Жанр: Триллер
Операция Тень
...сначала на минутку в свою комнату, а
вы пригласите сюда леди Брунгильду. Мне некогда будет заходить к ней,
очень уж далеко, а я хочу задать ей вопрос...
Корин умчался наверх по лестнице, а Уэстбери поднялся вслед за ним,
свернул в противоположную сторону, постучал к леди Брунгильде и попросил
ее спуститься в холл. Хозяйка Везенхалле была очень недовольна, но
последовала за англичанином. Внизу ее недовольство возросло еще больше,
потому что Корина пришлось ждать долго, и, когда он показался на
ступеньках, леди Брунгильда не скрывала раздражения.
- В чем дело, мистер Торникрофт?
- Простите, леди Брунгильда... Мистер Уэстбери рассказал мне обо всем,
но я предпочел бы уточнить у вас, потому что вы знаете Везенхалле, а он -
нет.
Можете ли вы гарантировать, что ни одна комната, ни одна некогда
заложенная кирпичами ниша, ни один скрытый участок подвала не избежали
осмотра? ч
- Могу ли я гарантировать? - Если бы не воспитание леди Брунгильды, она
напоминала бы кипящий чайник. - Другими словами, знакома ли я с
устройством собственного дома, мистер Торникрофт? Вы это хотите сказать? -
не давая Корину вставить ни слова, она поставила финальную точку с
неподражаемой интонацией. - Да, я могу это гарантировать.
И если это все, позвольте мне вас оставить.
Когда леди Брунгильда величественно удалялась, даже от ее спины
исходили волны возмущения.
- Напрасно вы, Корин, - укоризненно выговорил Уэстбери, едва владелица
замка очутилась вне пределов слышимости. - Могли бы и сразу мне поверить.
И куда это вы намерены ехать? Тут три дороги, в Берн, Монтре и Альтшвиц.
Барон... Хорошо, скажем, автомобиль барона мог укатить в любом
направлении.
- У меня свои соображения.
- Вот как... Ну, так я повторяю вам: в замке нет ни Эстерхэйзи, ни его
трупа.
- Джон, я не готов обсуждать эту тему. Когда я вернусь...
- Вы обещали выложить карты на стол по возвращении из Берна! Скажите
хотя бы: вы знаете, кто и почему убил Уинвуда?
- Да.
- И вы можете это доказать?
- Нет. Джон, происшествие с бароном Эстерхэйзи - такая же загадка для
меня, как и для вас. Это не укладывается в мою схему, и этого я не
предусмотрел.
Поэтому подождите еще немного...
- Я с вами.
- Нет. Кто-то из нас двоих должен оставаться в замке. Две пары глаз -
лучше, чем одна, но еще лучше, когда они контролируют разные места, так
больше видно.
Корин быстро вышел из холла, провожаемый рентгеновским взглядом
Уэстбери - тысяча единиц жесткого излучения.
Двигатель "Опеля-Омега" на морозе завелся неохотно. Корин повернул
машину на дорогу к Альтшвицу, но как только замок скрылся за поворотом,
остановил "Опель" на обочине, закурил и задумался.
Существовали три вероятных варианта случившегося. Первый - барон
Эстерхэйзи был убит в замке, там же спрятано и тело, что бы ни говорил
Уэстбери. Второй - барона заманили в "Ниссан-Президент", убили и вывезли
труп. И третий - Эстерхэйзи жив и здоров, но по какой-то непонятной
причине решил уехать из замка, не предупредив Марианну.
Третий вариант никак не проверишь, но если верен один из
предшествующих, "Ниссан-Президент" находится где-то в окрестностях.
Корин отжал сцепление, надавил на газ и на первой скорости свернул с
дороги, перевалив невысокий снежный барьер.
К сожалению, на замерзшей льдистой шуге не могло сохраниться следов,
пусть и тяжелой машины. Приходилось искать наугад.
"Омега" буксовала на льду, не всегда послушно разворачиваясь в ту
сторону, куда желал направить ее Корин. Колеса зависали над обрывами, куда
беспрепятственно свалились бы сотни полторы "Ниссан-Президентов", но внизу
не было видно ничего, кроме громадных обломков скал и обледеневших
сугробов. Острые каменные надолбы вздымались к небесам, как мечи викингов.
