Жанр: Научная фантастика
Клан быка
...ерь.
Уффф...
Леха постоял, переводя дыхание. Клацнул по браслету - что вокруг? Вроде чисто. В этом
доме никого.
Даже странно. Дом огромный, а никого... Но это приятная странность, надо признать.
Леха прошел дальше по узенькому коридору и вышел в холл. Повернул голову нормально.
Теперь можно осмотреться.
- Ну, рогатенький? - возник в голове сатир. Он явно с трудом удерживался, чтобы не
сорваться на смех, противный, как козлиное блеяние. - Ты хоть знаешь, куда забился?
Стальные шкафы в ряд - и справа и слева. Раздевалка?
Леха прошел дальше. Шкафчики кончились, в стене пошли двери, но не обычные, а
стальные, с окошечками. Камеры?...
Вот почему это здание пустое, единственное из всей улицы. И, похоже, будет совершенно
пустым еще до полудня.
Полицейский участок. А вся городская полиция на площади.
Дальше...
Еще одна комната, но здесь дверь не цельнометаллическая, а решетчатая. И за ней ни
намека на кровать или раковину. Лишь стеллаж с держателями для оружия. А посреди
комнатки - здоровенный ящик с окованными углами.
Леха шагнул дальше, но остановился. Шагнул назад и повернул голову.
Ящик в центре оружейной комнаты открыт, сейчас в нем пусто, ничего, кроме плотной
прокладки-держателя. Но, судя по очертаниям того, что там должно лежать...
Леха вплотную подошел к решетчатой двери, вглядываясь. Да, точно. Оно.
И пустые упаковки из-под пуль на полу. Леха присмотрелся к маркировкам. Еще раз
покосился на пустой ящик. Задумчиво наклонил голову. Может быть, все же есть шанс помочь
каперам?... И вполне реальный...
- Эй, уснул? - позвал сатир. Леха отлип от решетчатой двери и пошел дальше.
Огромный зал. Столы с компьютерами и папками, вдоль стен кресла - тяжелые, из металла,
чтобы к ним можно было надежно приковать наручниками.
А впереди - стеклянная дверь и окна, окна, окна... Солнце било в глаза сквозь
желтоватые стекла, высвечивая на них каждую пылинку, каждый развод от дождевых капель. А
за ними - спины, головы, лица... Леха подался назад, прочь от окон. Но лица как
поворачивались к окнам, так же легко и отворачивались прочь. Там, на площади, гораздо
светлее, чем здесь, и солнце бьет прямо в окна. Для них они почти как зеркала, не разглядеть,
что внутри. Можно подойти ближе.
Леха подошел, щурясь от солнечного света, бьющего прямо в глаза. О господи... Сколько
же их здесь?!
Точек на карте было много, но все же точки... они маленькие. И их как-то казалось
меньше. А теперь, когда вживую, когда перед глазами толпились люди... Вся площадь.
Люди, мулы, повозки...
И большие военные джипы. Здесь, там... По всей толпе, выделяясь среди них, как изюм в
кексе. В центре площади джипов почти нет, а ближе к краю площади, там, где толпа
разреженнее, - там джипы встречаются чаще. Машин пятнадцать...
Нет, больше, черт бы их побрал. За два десятка.
И на каждом джипе - по комплекту охотников. В камуфляже, в тяжелых бронежилетах, в
касках или банданах, со стволами автоматов и карабинов за плечами...
Только не по четыре человека на машине, а по три.
А вот и недостающие члены команд... В центре площади сгрудилось человек двадцать -
странная толпа. Вроде все в камуфляже, все с оружием, все в бронежилетах и касках. Но
каждый - разный. У каждого чуть иной оттенок камуфляжной распятновки, разное оружие. И
- совершенно, различные гербы кланов на касках и на рукавах. По одному человеку от
каждого клана.
Здесь же, в центре, и полиция города, человек пять. Вон и парень с блестящей
шестиугольной звездой шерифа на груди. Вежливо, но непреклонно оттесняют толпу зевак, не
дают ей смешаться с представителями кланов, решивших участвовать в большой гонке.
Вон и Данька стоит...
Так, а где Кэп с Молчуном?
