Жанр: Сказка
Повести-сказки
....
- Ах, как интересно! - воскликнула Оля. - Разреши мне, пожалуйста,
побывать по ту сторону зеркала!
Голос ответил не сразу, как будто зеркало погрузилось в задумчивость.
- С твоим характером, - произнес, наконец, звенящий голос, - опасно
очутиться по ту сторону зеркала.
- Разве у меня плохой характер?
Снова раздался вздох.
- Видишь ли, ты, конечно, хорошая девочка... Я вижу добрые глаза -
значит, и сердечко у тебя доброе.
Но у тебя есть недостатки, которые могут помешать тебе в трудную минуту!
- Я ничего не боюсь! - решительно махнула косичками Оля.
- Что ж, пусть будет по-твоему, - произнес голос.
И передняя наполнилась вдруг звоном, словно разбились тысячи хрустальных
стекляшек. Оля вздрогнула, и книга, которую она держала под мышкой,
полетела на пол.
ГЛАВА ВТОРАЯ, в которой Оля знакомится со своим отражением и попадает
в сказочную страну
Хрустальный звон все усиливался. По гладкому стеклу зеркала побежали
голубые волны. С каждой секундой они становились все голубее и голубее,
и теперь уже зеркало ничего не отражало.
Затем голубые волны рассеялись, словно туман, и хрустальный звон затих.
Оля снова увидела в зеркале переднюю и свое отражение. Однако стекло
исчезло. Осталась только одна рама от зеркала, через которую - Оля
отчетливо почувствовала это - повеяло ветерком.
Набрав в легкие воздуха и зажмурив глаза, будто она собиралась нырнуть
в воду, Оля быстро подняла ногу, переступила через раму и, столкнувшись
с кем-то, полетела на пол. Она схватилась за ушибленный лоб,
открыла глаза и села. Перед ней, схватившись за лоб, сидела девочка с
русыми косами и большими голубыми глазами.
- А ведь мы обе виноваты, что столкнулись, - сказала девочка, смущенно
улыбаясь. - Ты слишком быстро сделала шаг вперед. И я сделала шаг
вперед. Ведь я привыкла делать то же, что и ты! Я не догадалась сразу,
что мне нужно уступить тебе дорогу.
- Ничего, мне не очень больно, - проговорила Оля, потирая лоб, -
только, наверное, вскочит шишка.
- Там, в своей передней, ты обронила книжку, - сказала девочка Оле, -
вот она.
И девочка протянула книгу, на которой было написано "икзакС". Оля усмехнулась
и внимательно оглядела отраженную переднюю, в которой находилась.
Все в ней было наоборот. То, что дома стояло справа, здесь оказалось
слева, а то, что там стояло слева, здесь оказалось справа.
Вдруг хрустальный звон привлек ее внимание. Оля увидела, что в зеркальной
раме снова появились голубые волны. Она торопливо подбежала к
зеркалу, но его поверхность уже успокоилось. Оля прислонила к зеркалу
лоб и почувствовала холодок стекла. "Как же я теперь попаду домой? - подумала
она. Ей вдруг стало тревожно и грустно. Она видела в зеркале переднюю
своей квартиры, которая была так близко и в то же время так далеко
теперь. Какой милой ей показалась эта передняя! Вон на полу лежит ее
любимая книга, на которой написано: "Сказки". А вон на вешалке висит папино
летнее пальто, которое мама вынула из сундука, чтобы оно проветрилось:
от пальто пахло нафталином.
Оля оглянулась.
Здесь, в отраженной передней, тоже висело пальто, такое же, как у папы,
но сколько Оля ни тянула носом воздух, она не почувствовала запаха
нафталина.
- Я не хочу здесь оставаться, - сказала Оля и сердито посмотрела на
девочку. - Я хочу домой.
- Нельзя, - серьезно проговорила девочка, поднимаясь с пола. - Голубые
волны не могут появляться так часто.
- А если я... разобью стекло?
- Тогда будет еще хуже. Ты на всю жизнь останешься по эту сторону
зеркала.
Слезы брызнули из Олиных глаз и закапали на пол. "Дзинь, дзинь!" -
зазвенели слезинки; ударившись об пол, они превращались в стеклышки и
разбивались на сотни крошечных частей.
