Жанр: Сказка
Полное собрание сочинений в 3-х томах
...в, отмеченной в 1943 г. Сталинской премией второй степени. В передовой
газеты "Правда" ("Лауреаты сталинских премии", 20 марта 1943 г.) говорится:
"Родина дорога нам и бескрайными голубеющим просторами своими, и широкими
реками, и горами, и народами своими, их говором, их сказами и преданиями.
Народу нашему полюбился старый уральский сказочник П. Бажов. Его
"Малахитовая шкатулка" содержит в себе самоцветы народной поэзии.
Книга "Малахитовая шкатулка" неоднократно переиздавалась Первое издание
вышло в г. Свердловске, в 1939 г. Сталинская премия была присуждена автору
за второе издание книги, вышедшее в московском издательстве "Советский
писатель" в 1942 г. Третье издание - выпустил Гослитиздат в 1944 г.;
четвертое - Свердлгиз, 1944 г.; пятое издание вышло в Москве в издательстве
"Советский писатель" в 1947 г.; шестое - выпустил Гослитиздат, М. 1948 г.;
седьмое - Свердлгиз, 1949 г.; восьмое - последнее прижизненное издание, в
составления которого принимал участие автор, - выпушено Лениздатом в 1950
г.
В 1944 г. книга была выпущена в Англии. В этой связи П. Бажов
интересовался характером перевода и издания. Он писал: "Ведь и для автора, и
для сказов, которые, как вам известно, партийно направлены, далеко не
безразлично, кто будет издавать... Когда переводят свои, там может быть
порой и смешное в подыскании адекватных выражений, но есть полная
уверенность, что извращений основной мысли не будет, а ведь в частном
издательстве могут и вверх ногами поставить, а то выделить одну мишуру". (Из
архива П. Бажова. Письмо от 25 февраля 1945 г.)
Из зарубежных изданий "Малахитовой шкатулки" можно еще назвать -
"Steinblomsten", Falken forlag, Oslo (Норвегия), 1946 г, "La Fleur de
pierre", Editions du Bateau Ivre (Франция), 1947 г.; книга вышла и в
славянских странах, в частности в Чехословакии (1946). Отдельные сказы
опубликованы на китайском языке - журнал "Литература и искусство", Шанхай, э
25. 1946.
КАМЕННЫЙ ЦВЕТОК
Впервые опубликован в 1938 г. ("Литературная газета" 10 мая 1538 г.;
"Уральский современник", кн. 1). К этому сказу примыкают два других:
"Горный мастер", повествующий о невесте главного героя первого сказа -
Катерине, и "Хрупкая веточка" - о сыне Катерины и Данилы-камнереза. П.
Бажов задумал четвертый сказ, завершающий историю этой семьи камнерезов.
Писатель говорил:
"Собираюсь закончить сказ о "Каменном цветке". Мне хочется показать в
нем преемников его героя, Данилы, написать об их замечательном мастерстве,
устремлении в будущее. Действие сказа думаю довести до наших дней"
("Вечерняя Москва", 31 января 1948 г. Беседа П. Бажова с корреспондентом
газеты). Замысел этот остался неосуществленным.
Сказ "Каменный цветок" был экранизирован в 1946 г. В основу сценария П.
Бажовым положены сюжеты двух сказов - "Каменный цветок" и "Горный мастер".
В 1951 г. на сцене театра К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко была
поставлена опера молодого композитора К. Молчанова "Каменный цветок".
Впервые опубликован в 1939 г. (газета "На смену", г. Свердловск, ээ
7-10, 12, 13 за 1939 г.; журнал "Октябрь", э 5-6, 1939 г., а также первое
издание книги "Малахитовая шкатулка", Свердловское областное издательство,
1939 г.).
Сказ впервые напечатан в газете "Уральский рабочий". 22 сентября 1940г.
