Жанр: Научная фантастика
Бог войны 2. Гвардия бога войны
...не
ясно, но мне показалось, что ты упоминал моего отца.
- Упоминал, - согласился Килтан, разглядывая печи и водяные колеса. - Гномы
терпеливы, Базел, - продолжал он. - Но они умеют ненавидеть. Наверное, оба эти
качества перешли в нашу кровь из каменной крошки. И еще мы слуги Торфрама, поэтому
мы с радостью предложили бы тебе армию Дворвенхейма, чтобы сжечь Навахк дотла. К
сожалению, мы не можем этого сделать. У нас нет твердых доказательств присутствия там
Шарны. Мы могли бы отправиться туда и добыть их силой, но доказательства нужны до
того, как мы выступим.
- Погоди-ка минутку, - прервал Базел. - О каких это "мы" в точности ты
толкуешь?
- Я не могу... - начал Килтан и осекся. - Лучше я объясню так, - продолжил он
через мгновение. - Есть люди здесь, в Дворвенхейме, и в Духе Топора, которые
понимают, какую опасность представляет поклонение Шарне, и которые при других
обстоятельствах могли бы предложить действенные средства, чтобы противостоять
угрозе. Но здесь существуют определенные сложности.
Во-первых, если мы войдем в Навахк по какой бы то ни было причине, это все равно
будет вражеским вторжением, и тогда все города Кровавых Мечей встанут на защиту
Чернажа.
Во-вторых, если честно, мысль о сражениях с градани не очень-то нас привлекает,
особенно тех, кто хорошо знаком с этим народом.
В-третьих, противостояние Чернажа и твоего отца достигло такой стадии, когда
любое внешнее вмешательство обернется катастрофой с непредсказуемыми
последствиями. Мы могли бы уничтожить Чернажа и уйти, оставив дальнейшее на волю
принца Бахнака... но тогда он скорее всего, предстанет в глазах соплеменников "орудием"
захватчиков. Еще уничтожение Чернажа приведет к распаду союза, созданного твоим
отцом, и кланы поднимутся друг на друга. От этого пострадает весь ваш народ, кроме
того, если у вас начнется вечная, непрекращающаяся гражданская война, вроде той, что
идет в Ференмоссе, это отразится и на всех ваших соседях.
И в-четвертых, мы не смеем сделать ни одного движения, которое можно расценить
как сочувственное по отношению к одной из сторон из-за Сотойи.
Базел медленно кивал, слушая предыдущие аргументы, но сейчас он замер и
пристально посмотрел на гнома.
- И какое отношение ко всему происходящему имеет Сотойя?
- Они обеспокоены, - просто пояснил Килтан. - С тех пор как они претендуют на
Равнину Ветров, между ними и вами все время происходят стычки и недоразумения,
Базел. Уверен, ты знаешь об этом больше меня! - Градани снова кивнул, а Килтан пожал
плечами. - И во всем происходящем они способны разглядеть только то, что, пока вы
сражаетесь друг с другом, это только на руку вашим соседям. Они и так уже были
встревожены, когда твой отец объединил Конокрадов, но если он еще начнет завоевывать
и присоединять Кровавых Мечей... это их в конец напугает.
- Но мы же практически не беспокоили их, совсем не трогали, со времен первой
войны с Навахком!
- Разумеется. Вы были заняты Чернажем и его союзниками. Но если Чернажа не
станет, а твой отец будет править всеми северными градани, что он сделает тогда?
Троллиная и Вурдалачья Пустоши не позволят ему продвинуться на юг, если же градани
пойдут на запад или юго-запад, это приведет к конфликту с Приграничными
Королевствами, что вызовет недовольство Империи. Остаются север и северо-восток... и
тогда они окажутся как раз как раз на Равнине Ветров рядом с Сотойей, давним врагом.
- Это чушь! Одно дело набеги, но если бы мы действительно решили захватить
Равнину Ветров, Сотойя тут же призвала бы на помощь Империю Топора. Отец знает это
так же хорошо, как мы с тобой!
