Жанр: Научная фантастика
Место боя
...й крепости на
чон-саа. Ласково проведя по волосам Джеймса, она попросила:
- Расскажи мне, если это тебе не трудно.
- Не трудно, - качнул головой Джеймс. - Но, если ты рассчитываешь на то,
что я видел очень много, - должен тебя
разочаровать: основными местами моего пребывания был тюремный блок, ангар и
лаборатория генетиков. Собственно
говоря, там я проводил большую часть времени.
- В генетической лаборатории? - нахмурила лоб Жанна и откинула упавшую на
глаза прядь волос. - Что ты там делал?
- Кричал. Кричал от боли, - честно ответил Джеймс. Воспоминания о
бесчисленных опытах над его телом были не самой
приятной вещью. - Они день за днем пытали меня, ставя одни опыты за другими,
практикуя свои методики биоинженерии.
Знаешь, Жанна, это словно... словно тебя заживо разбирают на кусочки, обнажая
все нервы в теле, и каждый нерв бьют
мощные электрические разряды. Потом все уходило в туман, боль утихала, чтобы
через минуту навалиться с удвоенной
силой. Обычно для меня все заканчивалось потерей сознания, но было и так, что я
до самого конца ощущал эту боль. И
каждый следующий раз все было немного иначе, будто боль была живым существом и
она могла изменять себя.
- Наверное, если бы их эксперименты закончились успешно, - несколькими
глотками осушил стакан воды Джеймс, - они
оставили бы меня в покое, но это у них не получилось.
- Не получилось? - эхом повторила Жанна. Джеймс видел, что девушку потряс
его рассказ, но она не хотела перебивать,
понимая, что Джеймсу нужно выговориться. - Почему?
- Почему? - среди деревьев повеял холодный ветерок, что было приятным
разнообразием после отупляющей мысли
тропической жары. - Ты слышала когда-то о МИЧ... хотя, нет - наверное, ты и не
должна была слышать. Но суть в том, что на
Моторе я прошел операцию по имплантации МИЧ-12КС... - кратко, не вдаваясь в
технические характеристики, Джеймс
поведал ей про принципы работы миниатюрного компьютера в его голове. Сказать,
что у нее был ошеломленный вид -
значит, ничего не сказать: на Жанну свалилось слишком много одновременно.
- Так вот почему ты мог так хорошо драться в наших состязаниях, - сделав
"возмущенное" лицо, Жанна ткнула его локтем
в плечо. - Полагаю, Паладин тоже носит... МИЧ-12КС?
- Носит, - подтвердил юноша. - Нас было всего пятеро согласившихся на
операцию. Если не ошибаюсь, то это была первая
операция по имплантации МИЧ-12КС, - "и, вероятно, последняя, учитывая, что
килрачи все-таки смогли его обнаружить", -
подумал он.
- То есть, вы были подопытными кроликами?
- Можно сказать и так. Только в отличие от кроликов мы были прекрасно
осведомлены о возможных последствиях
операции и риске, на который мы шли. Так вот - я думаю, что МИЧ и был тем
фактором, помешавшим килрачам сделать из
меня безмозглого зомби. У них ничего не вышло, - повторил юноша, - но это их
только... только раззадоривало. Возможно,
они восприняли невозможность сделать это со мной, как вызов своим способностям,
а возможно, просто тщательно
выполняли свою работу. Как бы там не было, на отсутствие внимание с их стороны я
не мог пожаловаться, - мрачно пошутил
он.
- Значит, эти опыты и были самым страшным? - Жанна подперла рукой
подбородок и внимательно слушала.
- Нет, не это, - помотал головой Джеймс. Часы на руке негромко пискнули,
исправно докладывая, что до полуночи по
времени "Гетмана Хмельницкого" (и по базовому времени Конфедерации) оставалось
пятнадцать минут. - К боли и опытам я
привык. Не сразу и не полностью - но привык. Нет, самым страшным было отсутствие
надежды! Я знал, что никто не придет
меня спасать, никто мне не поможет, а сам я никогда не смог бы бежать оттуда.
