Жанр: Сказка
Коты-воители 3. Лес секретов
...т об этом Когтю!
Лапы сами поднесли его к куче добычи.
- Доброе утро, Частокол! - поздоровался Огнегрив. - А мы, видишь, на охоту
собрались. Как говорится, кто рано встает, тот добычу принесет! И, не дожидаясь ответа
Частокола, Огнегрив прыгнул в папоротники. Убедившись, что его никто не видит, он ускорил
бег и птицей взлетел на вершину холма. Крутобока не было видно, зато его запах безошибочно
вел к Нагретым Камням. "Но ведь они обещали встречаться только у Четырех Деревьев!" -
всполошился Огнегрив. Он побежал по следу друга, не обращая внимания на запахи дичи,
копошащейся в кустарнике. Он решил предупредить Крутобока на тот случай, если Коготь все
же отправится в лес. Однако, когда Огнегрив добрался до Нагретых Камней, Крутобока там не
оказалось. Огнегрив задержался на краю леса и жадно принюхался. Крутобок был где-то рядом!
Вскоре Огнегрив учуял и Серебрянку. К знакомым запахам котов примешивался еще один
запах, от которого у Огнегрива зашевелилась шерсть. Пахло кровью! И тут со стороны скал
раздался тонкий, слабый стон, полный невыносимой боли.
- Крутобок! - замирая, крикнул Огнегрив и со всех ног бросился к скалам. Вскочив на
вершину ближайшего камня он огляделся - и замер.
В неглубокой балке между двумя скалами лежала Серебрянка. Не в силах пошевелиться,
Огнегрив смотрел на кошку. Какая-то жуткая судорога ломала все ее тело, заставляя
мучительно сучить лапами. Новый леденящий душу крик вырвался из груди Серебрянки.
- Крутобок! - прошептал Огнегрив. Крутобок лежал рядом с Серебрянкой, отчаянно
вылизывая ее тяжело вздымающийся бок. Услышав свое имя, он резко поднял голову.
- Огнегрив! Это котята! У нее схватки... но тут что-то не так! Беги за Щербатой!
- Но... - хотел было возразить Огнегрив, но не стал заканчивать. Лапы сами сбросили
его с камня и понесли через равнину к лесу.
Он бежал так, как никогда в жизни не бегал, то же время каким-то крошечным уголком
сознания уже понимая, что это конец. Теперь в племени все узнают о Крутобоке и Серебрянке.
Что сделают с ними Синяя Звезда и Метеор?
Он все это прекрасно осознавал, но продолжал со всех лап нестись в лагерь. Слетая со
склона, он врезался в Пепелюшку, вылезавшую из папоротников. Возмущенно пискнув, она
опрокинулась на спину, рассыпав свои травы.
- Огнегрив! Да что ты...
- Где Щербатая? - прохрипел Огнегрив.
- Щербатая? - переспросила Пепелюшка, мгновенно становясь серьезной. - Пошла на
Змеиную Горку. Там растет лучший тысячелистник во всем лесу.
Огнегрив повернулся, чтобы бежать, но вдруг замер, пораженный новой мыслью. Пока он
найдет Щербатую, пройдет время! Серебрянка может умереть!
- Что случилось? - спросила Пепелюшка.
- Там кошка... Серебрянка. Она у Нагретых Камней. Она рожает котят, и ей очень
плохо!
- Храни ее Звездное племя! - воскликнула Пепелюшка. - Я иду! Подожди-ка, мне
нужно кое-что взять.
Она юркнула в папоротники, а Огнегрив остался ждать, нетерпеливо царапая лапами
землю. Наконец, папоротники зашевелились снова. Он весь напрягся, но из зарослей показался
Бурый.
- Пепелюшка послала меня за Щербатой, - крикнул он Огнегриву, бросаясь в лес.
Наконец на поляну вылезла Пепелюшка, держа в пасти большой пучок каких-то трав,
завернутых в листок. Поскольку рот ее был занят, она лишь нетерпеливо махнула Огнегриву
кончиком хвоста, приглашая показывать дорогу.
Они отправились обратно. Каждый шаг этого пути превратился для Огнегрива в
настоящую пытку. Пепелюшка выбивалась из сил, но изуродованная нога не позволяла ей
двигаться быстрее. Холодея от ужаса, Огнегрив вспомнил свой сон о безликой серебристой
королеве, оставившей своих котят плакать в темноте. Неужели этой королевой была
Серебрянка?
