Жанр: Научная фантастика
Ларс Русс 2. Война на пороге твоем
... уже командовала вовсю. Она
оставила возле парадной лестницы особняка караул из четырех гвардейцев, которые статуями
замерли по обеим сторонам резных дубовых дверей, инкрустированных золотом. Затем
радарами обернулась к нам, игриво улыбнулась и первой переступила порог Дворца.
- Кажется, началось, - констатировал Марк.
- Вперед, господин заговорщик! Посмотрим, чем закончится спектакль! - предложил я.
Крысобой не заставил себя просить дважды. Мы последовали за седовласой. Отряд
гвардейцев замыкал процессию.
Пересекли просторный холл с мраморным полом, мраморными стенами и расписным
потолком с сюжетами религиозных преданий Тверди, мало чем отличающихся от библейских
сказаний Земли. Поднялись по ступеням на первый ярус первого этажа, откуда расходились в
разные стороны лестницы, соединявшиеся на втором этаже. Их покрывали ковры.
Стены сверкали зеркалами, в которых отражался весь наш отряд.
На втором этаже нас встретили два человека в штатском с автоматами. Они
предостерегающе вскинули руки и изрекли, обращаясь к седовласой:
- Радарами, Пресветлый Ратцаклятман не ожидает вас в этот час!
Штатские заметно нервничали. И было отчего: в отличие от своего хозяина, они видели,
что творилось вокруг Дворца.
- Он-то, может, и не ждет, - сказала радарами, - а вот я хочу его увидеть!
Седовласая вскинула перед собой правую руку, в которой сверкнуло дуло ручного
пистолет-автомата. Раздалась трель. Людей в штатском прошила короткая очередь, и они пали
нам под ноги. Один остался, второй покатился по ступенькам.
- За свободу! - воскликнула она и бросилась вперед.
Гвардейцы табуном последовали за ней.
- Кровавая история все-таки, друг мой! - философски заметил Крысобой.
Я взглянул на корчившегося в агонии штатского, оставшегося преданным своему
императору до конца, и поддакнул:
- Таков ход вещей... Думаю, кровь на этом еще не закончилась!
Мы бросились догонять радарами. Повсюду были видны следы ее движения. Несколько
трупов попалось нам на пути - горничные и мелкие чиновники Дворца оказались более
преданны Пресветлому, чем советники и министры. Разбитые статуи... Изорванные картины -
полотна местных живописцев, стоящие несметных денег... Короче, налицо имелась вся
атрибутика любого переворота.
- Нехорошо, что мы во все это влезли, - заметил Крысобой.
- Чего же тут нехорошего? - спросил я, чувствуя, что в чем-то Марк прав.
- Нечистое это дело, Русс. Мерзкое.
Я был согласен с ним, но все же возразил:
- А кто для нас этот пресветлый Кляцман? Что он нам? Ты его знаешь? Я его знаю? По
слухам - обыкновенный тиран. Все его боятся и именем его пугают людей. Другого я не
слышал. Если его свергнут и перейдут к демократии, я буду только рад этому обстоятельству.
Крысобой скептически хмыкнул, но промолчал.
Мы миновали восемь залов, прежде чем уткнулись в спины замерших в ожидании
команды гвардейцев. Седовласая колдовала над замком изящной, мореного дерева двери с
вензелями, составленными из букв незнакомого мне алфавита и цветка, отдаленно
напоминавшего земной клевер. Обогнув гвардейцев, мы приблизились к седовласой. Если уж
быть на представлении, то в первых рядах, чтобы лицезреть каждый нюанс шоу.
Радарами справилась с замком. Все-таки она была Хранительницей Ключей От Спальни
Пресветлого... Она вошла первой, затем я и Марк, а за нами гвардейцы, рассыпавшиеся по
помещению и блокировавшие окна и ковры, за которыми могли скрываться потайные ходы.
