Жанр: Научная фантастика
Посланники
... она любить не умеет, но хочет
быть любимой. Спи, моя родная.
— Не могу уснуть, как не стараюсь...
Светлана нежно гладила Антона по груди, обнимая его со спины... В
следующее мгновение Антон повернулся к ней лицом, нежно и крепко прижав к
себе...
Комментарии излишни.
...Света крепко уснула. Антон встал, и пошел на кухню. Ему не спалось.
Игнат словно сглазил. Неужели так и придется всю жизнь отбиваться от чужой
зависти? Неужели обычное человеческое счастье на этой планете так призрачно?
Антон согрел чай и набухал половину заварки в свой бокал. Стоя около окна,
он смотрел на огни спящего города. В голове неслись обрывки воспоминаний,
встречи и расставания, друзья и подруги, знакомые и те, кого хотелось обойти
стороной, чтобы их просто не видеть.
...Долго Антон шел к своему счастью через дремучие леса лживых
откровений и непроходимые болота лицемерного безразличия. Наконец нашел свою
половинку, антикопию антипода... Казалось, кончились все беды, поиски и
сомнения. Ан, нет, однако. Теперь осталась вечные мысли о сохранении огня в
очаге, чтобы было тепло холодной зимой во времена холодной лютой
ненависти... Что же теперь делать? Как отбиваться от этих завистников,
которые сами не способны создать тоже самое?
Вдруг невероятная и шальная мысль залетела ему в голову. Еще не до
конца осознав самого себя, Антон почувствовал легкий холодок ужаса в груди.
Его это чувство испугало не на шутку. Он замер, пытаясь понять свои мысли до
конца. Это давалось с трудом. Наконец, через некоторое время, словно игла в
созревшем нарыве, пришло осознание проделанной работы подсознания. Не
задумываясь, он пошел в комнату, в которой несколько часов назад они с
Игнатом пили кофе, и достал из шифоньера коробку из-под компьютера. Сердце
учащенно билось в груди. Не снимая брезент с кристалла, Антон мягко, чуть
прикасаясь, положил на него свои ладони. Закрыл глаза. Тысячи глаз открылись
ему в следующий миг. Тело перестало существовать, превратившись во
всевидящее око. Проникающий взор постепенно увеличивал радиус обзора. Словно
взрывная волна, медленно и неотвратимо расползалась могучая информационная
энергия непонятного свойства. Стены для этой энергии были тонкие, как
газетная бумага, и прозрачные, как стекло. Не было ничего, что могло бы
помешать проникновению этой волны. Антон, наблюдающий изнутри за этим
действом, уже точно знал, что он хочет сделать. Он не заметил, что время
перестало существовать. Точнее сказать, оно существовало, но не как точка
мгновенного действия между прошлым и будущим, а как безбрежный океан
совокупности действий, где можно было доплыть до любого события. Когда шквал
этой волны стал спадать, Антон сконцентрировал свое внимание на Светлане.
Его жена безмятежно спала... Час назад она вместе с Антоном занималась
любовью. Вот она заходит домой... Кафе, дешевенькое, на улице Крылова...
Грязный круглый столик... За ним Света и ее подруга, Татьяна. Света
хмурится, о чем-то напряженно думая... За соседним столом сидит странный
тип, незаметно наблюдая за Светой... Непонятный неприятный тип, похожий на
вора-карманника. Или не созревший маньяк... Вот Света выходит с работы,
счастливая, в ожидании встречи... На работе, с самого утра, все было
обыденно и спокойно...
Антон вернулся назад, в кафе, и пошел вспять по реке времени за
Татьяной. Бурная ночь с бритым братком после роскошного ресторана, сто
долларов "гонорара". Встреча с другим братком, деньги, наркотики. Она
куда-то звонит. Через несколько часов братка берут с поличным при продаже
наркотиков. Вот оптовик дает ей наркоту, и кому-то звонит... Стоп! Он звонит
тому, который сидел в кафе и наблюдал за Светой! Антон забыл о похотливой
женщине и пошел по следу "маньяка". Тот сидит в кабинете управления ФСБ. В
форме капитана. Звонит своему начальству, получает указания. Кабинет
начальника. У него на столе документ с грифом "совершенно секретно". Списки
людей. Там же находит и свою фамилию. Список большой. Много известных имен.
