Жанр: Научная фантастика
Сны железобетона
...ду
эффективности работы фирмы.
- Ну, и? - произнесло руководство, - Ну, и какого рожна тебе надо, а?
Миха вспыхнул, но проглотил грубое "ты", а вместе с ним и "рожно".
- Какого, спрашивается, хрена тебе надо? Тебя программистом взяли или особистом,
блин?
- Сисадмином...
- Вот и соса... сисадминь себе, а не лезь, куда не просят. Что это за вопросы,
понимаешь: "а что, а зачем"? Это вообще, твое собачье дело или наше?
- Не надо со мной таким тоном, пожалуйста...
- А каким еще с тобой тоном?!.
Миха понимал, что лезет в бутылку, но закипающая злость на плюющегося в приступе
самодурства начальника тянула за язык дальше.
- Я не понимаю, в чем проблема... Я, что, не справляюсь с работой?
- Я вообще не знаю, что у тебя за работа, зачем вообще тебя брали, когда у нас три
программиста в штате! Но сказали: надо! Ну, раз надо - пожалуйста, работай! Так нет же,
не сидится ему, давай другим мешать работать!
- Кому я мешал?!
- Всем! Что за идиотские вопросы: что мы продаем, откуда деньги?... Тут, понимаешь,
крысятничеством попахивает...
- Но я...
- В общем так, сынок... Если на тебя поступит еще хоть один сигнал - пиши заявление.
Нам крови не надо, портить трудовую книжку не будем. Но здесь ты не останешься. Все
понятно?
- Так точно.
- Вот и ладушки. Иди, работай...
Хохочущий и размахивающий руками Борис выглядел полной противоположностью
мрачного и напряженного Михи.
- Нет, народ, ну вы прикиньте, как они повелись! Я только пяти человекам в универе
рассказал об этой истории - ну, со стройкой там, стадионом - так они мало того, что
всерьез все восприняли, так еще и людей с собой притащили! Ну, конечно, многие потом
плюнули, да свалили, но человек тридцать-то осталось. И еще приходят! Знаете, о чем это
говорит? - Борис сделал самодовольную паузу.
- О чем это говорит? - буркнул Миха. Ксюха с интересом наблюдала за ораторским
излияниями Бориса.
- Это говорит о том, что я - харизматический лидер!
- Чего?!
- Чего-чего! Это значит, что я могу воздействовать на людей силой слова и личного
обаяния!
Миха с Ксюхой дружно фыркнули.
- Чего ржете? Я, пожалуй, могу стать великим диктатором...
- Великим клоуном ты можешь стать, это точно, - сказал Миха. - Ты похоронил в себе
Чарли Чаплина...
- Сам ты клоун! - обиделся Борис, - ты не понимаешь, они действительно поверили в
мои слова! Я только попытался все это красочно и правдоподобно преподнести. А они
будто ждали, чего я им скажу! Я только успевал заткнуться, как они начинали развивать
мою мысль, они дополняли идею и вносили в нее какую-то свою логику, так, что я теперь
и не скажу точно, где мои мысли, а где их. Помните - "из искры возгорится пламя?" - вот
это как раз такой случай...
- Ба, да ты, прям, новый Ильич у нас! - съязвил Миха.
- Типа того, - кивнул Борис, - А интересно, знаете ли, понаблюдать, как на твоих глазах
развивается что-то совершенно новое, чему ты сам стал причиной...
- Берегись, Борис, у тебя симптомы мании величия, - озабоченно произнесла Ксюха и
потрогала Борисов лоб, - М-м... гарачий, савсэм бэлый...
- Не боишься, что тебя отравят, как Ленина? - желчно поинтересовался Миха.
- Ты, что! - укоризненно произнесла Ксюха, - Я думаю там все не настолько серьезно...
- А кто там, у вас теперь главный? По слухам, теснят тебя? - спросил Миха.
- Что значит, "у вас"? - возмутился Борис. Вопрос он проигнорировал, - Я сам по себе,
они сами по себе. Я-то как раз не воспринимаю все это так серьезно. Ну, поигрались, ну
пофантазировали... Я им не мешаю, они не мешают мне...
