Жанр: Научная фантастика
Великая война 2. Темнее дня
...менно этого ему и следовало
ожидать. В компьютерной модели время стремительно неслось дальше, но первый
моментальный снимок будущего должен был поступить к Алексу только через тридцать
секунд.
Этот снимок пришел к нему не в виде какого-то описания или образа, а как
воспоминание. Алекс помнил весь прошедший год, но с различной степенью детальности.
Политика Солнечной системы представала очень далекой и смутной, тогда как все, что
касалось лично его, было отчетливым. Он убедил начальство, что его модель является
верным способом подхода к предсказанию, его повысили в должности, он съехался с Кейт
- вопреки воплям и протестам его матушки и всего остального семейства.
Была это реальная программа или просто благие пожелания? Алекс по-прежнему
пытался это решить, когда - щелк! - еще один полный год впрыгнул в его сознание.
Вот тебе и вся сглаживающая функция! Похоже, она совсем не работала. Слияние
семейств Лигонов и Мобилиусов произошло - но как и когда? Кто на ком женился?
Этого Алекс припомнить не мог, хотя он странным образом был уверен, что он с ЛюсиМарией
в законный брак не вступал.
Присутствовали здесь и другие новости, нечеткие и перепутанные, приходящие из
дальних уголков системы Юпитера. Там были обнаружены сигналы, пришедшие, вполне
возможно, со звезд. Это могло означать обнаружение внеземного разума. Послание
изучалось - уже было изучено - и было отброшено как фальшивка. Или нет? Кажется,
оно по-прежнему где-то маячило. Алекс чувствовал, как начинает нарастать его
замешательство. В будущем оказывалась целая бесконечность точек ветвления, и модель
не могла всех их проследить. Алекса преследовало неотвязное чувство, что с некоторыми
выборами программы он решительно не соглашается, но прежде чем он успел
проанализировать причины - щелк! - и в его разум влился еще один год.
Было это всего лишь три года назад или множественные годы неким образом
переплетались? Солнечная система избегла великой катастрофы, которая покончила бы со
всей жизнью от Меркурия до Нептуна и дальше. Но это не было то постепенное
вымирание, которое предсказывали прогоны модели. Эта катастрофа должна была стать
быстрой, предельной и всеобщей. Но ее не произошло. Тогда почему она вообще здесь
появилась? За это несла ответственность программа. Несостоявшееся событие должно
было иметь весьма высокую вероятность, иначе его бы в воспоминаниях Алекса не
оказалось. Он попытался покопаться в поисках подробностей и лучшего понимания, но
было уже слишком поздно. Щелк! Что-то стряслось на Земле - война, природная
катастрофа, технологический сбой? Открытия на Тритоне, гигантском спутнике Нептуна.
Гибель исследователей облака Оорта. Еще добрый десяток событий внезапно ворвался в
сознание Алекса. Он должен был сразу понять, что ничего у него не выйдет - даже
главные события целого года невозможно было осмыслить за полминуты. Кейт оказалась
реалисткой, а он нет. (Они теперь жили вместе? Это Алекс не мог сказать.) Щелк! Темп
все нарастал, год сжимался до почти что до ничего. Что же случилась с гарантированными
тридцатью секундами на каждый год? Путешествие на Венеру - интересно, зачем?
Смерть кого-то из членов семьи. Алекс не смог понять, кого. Колоссальный дождь комет,
что приносились из облака Оорта, угрожая всей Солнечной системе. Быть может, именно
здесь был источник катастрофы для всего человечества? Нет, удалось развернуть что-то
вроде отражательного щита. Щелк! Воспоминание о каком-то совещании, где перед
Алексом были разложены демографические карты Солнечной системы. Десять
миллиардов человек - максимум того, что когда-либо предсказывала его модель. Но
общее число продолжало расти. Щелк! Его матушка, чье лицо меняет цвет и течет точно
горячий воск. Кузина Юлиана сохнет и умирает - вместе со всеми остальными
симбионтами? Таких данных там не было. Разрушительные силы высвобождались по всей
Солнечной системе - силы столь же мощные, какими они были в период Великой войны.