- Я и не говорил, что эти страхи имеют разумные основания, - терпеливо
объяснял Килтан. - Но подумай сам. Если, я сказал "если", принц Бахнак предпримет
попытку вторжения, что произойдет прежде, чем Империя сможет ответить на просьбы о
помощи? Тот факт, что впоследствии им придется вступить в кровавый бой с нашими
объединенными войсками, - я не допускаю возможности, что наездники сумеют
справиться сами, - не остановит твоих соплеменников. Они успеют уничтожить многих
и многое.
- Но у нас нет для этого причин!
- Я это знаю, так же как и большинство советников Короля-Императора. А вот в
Сотойе, кажется, этого не понимают. В данный момент король Марко предпочитает
выжидать и надеяться на лучшее. Его беспокоит перспектива появления рядом с его
страной объединенного королевства градани, но, как мне кажется, он начинает осознавать,
что в этом может быть и положительная сторона. Прежде всего ваши Железные Топоры,
может быть, и не совершали набегов на Равнину, но это делали другие кланы Конокрадов,
когда твой отец еще не мог указать им на место. Подозреваю, Маркос постепенно
приходит к пониманию, что единый верховный вождь градани, который может обратиться
ко всем кланам или, если необходимо, пригрозить им всем, способен и прекратить
дальнейшие набеги, если Маркос сумеет с ним договориться.
К сожалению, он не единственный человек с Сотойе, озабоченный происходящим.
Его собственный двор раздирают противоречия, но в Западных Землях ситуация еще
хуже. Они находятся к вам ближе всех остальных, и там лучше всего помнят о вашей
вражде, продолжавшейся целые столетия. Барон Теллиан, похоже, выполняет приказы,
полученные непосредственно от короля Маркоса, но полной уверенности в этом у нас нет.
Но как бы ни был лоялен Теллиан, его вассалы поступают по-своему. С тех пор как зима
закрыла дороги, мы почти не получаем информации, но знаем, что многие молодые
рыцари в Западных Землях прислушиваются к словам Матиана Красного Шлема,
губернатора Гланхарроу. А он яростный противник градани. Все это означает, что если
мы двинемся на Навахк, нарушив соотношение сил в пользу твоего отца... - Гном
передернул плечами.
- Ты думаешь, в этом случае они решат напасть как можно быстрее, пока позиции
отца еще не окрепли, - подытожил Базел.
- Это одна из возможностей. Есть еще вероятность, что кто-нибудь вроде Матиана
из Гланхарроу решит действовать по собственному усмотрению и поднимет за собой все
Королевство, как бы ни возражали Маркос с Теллианом. С другой стороны, большинство
из нас, сейчас я говорю о Дворвенхейме, а не об Империи в целом, так же заинтересованы
в победе твоего отца, как и он сам. Больше того, мы считаем, что это и в интересах
Сотойи, хотя, разумеется, многие из сотойцев пока что этого не понимают. Помнишь,
когда мы только познакомились, я сказал, что, похоже, твой отец понимает толк в
правлении, а не просто стремится к выгоде? Базел снова кивнул.
- Да, и я по-прежнему так думаю. Такой вождь - гораздо лучший сосед, чем кучка
грызущихся между собой старейшин. И дело не только в этом. Каждый, кто знаком с
Бахнаком, знает, что он никогда, ни за что не допустит в своих землях поклонения Шарне
и ему подобным. И по этой причине мы хотим его поддержать.
- Но не открыто, - кивнул Базел.
- Не открыто. И не сразу, - подтвердил Килтан. - Но я могу распорядиться,
чтобы из Даранфела отправились корабли, которые весной подойдут к Дургажу.
- И что будет на этих кораблях? - безразличным тоном поинтересовался Базел.
Килтан махнул рукой в сторону окна:
- Доспехи. Копья. Алебарды. Топоры, мечи и арбалеты.
- А взамен?