Опубликован впервые в литературно-художественном сборнике "Говорит
Урал" (Свердлгиз, 1942), изданном к 25-летию Октябрьской революции силами
писательской организации г. Свердловска и группы московских писателей (см.
газету "Правда" от 22 ноября 1942 г.). Сборник посвящен героическому
советскому тылу, советским людям, превратившим Урал "в становой хребет
обороны отечества". Символически звучит концовка опубликованного в сборнике
сказа П. Бажова: "Не беспокойтесь - рабочие руки все могут! Кое в порошок
сомнут, кое по крупинкам соберут да мяконько прогладят - вот и выйдет
цельный камень небывалой радости. Всему миру на диво. И на поученье - тоже".
Впервые опубликован в 1939 г. (журнал "Октябрь", э 5-6, 1939 г., а
также в первом издании книги "Малахитовая шкатулка", Свердловское областное
издательство, 1939 г.).
Напечатан в 1936 г. в журнале "Красная новь", э 11. Сказ "Приказчиковы
подошвы" по своему характеру принадлежит к группе вольнолюбивых "тайных
сказов". В них звучал призыв к расправе над жестокими притеснителями рабочих
- рудничным начальством и заводовладельцамн. К сказу "Приказчиковы подошвы"
тематически примыкает еще несколько произведений, таких, как "Сочневы
камешки" (1937), "Травяная западенка" (1940), "Таюткино зеркальце" (1941).
Напечатан впервые в книге "Литературный альманах", э 3, Свердловск,
1937 г.
Опубликован впервые в журнале "Индустрия социализма", э 1, 1940 г.
Впервые напечатан в газете "Уральский рабочий" 30 марта 1941 г. П.
Бажов неоднократно подчеркивал необходимость кропотливой и тщательной
работы над языком сказов: "Вот в сказе "Таюткино зеркальце" надо сказать
било о надежной крепи. Старый технический словарь и другие словари
подсказывают "крепь". Хорошее народное слово. Но это первое слово. Надо
искать. Сколько русских слов перебрал! И нашлось - "переклад", надежная
крепь- "крепить двойным перекладом". Это сраэу почувствуется. С
удовольствием поставил- "укрепить двойным перекладом". Горжусь: нашел. Эту
простоту, естественность языка, очень трудно найти". (Из архива П. Бажова).
Опубликован впервые в 1938 г. в журналах: "Индустрия социализма", э 2
за 1939 г. и "Октябрь", э 5-6 за тот же год.
В сказе дан фантастический образ "земляной кошки". Бажов так объяснял
его происхождение: "Образ земляной кошки возник в горняцких сказах,
опять-таки в связи с природными явлениями. Сернистый огонек появляется там,
где выходит сернистый газ. Он походит на болотный огонек. Но тот стоит
свечкой, прямой, тонкий. А сернистый огонек имеет широкое основание и потому
напоминает ушко" (опубликовано в книге Л. Скорино "Павел Петрович Бажова,
издательство "Советский писатель", 1947, стр. 62). (Вернее сказать, при
широком основании он очень быстро сужается кверху, из-за большого
удельного веса окислов серы. Болотные огни, напротив, при сгорании метана
дают более легкие продукты. -прим.ск.)
Впервые опубликован в журнале "Красная новь", э II, 1936 г., затем в
сборнике "Дореволюционный фольклор на Урале". Открывает цикл старательских
сказов, таких, как "Змеиный след" (1939), "Огневушка-Поскакушка" (1940),
"Жабреев ходок" (1942), "Золотые дайки" (1945) и "Голубая змейка" (1945). В
этих сказах, действуют новые фантастические персонажи: хозяин золота -
Великий Полоз, его дочери Змеевка, Огневушка, которая указывает на верховое
золото, и т. д. С помощью этих сказочных образов уральские горняки поясняли
загадочные явления природы: "Например, потерялась золотоносная жила - это
значит, что Полоз (огромный змей - хозяин всего зелота в земле)- отвел эту
жилу в другое место... Золото внутри такого плотного камня, как кварц,
объяснялось тем, что здесь прошла Полозова дочь-Змеевка, и т. д." (П.Бажов,
Предисловие к сказам, опубликованным в журнале "Октябрь", э 5-6, 1939, стр.
