Жанр: Научная фантастика
ХОНОР ХАРРИНГТОН 2. Честь Королевы
..., Саймондс
заставил себя
улыбнуться и замедлить шаги, чтобы скрыть раздражение.
Капитан Альфредо Ю поднялся с кресла в середине великолепного
центрального поста
корабля. Он был высок и строен, выше Саймондса по меньшей мере на пятнадцать
сантиметров.
Алая с золотом форма флота Масады сидела на нем удобно и элегантно, но в том,
как он встал по
стойке смирно, что-то было не так. Ни малейшего неуважения или дерзости, просто
он сделал это
как-то по-другому, будто изучал военный этикет где-то еще.
Конечно, так оно и было на самом деле.
- Доброе утро, сэр. Какая неожиданная честь для меня... Чем могу
служить?
- Пожалуйста, пройдите в мой кабинет,- ответил Саймондс, невольно
смягчившись от
безукоризненной вежливости Ю.
- Конечно, сэр. Коммандер Мэннинг, вахта ваша.
- Есть, сэр,- бодро ответил коммандер (не масадец, с новым раздражением
отметил
Саймондс), и Ю вслед за Саймондсом вошел в кабинет, закрыл люк и выжидательно
повернулся к
хозяину.
Саймондс смотрел на его непроницаемое выражение лица и не в первый раз
гадал: что же
творится в мозгу, скрывавшемся за темными глазами. Ю не мог не знать, насколько
он и его
корабль важны для планов Масады - по крайней мере, для тех планов, о которых он
знал,- и
треть экипажа "Гнева Господня" до сих пор составляли язычники, выполнявшие
обязанности
специалистов, чего не способен был сделать ни один масадец. За приказами они
обращались к Ю,
а не к Саймондсу, и не только потому, что он был капитаном корабля. Саймондс
пережил
тридцать лет смертельной политической и доктринальной войны внутри масадской
теократии, и
он прекрасно понимал, что у Ю есть свои начальники и свои планы. Пока что эти
планы совпадали
с планами церкви, но что будет тогда, когда им придется разойтись? Саймондсу не
хотелось об
этом думать, но другого выхода не было - и поэтому так важно для него обращаться
с Ю
правильно. Когда наступит время, они должны разойтись по правилам игры Истинных.
Он прочистил горло, изгоняя мрачные мысли, и помахал рукой в сторону
стула.
- Садитесь, капитан, садитесь.
Ю вежливо подождал, пока сам Саймондс сядет, потом аккуратно опустился
на указанный
ему стул, и Меч почувствовал прилив жгучей зависти от того, как легко двигался
Ю. Капитан был
на десять лет старше Саймондса, а выглядел вдвое моложе. Выглядел? Да нет, по
крайней мере
физически Ю и был вдвое моложе Саймондса, потому что его народ настолько забыл
Бога, что не
видел зла в том, чтобы изменять пути и планы Творца. Они свободно использовали
процесс
пролонга - как минимум в армии и в правящих семействах,- и Саймондс с
беспокойством
почувствовал, насколько сильно он им завидует. Искушение выпить из этого фонтана
молодости
было смертельно опасным. Может, и хорошо, что медицина Масады на такое не
способна,-даже
если эта неспособность лишний раз обидно подчеркивала, сколько всего чудесного
язычники
могли делать, а Истинные не могли.
- У нас проблема, капитан,- сказал он наконец.
- .Проблема, сэр? - Иностранный акцент Ю, его более протяжные гласные и
резкие
согласные звуки все еще казались странными слуху Саймондса.
- Да. Наши агенты на Грейсоне только что обнаружили, что конвой придет с
мощным
эскортом.
- Насколько мощным, сэр? - Ю выпрямился, и Саймондс кисло улыбнулся.
- Мы еще не знаем - знаем только, что мощным.- Он фыркнул.-Наверное,
этого
следовало ожидать. Их сучка-королева постарается хорошо охранять свои тридцать
сребреников,
пока Мэйхью не продаст ей Грейсон.