Десятка два тех, кого он знает лично. Эти списки — приложение к секретной
резолюции по привлечению людей категории "А" в агентурную сеть для "полного
развития демократии и сохранения существующего уклада жизни, для ликвидации
дестабилизирующих фактов и изменения социального и экономического строя".
Всех этих людей Антон знал как простых порядочных людей, честных и
отзывчивых. Все они — бессребненники, поскольку не умеют воровать и
обманывать. Это и есть категория "А". Для реализации этого проекта резолюция
разрешает применять шантаж и угрозу, подставки и создание условий для
"вынужденного получения денег незаконным путем", то есть воровства. Под
вынужденными условиями подразумеваются затраты для лечения после "случайной
аварии, непредвиденных венерических инфекций, при обворовывании и тому
подобное". Создание такого уголовно-процессуального компромата необходимо
для "надежного закрепления агентурного контакта". Антон сразу перескочил по
резолюции к ее авторам. Кремль. Тайные советники, о которых он ничего не
слышал и не видел по ТВ... Самодовольные, засаленные рожи. Хотя выглядят
по-спортивному подтянутыми. Следят за фигурой... Сохраняют режим питания и
сна, регулярно занимаются спортом... Они также регулярно спят с женщинами,
но глядя на этих внешне красивых женщин, Антон понял, что эти рожи их
насилуют, потому что любви нет. Эти красивые женщины любят ни этих
чистоплюев, а их положение в обществе себе подобных и их деньги. Многие из
этих "подстилок" были женами. Он пошел дальше, спускаясь по годам все ниже в
прошлое, пытаясь выйти на корни этих современных вампиров и вурдалаков.
Политбюро. НКВД. ЧК. Революция. Тайные собрания. Тайные общества масонов.
Антон понял, что так он может дойти до Христа и будет путаться в
причинно-следственных связях. Нужно было найти корень этих бед. Выйдя из
исторического слоя времени, он перешел на уровень сознания и подсознания
человеческой психики. И тут наткнулся на стену. Правильнее сказать, на
закрытую дверь. Словно кто-то произнес: "ИНФОРМАЦИЯ ЗАКРЫТА ВВИДУ СЛОЖНОСТИ
ВОСПРИЯТИЯ. МОГУТ БЫТЬ НЕОБРАТИМЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ ПСИХИКИ".
Ошарашенный Антон снял руки с кристалла. Кристалл сиял, как и прежде,
словно не было никаких путешествий во времени. Часы показывали половину
второго ночи. Это означало, что время работы составило всего десять минут.
Антону показалось, что он на эти путешествия потратил минимум часов семь.
Получалось, что кристалл сжал реальное время в тридцать-сорок раз.
Окончательно запутавшись в такой реальности, экспериментатор спрятал коробку
и залез под одеяло к Свете, которая хранила щемящее тепло и уют семейного
ложа, сама не подозревая об этом, видя сладкие сны.
СМЕНА КАРАУЛА
Через день Игнат зашел забрать кристалл. Антон уже жалел о том, что сам
предложил его забрать. Но Игнат твердо и решительно заявил, что кристалл
необходимо взять. Они опять шли по вечернему городу. Антон не хотел
расставаться с сумкой, в которой лежал сокровенный груз. Игнат незаметно с
удивлением наблюдал странную перемену в поведении друга. Шли молча. Наконец
Игнат решил хоть как-то разговорить Антона.
— Расскажи, как он к тебе попал? — спросил Воробьев.