159. Образ реального героя сказов так же изменяется в старательском цикле:
здесь это уже не рудокоп или мастер-камнерез, а золотоискатель, "первый
добытчик".
Опубликован в сборнике "Малахитовая шкатулка", Свердловское областное
издательство, 1939 г., а также в журнале "Октябрь", э 5-6, 1939 т.
Является прямым продолжением сказа "Про Великого Полоза", рисует дальнейшее
развитие судеб - его героев - двух братьев, золотоискателей. Бажов
подчеркивает характер семейного предания, присущий сказу.
Впервые напечатан в сборнике сказов П. Бажова "Ключ-камень", Свердлгиз,
1942.
Опубликован в 1945 г. в журнале "Новый мир", э 8. Об этом сказе П.
Бажов упоминает в письме от 1 сентября того же года:
"Могу назвать очень немного вещей, которые были написаны за последнее
время: "Круговой фонарь" ('печатался в "Уральском рабочем" и
"Краснофлотце"), "Алмазная спичка" ("Уральские рабочий" и "Вечерняя
Москва"), "Орлиное перо" ("Уральский рабочий"' и "Октябрь"), "Голубая
змейка" и "Золотые дайки" (еще не появились в печати). Последний сказ
предполагался началом - специального цикла (о Березовском золотом руднике),
но думаю, едва ли выйдет: не сумел найти времени, чтобы посидеть в
Березовске месяц-два" (из архива П Бажова).
Замысел создании цикла сказов о Березовском золотом руднике остался
неосуществленным.
В сказе "Золотые дайки" П. Бажов изображает уральских кержаков.
Писатель К.Боголюбов в своих воспоминаниях приводит следующие слова Бажова:
"Правительство видело в старообрядстве дух протеста, оттого и преследовало.
Конечно, нельзя переоценивать этот момент. Это уже будет щаповщина. Щапов
видел в кержаках чуть ли не революционеров, а не замечал, что в кержацких
общинах кто побогаче - гнул своих единоверцев в три дуги. Но суть в другом.
У правительства-то среди православных был- постоянный агент- поп. Не у
мужика, так у бабы мог выведать все тайные масли. А у кержаков нельзя было.
Ни мужик, ни баба не идут к попу, живут сами по себе, и кто их знает, о чем
они думают.. Это верно, что шли за Пугачевым кержаки. А вот на
турчаниновских заводах- работали только православные, и здесь пугачевцы не
могли ничего сделать... Занятный факт" (см. К. Боголюбов, Наш Бажов,
воспоминания, альманах "Южный Урал", э 5, 1951, стр. 58-59). В сказе
"Золотые дайки" П. Бажов рисует кержацкую среду, показывает ее
неоднородность, распад старообрядческих устоев под натиском новых
общественных условий.
Главные герои сказа - это любимые персонажи писателя: первые добытчики,
те, кто открывал новые месторождения, закладывал основу для уральской горной
промышленности.
Сказ опубликован впервые в литературно-художественном сборнике для
детей "Морозко", Свердлгиз, 1940. Это произведение принадлежит к группе
сказов "детского тона". П. Бажов указывал, что его сказы заметно распадаются
на разные группы: "детского тона" - "Огневушка-Поскакушка", например, и
"взрослого тона" - "Каменный цветок", исторические рассказы - "Марков
камень".
Сказ - той же группы, что и "Огневушка-Поскакушка", "Серебряное
копытце" и т. д. Опубликован впервые в издании книжки-малышки в 1945 г.
Свердлгизом. Над этим сказом П Бажов работал с 1943 г., хотя сдал его в
печать лишь спустя два года. Это говорит о творческой взыскательности
писателя.