Если бы не то, что Марраша'атах хотел
оставить свои руки чистыми - я до сих пор был бы объектом для их опытов.
- Марраша'атах?
- Это командор Тагар Дусит, - пояснил Джеймс. - Там был еще один килрач,
его заместитель - Фашар. Они и организовали
мой побег.
- И что ты думаешь про них?
- Про Марраша'атаха и Фашара?
- Нет, про всю их расу.
- Даже не знаю, - Джеймс и сам не редко задумывался над этим вопросом,
особенно после Тагар Дусит. - Я был там долго,
но ни разу не почувствовал их ненависти к нам. Они обращались со мною жестоко и
без жалости, - но никогда не позволяли
себе издеваться или оскорблять меня. Для них я был военнопленным, с которым
следовало обращаться так-то и так-то, а не
смертельным врагом, которого нужно уничтожить как дикого зверя. Я спросил
Марраша'атаха: почему они напали на нас,
почему в течение ста с лишним лет гибнут десятки, сотни тысяч и даже миллионы с
обеих сторон?
- И он ответил?
- Нет, не ответил, - прохладный ветерок усилился, а небо начало
неторопливо, но верно затягиваться свинцово-серыми
тучами. - Он промолчал, однако...
- Что "однако"? - почувствовав неуверенность в его голосе, Жанна
придвинулась еще ближе.
- Я не уверен, но в какой-то момент мне показалось, что для Марраша'атаха
этот вопрос имеет какое-то особое значение, -
медленно, словно опасаясь ошибиться и сказать не то, проговорил юноша. - Времени
у нас было мало и не смог как следует
расспросить его - к сожалению! Сдается мне, его ответ был бы полезен нам всем.
- Да, если бы мы знали почему... - девушка встряхнула кудрями,
прислушиваясь к свисту ветра. - Вернее, почему воюем
мы понятно - чтобы спасти свой род от уничтожения. Почему воюет Империя Килрач -
вот этого не знает никто. Они не разу
не пояснили причин Великой Войны, не пытались о чем-то договариваться, не
предъявляли ультиматумов, не реагировали на
наши послания... ну, почти не реагировали (Джеймс знал, с разрешения Шонта, про
миссию Жанны и остальных на Сенай).
Лично я думаю, что до тех пор, пока мы не узнаем причину первого нападения
килрачей на Альянс - до тех пор мы будем
блуждать в потемках, задавая одни и те же вопросы, - переведя дыхание, она
посмотрела на него:
- Ты говоришь, не чувствовал их ненависти. А сам? Что чувствовал и
чувствуешь по отношению к ним?
Джеймс долго молчал, что-то обдумывая; наконец, он едва слышно заговорил:
- Знаешь, Жанна, на Земле я был уверен, что ненавижу их; теперь - просто не
знаю. Я тут уже больше года, я был у них в
плену, сражался с ними и убил многих... Но все, что я хочу - чтобы эта война
закончилась! Хочу просто вернуться домой и
забыть про все, что я видел или делал! Хочу просто жить, а не носиться по
космосу, в ожидании пока меня убьют или я убью
кого-нибудь!
Жанна кивнула, словно услышала именно то, что и ожидала:
- Сначала ты гордишься тем, что делаешь, потом устаешь от этого кошмара, а
в конце концов, понимаешь, что это всего
лишь обычная, хоть и очень хитро спрятанная ловушка. Нет ни правых, ни виноватых
- война идет сама по себе, без цели, без
какого-либо смысла! Мы убиваем, чтобы не быть убитыми - вот и вся правда этой
войны! А килрачи... килрачи совсем не
дикие кровожадные звери, они лишь...
- ...лишь враги! - тихо закончил Джеймс. Жанна мельком глянула на него и
кивнула вновь:
- Да, лишь враги!
Молодые люди молча сидели рядом. И на какой-то миг Джеймсу стало так
страшно, как никогда до этого. Неожиданно и
невероятно ясно пришло осознание войны такой, какой она есть на самом деле:
страшной, дикой силы, которую так легко
освободить, но так сложно усмирить. Война - это точка невозвращения, крайняя
грань, за которой лежит конец всему, грань,
за которую нельзя идти! Война засасывала их в свой водоворот, поглощала души и
тела, и с каждым оборотом, с каждой
новой смертью набирала все больших сил! Они воевали чтобы выжить - то есть
воевали ради самой войны, и Джеймс, как и
тысячи до него, не видел выхода из этого замкнутого круга!