В пейзаже таилась суровая красота, способная восхитить поэта, но Корину
было не до восторгов:
он сражался с коробкой передач, предотвращая опасное сползание "Омеги"
по склонам. "Опель" балансировал на грани - иначе сужался сектор обзора.
Корин вдруг вспомнил популярный фильм Земеннса "Назад в будущее". Там
герои, раскатывая по эпохам на машине времени, рассуждали о "точке
невозвращения" - пункте, откуда уже нельзя вернуться в прошлое. Сейчас
Корин виртуозно удерживал "Омегу" именно возле такой точки. Его целью было
описать окружность с центром в замке Везенхалле.
Радиус окружности он мог определить приблизительно, исходя из
расстояния, позволяющего быстро достичь замка пешком.
Перебравшись через очередной снежный уступ, машина Корина неожиданно и
неудержимо заскользила вниз. Он врубил заднюю передачу, но это лишь слегка
замедлило скольжение. Корин вывернул руль - "Омега" не повиновалась. Черт,
неужели остается только открыть дверцу и выброситься из салона?!
Нет, у Корина все же была альтернатива. Справа впереди, на самом краю
обрыва, громоздилась черная скала, выглядевшая несокрушимой. Корин вдавил
педаль сцепления в пол, переключился на четвертую скорость, дал газ
одновременно с поворотом руля. Колеса "Опеля"
бешено завертелись - на секунду Корину показалось, что впустую, но
машина уже ползла к скале. Через минуту дверца "Омеги" грохнула о
спасительный каменный выступ. Корин утопил педаль тормоза и выключил
двигатель.
Машина, в общем, не пострадала, если не считать изрядной вмятины на
кузове.
Корин выбрался на открытый воздух, прикидывая, как вызволить "Опель" из
ледяной ловушки. Пожалуй, это будет не так уж трудно. Монтировочным
ломиком выбить во льду две шероховатые колеи...
В эту минуту он увидел "Ниссан-Президент". Перевернутый лимузин
распластался на дне ущелья, в которое чуть не рухнула "Омега". Четыре
колеса, обращенные вверх, словно взывали о помощи.
Держась за скалу, Корин наклонился над обрывом, оценивая возможности
спуска. Не слишком утешительная картина, камень и лед. К счастью, в
багажнике "Омеги" имеется буксировочный трос... Корин достал его, укрепил
петлю на бампере "Опеля", сбросил бухту троса вниз и начал спускаться.
Буксировочного троса не хватило до "Ниссана", но дальше шел пологий,
безопасный участок. Перепрыгивая с камня на камень, Корин добрался до
опрокинутой машины и заглянул внутрь.
Салон "Ниссана" был пуст, как и приоткрытый, смятый при ударе багажник.
37
"Опель-Омегу" удалось выручить без особых затруднений. Корин снова
выехал на дорогу и вскоре благополучно припарковал машину на стоянке у
Везенхалле.
- Что? - таково было приветствие встретившего Корина Джона Уэстбери
- Я нашел "Президента", - устало сказал Корин. - Он в овраге, в
полумиле отсюда, разбитый вдребезги. Внутри никого нет.
- Но это значит ..
- Что барон в замке, если только не ушел пешком. И боюсь, у нас мало
шансов увидеть его живым.
- Святые небеса! - Уэстбери шарахнул кулаком по перилам. - Ушел,
улетел, распался на атомы... Что вы предлагаете - новый обыск?
- Нет, это бессмысленно. Вы профессионал, Джон, и раз вы ничего не
нашли, значит, ничего и нельзя найти.
- Абсурд какой-то. - Уэстбери потер виски кончиками пальцев. - Барон
здесь, и в то же время барона нет. Я удачно интерпретировал ваши слова,
Корин?
- Да.
- Но как это понимать? Вмешательство магических сил из иного мира?
На сей раз дворецкий, возникший на пороге своей комнаты, не пренебрег
обязанностями, и Корин сдал ему на руки пострадавший при альпинистских
упражнениях плащ. В сопровождении Уэстбери Корин отправился по лестнице на
второй этаж.
