Жанр: Научная фантастика
Кот 1. Псион
...вокружительные разряды своего восторга, пока я не воздвиг стену защиты,
одновременно перекрыв контакт с Джули. Отдавая должное моей силе и
способности, а также одобрив то, что я сделал, он продолжал:
- (Разве я не говорил тебе, что придет время, - и ты ощутишь потребность
и установишь контакт?) Если даже это случится каким-то другим, не
предвиденным им способом.
Ощутить потребность... Я понял, что он заставил меня ощутить ее именно
так, как обещал. Боль хлестанула по моей изувеченной спине, когда я
приподнялся, опершись на локоть. Он знал заранее все, что со мной сделают! Я
не мог скрыть своей ярости, да и не хотел.
В голове у Рубая я прочитал недоумение и замешательство, и он отключился,
как будто повернул выключатель. Он не понял причины моего гнева.
- (Ты прошел через страшное испытание, но подумай, насколько
незначительна эта цена по сравнению с тем, что ты получишь. Нам всем
пришлось чем-то жертвовать для достижения этой цели, но только глупец будет
плакать об этих жертвах. Боль - ничто, учись не замечать ее.) - Точно так
же, как он игнорировал боль и любое другое проявление человеческих чувств, с
которыми был рожден.
Я не стал отвечать и глядел на Джули. Сжав губы, она смотрела на цепь,
которой я был прикован к кровати. (Теперь ты начал понимать.) Я чувствовал,
что он недоволен - я добавил ложку дегтя в мед его победы. - (Ты все
поймешь, когда мы победим. Ты увидишь, что я был прав.) - Он повернулся к
Джули. (Но для начала разберемся со старой доброй Федерацией. Центр
управления контрольными системами находится на этом уровне комплекса. Мы
сможем попасть туда прямо отсюда.) - Он двинулся к выходу, Джули поплелась
за ним, балансируя, как будто шла по проволоке.
- (Подождите!) - вторгся я в его сознание. - (Я хочу пойти с вами. Не
оставляйте меня здесь. Я не хочу оставаться в стороне, когда предстоят такие
дела.) - Я придал лицу выражение готовности к жертвам, надеясь, что он
увидит это. - (Они ненавидят псионов.) Рубай нахмурился.
- (Тебе лучше остаться здесь. Ты будешь обузой. Я заберу тебя отсюда...)
- (Со мной все в порядке!) - со сверхъестественным усилием я сел, задержав
дыхание и радуясь тому, что мне не приходится лгать вслух. - (Как вы
сказали, я могу не замечать боли. Я хочу быть с вами, когда вы отнимите у
них это место.) - Я протянул к нему руку, позволив ей слегка задрожать.
Его лицо просветлело. Я спустил одну ногу на пол, на другой звякнула
цепь.
Я смотрел ему в глаза, умоляя, ожидая и молясь.
Он вернулся и положил руку на металлическое кольцо. Концентрация энергии
- и оковы упали на пол: я был свободен. С минуту я переводил дыхание, прежде
чем смог встать. Меня поразила мысль, что вся моя жизнь была бы значительно
легче, если бы я владел телекинезом, а не телепатией. Я засмеялся, вовсе не
желая того.
На Джули и Рубае была униформа охранников шахт - ведь все коридоры
просматривались камерами, - оба вооружены. Волосы Джули скрывал шлем
охранника, а с ее высокой стройной фигурой она вполне могла сойти за
мужчину.
Рубай снял свою куртку и помог мне надеть ее. Несмотря на то, что мою
спину защищала пленка, наложенная врачом, не в человеческих силах было
выдержать боль, когда я продевал руки в рукава куртки. Но делать нечего - я
вынужден был терпеть. Я застегнул куртку, на руках и лице выступил пот.
Джули смотрела на меня жалобным взглядом, в котором, однако, было и
облегчение.
Вдвоем у нас появился шанс остановить его.
Я взглянул на своего соседа по палате. Он не шевелился, его сознание
погрузилось куда-то глубже, чем сон. Я не был уверен, что он счастлив.
