Жанр: Научная фантастика
Халявинг.exe
...ще раз затянулся, вдохнув невидимый дым,
полностью очищенный от
частиц и недожога, и новый наркотик наложился на выпитый прежде ликер, отчего
все звуки вечеринки
с мягким щелчком перешли в ненавязчиво журчащий фон, в котором главные
мелодичные скрипки
играли голоса трех новых друзей Вилли.
- Да, Кори сам выращивает эту травку, - объяснил Уайти, принимая от Вилли
трубку. - Это
здоровенные кусты монго. Кори и его заросли.
Жесткие, словно рубленые черты Уайти растянулись в блуждающей улыбке,
говорящей о
накрывшем его приходе.
- Братишка Кори! Расскажи Вилли о том, что ты придумал с глупышами.
- С глупышами?
- Вот именно, - кивнул Кори. - Это единственное подходящее для них
название. Я много об
этом думал.
- Единственное подходящее название для чего? - спросил Вилли.
- Для злобных имиполексовых игрушек, - ответил Кори. - Имиполекс - это
отличное новое
вещество. Очень похоже на глину, только живое. Глупыши - это игрушки, только
игрушки развратные
и для взрослых. У меня есть план сделать зверюшек, вроде домашних питомцев и
мистических
животных. Но сейчас я работаю над другой серией - в первую очередь я решил
сделать трехмерные
копии известных лого рекламных персонажей. Мальчика-Пончика. Барби. Редди
Киловатта.
Убийцу с Запада. Толстяка. Птицу-крикуна. Вектора. Медведя Хохотуна. Тедел
Тора. Шефа
Кабана. Демона Помощника.
Каждому из них я установлю ДИМ, чтобы они могли бегать по комнатам и
делать простые
штуки, устраивать представление для гостей, выскакивать из засады и прочее. Но
сделать их настолько,
же умными и автономными, как молди, я не собираюсь. Как твое мнение, Вилли, по
поводу такой
идейки? Можешь взглянуть на мои труды, посмотреть, что я тут напахал. У меня еще
есть фильтр - это
почти то же, что цефаскоп, только интерактивная штука.
Кори достал из кармана ювви и прилепил Вилли на шею.
В поле зрения Вилли немедленно появилось с дюжину изгибающихся, словно
резиновые,
существ, гармонично совместившихся с участниками вечеринки. Некоторые из фигур,
например Вектор,
были знакомы Вилли, хотя и искажены.
Беспечная Тедел Тора подбежала к ним на своих ногах-свитках и развернулась
подобно большой
книге, открыв священные иудейские тексты, извивающиеся по страницам подобно
бесчисленным рядам
змей, Птица-крикун неуклюжими прыжками выбежала вперед и принялась склевывать со
страниц Тедел
Тора буквы, словно бы это были червяки, истекая слюной и что-то бормоча, покуда
она проделывала
это. Сферы Вектора мгновенно все разъединились и - хлоп! - одна за другой
метнулись вперед в лицо
Вилли, и сразу же оказалось, что это и не сферы вовсе, а искусно смоделированный
трехмерный
Мандельбротовский набор. Вилли вздрогнул и поморщился, но продолжал следить за
происходящим.
Представление было выполнено на самом высоком уровне и действительно захватывало
дух. На другой
стороне террасы Барби опустилась на колени и устроила Убийце с Запада отличный
глубокий минет,
как это умеет делать одна только Барби, от чего у Убийцы вывалились из рук
кольты, а с губ сорвались
стоны. Хромированный Демон Помощник твердым шагом направился к Вилли и молча
предложил ему
банкнот в сто миллиардов долларов. Шеф Кабан полоснул себя острым ножом по
раздутому животу,
потом принялся наполнять тарелки дымящейся требухой и предлагать кушанье гостям.