Но Алекс видел только их тень, некий нереализованный потенциал. Не было ли это
предупреждением о грядущем холокосте? Щелк! Теперь воспоминания пришли не как
отдельные образы, а как огромный совместный прилив. Невод распался, миры Юпитера
сделались необитаемы, Марс не выходил на связь, разбитые аванпосты на спутниках
Урана едва-едва цеплялись за жизнь. И сам Алекс. Где же он был? Он допустил
капитальную ошибку в планировании модели. Он не сделал там допуска для собственной
смерти. Если бы его Факс "умер" внутри модели, что бы тогда случилось со связью? Не
мог бы он тоже умереть? Щелк! Миры Солнечной системы лежали во мраке. Алекс в
одиночестве сидел где-то на внешних рубежах, по ту сторону планет, по ту сторону пояса
Эджворта-Куйпера, глядя в сторону слабой искорки далекого Солнца. Щелк!
Воспоминания об одиночестве и безмолвии. Зачем он сюда явился? В поисках
безопасности? Благодаря некому неизученному накоплению несбывшихся воспоминаний
Алекс знал, что он теперь - единственное живое существо в пределах многих световых
лет. Сколько он уже был один? Как долго он еще будет здесь оставаться?
"Где стол был яств, там гроб стоит..."
Внезапно ВР-шлем был сорван с головы Алекса. Весь мир заполнил свет - такой
яркий, что ему пришлось крепко зажмуриться. Затем Алекс услышал незнакомый голос,
что кричал ему сквозь лучезарность:
- Прошло уже полчаса, и ты что-то бубнил себе под нос. Я не могла понять, что
именно. Пришлось тебя оттуда вытащить. Алекс? Алекс? С тобой все хорошо?
С ним явно было не все хорошо. Алекс пронесся далеко вперед во времени - к
гибели человечества и еще дальше. Он парил в одиночестве на самом краю вселенной.
После такого потрясения с ним никак не могло быть все хорошо.
- Я так и знала, что нельзя тебе этого позволять, - произнес голос. - Проклятье,
какая же я была дура! Вот. Понюхай.
Едкие пары наполнили его носоглотку. Алекс охнул и задохнулся. Сердце его
бешено застучало. Он открыл глаза, и комната вокруг него замерцала и закрутилась.
- Алекс! - П-порядок. Я... мм... в п-порядке.
- Что-то не очень похоже. Кто ты такой? Скажи мне, как тебя зовут, кто ты и где
находишься.
- Я Алекс... Лигон. - Комната немного успокоилась. Алекс горбился в кресле, и
кто-то - Кейт... что еще за Кейт? - на него смотрел. - Я... мм... где я? Я... был...
- Алекс! Что с тобой стряслось? Когда я сняла ВР-шлем, твои глаза готовы были
выпрыгнуть из орбит, а зрачки страшно расширились.
Алекс помотал головой - но не с тем, чтобы выразить несогласие, а с тем, чтобы ее
прояснить.
- Не знаю. Не могу нормально думать. Дай мне форсаж.
- Нет. Пойми, Алекс, это скверная идея.
- Мне нужно. Я должен получить форсаж. Умственная перегрузка, слишком много
будущих. Слишком много, слишком быстро.
- Ты пожалеешь. Потом тебе будет совсем плохо.
- Давай.
Закрыв глаза, Алекс откинулся на спинку кресла. Казалось, прошли многие часы,
прежде чем он наконец почувствовал у себя на виске холодный спрей форсажа Нейрлинга.
Мир внутри его черепной коробки уравновесился и пришел в фокус.
Алекс открыл глаза. Кейт укоризненно на него смотрела.
- Я в полном порядке, Кейт. Все хорошо. Но пройдет много дней, прежде чем я
разберусь со всем, что я испытал. Просто голова кругом идет. Но здесь моя собственная
вина. Я должен был заранее знать, что произойдет.