- Ну, хватит разговоров! - неожиданно он услышал голос Жанны. Оглянувшись
на нее, Джеймс увидел, как она осторожно
разливает в походные кружки темно-рубиновую жидкость. Вино переливалось алыми
сполохами в свете костра, словно
выплеснутая из сердца кровь. - Ты что, забыл - всего через минуту Новый год?
- Нет, не забыл, просто...
- Просто давай прилично его отпразднуем, - завинтив флягу с вином, она
спрятала ее в походный мешок. Джеймс, откинув
все серьезные мысли, поднял свою кружку, улыбаясь парадоксальности ситуации -
они вдвоем, в сердце территории,
принадлежащей килрачам, и почти без всяких шансов выбраться отсюда, собираются
отмечать Новый год и распивать вино.
Тем временем затянувшие небо тучи превратили полумрак под кронами деревьев
тропического леса в сплошную темень, и
только неверный свет костра разгонял темноту.
- Еще двадцать секунд, Жанна, - посмотрел на покрытые люминесцентным
составом стрелки своего хронометра Джеймс.
- Я знаю, - завершив упаковку вина, девушка повернулась к нему, поднимая
свою кружку. - Пусть все заботы и тревоги
останутся позади нас, как мы оставляем этот год.
- Пусть новый год несет счастье, мир и удачу нам и тем, кого мы любим,
- Джеймс автоматически вспомнил необходимые слова. - Пусть на нашем пути
всегда светит солнце на безоблачном небе.
- Пусть сны тех, кто ушел навеки, будут чисты и спокойны.
- Пусть цветы всегда цветут на их могилах.
Тихонько пикнули часы Джеймса, и тут же эхом отозвался хронометр девушки. С
легким металлическим звоном кружки
стукнулись друг с другом:
- С Новым годом, Жанна.
- С Новым годом, Джеймс.
Прекрасно выдержанное вино показалось юноше нектаром чистейшей воды.
"Интересно, где Бабай ухитрился раздобыть
его - ведь в ежедневный рацион пилотов алкогольные напитки, за исключением пива,
не входили, - задумался Джеймс. -
Наверное, контрабандою притащил или утянул у кого-то из старших офицеров".
Развеселившийся Джеймс представил себе,
что вино, которое они смаковали, принадлежало Фарбаху или его заместителю,
подполковнику Джонсону.
- Вполне может быть, - Жанна тихонько рассмеялась, когда Джеймс поделился с
ней своими мыслями. - Ты не знаешь, но
у Фарбаха есть хобби - коллекционировать редкие вина и секреты их приготовления.
Кое-что он хранит в своей каюте, но
большая часть хорошо упакована в грузовых отсеках. Все наши прекрасно про это
осведомлены, и Бабай мог разжиться там
парочкой фляг.
- Но ты лучше скажи, - Жанна допила вино, но прятать кружку не спешила. -
Ты знаешь про желания?
- Если загадать желание под Новый год, то оно сбудется? - Джеймс
усмехнулся. - Знаю, но не особенно верю. Во всяком
случае, у меня это еще ни разу не сработало.
- Если нет веры, то и желание не сбудется, - загадочно сказала девушка.
Костер почти догорел, и в темноте лишь слабо виднелись очертания ее фигуры.
- А ты веришь?
- А я верю, - подтвердила Жанна.
- И что же ты загадала? - стараясь избавиться от скептицизма в голосе,
спросил Джеймс.