Личные покои императора заполняли зеркала, ковры и хрусталь. Львиную долю жилого
пространства занимала огромная кровать - этакий Тадж-Махал постельной индустрии. На
кровати .лежали три голые женщины. Шум, издававшийся гвардейцами, ворвавшимися в покои,
не смог нарушить их сон. Вдруг из-под одеял вынырнул мальчишка лет тринадцати с налысо
обритой головой и вытатуированным на лбу цветком. Мальчишка был абсолютно наг, что его
нисколько не смущало. Он властно вскинул руку и вскричал:
- Как посмели вы врываться в наши покои?! Да ждет вас проклятие за эту наглость?! Вы
будете казнены!
Договорить он не успел. Седовласая направила ему в грудь дуло автомата и дернула
курок. Мальчишка удивленно и жалобно ойкнул, получив порцию свинца в живот.
- Мы свободны! - вскричала радарами, наблюдая, как падает на ковер мертвое тело
бывшего, императора.
Крысобой посмотрел на меня. Кляцман, поминаемый всеми и каждым, оказался
избалованным высокомерным ребенком, который не заслуживал смерти, - может быть,
хорошей порки и пожизненной должности садовника в императорских садах, но никак не
подлого убийства... Ну, да Кляцмана все равно не воскресить, а конфликтовать с радарами,
когда от нее зависело, спасем мы Ренату или нет, я не собирался. Потому что любил
Музыкантскую гораздо больше, чем высокие идеалы.
- Не хотел бы я войти в анналы, как участник этого действа! - шепнул мне сквозь зубы
Марк, пользуясь тем, что на нас никто не обращает внимания.
Седовласая связывалась по мобильному с Мастерами, готовясь к предстоящей
пресс-конференции, на которой Домен должен был узнать о случившемся в стране. Гвардейцы
стояли неподвижно. Голые девушки начинали просыпаться. Кажется, они были ужасно пьяны
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Мне нельзя на волю - не имею права,
Можно лишь - от двери до стены.
Мне нельзя налево, мне нельзя направо -
Можно только неба кусок, можно только сны.
В. Высоцкий
Я видел черное небо и густую хлопьеобразную сажу, покрывавшую его. Небо было
величественным, но казалось твердым, точно замерзший в морозильнике торт с шоколадом и
печеньем. Оно имело стены со всех четырех сторон. Они поддерживали твердый свод,
изъеденный кратерами и туннелями, выводящими наружу. Я знал, что за пределами неба -
иная картина: огромное пространство, заполненное воздухом и газом.
Я находился в мире Тверди, где землю покрывал защитный доспех скал, внутри которого
обитали люди, продолбившие туннели и пещеры размером с современный мегаполис. Только
мир этот был пустынен, точно Гоби или Сахара. Ни одной живой души!.. Скоро здесь должны
были появиться колонисты. Они прилетят на звездолетах-левиафанах, освоят
негостеприимную планету и забудут через несколько поколений о своем внескальном прошлом.
Но это будет потом...
Я же был уже здесь - огромный, как стоэтажный небоскреб. Я стоял внутри скал,
мог, подняв руку, коснуться каменного потолка. Я ощущал, что твердь проснулась внутри
меня. Я был самой планетой, чувствовал все ее токи. Подземные реки, озера и моря составляли
мою кровь. Деревья, что росли внутри скал, были моими мышцами и легкими. Я был самой
Твердью...
Я медленно пошел вперед, и скалы расступались передо мной. Вышел на берег большого
озера - противоположный берег его терялся за горизонтом. Остановился на берегу, вдохнул
свежий, наполненный влагой воздух, наблюдая, как пенятся воды в центре озера. Я ожидал
того, кто явится из вод. Я думал, что это будет чудовище - огромный дракон, пышущий
пламенем, или переживший смерть своих сородичей динозавр. Но когда воды расступились, из
глубины поднялось гигантское зеркало и коснулось верхним краем каменного потолка.
Большое зеркало... Огромное... В нем отражался я сам.
Я улыбнулся сам себе, подмигнул и спросил:
- Зачем ты здесь? Отражение ответило:
- Я здесь, чтобы ты знал...
Я понял, что это зеркало есть какая-то часть меня. Что-то, находящееся внутри и
управляющее моей новой жизнью. Зеркало - программа, заложенная в меня извне. Но что же
мне уготовано?..