- А я должна была запретить тебе даже пытаться. Но меня остановили твои слова о
том, что ты уже подобный эксперимент проделывал.
- Только не с вошедшим в работу Неводом. - Пульс Алекса уже начал
замедляться. Форсаж Нейрлинга оказывал свое действие, и теперь он должен был
получить по меньшей мере три часа ясности в голове. Развалившись в кресле, Алекс потер
лоб. Какую-то минуту назад все оттуда и до основания черепа жутко болело. Голова будет
болеть снова, когда форсаж потеряет свой эффект, но в данный момент Алекс чувствовал,
что может понимать и объяснять все, что угодно.
- Я расскажу тебе, - сказал он, - что, как мне кажется, происходило. Хотя я могу
ошибаться. У Невода достаточно компьютерных возможностей, чтобы принимать в
рассмотрение тысячи ветвей одновременно и выбирать из них наиболее подходящую.
Факс слишком примитивен, чтобы задействовать его более, чем в одном варианте
будущего, но человек, судя по всему, не так прост. Я принимал образы многих
возможностей - настолько многих, что мне с ними было не справиться.
- Алекс, я перестаю тебя понимать.
- Ничего удивительного. Я же не рассматривал эти элементы предсказательной
модели вместо с тобой. Вообще-то я бы рассмотрел. Но ты настаивала, чтобы я выработал
отчет, который сможет понять даже Маканелли.
- Действительно. Но если ты предполагаешь, что я идиотка вроде Лоринга
Маканелли...
- Нет, вовсе нет. Я просто говорю о том, на что я тратил свое время. Я пытался
выработать упрощенную версию для Маканелли, а это означало, что некоторые из самых
заковыристых элементов я вынужден был оставить в стороне. Затем нам неожиданно
пришлось отчитаться перед Солом Глаубом и Магрит Кнудсен, и я применил тот же
подход...
- Информация, Алекс. Мне нужна информация. Что именно тебе пришлось
выпустить из рассмотрения?
- Все вероятностные элементы модели.
- Тогда ты прав. Мы никогда ничего подобного не обсуждали. Ты всегда настаивал,
что твоя модель детерминистская. Если только ты не находишься в режиме
"моментального интерактива", когда в модель вовлечен человек, она всегда выдает одни и
те же результаты.
- Все верно. Выдает. Но это не означает, что там нет вероятностных элементов. -
Алекс уже чувствовал легкую досаду на то, что Кейт так медленно его понимает.
- Знаешь, Алекс, теперь уже моя голова кругом идет. Вернись назад, расслабься и
вспомни, с кем ты разговариваешь. Я, конечно, не Лоринг Маканелли, но я сейчас не под
форсажем, и я далеко не гений, когда речь о моделях заходит.
- Постараюсь. - Алекс вспомнил краткий совет от ведущего ученого прошлого
столетия: "Объяснение должно быть максимально простым, но не еще проще". Впрочем,
Кейт сейчас этот совет цитировать не стоило.
- Я собираюсь воспользоваться аналогией. Я опасался делать это с Лорингом
Маканелли, потому что из того, что ты мне рассказала, я заключил, что он не отличит
аналогию от реальной вещи. Но я часто думаю о предсказательной модели именно так.
Представь себе, что наша модель играет в шахматы и что теперь ход модели. Она
прекрасно знает позицию на доске, но доска эта - не обычная шахматная с
шестьюдесятью четырьмя клетками и максимум тридцатью двумя фигурами; наша доска
- это вся протяженная Солнечная система с по меньшей мере пятью миллиардами
человек, а также с неопределенным числом компьютеров и природных особенностей.
Модель должна рассмотреть все взаимодействия всех этих элементов, а затем решить, как
доска, скорее всего, будет выглядеть через один ход. Скажем так - один ход означает
один день от сегодняшнего. Противник - в данном случае человечество и Природа -
делает ход. Затем модель должна решить, как доска будет выглядеть в той точке, которая
на два дня впереди. После чего противник ходит снова, снова и снова. Модель в каждом
случае должна решить, какой вид примет доска. Она делает предсказание.