Где среди всей этой толпы, среди джипов, островками возвышающихся над толпой, -
знакомый? Привычная российская распятновка на камуфляжах, знакомые "калаши" и каски,
скалящийся над скрещенными молниями Веселый Роджер киберпанковых морей...
Нашел их, но радостнее не стало.
Черт возьми, о чем они думают?!
Забились на самый край площади, к самому зданию ратуши...
Да, кстати. Что же там на крыше возились? Угадал с открытым ящиком в центре
оружейной? Леха шагнул поближе к окну, чтобы стала видна крыша ратуши.
Оттуда на площадь пялились шесть спаренных дул. Миниган. Две тысячи
крупнокалиберных пуль в минуту. И, если верить разорванным упаковкам на полу оружейной,
пуль разрывных. В реале запрещены конвенциями, но здесь...
- Ну что? Немцев видишь?
Леха тяжело вздохнул.
Хоть игроки и не видят через стекло, оно для них как слепящее зеркало, но расстояние-то
от этого не увеличивается. До ближайших игроков всего несколько шагов.
- Да знаю я, что ты говорить не можешь! Не будь дураком, рогатое. Копытцем стукни!
Да - один раз. Нет - два. Так видишь их?
Правда, а где же немцы?
Вон варяги, в синеватом камуфляже. А вон там... Вермахтовские каски времен Второй
мировой, будто высеченные из камня морды с ледяными голубыми глазами - тоже немецкий
клан, похоже. Но не тевтонцы. Где же они? О черт... Джип двигался среди толпы, как кит среди
волн. Разгоняя зевак, джип с тевтонцами вырулил впритык к каперам. И встал еще ближе к
стене ратуши. Впритык. Молчун хмуро покосился на них. Немцы глядели на него и Кэпа не
слаще. Но ртов не раскрывали. Шесть черных зенок минигана, выглядывавших через бортик на
крыше, успокаивали лучше любого рефери.
Немец в офицерской фуражке выпрыгнул из джипа и стал протискиваться через толпу к
центру площади. К остальным представителям кланов.
- Видишь их?!
Леха стукнул копытом.
- Есть тут, в смысле?
Леха вздохнул и еще раз чуть пристукнул копытом.
- То-то же! А кто со мной спорил? Следы, память, бла-бла-бла, масонские ложи,
мировой заговор... Чертов болтун! Нет, чтобы сообразить, что надо говорить о том, что делать!
Что предпринять. Согласовать действия с каперами...
Шансы есть, но надо, чтобы они знали, что будет происходить! Чтобы были готовы!
- Ну, что теперь скажешь? Говорил я тебе, что память у тебя ни к черту,
Крошечка-Хаврошечка?
Как бы ему сказать... До ближайших людей совсем ничего - какие-то метры. Движок не
даст говорить, превратит слова в рев.
- Следы, следы... - все бормотал сатир, передразнивая Леху.
Леха оглянулся - сколько будет до выхода? Достаточно, чтобы движок не превратил
слова в рев? Или мало?
Но выбора-то все равно нет! Леха развернулся и побежал обратно в коридор.
- Если бы немцам кто-то помогал, - все зудел сатир с интонациями усталого
учителя, - они бы сейчас не в машине сидели, а готовились бы с тебя скальп сдирать! И...
Сатир осекся.
Леха остановился, оскалившись. Не успел?!
Оглянулся на окно - и оскалился еще сильнее. По толпе прокатилась волна движения -
все подались вперед, к центру площади. И тут же передний ряд пошел назад, оттесняемый
городской полицией и помощниками.
Похоже, у Старьевщика не очень громкий голос?
Леха крутанулся и подался обратно к окну.
Двери ратуши открылись.
- Так, стоп... - пробормотал сатир. - Разбор полетов на потом. Начинается, кажется...
Полиция и дружинники все оттесняли толпу прочь от центра, дальше и дальше. Пока на
камнях не стала видна прочерченная кирпичной крошкой красная линия. Полукруг.
Представители кланов расступились на освободившемся пятачке, выстроились по красной
линии.
Леха кусал губы. Черт возьми! Не предупредил их, и уже не успеть... Сообразят каперы
сами?