Я понимал, зачем пришел на эту планету. Я должен был найти Библиотеку
Первопришедших - артефакт, оставленный цивилизацией Джантшун для воскресших
потомков. Я знал, что было в Библиотеке. Я понимал, что без нее Себастьян Гоевин не
осмелится начать войну с Землей за обладание Галактикой. Кроме того, чувствовал: в
Библиотеке скрыто что-то еще, не имеющее никакого отношения к технологиям и ДНК
джантшун, но чрезвычайно важное для понимания грядущей войны, ее причин и последствий.
Я опустился на берег озера, посмотрел в зеркало и спросил:
- Где?
Зеркало ответило мне молчанием.
Я повторил:
- Где находится Библиотека?
Мое отражение в зеркале, которое продолжало стоять, обратилось ко мне:
- Зачем ты ищешь Библиотеку?
Я не мог ответить на этот вопрос.
- А ты не задумывался, Ларс Русс, наследный принц Скан Джун Таш, что Библиотека
может быть вымыслом, мифом, программой, встроенной в казюдого семилетнего джантшун,
проведшего миллионы лет на Планете-Мавзолее и воскресшего в другом мире? Почему ты так
уверен, что Библиотека существует?
Я задумался. Распался на мириады песчинок, каждая из которых углубилась во
Вселенную, пытаясь найти следы, артефакта Джантшун, спрятанного много миллионов лет
назад. Но нигде я не обнаружил и намека на Библиотеку.
- Она должна быть! - вскричал я.
- Почему ты и твое альтер-эго с таким упорством цепляетесь за эту древнюю легенду?
Мое отражение говорило насмешливо. Оно потешалось надо мной, выплевывало слова,
точно ребенок дразнилку, но я не обращал на это внимания. Для меня была важна только
информация.
- Кого ты называешь моим альтер-эго? - спросил я.
- Конечно, Себастьяна Гоевина, или как там его зовут по-настоящему... Он - твоя
полная противоположность. Ты помнишь, чьим сыном был Гоевин? Или твоя память прячет
такие нюансы?
Я в зеркале зловеще улыбнулся и упал на песчаный берег...
Я реальный, если то мое ощущение можно было назвать реальностью, углубился в
воспоминания. Но как только попытался вызвать образ Себастьяна Гоевина из памяти,
чтобы ответить на вопрос своего отражения, сразу натолкнулся на плотную глухую стену, в
которой не было просвета. Я почувствовал, что в этой стене есть дверь, только она
замурована. Напряг зрение и даже увидел свежие кирпичи. Но как ни старался разбить их, все
усилия были тщетны.
Я сдался... Отступил...
- Не помню ничего. Я не помню, кто такой Себастьян Гоевин и чьим сыном он был.
Разве это важно?
- Смотря для кого...- Отражение печально улыбнулось. - Для твоего друга Марка это
абсолютно неважно, а вот для тебя самого...
Я смерил зеркало оценивающим взглядом, поднял с песка камешек и запустил им в
сторону отражения. Камень не долетел и упал в воду.
- Почему же вам так нравится эта идея Библиотеки? - продолжило отражение. -
Вы оба пытаетесь заручиться ее поддержкой, проникнуть в тайны нечеловеческих
технологий и обзавестись собственной маленькой армией клонов. Вы страдаете манией
величия. Вам кажется, что личная армия придаст вам значимости и силы? Вы сразу
почувствуете себя важными и величественными? А? Ларс Русс, Скан Джун Таш, ответь мне
на этот вопрос! Ты молчишь... Потому что тебе нечего сказать. А ведь только представь,
что твоя идея фикс о Библиотеке - не более чем блеф, придуманный миллионы лет назад в
той твоей короткой семилетней жизни. Блеф, сочиненный вашими родителями, чтобы помочь
вам родиться на свет, продвигаться по социальной лестнице, достигнуть значимого
положения в обществе, чтобы, наконец, помочь вам начать войну с человечеством, а?! Обидно
же, когда твое собственное произведение выжило тебя из твоего дома и наслаждается всем
тем, что тебе досталось потом и кровью!