Кейт кивала - несколько неуверенно, но все же кивала.
- Лучшие шахматисты человечества, - продолжал Алекс, - могут заглянуть на
десять или даже на двенадцать ходов вперед. Имея представление, как доска будет
выглядеть через много ходов, они соответственно делают свой следующий ход. Как они
это делают? Прежде всего, мы точно знаем, что они это делают не вслепую. Они также не
делают этого посредством оценки каждого возможного хода, который может сделать их
противник, и выбора лучшего для себя. Во вселенной просто не хватит времени, чтобы
применить такой подход, пусть даже он использовался более ранними и примитивными
программами игры в шахматы. На самом деле шахматист, основываясь на своем опыте и
интуиции, присваивает вероятность успеха конкретной последовательности ходов,
принимая в расчет каждый разумный ход, который может сделать противник.
Последовательности с низкой вероятностью успеха затем отбрасываются. Они даже не
выходят на уровень сознательного рассмотрения. Высоковероятностные
последовательности изучаются и сравниваются. Наконец шахматист делает ход. Данный
ход предлагает лучшие шансы на победу, учитывая все ходы, которые в будущем может
выбрать противник.
Предсказательная программа сталкивается с той же проблемой, что и шахматист,
только в данном случае эта проблема еще серьезней. Программа не знает, что ее
"противник" - природная вселенная плюс пять с лишним миллиардов человеческих
"фигур" - станет делать день за днем, все дальше и дальше. Даже со всеми
компьютерными возможностями Невода краткосрочное предсказание должно будет
прогоняться до скончания века. Поэтому модель, подобно шахматисту, вынуждена
работать с вероятностями. И, подобно шахматисту, она устраняет варианты с низкой
вероятностью, если только мы, посредством введения экзогенных переменных, не
настаиваем на том, чтобы она эти варианты все-таки рассмотрела. Если же мы это делаем,
модель автоматически конвертирует данное низковероятностное будущее в
высоковероятностное. Но даже в этом случае, когда мы заходим далеко в будущее,
вариант, на рассмотрении которого мы настаивали, может упасть в вероятности, если
данная экзогенная переменная была введена лишь в одной временной точке.
С точки зрения модели, никогда не бывает одного-единственного варианта
будущего. Существует большое число возможных вариантов, ответвляющихся и все
больше отклоняющихся друг от друга, чем дальше мы заглядываем вперед во времени. В
итоге то, что модель выдает нам как будущее - это просто тот его вариант, которому
модель приписывает наибольшую вероятность. - Алекс сделал паузу. - Вид у тебя чтото
не слишком радостный.
- А чему мне радоваться? Ты рассказываешь мне, что мы славно продвинулись, и
мы представляем отчет моему начальнику, начальнику моего начальника и начальнику
начальника моего начальника, где обо всех этих вещах говорится так, будто это слово
Божье, доставленное со священной горы. А теперь ты заявляешь, что то, о чем они
услышали, было всего лишь одной из миллиарда триллионов вероятностей.
- Нет. На самом деле модель намного умнее. Все возможные варианты будущего
будут прогрессировать, и по мере своего продвижения они будут отклоняться друг от
друга. Это неизбежно. Можешь представить себе эти варианты будущего как фотоны,
образующие конус, который расширяется по мере удаления света от своего источника. Но
если ты суммируешь абсолютно все вероятности для абсолютно всех вариантов, ты
должна получить единство - некое будущее все же должно случиться. Модель
рассматривает тысячи вариантов будущего, для которых вычисленные вероятности
наибольшие, и производит оценку дисперсии. Насколько конус тех вероятных вариантов
будущего расширился во времени? Если число, которая модель вычисляет, окажется выше
заранее установленного значения, тогда модель выдаст сообщение, что с данными
параметрами будущее представляется неопределенным.