Первоначальное название сказа - "Ключ камень", изменено писателем на
"Ключ земли". Опубликован впервые в газете "Уральский рабочий" 1 января 1940
г. В 1946 г., когда писатель был выдвинут кандидатом в депутаты Верховного
Совета СССР от Красноуфимского избирательного округа, сказ читался на
собрании избирателей в деревне Крылове.
"После выступления доверенного лица колхозник Петр Григорьевич Булатов
вспомнил историю своей деревни и рассказал о ней несколько интересных
случаев. Кто-то в это время принес книгу "Малахитовая шкатулка", и тов.
Крохалев обратился к учительнице:
- Почитайте, Дора Захаровна
Тов. Русинова подошла поближе к свету и прочитала сказ "Ключ земли". В
комнате стало тихо. Дочитаны последние строки. Поднимается колхозник Павел
Григорьевич Семисынов.
- Прочитайте последние слова еще раз, - говорит он. Несколько голосов
поддерживают предложение. Учительница читает:
"Есть, дескать, камень - ключ земли. До времени его никому не добыть:
ни простому, ни терпеливому, ни удалому, ни счастливому. А вот, когда народ
по правильному пути за своей долей пойдет, тогда тому, который передом идет
и народу путь кажет, этот ключ земли сам в руки дастся.
Тогда все богатства земли откроются и полная перемена жизни будет. На
то надейтесь!"
Разговор снова переходит на родную деревню. Замечательный сказ Павла
Петровича возбудил у слушателей чувство гордости советской Родиной, где под
руководством мудрого вождя, отца и учителя товарища Сталина люди нашли ключ
земли, открывают все новые и новые богатства, достают из недр бесчисленные
полезные ископаемые.
- Мудрый товарищ Сталин дал нам счастливую жизнь, указал всему народу
правильный путь. Этот ключ земли крепко держит в своих руках советский
народ и с пользой его применяет, - говорит Петр Булатов - В прекрасное время
мы живем, хочется дольше жить и трудиться. Павел Петрович Бажов -
достойный сын народа. Своей жизнью он показывает яркий пример любви к
Родине, и в день выборов мы с радостью отдадим за него свои голоса. Все
дружно поддерживают Петра Григорьевича" (газета "Уральский рабочий", 18
января 1946 г.).
Впервые напечатан в книге "Московский альманах", Гослитиздат, 1939.
"Синюшкин колодец" принадлежит к сказам о "первых добытчиках", о тех, кто
умеет "видеть нутро земли". Об открытиях месторождений самоцветов говорится
и в сказах "Ключ земли" (1940), "Серебряное копытце" (1938).
В произведениях этого типа поэтически закреплялись указания опытных
горщиков, предполагавших наличие богатых залежей в тех или иных местностях.
Так, в одном из горняцких преданий Хозяйка горы приводит горщика на забытый
Красногорский рудничок и говорит, что после Гумешек это "самое дорогое
место". П Бажов писал:
"Это мне казалось несообразностью. Гумешки - богатейшее по разнообразию
минералов месторождение - знает весь минералогический мир, а о
Красногорском руднике в научной литературе ничего не сказано.. Потом уже
узнал, что в Красногорском руднике началась разработка золотой жилы.
Значит, сказания горняков, несмотря на то, что они часто бывали основаны на
приметах случайных, имеют под собою реальную почву" (П. Бажов, статья
"Собирание уральского рабочего фольклора", газета "Звезда", г. Молотов, 18
июня 1943 г.).
Когда "Синюшкин колодец" уже был написан, Бажов продолжал
интересоваться деталями, освещающими прошлое Зюзельского рудника, о котором
идеть речь в этом сказе, продолжал "докапываться" и искать воспоминания о
нем старых горщиков.
Сказ "Синюшкин колодец" дослужил основой для пьесы кукольного театра,
спектакль Московского Кукольного театра, поставленный в 1947 г, носит
название "Сказы старого Урала" и включает две пьесы: "Синюшкин колодец" и
"Золотой волос".