- Не знаю, Джон, - он отвечал на зависшую при появлении дворецкого
реплику англичанина. - Магия или нет, тот мир или этот - в действиях любых
сил есть логика, и как только мы ее обнаружим, мы поймем...
- Мистер Торникрофт! Мистер Уэстбери! - раздался в коридоре
взволнованный женский голос. К ним спешила Марианна Эстерхэйзи, грудь ее
часто вздымалась не то потому, что она почти бежала, не то от волнения.
- Как хорошо, что я вас нашла...
- Что с вами? - спросил Корин. - У вас такое выражение лица, будто вы
отбивались от чудовища.
- Мистер Торникрофт, произошла невероятная вещь. Я подумала бы, что мой
рассудок не в порядке... Если бы не была уверена в обратном!
- Успокойтесь и объясните толком, - посоветовал Уэстбери. Маринна
бросила на него взгляд, в котором смешивались подозрение и жажда доверия.
- Полагаю... Вы не сочтете меня сумасшедшей?
- Нет, - заверил Корин. - Мы считаем вас вполне здравомыслящей женщиной.
- Но то, что случилось... Либо мистика, либо странная шутка человека,
по-настоящему психически больного... Иначе я не могу себе это представить.
- Ну, к мистике нам не привыкать, - усмехнулся Корин. - Говорите
спокойно.
- Вы можете вообразить, что я ошибаюсь, но нет... Кто угодно, только не
я!
Может быть, но эта чертовщина обязана иметь какой-то смысл!
- Миссис Эстерхэйзи, - сказал Корин терпеливо. - Пока никакого смысла я
не усматриваю в ваших словах.
- Да, да... Сейчас.
Немного успокоившись и собравшись, Марианна Эстерхэйзи довольно связно
поведала о своем открытии. Корин и Уэстбери недоуменно посмотрели друг на
друга.
- Нелепость, - вымолвил Уэстбери. - Миссис Эстерхэйзи, вы не ошиблись?
- Вот! - воскликнула Марианна. - Я же говорила!
Корин стоял нахмурившись, опустив голову, сосредоточенно что-то
просчитывая.
- Идемте туда как можно скорее, - вслух резюмировал он свои
размышления. - Миссис Эстерхэйзи, не исключено, что мы столкнемся там со
страшными вещами, будьте готовы ко всему. Но... Не думаю. Если мои
умозаключения правильны, все будет в порядке. Идемте!
Ничто на свете не заставило бы леди Брунгильду де Вернор отказаться от
заведенного распорядка. В восемь часов в главном зале был подан обед.
Экономка приготовила французский мателот с тушеными грибами и красным
вином - она превзошла саму себя, но похвал слышно не было, и вряд ли
кто-то замечал, что лежит у него на тарелке. Ибо теперь за столом
отсутствовали двое...
Первой не выдержала Рамона Лэддери.
Она отбросила вилку, звякнувшую о хрустальный бокал. При звуках ее
голоса, вибрирующего, как натянутая струна, трепетали огоньки свечей.
- Я не могу больше оставаться в этом ужасном месте! Мы уезжаем, Огден,
и мне наплевать на то, что скажет здешний самозваный полицейский...
Уэстбери незамедлительно ответил:
- А я и не собираюсь задерживать вас, графиня, как и никого другого.
Расследование завершено, уладим формальности с полицией и можем
разъезжаться. Бегство барона Эстерхэйзи неопровержимо доказывает его
вину...
Все взоры обратились к Марианне, но она молчала. Тогда заговорил Билл
Уотрэс:
- Не маловато ли этого для доказательства вины, мистер Уэстбери?
- Мало, - согласился англичанин, - но есть еще кое-что, чего вы не
знаете.
Речь идет о письме Уинвуда, господа.
Я хранил его в ящике письменного стола...
Так вот, письмо исчезло, похищено.
- М-да, история, - пробормотал лорд Фитурой. - А я, признаться, как-то
подзабыл об этом письме.
- Реальностью оказалось то, - продолжал Уэстбери, - о чем каждый из
нас, разумеется, думал как об одной из версий.
