди
располагается сама булочная, комната в глубине оборудована под кафе. Ничего
особенного, разумеется. Там можно получить только обычные пирожки, сандвичи, кофе и
горячий шоколад, причем по смехотворно низким ценам. Я все помню совершенно
отчетливо. В задней комнате стояло всего несколько круглых мраморных столиков, а на
стене висели вазы с бумажными цветами. Магазинчик расположен в очень укромном
месте. Там действительно идеальное место для тайных свиданий.
Воспоминания об этой старой маленькой булочной с уютным закутком и
пыльными бумажными цветами буквально били из неё ключом. Я видел все это как наяву,
- магазин на углу, где школьники тратят свои карманные деньги, пока в задней комнате
мальчики и девочки - подростки флиртуют друг с другом за чашкой шоколада или чая.
Знакомые и друзья губернатора никогда не заглядывали в этот квартал, не говоря уже о
маленькой, невзрачной булочной. Лесли и Ги Кетлер могли там встречаться без всяких
опасений. Конечно, это просто идеальное место!
Я отметил фамилию в справочнике ногтем, снял трубку и назвал телефонистке на
коммутаторе этот номер. Ожидая соединения взглянул на Дженни, и с того момента часто
спрашивал себя, что же прочитала она в моих глазах, если так внезапно отвернулась.
Помню только, что молился про себя, чтобы там не оказалось Лесли.
Когда мне ответил женский голос, я попросил пригласить к телефону Лесли
Брайнерд. Снова пришлось ждать, и телефонная трубка в моей руке стала влажной и
горячей. Затем кто-то спросил:
- Да? Кто это? - Голос звучал смущенно, несколько озабоченно, но это
несомненно был голос Лесли.
- Это Джон. Послушай, Лесли... Нет, не перебивай меня. Ты должна кое-что
передать от меня Ги Кетлеру. - Я ощутил, как она в ужасе затаила дыхание. - Скажи
ему, что я сегодня ночью в половине одиннадцатого буду у себя в конторе. Буду один и
хотел бы побеседовать с ним о нашем с тобой разводе. Нет, объяснения излишни. Передай
ему это. И все.
Я положил трубку, рухнул на ближайший стул и спрятал лицо в ладонях. Но спустя
некоторое время выпрямился и глубоко вздохнул.
- Так, дело сделано. Если его нет сейчас там, у неё хватит времени, чтобы
дозвониться и передать мое сообщение. Больше трех часов. Этого должно хватить.
Дженни кивнула.
- И тогда? - прошептала она.
- И тогда Ги Кетлер явится. Это его последний шанс.
17
Дженифер Тири была единственным известным мне человеком в Нью-Дейвене,
который мог узнать Ги Кетлера по походке или внешнему виду. Поэтому через три часа
мы с ней вместе отправились по темным улицам к нашей конторе.
- Нужно ещё раз все повторить пункт за пунктом, - сказал я, когда мы добрались
до освещенного подъезда, и отвел её в тень. - Кетлер может быть где-то поблизости, а
ему не следует видеть нас вместе. Вы войдете первой. Если попадется ночной сторож,
чего я, впрочем, не ожидаю, скажете, что вы условились встретиться со мной. Обратите
внимание, чтобы вас не было видно с улицы. Дверь стеклянная. С тротуара виден почти
весь вестибюль. Что вы делаете потом?
- Я иду к газетному киоску и прячусь там. На полке позади меня телефон. Я
должна его отыскать. Потом я жду, пока вы не войдете, и, если все чисто, подаю знак. И
остаюсь в своем укрытии, пока не появится Ги. Как только он войдет в лифт, я звоню вам
и сообщаю об этом. Все?
- Да. Я не хочу, чтобы он захватил меня врасплох. Вы уверены, что узнаете его,
даже если он изменит внешность?
- Наверняка.
- Номер телефона в моем кабинете?
Она назвала его правильно.
- Хорошо. Я сниму трубку при первом же звонке. Можете не спешить. Моя
контора на семнадцатом этаже и подъем наверх займет какое-то время. Вы должны быть
уверены, что Кетлер вас не заметил. Если вы сядете на пол и поднимете голову, то
сможете через прилавок очень удобно наблюдать за входной дверью. Все ясно?
- Ясно, - терпеливо повторила она.
В тусклом свете мне виден был только бледный овал её лица и спокойный блеск
глаз.
- Спасибо, Дженни. Вы мне очень поможете.