Напечатан сказ впервые в 1938 г. в альманахе "Уральский современник",
книга 2-я.
П. Бажовым в соавторстве с Евг. Пермяком написана пьеса "Серебряное
топытце" для детей младшего возраста. Опубликована она в журнале
"Затейник", э 6, М, 1947.
Впервые опубликован в журнале "Техника смене", ээ 9-11, г. Свердловск,
1940. В воспоминаниях уральского писателя К. Боголюбова имеется
свидетельство о том, что П. Бажов многие годы - собирал материалы о подвигах
прославленных русских землепроходцев. "Глубокое изучение Урала нашло
отражение и в сказах "Малахитовой шкатулки", - пишет К. Боголюбов. - При
этом Павел Петрович всегда придерживался научного объяснения. Так,
например, он отстаивал версию об уральском происхождении Ермака еще задолго
до опубликования своих "Ермаковых лебедей" (К. Боголюбов, Наш Бажов,
воспоминания, альманах "Южный Урал", э 5, 1951, ,стр. 58). "Ермаковы лебеди"
дают новую оценку образа русского землепроходца, его новое историческое
осмысление, облеченное в форму народной легенды. На тему этого сказа Евг.
Пермяком написана пьеса "Ермаковы лебеди", опубликованная Свердловским
областным издательством в 1942 г.
Впервые напечатан в детском альманахе "Золотые зерна", Свердловское
областное издательство, 1939. Один из немногих сказов "Малахитовой
шкатулки", основанной на башкирском фольклоре. П. Бажов всегда очень
интересовался национальным народным творчеством - башкирским, татарским,
киргизским и т. д. Однако, как взыскательный художник, он не разрешал себе
пользоваться этими материалами без тщательного изучения реальной жизни и
быта народа. "Думаю, что без бытовой детали не выйдет живого ни в
реальности, ни в фантастике, - писал П. Бажов. - У меня, например, есть
кой-какие запасы по башкирскому фольклору, но я их не пускаю в дело именно
потому, что чувствую себя слабым в отношении бытовых деталей для этого рода
запасов" (см. письмо от 18 сентября 1945 г.; в выдержках опубликовано в
книге Л. Скорино "Павел Петрович Бажов", издательство "Советский писатель",
1947, стр. 63).
Впервые опубликован в сборнике "Дореволюционный фольклор на Урале",
Свердлгиз, 1936, затем в "Литературном альманахе", Свердлгиз, 1936 г. и в
журнале "Красная новь", э 11, 1936 г.
"Дорогое имячко" - один из первых сказов, созданных писателем.
Принадлежит к группе сказов-легенд. В эту группу входят, кроме сказа
"Дорогое имячко", также "Золотой волос" (1939) и "Ермаковы лебеди" (1940).
П.П.Бажов.
Сказки, том второй
П.П.Бажов. Собрание сочинений в трех томах. Том Второй.
Под общей редакцией В.А. Бажовой, А.А. Суркова, Е.А. Пермяка.
Государственное Издательство художественной литературы, Москва, 1952 г.
OCR: NVE , 2000 г.
Во второй том собрания сочинений вошли более поздние, менее
известные сказы, а также словарь слов и выражений. - ( примечание
сканир. )
*******************************************************
Солнечный камень
Богатырева рукавица
Старых гор подаренье
Иванко Крылатко
Веселухин ложок
Коренная тайность
Алмазная спичка
Чугунная бабушка
Хрустальный лак
Тараканье Мыло
Шелковая горка
Живинка в деле
Васина гора
Далевое глядельце
Рудяной перевал
Золотоцветень горы
Круговой фонарь
Широкое плечо
Аметистовое дело
Не та цапля
Живой огонек
Демидовские кафтаны
Про главного вора
Марков камень
Надпись на камне
Тяжелая витушка
Про "водолазов"
На том же месте
Медная доля
Дорогой земли виток
У старого рудника
Объяснение отдельных слов, понятий и выражений,
встречающихся в сказах
Примечания
= = = = = = = = = =
В деревне Сарапулке это началось. В недавних годах. Вскорости
после гражданской войны. Деревенский народ в те годы не больно грамотен
был. Ну, все-таки каждый, кто за советскую власть, придумывал, чем бы ей
пособить.