- О чем ты? - Я насторожился.
Но отражение не обращало на меня внимания. Оно продолжало размышлять вслух:
- Сама мысль о Библиотеке - о тайном оружии, которое при желании и напряжении
всех сил спасшихся попадет вам в руки, - будет согревать и вести к победе. Достаточно
одной только мысли! И ничего более! Одна эта мысль придает вам уверенности! Кто вы без
нее? Горстка самоуверенных сирот - не более!
Отражение зашлось в смехе.
Я почувствовал, как волна раздражения поднимается из глубины души, заполняет
мироздание, перерастает в цунами и захлестывает берег, на котором я сижу. Пена
захлестывает зеркало. Цунами слизывает меня с берега, и я падаю на дно озера, которое вовсе
и не озеро, а межзвездное пространство, вакуум, служащий мостом между миллиардами
живых миров, мертвых планет и раскаленных солнц...
Я понесся с устрашающей силой. Я был быстрее света, но не собирался уйти в прыжок.
Для этого путешествия я использовал иные принципы. Я стал повелителем скорости и
пространства!
Вскоре мое движение стало замедляться. И дивный, умопомрачительный полет
превратился в падение. Я падал на планету. Я не видел ее, но чувствовал, что она рядом. На
время я ослеп, а когда зрение вернулось ко мне, обнаружил, что стою на берегу моря. МОРЯ,
которое было знакомо мне. Я стоял на берегу Живого Моря, во время бодрствования, когда оно
было голодно, посылавшего в окружающее пространство ЗОВ. Хищное Море, с которым меня
познакомил мой учитель. И теперь я вспомнил, что он мне сказал в заключение:
- ...помни, Джун, в этом море сокрыто наше сокровище - наша Библиотека.
Планета Учителя - вот как называлось это место!
Так же внезапно я понял, что не мог разговаривать с учителем на берегу, поскольку в
возрасте семи лет в бессознательном состоянии был помещен на Планету-Мавзолей, что и
позволило мне шагнуть через эры.
Но если не я, то кто разговаривал с учителем, кто носил имя Скан Джун Таш?.. Я не знал
ответа на последний вопрос, зато теперь я знал, где скрыта Библиотека Первопришедших.
Я воспарил над Живым Морем. Я почувствовал ЗОВ, который оно источало. И я поддался
на ЗОВ. Ринулся с высоты в пучину! Пробил толщу вод! И неожиданно для самого себя
оказался несъедобен! Море не стало меня есть...
Я погружался в пучину - все ниже и ниже, все глубже и глубже. И увидел Библиотеку -
огромное сооружение, раскинувшееся на дне Моря. Его покрывал купол, над которым было еще
несколько километров грунтовой толщи... Я сумел пробиться сквозь эту толщу и разомкнуть
купол!
Я почувствовал, как непреодолимая сила подняла меня вверх. Я возвращался. Проделывал
обратный путь, словно просматривал задом наперед галоизображение. И вновь оказался на
берегу озера перед гигантским зеркалом, царапавшим скальный потолок. Мое отражение
больше не смотрело на меня с насмешкой - оно было испугано.
Я поднялся с песка, торжествующе усмехаясь. Сжал кулаки и нанес незримый удар. Я
распростер руки вперед, направив их на свое отражение. И зеркало пошло трещинами. Мое
отражение стало уменьшаться, пытаясь скрыться в уцелевшей части, но трещины
настигали его. Наконец одна из них проползла через руку отражения, и оттуда хлынула густая
кровь. Другая трещина прочертила полосу на груди зеркального "я", и оно зашлось беззвучным
криком.
Зеркало лопнуло. Вместе с ним рассыпались моя неуверенность в собственных силах и
сомнения в правильности избранного пути. С зеркалом ушла моя слабость...
Я знал, где спрятана Библиотека Первопришедших...
Я- Скан Джун Таш, наследный принц Джантшун...
Я - Ларс Русс, полномочный Диктатор Земли...
Я рожден быть опасным...
Я рожден быть свободным...