— Да это не он ко мне попал, а скорее, я к нему. Шел вечером через
овраг — торопился к жене своей, решил срезать крюк. А там чахлый мостик,
весь в дырках. Ну и оступился, хряснулся о землю, стал вылазить. И на склоне
оврага, в глине, что-то заблестело. А было еще светло. Я откопал этот
предмет, а он как засверкает, аж в глазах потемнело. Я перепугался, решил,
что это — радиоактивный элемент, например, индий, бросил его. Тут же
вылетел из оврага и побежал домой за датчиком радиации. Но он радиацию не
дал. И к тому же, светится сильнее, чем любой радиоактивный элемент. Вот так
я попал к нему.
Домой принес, Свете ничего не сказал, чтобы не испугать. Я сразу понял,
что этот камень может все, он в грязных руках будет пострашнее, чем ядерный
арсенал всей планеты! На следующий день пошел к тебе, но не застал, оставил
записку.
— Дела, — задумчиво промычал Игнат. Сейчас он думал о том, что же ему
самому делать с этим кристаллом.
Придя домой, Игнат долго сидел, не раскрывая сумки. Непонятный ворох
мыслей крутился в голове, и словно кто-то говорил: "Не открывай, будет
больно". Жажда познания неистово боролась со страхом неизвестного. Наконец
жажда победила, и он осторожно, словно заминированный предмет, открыл сумку.
Кристалл ослепил в первый момент до жгучей рези в уставших за день глазах.
Но вскоре все тело Игната, весь его организм, словно настроились на
магический камень. Невыносимая боль, словно шипящий азот из сосуда Дюара,
незаметно испарилась. Гул уставшего сердца стал тише, тело стало невесомым и
незаметным для себя, освобождая энергию для любой работы. Игнат стал слышать
тишину. Наблюдая за этим как бы со стороны, обладатель кристалла не старался
что-либо предпринимать. Он знакомился в деталях, до мельчайшей подробности,
с Неизвестным. Осторожно он задал вопрос: "Что ты можешь?". Ответ последовал
мгновенно: "ВСЁ!". Ошарашенный Игнат замер от удивления. До него отчетливо и
просто дошла одна-единственная мысль: "Если он захочет, то может стать
Властелином Мира". Но Воробьев нашел в себе силы на мгновение отключится от
Кристалла, и собраться с собственными мыслями. Ради эксперимента, почти
шутки ради, Игнат решил заглянуть в будущее, недели на две. Словно
ускоренная пленка, перед глазами пошел объемный голографический фильм.
Ничего особенного, все как и раньше: беготня, разговоры, встречи, работа,
дела. Потом яхта, друзья, разговоры, смех, солнце, море и вдруг... В
реальном мире зазвонил телефон. Воробьев автоматически посмотрел на
звонившего. Звонил Дима, ожидая, когда Игнат поднимет трубку, по поводу
того, чтобы собраться всем старым друзьям и сходить в море на яхте их
одноклассника, Никиты. Накрыв брезентом Кристалл, Игнат снял трубку. Ему
показалось, что в последний момент кристалл засверкал сильнее обычного,
словно хотел что-то сказать...
ЯХТА
— Игнат, привет. Ты, наверное, как всегда, спишь? — Димка был в своем
репертуаре, иногда этой фразой доводя Игната до бешенства.
— Ты, как всегда, угадал. Что скажешь хорошего? Хотя, впрочем, тебе
это трудно сделать, ты только гадости умеешь говорить, — недовольно пошутил
Игнат, которому палец в рот не клади.
— Ладно, не ругайся. Я звоню вот по какому вопросу. Ты как-то говорил,
что Вы с Никитой решили собрать всех наших одноклассников на яхте. Вы это
когда-нибудь сделаете, или Вы с ним только языками треплете?
— Ничего мы не треплем, — обиженно сказал Игнат, — переговорю с
Никитой, а потом тебе перезвоню, мерзкий тип.
Димка беззлобно рассмеялся и положил трубку. Игнат набрал телефон
Никиты.