- Зачем же ты огорчаешься? - ласково заговорила девочка. - Нам с тобой
не будет скучно.
- Как тебя зовут? - всхлипывая, спросила Оля.
- Меня зовут Яло. А тебя зовут Оля?
- Правильно! - воскликнула удивленная Оля. - Как ты узнала?
- Это очень просто. Ведь я твое отражение. Значит, имя у меня такое
же, как у тебя, только наоборот. Оля наоборот будет Яло. Видишь, у меня
все наоборот: у тебя родинка на правой щеке, а у меня на левой.
- Это очень забавно, - улыбнулась Оля сквозь слезы. - Если ты мое отражение,
значит, ты...
- Что?
- Ты не обидишься, если я тебя спрошу?
- Конечно, нет, - ответила девочка. - Что тебя интересует?
- Если ты мое отражение - значит, ты должна быть левшой?
- Так и есть. Я все делаю левой рукой. И это значительно удобнее, чем
правой.
- Здесь все очень смешно, - сказала Оля и вдруг поежилась. - Скажи,
пожалуйста, откуда так сильно дует?
- Не знаю, - пожала плечами Яло и вдруг указала на книгу. - Посмотри,
страницы твоей книжки шевелятся.
Девочки склонились над книгой, страницы которой действительно трепетали
под ветром. Откуда он? Оля открыла книгу как раз на той странице,
где был нарисован сказочный дом с разноцветными домами со шпилями. Как
это ни странно, но ветер дул с этой картинки!
- Браво! - вдруг захлопала в ладоши Яло. - Оля, давай погуляем по
этому городу.
Олины глаза от изумления расширились.
- Ты в своем уме? Это же... книга. Картинка такая маленькая.
Яло, посмеиваясь, приставила открытую книгу к стене, и картинка вдруг
на глазах у девочек выросла до самого потолка.
Оля тихонько ахнула.
- По эту сторону зеркала все может быть, - сказала Яло. - Ты ведь попала
в сказку, Оля. Пойдем посмотрим город, а завтра ты вернешься домой.
- Завтра?! - с ужасом вскрикнула Оля. - Да знаешь ли ты, что будет
делаться дома? Меня будет разыскивать вся городская милиция... А мама,
наверное, подумает... Бедная мамочка, она подумает, что я попала под
трамвай, потому что я всегда очень неосторожно перехожу улицу!
- Ты напрасно беспокоишься. Дома никто и не заметит, что тебя нет.
Даже если ты пробудешь здесь целую тысячу лет! Когда бы ты ни вернулась
обратно, ваши часы будут показывать тот же час, ту же минуту и даже ту
же самую секунду, когда ты переступила через раму. Вот посмотри-ка на
часы. Оля подняла голову и увидела на стене часы точно такие, какие висели
дома в передней. Только циферблат на этих часах был нарисован наоборот
и стрелки двигались не вперед, а назад.
- Ну, если так, тогда пойдем! - рассмеялась Оля.
Девочки взялись за руки и, обдуваемые легким ветерком, без всякого
труда вошли в сказочный город.
дается, что не все то золото, что блестит
Девочки вышли на вершину холма, с которого открывался удивительный
вид. У их ног начиналась огромная стеклянная лестница. Она уходила далеко
вниз, и там внизу, у ее подножия, раскинулся город. Он был весь из
разноцветного стекла, и его бесчисленные башни и шпили отражали солнце и
слепили глаза.
Держась за руки, Оля и Яло начали спускаться по лестнице. Ступени,
словно струны, зазвенели под их ногами. По бокам лестницы стояли широкие
зеркала. Заглянув в одно из них, Оля увидела двух очень толстых и широколицых
девочек.
- Неужели это мы? - растерянно спросила она.
- Да. Кажется, мы.
Девочки достигли подножия лестницы и остановились. Перед ними расстилалась
площадь, которую окружали красивые дома из желтого, красного, синего,
зеленого и белого стекла. Красивые дамы в длинных шелковых платьях
и кавалеры в расшитых золотом пышных костюмах гуляли вокруг фонтана, из
которого высоко в небо взлетали прозрачные струи. Падая на землю, эти
струи превращались в стекло, разбивались на миллионы сверкающих осколков
и наполняли воздух музыкальным звоном. От фонтана веяло приятной прохладой.