Полиция держала толпу вокруг представителей кланов, еще шесть людей в оранжевых
кепках и с повязками на рукавах раздвигали толпу за чертой, делая проход к ратуше.
Сообразят каперы?...
Площадь затихла.
Из темного провала дверей показались блестящие носки ботинок, плывущие над землей
сантиметрах в десяти, ноги, колени... Колеса инвалидной коляски.
Ее толкала девушка в белом халатике. На коляске сидело что-то, отдаленно похожее на
человека. Когда-то очень давно. Теперь же - лишь еще не догнившие остатки тела, каким-то
чудом не рассыпающиеся от ветерка, гуляющего по улице.
Леха попятился прочь от окна, не отрывая от него глаз. Девушка выкатила коляску на
центр площади и остановилась.
Толпа зашушукалась и подалась вперед, но полицейские сцепились за руки и оттащили
всех назад. Охотники стояли точно на линии и ждали. Мешок с костями поднял руку, прижал
пальцы к шее и что-то прошамкал беззубым ртом. Еще секунду на площади было тихо - не
площадь, а застывшая голограмма. Словно в эту секунду все серверы игры зависли намертво.
А потом ожила. Представители кланов брызнули с линии во все стороны, расталкивая
толпу. Что-то крича своим товарищам в машинах, размахивая руками... Два десятка двигателей
разом взревели, и стекла в рамах противно задребезжали.
Половина двигателей ревели вхолостую - те машины, что с левой стороны площади. Уже
развернутые на северо-восток. Готовые рвануть туда, на край площади, и дальше по улице, едва
добегут их товарищи, слышавшие, что именно прошамкал мешок с костями...
А справа, там, где машины уставились на юго-западный край площади, - там джипы
разворачивались. Пытались...
Не обращая внимания на зевак, не успевших вовремя отскочить, джипы сдавали
туда-сюда, пытались развернуться в противоположную сторону, оставаясь почти на одном
месте - слишком плотно. И толпа и соседние машины. Джипы бились бортами, бамперами,
цеплялись крыльям колес...
Кто-то из них рванул вперед. Пусть и на юго-запад, не туда, куда нужно, но зато там
свободнее, можно быстро развернуться и шустро нырнуть обратно в толпу, продираясь к
другому краю площади. Там машины вот-вот стартуют, вылетят на улицу и пойдут дальше из
города, напрямик к схрону...
Этого Леха уже не видел.
Набрал полную грудь воздуха, пригнул голову, чтобы шея выдержала удар, и рванул
вперед, на переднюю стену.
Не в дверь - все равно не пролезть, - а прямо между окон. Рога с треском вошли в
стену, выбив планки внутренней обшивки, проткнули тол, выбили внешнюю обшивку...
Броневой нарост на лбу врезался в столб, к которому крепились поперечины стены, - и стена
целиком ухнула вперед и вниз.
Лопнули стекла в рамах, сзади с пронзительным треском накренилась крыша, лишившись
опоры, а Леха ревел во всю грудь и летел дальше.
Сшибая первых людей, еще редких здесь, на краю площади. Сбивая их, как тряпичных
кукол, и изо всех сил работая ногами, разгоняясь все быстрее. И ревя во всю глотку.
В толпу, где народа гуще, и забирая влево. К машинам, ревущим на левом краю площади.
Им проще всего уйти на северо-восток, а схрон явно где-то там...
Сквозь толпу, сквозь всех этих зевак.
Бил их рогами, впечатывал друг в друга, размазывал копытами по брусчатке...
Почти все вооружены, но не сообразили, что происходит. Слишком их много.
Леха как танк пер вперед, тараня толпу. Оставляя дорожку из трупов и изувеченных. Уже
длинную, но пока опомнились только те, что были на самом краю площади, у полицейского
участка. В самом начале колеи трупов.
Щелкнула вслед винтовка, застучал автомат, но пули били не в круп, а в мечущихся
позади людей. Не понимающих, что случилось, лишь вопящих и достающих кто аптечки, кто
оружие...