— Никита, наша толпа одноклассников рвется в кругосветное путешествие
по морю. Как у тебя с графиком свободного времени?
Никита, как и подобает капитану, был самый рассудительный и спокойный
из всех одноклассников. Выслушав скомканную речь Игната до конца, он
спокойно и деловито разузнал, когда собирается идти "толпа", сколько всего
будет народу, на сколько дней, с какой программой. Озадаченный Игнат, у
которого голова думала совсем в другом направлении, слегка озадачился своей
неопределенностью. А зря, Камень хотел его предупредить, но не успел...
После Игнат в мельчайших подробностях вспоминал каждый шаг пройденного
пути...
После долгих телефонных разговоров выяснилось, что желает ехать чуть ли
ни полкласса тех, с кем они учились больше десяти лет назад. Сергей, по
прозвищу Пельмень, проявил инициативу и предварительно заручился согласием
всей этой "толпы". Несколько раз переносилось время отплытия, менялись
сценарии путешествия. Время шло. За три дня до общего сбора Пельмень
свалился по пейджеру на Игната с просьбой позвонить. Дозвонившись, Игнат
услышал из трубки, что все благое дело провалено, времени уже нет, что бы
приготовить шашлыки и остудить водку. Игнат уверил, что сегодня вечером
дозвонится до Никиты, которого не мог выловить по телефону уже три дня, и
что все остальное Пельмень успеет сделать. "Господи, когда же ты бросишь
пить, Пельмень. Не прилично даже", — подумал Игнат, кладя трубку. Но
вечером, переговорив с Никитой и дозвонившись до Пельменя, Игнат услышал
сплошные маты в свой адрес.
— Слушай, Пельмень, ты же сам хотел собрать всю нашу толпу в
расширенном составе.
— Кто я?! У меня, что, мало дел? Или у меня маленькая семья?! Вы
должны были всем позвонить. Я не поеду.
В итоге Пельмень несколько раз бросал трубку, Игнат ему снова
перезванивал, уговаривая не горячиться. Но Пельмень отказался. В общем, в
субботу утром в море ушло четыре человека, четыре одноклассника, которые
были знакомы друг с другом уже третий десяток лет. Совершенно разные люди,
каждый со своими проблемами и мыслями, но их объединяло одно — память
детства и юности. Вместе они провели в школьных стенах десять лет, но не
смогли забыть друг друга. В душе они гордились такой старой дружбой. Словно
время для них остановилось. Они не стали брать много водки, они не стали
брать шашлыки. Им просто хотелось пообщаться и поделиться новостями. Игнат,
как всегда, практически не вылазил из воды. Раньше Никиту, как старого
морехода, бросало в шок, что он лез в холодную воду ранним летом, когда
уважающий себя моряк не то что купаться, а даже яхту не спускает. Потом он
никак не мог привыкнуть к тому, что Игнат лез в воду в любую погоду, включая
шторм. Никита из осторожности не давал ему прыгать в воду во время шторма.
"Ты пойми, чудак, если ты отцепишься от канатов, то я потеряю тебя из виду
через двадцать секунд в этих волнах. Так что лучше сиди и не дергайся", --
твердил он. Но потом привык и к тому, что Игнат плюхался в воду в любую
погоду и в любой ветер. Игнат ходил с Никитой на яхте уже не первый год, а
вот Димка с Денисом были на ней впервые. Позже и этот эпизод Игнат вспомнил
как сопутствующий факт. Для Никиты эта была обычная прогулка. Ему
приходилось постоянно кого-нибудь вывозить в море. Поняв, что с ночевкой
никто не рвется в море, он предложил просто походить в окрестностях, и
остановиться или на Хреновом острове, или на Бердской косе. Для разминки
прошли мимо нудисткого пляжа. Просто так, ради хохмы.
— Пацаны, ведь Вам, дуракам, идет четвертый десяток лет, — смеясь
сказал Игнат, — а Вы все туда же.