Как только вдали показались очертания Нагретых Камней, Огнегрив обогнал Пепелюшку
и бросился вперед. Добежав до подножия скалы, Огнегрив увидел на вершине еще одного кота.
Устроившись на площадке, кот молча наблюдал за Серебрянкой и Крутобоком. Холодные
когти ужаса стиснули сердце Огнегрива. Он узнал огромный силуэт и темную шкуру Когтя.
Видимо, Частокол все же успел предупредить глашатая, и тот выследил Крутобока по запаху.
Выходит, на обратном пути в лагерь Огнегрив пробежал мимо него, но в спешке не заметил.
- Огнегрив! - проревел Коготь, когда Огнегрив вскарабкался на скалу рядом с ним. -
Что ты об этом скажешь?
Огнегрив молча посмотрел в овраг. Серебрянка по-прежнему лежала на боку, но
мучительные судороги, сотрясавшие ее тело, превратились в слабое содрогание. Она больше не
кричала, и Огнегрив понял, что У нее совсем не осталось сил. Крутобок бродил вокруг, не сводя
глаз с Серебрянки. Из груди его вырывались какие-то странные, незнакомые звуки... Видимо,
он даже не замечал наблюдавшего за ними Когтя.
Прежде чем Огнегрив успел ответить, у скалы появилась Пепелюшка. Обогнув камень,
она протиснулась в балку и очутилась возле Серебрянки. Бросив на землю свои травы,
Пепелюшка принялась быстро обнюхивать серебристую королеву.
- Огнегрив! - крикнула она спустя какое-то время. - Спускайся сюда! Мне нужна
помощь.
Не обращая внимания на злобное шипение Когтя, Огнегрив скользнул в овражек, обдирая
когти об отвесную скалу. Едва его лапы коснулись земли, к нему бросилась Пепелюшка. В
зубах она держала крошечного котенка. Глаза малыша были закрыты, уши прижаты к головке,
а мокрая шерстка прилипла к тельцу.
- Он мертвый? - прошептал Огнегрив.
- Нет! - буркнула Пепелюшка, опуская котенка на землю перед Огнегривом. - Давай,
вылизывай его! Его надо согреть, чтобы разогнать кровь. С этими словами она с трудом
развернулась в тесном овраге и снова приблизилась к Серебрянке. Ее спина загораживала
Огнегриву обзор, так что он мог лишь слышать взволнованный голос Крутобока и ласковое
бормотание маленькой целительницы.
Склонившись над котенком, Огнегрив с силой провел языком вдоль крошечного тельца.
Он лизал и лизал, но малыш не подавал никаких признаков жизни. Может, Пепелюшка
ошиблась, и он с самого начала был мертв? Но вдруг крошечный комочек слабо шевельнулся и
открыл ротик в беззвучном крике.
- Он живой! - выдохнул Огнегрив.
- А я что говорила? - откликнулась Пепелюшка. - Продолжай вылизывать! У нас в
любую минуту может появиться еще один. Очень хорошо, Серебрянка... ты все делаешь
правильно! -
Коготь, наконец, соизволил спуститься со своего наблюдательного пункта и остановился у
края балки. Лицо его было мрачнее тучи.
- Так-так... Кошка из Речного племени, - прошипел он. - Может, кто-нибудь из вас
объяснит мне, что тут происходит?
Прежде чем кто-нибудь успел открыть рот, раздался торжествующий крик Пепелюшки.
- Молодец, Серебрянка! Умница! В следующую секунду в пасти у нее уже болтался еще
один котенок. Пепелюшка быстро обернулась и положила малыша перед Когтем.
- Вот! Лижи скорее! Коготь злобно сверкнул глазами.
- Я не целитель, ясно? В голубых глазах Пепелюшки сверкнули молнии.
Но язык-то у тебя есть, правда? Лижи скорее, безмозглый комок шерсти! Или ты хочешь,
чтобы малыш умер по твоей милости?!
Огнегрив застыл на месте. На какую-то долю секунды ему показалось, что Коготь сейчас
кинется на Пепелюшку и одним ударом распорет ей живот. Но ничего этого не произошло.