Все искрилось в ярком солнечном свете.
Там и тут по площади проезжали коляски с какими-то важными и надутыми
людьми. Звонко стучали по мостовой подковы лошадей. И повсюду на площади,
так же как и на лестнице, были расставлены кривые зеркала.
Оля и Яло с любопытством рассматривали необыкновенных людей. Вот мимо
прошел высокий худой старик в парчовом камзоле и в черных чулках, обтягивающих
его тонкие ноги.
- Дедушка, - обратилась к нему Оля, - скажите, пожалуйста, как называется
эта страна?
- Я не дедушка! - сердито огрызнулся прохожий. - Я церемониймейстер
его величества короля Топседа Седьмого. Противные девчонки! Разве вы забыли,
что наша страна называется Королевство кривых зеркал?
Высоко вздернув голову, надменный старик удалился. Девочки переглянулись,
едва сдерживая смех.
- Яло, он сказал, что короля зовут Топсед, - соображала Оля. - Если
здесь, как ты сказала, все наоборот, значит, он... Деспот?
- Деспот, Оля!
- Вот какой это король!
Девочки обогнули площадь и вошли в маленький, тесный переулок. Чем
дальше они шли по этому переулку, тем ниже и беднее становились дома.
Вот перед ними стена длинного строения из черного стекла, освещенная изнутри
какими-то мерцающими огнями. Из широкой двери клубами вырывался
дым.
- Там, кажется, пожар?! - воскликнула Оля.
Они вошли в дверь и спустились по скользким ступеням в подвал.
- Как трудно дышать! - закашлялась Яло, прикрывая рукой рот.
Девочки увидели темное, наполненное дымом помещение. В полумраке
вспыхивали огни какихто печей. Едва различимые в дыму, как призраки,
двигались полуобнаженные мужчины и юноши, занятые непонятной работой.
Они были худы и измучены.
И вдруг жалобный крик раздался в мастерской. Худенький подросток, покачнувшись,
упал на землю. И сейчас же к нему подошел человек в разноцветной
одежде, с кнутом в руке.
- Опять этот Гурд не хочет работать! - сказал человек.
И Оля услышала, как в воздухе свистнул кнут.
Раз! Кнут опустился на обнаженную спину мальчика, оставив на ней
красную полосу. Мальчик даже не пошевелился: он был без сознания. Человек
снова взмахнул кнутом, но тут Оля бросилась вперед и, задыхаясь от
волнения, крикнула:
- Что вы делаете? Не смейте! Вы же убьете его!..
Человек повернул к девочке разъяренное лицо.
- Я главный надсмотрщик министра Нушрока! Кто смеет делать мне замечания?
- Неужели вам не жаль его? - задыхаясь, проговорила Оля. - Смотрите,
какой он слабый и маленький.
- Отойди прочь! Иначе, клянусь королем, тебе придется плохо, девчонка!
Вокруг Оли и надсмотрщика столпились зеркальщики. Они смотрели на Олю
с такой благодарностью, что это придавало ей смелость.
- Вы не должны его бить! - твердо сказала Оля. - Посмотрите, посмотрите,
он кажется, уже умер... Помогите ему!..
- Вынесите это чучело на воздух! - крикнул надсмотрщик. - Не думаешь
ли ты, девчонка, что министр Нушрок станет беспокоить королевского врача
ради этого мешка с костями?
Мальчика подняли, вынесли на руках из подвала и положили на мостовую
лицом к солнцу. Веки его слабо задрожали.
- Ну вот, я же говорил, что мальчишка притворяется! Он просто не хочет
работать! - прорычал надсмотрщик. - Нет, Гурд, теперь тебе не миновать
королевского суда!
Кто-то тронул Олю за локоть. Она оглянулась и увидела бледную Яло,
протиснувшуюся сквозь толпу.
- Сумасшедшая! - взволнованно прошептала Яло. - Бежим скорее отсюда!
Я так боюсь этого человека с кнутом!