Девушка не ответила, только поднялась со своего места и подошла к нему. Ее
руки безошибочно нашли в темноте его
лицо и нежно скользнули по нему к шее и ниже, расстегивая рубашку. Теплое
дыхание, наполненное ароматом мяты, овеяло
его щеки; подрагивающие губы покрывали его рот, шею, веки ласковыми поцелуями;
гибкое и налитое силой тело прижалось
к нему. Ошеломленный, но полностью захваченный буйным и мощным потоком страсти,
юноша обнял ее и осторожно
потянул за собой на траву, принявшую их тела, словно любящая мать своего
ребенка. Огонь, давно уже тлеющий в глубинах
их душ, вспыхнул ярким и чистым пламенем, безжалостно пожирая все, до чего мог
дотянуться. И только одна единственная
пища могла усмирить это пламя, выковать и закалить прочное звено между двумя
душами, разжегшими этот огонь.
И любовь была имя ее.
- Я люблю тебя! - прошептал Джеймс, погребенный под водопадом чувств,
образов и мыслей, смешавшихся в его разуме в
дикий водоворот. Безостановочно целуя и лаская прильнувшую к нему девушку, он не
мог быть даже уверен, что он произнес
эти слова вслух, а не прошептал их где-то на задворках сознания, свободных от
безумия страсти. Но тихие, прерывистые
слова Жанны доказали, что если он и произнес их мысленно, то она все равно
услышала:
- И я люблю тебя, Джеймс!
Огонь внутри них полыхнул безумным, всепоглощающим пожаром, заполняя мир
сиянием, по сравнение с которым,
вспышка сверхновой была не более чем слабым огоньком свечки трепещущим в бурю. В
этом сиянии не было места ни
килрачам, ни войне, никому и ничему другому. Тут могли быть только они вдвоем, и
только они тут были!
Боевая база "Гетман Хмельницкий" на геостационарной орбите над планетой
Изольда, система Куросао, сектор Фито-12.
2385.1.1, 1:12, столовая.
Примерно сотня пилотов сидели за своими обычными местами в столовой, лениво
перебрасываясь фразами. Несмотря на
праздник, в помещении царила атмосфера гнетущей подавленности и усталости. Одним
из немногих мест, где
поддерживалась хоть какая-то беседа, был дальний угол занятый "Черными
Дьяволами", да и тут основной темой была
судьба двух пропавших в джунглях Изольды пилотов.
Вещунья с тяжелым вздохом отодвинула от себя стакан с пивом:
- Не самый веселый Новый год, который я встречаю!
- Ты лучше подумай, как его там встречают Тигр и Анджел, - Снежок тоже
выглядел не лучшим образом. - Если они еще
живы...
- Должны быть живы, - заметил кто-то. - Они покинули место посадки задолго
до взрыва и обязаны были давно уйти из
зоны поражения...
- Кроме взрыва есть много других причин, из-за которых они могут погибнуть,
- резко бросил Маньяк. Может быть,
впервые он потерял свой задор и едкую привычку поддразнивать других. - Одни
килрачи чего стоят!
- Не пугай, Адам, - Шонт стукнул бокалом по столу, словно это могло
подкрепить его слова. - Жанна очень опытный
пилот и на Джеймса можно в этом отношении положиться. Я думаю - или вернее, я
уверен - они смогут пробиться к заставам
килрачей. Но вот там им придется туго - проклятые "коты" знают, что они идут к
базе номер семнадцать и перекрыли всю
близлежащую территорию.
- Ты думаешь, они смогут прорваться? - Снежок слегка осоловевшими глазами
посмотрел на старшего пилота. - Или
просто так треплешься, что бы и себя и нас успокоить?
- Думаю, у них сорок шансов на успех, - Бабай не обиделся на резкую реплику
Стивена. - По-моему, это самая реальная
оценка.
- И шестьдесят против, - не меняя выражения лица или тона голоса,
проговорил в тишине Паладин. - Честно говоря, я бы
предпочел соотношение сто "за" и ноль "против".
- Все бы предпочли... - вздохнула Вещунья. - Но разве такая оценка
возможна?
- Стопроцентная - вряд ли! Но процентов шестьдесят или семьдесят - думаю,
это мы можем обеспечить.
Тишину прервал громкий кашель и фырканье: изумленный Адам поперхнулся пивом
и во всю старался избавиться от
жидкости в горле. Вещунья, сидевшая ближе всех к нему, стукнула его по спине
несколько раз, но все внимание было
приковано к невозмутимому Паладину.