Письмо, без сомнения, - фальшивка, и написал его барон Эстерхэйзи, дабы
и мы и полиция кинулись на поиски мифического русского шпиона. Но когда в
ходе расследования я выяснил, что никакого шпиона нет, во всяком случае в
Везенхалле, и установил непричастность к убийству всех, кроме Эстерхэйзи,
барон запаниковал. Он обыскал мою комнату во время дневного ленча, похитил
уличающее его письмо и удрал. На этом я считаю мою миссию законченной,
дальнейшее - дело полиции.
- И когда вы намерены обратиться в полицию? - спросил Уотрэс.
- Завтра утром, а то выспаться не дадут. Эта пауза не имеет значения -
у барона и так достаточная фора, он уже далеко. Но его найдут, господа. Он
вернется за своими капиталами и будет арестован.
- Но почему? - вырвалось у Рамоны Лэддери. - Почему барон Эстерхэйзи
убил Уинвуда?
- Я знаю почему. - Эти слова принадлежали Марианне, и в зале стало
очень тихо. - Я догадывалась, а теперь знаю.
И расскажу полиции... Но не вам, господа. Мне так тяжело... Но я рада,
что этого человека арестуют.
Билли Уотрэс, презрев приличия и не обращая внимания на испепеляющий
взор леди Брунгильды, отодвинул тарелку, встал и закурил.
- Наконец-то все позади! - воскликнул он. - Теперь я могу признаться,
что я пережил... Господам Уэстбери и Торникрофту это известно, остальным -
нет.
Я навлек подозрения на Берковского, я страдал... А вдруг он невиновен -
и 1ак оно и есть!
- Не терзайтесь, - Берковский был великодушен. - Я тоже подозревал
вас...
И я не забуду, как вы пытались исправить положение, представляя смерть
Уинвуда случайностью, вызванной передозировкой лекарства...
- Все мы хороши, - ворчливо высказался лорд Фитурой. - С самого начала
как на качелях: письмо Уинвуда подлинное - письмо Уинвуда фальшивое, шпион
есть - шпиона нет, а если нет, так полно и других причин для убийства...
Мы все благодарны вам, мистер Уэстбери, что вы избавили нас от этого
нескончаемого кошмара. Господа, кто составит партию в бридж?
- Прежде чем играть в бридж, - произнесла Марианна с загадочной
улыбкой, немного таинственно, хотя и не зловеще. - Уверена, это вас
развлечет, а мы все сейчас так нуждаемся в разрядке! Помните ту картину
Лукаса ван Удена в галерее?
Уэстбери потянулся за бутылкой вина, стоящей на середине стола. Ему не
следовало этого делать, ведь дворецкий был готов к услугам. Расплата
последовала незамедлительно: обшлагом рукава Уэстбери задел бокал, в
попытке подхватить его неловко двинул рукой, бутылка опрокинулась, и
красное вино полилось на платье Марианны Эстерхэйзи. Она завизжала.
- Что я наделал! - всплеснул руками Уэстбери.
- Вы грациозны, как слон! - исчерпывающе охарактеризовала его Марианна.
- Позвольте, я помогу вам. - Уэстбери поднялся из-за стола.
- Что, поможете переодеться?!
- Хотя бы провожу вас до комнаты...
Боже, какой же я неловкий!
Беспрестанно извиняясь, он открыл перед Марианной дверь и покинул зал
вслед за баронессой, из коридора слышались его сокрушенные причитания.
Корин расхохотался.
- Развязка нашей драмы слишком сильно подействовала на нашего друга, -
сказал он. - Ему предстоит залечивать раны, а лучшее лекарство - старое
доброе виски. Приглашу его на рюмочку.
Корин поклонился и вышел.
- Мы лишились истории о картине, - посетовал Огден Лэддери. - Надеюсь,
баронесса расскажет ее нам позднее. Что до бриджа, я с вами, лорд Фитурой.
Ты присоединишься, Рамона?
- Что? - рассеянно откликнулась графиня. Казалось, она была
единственной, кем, как и прежде, владело сумрачное напряжение. - А, нет,
играйте в бридж, пейте виски, веселитесь. Вы же не понимаете.
- Чего мы не понимаем? - осведомился лорд Фитурой.