Огромный глашатай молча нагнул свою огромную голову и начал вылизывать второго котенка.
Тем временем Пепелюшка снова повернулась к Серебрянке, и Огнегрив услышал ее
настойчивый голосок:
- Ты должна проглотить эту травку. Крутобок! Заставь ее съесть как можно больше!
Надо немедленно остановить кровотечение. Огнегрив на секунду перестал работать языком.
Дыхание котенка выровнялось, и было видно, что он вне опасности. Сейчас Огнегрива больше
всего волновало то, что происходит в овраге. Вдруг он услышал отчаянный крик Пепелюшки:
- Держись, Серебрянка! И тут же громкий, безумный вопль Крутобока:
- Серебрянка!! Огнегрив не выдержал. Оставив котенка, он рванулся вперед и
протиснулся к Пепелюшке. Он еще успел увидеть, как Серебрянка подняла голову и слабо
провела языком по лицу Крутобока:
- Прощай, Крутобок... - еле слышно прошептала она. - Я люблю тебя... Позаботься о
наших малышах...
В следующую секунду сильнейшая судорога сотрясла все ее тело. Голова Серебрянки
откинулась назад, лапы дернулись - и она застыла.
- Серебрянка... - прошептала Пепелюшка.
- Нет, Серебрянка, нет, - тихо зашептал Крутобок. - Ты только не уходи. Не оставляй
меня! - он склонился над неподвижным телом и ласково ткнул Серебрянку носом в бок. Она
не шелохнулась.
- Серебрянка! - Крутобок отпрянул и запрокинул голову. Громкий вопль вырвался из
его груди. - Моя Серебрянка! Она умерла...
Пепелюшка еще какое-то время стояла над мертвой, отчаянно нажимая ей на живот, но в
конце концов была вынуждена признать свое поражение. Она села и уставилась куда-то в даль.
Глаза ее погасли. Огнегрив остановился рядом с бывшей ученицей.
- Пепелюшка, котята здоровы, - прошептал он. Она повернула голову, и от ее взгляда у
него едва не остановилось сердце.
- А их мать умерла. Я потеряла ее, Огнегрив. Горестные вопли Крутобока эхом
разносились по скалам, когда глашатай неслышно подошел к котам, размахнулся своей
огромной лапой и что было силы ударил серого воина по уху.
- Хватит орать! Крутобок замолчал. "Он не послушался, - понял Огнегрив. - Он
просто обессилел от горя". Коготь гневно обвел глазами собравшихся.
- Может, теперь кто-нибудь объяснит мне, что тут произошло? Крутобок, ты знал эту
кошку из Речного племени?
Крутобок поднял голову. Глаза его были пусты и холодны, как речная галька.
- Я любил ее, - прошептал он.
- Что? Так это... это твои котята?! - казалось, на этот раз Коготь был по-настоящему
ошарашен.
- Мои и Серебрянкины, - с какой-то безумной гордостью выпалил Крутобок. - Я знаю
все, что ты сейчас скажешь, Коготь. Можешь не утруждать себя. Мне уже все равно, - он
повернулся к Серебрянке, зарылся носом в ее шерсть и что-то тихо зашептал.
Тем временем Пепелюшка закончила осматривать котят. -
Думаю, они будут жить, - объявила она, но Огнегрив сразу заметил, что голос ее звучал
не так уверенно, как прежде. - Надо как можно скорее отнести их в лагерь и найти королеву,
которая сможет их вы кормить. Коготь резко повернулся к ней.
- Ты в своем уме?! С какой стати Грозовое племя должно выхаживать их? Это же
полукровки! Они не нужны ни одному племени! Но Пепелюшка и ухом не повела.
- Огнегрив, ты возьмешь этого, - распорядилась она, - а я понесу второго.
Огнегрив послушно повел усами, но прежде чем взять котенка, он подошел к Крутобоку и
прижался к его плечу.
- Ты хочешь пойти с нами? Крутобок с трудом покачал головой.
- Я должен остаться здесь и... похоронить ее, - прошептал он. - Здесь, в этой земле,
между Речным племенем и Грозовым. После всего, что произошло, Речное племя вряд ли
захочет оплакать мою Серебрянку. У Огнегрива сердце разрывалось от жалости, но он знал, что
уже ничем не может помочь другу.