Мы без труда прошли по коридорам - никому в голову не придет, что кто-то
может проникнуть через такие заслоны внешней охраны. Мы спокойно достигли
центра управления. Входная дверь была блокирована идентификационным замком.
Рубай приложил руку к двери, как будто ожидая, что она действительно
откроется.
Он сфокусировал на ней луч пси, и через несколько секунд она открылась. Я
посмотрел на Джули - ее наполнил благоговейный ужас. Интересно, приходила ли
когда-нибудь Зибелингу в голову идея использовать Дар таким вот образом?
Мы вошли. Автоматически зажглось освещение комнаты с таким количеством
мониторов, терминалов и экранов, какого я не мог вообще себе представить.
Если существование в Старом городе напоминало существование паразита в
чьих-то внутренностях, то в данную минуту мы были похожи на вирус,
забравшийся в мозг.
Никто не наблюдал за работой центра - электроника следила за всеми
системами.
Рубай пришел, чтобы нарушить его работу, а мы - чтобы остановить Рубая. Я
почти не ощущал боли в спине.
Рубай двигался вдоль стен, забыв о нас и перебегая глазами с одного
дисплея на другой. Джули положила руку на парализующий пистолет и
вопросительно посмотрела на меня, не облекая вопрос в форму мысли. Я оценил
взглядом пистолет Рубая. Главное, чтобы мы действовали слаженно.
Единственная наша надежда застать его врасплох и выйти отсюда живыми
заключалась в том, чтобы разделить его внимание и отключить - прежде чем он
разорвет нашу защиту и убьет нас. Я жестом показал ей, что надо подождать, и
двинулся по комнате. Рубай вызывал на терминале необходимую информацию.
Когда я подошел к нему, он снял защитный шлем и оглянулся на меня. Я выдавил
улыбку:
- Ну как?
- Великолепно, - он достал из куртки какие-то блестящие упаковки. - Это
для последнего акта. - Я пошел за ним в другой отсек и старался уловить
логику его действий, пока он набирал что-то на клавиатуре.
- А что это? - я указал на пакетики.
- Это предназначено для системы аэровентиляции.
- Похоже на конфеты, - усмехнулся я.
- Не рекомендую полакомиться ими. Это нечто вроде содового соединения,
применяется для анестезии, своеобразная... сыворотка правды. - Я замер, мои
руки опустились. - Похоже, не очень вкусно, - он улыбнулся своей остроте.
Я рассмеялся слишком громко.
- Как это действует? На сколько это вырубает человека? Что происходит,
когда действие кончается?
- Газ безопасен. Он продержит всех без сознания, пока мы не завершим
работу. Система вентиляции замкнута, поэтому газ не может улетучиться. Он
участвует в обычной циркуляции воздуха.
- Значит, газ никуда не денется?
- Да, но в этих системах существует встроенный вентилятор...
- Так значит, мы используем их, чтобы всех вырубить?
Оторвавшись от своего дела, Рубай пристально посмотрел на меня, и я
почувствовал его растущее раздражение.
- Едва ли это предполагалось изготовителями. - Он вновь принялся
работать.
- Обычно это используется для контроля содержания влаги в воздухе, для
массовой иммунизации и дезинфекции.
- Сходные функции. О... - Моя рука автоматическим движением старого
воришки скользнула к его поясу, где в кобуре висел парализующий пистолет. -
Ну а как насчет нас, мы-то тоже отрубимся? - Мои пальцы сжали холодный
металл.
- Я могу перенести это при помощи...
Я выдернул его пистолет из кобуры.
- (Давай, Джули, быстро!) - Я хотел прыгнуть назад. Проклятые ноги! Они
предали меня. Я споткнулся, и в то же мгновение рука Рубая обрушила на меня
панель управления. Я услышал крик Джули, когда она выронила свое оружие. Я
успел впечатать в лицо Рубаю всю мою ярость, прежде чем боль в изувеченной
спине свела ее на нет; мы с Джули ощутили яростный ответный удар на
телепатическом уровне. Мое тело содрогнулось от удара, сердце как будто
зависло и перестало биться, а сознание упорно пыталось отразить нападение. Я
выронил пистолет, Рубай рванулся к нему.