- А что ж ты тогда такое нес по ящику, когда у тебя интервью брали? - задумчиво
разглядывая ногти, спросила Ксюха, - Что за призывы "открыть глаза", "отряхнуть пелену
с век", "увидеть истину"? Я когда это услышала, чуть с дивана не упала...
- Тебя показывали по телеку?! - удивился Миха, - А почему я не в курсе?
- Да, мелочи жизни, - скромно отмахнулся Борис, - Шутка это была. А товарищам все
же приятно. Мне им подыграть нетрудно, да и самому весело...
- А эти твои новые друзья в курсе были, что ты просто, как это ты говоришь,
подыгрываешь?
- Нет, конечно. Я ж гуру! Я для них авторитет...
- Доиграешься ты Борис, - с сомнением произнесла Ксюха, - Сколько у вас там человек
уже?
- За сотню скоро будет...
- Да, Борис... голову тебе оторвут, когда узнают, что ты такую толпу за нос водишь, да
еще и ослами перед всем городом выставляешь...
- Ерунда, ребята, ей-богу. К тому же у меня неплохая крыша есть...
- Да, ну! Интере-есно...
- Ага! У нас уже свой человек из мэрии. Ну, из старого аппарата...
- Так вот, кто теперь у вас заводила! - обрадовалась Ксюха.
- А что за человек? - поинтересовался Миха.
- Ну, ты его вряд ли знаешь... Мы его Кардиналом зовем: на Решелье шибко похож...
Кстати, это его идея - собираться на стадионе под видом тренировок, чтобы лишних
вопросов не было...
- Гы! Надо же... А когда можно будет прийти посмотреть на все эти... гм... чудеса?
- Да когда угодно... Надо только заранее у Кардинала спросить...
- Зачем?
- Ну... - замялся Борис, - Сейчас перестали звать всех подряд... Новеньких
предварительно изучают, неподходящих отсеивают, чтоб других не смущали...
- Оба-на! Реальная секта! - восхитилась Ксюха, - А жертвоприношения будут?...
- Ну ты, в натуре, учудил, старик! - покачал головой Миха.
- Сам уже не рад, если честно, - признался Борис, - Даже страшновато становится. Но
все равно приходите. Через недельку - нормально будет?...
Следователь пребывал в смятении. Материалы, которые притащил ему Стажер,
вызывали противоречивые чувства. Можно было бы и плюнуть на них, как на стажерскую
выдумку, вызванную стажерской же некомпетентностью, но к материалам была
приложена еще и телепрограммка с выделенными маркером передачами - как раз по теме.
И Следователь, что называется, прозрел.
Традиционная этика в этом городе летела к черту. То есть, фактически наступал
именно тот момент, для которого и создавался Орден. Самое время консервировать
архивы и ждать, пока схлынет очередная грязная волна. Ну, а за тем - по старому доброму
плану - каждый на своем рабочем месте - учитель, врач, военный - начинает снова
проводить в жизнь сохраненные ценности, заодно уча и привлекая на свою сторону
немногочисленных сторонников, как бывало уже не раз...
Как здорово все получилось в шестидесятые! Кто знает, чьим в действительности
огнем подогревалась та самая "оттепель", почему люди улыбались и были счастливы безо
всяких материальных благ? Кто знает тех Хранителей, что бережно таили в себе
принципы Ордена в лагерях и эмиграции? Кто аккуратно подтолкнул страну к переменам,
а затем не дал сгинуть и распасться в смутные девяностые? Кто знает их имена?
Следователь улыбнулся. Да все, пожалуй, знают. Не знают только, что они и есть те
самые Моральные партизаны, как их почему-то прозвали в этом городе. До чего ж не
модными стали нормальные когда-то принципы, что их приходится прятать в подземелье
- "чтоб не испортились"...
Всегда, даже в самые беспросветные времена, оставалась надежда, что их качества
потребуются людям... И ведь, рано или поздно, требовались...