- Я отнесу котенка и вернусь, - пообещал он и добавил чуть тише: - Я оплакаю ее
вместе с тобой, Крутобок. Она была храбрая. Я знаю, она любила тебя.
Крутобок не ответил. Огнегрив взял в зубы котенка и пошел в лагерь, оставив друга возле
неподвижного тела кошки, которую тот любил больше своего племени, больше своей чести и
больше собственной жизни.
Глава XXII
Коготь убежал вперед, и к тому времени, как Пепелюшка с Огнегривом достигли лагеря,
все племя уже знало о том, что произошло. Воины и ученики высыпали из своих пещер и молча
смотрели на котят. Огнегриву казалось, что даже воздух над поляной пропах изумлением.
Синяя Звезда стояла у входа в детскую. Казалось, она поджидала Огнегрива с
Пепелюшкой. Огнегрив был готов к тому, что предводительница откажется возлагать на племя
заботу о чужих котятах и велит им отнести малышей обратно, но она лишь негромко сказала: -
Входите. В зарослях ежевики царили тишина и полумрак. Чернобурка спала на мху вместе со
своими котятами, и среди серой и рыжеватой шерсти снежным пятнышком сияла белая шкурка
Облачка. Рядом с ними, в моховом гнездышке, выстланном пушистыми перьями, лежала на
боку Златошейка и деловито вылизывала своих котят. Один из малышей был палевым, в мать, а
второй - темным и полосатым.
- Златошейка, - тихо сказала Синяя Звезда. - Я хочу обратиться к тебе с просьбой. Ты
не могла бы взять еще двоих котят? Их мать только что умерла.
Королева резко подняла голову, но стоило ей увидеть крошечных котят, свисающих из
пастей Огнегрива и Пепелюшки, как изумление в ее глазах уступило место нежности. Котята
начали слабо шевелиться и тоненько попискивать от голода и страха.
- Я думаю... - начала Златошейка.
- Погодите-ка! - вмешалась Горностайка, втискиваясь в детскую вслед за
Огнегривом. - Прежде чем соглашаться, ты бы спросила у Синей Звезды, чьи это детки!
Огнегрив не на шутку перепугался. Горностайка была хорошей матерью, но отличалась таким
сердитым нравом, что было бы глупо ожидать от нее любви к беспомощным полукровкам.
- Я как раз собиралась сказать об этом, - мягко заметила Синяя Звезда. - Златошейка,
это котята Крутобока. Их матерью была Серебрянка из Речного племени.
Златошейка изумленно вытаращила глаза, а Чернобурка тут же очнулась от сна и
навострила уши.
- Вот оно как! - зашипела Горностайка. - Значит, наш Крутобок несколько месяцев
тайком бегал к ней!
Да разве истинный кот позволит себе такое?! Оба они предали свои племена, вот что я
скажу! Изменники и больше ничего! А в котятах этих течет дурная кровь!
- Какая глупость! - неожиданно рявкнула Синяя Звезда, и шерсть у нее на загривке
встала дыбом от негодования. Огнегрив чуть не выронил котенка - ему редко доводилось
видеть предводительницу в таком гневе. - Как бы мы не относились к Крутобоку и
Серебрянке, котята ни в чем не виноваты. Ты возьмешь их, Златошейка? Они умрут без матери.
Королева помолчала, потом глубоко вздохнула и ответила: - Разве я могу отказаться? У меня
полно молока!
Горностайка возмущенно фыркнула и демонстративно повернулась спиной к вошедшим.
Огнегрив с Пепелюшкой осторожно положили котят в гнездо рядом со Златошейкой. Палевая
королева наклонила голову, подтолкнула малышей поближе к своему животу, и они с
удовольствием начали сосать.
- Спасибо, Златошейка, - промурлыкала Синяя Звезда.
Огнегрив покосился на предводительницу и увидел, что та с какой-то жадной нежностью
смотрит на маленьких сирот, словно видит в них своих давно потерянных котят. Невольно
отвлекшись от событий сегодняшнего дня, Огнегрив вновь подумал о Камне и Невидимке.
Неужели он прав, и они - дети Синей Звезды?