— Надо чаще встречаться, — промычал Денис, натружено эксплуатируя
бинокль.
— Ну и?... Куда дальше пойдем, — безразлично спросил Игнат,
наслаждаясь солнцем.
— Пошли на Бердский пляж, там много ласковых и сговорчивых девчонок,
— то ли полушутя, то ли полувсерьез, сказал Никита.
Яхта, слегка накренившись набок, галсом пошла вперед, чуть слышно
свистя тросами и завывая тканью паруса. До часа Х оставалась неделя, и все
уже было предопределено...
Парусник, как белоснежный заморский лайнер, гордо и величаво подошел к
берегу Бердского пляжа. Никита с Денисом пошли в одну сторону, а Игнат с
Димкой — в другую. Договорились собрать четырех девчонок, что б никому не
было обидно. Игнат знал хорошо настроение Димки, его привередливые вкусы и
акцент, прежде всего, на интеллект прекрасного пола. В отличие от Дениса,
для которого главное — красивые формы и сговорчивость девицы. А Никита
предпочитал простых, добрых и доступных женщин.
Сам Игнат, даже наедине с собой затруднялся ответить, какие качества
женщины его интересуют больше всего. Зная горький опыт слежки и психотропной
травли, он знал, что полюбить его сможет только смелая и умная женщина,
лишенная тщеславия и безразличная к богатству. Других просто и холодно
сломают. Сломают психологически и эмоционально, затравят слухами и
подставками, засмеют принародно и будут наводить психоэнергитическими
методами с помощью экстрасенсов болезни типа рака, сердечной недостаточности
и нервозность, приводящую к инсульту. Игнат постоянно видел у себя на хвосте
слежку. А это означало одно — стукачи из ФСБ, ГРУ, СВР и СБП постоянно шли
по пятам, как голодные шакалы. Видимо, уж очень лакомым кусочком был для них
Игнат. Когда они поняли, что сломать Игната такими методами невозможно, они
решили давить его окружение — прежде всего его знакомых девушек, чтоб никто
не мог в него влюбиться. Они решили, что Игнат не заслуживает счастья на
этой планете, поскольку не хочет работать на богатых и самодовольных жлобов.
Поэтому он даже не пытался знакомиться. Бродя по пляжу, он радовался солнцу,
красивым девушкам и тому, что рядом находятся старые друзья. Поиски
продолжались долго. Сегодняшняя охота была явно неудачной. Никита с Денисом
минут тридцать уговаривали трех взрослых школьниц, Димка долго общался за
столиком с двумя очаровательными брюнетками, которые, судя по виду и манере
держаться, работами топ моделями. Игнату все это было смешно. Все
отказались. Решили идти одни в море, но Никита с Денисом решили еще раз
"прочесать местность".
— Вы — неугомонные сексуальные маньяки, — недовольно проворчал им
вслед Димка.
— Не может быть, что б я кого-нибудь не соблазнил. Боже мой, что еще
надо — яхта, море, солнце, немного водки, четыре здоровых мужика, — не
столько Никите, сколько сам себе говорил Денис, — причем здоровых во всех
отношениях.
Впереди, лежа на животе, сладко спали под палящими лучами солнца две
девушки.
— Подъем! — гаркнул Денис, вспомнив армию.
Девушки испуганно подпрыгнули, проснувшись только в воздухе, не
понимая, что же такого плохого они сделали. Одна из них, растерянно хлопая
глазами, спросонья спросила:
— Разве мы заняли чье-то место?
Ситуацию исправил Никита:
— Девушки, не желаете прокатиться на яхте?
— А когда мы вернемся? — спросила та же девушка. Вторая молчала,
окончательно просыпаясь.
— Когда захотите.
— ... А куда вернемся?
— Ну, сюда... — растерялся Никита, — ...куда захотите.
— Хорошо, мы согласны. Пошли, Марина.
— Анжела, ты обнаглела. Так нельзя.