Медведь
Хохотун схватил нож Шефа Кабана и ловко и быстро порубил Мальчика-Пончика на
кусочки, которые
Редди Киловатт мгновенно запек, полоснув по ним золотыми молниями, вылетающими
из кончиков
пальцев. Шоу непрерывно развивалось, делаясь все более и более диким. Наконец
Вилли поднял руку и
снял ювви.
- Это круто, Кори, по-настоящему. Должно быть, ты долго над этим работал?
- Не слишком усердствовал. Образы-то стандартные. Кроме того, я
использовал кое-какой
коммерческий мультипликационный софт, для того чтобы запрограммировать поведение
каждого
персонажа. Я уже много лет занимаюсь такой чепухой.
- Кори тусуется в Сети уже лет десять, - объяснил Уайта. - Известный
хакер. Он
разукрашивает рожи виззи-звезд своими программами-накладками, подменяет
рекламные ролики
порнухой своего собственного изготовления. Ты знаешь о том, что на Луне больше
не крутят
корпоративные новости, потому что по милости Кори все дикторы становятся
похожими на гигантских
муравьев? Кори с ними живо управился.
- Точно. Я придушил этого дракона в зародыше, - кивнул Кори. - Но вот
сегодня я решил
заняться кое-чем для себя лично. Я пытаюсь создать реальные физические объекты.
Не просто
самодвижущиеся логотипы, но также исторические и аллегорические фигуры. А также
фигуры,
олицетворяющие собой универсальные концепции. Фигуры Зиммеля для двадцать
первого века.
Коммивояжер знакомится с Дочкой Фермера.
- А так она сможет? - спросила подкуренная Дарла и, качнув грудью, какимто
образом
заставила соски прыснуть несколькими тонкими струйками молока.
- Bay, Дарла, - выдохнул Уайти, сделав шаг, так что струйки молока ударили
его прямо в
грудь. - Ты прекрасна, детка.
- Вино лунных нерях, - провозгласил Кори. Вилли все происходящее казалось
здорово
сумасшедшим и оттого веселым.
На следующий день Вилли отправился к Кори в гости - в пятикомнатные
апартаменты,
вырубленные в скале в пятидесяти футах под лунной поверхностью. Квартира Кори
соседствовала с
жилищами других лунян, в квартале, куда можно было попасть, соскользнув по шесту
в тоннель,
заканчивающийся холлом с несколькими десятками дверей.
Первая комната в жилище Кори - луняне называли свои квартиры отсеками -
немного
напомнила Вилли собственную комнату, которую он оборудовал для себя в подвале в
родительском
доме. Повсюду валялись разные замечательные штуки, по большому счету просто
утиль: сломанные
механические игрушки, резиновые и пластиковые, на нескольких полках пачки сотен
старинных
комиксов и журналов, выпущенных в прошлом веке, раритетные статические
голокастеры с арканной
проекционной петлей, семнадцать антикварных ламп Лава, множество странных, но
клевых рисунков и
картинок на стенах, которые Кори любовно заламинировал, прежде чем повесить на
обозрение, и даже
несколько уже совсем древних телевидиков. На одной из стен была развешана
коллекция водяных
пистолетов, навсегда оставшихся гораздо более футуристическими, чем любые
современные нидлеры
или уродцы о-джи. Позади прихожей и кухни находился спальный отсек Кори и две
его студии, одна
традиционная, другая в современном стиле. Традиционная студия была посвящена
живописи и
скульптуре, здесь на стенах висели и стояли прислоненные в углах написанные
маслом полотна. Многие
картины были написаны на черном бархате и были посвящены таким знаменитым
историческим
событиям, как вивисекция Кобба Андерсона, уничтожение Акрона, и совсем недавний,
но уже
классический образ Стена и Дарлы, выходящих из Гнезда уничтоженных бопперов, - и
тот и другой в
зеркальных Плащах Счастья, Стен - веселый и подвижный, Дарла смертельно усталая
и на последнем
месяце беременности.