Альфредо Ю наклонил голову, тщательно скрывая свою реакцию на злобу в
голосе
Саймондса. Масаду ужасала сама идея женщины во главе государства - разве не
говорится в
Библии, что именно падение Евы запятнало все. человечество грехом? - и ясно
было, что у
Саймондса вызывает отвращение мысль о том, что даже Грейсон может заключить союз
с таким
низким и неестественным режимом. Наверняка это отчасти приносило ему и некое
тайное
удовлетворение, подтверждая его превосходство и показывая, как низко пал Грейсон
по
сравнению с неиспорченной верой Истинных. Но сейчас предрассудки Масады были
менее
важны, чем информация, что конвой сопровождает настоящий эскорт, и капитан
озабоченно
нахмурился, размышляя.
- Вы сумели узнать что-нибудь о приказах, полученных эскортом, сэр?
- Каким образом? - проворчал Меч откровенно недовольным тоном.- У нас
достаточно
проблем с выяснением планов отступников! Но естественно предположить, что
мантикорцы не
будут сидеть и смотреть, как мы уничтожаем их потенциальных союзников.
- Может, и будут - в зависимости от того, какие у них приказы, сэр.-
Глаза Саймондса
вспыхнули, и капитан пожал плечами.- Я не говорю, что так и будет, сэр, просто
это возможно
- и при нынешних обстоятельствах я искренне надеюсь, что так и будет.
В спокойном голосе Ю чувствовался осторожный сарказм, и Саймондс
покраснел. Ю и его
начальники неделями давили на Совет Старейших, уважительно, но настойчиво
добиваясь, чтобы
те начали операцию "Иерихон". Сам Саймондс порядком побаивался начинать, но он
знал, что с
чисто военной точки зрения Ю был прав, и так он и сказал. Но это ничего не
изменило. Совет в
целом твердо решил дождаться, пока мантикорская взятка не будет доставлена на
Грейсон. Их
собственный союзник не мог соревноваться с эффективностью промышленности
Мантикоры и
обеспечить такую же мощную подпитку инфраструктуры. А в результате Старейшие,
рассчитывая
прибрать это изобилие к рукам для пользы Масады, слишком затянули начало
операции.
А может, и нет. Даже большинство в Совете Старейших не имело полной
информации, а у
внутреннего круга были свои собственные причины для задержки. Конечно, может
быть, и они
тоже перетянули, но у них всегда было больше одного пути к цели. И даже если
дело дойдет до
операции, которой все ждали, эскорт уйдет с пустыми грузовиками - как только
правящая
Грейсоном клика продаст остатки своих душ, чтобы стать вассалами нечестивцев,
которыми
правят женщины. Будет момент, хоть и краткий, между подписанием первого варианта
договора и
его ратификацией. Если Истинные нанесут удар в этот момент, перед тем, как
договор будет
утвержден, и уничтожат правительство, которое должно было его утвердить...
- Совет Старейших единодушен по этому поводу, капитан.- Меч старался
сохранять
приятный тон.- Пока мы не получим подтверждения, что командир эскорта с
Мантикоры имеет
указание не вмешиваться, операция "Иерихон" откладывается.
- Со всем должным уважением, сэр, понадобится необычайно мощный эскорт,
чтобы
противостоять "Гневу". Особенно если они не знают, что он у нас есть.
- Но если они вмешаются, "Иерихон" превратится в перестрелку с
Мантикорой, а с
королевским флотом Мантикоры нам не справиться.
- В одиночку не справиться, сэр,- согласился Ю, и Саймондс мрачно
ухмыльнулся,
понимая, к чему клонит Ю, и не собираясь с ним соглашаться. Совет Старейших не
поблагодарит
Меча за создание ситуации, в которой продолжение их существования будет зависеть
от посылки
настоящими хозяевами Ю мощного флота для "защиты" Масады! Если они позволят
этому
случиться, то превратятся попросту в заключенных под домашним арестом - и их
"союзника"
это наверняка вполне устроит. Ю он, конечно, высказать эти соображения не мог.