Внезапно, словно подключившись к неведомому источнику пси, мое сознание
наполнилось небывалой энергией, обрушившей все барьеры и требующей
немедленной сцепки, - не Рубай, не Джули, не человек...
Гидраны. Объединенная телепатическая сила вторглась в меня, зарядив меня
силой молнии. Рубай отлетел в сторону с изменившимся лицом - в нем не
осталось злобы, лишь замешательство и предчувствие проигрыша. Вокруг него
сияла аура, он излучал мощное биополе, но оно уже не доходило до меня. Лицо
Джули окаменело от шока, ее пси-аура продолжала сиять. Комната была залита
безжизненным светом, слышен был какой-то тихий шепот. Я не чувствовал боли.
Более того, я перестал ощущать себя человеком - лишь пеной на обрушивающейся
волне энергии.
Электричество трещало на моих пальцах, волосы приподнялись, словно от
несуществующего ветра. Я видел, как Рубай, шатаясь, прошел в другой конец
комнаты, где Джули прижалась к стене, и, как будто парализованная всем
происходящим, не могла пошевелиться. Он схватил ее за руки и стал
прикрываться ею, как щитом, не осознавая, что я ничего не могу ему сделать.
Внезапная мысль заставила меня позабыть и о Рубае, и о Джули - я вспомнил
о шахтах, об этом адском месте, где люди, стертые в порошок, подвергались
пыткам и медленно умирали. Я ясно увидел, что меня ожидало - провести рабом
остаток дней. Меня снова обжигала боль в спине, горечь предательства, соль
страдания и кошмар унижения. Я знал - сила, которую я неожиданно обрел,
призвана навсегда покончить с этим.
- (Да.) - Я произнес это слово, услышанное только теми, кто сейчас
поддерживал меня. - (Да, хочу.) Я почувствовал их ответ, пробежав по их
объединенному кругу, и на меня обрушились видения... И то, что я должен был
увидеть, осталось со мной навсегда... Потом был удар молнии - сквозь меня,
вокруг меня и подо мной... везде! Кажется, я увидел, как исчезли Джули и
Рубай. Кажется, я кричал...
Все уровни комплекса шахт подо мной содрогнулись с нарастающим громом.
Глава 19
Жидкий огонь прополз в мой рот, просочился в горло, наполнил нос дымом.
Организм моментально отреагировал, и железная рука выдернула меня обратно
к жизни. Я моргал, не понимая, ослеп или нет, когда сознание открылось
свету.
- Что... Что... Где я?
Рядом стоял Джоральмен и смотрел на меня так, как будто следующий вопрос
должен быть: "Кто я?" - а он не знал толком, что ответить.
- В моем кабинете.
Я лежал на диване, глядя на голографические картинки из другого мира,
проецируемые на стену. С первого взгляда я не мог понять, реальность это или
нет. Мое зрение опять превратило в негатив то, что я видел, и затем вновь
вернулось к норме. Я закрыл лицо рукой, голова в буквальном смысле
раскалывалась.
- Вот, возьми. - Он вложил мне в руки чашку, я вздрогнул, как от
электрического тока. - У меня на планете мы называем это Святой Водой.
Говорят, мертвого подымет.
Я влил содержимое в рот и с трудом проглотил. Это напоминало
расплавленный свинец.
- Если, - выдохнул я, - если это сперва тебя не убьет. - Я сделал еще
несколько глотков. - Как я попал сюда? Что произошло?
Он присел на край стола и глотнул из фляги, поморщившись. Что-то неладное
творилось с моим зрением: Джоральмен был одет в мозаику из бледных радуг.