Вступил еще один автомат, гулко ухнул крупнокалиберный пистолет - и паника
охватила площадь. Крики, вопли... Вся толпа пришла в движение. Зеваки, никуда не
спешившие, заметались во все стороны. Не давая прорваться к джипам их капитанам, знающим,
что именно прошамкал Старьевщик...
И тут среагировали те полицейские, что сидели на крыше. Оттуда ударил миниган. Дум,
дум, дум, дум! Пули врезали куда-то под задние ноги. Дум, дум, дум, дум! Крупнокалиберные
разрывные пули лопались маленькими взрывами, разбивая в крошку брусчатку, кромсая людей,
оставшихся позади. Топя все в облачках гари, словно в черном тумане.
Леха шарахнулся в сторону - и тут же назад, делая крюк, Ушел от очереди минигана,
почти срезавшей по задним ногам, и нырнул под завесу облачков от разрывов.
Миниган по инерции прошелся дальше - по толпе, по первым джипам, не дождавшимся
своих капитанов и еще даже не тронувшимся с места. Разрывая в клочья охотников, дырявя
машины, как консервные банки. Грохнул бензобак, и воздух над площадью тяжело вздрогнул...
Автоматы стучали уже по всей площади. На дальних краях едва ли соображали, что
происходит, - просто защищались. На всякий случай, друг от друга. Убей их первым и убей их
всех, если не хочешь, чтобы они убили тебя.
Они не видят быка, но видят миниган, бьющий с крыши по толпе. И полицейского,
вылезшего на бортик крыши, чтобы лучше разглядеть, что там внизу. По бортику замолотили
пули, вышибая фонтаны бетонной пыли. К первому мстителю присоединился второй, третий...
Полицейский на бортике замахал руками, пригнулся, чтобы соскочить обратно на крышу, но не
успел. Сразу несколько очередей прошили его. Над головой взбух и тут же лопнул красный
нимб.
Миниган крутанулся в сторону и замолотил в ответ. По нескольким мстителям посреди
орущей толпы, ничего не соображающей. Тридцать с лишним крупнокалиберных разрывных
пуль в секунду...
Бойня превратилась в мясорубку.
Струи крови, выбитой из тел пулями. Срезанные куски плоти. Вопли, ругань, черные
клочья от разрывов пуль...
Из этого хаоса вынырнул джип, несущийся под самой стеной ратуши.
Но не каперы, нет. Их не видно.
Джип с тевтонцами - уже все четверо в машине! - несся через толпу. Лихо лавируя
между линиями огня. Объезжая не успевшие стартовать джипы. Все быстрее и быстрее, и не
думая тормозить перед мечущимися людьми, молотя их бампером, сшибая на брусчатку и в
стороны, и несся дальше, к северному краю площади...
А каперов даже не видно...
Леха рванулся на немцев, но воздух сбоку треснул от разрывных пуль. В один миг
лопающиеся куски пространства прочертили дорожку из вспышек и вспухающих облачков гари
- и врезались в бок. По броневому наросту ударило, Леху швырнуло вбок, но броня, кажется,
выдержала.
Дорожка разрывов но инерции прошла дальше - миниган тяжелая штука. Пара пуль
лопнули слева. Еще дальше... Еле удержавшись на ногах, Леха рванул дальше. Вперед, вперед!
На немцев!
Их машина летела справа - пересекающимся курсом. И деваться им некуда. Чуть дальше
один джип горит, а другой перевернуло... Единственный путь здесь. Главное, не сбросить
скорость...
Воздух слева лопнул, налетела дорожка разрывов - непрерывная очередь минигана
сделала крюк и вернулась. Пули замолотили в уже искореженный броневой нарост.
Разворотили его еще сильнее, вгоняя зазубренные концы в шкуру, ломая ребра, вбивая их еще
глубже, превращая бок в дымящийся фарш... Даже на пониженном уровне боли это было
паршиво.
Перед глазами пролетел бампер джипа немцев. Переднее крыло, до которого не успел
дотянуться...
Пули молотили уже не в бок, а по спине. Задние ноги не чувствуются - как отрезало... но
инерция несет вперед, к заднему крылу джипа еще можно успеть...
Леха нырнул вниз, почти въехав челюстью в брусчатку, но зато рога низко, нацелены
прямо на заднее колесо. Если его подцепить, намертво вбив рог в протектор...