- Но такого никогда не происходит. По крайней мере, такого не случалось ни в
одном из прогонов, за которыми я наблюдала.
- Это хорошие новости, а не плохие. Это означает, что все вероятные варианты
будущего достаточно схожи, а это свою очередь представляет собой причину для веры в
нашу модель. Маловероятные варианты будущего со временем выгружаются, если только
мы не настаиваем на их рассмотрении посредством введения экзогенных переменных.
Чего я не ожидал и с чем у меня возникла проблема, пока я находился в режиме
"моментального интерактива", так это с тем, что во время прогона программы я оказался
способен воспринимать другие варианты будущего - возможно, даже невероятные. Им
просто не хватало времени, чтобы выгрузиться. - Алекс чувствовал, как эти варианты
бродят у него в голове. Кометные дожди, дезинтегрирующие симбионты, обнаружение
внеземного разума, загадки на Тритоне...
- Итак, наиболее вероятные варианты будущего очень похожи друг на друга, -
заключила Кейт. - А ты в самом конце по-прежнему взаимодействовал с моделью. Ты
должен был их увидеть. Как они выглядели?
Она лучилась одновременно тревогой и надеждой. Алекс на мгновение задумался, не
дать ли ей тот ответ, который она хочет услышать, но потом решил, что отчеты об этом
прогоне все равно откроют всю правду.
- Ничего утешительного они нам не предлагают, - сказал он. - Результат
абсолютно тот же, что и раньше: через столетие ни одного живого человека не останется.
Солнечная система будет пустой и безжизненной.
17.
Через три часа, когда Алекс вышел из неестественного приподнятого состояния от
форсажа Нейрлинга, собственная голова стала казаться ему давленой дыней.
Потребовалось бы много дней, чтобы разобраться со всем потоком сгруженной в него
информации - даже если бы он не оказался в послефорсажной яме. Худшее, что можно
было в таком состоянии предпринять, это посетить нелегкий семейный совет, и Кейт не
замедлила ему об этом сказать.
- Никогда не слышала большей глупости. - Она заставила Алекса съесть миску
супа, а теперь сидела на краю кушетки, держа его голову у себя на коленях и гневно на
него взирая. - Тебе следует оставаться в постели.
- Я бы очень хотел. Разве я сейчас не здесь? - Алекс во всю длину вытянулся на
кушетке. - Но пойми, Кейт, я обязан. Я обещал семье.
- К черту эту семью. Все они дьявольски эгоистичны и никогда ничего для тебя не
сделают.
- А я и не хочу, чтобы они что-то для меня делали. Они много лет пытались
устроить меня на всякие должности в "Лигон-Индустрии", которые совершенно меня не
устраивали. - Болеутоляющие, которые Алекс принял, похоже, не помогали. Они только
углубляли послефорсажную яму и почти лишали его возможности размышлять. - Но я
должен пойти на этот совет. Я сказал, что буду там в четыре часа.
- Тогда давай я им позвоню и скажу, что в четыре часа тебя там не будет. Я буду
просто счастлива это для тебя сделать.
В чем Алекс нисколько не сомневался. Гнев Кейт не уменьшился со времени
принесения им извинений, но теперь он, похоже, перекинулся с Алекса на остальную
часть его семейства.
- Пойми, Кейт, если ты поговоришь с Проспером Лигоном или с моей матушкой,
ты не просто сообщишь им, что я не смогу прийти на совет. Ты их не иначе как
взбеленишь. А потом ты потеряешь свою работу.
- Чушь. Я не потеряю свою работу.
Алекс отметил, что Кейт не стала отрицать того, что она их наверняка взбеленит.
- Точно тебе говорю, - сказал он. - Твоя работа окажется под угрозой. Причем
это не будет какая-то прямая угроза, с которой мы что-то сможем поделать. Загадочный
нажим придет откуда-то сверху. "Лигон-Индустрия" существует очень давно. У нее
столетняя репутация.