- Я нашел тебя, когда ты бродил по коридорам, как лунатик, пару часов
назад. Многие вели себя так же странно. - Он покачал головой. - Выходит, ты
говорил правду. - Он выглядел потерянным. - Что и говорить, это было как
снег на голову, никто ничего подобного не ожидал. Но скажи, как это
произошло? Ты говорил, что террорист хотел взять шахты штурмом или что-то в
этом роде... - Он запустил пятерню в свои соломенные волосы. Я не ответил,
потому что не мог выговорить ни слова, закрыл глаза и сосредоточился на
завихрениях в голове.
Последнее, что я помню: я прикован к кровати... Джули, Рубай... Цепь
разрывается. Центр управления. Рубай у компьютерного терминала, он
поворачивается к нам как раз в тот момент, когда мы уже почти... Затем
кто-то чужой в моей голове, пронизывающий все тело, как одно мощное звучание
или молния... Я открыл глаза.
- У него не получилось. Рубай не захватил шахты. Мы остановили его, он не
успел использовать газ!
И затем они исчезли - Рубай и Джули. Но меня пощадил этот огонь, несмотря
на то что я предназначался для него. Если бы я знал слово для его
обозначения, я назвал бы его...
- Да, но ты не остановил их. Все разрушено, - он еще отхлебнул из фляги.
- О чем ты?
- Подземные коммуникации разрушены. Шахты забиты обломками породы. Все в
развалинах. Зачем им было делать это? И каким оружием? - Он осекся.
Я отхлебнул своего напитка.
- Много людей погибло?
- Все живы, в том-то и дело! - Он вытер губы, радужные пятна переливались
и прыгали. Я облегченно вздохнул. Джоральмен уставился на меня.
- Это не было предусмотрено планом, - сказал я. - Тут вмешались гидраны.
- Привидения? - Он выпрямился. - При чем тут они?
- Как ты думаешь? - Наконец мне удалось сесть, хотя я весь покрылся потом
от боли в спине. Джоральмен молча смотрел на меня, пока мое лицо не приняло
обычное выражение. - Как ты думаешь? - повторил я, глядя ему в глаза. - Они
знали о планах Рубая, потому что я рассказал им. Они ответили мне, что им
надо подумать... И сделали свой выбор. Остановили Рубая и совершили то, к
чему давно стремились.
Джоральмен покачал головой:
- Почему именно сейчас? Почему бы им не сделать это давно, раз уж они
решились?
Потому что им нужен был толчок, ключ... Похожий на тот, что был у Рубая.
И они наконец нашли его.
- (Что произошло с тобой?) - Джоральмен не произнес этого вслух. Потому
что неожиданно понял ответ. Он опустил глаза.
- Высший суд, - пробормотал он и сделал глоток.
Я подумал, что сделали бы со мной, если бы Джоральмен рассказал
кому-нибудь правду. Я подумал, что он даже...
- Но ты защищаешь меня! Почему ты принес меня сюда, вместо того чтобы
сдать?
Он поднял глаза.
- Потому что ты был прав, а мы ошибались. И еще потому, что, когда я
нашел тебя, ты едва смог бы противостоять потоку гневных вопросов.
- Сколько же это продолжается?
- Почти пять часов.
Джули... Она исчезла вместе с Рубаем. Я вскочил.
- Надо кого-нибудь предупредить. Те псионы, которыми кишит город, их
нужно остановить. Рубай уже там, и он знает...
- О нем уже позаботились.
- Да? - Я покачнулся.
Джоральмен кивнул; вокруг него по-прежнему носились видимые мне одному
вихри.
- Нас оповестил по радиосвязи некто Зибелинг...
- Зибелинг! Он в порядке?
- Насколько мне известно. Мы получили его сигнал сразу после катастрофы -
он сообщил, что ему удалось каким-то образом повернуть планы псионов Рубая
против них самих. Мы послали в город подкрепление из сил безопасности. Они
должны вернуться с минуты на минуту...
Что-то зажужжало на его столе, он повернулся и сказал в микрофон
интеркома:
- Джоральмен.