В Сарапулке, известно, от дедов-прадедов привычка осталась в
камешках разбираться. В междупарье, али еще когда свободное время
окажется, старики непременно этими камешками занимались. Про это вот
вспомнили и тоже артелку устроили. Стали графит добывать. Вроде и ладно
пошло. На тысячи пудов добычу считали, только вскоре забросили. Какая
тому причина: то ли графит плохой, то ли цена неподходящая, этого
растолковать не умею. Бросили и бросили, за другое принялись - на Адуй
наметились.
Адуйское место всякому здешнему хоть маленько ведомо. Там
главная приманка - аквамаринчики да аметистишки. Ну и другое попадается.
Кто-то из артелки похвастал: "Знаю в старой яме щелку с большой
надеждой". Артельщики на это и поддались. Сперва у них гладко пошло. Два
ли, три занорыша нашли. Решеточных! Решетками камень считали. На их
удачу глядя, и другие из Сарапулки на Адуй кинулись: нельзя ли, дескать,
и нам к тому припаиться. Яма большая, - не запретишь. Тут, видно, и
вышла не то фальшь, не то оплошка. Артелка, которая сперва старалась,
жилку потеряла. Это с камешками часто случается. Искали искали, не
нашли. Что делать? А в Березовске в ту пору жил горщик один. В больших
уж годах, а на славе держался. Артельщики к нему и приехали. Обсказали,
в каком месте старались, и просят:
- Сделай милость, Кондрат Маркелыч, поищи жилку!
Угощенье, понятно, поставили, словами старика всяко задабривают,
на обещанья не скупятся. Тут еще березовские старатели подошли,
выхваляют своего горщика:
- У нас Маркелыч на эти штуки дошлый. По всей округе такого не
найдешь!
Приезжие, конечно, и сами это знают, только помалкивают. Им
наруку такая похвальба: не расшевелит ли она старика. Старик все-таки
наотрез отказывается:
- Знаю я эти пережимы на Адуе! Глаз у меня теперь их не возьмет.
Артельщики свой порядок ведут. Угощают старика да наговаривают:
одна надежда на тебя. Коли тебе не в силу, к кому пойти? Старику лестно
такое слушать, да и стаканчиками зарядился. Запошевеливал плечами-то,
сам похваляться стал: это нашел, другое нашел, там место открыл, там
показал. Одним словом, дотолкали старика. Разгорячился, по столу
стукнул:
- Не гляди, что старый, я еще покажу, как жилки искать!
Артельщикам того и надо.
- Покажи, Кондрат Маркелыч, покажи, а мы в долгу не останемся.
От первого занорыша половина в твою пользу.
Кондрат от этого в отпор.
- Не из-за этого стараюсь! Желаю доказать, какие горщики бывают,
ежели с понятием который.
Правильно слово сказано: пьяный похвалился, а трезвому отвечать.
Пришлось Маркелычу на Адуй итти. Расспросил на месте, как жилка шла,
стал сам постукивать да смекать, где потерю искать, а удачи нет.
Артельщики, которые старика в это дело втравили, видят-толку нет, живо
от работы отстали. Рассудили по-своему:
- Коли Кондрат найти не может, так нечего и время терять.
Другие старатели, которые около той же ямы колотились, тоже один
за другим отставать стали. Да и время-то подошло покосное. Всякому охота
впору сенца поставить. На Адуйских-то ямах людей, как корова языком
слизнула: никого не видно. Один Кондрат у ямы бьется. Старик, видишь,
самондравный. Сперва-то он для артельщиков старался, а как увидел, что
камень упирается, не хочет себя показать, старик в азарт вошел:
- Добьюсь своего! Добьюсь!