- Здесь поселилось зло. Это замок зла, и ничего не кончилось, потому
что зло никогда не кончается здесь.
Рамона не сумела вразумительно выразить свои интуитивные ощущения, но
кое у кого из присутствующих вдоль позвоночника пробежал противный холодок.
Марианна Эстерхэйзи переоделась в серый костюм и уселась возле камина,
разожженного дворецким перед обедом.
Огонь уже угасал, но комната успела нагреться. И все же Марианну терзал
озноб.
Она была уверена в своей безопасности, гарантированной не только
Кориным.
Почти уверена, потому что не могла забыть коринской тирады:
- Будьте настороже, баронесса. Мы имеем дело с человеком безжалостным и
очень ловким. Смерть Уинвуда - не первая на счету, и предыдущие
преступления были совершены с коварством демона и хладнокровием машины.
Понятно, что после такого напутствия Марианне Эстерхэйзи было трудно
согреться в теплой комнате. Усидеть на месте ей тоже не удалось. Она
подошла к книжному шкафу, не глядя вынула какую-то книгу. На обложке под
именем автора - Михаил Карийский - тянулись витиеватые буквы длинного
названия пофранцузски: "Темное свидетельство Ипполита о философе
Анаксимене", и значилась дата: 1818. В другое время Марианна с
удовольствием прочла бы эту примечательную книжицу, но сейчас буквы
прыгали у нее перед глазами, она не разбирала ни слова.
Баронесса захлопнула книгу, засунула _обратно в шкаф. Одновременно с
щелчком закрываемой дверцы она услышала стук в дверь ее комнаты. С усилием
переставляя непослушные ноги, Марианна приблизилась вплотную к двери и
остановилась.
- Кто это? - она старалась говорить твердо, но получился сиплый громкий
шепот.
- Откройте, баронесса, это я...
Марианна отворила дверь и отступила к центру комнаты. Черный ствол
пистолета с глушителем поднялся на уровень ее груди, сдвинулся влево,
нащупывая сердце. Одна за другой полыхнули вспышки трех выстрелов.
Из спальни появился Уэстбери, из ванной - Корин, а из коридора - барон
Эстерхэйзи. Корин перехватил руку с пистолетом, оружие с тупым
металлическим лязгом упало на пол. Корин завел руку за спину ошеломленной,
даже не сопротивляющейся леди Брунгильды де Вернор.
- Все-таки мы опоздали, - выдохнул он. - Я заменил патроны на холостые,
но оставалась возможность, что она проверит магазин и перезарядит пистолет.
Дать ей выстрелить - непростительная оплошность.
Марианна без сил опустилась в кресло, барон Эстерхэйзи заботливо
склонился над ней.
- Ты в порядке?
- Если можно назвать так состояние человека, выбравшегося из могилы, то
да, я в порядке, - кисло отшутилась Марианна.
Уэстбери подобрал пистолет.
- Надо же. "Дженнингс", - он удивленно присвистнул. - Не думал я, что к
такой штуке можно приспособить глушитель... Смотрите, резьба на маленьком
выступе дульной части. Остроумно... Что теперь, Корин?
- Теперь соберите всех в библиотеке.
Объясните только то, что барон Эстерхэйзи невиновен и мы устроили
спектакль, а остальное предоставьте мне. Я тут немного поговорю с леди
Брунгильдой, и мы присоединимся к вам.
Уэстбери вышел. За ним последовала Марианна, поддерживаемая бароном
Эстерхэйзи. Корин повернулся к своей пленнице.
- Вот мы и снова встретились, леди.
Тогда, в России, я дал вам шанс. Вы ничему не научились, даже тому, что
связываться со мной не стоит. Что ж, мне жаль.
- Будь ты проклят, Корин, - искренне пожелала леди Брунгильда порусски.
В библиотеке горел яркий свет. Лорд Роджер Фитурой и леди Антония
сидели рядом на диване, барон Эстерхэйзи и Марианна расположились в
креслах. Огден Лэддери стоял возле бюро и предавался любимому занятию -
выискивал хорошую сигару в табачных запасах. Рамона курила, прислонившись
к завешенной ковром стене. Коретта Уинвуд устройлась на стуле возле
книжного стеллажа, она не смотрела ни на кого. Берковский и Уотрэс под
руководством Уэстбери инспектировали бар. Дворецкий и экономка заняли
стулья у двери.