Он не успел как следует подумать об этом, потому что Пепелюшка вдруг резко
развернулась и вышла. Огнегрив выскочил за ней следом и увидел, что ученица целительницы
лежит на земле, уронив голову на лапы.
- Что с тобой? - испугался он.
- Серебрянка умерла, - еле слышно прошептала Пепелюшка. - Я позволила ей
умереть.
- Это неправда! Кошечка подняла голову, ее голубые глаза превратились в озера, полные
печали.
- Я должна стать целительницей! Я должна спасать жизни! А я...
- Ты спасла двоих котят! - напомнил Огнегрив, придвигаясь ближе и прижимаясь
головой к ее щеке.
- Но не спасла Серебрянку.
У Огнегрива сердце сжалось от жалости. Он прекрасно понимал, что сейчас чувствует
Пепелюшка, но не находил слов, чтобы разубедить ее. Проклиная свою беспомощность, он
принялся ласково вылизывать серую Пепелюшкину шерстку.
- Что тут происходит? Огнегрив поднял голову и увидел Щербатую. Старая
целительница стояла перед ними. На ее плоском сером лице ясно читалось волнение и
недоумение.
- Что это болтают о Крутобоке и кошке из Речного племени?
Пепелюшка, казалось, даже не заметила появления своей наставницы, поэтому Огнегриву
пришлось рассказать Щербатой о трагедии у Нагретых Камней.
- Пепелюшка сотворила чудо! - закончил он свой рассказ. - Если бы не она, котята
непременно погибли бы! Щербатая кивнула.
- Я видела Когтя, - проскрежетала она. - Папоротник прибежал за мной, по дороге к
Нагретым Камням мы встретили Когтя, и он все рассказал нам. Он в ярости... Злится на котят!
Но к тебе это не относится, Пепелюшка. Коготь понимает, что ты всего лишь выполняла долг
целительницы, - добавила старуха. Пепелюшка подняла голову и впервые посмотрела на
старую кошку.
- Я никогда не стану целительницей, - горько вздохнула она. - От меня не будет
никакого проку! Я ничего не могу! Из-за меня погибла Серебрянка!
- Это что еще ты вбила себе в голову?! - взревела Щербатая, сердито выгибая
костлявую спину. - В жизни не слышала такой мышиной чепухи!
- Щербатая, послушай, - забормотал Огнегрив, напуганный ее резким тоном, но
целительница и ухом не повела в его сторону.
- Ты сделала все возможное! - бушевала она. - Ни одна кошка не сделала бы больше!
- Но этого оказалось мало, - отрешенно произнесла Пепелюшка. - Окажись ты на
моем месте, Серебрянка осталась бы жива!
- С чего ты это взяла? Это ведомо одному Звездному племени, а не нам с тобой. Ох,
Пепелюшка, порой коты погибают и никто не может их спасти... - целительница издала
какой-то хриплый звук - то ли смешок, то ли вздох, и продолжила: - Даже я.
- Но я потеряла ее!
- Я знаю. Это жестокий урок, Пепелюшка, - произнесла Щербатая с грубоватым
сочувствием в голосе. - Но ведь и мне приходилось терять котов - много, больше, чем я могу
сосчитать. У каждого целителя есть свои потери. С этим надо смириться. С этим придется жить.
Привыкай, - она потерлась о Пепелюшку своей покрытой шрамами щекой и с силой
подтолкнула ее, заставляя подняться на лапы. - Пошли. У нас еще много работы. Безух опять
жалуется на боли в суставах.
Старуха повела Пепелюшку к своей пещере, но на полпути остановилась и посмотрела
через плечо на Огнегрива:
- Не беспокойся! - прошептала она. - С ней все будет в порядке! Огнегрив проводил
их глазами, пока обе не скрылись в темноте расщелины.
- На Щербатую можно положиться, - раздался рядом с ним чей-то тихий голос, и,
повернувшись, Огнегрив увидел предводительницу. - Она поможет Пепелюшке справиться с
отчаянием.
Синяя Звезда сидела перед входом в детскую, обернув лапки хвостом. Она выглядела
абсолютно спокойной, будто ее не коснулась всеобщая суматоха, поднятая известиями о смерти
Серебрянки и незаконной любви Крутобока.
- Синяя Звезда, - неуверенно начал Огнегрив. - Что теперь будет с Крутобоком? Его
ждет наказание? Предводительница задумалась.