Не одну неделю тут старался в одиночку. Из сил выбиваться стал,
а толку не видит. Давно бы отстать надо, а ему это зазорно. Ну, как!
Первый по нашим местам горщик не мог жилку найти! Куда годится? Люди
засмеют. Кондрат тогда и придумал:
- Не попытать ли по старинке?
В старину, сказывают, места искали рудознатной лозой да
притягательной стрелой. Лоза для всякой руды шла, а притягательная
стрела - для камешков. Кондрат про это сызмала слыхал, да не больно к тому
приверженность оказывал, - за пустяк считал. Иной раз и посмеивался, а
тут решил попробовать.
- Коли не выйдет, больше тут и топтаться не стану.
А правило такое было. Надо наконечник стрелы сперва магниткамнем
потереть, потом поисковым. Тем, значит, на который охотишься.
Слова какие-то требовалось сказать. Эту заговоренную стрелу пускали из
простого лучка, только надо было глаза зажмурить и трижды повернуться
перед тем, как стрелу пустить.
Кондрат знал все эти слова и правила, только ему вроде стыдно
показалось этим заниматься, он и придумал пристроить к этому своего не
то внучонка, не то правнучка. Не поленился, сходил домой. Там, конечно,
виду не показал, что по работе незадача. Какие из березовских старателей
подходили с разговором, всех обнадеживал: - на недельку еще сходить
придется.
Сходил, как полагается, в баню, попарился, полежал денек дома, а
как стал собираться, говорит внучонку:
- Пойдешь, Мишунька, со мной камешки искать?
Мальчонку, понятно, лестно с дедушком пойти.
- Пойду, - отвечает. Вот и привел Кондрат своего внучонка на
Адуй. Сделал ему лучок, стрелу-по всем старинным правилам изготовил,
велел Мишуньке зажмуриться, покрутиться и стрелять, куда придется.
Мальчонка рад стараться. Все исполнил, как требовалось. До трех раз
стрелял. Только видит Кондрат - ничего путного не выходит. Первый раз
стрела в пенек угодила, второй - в траву пала, третий - около камня
ткнулась и ниже скатилась. Старик по всем местам поковырялся маленько.
Так, для порядка больше, чтоб выполнить все по старинке. Мишунька,
понятно, тем лучком да стрелой играть стал. Набегался, наигрался.
Дедушко покормил его и спать устроил в балагашке, а самому не до сна.
Обидно. На старости лет опозорился. Вышел из балагашка, сидит,
раздумывает, нельзя ли еще как попытать. Тут ему и пришло в голову:
потому, может, стрела не подействовала, что не той рукой пущена.
- Мальчонка, конечно, несмысленыш. Самый вроде к тому делу
подходящий, а все-таки он не искал, потому и показа нет. Придется,
видно, самому испробовать.
Заговорил стрелу, приготовил все, как требовалось, зажмурил
глаза, покрутился и спустил стрелу. Полетела она не в ту сторону, где
яма была, а на тропке оказался какой-то проходящий. Идет налегке. На
руке только корзинка корневая, в каких у нас ягоды носят. Подхватил
прохожий стрелу, которая близенько от него упала, и говорит с усмешкой:
- Не по годам тебе, дедушка, ребячьей забавой тешиться. Не по
годам!
Кондрату неловко, что его за таким делом застали, говорит
всердцах:
- Проходи своей дорогой! Тебя не касаемо.
Прохожий смеется.
- Как не касаемо, коли чуть стрелой мне в ногу не угодил.
Подошел к старику, подал стрелу и говорит укорительно, а то со
смешком:
- Эх, дед, дед! Много прожил, а присловья не знаешь: то не
стрела, коя орл
...Закладка в соц.сетях