- Гм.
Этот звук Алекс принял за знак согласия. Кейт была в высшей степени
сообразительна, когда дело касалось взаимодействия государства с частным капиталом.
Она лучше него знала, чего старая компания с хорошими связями может добиться в плане
политического влияния.
Алекс сел на кушетке.
- Уже четвертый час. Я должен идти.
Когда он стал нашаривать свои ботинки, Кейт нахмурилась, но уже не стала
пытаться его удержать.
- Просто будь с ними тверд, - сказала она. - Сразу скажи им нет. Они не смогут
тебя заставить.
Последнее высказывание лишь демонстрировало то, как слабо она представляла себе
семью Лигонов. Однако Кейт внимательно за ним наблюдала, и Алекс осторожности ради
не стал облачаться ни в одну из традиционных одежд, обычно считавшихся
необходимыми для семейного совета.
Кейт это заметила и одобрительно кивнула.
- Вот это правильно. Если они будут плохо с тобой обращаться, просто наплюй на
всю эту семью. Пошли их к черту, любимый. Я знаю, как скверно ты себя чувствуешь, но
помни одно: даже если все мозги вытекут у тебя из ушей, ты все равно будешь в сто раз
умнее кузена Гектора.
Быть в сто раз умнее кузена Гектора особым утешением не казалось. Куда более
важным было обращение "любимый" и краткий поцелуй Кейт на прощание.
Длинная поездка от квартиры Кейт до корпорации Лигонов осталась каким-то
смутным пятном. Алекс лишь раз вышел из ступора, когда в одном из быстрых
транзитных коридоров мимо него проплыла мерцающая реклама.
Потрясающие новости!
Только в "Парадигме".
Секретное сообщение в Ганимедский архив!
Чужаки уже в пути!
Хорошо информированный источник сообщает, что со станции в юпитерианской
точке Л-4 было передано сообщение, где говорится о том, что в Солнечную систему скоро
прибывают чужаки. Принесут ли они мир? Принесут ли они войну? Все подробности
прямо сейчас можно узнать в инфостудии "Парадигма".
Алекс не испытал ни малейшего побуждения поддаться рекламе и поискать связи с
инфостудией "Парадигма". Объявление скорее показалось ему указанием на что-то у него
в голове. Один из вариантов будущего, рассмотренный и отвергнутый предсказательной
программой, включал в себя принятие послания со звезд. Судя по всему, этот вариант
оказался отброшен в пользу другого, более предпочтительного, но он возник на ранней
стадии прогона. Могло ли это быть настолько рано - в тот самый день, когда прогон
выполнялся?
Не следовало ли ему передумать и заинтересоваться? Насколько старым было то
"секретное сообщение", о котором кричала "Парадигма"? Алекс знал, что это одна из
самых сенсационных инфостудий, где "потрясающие новости" порой могли иметь
десятилетнюю давность.
Впрочем, что бы Алекс ни собирался в связи с этим предпринять, теперь ему
пришлось бы повременить, ибо он уже приближался к бронзовым двустворчатым дверям
корпорации Лигонов. Уставившись в размещенную на уровне глаз камеру, которой
предстояло распознать образ его сетчатки, он подождал, пока тяжелые двери неслышно
раскроются. За ними его ожидал Факс третьего уровня, а также, в вящему изумлению
Алекса, дядя Каролюс.
Обычно у дядюшки не находилось для него времени. Сегодня же Каролюс изучил
бледное как полотно лицо Алекса, откровенно ему подмигнул и сказал:
- Ну что, приятель, славно отметился? Судя по твоему виду, она сущая тигрица.
Затем дядюшка провел озадаченного Алекса в конференц-зал.
Только пять позиций были отмечены на овальном столе с мраморной столешницей,
включая сиденье для Алекса. Это был плохой знак. Отсюда вытекало, что на совете будут
присутствовать только самые старшие члены семьи. Кроме самого Алекса, который
определенно старшим не являлся, там находились Лена, дедушка Проспер, дядюшка
Каролюс и двоюродная бабушка Кора. Алекс тут же отметил одно важное упущение.