- Взамен вы с отцом уничтожите приспешников Шарны в Навахке и в остальных
землях градани. Бахнак заплатит нам за оружие когда и как сможет. Уверяю тебя, цена
будет гораздо ниже цен на наших рынках. Кроме того, он даст обязательство, победив
Чернажа, заключить мирные договоры с соседями, включая Сотойю. Кто-то может не
поверить ему на слово. Я верю, и верят мои товарищи из Совета Дворвенхейма. В обмен
на эти мирные договоры Дворвенхейм тоже подпишет договор - о торговле. На тех же
условиях, что существуют между нами и другими народами Империи.
Базел судорожно сглотнул. Столь щедрого предложения не получали даже
Приграничные Королевства. Это означает возможность торговать с купцами Империи
Топора без импортно-экспортных пошлин. Принц Бахнак сможет не только увидеть все
чудеса, с которыми познакомился Базел за время своего путешествия, но и приобрести их
по той цене, за какую их покупают только обитатели Империи!
- Это лакомый кусок. Килтан, - признал наконец Базел. - Если бы решал я, то
сразу же принял бы столь соблазнительное предложение. Но я не могу отвечать за других.
- Это мы понимаем. Как и то, что в данный момент твои обязательства перед
Томанаком важнее даже обязательств перед отцом. Мы не хотим заставлять тебя выбирать
между ними и знаем, что ты не должен говорить от имени отца, даже не обсудив с ним
наше предложение. Но еще мы уверены, что не можем доверить это поручение никому
другому. Твой отец прислушивается к тебе. Если мы обратимся к нему напрямую или
через другого посредника, у него могут зародиться сомнения. Мы в состоянии поставить
себя на его место. Пока мы будем убеждать его в честности наших намерений, мы
потеряем время, а его у нас и так почти нет. Поэтому меня и попросили рассказать все это
тебе: ты ведь знаешь меня, и я надеюсь, доверяешь мне. Все, что мы просим, - передать
сообщение твоему отцу и полно и искренне ответить на все его вопросы.
- Гм. - Базел медленно кивнул, снова глядя через стекло и обдумывая сказанное
Килтаном. Гному не удалось застать его врасплох. Теперь Конокрад вспоминал о
собственных мыслях по поводу той огромной силы, которая скапливалась у него на
родине. Он охотно верил, что страхи и подозрения Килтана имели под собой почву,
особенно те, что касались Сотойи, какими бы странными они ни казались градани. Базел
вполне мог понять, чем было вызвано предложение Килтана. Если быть до конца
честным, решил он, это предложение можно назвать и подкупом, но можно и помощью в
управлении государством. В конце концов, то, о чем толковал гном, будет стоить ему,
Дворвенхейму и Империи не так уж дорого. В итоге прибыль окажется гораздо больше
того, что можно сию минуту выгадать на пошлинах. И если соглашение свяжет Бахнака и
его потомков с Империей...
- Ладно, - сказал Базел. - Я передам твое предложение, Килтан. Имей в виду, я
не могу обещать, что отец его примет, но я все ему расскажу. И, - он посмотрел сверху
вниз на гнома, - лично я надеюсь, что он согласится.
- Спасибо, - серьезно произнес гном и протянул Базелу руку.
ГЛАВА 18
- Фу! Какой кошмарный запах!
Вейжон отпрянул от дымящейся кружки в руке Базела, и Конокрад засмеялся. Его
дыхание вырывалось изо рта клубами пара. Густые ели, под которыми они расположились
лагерем, бросали темные тени на его торс, тогда как лицо освещали лучи восходящего
солнца.
- Не могу не согласиться, мальчик. Но я слышал, как ты сегодня охал.
- Да, ты бы тоже охал, если бы никогда не имел дело с этими, Фробус их побери...
- начал Вейжон вдохновенно, поглядывая на кружку с видимым отвращением, но тут же
умолк. - У тебя тоже ныли бы мышцы, если бы ты никогда не стоял до этого на лыжах,
- завершил он с достоинством.