Война на пороге моем...
Существует достаточно света для тех, кто хочет видеть, и
достаточно мрака для тех, кто не хочет.
Б. Паскаль
Я проснулся в кабине трясущегося по неровной дороге автомобиля. Раскрыл глаза и,
осмотревшись по сторонам, обнаружил, что в кабине помимо меня находятся Марк Крысобой и
Таракан - так величали аборигена, посланного с нами седовласой в качестве проводника. Он
должен был провести нас тайными тропами через границу двух Доменов, помочь освоиться на
территории вражеского государства, а также найти и спасти наших товарищей.
После успешно осуществленного переворота, в ходе которого был убит пресветлый
Кляцман, седовласая радарами пребывала на вершине блаженства. Она тут же выделила нам
проводника - странного паренька по кличке Таракан, велела снабдить всем необходимым и
предоставила транспорт, несмотря на возражения, выдвинутые Мастером Первого Ранга,
Хранителем транспорта и транспортных технологий Утром следующего дня мы покинули
столицу Домена Крата и устремились по горной дороге в строну опустившегося на поверхность
Тверди "Подсолнуха".
Я закрыл глаза и погрузился в размышления. Было о чем задуматься. Видения, длительное
время не посещавшие меня, вернулись. И принесли важные сведения: я знал теперь, где
находится Библиотека...
Вопрос в том, узнал ли об этом и Гоевин? Когда я был на берегу Живого Моря, за нами
охотились корабли Предтеч. Я сам навел наемников Джантшун на верный след.
Воспользовались они им или нет?
Волновало меня также и другое. Откуда берутся мои видения? Что это? Работающая во
мне программа? Но кем она запущена? Мои воспоминания? Быть того не может! Мне было
только семь лет, и я не мог пережить все то, что видел. Не мог посетить планету Живого Моря с
учителем, не мог командовать звездным кораблем, не мог сражаться и жить полноценной
жизнью взрослого человека... Кто же, в таком случае, смоделировал мои воспоминания? Каких
целей добивался?
Ответов я не знал, но теперь понимал, что если они есть, то выйду на них я случайно.
Поэтому напрягаться не стал. Потянулся и поднялся с заднего кресла, которое мне заботливо
уступил Марк.
- Проснулся? А скажи, друг, обязательно так истошно орать во сне? Ты нам новобранца
испугал по самое нехорошо! Он же теперь направление потеряет и заведет нас, как Сусанин, в
глухомань.
Кто такой Сусанин, я не ведал. Мог лишь догадываться, что персонаж русского фольклора
- судя по фамилии. Но то, что я кричал во сне, было для меня неожиданностью.
- Скоро до границы? - спросил я.
- Минут сорок. Если, конечно, поторопиться, - отозвался Таракан.
- Уж ты, брат, поторопись. Нам ведь, понимаешь, некогда круиз устраивать!
Ободренный Таракан прибавил газу, отчего амплитуда подбрасывания вверх пассажиров
увеличилась.
Автомобиль несся по каменному туннелю, который напоминал огромную трубу,
рассчитанную на движение в обе стороны. Пока навстречу нам не попалось ни одного авто.
Видимо, в связи со случившимся переворотом люди выжидали. Что им в городе делать, когда
непонятно, чем все закончится?..
Я вынул из кармана сканер и взглянул на экран. До точки назначения осталось совсем
немного. Несколько километров. Радарами перед отправкой сказала: "Хорошо, что ваших
друзей у нашей границы выкинуло, а не на противоположной стороне чужой страны"... Вот уж
воистину хорошо! Стремительное выдвижение к точке, спасательная операция и - домой!..
Дело-то, если вдуматься, шуточное.
До границы с Доменом Броуди, если верить прибору, оставалось с километр. Я спрятал
сканер в карман, облегченно откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и почувствовал, как
автомобиль подбросило вверх. Звук появился потом: откуда-то из-под земли шел
ошеломляющий грохот. Внезапно сделалось горячо и запахло дымом. Потом прорезались
истошный вопль Таракана и отборный мат Крысобоя.