Однако теперь в Следователе вдруг заговорили недостойные Хранителя чувства
профессиональной гордости и обиды за любимое дело.
Его подследственные становились героями телепередач, кумирами, культовыми
фигурами. Более того, героями становились и иные персонажи, которые, не будь он в
этом проклятом отпуске, стали бы кандидатами в его "клиенты".
Стажер, несмотря на неопытность и этическую неустойчивость, свойственную, в
прочем, молодости, сумел в небольшой папке собрать материал для маленького
городского Апокалипсиса.
Стиль его изложения сделал бы честь опытному журналисту-очернителю.
Материалы последовательно и наглядно показывали жуткую картину морального
разложения населения, которое выражалось, прежде всего, в отходе от привычных, хотя и
давно уж не столь чтимых, ценностей. Весь город, согласно Стажерским опусам,
медленно, но неуклонно, отказывался от всего духовного и обращался под власть
предметов, вознося их над собой, делая из них идолов, требующих, конечно же, жертв в
виде потраченного на их приобретение и использование времени, душевных и физических
сил... Апофеозом всего этого безобразия становилось скрытое массовое сектантство.
Далее следовали вполне логичные и живописные примеры.
Следователь, он же Хранитель, задумчиво листал "дело". Да, город его беспокоил.
Но еще больше его беспокоил Стажер.
Борис мрачно наблюдал, как Кардинал ловко, почти профессионально, управлялся с
мячом, набивая его ногами, головой, плечами и не позволяя упасть на землю уже в
течение минут пяти. Судя по всему, он и был когда-то футболистом...
Стоявшие поодаль Миха, Леха и Ксюха с неподдельным интересом наблюдали, как
группа
товарищей человек в сто пятьдесят "приобщалась ко Сну". Сидя к ним спиной плотными
рядами, люди слегка покачивались из стороны в сторону с закрытыми глазами и
счастливыми улыбками на лицах.
- Так я что-то не понял: почему моим друзьям нельзя поприсутствовать на
"приобщении"? -спросил, наконец, Борис.
- Ну, сколько повторять - можно, можно, - не отвлекаясь от мяча, усталоснисходительно
отвечал Кардинал, - Но пусть только приходят поодиночке. Мы
побеседуем с каждым, посмотрим, что за человек...
- Кардинал, они не собираются вступать в эту вашу организацию. Они просто хотят
посмотреть. В конце концов, я это все придумал...
- Ну, кто ж спорит, что в основе движения Снов лежит твоя идея, дорогой ты наш! -
Кардинал вдруг ловко подхватил мяч кроссовком, поставил на землю и, сев на него,
продолжил, - Но все меняется, и сейчас, например, только благодаря моим связям мы
можем арендовать стадион. Знаешь, как было непросто договориться с
администрацией?...
- Догадываюсь.
- Вот! Поэтому я отвечаю за всех людей, которые сюда приходят... Кроме того, сам
понимаешь, всякого рода скептики и насмешники здесь нежелательны. Ребята нашли свой
путь, отдушину в суете жизни, обрели понимание истины... Пусть они понимают эту
самую истину так, как преподнес им ты... Почему бы и нет? Как им будет больно, если
кто-то вновь станет расшатывать их веру...
- Если честно, то движения вокруг этого самого Железобетона нравятся мне все
меньше. Я никогда не придавал своим словам смысла религиозного учения. И мне как-то
не по себе, что люди тут часами сидят, выпадают из реальности. Мы просто в секту
какую-то превращаемся...
- Не говори при мне слова "секта", оно слишком избито и носит негативный оттенок.
И вообще, Борис, странно слышать от тебя такие слова... И не дай бог их услышат ребята...
- А что такого? Я уже не могу высказать своего мнения?