- Я никуда не пойду, пока не узнаю, что будет с мальчиком, - упрямо
тряхнула косичками Оля. Раздался звон подков.
- Кажется, катит Нушрок, - тихо проговорил сгорбленный старик с глубокими
морщинами на лице.
Оля шепотом спросила его:
- А что здесь надо Нушроку?
Он взглянул на нее удивленно.
- Вы, девочки, наверно, чужестранки? Нушрок - хозяин всех зеркальных
мастерских в нашем королевстве... Вот и этих мастерских. Мы делаем здесь
наводку зеркал. Видишь, какие мы все худые? Это оттого, что мы отравлены
ртутными парами. А посмотри-ка на наши руки. Видишь, они покрыты язвами.
Это потому, что мы отравлены ртутью. Скупой Нушрок не хочет заменить
оловянно-ртутную амальгаму серебром. Серебро ему дороже, чем жизнь людей!
- Нушрок - это значит Коршун! - тихонько пояснила Яло.
- Тише!.. - прошептал старый рабочий. - Он подъезжает. Не смотрите
ему в глаза, девочки! Его взгляда никто не выдерживает.
На вороных лошадях в толпу въехали стражники с длинными копьями. Все
торопливо расступились.
А еще через несколько секунд к мастерским подкатила сверкающая карета.
Слуги распахнули дверцы, и Оля увидела выглянувшего из кареты человека,
лицом похожего на коршуна. Нос у него был загнут книзу, словно
клюв. Но не нос поразил ее. Девочка вздрогнула, увидев глаза Нушрока.
Черные и хищные, они словно пронизывали всех насквозь. Оля заметила, что
с Нушроком никто не хочет встречаться взглядом и все смотрят в землю.
Хищные глаза министра медленно осмотрели толпу, скользнули по неподвижно
лежащему мальчику и остановились на надсмотрщике. Надсмотрщик
опустил голову и снял шляпу. - Что случилось? - пискнул человек с лицом
коршуна.
Оля подумала, что голос у него такой же противный, как и глаза.
- Гурд снова не хочет работать, господин министр, - почтительно проговорил
надсмотрщик, не поднимая глаз.
Гурд вдруг застонал и приподнялся, опираясь на руки.
Министр страшным, немигающим взглядом уставился на мальчика.
- Почему ты не хочешь работать?
- Господин министр, - еле слышно проговорил мальчик, - я голоден...
Мне трудно работать.
- Ты лжешь! Каждый день ты получаешь хороший ломоть хлеба.
- Какой же это ломоть, господин министр? Это совсем маленький кусочек,
величиной со спичечную коробку. Я отдал его своей больной матери, -
тихо, но горячо говорил Гурд. Он с трудом поднялся на ноги и, покачнувшись,
оперся рукой о стенку. - У меня осталась только крошка хлеба...
Вот она, на моей ладони. Видите? Я берег ее к вечеру.
- Ах, как изолгался народ! - покривил губы Нушрок. - Это, по-твоему,
крошка? Ну-ка, поднеси ее к зеркалу...
В черном развевающемся плаще Нушрок вдруг выскочил из кареты и подтолкнул
мальчика к кривому зеркалу, одному из тех, которые повсюду стояли
в этом странном городе.
- Подойди поближе к зеркалу! - завизжал Нушрок, брызгая слюной. - Что
ты видишь в зеркале, мальчишка? Ну?
Оля увидела в зеркале толстого мальчика с огромной булкой в руке.
- В зеркале видна целая булка! - усмехнулся надсмотрщик.
- Целая булка! - вскрикнул министр. - И после этого ты говоришь, что
тебе нечего есть?
Гурд внезапно выпрямился. Его усталые глаза блеснули.
- Ваши зеркала врут! - гневно проговорил он, и его щеки даже слабо
порозовели.
Гурд нагнулся, подхватил с земли камень и с силой швырнул его в зеркало.
С веселым звоном осколки стекла посыпались на мостовую. Толпа ахнула.
- Я рад, что разбил это кривое зеркало! Хоть одним лживым зеркалом
будет меньше на свете! Вы для того и расставили по всему городу эти проклятые
зеркала, чтобы обманывать народ! Только все равно вашим зеркалам
никто не верит! - выкрикивал Гурд в лицо Нушроку.