- Преждевременные действия оставляют слишком много места для ошибки,
капитан,-
сказал он вместо этого.- Мантикора куда ближе, чем ваши друзья. Если дело дойдет
до
открытого боя и хоть один их корабль уйдет живым, то их подкрепления придут сюда
раньше
ваших. При таких обстоятельствах даже победа станет катастрофой. И, конечно,-
добавил он,-
уже слишком поздно расставлять здесь подразделения флота республики до начала
"Иерихона".
- Понятно.- Ю откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.- И что
же тогда
хочет делать Совет?
- Мы продолжим планирование и исходное размещение сил для "Иерихона", но
не
начнем саму операцию, пока мантикорский эскорт не отступит.
- А если он не отступит, сэр? Или если перед отступлением они расставят
здесь
постоянный заградительный отряд?
- Мы считаем, что это маловероятно, а риск начала открытой войны с
Мантикорой
перевешивает такую возможность.
Теперь была очередь Саймондса откидываться на спинку стула. Кое-что
капитану знать
точно не полагалось, но сейчас, решил он, пора было кое-что высказать
недвусмысленно, хоть и
осторожно.
- Капитан Ю, наши цели и цели вашего начальства не совпадают. Мы оба это
знаем, и,
хотя мы ценим вашу помощь, Совет осознает, что вы помогаете нам потому, что это
соответствует
вашим собственным целям.
Саймондс помедлил, и Ю наклонил голову. Потом он четко кивнул, и улыбка
Меча стала
более искренней. Хоть он и язычник, в капитане чувствовалась откровенность, и
Саймондс это
ценил.
- Ну так вот,-продолжил он.- Мы знаем, что ваша основная цель состоит в
том, чтобы
не допустить Мантикору в этот район, и мы готовы это гарантировать после нашей
победы.
Однако мы не готовы ради этой цели рисковать выживанием Истинной Веры. Мы ждали
шесть
столетий, чтобы раздавить изменников; если надо, мы подождем еще шесть, потому
что, в отличие
от вас, уж простите мою откровенность, мы знаем, что Бог на нашей стороне.
- Ясно.- Ю сложил губы трубочкой, потом пожал плечами.- Сэр, мне
приказано
поддерживать ваши решения, но также и давать вам советы по наилучшему
использованию
"Гнева" и "Владычества" для достижения наших общих целей. Очевидно, что в мои
обязанности
входит выражение моего непредвзятого мнения по поводу удачного момента для
начала
"Иерихона". Честно говоря, самый удачный момент мы уже упустили. Надеюсь, мои
слова вас не
обидят, сэр, но я военный, а не дипломат, и поэтому меня больше всего волнуют не
формальные
нюансы вежливости, а то, чтобы между нами не было неясностей.
- Я это понимаю, капитан, и ценю это,- сказал Саймондс.
И это была правда. Может, Саймондс и беспокоился, что чрезмерно давит на
него, когда
Ю слишком резко с ним не соглашается, а сокрытие информации о Маккавее еще
сильнее все
усложняло, но лучше его выслушать, хоть он и язычник, чем вынудить его
действовать за спиной
у Истинных.
- В этих рамках,- продолжил Ю,- должен заметить со всем уважением, что
Бог
помогает тем, кто помогает себе сам. Возможно, "эскорт" вовсе не уйдет, по
крайней мере до тех
пор, пока дипломаты с Мантикоры не соберутся возвращаться, и даже тогда черновой
договор о
союзе может заставить мантикорцев действовать, если вы нападете на Грейсон после
отлета их
делегации. Я считаю, что нужно взвесить: какой вариант развития событий для нас
опаснее, чем
мы рискуем. С одной стороны, закрепление союза между ними сделает возможными
любые
действия Мантикоры в будущем. С другой - существует вероятность того, что
нынешние
приказы эскорта предписывают ему только защиту конвоя и их собственных
представителей.
- Возможно, вы правы, капитан,- признал Саймондс,- но вы предполагаете,
что нам
придется действовать открыто. Совет верит - и они правы, как я считаю,- что даже
если они
подпишут этот проклятый договор, он будет в основном оборонным. Если у них не
будет гарантии
поддержки Мантикорой их планов нападения, отступники не решатся напасть на нас в
одиночку, а
если Истинные чему и научились, так это терпению. Мы бы предпочли выступить, как
советуют
ваши друзья, и напасть сейчас, но если это подвергнет опасности Веру, то мы
готовы подождать.