Но рог прошил лишь воздух - колесо джипа рывком ушло вверх и пролетело над
головой, невредимое. Джип немцев завалился на бок, спасаясь от удара.
Камни ударили в морду, на миг стало темно, а потом перед глазами прояснилось. Уже не
пошевелиться, слишком много пуль словил в круп. Но видеть еще можно.
Джип немцев катил на двух колесах, едва удерживая равновесие, - у водителя не
получалось упасть на все четыре колеса, слишком сильно они завалились на бок. Широченный
"хамми" задрал левый бок высоко-высоко вверх, водитель чудом держал равновесие, и все
равно машина все сильнее заваливалась вправо, переворачиваясь... Ну же! Давай! Рухни!
Что-то было там, справа от джипа. Не то другой джип, не то...
Объятый пламенем человек, с красным нимбом над головой, вылетел из дыма - прямо
под бок джипа. Нимб брызнул кровавыми каплями, человека швырнуло в сторону, а джип чуть
дернуло... но и этого чуть-чуть хватило. Он рухнул обратно на все четыре колеса.
Понесся по краю площади, вылетая на улицу - пустую, где уже нет народа и еще нет
конкурентов. Уже ничто не остановит...
И еще один джип вылетел следом, вырвавшись из хаоса. И еще один, и еще...
Леха из последних сил боролся с закрывающимися глазами, с тяжестью, навалившейся на
все тело, - где каперы? Где каперы?!
Еще один джип унесся вслед за везунчиками, но каперов среди них не было...
Господи, как же опротивели уже эти камни, эти скалы, эта чертова опушка Блиндажного
леса!
Леха перевернулся на живот и щелкнул по браслету, вызывая карту. Ну?!
Что получилось в итоге? Там, на площади, в суматохе, среди горящих джипов и клякс
гари от разрывов, черта с два разберешь. А вот по карте, где все четко и однозначно... Точек на
главной площади Гнусмаса сильно поубавилось. В разы. И вместо зеленого однообразия -
цветной калейдоскоп. И салатовые, и желтоватые, и оранжевые, и кроваво-красные - эти
почти трупы.
Нет, не трупы. Многие быстро наливаются здоровым зеленым цветом. Это значит, в
магазинах будет бум на аптечки. Много их сегодня тут потратили... А что за границами
Гнусмаса, куда рвались машины? Леха скользнул взглядом на север - и оскалился.
Казалось, что из суматохи на площади выбралось машины три-четыре - но нет. Куда
там! Шесть, семь... Восемь скоплений зеленых звездочек. Восемь команд.
Но если бы только в этом дело...
Леха прищурился, не веря своим глазам.
Машины уже промчались по центральной улице Гнусмаса, вылетели из города, но шли не
на северо-восток, куда выходит улица. Они повернули и...
Шли сюда. Все восемь машин. Если провести их курс дальше, через пустыню, то их путь
утыкается прямо сюда, в северный проход в стене.
Леха сглотнул. Поежился от предательского холодка в животе.
Даже верблюд ломается под последней спичкой. Неужели то, что случилось на площади,
было последней каплей, переполнившей их терпение? И теперь все выжившие, забыв о схроне,
о распрях друг с другом, наоборот, объединились и все вместе идут сюда, чтобы...
Чтобы уж с гарантией...
Леха мотнул головой. Нет, только с ума не надо сходить!
Делать им всем больше нечего. Они же сами бы друг дружке глотки перегрызли, если бы
на них миниган не глазел шестью черными дулами...
Восемь плотных скоплений из точек. Восемь машин, восемь команд. Вон и скопление из
трех звездочек - каперы...
Но если они идут не сюда, то, значит, схрон где-то на этой прямой между Гнусмасом и
северным проходом в стене? Где-то в пустыне. Леха крутанулся в долину - ну и где этот
однорогий умник, который бил себя в грудь и кричал, что уж в пустыне-то схрона точно не
будет?!
Сверху зашелестели камешки, осыпаясь. Со скальной стены мелькнула тень - и по
валуну перед Лехой звонко клацнули копыта. Умник был тут как тут.