Вошел Корин, пропустив вперед...
Нет, не пожилую хозяйку Везенхалле леди Брунгильду де Вернор, а
женщину, совершенно незнакомую никому из собравшихся в библиотеке.
На вид спутнице Корина было около тридцати пяти, самое большее сорок
лет, и выглядела она потрясающе - небрежно-элегантная волна коротких
черных волос над высоким лбом, красивый разрез карих глаз, тонкий прямой
нос, дразнящие полные губы и округлый подбородок. Она была хрупка и
стройна, одежду ее составляли светлые брюки и облегающий свитер,
призванный подчеркивать, а не скрывать.
- Это еще кто? - лорду Фитурою изменила его прославленная в кулуарах
Уайтхолла догадливость.
- Подождите! - послышалось восклицание Рамоны. - Я узнала вас! Вы -
Виктория Сильвестри. Вы играли в том фильме про мафию и еще в другом, про
золотые прииски на Аляске...
- Правильно, - кивнул Корин. - Виктория Сильвестри, так ее звали в
Америке. А раньше, в России, - Виктория Серебреницкая, еще раньше -
Мария...
Здесь, в замке Везенхалле, она была Брунгильдой де Вернор...
- Но как это может быть? - не успокаивался лорд Фитурой.
- Вы о внешности? - Корин сделал жест, говорящий: "Это самое простое".
- Седоватый парик, контактные линзы, прокладки, уродующие форму носа, и
полтонны грима. Такова первая составляющая. Вторая - голос и держаться от
всех подальше, плюс мастерство профессиональной актрисы, ученицы Питера
Брука. Господа, я представляю вам женщину, убившую Эммета Уинвуда,
покушавшуюся на жизнь барона Эстерхэйзи и только что стрелявшую в его жену
на глазах трех свидетелей...
- Можете еще добавить покушение на Сергея Корина, - вызывающе сказала
Виктория, прошла вперед и села в свободное кресло.
- Кто-нибудь объяснит, что это значит? - спросил Огден Лэддери.
- Если позволите, я начну, - ответил Корин. - Но без предыстории понять
невозможно. Поэтому - небольшой экскурс в прошлое, в лето 1994 года.
Кстати, мое настоящее имя - Сергей Корин, и я...
- Как! - подскочил Билл Уотрэс. - Корин... Российский шпион?
- Да, Корин, но не российский шпион. Выслушайте меня, не перебивая. Не
по своей воле я покинул Россию... Оказался во Франции, потом в Америке...
Детали биографии не столь существенны. В июле - августе 1994 года я принял
участие в операции ЦРУ на российской территории. Я преследовал похитителей
биологического оружия, угрожавшего в их руках как моей родине, так и
западному миру. Душой этого страшного преступления, его вдохновителем была
Виктория Серебреницкая, восходящая кинозвезда...
Виктория презрительно усмехнулась.
Корин взглянул на нее искоса.
- Похищенное оружие удалось найти, с террористами было покончено... В
процессе расследования я установил, что Виктория не только способствовала
убийствам, но и совершала их лично - начиная с того, что застрелила
собственного мужа в восемьдесят седьмом году. Потом еще убийство - в
девяносто четвертом, заметая следы, на сей раз ножом... Я говорю только о
преступлениях, которые осуществила она сама, организованные ею опускаю...
Итак, я все это знал, но не владел ни единым доказательством. Я разрушил
ее планы, уничтожил сообщников, но против нее у меня не было ничего. И я
не назвал ее имя российской контрразведке, равно как и ЦРУ... Виктория, ты
продолжишь? - обратился Корин к актрисе. - Можно с того момента, как ты
задумала отомстить...
- Я продолжу, - хрипловато подтвердила Виктория. - Охотно! Терять мне
нечего, так пусть эти господа узнают историю от меня, меньше будет
домыслов... Да! Я решила отомстить человеку, отнявшему у меня все. Но не
просто убить его, это было бы слишком милосердно, а как именно - я еще не
знала, потому что прежде необходимо было его найти. Отправной точкой
служили два факта. Первый - он появился в Москве под именем Джона Корри, и
второй - он работал в группе американских каскадеров на съемках фильма, в
котором участвовала я.