- Свое мнение, Борис, ты высказал, когда собирал людей вокруг себя. А сейчас ты, помоему,
начинаешь заблуждаться. Мне кажется, что твое беспокойство возникает от того,
что ты смотришь на нас со стороны, не ощущаешь подлинного единства с нами. Мы идем
вперед по пути понимания, ты же остаешься на месте. Тебе открылась истина, ты,
безусловно, избранный. Но при этом, ты все же лишь один из эпизодов Сна, такой же, как
и все мы...
- Мне кажется, что вы сами не очень-то верите в то, о чем говорите...
- Борис, не противопоставляй себя остальным. Ни к чему хорошему это не приведет...
- Это, что же, - угроза?
- Боже упаси, Борис! Ты же для всех символ нашего открытия...
Борис не успел ответить. К ним подошел Сережа, худощавый паренек, который в свое
время как-то незаметно, естественным образом выбился в помощники Кардинала. Сережа
кивнул, улыбнулся Борису и обратился к Кардиналу:
- Просили напомнить: "орки" придти сегодня собираются...
Сережа неловко запнулся, косясь на Бориса, но Кардинал, удивленно взглянув на него,
быстро сказал:
- Спасибо Серж, спасибо, что напомнил...
- Орки? - нахмурился Борис, провожая взглядом неровно удаляющегося Сережу, - А имто
чего здесь надо?
- Да так, посмотреть хотят, - отмахнулся Кардинал, и, встав с мяча, вновь подбросил
его в воздух, - Может, присоединятся к нам - их-то идеи в нашем, в общем-то русле...
- Ни черта не в нашем! - возмутился Борис, - Мои друзья, значит, контингент
сомнительный, а "орки" в самый раз? А почему я узнаю об этом последним? Что это за
движения у меня за спиной?!
Начавшие было скучать Миха, Ксюха и Леха обернулись на шум, издаваемый Борисом.
Ксюха выглядела озабоченно, Миха напрягся. Только Леха почему-то невесело улыбался.
Мельком взглянув на них, Кардинал поймал рукой мяч, и, крутанув его на
указательном пальце, мрачно сказал Борису:
- Если хочешь, поговорим об этом после. Сейчас забирай своих друзей и уходи: вы
мешаете "приобщению". А мне пора в мэрию...
Борис остановился возле выхода и закурил. Подняв голову он недобро посмотрел на
прожекторную башню и повернулся к ребятам.
- Не грузись, - сказал Леха.
Миха положил Борису на плечо тяжелую руку, которую тот тут же с раздражением
сбросил.
- Да что вы, в самом деле...- буркнул Борис, - Я сам не понимаю, что происходит.
Леха молча смотрел на Бориса. Он-то, видимо, все понимал.
- Пойдем, по пивку, а? - неуверенно предложил Миха.
- Вообще, пойдем отсюда, - сказала Ксюха.
Борис не слушал. Он все смотрел невидящими глазами на башню и курил. Потом он
бросил окурок и сказал, будто сам себе:
- Ничего, я восстановлю статус кво...
- Не лезь в бутылку, - хмуро сказал Миха.
- Почему не лезть?- хохотнул Борис, - А кто тут предлагал по пиву?...
"- Ну, что ж, друзья, можно сказать, что демократия в нашей стране победила
полностью и окончательно. Вряд ли кто из молодых помнит, как мечтали реформаторы о
построении у нас гражданского общества. Теперь каждый может выбирать, как ему жить,
по каким интересам объединяться либо вообще отстраниться от государства и общества...
И это, наверное, правильно - ведь все мы разные и взгляды на окружающую
действительность тоже не штампуются для всех с одной матрицы!
Мы, наконец-то, начали более внимательно относиться к разного рода неформальным
движениям в нашем городе. И сделали поразительное открытие! Оказывается, мир вокруг
нас гораздо сложнее, чем принято считать! Мы уже рассказывали об интереснейших
объединениях людей, которые не хотят мириться с навязываемым им мировоззрением,
которые не только создают свой собственный мир, но охотно делятся своими идеями с
нами..."
- Не слишком пафосно, Мигель?
- Нормуль, Тема! Я думаю, пойдет для всех возрастных групп, тем более, что картинка
живенькая и музычка тоже темпу придает...