- Я говорил с командором. Во время нашей беседы у меня возникла одна мысль;
командору она понравилась, но он
поручил мне обсудить ее с вами, - серигуанин сплел обе пары рук в сложный жест.
- Они идут к семнадцатой базе - отлично!
Так пускай килрачи поверят, что они в совсем другом месте и направляются... ну,
к примеру, к базе двадцать один. Она
дальше семнадцатой базы, но семнадцатая по отношению к Джеймсу и Жанне - на
северо-востоке, в то время как двадцать
первая - в ста двадцати километрах на запад.
- Что ты предлагаешь? - бесцветным голосом спросил Шонт. - Я, похоже, понял
идею, но...
- Что предлагаю? А вот что... - и Паладин начал не спеша говорить,
расстелив перед ними небольшую карту сорок
восьмого и смежного с ним сорок девятого секторов.
Глава 5.
Экваториальные джунгли, сорок восьмой квадрат, блокпост килрачей, двадцать
три километра до ближайшей базы
Конфедерации. 2385.1.1, 3:23 (20:53 по местному времени)
Обычно тихий сторожевой пост сейчас был похож на кипящий котел. Захваченные
врасплох внезапной атакой людей,
килрачи спешно разворачивали свои оборонительные и наступательные средства,
готовясь отразить любое нападение. Во
всех соседних секторах происходило то же самое, во всех, кроме соседнего сектора
сорок девять. Мощная атака
бомбардировщиков и перехватчиков Конфедерации вместе с наземными отрядами людей,
подкрепленная ударами с Кунна'а
Хенса практически сравняла с землей большую часть укреплений, а тех, что
остались целыми, едва хватало для сохранения
контроля над сектором.
- Просто поразительно! - бушар'руал в приступе гнева клацнул когтями по
броне девстиатора. - Как мы могли проморгать
такую атаку?
- Когда имеешь дело с людьми, следует всегда быть настороже, - лениво
ответил командир поста. - Впрочем, Кунна'а
Хенса вскоре получит по заслугам, а меня больше беспокоит не то, "как мы
проморгали атаку", а для чего они вообще
полезли к нам?
- Разве разрушение наших стратегически важных баз - не достаточно веская
причина атаки?
- Причина-то веская, но почему они атаковали именно сейчас? Почему Кунна'а
Хенса пошла на риск входа в зону
досягаемости наших комплексов защиты - ведь для нее это не прошло бесследно:
кажется, слегка задело носовые
излучатели? Что это за космолет, севший в сорок девятом секторе, и что за
передача велась с границ секторов? Почему
перехватчики, которые не приспособлены для ведения боевых действий в атмосфере,
присоединились к атаке? Вот на что мы
должны ответить, бушар'руал.
- По поводу передачи с границ сектора у меня есть результаты дешифровки,
когор'руал. Правда, мы не совсем уверены в
том, что эти результаты полностью правдивы.
Килрач резко развернулся на месте и пристально взглянул на него:
- Что значит "не уверены"?
- Передатчик очень похож на тот, которым пользовались люди высадившиеся в
нашем секторе, - начал отчет килрач. -
Кодирование передачи осуществлялось тем же самым шифром, тип сообщения
практически совпадает с перехваченными
раннее. Кодовые позывные абсолютно идентичны.
- "Тигр вызывает Кунна'а Хенса"? - мрачно процитировал когор'руал.
- Да, "Тигр вызывает Кунна'а Хенса". Но на этот раз нашим дешифровщикам
удалось понять значительно больше,
очевидно из-за того, что сигнал не дублировался ложным. Кунна'а Хенса сообщала
Тигру о предстоящей атаке в сорок
девятом секторе и предупреждала, что будет бомбардировка с орбиты. Это все, что
мы смогли пока понять; что же касается
севшего космолета - наши био-сканы показали отсутствие живых организмов.
Вероятно, на нем был только груз: оружие,
продовольствие или медикаменты.