Я распахнул глаза и первое, что увидел, - языки пламени, лижущие водительское
сиденье. Крысобой отчаянно пытался выпихнуть из машины окаменевшего Таракана, но на
того напал столбняк. Руки крепко обхватили руль и словно бы примерзли. Расставаться с
драгоценной баранкой он явно не собирался. А жар нарастал.
Я вынырнул на воздух. От притока кислорода через открытую дверь пламя занялось
сильнее. Марк наконец справился с Тараканом, выпихнул его наружу и сам покинул
раскаленную сковороду авто.
Камень под моими ногами дробили пули. Они летели откуда-то сверху, но я никак не мог
понять откуда. Таракан с Крысобоем укрылись за горящей машиной и не казали носа. Судя по
всему, пули их не доставали, а то были бы они такими спокойными! Значит, огонь вели с моей
стороны.
Я извернулся в воздухе, протиснулся между двумя потоками пуль, упал на камень,
откатился в сторону и, вскинув "Шершень" вверх, дал очередь, пытаясь сориентироваться на
местности. Заодно увидел цель: открытая скальная площадка козырьком нависала над дорогой.
Таракан рассказывал (я слушал его, пока не заснул), что эти площадки приспособлены
местными сотрудниками дорожной полиции для несения вахты. Перенес огонь на нее, и
атаковавший нас человек поспешил спрятаться. Лавина огня накрыла его, не давая ответить. Но
долго так контролировать ситуацию я не мог - рано или поздно выпустил бы наглеца из
ловушки. Требовалась поддержка. Я хотел было обернуться к горящему автомобилю и бросить
пару реплик ругательного характера в адрес Марка, однако Крысобой и сам все сообразил. Он
вынырнул из укрытия и обрушил мощь своего "Шершня" в то место, где укрылся наш
террорист.
Я прекратил стрельбу и, вскочив на ноги, осмотрелся. Неужели господа полицейские
попадали на эту площадку исключительно изнутри горы? Должен же быть спуск на дорогу! Да
вот же он... Похоже, в полицию Подгорного Мира служить идут одни скалолазы: аккуратные
ступеньки, вырубленные в почти отвесной тверди, поднимались к площадке.
Забраться наверх?..
Да вряд ли налетчик все еще там. На его месте я бы поспешил скрыться. Стало быть,
ползать за ним смысла нет, а вот зачистить гору на всякий непредвиденный случай стоит!
Я снял с пояса гранату, зарядил ею второе дуло "Шершня", взял чуть с упреждением и
дал залп. Граната навесом залетела на площадку. В следующую секунду раздался взрыв,
каменный уступ пошел трещинами и рухнул вниз. Я едва успел увернуться от огромного
обломка. Крысобоя глыбы миновали. А вот горящее авто подверглось камнепаду. В несколько
секунд пламя было потушено, но от машины осталась лишь груда мятого железа.
Среди каменной груды я узрел сломанную человеческую руку. Значит, стрелок уйти не
сумел. Выжить после такого падения, конечно, он не мог никак.
- Что это было? - спросил Крысобой.
- Думаю, резонно твой вопрос задать нашему компаньону! - поделился я мыслью. И мы
отправились на поиски Таракана.
Он лежал с закрытыми глазами за расплющенным автомобилем, придавленный
булыжником. Мы с Марком сдвинули камень в сторону и освободили Таракана. Я сел возле
него, и Крысобой примостился рядом.
- Как думаешь, он жив? - спросил меня Марк.
- Он должен быть жив, иначе я его убью! - зло процедил я сквозь зубы.
- Так что же это было? - поинтересовался Марк.
- Нас кто-то пытался убить. Весь вопрос - кто?
- И кто?
- Версий может быть много. Мне кажется, самая правдоподобная - убить нас приказала
седовласая.
- Зачем ей наша смерть? - удивился Марк.
- Как зачем? Сильные чужаки были нужны ей, чтобы помочь свергнуть императора и
самой взойти на престол. Цель достигнута. Чужаки больше не нужны. Мавр сделал дело -
может быть свободен! К тому же, вполне возможно, радарами влезла в долги к нашим
предшественникам. Они могли проспонсировать ей переворот. А когда дело выгорело, скажи,
кому хочется расстаться с мошной? Проще убрать эмиссаров и сделать вид, что они затерялись
где-то в космосе.