— Мальчики, мы согласны.
Когда Игнат увидел, что его друзья все-таки привели двух девушек на
яхту, он испытал легкое разочарование. "Ну, вот, встреча старых друзей
закончилась. Теперь будет порхание вокруг этих девчонок четверых мужиков". С
этой мыслью он забрался на яхту из воды. Первое, что бросилось в глаза --
это испуганно-внимательный взгляд Анжелы, которая изучала обстановку и
хозяев парусника, и такой же напряженный и слегка отрешенный взгляд Марины.
Девушки были не настолько глупы, что бы сразу уходить в море с незнакомыми
мужчинами. Они напряженно взвешивали все за и против.
Но ситуация оказалась проще, чем думал Игнат. Парни и девушки
сдружились буквально с первых минут. Анжела оказалась интересным и веселым
собеседником, с остроумными шутками и непредсказуемыми темами для разговора.
Марина в основном молчала, скромно улыбаясь и неторопливо потягивая
джин-тоник, который приготовил великий гурман Бахуса, монах Алокоголя,
Димка.
Игнат не сводил глаз с Анжелы. Чем-то она притягивала к себе. Иногда их
глаза встречались, и они читали в глазах друг друга один вопрос: "А что
дальше?".
Димка занимался словесной трепатней с Анжелкой, найдя общую тему --
медицина. Оказалось, что обе девушки работают в противораковом центре в
Бердске, который известен уже на весь мир. Никита, как и подобает капитану,
поддерживал общий паритет и периодически пытался разговорить молчаливую
Марину. Но у него это получалось с трудом. Зато Денис всем дал фору. Он
откровенно лапал девчонок, громко смеялся и не скрывал своего орангутаньего
облика. Больше всего доставалось Анжеле от его притязаний. Периодически
Игнат, которому было стыдно за своего друга, его одергивал окриками.
Яхта встала на Бердской косе. Компания принялась активно готовить обед.
Трапеза была по-походному скудной и скромной, но долгой: никто никуда не
торопился. Символически выпили за знакомство, загорали и валялись на песке.
Игнат, сам того не замечая, не отходил от Анжелы. Разговорились. Болтали ни
о чем — обо всем подряд. Анжела слушала Игната с интересом. Периодически
подходил Денис и пытался куда-нибудь утащить девушку — то в море купаться,
то по кустам прогуляться. Игнат мягко и незаметно старался его отогнать.
Анжела отвечала вежливым отказом, мягко и непринужденно выкручиваясь из его
объятий. Игнат восхищался ей. Несколько раз ему казалось, что она не
выдержит такого хамства и в следующий миг просто накричит на Дениса или даст
ему затрещину. Самому Игнату накалять обстановку тоже не хотелось. Да и
выглядело бы это нелепо: Денис ее пригласил, а Игнат тут вроде и не причем.
Потихоньку Денис, поняв свою бесполезность, отошел в сторону. Разговор пошел
с новой силой. Игнат рассказывал разные интересные истории, научные курьезы
и неизвестные исторические факты. Как бы невзначай предложил сделать Анжеле
массаж. Она сразу согласилась, тут же повернувшись на живот. Димка, не долго
думая, стал делать массаж Марине. Аккуратно, но достаточно жестко, Игнат
массажировал бархатную загоревшую спину девушки, и вдруг заметил, что она
закрывает рот от боли. От этого вида Игнат остолбенел.
— Анжела, что с тобой?
— Ничего, не обращай внимания.
— Что значит "не обращай внимания"? Тебе больно при простом
прикосновении. У тебя остиохондроз?
— Игнат, делай массаж, мне это приятно. Больно, но приятно.
Игнат разминал ее мышцы, жилы, прожилки, позвонки и суставы до тех пор,
пока Анжелка не перестала морщиться. Когда Игнат помогал Анжеле залезть на
яхту, он ее тихо спросил:
— Может, мы с тобой встретимся?
— Может быть.