Рано или поздно вы так или иначе разрешите свои разногласия с Мантикорой, и ее
интерес к этому
району угаснет. В любом случае наш шанс наступит.
- Возможно, сэр... а может, и нет. Как вы сказали, вы ждали шесть
столетий, но эти шесть
столетий в регионе царил относительный мир. Скорее всего, этот мир скоро уйдет в
прошлое. Мое
командование верит и надеется, что любая война с Мантикорой будет короткой, но
мы не можем
этого гарантировать, а когда начнется стрельба, Эндикотт и звезда Ельцина
окажутся прямо между
нами. Если Мантикора получит базу на звезде Ельцина, то стрелять начнут прямо у
вас над ухом,
и тут уже трудно будет предсказать последствия.
Саймондс почувствовал привкус стали в осторожном объяснении капитана. Ю
постарался
не упоминать, что одним из последствий может оказаться аннексия обеих звездных
систем
нынешним "союзником" Масады, но они оба знали, что он имеет в виду.
- При нынешних обстоятельствах, сэр,- спокойно продолжил Ю,- я считаю,
что любая
операция, дающая значительный шанс на успех прямо сейчас, стоит некоторого
риска. С нашей
точки зрения, это снимает необходимость разбираться с передовой базой врага на
нашем пути к
Мантикоре, а с вашей - высокую вероятность того, что ваша звездная.система
попадет под
перекрестный огонь.
- В ваших словах много правды, капитан,- согласился Саймондс,- и я учту
их, когда в
следующий раз буду разговаривать с Советом. С другой стороны, некоторые
Старейшие могут
счесть, что у вас меньше шансов на победу над Мантикорой, чем вы утверждаете.
- На войне нет гарантий, сэр, но нас больше, чем их, и флот у нас куда
многочисленней.
И, как вы уже говорили, Мантикора настолько слаба и дефективна, что позволяет
женщине
управлять собой.
Саймондс дернулся и покраснел, и Ю спрятал улыбку. Меч, конечно,
почувствует, что
последняя фраза была попыткой манипулировать им, но она слишком взывала к его
нетерпимости,
и он не мог просто от нее отмахнуться, как сделал бы представитель более
цивилизованной
культуры.
Саймондс проглотил рвавшийся наружу резкий ответ и жестко взглянул на
капитана,
чувствуя скрывавшуюся за вежливостью насмешку. Он знал, что Ю не верит в свои
слова о
дефективности Мантикоры... но Ю и сам был родом из дефективного общества.
Народная
Республика Хевен была куда более безбожна, чем большая часть остальных
иностранцев, но для
дела Господа Истинные готовы были использовать любое орудие. А когда ты
пользовался
орудием, вовсе не обязательно было сообщать ему об остальных орудиях. Особенно
если план
заключался в том, чтобы в нужное время использовать одно орудие для смещения
другого.
Циничные амбиции Хевена были слишком явными и жадными, чтобы им кто-нибудь мог
доверять. Именно поэтому все, что говорил Ю (не важно, насколько профессионально
и разумно
это звучало), следовало неоднократно проверить, прежде чем принять на веру.
- Я вас понял, капитан,- сказал наконец Меч,- и, как я уже сказал,
Старейшие и я
внимательно все обсудим. Я лично считаю, что решение подождать ухода эскорта с
Мантикоры
будет подтверждено, но я также уверен, что в конце концов Бог приведет нас к
верному решению.
- Как скажете, сэр,- ответил Ю.- Хотя мое командование и не разделяет
вашей
религии, Меч Саймондс, мы уважаем ваши верования.
- Нам это известно, капитан,- сказал Саймондс, хотя он ни на секунду не
поверил, что
командование Ю уважает Веру. Но это было допустимо. Масада привыкла иметь дело с
неверующими, а если Ю искренен, если Хе-вен действительно верит в религиозную
терпимость, о
которой они столько болтают, то их общество дегенерировало куда сильнее, чем
предполагал
Саймондс.