- Взять его! - завизжал Нушрок. - В Башню смерти!
Два стражника подхватили мальчика и потащили по переулку.
- Прощай, Гурд! - крикнул кто-то. - Прощай, мальчик!
- Братья! - раздался другой голос. - Долго ли мы будем еще терпеть
все это?!
Кто-то в толпе запел, и песню подхватили десятки голосов:
Нас угнетают богачи,
Повсюду ложь подстерегает.
Но знайте, наши палачи,
Все ярче Правда расцветает!
Нас ждут великие дела,
Вы нашей Правде, братья, верьте!
Долой кривые зеркала!
Сожжем, разрушим Башню смерти!
- Прекратить!.. - бесновался Нушрок, бегая от одного к другому.
Полы плаща, словно черные крылья, метались за его спиной.
Наклонив копья, стражники ринулись на зеркальщиков и оттеснили их в
подвал.
Нушрок нырнул в карету и махнул перчаткой. Дверцы захлопнулись, лошади
рванулись, и окруженная стражей карета со звоном укатила. На улице
остались лишь девочки да одинокий стражник у входа в мастерскую.
- Скажите, зачем этого несчастного мальчика отвезли в башню?
Высокий стражник посмотрел на Олю сверху вниз, усмехнулся:
- Как зачем? Смешная ты девчонка. Как только королевский суд вынесет
приговор, мальчишку сбросят с Башни смерти, и его тело разобьется на тысячи
осколков. Оля вскрикнула:
- А кто может отменить этот приговор?
- Только сам король. Но он никогда не отменяет приговоров своего суда.
Яло потянула Олю за рукав.
- Оставь его, Оля. Нельзя быть такой неосторожной. Еще немного, и мы
попали бы с тобой в большую беду.
Оля взяла Яло за руку.
- Пойдем, Яло!
- Куда?
- Во дворец короля.
- Что-о?..
- Я не успокоюсь до тех пор, пока Гурд не будет свободен!
- Гурда больше ничего не спасет. Ты слышала, что сказал стражник?
- Все равно мы пойдем во дворец короля? Его надо спасти, Яло! Обязательно!
- Но тебя... тоже могут казнить.
- Все равно! Идем!
Яло смотрела на Олю округлившимися от изумления глазами. Яло не подозревала
в ней столько решимости и бесстрашия. Ведь она, Яло, частенько
видела Олю и ворчливой, и капризной, и такой ленивой, что даже становилось
скучно ее отражать.
Почему же сейчас такой смелостью сверкают глаза Оли?
Читатели, конечно, догадались почему. Потому что, несмотря на свои
недостатки, Оля была пионеркой. И теперь она была полна только одним
чувством - тревогой за жизнь угнетенного мальчика.
- Пойдем! - повторила Оля.
- Что ж, - вздохнула Яло, - пойдем.
Девочки пошли по переулку.
- В этой стране так много блеска, - помолчав, сказала Оля. - Сначала
мне здесь даже понравилось. Но, видно, бабушка права, когда говорит, что
не все то золото, что блестит!
На небе уже искрились звезды, когда Оля и Яло добрались до королевского
дворца. В залах дворца горели свечи, и его хрустальные стены и окна
переливались всеми цветами радуги. За дворцовой оградой звенели фонтаны,
а на деревьях сладко пели невидимые птицы.
- Как красиво! - вздохнула Оля. - Но как тяжело живется людям в этой
стране!
- Вон, наверно, главный вход во дворец, - сказала Яло, показывая на
решетчатые ворота. - Только нас с тобой во дворец все равно не пустят...
Да я больше и не могу идти. Я сильно натерла себе ногу.
- Какую? - спросила Оля.
- Левую.
- А я правую... Как удивительно!
- Ничего удивительного нет, - проворчала Яло, - ведь я твое отражение.
И должна тебе сказать, что отражать тебя не очень-то приятно.
- Вот как? - рассердилась Оля. - В таком случае я тоже должна тебе
кое-что сказать. Меня очень удивляет, что ты мое отражение, а нисколечко
на меня не похожа!
- Не похожа? Чем же это? Разве тем, что я левша и родинка у меня на
левой щеке, а не на правой?