Марк молчал, обдумывая услышанное. Застонал Таракан и разлепил покрытые сажей
глаза.
- С пробуждением! - зло приветствовал его Крысобой.
Но проводник его не понял. Все-таки они разговаривали на разных языках.
- Что произошло? - поинтересовался Таракан слабым голосом. И взвыл, попытавшись
сесть: все его тело было покрыто ожогами.
- Кто-то решил, что мы лишние в этом мире, - пояснил я. - А вот скажи, ты
кому-нибудь говорил, каким путем мы поедем?
- Никому! - бойко ответил Таракан. - Только радарами. А так - никому.
- Значит, все-таки седовласая...- задумчиво произнес я, косясь на Крысобоя.
- Как бы она наш "Арго" не пожгла! - вздохнул Марк.
- Не станет. Мало того, когда мы вернемся, если, конечно, вернемся, сделает вид, что
ничего не знает. Ей себя светить невыгодно... Как пробираться-то будем, Сусанин? - спросил
я у нашего проводника.
Таракан обиделся и потребовал его не оскорблять.
- Есть у меня одна тропка горная, - обнадежил нас Таракан. - Аккурат к тому месту
границы, что назначено, и выйдем.
- А ты о том, куда идем, седой докладывал? - спросил я.
- Кому? - не понял Таракан. Пришлось разъяснить.
- Конечно! Она интересовалась каждым нашим шагом. Говорила, что вы - очень
дорогие гости!
- Значит, поведешь другим маршрутом. Первоначальный - засвечен.
Таракан все понял с полуслова, и я перевел Крысобою свои опасения:
- Ждут нас на границе. Нам бы только ее перейти... Но, чувствую, горячо будет. Но
другого пути нет.
Ни одно общество не может быть хуже, чем люди, из которых оно
состоит.
В. Швебель
К границе с Доменом Броуди помимо транспортных трасс вели также пешеходные тропы,
о которых знали немногие. Таракан, на наше счастье, был одним из таких знатоков. Он
нисколько не отчаялся, увидев погибший автомобиль, и пообещал, что с опозданием в полтора
часа мы все-таки попадем на вражескую территорию. Я заметил, что идти по транспортному
туннелю опасно, поскольку те, кому вздумалось подослать к нам убийцу, узнав, что цель не
достигнута, запросто могут повторить атаку. Но Таракан твердо пообещал, что поведет нас
тайными тропами... Опять отчего-то вспомнился фольклорный Сусанин и его подвиг.
Метров двести мы прошли все-таки по транспортному туннелю. Лишь когда он
раздвоился, свернули вправо и, пройдя еще немного, остановились. Таракан что-то выискивал
по сторонам и наконец нашел. Он приблизился к стене, приложил ладонь к невидимой глазу
шероховатости, покрытой подвальной плесенью, и в глубине скалы раздалось урчание
механизмов. От Таракана верх побежала цепочка ступенек, которая выводила на уровень
трехэтажного дома, где образовался провал пещеры.
Я выругался... Посмотрел... Подумал и снова в сердцах выругался.
Крысобой обеспокоился и спросил у меня, по какому случаю я так злобствую.
Объяснил... Марк выпучил глаза и зло сказал:
- У них тут, похоже, из всех скалолазов делают!
- Не знаю, как насчет всех, а вот из нас точно собираются! - уточнил я.
Ворчать, конечно, можно хоть до приезда спецкоманды по устранению чужаков под
руководством седовласой радарами, но идти-то все равно надо!..
Первым пополз я. За мной подъем начал Крысобой. Замыкал группу Таракан,
попросивший в пещере ждать его и никуда не двигаться.
- А мы как раз по девочкам собирались! - огрызнулся Крысобой, когда я перевел ему
слова проводника.
Подниматься было тяжело... Цепляешься науг
...Закладка в соц.сетях