- С почином, рогатый. - Сатир спрыгнул на щебенку и уселся на корточках, пружиня
туда-сюда, будто собирался тут же прыгнуть обратно. - А ничего ты их там, хорошенькую
кашку заварил. Больше половины из города не выбрались...
Карта все висела перед глазами полупрозрачным экраном, глаза вглядывались в восемь
плотных скоплений - и сердце вдруг екнуло. Та группка, которую принял за каперов... Не
факт, что это каперы. Вон еще одно скопление из трех звездочек. А вон и вообще из двух... Их
просто покрошили в свалке, потому и меньше четырех. А каперы...
- Каперы... - голос невольно сел. Леха сглотнул. - Каперы выбрались?
- Каперы... - как выплюнул сатир. Мрачно вздохнул. - И каперы... Выбрались...
Нахлынуло облегчение, но всего на миг. Уж больно плохой тон у сатира.
- Которые?
- Не туда пялишься, рогатый... Южнее бери.
- Южнее? Но...
Леха замолчал. Увидел.
Южнее города зеленела группка из трех звездочек. Тоже быстро двигается в пустыню,
только выехала из города с противоположного конца улицы. И двигается не к северному
проходу, а как бы параллельно. Южнее, чем все...
- Где схрон?
- Ты будешь смеяться, но...
- Куда они идут?!
Если схрон где-то в пустыне, то все зависит от того, как далеко он в пустыне. Кто раньше
успеет - они от Гнусмаса или он сам отсюда? Будет ли еще один - на этот-то раз точно
последний, но все-таки шанс, - или фортуна уже отвернулась? Потому что даже у нее сердце
разрывается на это смотреть...
- Сюда они идут. Вон туда, - сатир махнул ручкой на озера.
Леха нахмурился. Посмотрел на озера, снова на сатира. Опять на озера.
- Ну в озере он! Под водой! - рявкнул сатир. Карта погасла, но Леха тут же щелкнул по
браслету, жадно вглядываясь в карту.
Ну да, конечно. Если схрон здесь, в Кремневой долине... тогда понятно, почему восемь
команд прогеймеров, выстроившись широкой линией, гонят сюда, к северному проходу. А
каперы...
Там, в городе, решили не рисковать, не ввязываться в суету на площади - и выехать с
другого конца города. И теперь им ближе до южного прохода...
Только от каперов до южного прохода чуть дальше, чем остальным охотникам до
северного. А задержать их...
Восемь команд. Это восемь джипов и еще два десятка вооруженных ребят. Да не просто
ребят, а профессиональных игроков, способных здесь, в игре, дать фору любому настоящему
спецназовцу...
- Ну чего встал?! - рявкнул сатир. - Я, что ли, их останавливать буду?!
Дюны накатывали одна за другой, волны раскаленной ржавчины...
Солнце поднялось в зенит - и палило, палило, палило. Еще утром Янус опустил уровень
боли. Но вот жара...
Когда бегал через пустыню ночью или утром, на это даже не обращал внимания. Песок -
ну, песок. Воздух - ну, воздух, скорее даже прохладный, успел остыть за ночь.
Но не сейчас. Сейчас воздух дрожал от зноя, а песок раскалился. Ноги проваливались в
него, и раскаленный верхний слой поджаривал шкуру над копытами. Обугливал, заставлял
сворачиваться лохмотьями и опадать, как завядшие лепестки...
Боль в ногах была далекой, как после наркоза. Но она была. А хуже всего было это дикое
ощущение, как шкура на ногах вздувается волдырями - и лопается, и облезает, обнажая мясо.
Отрастает - и вновь вздувается волдырями...
Леха стиснул зубы и мотнул головой. Надо!
Вперед. Не сбрасывая скорости. Снова и снова погружая ноги в раскаленный песок. Надо!
Закрыв глаза от режущего света, но вперед. Вперед!
Колонну охотников надо остановить. И чем дальше от прохода в Кремневую долину, тем
больше шансов будет у каперов. Хотя разве это шансы...
И еще это чертово солнце! Хоть бы провалилось куда-нибудь к дьяволу!