- Не в родинке дело. Я заметила, что ты... не обижайся, пожалуйста,
Яло... что ты труслива. Но я простила бы тебе, если бы в твоем характере
не было еще одной черты...
- Скажите пожалуйста, она бы простила мне! Ты говоришь со мной так,
будто бы я у тебя в подчинении. Хоть я и твое отражение, не забывай, что
я такая же девочка, как и ты. Интересно, какая это у меня еще неприятная
черта?
- Ты можешь оставить человека в беде, Яло. Неужели тебе не жалко Гурда?
Яло промолчала.
- Прости меня, Оля, - в смущении заговорила наконец Яло. - Я не понимаю,
почему я такая... Мне очень хочется быть хорошей, но как я ни стараюсь,
у меня ничего не получается. Ты знаешь, о чем я даже думала? О
том, что эти мои недостатки - это твои недостатки. Но теперь я вижу, что
ты такая добрая. Тут, верно, какая-то ошибка.
Оля почувствовала, как горячо стало ее щекам. "Бедная Яло, - подумала
она, - никакой ошибки тут нет. Ты привыкла отражать мои недостатки и никак
не можешь от них избавиться. Когда заболела одна девочка из нашего
класса и мы пошли навестить ее, я всю дорогу ныла, что она живет очень
далеко. Я думала не о больной подруге, а только о себе самой. Вот так
же, как Яло теперь!"
Оля положила руку на плечо Яло и тихо сказала:
- Знаешь, Яло, о чем я вдруг подумала, когда увидела Гурда? Я подумала,
что настоящая пионерка не может заботиться только о себе, когда другие
нуждаются в ее помощи. - Она порывисто протянула спутнице руку. -
Давай больше никогда не будем ссориться, Яло! Я знаю, что ты хорошая девочка
и непременно освободишься от своих недостатков. Нужно только
по-настоящему захотеть! Я это знаю по себе...
Прихрамывая одна на левую, а другая на правую ногу, девочки подошли к
дворцовым воротам. Два стражника скрестили перед ними алебарды.
- Уважаемые стражники, - сказала Оля, - нам очень, очень нужно видеть
его величество короля Топе еда!
- Что-о-о?..
Стражники расхохотались так громко, что девочки испуганно отскочили в
сторону.
- Девчонки, кажется, рехнулись! - сказал один из них.
- А ну-ка, проваливайте подобру-поздорову! - взмахнул алебардой другой.
Девочки побрели вдоль ограды.
А дворец сверкал. Из распахнутых окон доносилась музыка и веселые голоса.
Было видно, как в огромном зале кружатся танцующие пары. Должно
быть, король давал во дворце бал.
- Я говорила тебе, что нам во дворец не попасть, - вздохнула Яло, со
страхом оглядываясь на стражников, которые еще громко смеялись.
Оля стиснула ей руку.
- Никогда не нужно терять надежды, Яло! Так говорил мне папа. Только
раньше я как-то не задумывалась над этими словами.
- Никакой надежды больше нет. Я очень устала. У меня болит нога, и я
хочу есть, - хныкала Яло.
- Давай попробуем обойти вокруг дворца и найти другой вход.
- Пусть даже сто километров! Мы должны сделать все, чтобы спасти Гурда!
- сказала Оля и подумала: "Вот так же ныла и я, когда шла с девочками
к больной подруге. Как была права бабушка, когда говорила, что мне
нужно посмотреть на себя со стороны!.. И вот теперь я смотрю на себя со
стороны. Какой стыд!.." Яло начала отставать.
- Больше я не могу идти, - жалобно простонала она и села на землю.
- Яло, милая, ну потерпи еще немного!
- Не могу.
Из глаз Яло закапали слезы и зазвенели о плиты мостовой.
В это время мимо девочек проезжала какая-то подвода, покрытая блестящим
брезентом. Две мужские фигуры виднелись наверху. Девочки слышали,
как глуховатый голос сказал:
- Послушай, приятель, неужели король все это съест один? - и человек
похлопал по брезенту рукой.
- Наш король на аппетит не жалуется, - ответил другой голос, и оба
рассмеялись.
- Что это везут? - спросила Яло.