Я закрыл глаза и попытался сконцентрироваться на том, что только что
услышал. С Зибелингом все в порядке. Значит, каким-то образом ему удалось
использовать Рубая, а Джули помогала ему. Нужно найти их, но в голове такой
шум: терминал управления шахт заполнен парализующим газом, сотни людей
подверглись его воздействию, газ проник во все уровни терминала. Я махнул
рукой, сообразив, что для меня самое лучшее сейчас - передохнуть.
Джоральмен вышел, сказав мне что-то, чего я толком не расслышал.
Оставшись один, я вскоре провалился в мертвый тяжелый сон.
Неизвестно, сколько я проспал; приподнявшись на кровати, когда открылась
дверь, я уже знал, кто сейчас предстанет передо мной.
- Кот! - сказал Зибелинг. Его украшала аура, раза в два более яркая, чем
у Джоральмена. Он выглядел счастливым, и это трудно было не заметить. Я
потер глаза, соображая, что то сияние, которое видно вокруг его головы,
вовсе не реальный свет.
Зибелинг подбежал ко мне и обнял, как старого друга, потерянного, как
казалось, уже навсегда. Я заорал и оттолкнул его, ошпаренный болью в спине.
Зибелинг опустил руки, пораженный моей неожиданной реакцией. Стараясь
ровно держать голос, в поисках улыбки на собственных губах, я сказал:
- Привет, док. Похоже, вы впервые не прочь меня лицезреть.
Чувство вины в его ауре полыхнуло малиновым. И я соврал бы, если бы
утверждал, что мне до этого нет дела. Он набрал воздуха и сказал:
- Джули рассказала мне все... Я хочу посмотреть твою спину.
Я расстегнул куртку и снял ее. Слышалось сосредоточенное дыхание
Зибелинга.
- Ожоги второй и третьей степени! И они оставили их в таком состоянии?!
- В том-то и дело. - Я надел куртку, не предполагая, какая дикая боль
последует за этим.
Зибелинг посмотрел на Джоральмена железным взглядом:
- Варварство! Да как вы можете?
- Он не виноват, - возразил я. - Он помешал бы этому, если б мог.
Зибелинг кивнул с мрачным выражением лица.
- Тогда помогите мне проследить, чтобы он получил необходимое лечение.
Джоральмен разглядывал узоры на ковре.
- Учитывая все обстоятельства, это не так просто... - Он покраснел.
Зибелинг собирался что-то сказать, но передумал.
- Где Джули? Разве она не приехала с вами? - Я был рад сменить тему на
что-то более приятное.
- Нет. - Зибелинг с тревогой посмотрел на меня. - Разве она не здесь? - В
его голове забил сигнал тревоги:
- Где Рубай? Что произошло?
- Ему удалось скрыться. Я думал, вы...
- О Боже, ради всего святого, где же они? - Его охватила паника. - Что он
сделал с ней?
- Кажется, я догадываюсь, - медленно сказал Джоральмен. - Я слышал, что
потерян контроль над системой планетного щита. Она не отвечает на приказы
центра, таким образом, никто не может ни покинуть Синдер, ни прибыть сюда.
Мы заперты, как мухи в бутылке. Кому-то удалось проникнуть в головной
компьютер и изменить программу.
Я не сомневался:
- Это Рубай. Он что-то успел сделать в центре управления. Но как мы можем
определить, где он?
- Скорее всего, в центре управления связью, - сказал Джоральмен. - При
его способностях он может управлять всем именно оттуда. Даже при неудаче
первоначального плана теперь он может держать весь Синдер в заложниках. - Он
нашел кнопку интеркома. - Мне нужно переговорить с кем-нибудь из
руководства...
Да, это Джоральмен.
Он вызвал Кильходу. Этот голос мне не забыть никогда.
- ...Если им было известно так много, - говорил этот голос, - почему они
не остановили это раньше, если для этого явились сюда?