- Без сомнения, - согласился Базел, благородно не упоминая, что сам он уже
больше трех лет не катался на лыжах. А Брандарк и того больше, потому что посреди
Навахка заниматься лыжным спортом невозможно, а Брандарк был горожанином. К
изумлению Базела, Керита двигалась на лыжах так же легко и грациозно, как она
держалась в седле. Немного поразмыслив, он решил, что у него нет повода для удивления.
Он мало знал о ее родине, но герцогство Морец было расположено не намного южнее
Харграма. Крестьянская девочка вполне могла научиться бегать на лыжах. Да и позже она
явно провела немало времени в северных провинциях Империи, а там лыжи были
обычным средством передвижения.
- Если хочешь, - предложила Керита, - можешь ехать на санях. - Молодой
человек обернулся, собираясь испепелить ее взглядом, но она лишь сочувственно
улыбнулась. - Прийти в форму не просто даже тем, кто имеет навык. А начинающему
еще сложнее заставить работать нужные мышцы.
- Я знаю, госпожа. Просто... - Вейжон снова замолк и покосился на кружку.
Осторожно потянув носом, он сморщился, убедившись, что запах не стал лучше. - Но я
хотя бы не умру от этого? - поинтересовался он с подозрением.
- Не умрешь, - заверил его Базел.
- Не уверен, что меня бы это сильно расстроило, - криво усмехнулся рыцарьпослушник.
- Дай это мне. Я больше не буду оттягивать неизбежное.
Он взял кружку одной рукой, зажав нос пальцами другой, и разом влил в рот ее
содержимое.
- Боги! На вкус это еще хуже! - Он закашлялся. Несколько секунд Вейжон сидел с
видом человека, огромным усилием воли заставляющего напиток остаться в желудке,
потом передернулся и отдал кружку Базелу. - Ты уверен, что у вас пьют это все время?
- Что? У нас? - Базел хмыкнул. - Да ни один градани ни за что не станет пить
такое! - Он кивнул на горшок, дымящийся на костре. - Если, конечно, у него будет хоть
какой-то выбор.
- Ты же сказал... - возмущенно начал Вейжон, но его перебил Брандарк:
- Все, что он сказал, Вейжон, - это что горцы Восточной Стены, охотники на
оленей и лыжники пьют этот чай, чтобы снять мышечные боли. Он ничего не говорил о
градани.
- Ясно. - Вейжон одарил своего наставника самым мрачным взглядом, на какой
только был способен, но уголки его рта дрогнули, в глазах загорелся огонек.
- Я же должен был в тебя это влить, - пояснил Базел. - Ведь действует, правда?
- Напомни, чтобы я никогда не покупал у тебя лошадей или земли, господин, -
попросил Вейжон, поднимаясь с нарочитым стоном. Он немного постоял, потом
попробовал присесть.
- Должно пройти несколько больше времени, чтобы чай подействовал, -
продолжал Базел, наблюдая, как Вейжон поднимается, на этот раз вполне искренне
стеная. - Просто немного подвигайся. Разомнись, пока мы сворачиваем лагерь.
- Я могу помочь, - запротестовал Вейжон.
- Не дури, - ответила Керита. - Ты же не валяешься в спальном мешке! Кроме
того, не исключено, что без тебя мы справимся быстрее, особенно если после разминки ты
начнешь ходить бодрее, чем сейчас.
Вейжон сморщился, но все же согласно кивнул. Он заходил взад-вперед под елками,
сначала совсем медленно, а Базел, Брандарк и Керита начали со знанием дела разбирать
лагерь.
Они были уже в нескольких днях пути к югу от Дворвенхейма, почти в Даранфеле.
Теперь их отряд стал совсем маленьким, потому что Базел, как и обещал сэру Чарроу,
оставил рыцарей в Дворвенхейме. Венсит же отправился по собственным делам на
Равнину Ветров. Базел удивился отъезду мага - он был уверен, что тот хочет помочь
разобраться с Шарной, но возражать не стал. Венсит Румский ездил куда хотел, и всегда
знал, что делает. К тому же Базел помнил, что Кодекс Оттовара запрещает Венситу
использовать магию против врагов, если они не начнут применять ее первыми, так что
вряд ли волшебник мог оказать градани поддержку чем-то, помимо советов.