- Пока я не могу ответить на этот вопрос, - сказала она, помолчав. - Мне нужно
посоветоваться с Когтем и другими воинами.
- Это было сильнее него! - внезапно выпалил Огнегрив.
- Сильнее него, говоришь? - сверкнула глазами Синяя Звезда, и в ее голосе Огнегрив
услышал гнев, которого ждал и боялся: - Он не смог пересилить себя, когда предавал свое
племя, встречаясь с Серебрянкой?! Я могу обещать тебе только одно, - добавила
предводительница чуть спокойнее: - Я ничего не стану предпринимать, пока он не оправится
от потрясения. Мы должны как следует обдумать этот случай.
- Но ведь ты не удивлена, правда? - спросил Огнегрив, не веря собственной
смелости. - Неужели ты знала?
Он почти не рассчитывал на ответ, поэтому не удивился, когда Синяя Звезда помолчала,
не сводя с него пристального взгляда. В глазах ее он прочел мудрость и что-то похожее на
тоску.
- Разумеется, я знала, - наконец промолвила Синяя Звезда. - Предводительница
обязана знать о таких вещах. Неужели ты думаешь, что на Советах я была слепа?!
- Но тогда... Почему же ты не положила всему этому конец?
- Я надеялась, что Крутобок сам вспомнит о своем долге перед племенем, - ответила
Синяя Звезда. - Если же нет... Я прекрасно понимала, что отношения эти не могут
продолжаться вечно. Рано или поздно им был бы положен конец. Разумеется, я и подумать не
могла, что этот конец будет так ужасен! Впрочем, я не знаю, как Крутобок смог бы смириться с
тем, что его дети будут расти воинами другого племени.
- Ты лучше других понимаешь, каково это, верно? - сорвалось с языка Огнегрива,
прежде чем он успел подумать. - Ведь однажды это случилось с тобой! - Синяя Звезда
замерла, в глазах ее сверкнул гнев. Огнегрив весь съежился, но в следующую секунду
предводительница снова расслабилась, гнев ее исчез, а взгляд стал тоскливым и задумчивым.
- Значит, ты обо всем догадался, - тихо сказала она. - Я так и думала. Да, Огнегрив.
Камень и Невидимка когда-то были моими детьми.
- Пойдем, - приказала Синяя Звезда, и медленно двинулась через лагерь к своей
пещере. Огнегриву ничего не оставалось, как повиноваться. Зайдя внутрь, предводительница
велела ему сесть, а сама устроилась на подстилке.
- Как много ты знаешь? - спросила она, устремив на него пытливый взгляд своих синих
глаз.
- Я знаю только то, что Желудь однажды принес в Речное племя двух котят, родившихся
в Грозовом племени, - пробормотал Огнегрив. - Он сказал Лужице - королеве, которая
выкормила их, что не знает, кто их мать и откуда они. Синяя Звезда кивнула, глаза ее
потеплели.
- Я знала, что Желудь никогда не предаст меня, - прошептала она, поднимая голову. -
Он был отцом моих котят. Об этом ты не догадался? Огнегрив тупо покачал головой. Этого он
не знал, хотя теперь становилось понятно, почему Желудь так настойчиво упрашивал Лужицу
позаботиться о беспомощных малышах.
- Но как все это произошло? - спросил он. Любопытство заставило его забыть о всякой
осторожности. - Ведь Желудь не крал их, правда? Синяя Звезда с досадой пошевелила ушами.
- Разумеется, нет! - в ее глазах Огнегрив прочел такую боль, что невольно смутился.
Он и представить не мог, какие муки терзают душу предводительницы Грозового племени! -
Желудь не крал котят. Я сама отдала их ему. Огнегрив изумленно вытаращил глаза. Не говоря
ни слова, он ждал ее объяснений.
- Мое воинское имя было Синегривка, - начала свой рассказ Синяя Звезда. - Так же
как и ты, я мечтала лишь о том, чтобы верой и правдой служить своему племени... Мы с
Желудем встретились на Совете, в самом начале сезона Голых Деревьев. Наша любовь длилась
недолго... Когда я узнала, что жду котят, то, разумеется, решила вырастить их в своем племени.
Никто никогда не спрашивал меня об отце моих детей.