- Значит, если я правильно понимаю ход ваших мыслей, вы полагаете, что эти
двое движутся к своей базе в сорок девятом
секторе, а атака была способом расчистить им путь? - не меняя тона, проронил
когор'руал.
- Простите, но мы не имеем никаких подтверждений того, что они двинулись к
базе в нашем секторе. У них есть три
возможных маршрута: на восток - в сектор сорок семь, на север - в наш сектор и
на запад - в сектор сорок девять. Я считаю,
что на восток они не пойдут - там несколько десятков квадратных километров
заняты почти непроходимыми болотами. На
север? - это вроде бы самый удобный и короткий путь, но они должны понимать, что
к подобному мнению сможем прийти и
мы. Следовательно, единственным местом, где их не ждут, и куда они могут болееменее
спокойно идти - это сорок девятый
сектор. Расстояние до базы людей увеличивается, но зато, стараниями Кунна'а
Хенса, дорога будет почти свободной.
- Неплохо, - помолчав, резюмировал когор'руал. - Вы приятно удивляете меня.
Если принять вашу трактовку событий, то
как вы планируете поступить?
Видно было, что похвала польстила бушар'руалу. Благодарно склонив голову,
он ответил:
- В сорок девятом секторе большие потери в живой силе и технике. Даже если
забыть о людях пробивающихся к
спасению, то остается угроза со стороны войск Конфедерации. Все наши посты
готовятся послать по два взвода на помощь, а
я предлагаю послать еще третий взвод, который сейчас контролирует квадрат К-94,
с приказом перехватить и уничтожить
людей. Но... - килрач замялся. - Почему необходимо их обязательно убивать,
когор'руал? Если те, сверху, идут на такие
крутые меры, дабы уберечь этих двоих, то, быть может, полезнее будет взять их в
плен?
- Кто второй - я не знаю, но этот Тигр... - казалось, командир не хочет
отвечать, но затем он пересилил себя. - Вам
известно, что он оказался первым человеком, которому не удалось имплантировать
психоматрицу?
- Нет, когор'руал! - от услышанного на лице килрача расплылось выражение
недоверия. - Как такое может быть?
- Этого мы не поняли сами. Но этот человек не только устоял перед нашими
опытами, но и бежал с Тагар Дусит, убив по
пути Эмиссара Внутреннего Круга Империи, захватил Сунк'кх, попутно уничтожив три
ангара. Этот человек ответственен за
гибель еашш-руала Трэддаша и срыв попытки уничтожения Кунна'а Хенса; вместе с
Трэддашем было уничтожено пять
тяжелых крейсеров, флагман секторального флота "Ф'ффлик'кр" и планетарный
реактор класса А, на постройку которого
ушла прорва времени и ресурсов. Этот человек сбил Бурквикса, лучшего пилота во
всей Империи Килрач, - он с жутковатой
гримасой посмотрел на быстро темнеющий небосвод. - Вы все еще настаиваете на
том, чтобы его брали живым?
- Я не знал всего этого, когор'руал, - бушар'руал остановившимся взглядом
смотрел на сформированную силовым полем
на уровне грудей полупрозрачную панель управления и экран миникомпа, где мерцало
частично расшифрованное
сообщение. Подрагивающие кончики остроконечных ушей, увенчанные кисточками меха,
выдавали, насколько он поражен
услышанным. - Если все обстоит подобным образом, то я полностью согласен с вашим
стремление уничтожить его.
- Хорошо. Приступайте к переброске войск в сорок девятый сектор, а я
прикажу взводу из К-94 возвращаться, и составлю
отчет планетарному штабу. Да, вот еще что, - я должен на некоторое время
покинуть пост. Вы примете командование на
время моего отсутствия.
Бушар'руал удивленно посмотрел на него, но возражать не стал:
- Будет сделано. Я дам вам охрану...
- Нет, охраны мне не требуется - я должен отправиться один. Это займет два
или три планетарных оборота, после чего я
вернусь.
- Как прикажете, когор'руал, - поклонившись, бушар'руал испросил разрешения
идти. Получив его, он быстро растворился
среди грозных девстиаторов, а оставшийся в одиночестве когор'руал развернул на
броне танка смятую карту местности.