Базел по-настоящему сожалел только об одном - рыцари забрали с собой повозки.
Он ни за что не признался бы товарищам (особенно после жалоб Брандарка, которому
пришлось оставить все свои драгоценные книги у Килтана), что несколько привык к тем,
которые так облегчали путешествие. Но самому себе он не стал лгать. Отряд по-прежнему
был экипирован гораздо лучше, чем когда они с Брандарком покинули Навахк. Теперь у
них были легкие сани, нагруженные провизией, растопка и инструменты, большая палатка
и спальные мешки. Базел с Брандарком тащили сани по очереди. Поначалу Керита с
Вейжоном возмущались и настаивали на том, что тоже должны принимать в этом участие,
но на второй день их протесты ослабли. Никто не мог сравниться с градани в
выносливости - этого нельзя было не признать, глядя, как Базел или Брандарк час за
часом тянут сани.
По меркам градани они двигались не очень быстро. Если бы Вейжон был опытным
лыжником, они уже забрались бы гораздо дальше на юг, но Базел все равно был доволен.
После отъезда из Серебряных Пещер они уже миновали герцогство Барандир, а через
неделю, даже если Вейжон не сможет идти быстрее, чем сейчас, доберутся до Дургажа,
ближайшего города Конокрадов.
При этой мысли он усмехнулся и краем глаза покосился на молодого человека.
Вейжон, лицо которого приобрело изумленное выражение после того, как началось
действие чая, уже двигался гораздо легче, и Базел издал удовлетворенный возглас. Он
понятия не имел, откуда у его народа такая выносливость и способность быстро
выздоравливать после ранений, пока этого не объяснил ему Венсит. Это было просто в
природе градани.
Раньше, пока год назад он не отправился в путь, Базел даже не осознавал, что
представители других народов не обладают этими качествами. Теперь он испытывал
смешанные чувства. Тот факт, что градани во многом обязаны своими физическими
качествами колдунам Карнадозы, не радовал, но в нем имелись и положительные
стороны. Как только что заметил Брандарк, ни один градани никогда не пил чая, которым
он напоил Вейжона. В отличие от людей, градани не испытывали мышечных болей и
судорог. Несколько часов отдыха полностью восстанавливали их силы... очень полезное
свойство, когда твои ноги совершенно разучились проходить на лыжах долгие мили.
Базел наблюдал, как Керита укладывает в сани скатанный спальный мешок,
восхищаясь цветом, в который восходящее солнце окрасило несколько выбившихся из
темной косы прядей. Она изумительно выглядела с двумя мечами на поясе, облака пара от
дыхания окутывали ее лицо таинственной дымкой, глаза не отрывались от работы, и
Конокрад вдруг ощутил внезапный прилив любви. В его чувстве не было ничего
романтического, хотя он не был настолько слеп, чтобы не видеть, как она хороша. Керита
обладала сдержанной красотой ясного холодного утра, присущей древнему клинку.
Двигалась она с грацией человека, который долгие годы упражнялся в боевых искусствах,
где главными были скорость и умение держать равновесие. Она действительно была для
него сестрой, как он сказал в их первую встречу.
Керита подняла голову, словно ощутив его взгляд, и улыбнулась ему. В темно-синих
глазах, на миг встретившихся с его, он узнал то же чувство. Потом она снова принялась за
работу, взяв у Брандарка его спальный мешок и укладывая его рядом со своим. Пока она
стояла рядом с Брандарком, Базел вдруг осознал то, о чем знал уже давно, но никогда не
пытался назвать.