- Ты же помнишь, Киль, что говорил мальчик: они были отрезаны, они не
могли послать сообщение... Потом я введу тебя в курс дела. Послушай, Танаки
уже вернулся в системный центр? Встретимся там. - Он помолчал. - Еще одно,
не в службу, а в дружбу. Дай мне слово, что, кого бы я ни привел с собой, ты
будешь нем, как рыба.
Кильхода мрачно хмыкнул:
- Опять этот мальчишка... Черт возьми. Тебе прекрасно известно, что он
собственность шахт! Речь, конечно, о нем?
- Здесь находятся лишь агенты Службы Безопасности. Ну так что - ты можешь
мне это пообещать?
Последовала долгая пауза, затем Кильхода произнес:
- Обещаю. - Он хотел сказать еще что-то, но передумал. - Встретимся через
пятнадцать минут, потому что Танаки пока не вернулся.
- Хорошо. - Джоральмен отключил связь и посмотрел на меня. - Это все, что
я могу сделать, Кот. Мы вернемся в системный центр и присоединимся к
остальным.
Зибелинг напряженно кивнул, сухо глядя на Джоральмена. Тот с виноватым
видом пожал плечами.
- Боюсь, это единственное, что нам остается. Кстати, не желаете ли
составить мне компанию? - Он передал Зибелингу чашку, сняв ее с крышки
графина - там их было полно. Я сел, и он налил мне тоже. Я сделал длинный
глоток, хотелось, чтобы исчезли все мои внутренние ощущения. Джоральмен
налил еще немного себе и Зибелингу.
- Кстати, - сказал он, - меня зовут Мид Джоральмен, я главный специалист
по закупкам в этой структуре. Кажется, нас не представили друг другу.
- Ардан Зибелинг, - они пожали друг другу руки, при этом Зибелинг
старался не показывать своего раздражения.
Я чувствовал, что он подыскивает, что сказать, чтобы занять мысли.
- Честно говоря, мне не кажется, что вас очень расстраивает то, что здесь
происходит.
- Вы имеете в виду, что, несмотря на все ваши усилия, вы сейчас
находитесь на верхушке самой дорогой груды булыжников в этой части
Галактики? - Он пожал плечами и сел за свой стол; его голос слегка
понизился. - Я не удивлен, доктор Зибелинг... Признаюсь вам, это не первый
мой глоток за сегодняшний день. Я весь день пью за мое скорейшее увольнение
отсюда. К тому же эта гадость, которую мы пьем, хороша тем, что наутро не
болит голова. - Он откинулся в кресле, рассматривая голографические
изображения на стене. - И до того, как вы станете обвинять меня в том, что я
бегу с тонущего корабля, я позволю себе заметить, что мое желание в данном
случае - не прихоть, в противоположность тому, которое возникло сегодня
днем. Придет время... - Он посмотрел на меня.
- Я, пожалуй, выпью за это, - сказал я и выпил.
Зибелинг кивнул. Джоральмен поставил стакан.
- Мы должны выпить за вас. Каким, черт возьми, образом вы смогли в
одиночку управиться с целой армией псионов-террористов?
Зибелинг посмотрел на стакан, тот поднялся на несколько сантиметров над
поверхностью стола, завис в воздухе, а затем мягко спустился обратно.
Джоральмен понимающе кивнул:
- Ну, разумеется.
Зибелинг даже не улыбнулся. Он вздохнул, пытаясь сосредоточиться, и
рассказал Джоральмену о подземных хранилищах, использовавшихся как склады, и
о том, как пустил через вентиляцию усыпляющий газ, обернув их план против
них же самих и улучив момент, когда все они собрались там для получения
последнего инструктажа. Затем он освободил шахтеров, которые были заточены
псионами Рубая, а они помогли освободить остальных. Он рассказывал об этом,
как о чем-то не относящемся к нему. Потому что его мысли были там, где
Джули, и мои тоже.
Джоральмен хмыкнул и покачал головой.
- Так что же нам делать? Шахты выведены из строя? - спросил я, чтобы
отвлечься от мыслей о Джули.