С тем, кто отвергал твою веру, компромиссов быть не могло, потому что
компромиссы и
совместное существование вели к расколу. Люди веры, разделенной внутри себя,
становились
суммой ее слабостей, а не сил, и все, кто этого не знал, были обречены.
Глава 5
Рябь энергетических изменений гиперпространства и водовороты заряженных
частиц
нарушали работу любого сенсора за пределами радиуса в двадцать световых минут,
но
сгруппированные световые коды конвоя на маневренном экране Виктории были четки,
ясны и, к
счастью, не разбросаны. Конвой подходил к гипергранице звезды Ельцина на удобной
скорости в
треть световой.
Переход из нормального в гиперпространство зависел от скорости - при
скорости выше
0,3 световой пространственный сдвиг разорвал бы корабль на части,- но при
обратном переходе
таких ограничений не было. Это отнюдь не делало высокоскоростные переходы
приятными.
Утечка энергии при пересечении конвоем гиперстен замедлила его до ползущего
состояния
задолго до альфа-частот. На оборудование пространственный сдвиг не влиял, но вот
с людьми
дело обстояло совсем по-другому. Флотские экипажи готовили к ускоренным
переходам, но
тренировка практически не помогала от физического расстройства и сильной
тошноты, и не имело
смысла подвергать этому торговые экипажи.
- Готовы начать переход через сорок одну секунду, мэм,- доложил
лейтенанткоммандер
дю Морн с поста астрогации.
- Отлично, мистер дю Морн. Контроль ваш.
- Есть, мэм. Контроль мой. Рулевой, готовьтесь к началу перехода по
моему сигналу.
- К переходу готов,- доложил чиф Киллиан.
Виктория откинулась на спинку кресла, наблюдая, а рука рулевого зависла
над клавишей
ручного управления на случай, если в компьютере астрогатора возникнет неполадка.
- Давай! -резко сказал дю Морн, и обычно неслышный шум гипергенератора
"Бесстрашного" превратился в басовое рычание.
Виктория сглотнула, почувствовав внезапный прилив тошноты, и экран
наблюдения резко
сменил изображение. Бесконечно изменяющиеся узоры гиперпространства перестали
медленно
кружиться, теперь они мерцали и прыгали, как плохой мультфильм, а цифры на
приборах начали
уменьшаться - конвой полетел "вниз" по градиенту гиперпространства.
"Бесстрашный" влетел в стену гамма-частот, и его паруса Варшавской
начали истекать
энергией перехода, словно лазурный лесной пожар. Скорость почти мгновенно упала
с 0,3 до
всего лишь девяти процентов световой. Викторию замутило: ее внутреннее ухо
протестовало
против падения скорости, которого остальные органы чувств даже не заметили.
Расчеты дю
Морна учитывали утечку энергии, и с падением скорости градиент их перехода стал
еще более
отвесным. Через четыре минуты они подошли к стене бета, и Виктория снова
поморщилась - на
этот раз не так сильно,- когда их скорость упала до двух процентов световой. На
экране царил
хаос света, и конвой упал отвесно "вниз" на "расстояние", не имевшее физического
выражения. А
потом они вышли в альфа-частоты и сквозь них, как комета, вылетели в нормальное
пространство.
Показания приборов перестали прыгать. Экран внезапно замер, и его
наполнили
немигающие булавочные головки звезд нормального пространства. Ощущение тошноты
исчезло
так же внезапно, как и появилось, и скорость корабля Ее Величества "Бесстрашный"
за десять
минут упала с девяноста тысяч километров в секунду до всего ста сорока.
Виктория глубоко вдохнула и подавила машинальное желание облегченно
встряхнуть
головой. Несколько человек на мостике именно это и делали, но старые космические
волки
старались сохранять невозмутимость - как и она сама. Глупо, конечно, но надо
поддерживать
репутацию.
Она улыбнулась привычной мысли и взглянула на свой астрогационный экран.