- А что, мне эти вставочки с роллерами нравятся, очень мило...
- Светка, ваще, молодец!
- М-да, только с "орками" все равно грязненько...
- А как с ними может быть? Не делать на них акцент - и все дела...
- А гости сегодня тупенькие какие-то... Придется резать... Прям лажа какая-то с
прямым эфиром.
- А зачем он вообще нужен-то? Главное, чтоб в результате красиво было... А прямой
эфир, кривой - всем до фени...
- Эт-точно... Кофейку?
- Мерси. Не откажусь...
Светка была на подъеме. На днях ей позвонил Найк собственной персоной и выразил
чувство глубокого удовлетворения. Он же ей и сообщил, что в мэрии возник интерес к
некоторым освещаемым ею событиям и неформальным движениям. Так что, она, Светка,
имеет возможность почувствовать себя реальной политической фигурой и, при желании,
поиметь с сего политические же дивиденды. По поводу этих туманных заявлений ничего,
кроме недоумения, у Светки не возникло, тем более, сделаны они были в форме шутки.
Большую - основную - программу назвали "Атака будущего", ежедневные выпуски -
просто "Атака". Некоторая агрессивность названия должна была, по мнению
креативщиков, привлечь основного зрителя - молодежь, разумеется. У Сергеича же эти
названия вызывали приступы зубной боли.
...Команда получилась - просто конфета. Ее понимали с полуслова, и потому дело
двигалось легко и приятно. Практически никаких проблем с материалом не возникало.
Отличный цикл передач намечался с "железобетонщиками": сама картинка со стадионом
была неплохим материалом для видео, а многочисленные звонки и электронные письма
подтверждали и реальный интерес к теме.
Более того, согласно "агентурным данным" наметилась активность конкурентов в
отношении этой темы. О "железобетонщиках" заговорили в новостях, причем к этой теме
возвращались ежедневно, словно к сводкам боевых действий. Светка не вполне понимала
природу интереса "серьезных" программ к своим темам, но сейчас ее это волновало мало.
Ее, как и всю команду, больше волновал рейтинг.
Постепенно Светка стала замечать, что ее программы обладают свойством
катализатора: чем больше она утюжит ту или иную тему, тем больше интереса к ней
проявляется, причем не только в плане пассивного восприятия информации с "ящика", но
и в реальной, в соответствующем направлении, активности.
Когда после цикла передач об "истребителях машин" в течение недели в спортивных
магазинах опустели полки с роликовыми коньками, а в новостях замелькали кадры с
новыми и новыми авариями с участием роллеров, она поначалу испугалась. Однако
немедленно прилетевшая делегация от хозяев этих самых магазинов, помимо презентов и
небольшой спонсорской помощи, принесла информацию о том, что с прокуратурой все
улажено, а еще желательно бы снять несколько сюжетов про велосипедистовэкстремалов.
Под это дело залежалась куча горных велосипедов...
Собрание Ордена Хранители не проводили уже давно. Не было достаточно серьезного
повода. Последний раз, дай бог памяти, орден собирался в году, эдак, 93-м, во время
очередного путча. Тогда это представлялось необходимым. Но на поверку, реальных
переломов в общественной морали не произошло, и собрание условились считать чем-то
вроде учений.
Впервые Орден собирали не корифеи, не Хранители, а молодежь - стажеры, которые,
впрочем, заручились поддержкой двух Хранителей, что и стали проводниками этой
инициативы.
Следователь был недоволен. Это собрание противоречило всем принципам и идеям
Ордена.
Основой этих принципов был самый банальный консерватизм. Именно консерватизм
как сдерживающий фактор призван сбалансировать противоречия между взрывом
цивилизации и традиционными ценностями. Это дело молодежи - ломать устои. Дело
Хранителей - держать поводок, чтобы, летя вперед, цивилизация (хотя бы в пределах
города) не улетела в кювет. А если улетит - чтобы показать, куда из кювета выбираться.