Все они братья и сестры: он с Керитой, Брандарк и Вейжон. Вот то, что собрало их
вместе. Все трудности, встретившиеся им на этом пути, - тут он посмотрел на Вейжона и
улыбнулся воспоминаниям - больше не имеют значения. Их место здесь, ожидающие их
впереди дела как раз по ним. Золотистый свет теплым потоком хлынул в душу Базела
Бахнаксона. Чувство потрясло его, словно ураган, но в его мощи была нежность и
ощущение какого-то почти небывалого совершенства. В этот миг он ясно осознал, как
сильно любит своих товарищей и как они уязвимы. Как все они уязвимы, даже он сам, и
как невыносимо больно будет потерять кого-то из них. Теперь он понимал, какова плата
за любовь. Она - не слабое место в его защите, которое может стать причиной гибели,
как он когда-то опасался. То есть в какой-то мере это действительно было так, но это была
не самая высокая цена.
Цена потери. Знать, что в конце концов ты должен лишиться всего, что любишь,
ведь только эльфы бессмертны, хотя и они умирают. Но в признании этого не было ничего
угнетающего. Та боль, которую он испытает, если потеряет любимых людей, будет лишь
оборотной стороной радости, которую он испытывает, когда они вместе. Избежать боли
можно лишь отказавшись от радости и веры, одев свое сердце в непробиваемые доспехи, а
это тоже было бы равносильно смерти.
Миг осознания был слишком напряженным, чтобы длиться долго... или чтобы
стереться из памяти. Понимание прошло сквозь него беззвучной бурей света и осталось в
памяти, словно удивительное насекомое с блестящими крыльями, навеки застывшее в
янтаре. Оно всегда будет с ним, чтобы он мог схватиться за него как за талисман,
оберегающий от тьмы. Он знал, что будет беречь его вечно.
- Эй, долговязый!
Базел заморгал и поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть летящий прямо на
него туго скатанный спальный мешок. Его руки сами взметнулись вверх, хватая мешок,
прежде чем тот ударил его в грудь. Он бросил на Брандарка яростный взгляд.
- Мне кажется, несколько рискованно так шутить с утра пораньше, - пророкотал
он. - Видишь ли, я еще не совсем проснулся, а спросонья я могу сделать что-нибудь
такое, о чем ты пожалеешь.
- Пустые обещания! - воскликнул Брандарк. - Кроме того, меня это не волнует.
Керри меня защитит.
- Ну нет. Керри не станет, - строго заявила Керита.
- Не станет? - Брандарк уставился на нее глазами, полными обиды, голос его
дрогнул, и она засмеялась.
- Ни за что, - продолжала она. - На самом деле...
Она взмахнула рукой, и снежок, которого раньше не замечали ни Базел, ни
Брандарк, угодил Кровавому Мечу точно в кончик его длинного носа. Охнув от
неожиданности, он отступил назад и замахал руками, стараясь сохранить равновесие, и
наконец приземлился в снег под хохот Кериты.
- Мальчишки всегда остаются мальчишками! - подытожила она. - Пусть это
послужит тебе уроком, Брандарк Брандарксон... ой!
Ее смех оборвался, когда Вейжон в свою очередь запустил в нее снежком, и через
миг воздух заполнили летящие снежные шарики. Базел так и не понял, кому принадлежал
первый из угодивших в него снежков, да это и не имело значения. В данный момент все
они были прекрасными мишенями, и он, гулко захохотав, ринулся в схватку.
В это утро они довольно поздно тронулись в путь.
Харграм оказался меньше, чем это помнилось Базелу.
Он этого ожидал, но не думал, что город покажется ему настолько крохотным. Он
был вполовину меньше Навахка, хотя князь Бахнак и его отец снесли самые
отвратительные трущобы и выпрямили и расширили улицы. Еще они выстроили
примитивную канализацию (что сразу поставило Харграм над всеми городами градани, а
не только над Навахком) и ввели драконовские меры по предотвращению пожаров,
запретив строительство новых трущоб и обязав жителей вывозить мусор. Новые здания
строили только из камня и кирпича, в отличие от старых, деревянных, которые с
завидным постоянством горели зимой. С точки зрения градани, Харграм был оплотом
цивилизации, но по меркам тех земель, которые успел посетить Базел, это был всего лишь
провинциальный городишко. Все его жители и обитатели окрестных земель вместе не
смогли бы составить численности населения более-менее крупного города Империи
Топора.