- Кажется, провизию во дворцовую кухню, - ответила Оля и вдруг оживилась.
- Яло, я все придумала! Скорей бежим! - Она потянула подругу за
рукав. - Давай попробуем попасть во дворец на этой подводе.
Прихрамывая, девочки догнали подводу, вскочили на нее и забрались под
брезент. Там они нащупали несколько корзин с чем-то пушистым и мягким и
влезли в одну из корзин.
Через некоторое время подвода остановилась. Девочки почувствовали,
что корзину, в которой они спрятались, сняли с подводы и куда-то несут.
И оттого, что потянуло горячим воздухом и запахло жареным, они поняли,
что их принесли в кухню.
- Что в этой корзине? - раздался чей-то резкий голос.
- Двадцать фазанов, господин главный повар, - хрипло ответил другой.
- И такие тяжелые, что оборвали нам руки!
- Охота была удачная, жаловаться не приходится, - добавил кто-то.
- Поставьте корзину вот здесь, у стены, - последовало приказание, и
корзина стукнулась об пол.
В кухне кто-то сновал взад и вперед, звенела посуда, стучали ножи,
было слышно, как на плите дребезжали крышки кастрюль и что-то шипело.
Девочки не видели, как по кухне сновали озорные поварята в халатах и белых
колпаках, размахивая половниками, но зато они услышали их веселую
песенку:
Аппетит у короля,
Ох, велик, тра-ля-ля!
Очень любит кушать он,
Целый день на кухне звон!
Целый день мы варим, варим,
Целый день мы жарим, жарим
И цыплят, и поросят,
И утят, и индюшат!
И соленья, и варенья
Королю на объеденье!
Ох, скорей бы, тра-ля-ля-ля,
Разорвало короля!
- Ах вы, пострелята! - зазвучал женский смех. - Вот услышит главный
повар, вашу песенку - не миновать вам Башни смерти!
Мало-помалу все стихло. Издалека донесся голос:
- Тетушка Аксал!
- Да, господин главный повар, - ответил женский голос.
- Разбери фазанов, тетушка Аксал, и вынеси их на лед.
- Слушаю, господин главный повар.
- А я пошел спать.
- Спокойной ночи, господин главный повар.
Возле корзины раздались шаги, и фазаны над головами девочек зашевелились.
- Вот так фазаны! - изумленно воскликнула тетушка Аксал. - Клянусь
всеми кривыми зеркалами королевства, я, старая кухарка, никогда не видела
дичи с бантами в косах!
Перепачканные, сконфуженные девочки встали перед женщиной в белом
колпаке, который горой поднимался над ее красным добродушным лицом.
- Ах вы, фазанята! Да как же вы попали в эту корзину? Недаром, видно,
сказали, что охота была удачная!
- Мы... мы... - сказала Яло, облизывая пересохшие губы, - мы заблудились...
- Заблудились? - насмешливо перебила кухарка. - Однако шутки плохи.
Знаете ли вы, фазанята, что вам будет за то, что вы непрошеными явились
во дворец?
- Знаем.
- Они говорят "знаем" так спокойно, как будто я их спрашиваю, знают
ли они свою маму.
Оля нерешительно выступила вперед.
- Вы добрая женщина. Вас, кажется, зовут тетушка Ласка?
- Тетушка Аксал, девочка.
- Это одно и то же. Ну, хорошо. Пусть будет тетушка Аксал. Дорогая
тетушка Аксал, вы поймите нас... Мы пришли во дворец. Ах, у нас такое
горе!
Мы пришли, чтобы...
- Никогда не видела, чтобы люди ходили в корзинах, - усмехнулась кухарка.
- Какое же у вас горе, фазанята?
Оля не успела ответить, потому что за стеклянными колоннами раздались
чьи-то шаги, и эхо звонко повторило их в огромной пустой кухне.
- Кажется, возвращается главный повар, - сказала тетушка Аксал, и ее
лицо стало озабоченным. - И какая блоха его укусила? Вот что, фазанята,
вам лучше не попадаться ему на глаза. Пойдемте-ка в мою каморку, а там
будет видно, что делать.
По узенькой винтовой лестнице девочки поднялись всл
...Закладка в соц.сетях