И именно поэтому, чтобы стать Хранителем, претендент должен десять лет походить в
стажерах: за это время становится ясно, кто, по сути своей, революционер, а кто -
ретроград. Обе эти категории не годятся в Хранители, ибо ничего общего со здоровым
консерватизмом не имеют...
Пока Следователь рассуждал таким образом, подземный зал постепенно заполнялся
народом.
На лицах большинства Хранителей виднелось заметное нетерпение. Еще бы - многих
оторвали от дел, рабочих и семейных, а явного повода для собрания, вроде, и не
ощущалось. Тем более, что в последнее время, с ростом общего благосостояния,
Хранители, как и все нормальные люди, стали более легкомысленно смотреть на
окружающую действительность, не без основания полагая, что поводов для паники и
борьбы за этику как бы и нет... Других же смущало, что более серьезными в смысле
морально-этической бдительности в данном случае оказались стажеры.
...Хранители расселись, наконец, на офисных стульях с колесиками вокруг большого
овального стола красного дерева. Свисающая с потолка на покрытом побелкой проводе
тусклая ламочка придавала общей картине слегка сюрреалистический вид.
Стажеры плотной группкой сидели в полумраке несколько поодаль.
- Я думаю, все присутствующие в курсе, что нас призвали собраться Хранители Майор
и Биолог, - привстав, сказал Магистр, - А точнее, через них к нам хотят обратиться
стажеры. Что послужило поводом для собрания Ордена - об этом сейчас поведает нам
стажер Хранителя Следователя...
Следователь удивленно поднял брови. Вот так сюрприз! Прочие Хранители, видимо
восприняли эту информацию в том же ключе, а потому с интересом уставились на
Следователя: стажер имел право говорить лишь по воле и от имени своего Хранителя.
Стажер вышел на свет и, с улыбкой глядя на Следователя, заговорил:
- Уважаемые Хранители. Во-первых, я хотел бы извиниться перед своим наставником
за то, что нарушил субординацию и, возможно, даже обидел его. Но вы, уважаемый
Хранитель, к сожалению, не предали моей информации должного значения и не
поделились ею с прочими Хранителями...
"Нет, но каков, - изумленно подумал Следователь, - Совершенно непонятно, зачем он
вообще подался в наш огород? Ему ж прямая дорога в политику! Однако и подставлять он,
оказывается, тоже мастер..."
Стажер продолжал:
- Все вы, наверное, в курсе процессов, происходящих сейчас в нашем городе. Я долгое
время удивлялся, как Хранители могут спокойно смотреть на нашего прежнего мэра, что
пригрел у себя под боком каких-то шарлатанов, когда вся городская жизнь проходила под
сенью самого натурального идолопоклонничества... Конечно, когда я узнал про
договоренности Хранителей с мэрией, все стало на свои места...
Хранители зашумели. С мест полетели выражения типа "мальчишка", "сопляк", "да,
как он смеет", однако, Стажер выдержал паузу и, дождавшись, когда шум утихнет,
продолжил.
- Нет, против этого я ничего не имею - должен же Орден за счет каких-то средств
существовать. Однако сейчас, когда возник реальный повод для беспокойства, Орден
молчит, как будто ничего и не происходит. Беспокоится только один человек - Хранитель
Следователь, - Стажер вновь широко улыбнулся Следователю.
Хранители вновь удивленно посмотрели на Следователя, и тому пришлось, разводя
руками, оправдываться сидящим рядом: "Я не понимаю, о чем он, это какая-то
провокация... Я сам в шоке".
- Только он, - продолжал Стажер, - придает серьезное значение расползающейся среди
горожан заразе, которую несут с собой оккультизм и сектантство. Уже стало нормой, что
большинство умеющих стоять на ногах детей, да и некоторых взрослых, ставят под угрозу
жизни других людей. Более того, уже есть жертвы, и это не останавливает, а напротив -
еще более подстегивает так называемых "истребителей машин"...
- К чему вы, вообще, клоните, стажер? - нетерпеливо крикнул один из Хранителей.