- Желаю удачи, Джон, - прошептала она. - Я ухожу. Будьте осторожны.
- Вы тоже.
Она дошла до ближайшего угла, перешла улицу и прошла немного в обратном
направлении, открыла тяжелую стеклянную дверь и исчезла в вестибюле. Дверь
закрылась. Я нетерпеливо переступал с ноги на ногу и дрожал в своем темном углу от
нервного озноба. Было только десять минут одиннадцатого, времени оставалось
достаточно, но я не в силах был больше ждать. Сделав небольшой крюк, чтобы подойти к
подъезду с противоположной стороны, я прошел через вестибюль к лифту, нажал на
кнопку, повернулся и прислонился спиной к стене. Только теперь я решился украдкой
бросить взгляд на газетный киоск. Тонкая рука показалась над прилавком и махнула мне.
Дженни увидела меня и это было главное. Значит и Ги Кетлер не пройдет мимо
незамеченным.
Ночью работал только один лифт, поздним посетителям приходилось обслуживать
себя самим. Я медленно поднялся на семнадцатый этаж. Лифт с толчком остановился;
дверь открылась и закрылась за мной с глухим стуком, от которого я нервно вздрогнул.
Звук моих шагов гулко отдавался в пустом коридоре. Здание фирмы ночью всегда
производило мрачное, неприятное впечатление. Оно пробуждалось к жизни лишь тогда,
когда начинался новый рабочий день, и множество деловых людей своим присутствием
оживляли его. Длинные темные коридоры, черные прямоугольники дверей действовали
угнетающе. Нервы мои и без того были напряжены до предела, и от малейшего звука
мурашки бегали по спине.
Добравшись до своего кабинета, я глубоко вздохнул, открыл дверь, прошел через
приемную и включил все лампы. Дверь в свой кабинет я оставил раскрытой настежь и
здесь тоже включил все лампы, которые залили помещение ярким светом.
Пора было заняться подготовкой. Прежде всего - включить магнитофон в верхнем
ящике письменного стола. Я хотел по возможности выманить из Ги признание. Он
относился именно к тому типу людей, кто любит похвастаться своими подвигами, а
совершенные им мерзости заслуживали того, чтобы о них знали будущие поколения. Я
включил магнитофон, но его слабое гудение доносилось из письменного ящика. Что
делать?
Пришлось пройти в комнату мисс Харкорт и прикатить оттуда старый, дряхлый
диктофон моего отца. Он должен был сыграть отвлекающую роль. Я придвинул его к
окну, включил - и издаваемые им скрежещущие звуки заглушили куда более тихое
гудение из ящика стола. Затем я задернул шторы и отступил на шаг назад. Довольно
примитивное укрытие, ничего не скажешь. Но оно может выполнить свое
предназначение. Я ещё раз проверил кабель и вилку. Этот кабель, уходящий за шторы,
настолько явно и почти вызывающе указывал на стоявший под окном диктофон, что я
даже улыбнулся.
На этом мои приготовления были закончены. Я огляделся вокруг. Оружия было
более чем достаточно. В стенных шкафчиках висело по меньшей мере полсотни
пистолетов. Правда только устаревших моделей, которые можно было использовать разве
что в качестве дубинки. Ни для одного из них у меня не было подходящих патронов, но
если бы даже и были, я не рискнул бы использовать по прямому назначению любую из
этих древностей. Для стрелка это опаснее, чем для жертвы. Что мне было делать с таким
оружием?
Я хотел встретить Кетлера, сидя за своим письменным столом. Но пока от Дженни
не было сигнала, можно было свободно расшагивать по кабинету, пытаясь успокоить
нервы. Я проверил содержимое шкафчика, где хранилось спиртное. Мисс Харкурт заново
наполнила графины. Но великолепный выдержанный херес меня уже не прельщал: мой
последний глоток неделю назад стал последним. Я, пожалуй, раздам остаток бутылок в
погребе старым друзьям отца. И сам избавлюсь от неприятных воспоминаний, и доставлю
им радость.
Как всегда в минуты тревоги и напряжения, я взялся за тряпку и принялся за
пистолеты. Я протирал их, машинально отмечая пятна ржавчины, прочищал стволы и
снова вешал на место. Одним из экземпляров, имевших определенную коллекционную
ценность, был нескладный пистолет тридцать восьмого калибра, изготовленный на заказ,
о котором мой отец всегда говорил, что это последняя капсульная модель. Во всяком
случае, это был один из самых некрасивых образцов и опасный из-за своего ненадежного
спуска. Прежде чем начать его полировать, я несколько раз спустил курок.