Леха пробежал еще несколько шагов - по инерции. Понимая, что что-то не так. Но вот
что... Так вымотался под зноем, что даже и не сообразить сразу.
Все вокруг утратило цвет, стало тусклее, темнее...
Леха остановился. Оглянулся по сторонам, поднял морду к небу. Повернулся назад.
Вуаль накатывала с востока, уже накрыла половину неба. Вот и до солнца добралась.
И стала куда плотнее, чем была там, в долине. Солнце пробивалось через нее большим
расплывчатым шаром света, вокруг стало заметно темнее.
Странное зрелище. После недели здесь, когда каждый день - одно и то же голубое небо,
днем ослепительно голубое, ночью черное-черное, в блестках звезд...
- Эй! Чего встал?!
- Небо...
- Что "небо"?! Облаков ни разу в жизни не видел? Хочешь здесь остаться еще на годик,
чтобы ими любоваться?!
Леха тряхнул головой, развернулся и пошел вверх по склону дюны, разгоняясь.
Снова вперед, по дюнам. Вверх - вниз. Вверх - вниз.
Небесная вуаль летела над головой, обгоняя.
Поднялся ветер - не тот привычный, что дул с запада навстречу. Сейчас ветер бил с
востока. Все сильнее и сильнее.
Подталкивал в круп, помогая бежать.
Гладил пустыню против барханов. По крутым склонам, которые всегда были с
подветренной стороны круче и рыхлее. И теперь вот ветер, который никогда не дул с востока...
Над пустыней повисла пелена пыли. Сверху неслась белесая вуаль, становясь все плотнее.
А впереди, с запада...
По белой вуали пер навстречу огромный гребень, раздирая пустыню черными зубьями.
Леха взбежал на гребень дюны. Черные полосы, почти слившиеся вверху в одно
горизонтальное облако, книзу четко разделились. Чем ниже, тем тоньше и плотнее. Столбы
пыли за джипами?
Самих джипов еще не видно. Будут видны с гребня следующей дюны. А еще через
дюну...
Леха сглотнул.
А еще через дюну...
Последние минуты даже не щелкал по браслету, чтобы взглянуть на карту. Машины
прошли уже больше половины пути от Гнусмаса до скальной стены. И чем меньше им
оставалось, тем четче становилась разница пути у них и у каперов.
Когда только оторвались от Гнусмаса, казалось, пустяк... Совсем чуть-чуть. Чисто
символическое преимущество...
Но чем дальше, тем четче выступает эта фора. Нет, каперам не прийти к южному проходу
первыми. И, значит, не добраться первыми к тому озерцу в долине. Оно почти посередине
между проходами.
Почти...
Куда ближе к северному проходу, черт бы его побрал!!!
Надо хоть как-то задержать эту колонну. Хотя бы на пару минут!
Столбы надвигались. Все выше, все крупнее. Все ближе. Да, еще две дюны до них. Эту
пробежать, а вот на следующей...
Гигантский гребень пер навстречу, раскинувшись от пустыни до самого неба.
- Что, рогатенький? - ожил в голове сатир. - Дрожит хвостик-то, а?
Леха лишь молча переставлял ноги, сбегая с дюны. А что тут скажешь?
Восемь джипов. Двадцать вооруженных человек... Как их остановишь двумя рогами и
четырьмя копытами?!
- Не трясись, прорвемся. Ты, главное, хоть одну их машину зацепи, а потом...
Сатир замолчал.
Леха подождал, но сатир молчал.
- И что потом?
- А потом они сами все за тебя доделают.
- Как это?...
- Молча! Ты что, думаешь, это они из-за тебя кучей идут? Да ты им на хрен не сдался!
Они стаей несутся, потому что готовы перегрызться, как свора дворняг из-за куска мяса!
Потому-то и идут вместе, что никто выделиться не рискует. Каждый знает, что, стоит ему чуть
вперед высунуться, все остальные ему тут же в задние лапы вцепятся и в куски порвут! Все на
одного. Закон стаи. И понесутся дальше... Опять вместе, потому что все умные и никто не
рискует выделиться. Ни вырваться, ни первым открыть огонь. Выделишься из толпы - и
трындец. Это как самому себе п
...Закладка в соц.сетях