Ярко-красная линия шла мимо поста и упиралась в синий квадрат базы Конфедерации.
Коготь килрача скользнул по линии и
остановился на светло-зеленой пометке всего в десяти километрах южнее поста.
- Умно, человек, - прошептал он, постукивая пальцем по карте. - Очень умно!
Но не настолько умно, как я предполагал.
Экваториальные джунгли, сорок восьмой сектор, приблизительно пятьдесят два
километра до базы Конфедерации номер
семнадцать. Тот же день, 11:12 (4:42 по местному времени).
Бушевавшая в течение нескольких часов над сорок восьмым сектором буря
улеглась к двум часам ночи. Но темень не
исчезла вместе с разошедшимися тучами: солнце давно успело спрятаться за
горизонт, и наступил ночной мрак, впрочем,
немного рассеявшийся призрачным светом двух спутников: один уже висел в зените,
а второй скатывался к краю темнозеленого
окоема джунглей. К счастью, этого света вполне хватило, чтобы Джеймс с
Жанной смогли за полчаса построить
надежный плот, погрузить туда вещи и столкнуть его на воду. И вот уже шестой час
они медленно плыли по спокойной глади
реки, поочередно сменяя друг друга. Первую смену несла Жанна и полчаса назад,
когда река расширилась еще на добрую
сотню метров, она разбудила Джеймса, а сама легла отдохнуть. До рассвета было
два-три часа и к тому времени, когда они
сделают остановку, до базы останется не более тридцати пяти - сорока километров.
Отталкивая от плота шестом труп какого-то зверя, Джеймс внимательно следил
за рекой впереди. Плот они построили
достаточно большой и прочный, но иногда встречались огромные стволы деревьев до
сотни метров в длину. Столкновение с
такими громадинами ничего хорошего принести не могло и приходилось постоянно
корректировать движение плота. Кроме
того, река отнюдь не была безжизненна и, вспоминая прихлопнутую в джунглях
паукообразную мерзость, Джеймс не
сомневался, что и здесь может водиться нечто подобное. И пускай до сих пор все
было спокойно, он не выпускал из рук
гаусс-пистолета, заряженного капсулами с ядом: действуют они очень быстро, а
эмиссионного следа не оставляют, чем не
может похвалиться ни один плазмоизлучатель.
Плот обогнул корягу, темным пятном выделявшуюся на серебристом полотне
реки. К счастью, столкновения не
произошло, хотя вытянутая толстая ветвь со скрежетом прошлась по левому борту
плота. Жанна, неразборчиво пробормотав
что-то во сне, перевернулась на другой бок и продолжала спать; Джеймс же на
всякий случай пихнул корягу шестом,
отталкивая плот подальше. Через несколько секунд течение реки разнесло их, и
кусок дерева исчез в темноте.
Отвлекшись на несколько мгновений от управления плотом, Джеймс нагнулся над
девушкой и поправил сползшее с ее
плеч одеяло. Жанна спала, подложив под голову ладонь, и видела во сне что-то
приятное: спокойная улыбка, играющая на ее
губах, казалось, освещала лицо ласковым свечением. Не удержавшись, Джеймс быстро
поцеловал ее в щеку и вернулся на
свое место.
К его удивлению они не обсуждали ничего из того, что случилось между ними.
Несколько раз он ловил на себе долгие
взгляды девушки, но ни разу не осмелился спросить про их причину. Единственное,
что он более-менее твердо знал - Жанна
испытывала к нему сходные с собственными чувства и, вероятно, просто не спешила
открыто афишировать их в опасной и
напряженной ситуации. И хотя их отношения остались прежними, но они оба то и
дело стремились при удобном случае
поцеловаться или просто прикоснуться друг к другу, словно это давало им новые
силы. И каждый раз Джеймс ощущал, что
эти порывы идут не от сознания, а из источника гораздо более глубокого.
Касательно случившегося между ними, он испытывал еще более противоречивые
чувства. С одной стороны, не вдаваясь в
глубокий психоанализ, можно было воспринять все как своего рода подсознательную
благодарность дев
...Закладка в соц.сетях