- Да, по крайней мере сейчас. Но ты особо не радуйся: Федерация
существует благодаря телхассию. Шахты будут восстановлены, и чем быстрее,
тем лучше. Время - деньги, сам понимаешь.
- О Боже!..
Он налил мне еще.
- За привидений, - сказал я и осушил стакан. Все посмотрели на меня. - Да
так, шутка. - Я отпил еще, поглядывая на свое клеймо.
Джоральмен изобразил улыбку:
- За высший суд!..
Я опустил стакан, почувствовав себя несколько повеселевшим, и вспомнил,
что пью на голодный желудок. Цветные ауры вокруг Зибелинга и Джоральмена
больно били мне по глазам. Я нагнулся и посмотрел на собственное изображение
на поверхности стола. Это было лишь отражением, не голографией; я увидел
воскресшего мертвеца. Вокруг глаз густо темнели синяки, как будто меня долго
били, высохшая кровь виднелась на верхней губе. Я не помнил, чтобы мне в
последнее время разбивали нос. Я быстро отвернулся. Джоральмен посмотрел на
часы.
- Мы можем идти, если вы готовы. - Зибелинг кивнул, выражая готовность.
Джоральмен взглянул на меня:
- Ну а ты?
Я пожал плечами и пожалел об этом.
- Пошли...
На лифте мы спустились на несколько этажей. Я не подал виду, что мне
хотелось, чтобы движение было обратным.
Куча чиновников ожидала нас в холле рядом с системным центром, среди них
я увидел Киль-ходу. Он мрачно смерил взглядом Джоральмена и бросил ему
что-то неразборчивое. Я спрятался за спиной Зибелинга и старался ни на кого
не смотреть. В моих глазах все они были светящимися голограммами,
сверкающими, как звезды на небе. Зибелинг выделялся, подобно солнцу.
Джоральмен представлял собравшихся друг другу. Один из охранников
подозрительно покосился на меня:
- Где-то я тебя видел, парень.
Я попытался выпрямиться.
- Тебе что, надоела твоя работа? - выпалил я и нахмурился. Он сделал то
же самое, неотрывно глядя на меня. Я отвернулся, когда Джоральмен представил
человека по имени Танаки, того самого, кто согласился тогда выслушать мою
информацию. Он посмотрел на меня так, как будто ни на секунду не сомневался
в том, что я - агент Службы Безопасности; если его и удивило, почему на мне
шахтерская куртка, то он не показал этого. Черты его немолодого лица и седые
волосы почему-то напомнили мне о гидранах. Я обернулся к Кильходе, но он уже
ушел. Прижавшись к холодной стене коридора, я смотрел на то место, где он
стоял. Адски болела спина, на которую давила шахтерская куртка, но еще
больше болела голова. Все задавали какие-то вопросы, но для меня они звучали
как неразборчивое бормотание. Отвечать я предоставил Зибелингу.
Наконец вернулся Кильхода в сопровождении охранников. У меня чуть не
подкосились ноги, пока я не понял, что они пришли не за мной, а привели
группу захваченных террористов. Среди них я увидел Гэллис, увенчанную
переливающейся аурой. Она посмотрела на Зибелинга и на меня, как будто мы
были единственными присутствующими. Кильхода попросил разрешения допросить
ее о Рубае и о планетном щите. Танаки утвердительно кивнул. Я подумал, что
ожидает ее, если она будет запираться, и мои коленки опять подогнулись.
Кильхода дал знак, и ее стали уводить. Поравнявшись со мной, Гэллис
посмотрела мне прямо в глаза. Я никогда не видел подобного взгляда и врагу
не пожелаю увидеть это. Она ворвалась в мое сознание:
- (Я говорила ему, что ты за фрукт, просила избавиться от тебя, но он не
послушал меня. Он думал, что он всезнающ... Но он так ничего и не понял...
Ты уничтожил его. Почему, почему он не послушал меня?..) - Контакт прервался
с ее уходом.
Я опустил взгляд. Зибел
...Закладка в соц.сетях