Несмотря на все это, Базел испытывал огромное уважение к труду своего отца. Все
же Харграм выглядел как город, и цивилизованный город. Отец и дед Базела многое
успели сделать в этом направлении, и для народа, который лишь недавно состоял из одних
дикарей, это было поразительным шагом вперед. И глядя теперь на результаты их усилий,
Базел Бахнаксон ни минуты не сомневался, что его отец сможет завершить еще одно дело,
над которым трудился так долго, и навсегда прекратит войны и раздоры между северными
градани.
Он стоял на вершине холма, глядя вниз на родной город, члены его снова
разросшегося отряда остановились вслед за ним. День был чудесный. Температура
воздуха поднялась выше нуля, в воздухе веяло сырым запахом ранней, очень ранней,
северной весны. Правда, он был слишком хорошо знаком с местным климатом, чтобы
обмануться. Впереди еще целые недели снегопадов, но их осталось меньше, чем было, и
сейчас он наслаждался ветром, игравшим его волосами. В этом ветре чувствовалась
живительная сила, обещание жизни, пока что спящей под снежным покрывалом, но
готовой проснуться, как только придет время.
Он посмотрел налево и улыбнулся. Керита откинула капюшон пончо, радуясь лучам
дневного солнца. Почетный караул, который выделил ему для охраны Харок, князь
Дургажа, тоже глядел на нее. Губы Базела дрогнули, когда он заметил недоумение в их
глазах. Харок был главой клана Сломанных Копий, которые, хотя тоже принадлежали к
Конокрадам, мыслили более "традиционно", чем Железные Топоры. Копья также с
трудом переносили чужаков, считая, что на тех не стоит обращать внимания, если нет
причины просто перерезать им глотки. Князю Бахнаку удалось свести эту ненависть до
минимума, но жители Дургажа продолжали с подозрением относиться к любым
пришельцам. Тот факт, что Керита была не только иностранкой, но еще и женщиной и
профессиональным бойцом, вовсе не укладывался в голове у Харока. Только то, что она
товарищ Базела (он знал, что некоторые Сломанные Копья тайно сомневались, что она
просто товарищ), как-то оправдывало ее присутствие, но молодые воины Харока все равно
смотрели на нее как на чудо природы.
Брандарк вызывал у них не меньшие подозрения. Теперь уже все северные градани
знали историю бегства Базела из Навахка. Знали, что Брандарк сопровождал его из
дружеских чувств, несмотря на закоренелую вражду между их городами и правителями.
Но Брандарк все равно оставался Кровавым Мечом. Хуже того, он принадлежал к клану
Вороньего Когтя, собственному клану Чернажа. Конечно, все прекрасно понимали -
Чернаж лишился возможности возглавлять клан, когда захватил корону Навахка, но само
присутствие Брандарка среди Конокрадов накануне того, что должно было стать
последней войной против Кровавых Мечей, казалось сторонникам Харока совершенно
неуместным. Харок ненавязчиво намекнул Базелу - не хочет ли он оставить своего
"друга" здесь, в Дургаже. Он заверил Базела, что к Брандарку будут относиться со всем
возможным уважением, его удобно разместят, но истинный смысл предложения князя был
очевиден. Видимо, Харок думал, что, как бы ни были близки Базел и Брандарк, верность
последнего своему городу и клану заставит его шпионить в пользу Навахка, если ему
будет открыт доступ в совет Бахнака.
Базел вежливо, но твердо отклонил предложение. Он был всего лишь четвертым
сыном своего отца и на шестьдесят лет моложе Харока, но князь Дургажа побледнел,
когда посмотрел ему в глаза, и не осмелился настаивать. Однако Базел имел основание
полагать, что их "караул" имеет особое задание не сво
...Закладка в соц.сетях