- А где двоюродная бабушка Агата?
Он адресовал свой вопрос матушке, но ответил на него Проспер Лигон.
- Агата нездорова.
- Вы хотите сказать, что она больна. Но ведь она не может заболеть.
Двоюродная бабушка Агата, как она сама с готовностью подчеркивала, являлась
одним из главных успехов программы "Симбионт". Пять лет тому назад она была слабой
и дряхлой столетней старухой. Теперь же, в возрасти ста десяти лет, Агата наслаждалась
активной общественной и половой жизнью.
Древняя ослиная голова Проспера неохотно кивнула.
- К сожалению, должен это признать. Агата больна. И нам еще только предстоит
выяснить, насколько серьезно.
Тон дедушки был скорбным, но Алекс подметил, как блеснули его желтоватые зубы.
История двоюродной бабушки Агаты широко использовалась в рекламных материалах
компании "Сильва-Симбионты". Особенным успехом пользовались ее фотографии до и
после преображения в симбионты, а также сопутствующий риторический вопрос: "Что вы
предпочитаете: быть молодым и здоровым или старым и больным?"
Было очевидно, в каком направлении устремлялись мысли и надежды Проспера
Лигона. Если бы двоюродная бабушка Агата и впрямь заболела - или, того лучше,
умерла, - это определенно сбило бы спесь с "Сильва-Симбионтов" и снизило бы объем
их продаж. А "Сильва" как раз являлась одной из тех компаний, чей рост опустил "ЛигонИндустрию"
на самое дно первой десятки наиболее успешных корпораций в Солнечной
системе.
- Однако, - продолжил Проспер, - состояние Агаты не имеет отношения к теме
нашей сегодняшней встречи. Должен, Алекс, с прискорбием тебе сообщить, что мы
получили от Сайруса Мобилиуса самое что ни на есть огорчительное сообщение. Прежде
чем мы начнем, я хочу спросить, не желаешь ли ты сделать по этому поводу какое-либо
заявление?
Какое еще заявление? Алекс по очереди взглянул на все лица, но никакой подсказки
не усмотрел. Правда, дядюшка Каролюс еще раз с намеком ему подмигнул.
- Честно говоря, не знаю, о чем мне предполагается сделать заявление.
- Очень хорошо. Раз ты решил изображать неведение, пусть так и будет. Несколько
дней тому назад ты вместе с твоей матушкой отправился на встречу с Сайрусом
Мобилиусом и его дочерью Люси-Марией. Когда Лена и Мобилиус ненадолго
отлучились, ты, судя по всему, убедил Люси-Марию отправиться с тобой в
увеселительную прогулку по нижним уровням Ганимеда. Такое название, как клуб
"Эники-беники", что-нибудь тебе говорит?
- Да. Она меня как раз туда и привела.
- Люси-Мария утверждает обратное. В клубе "Эники-беники", как она настаивает,
ты без ее ведома подложил какой-то модифицирующий поведение наркотик в ее в иных
отношениях безвредную выпивку. Она ничего не помнит о дальнейших событиях - до
тех пор, пока служба безопасности не обнаружила ее в неком частном заведении. Она
находилась там абсолютно голая, на нее было совершено сексуальное нападение, и
анализы показали присутствие в ее теле множества разнообразных наркотиков. ЛюсиМарию
доставили домой, где она рассказала своему отцу, что, хотя она не может
утверждать этого с уверенностью, именно ты был виновной стороной, а с остальными,
присутствовавшими в клубе, она даже толком не разговаривала. Хотел бы ты теперь
сделать заявление? Хотел бы ты, в частности, чтобы мы потребовали проведения анализа
ДНК для установления того, что не ты являлся персоной, подвергшей ее насилию?
Алекс покачал головой. С его точки зрения, подвергнуть Люси-Марию насилию
попр
...Закладка в соц.сетях