- Положите сейчас же! - сказал грубый голос позади меня.
Этот приказ показался мне таким нелепым, что я в первый миг не ощутил никакого
страха. Зверь выполз из своей норы и стал охотником. До меня дошло, что мы поменялись
ролями. Во всяком случае, охотник теперь представлял довольно жалкую фигуру.
Я отложил пистолет, медленно повернулся, стараясь не обнаружить свою
растерянность. Как ему удалось подняться сюда незамеченным? Дженни мне не
позвонила.
Да, я узнал бы его всегда и везде. Он и в самом деле был поразительно похож на
меня. Правда, черты лица более резкие, несколько выше меня и шире в плечах. Взвешивая
тайком свои шансы, я не слишком себя обнадеживал. Он очевидно не чувствовал ни
малейшего опасения. Для него исход борьбы с самого начала не вызывал сомнения.
Его жесткое лицо растянулось в презрительной гримасе, когда я не двинулся с
места. Пятясь, он подошел к окну, раздвинул шторы, нащупал шнур диктофона и выдернул
вилку из розетки.
Ги ухмыльнулся, очевидно считая себя хитрецом. Гудение магнитофона в ящике
моего письменного стола ему, к счастью, не было слышно. Мой отвлекающий маневр
удался. Он присел на край письменного стола, опершись на колено рукой, в которой
держал длинноствольный пистолет.
- Вы меня знаете, верно? - осведомился он, растягивая слова.
Я кивнул и судорожно сглотнул слюну. Оружие в его руке меня беспокоило. Это
был однозарядный пистолет преклонного возраста, у которого для срабатывания курка
хватило бы дуновения воздуха. Кетлер принял к сведению тот оцепеневший взгляд,
которым я уставился на пистолет и, развлекаясь на ковбойский манер, покрутил его в
воздухе. У меня от ужаса замерло сердце.
- Он вам кажется знакомым, правда? - спросил он, язвительно усмехаясь. -
Правильно, он принадлежит вам. А я позаботился о нескольких патронах. Полагаю, вам
такой вариант должен понравиться. Молодой Джон Брайнерд застрелился по ошибке,
когда чистил старый пистолет из коллекции оружия своего папочки. Это будет хорошо
принято газетами, Вам не кажется?
Он опять ухмыльнулся. У него были крепкие белые зубы, а волчья гримаса делала
циничное лицо ещё более жестоким. Я вдруг ощутил огромное облегчение. Кетлер
придавал оружию в своей руке слишком большое значение. На этом покоилась большая
часть его самоуверенности, а мне понимание этого придавало мужества и уверенности.
- Вы хотите меня убить? - осведомился я вежливым заинтересованным тоном.
- Почему?
Мой вопрос не понравился Кетлеру. Слишком он не соответствовал той роли,
которую он мне отвел. Ги недоверчиво взглянул на меня, соскочил с письменного стола и
шагнул ближе.
- Не наглейте, дружище! Давайте-ка за стол! Ну, живо!
Ствол пистолета указывал мне дорогу.
- Бросьте, Кетлер. Разве вы все ещё не поняли, что с вами кончено? Вы в ловушке.
Движение, которым он откинул голову назад, было, очевидно, характерным для
него. Ги надменно ухмыльнулся и расправил широкие плечи.
- Не думаю, - с издевкой бросил он. - Я здесь уже два часа и основательно
исследовал весь этаж. Здесь нет ни души, кроме нас двоих. Я сидел в одежном шкафу,
когда вы вкатили сюда этот ящик. Ловушка? Покажите-ка мне вашу бесценную ловушку!
- Его рот растянулся в иронической ухмылке.
Я пожал плечами.
- Ну ладно, её нет. Но стоило, по крайней мере, попробовать.
- Меня не обманешь, - высокомерно заявил он. - Вам не стоило и пытаться.
Если я за что-то берусь, то делаю. У меня всегда все получается.
- Возможно. Но на этот раз вы допустили несколько ошибок.
- Вздор! Что за ошибки?
Я пожевал нижнюю губу и нерешительно оглядел его. Как далеко можно было
зайти? Обязательно следовало вызвать его на разговор. С другой стороны, у меня не было
никакого желания без
...Закладка в соц.сетях