Стивен, как
всегда, сработал отлично, и "Бесстрашный" со всеми своими подопечными плыл в
двадцати
четырех световых минутах от звезды Ельцина, прямо у гиперграницы Ф6. Даже лучшие
гиперданные страдали ошибками, и природа гиперпространства не позволяла
исправить их с
помощью наблюдений, но путешествие было коротким, и дю Морн мастерски удержался
в
безопасных рамках.
Он начал замерять точки нормального пространства, чтобы уточнить
местоположение
корабля, а Виктория нажала кнопку на подлокотнике своего кресла, и ей ответил
голос главного
инженера:
- Машинное отделение, коммандер Хиггинс.
- Переходите на импеллерные двигатели, мистер Хиггинс.
- Есть, мэм. Начинаем переход,- отозвался Хиггинс, и "Бесстрашный"
свернул свои
паруса Варшавской в импеллерный клин.
Внутренних признаков изменения не было, но приборы и экран показали
Виктории все,
что нужно. В отличие от парусов Варшавской, которые в нормальном пространстве
были
невидимы - за исключением моментов, когда они излучали энергию перехода,- сжатые
полосы
гравитации импеллерного двигателя были почти вещественны. Сейчас они выдвинулись
сверху и
снизу "Бесстрашного" под углом друг к другу в виде клина острием вперед, и
звезды сменили
оттенок, поскольку их фотоны попали под действие гравитационного дифференциала в
сотню
тысяч g. Крейсер плыл внутри собственного гравитационного клина, словно серфер
на гребне
волны, которая еще не начала движение, и Виктория взглянула на своего офицера по
связи.
Лейтенант Метцингер осторожно прижала пальцы правой руки к микрофону в
ухе, потом
подняла взгляд.
- Все корабли доложили о переходе на импеллер, мэм.
- Спасибо, Джойс.
Виктория перевела взгляд на голубовато-зеленый световой код планеты
Грейсон в десяти с
половиной световых минутах от них в глубь системы, а потом на дю Морна.
- Могу я предположить, мистер дю Морн, что вы, с вашей обычной
предусмотрительностью, уже проложили курс до Грейсона?
- Можете, мэм,- улыбнулся в ответ дю Морн.- Курс один-один-пять на...-
он
перепроверил их положение и ввел в свой компьютер более детальное уточнение,-
ноль-нольчетыре
точка ноль-девять. Ускорение двести g с переходом в торможение через два
и семь часа.
- Вводите, мистер Киллиан.
- Есть, мэм. Переходим на один-один-пять, ноль-ноль- четыре точка нольдевять.
- Спасибо. Связь, сообщите наш курс всем кораблям, пожалуйста.
- Есть, мэм.- Метцингер сбросила данные с компьютера дю Морна остальному
конвою.- Курс принят и осуществлен всеми подразделениями,- доложила она через
минуту,-
конвой готов следовать дальше.
- Отлично. А мы готовы, рулевой?
- Да, мэм. Готовы к двумстам g.
- Тогда вперед, нонком*.
- Есть, мэм. Пошел!
Никакого заметного движения не почувствовалось, но "Бесстрашный" начал
набирать
скорость чуть меньше двух километров в секунду за каждую секунду, поскольку его
инерционный
компенсатор позволял ему бессовестно жульничать с законом Ньютона.
Ускорение в две сотни земных сил тяготения для "Бесстрашного" было
неторопливой
прогулкой. При обычной настройке двигателей флота на восемьдесят процентов от
максимальной
мощности он мог дать ускорение и вдвое
* Сокращеннное Noncommissioned officer - общее обозначение пти-офицеров
всех рангов.
выше, но взятое сейчас было для грузовиков конвоя самым высоким
безопасным
значением. Торговые корабли были куда крупнее, но их импеллерные двигатели были
слабее, чем
у военных кораблей, и компенсаторы соответственно тоже были слабее.
Она снова посмотрела на Метцингер:
- Джойс, вызовите, пожалуйста, транспортный контроль Грейсона.
- Есть, мэм. Начинаю передачу.
- Спасибо.