Стажер улыбнулся и, почти профессионально выдержав паузу, продолжил:
- То, что мы хотим предложить, настолько очевидно, что не может не удивлять
молчание вокруг этой темы...
- Кто это "мы"? - крикнул кто-то из полумрака.
- И что это за тема, если не секрет? - надменно-саркастически спросил сидящий
неподалеку полный и лоснящийся Хранитель.
- Мы - это Стажеры, - спокойно ответил Стажер, - А тема простая. Действие.
- Что за действие? Разъясните нам, пожалуйста, - предложил Магистр.
- Просто действие, - ответил Стажер, - Многие стажеры недовольны созерцательной
позицией Хранителей. Иногда просто кажется, будто мы тут играем в масонов каких-то...
- Если вам что-то не нравится в наших принципах, то, что вы тут делаете?! - резко
спросил один из Хранителей. Магистр тут же сделал успокаивающий жест рукой, - При
чем тут масоны? Чему, вообще, вас учил ваш Хранитель? У нас вполне конкретные цели и
вы все прекрасно знаете про нашу позицию...
- Да, да, да, позицию физического невмешательства... Но никто и не говорит, что надо
поднимать бунты и организовывать беспорядки. Просто нам надо быть активнее, если мы
хотим скорее достичь своих целей. Если мы видим наших прямых оппонентов - надо
вступать с ними в полемику, а если необходимо - то и противодействовать им...
- Ну да, логика ясна - этика должна быть с кулаками, - сострил кто-то.
- Молодой человек, вам надо идти работать в правоохранительные органы, - добавил
другой Хранитель.
Стажер обвел присутствующих внимательным взглядом. Его губы дернулись в
полуулыбке, в которой читалось снисхождение и легкое сожаление. "Но как держится,
а?" - немного обалдело подумал Следователь. Стажер демонстративно вздохнул и
продолжил:
- Уважаемые Хранители, мы собрали вас, просто чтобы вы были в курсе новых
настроений в нашей среде. Мы вовсе не собираемся подталкивать вас к активным
действиям. Вы на это и не способны. Не обижайтесь - вы были, есть и будете нашими
идеологами в борьбе за сохранение традиционной морали. Но мы оставляем за собой
право активного вмешательства в процессы. Это право дает нам статус стажера - ведь мы,
в отличие от вас, имеем право на ошибки и, возможно, даже некоторую глупость, -
Стажер сдержанно засмеялся, но тут же оборвал смех и закончил:
- Спасибо за внимание, уважаемые Хранители. Надеюсь, вы поддержите нашу
инициативу. Я имею виду - как морально, так и материально...
После некоторой паузы, в течение которой Хранители недоуменно переговаривались,
Хранитель Майор поднял руку и сказал:
- Что касается моральной поддержки - я за, пусть попробуют, почему бы и нет? Ведь
повышение активности молодежи в укреплении традиционных ценностей - одна из наших
главных целей, если вы не забыли... А что касается материальной поддержки, то мы уже
обговорили с уважаемым Магистром примерную смету...
- Расходы, как нам объяснил Стажер, необходимы, прежде всего, на специальный
интернет-сайт, молодежную газету и продвижение наших идей на ТВ, - сказал Магистр, -
Кроме того, часть средств пойдет на пропаганду идей среди молодежи...
- А откуда средства? - раздался чей-то суровый голос.
- Из фонда развития, - улыбнулся Магистр, - Он десять лет у нас только пополняется,
поскольку развития как такового до сих пор не предвиделось... Конечно, будет выделена
только часть из имеющихся у нас средств. Если вы не возражаете, сейчас проведем
голосование по поводу размеров финансирования стажерской инициативы. Как уже
сказали, смета готова...
- Подождите, - вмешался Следователь, - Я, наверное, чего-то не понимаю, или мы,
действительно, из закрытого клуба превращаемся в политическую партию?...
- Причем здесь политика? - искренне удивился Майор, - Это просто молодежная
инициатива.
- Уважае
...Поділитися у соцмережах