- Но как же... - начал было Огнегрив. Глаза Синей Звезды смотрели куда-то вдаль,
словно она пыталась заглянуть в далекое прошлое.
- И в это время наш глашатай, Карий, решил уйти на покой. Я поняла, что мне
предоставляется отличная возможность занять его место. Наш целитель сразу сказал, что
Звездное племя особо благоволит ко мне. Но я прекрасно понимала, что никакое племя не
изберет в глашатаи кормящую королеву.
- И ты решила отказаться от котят?! - не веря своим ушам спросил Огнегрив. -
Неужели ты не могла дождаться, пока они подрастут и станут учениками?
- Это было непростое решение, - тихо ответила Синяя Звезда, и голос ее сорвался. - В
тот год сезон Голых Деревьев выдался особо суровым. Все племя голодало, и у меня не хватало
молока для моих котят... Я знала, что в Речном племени им будет лучше. В то время река еще
кишела рыбой, а Речные коты не знали, что такое голод.
- Но ведь ты навсегда потеряла их... - Огнегрив за жмурился от сострадания к своей
предводительнице.
- Огнегрив! Не тебе объяснять мне, насколько тяжелым было это решение! Много ночей
я не сомкнула глаз, размышляя о том, как следует поступить. Что будет лучше для котят? Что
лучше для меня... и что лучше для моего племени?
- Но, наверное, в племени были и другие воины, мечтавшие стать глашатаями? -
спросил Огнегрив. Ему до сих пор не хотелось верить в то, что Синяя Звезда принесла родных
детей в жертву собственному честолюбию.
Синяя Звезда гордо вскинула подбородок.
- Разумеется, были. Был Остролап. Отличный воин - храбрый и очень сильный. Но вся
беда в том, что любую проблему он стремился решать только силой... Он не видел иного
выхода, кроме войны или драки. Значит, я должна была позволить ему стать глашатаем, а затем
и предводителем, и ввергнуть мое племя в ненужные войны? - Она грустно покачала
головой. - Он погиб, как жил... Это случилось за несколько сезонов до того, как ты пришел в
наше племя. Напал на патруль Речного племени - и погиб. До самого последнего дня он
оставался диким и необузданным. Нет, Огнегрив. Я не могла позволить ему уничтожить
Грозовое племя.
- Ты сама передала котят Желудю?
- Да. Я все рассказала ему на одном из Советов, и он согласился со мной. Однажды
ночью я выскользнула из лагеря и отнесла котят к Нагретым Камням, где меня ждал Желудь.
Он взял двоих из них и перенес через реку. - Двоих? - изумленно переспросил Огнегрив. -
Разве их было больше?!
- Трое, - скорбно нагнула голову Синяя Звезда, и голос ее стал так тих, что Огнегрив
едва разбирал слова. - Третий котенок оказался слишком слаб для такого путешествия. Он
умер. Умер у меня на глазах, у реки...
- Но что ты сказала своему племени? Как объяснила исчезновение котят? - быстро
спросил Огнегрив. Только теперь он вспомнил, как на Совете Лоскут упоминал о страшной
зиме, в которую Синяя Звезда "потеряла" своих котят.
- Я... Я позаботилась о том, чтобы все выглядело, будто их украл какой-то крупный
хищник - лиса или барсук. Перед уходом я прорыла ход под землей, а в племени сказала, что
пошла охотиться, пока котята спали... - она вся дрожала, и Огнегрив невольно подумал, что
признание в собственной лжи далось предводительнице труднее, чем расставание с жизнью.
Дважды он был свидетелем того, как она теряла жизни, и мог сказать это наверняка.
- Все племя отправилось на поиски, - продолжала рассказывать Синяя Звезда. - Я
тоже принимала в них участие... Все племя сочувствовало мне, - она уронила голову на
вытянутые лапы, и Огнегрив, забыв, что перед ним предводительница, бросился к ней и
принялся ласково лизать уши.
Он снова вспомнил свой сон и безликую королеву, которая исчезла, оставив своих детей
беспомощно плакать в одиночестве. Вначале он думал, что ему снилась Серебрянка, но теперь
понял, что королевой могла быть и Синяя Звезда. Этот сон можно было толковать и как
пророчество, и
...Закладка в соц.сетях