Зная только это, я ухватилась за первый попавшийся контракт и укатила
сначала в Англию, потом в США... Я искала везде, посвящая этому свободное
от съемок и театра время, расспрашивала каскадеров на студиях, бывала на
элитных вечеринках, где собираются люди кино и политики, а иногда и
разведки... Наконец, мне повезло - я увидела его на вилле "Диана".
Случайность? О нет! Такая случайность приходит только к тому, кто бросает
на ее поиски все силы, не щадя себя...
Корин вспомнил, как метался по коридорам виллы "Диана" в погоне за
невидимым врагом, как ощутил едва уловимый знакомый запах и не мог
вспомнить его... Запах этой женщины, складывающийся не только из ароматов
ее любимых духов и косметики, но из тысяч компонентов, присущих
единственно ей.
Виктория рассказывала:
- Я заглянула в список гостей виллы "Диана", там значилось имя Джон
Корри... Дальше было уже проще, ведь к тому времени я успела стать
небезызвестной Викторией Сильвестри, и деньги у меня были. Я наняла
частных сыщиков из агентства Бернса. Вечеринка на вилле "Диана", описание
Корри - этого им было достаточно, чтобы выследить его в Нью-Йорке и
переписать для меня его компьютерные дискеты. Просмотрев одну из них, я
поняла, что напала на настоящую удачу. Из дискеты следовало: Корри, он же
Корин, связан с ЦРУ и провел операцию против нацистской группировки Зеппа
- Лангсдорфа - Итцеля. Теперь я могла приступить к разработке и
осуществлению плана. За большие деньги я купила скандального журналиста,
копающегося в грязном белье высокопоставленных персон. Меня интересовала
верхушка ЦРУ, и я получила информацию. Мне идеально подходил Уинвуд, чьими
слабостями оказались деньги, выпивка и женщины. Последовало знакомство на
вашингтонском приеме, и вскоре Уинвуд стал моим любовником. ("О Господи",
- вздохнула Коретта.) Из такого человека, как он, нетрудно выкачивать
сведения. Уинвуд рассказал мне о многом - и о том, что готовит встречу
финансистов, и о Корине, о котором знал как сотрудник ЦРУ. Тогда
постепенно и неуклонно я начала забирать дело в свои руки. Провести
встречу в Везенхалле - моя идея, о подробностях расспросите Корина, раз уж
он все раскопал... Я убедила Уинвуда, что Корин опасен, и посоветовала
пригласить его в замок, где с ним произойдет несчастный случай на лыжной
прогулке... И я в самом деле планировала несчастный случай, но другой. Не
смерть Корина, нет! Его должны были арестовать за убийство Уинвуда и
приговорить к пожизненному заключению. Подозреваемый в шпионаже,
потерявший доверие людей ЦРУ, он провел бы всю жизнь в тюрьме... Разве не
блестящий финал придумала я для его карьеры? Разве это не достойное
возмездие за все зло, причиненное им мне?
Актриса умолкла, словно в ней иссякла энергия, даже глаза ее
потускнели. Заговорила Антония Фитурой:
- Ну, мистер Торникрофт... Точнее, мистер Корин? Я не сказала бы, что
наша темнота озарилась сиянием истины. Я понимаю еще меньше, чем прежде,
частичное освещение порой хуже полного мрака.
Корин вынул из пачки сигарету, неторопливо закурил.
- Моих заслуг тут не так уж много, - заметил он. - Я ничего не сделал
бы без помощи мистера Уэстбери, барона и баронессы Эстерхэйзи... И далеко
не сразу начал я подозревать женщину, именовавшую себя леди Брунгильдой де
Вернор.
Но помните, как где-то у Конан Доила:
"В детективной работе истинно одно:
когда исключишь все прочие объяснения, то, что останется, и есть ответ,
сколь бы невероятным он ни казался..." Примерно так. И когда мы с мистером
Уэстбери установили, что смерть Уинвуда невыгодна ни
...Поділитися у соцмережах