Вскоре стали собираться в обратную дорогу. Денис, пользуясь случаем,
быстренько подсел к Анжелке, которая оживленно болтала с Димкой, и
заграбастал ее в свои объятия. Анжелка не подала виду, только слегка
поморщилась. Ветер поменялся, и Никита решил повернуть паруса. Анжела сидела
прямо под бакштагом, и поворачивающийся грот мог ударить ее по голове.
— Анжела, пересядь на мою сторону, — сказал Игнат, думающий о ее
безопасности. Девушка пересела, слегка пододвинувшись к Воробьеву. Дальше
все произошло, как в сказке: непринужденно, просто и стремительно.
Игнат, просто, шутки ради, спросил, надеясь услышать в ответ что-нибудь
типа веселой отговорки:
— Тебя можно обнять?
— Можно. Даже нужно.
При этих словах он обнял со спины девушку, буквально проглотив ее
своими руками. На палубе воцарилась тишина. Денис зло смотрел на Игната,
Никита растерянно переводил взгляд с Анжелы на друга, Димка обиженно выражал
недовольство исчезновением собеседницы, Марина удивленно качала головой. Сам
Игнат, почувствовав наконец-то разрешение внутреннего вопроса, забыл обо
всем вокруг и нежно целовал Анжелу в плечо. Ее глаз он не видел, но
чувствовал, что она улыбается.
— Анжела, оставайся на ночь, с нами, — тихо на ухо попросил Игнат.
— Не могу, я завтра уезжаю на весь день.
— Тогда я тебе позвоню на работу, во время твоего дежурства. Скажи
телефон.
Она сказала.
Яхта уткнулась своей килой в песок Бердского пляжа. Уже по воде несло
осенней прохладой августа. Игнат, как самый морозоустойчивый индивид,
спрыгнул по пояс в воду. Сначала из рук Никиты он принял Марину, и на руках
вынес на берег. Потом получил Анжелу, которая, как-то так получилось, села
на плечо. Не являясь акробатом, Игнат не стал перехватывать ее на руки.
Анжела сидела спокойно, ровно и устойчиво. Но вдруг она взмолилась:
— Игнат, я сейчас упаду.
Только потом, через несколько дней, анализируя все по минутам, Игнат
сообразил, что она хотела, что бы он перехватил ее на руки. Тогда бы они
могли видеть друг друга. Их губы были бы рядом. Но в тот момент, думая
только о своем бесценном грузе, он недоуменно ответил:
— Анжелочка, я несу тебя спокойно и ровно, не волнуйся.
Он присел в коленях, и она встала на песок. Мгновение смотрели друг
другу в глаза. Игнат обнял Анжелу и поцеловал в губы. Она ответила ему
трепетом всего тела. Игнат еще сильнее прижал ее к себе и с неутолимой
яростью стал целовать. Чувствовалось, что Анжела испугалась такого напора и
попыталась вырваться. Стальные руки Игната нежно держали ее мертвой хваткой.
Через какое-то время она сдалась, прижимаясь к нему каждой клеточкой, и
ответила взаимными поцелуями. Игнат почувствовал, что еще мгновение, и
непослушные руки его могут начать свое движение по телу Анжелы. Он отпустил
девушку.
— Пока. Звони.
Игнат, пятясь, словно во сне, подошел к паруснику и развернул его,
отталкивая от берега. Яхта, расправив белоснежные паруса, медленно и
величаво пошла обратно.
НОЧЬ
Во вторник Игнат позвонил Анжеле на работу. Она подошла к телефону и
сразу спросила:
— Игнат, это ты?
— Привет. Мы с тобой можем встретиться? Например, завтра?
— Я могу только вечером.
— Хорошо. А в город ты можешь приехать?
— А когда я уеду?
— ...Утром,...
В ответ легкое молчание.
— Во сколько?
— Как будильник поставим.
В ответ легкий смех.
— Я спрашиваю, во
...Закладка в соц.сетях