Виктория откинулась на спинку командирского кресла, положила локти на
подлокотники и
оперлась подбородком на сложенные пальцы. Ее вызов достигнет Грейсона через
десять минут, и
сейчас, глядя, как мраморное сияние вдали начинает медленно разрастаться у нее
на экране, она
задумалась над тем, насколько большой проблемой окажется ее пол.
Верховный адмирал Бернард Янаков поднял глаза от документов, когда его
адъютант
негромко постучал по косяку открытой двери.
- Да, Джейсон?
- Станции слежения только что отметили гиперслед точно на границе, сэр.
У нас еще нет
импеллерного подтверждения, но я решил, что вы захотите знать.
- Ты правильно подумал.
Янаков отключил экран, встал, поправил голубой китель и взял фуражку.
Лейтенант
Эндрюс пропустил его и пошел сбоку и чуть позади адмирала, бодро шагавшего к
командному
центру.
За звуконепроницаемой дверью их встретил шум голосов и гудение
устаревших
принтеров. Янаков поморщился - принтеры были даже хуже тех, что первые колонисты
привезли
со Старой Земли. Работать-то они работали, но лишний раз доказывали, насколько
далеко
откатилась назад технология Грейсона. Обычно это не беспокоило адмирала, но
сегодня был
необычный день. След наверняка принадлежал конвою с Мантикоры, и посетителям
будет До
боли очевидна их отсталость.
Он заметил красные огни, сигнал тревожной ситуации, и удовлетворенно
кивнул. Пока они
не удостоверятся, что след принадлежит конвою, флот Грейсона будет действовать,
исходя из
предположения, что это десант с Масады. Незапланированная тревога пойдет всем
только на
пользу, а, учитывая нынешнюю ситуацию, Янаков не собирался допускать ни
малейшего риска
для родной планеты.
Адмирала встретил коммодор Брентуорт.
- Пассивные датчики только что зарегистрировали приближающиеся
импеллерные
двигатели, адмирал,- сказал он деловито.
На главной системной панели за его спиной загорелась лампочка. Крошечные
буквы и
цифры рядом с ней уточняли количество и ускорение кораблей, и Янаков недовольно
заворчал,
изучая их.
- Количество и построение соответствуют конвою с Мантикоры, сэр.
Конечно, пока мы
их регистрируем только гравитационными датчиками, а не приборами, реакция
которых
ограничена скоростью света. Еще около восьми минут, прежде чем мы сможем
услышать чтонибудь
от связи.
- Понятно, Уолт...- Янаков еще некоторое время смотрел на панель, потом
взглянул на
адъютанта.- Сообщите на мой катер, чтобы готовились к взлету, Джейсон, и
сообщите на
"Грейсон", что я скоро прибуду на борт.
- Есть, сэр.
Эндрюс скрылся, и Янаков снова повернулся к панели. Рядом с
возглавлявшим эскорт
крейсером класса "Звездный рыцарь" "Остин Грейсон" покажется маленьким и
устаревшим, но
это флагман флота Грейсона, и командующий флота будет приветствовать гостей с
полагающегося ему места, с флагманской палубы..
"Бесстрашный" и его ведомые взяли курс на рейд. Грейсон на экране
выглядел будто в
заплатках. Викторию на пути внутрь системы удивил размах космической
промышленности
Грейсона. Для технически отсталой системы звезда Ельцина обладала удивительной
многочисленностью тяжелых грузовиков и орбитальных заводов. Ни один из них,
похоже, не имел
гипервозможностей, и самый большой не превышал миллиона тонн, но они были везде,
а
некоторые орбитальные конструкции возле Грейсона тянули по крайней мере на треть
"Гефеста"
или "Вулкана". Вне всякого сомнения, размах проектов орбитального строительства
объяснял
количество источников энергии и сигналов двигателей, перемещающихся между
Грейсоном и
местным поясом астероидов,- однако их количество просто потрясало.
Киллиан просигналил "стоп, машина", и "Бесстрашный" убрал клин и перешел
на
реактивную тягу. Виктория сосредот
...Закладка в соц.сетях