Большинство скульптур находились на той или иной стадии доработанности,
например,
довольно большой иглу, содержащий в себе Санта-Клауса с кишками наружу,
выскабливающего
кюреткой зародыш Нового года, гротескно-умилительные образы королевских бабочек,
кружащих возле
совершенно обнаженной Алисы в Стране Чудес. Особенно странными казались
задумчиво-человеческие
лица бабочек...
Огромное количество произведений искусства находилось также в современной
студии,
содержащей обычное электронное оборудование, все совершенно недавно прошедшее
апгрейд на
основе ДИМ-технологии - цефоскоп-дека, голосканер, несколько ювви и стойка с Sкубами.
Пол кухни
Кори был усыпан золой, и сама кухня находилась в совершенном беспорядке. В
спальне Кори была
специально увеличена высота потолка, для того чтобы в каюту могло уместиться
принадлежащее ему
удивительное пятнадцатифутовое марихуановое древо.
Вилли был заворожен зрелищем этого жилища и несколько недель прожил у
Кори, тусуясь
вместе с ним. Он восторгался и преклонялся перед классическим шармом настоящего
старого битника,
который во всем чувствовался в Кори. И что лучше всего, Кори полностью разделял
желание Вилли
никогда не взрослеть.
Вилли начал помогать Кори в его проекте с глупышами, и они часто
засиживались допоздна,
укладываясь спать просто на матрасах в прихожей. Вскоре выяснилось, что Кори,
который тратил все
деньги на старые комиксы и ДИМ-апгрейд, нечем было платить за квартиру. По
предложению Вилли
было решено, что он въедет а отсек Кори и они будут платить по счетам напополам.
Кори сразу же
согласился на этот вариант, поскольку ни разу до сих пор они как следует не
ругались.
Просто для того, чтобы между ними не было непонимания касательно мотивов
переезда, Вилли
первым же делом объяснил Кори свои сексуальные проблемы. По его словам, выходило
так, что,
несмотря на все старания, он просто не мог заниматься настоящим сексом с
реальной женщиной.
Короче говоря, он был отщепенец, урод среди людей.
- Путь Онана, - провозгласил Кори. - Не помнишь, чем кончил этот парень из
Библии?
Подожди-ка...
Он быстро включил ювви, и после нескольких манипуляций, голос произнес,
цитируя Библию:
"И то, что делал Оная, отвратило Господа, и он умертвил его". Книга Бытия,
38:10.
Кори был немного растерян.
- Ну теперь времена-то другие. Все не так плохо, Вилли. По крайней мере ты
не заришься на
двенадцатилетних девочек.
- А ты что, заришься на двенадцатилеточек? - неуверенно спросил Вилли.
- Время от времени я думаю о молоденьких девочках. Но руки я не распускаю.
Будучи
художником, я способен превратить тяготу своего извращения в золото бессмертных
произведений
искусства. В физическом смысле я встречаюсь только с совершеннолетними девицами.
Когда у меня
хватает нервов назначать им свидания и с ними встречаться. Как правило, я
предпочитаю, чтобы
женщины знали, кто я такой на самом деле, и сами приходили потусоваться ко мне.
Вилли помог Кори сделать несколько первичных образцов глупышей. Как вид
настоящего
искусства, проект казался Вилли бессмысленно переусложненным. Вся проблема с
созданием этих
полуживых существ состояла в том, что приходилось балансировать на тонкой грани
между
бездумными ДИМ и полностью автономными и неуправляемыми молди.
Все время существовало странное опасение перед тем, что их создания
обретут ту или иную
степень самосознания. Выходило так, что только произведя на свет полноценное
существо, Вилли
приходилось тут же вручную снижать нелинейные характеристики сознания
новорожденного, делать
его искусственно глупым, что в мире людей называлось лоботомией или даже
убийством.
Одна из моделей, с которой Вилли продвинулся наиболее удачно, была
женщинкой, куклой,
изготовленной на основе симпатичной эльфийки Лероя Неймана, которую Кори
продемонстрировал
Вилли на развороте старого журнала, называющегося "Плейбой", в разделе юмора.
Женщинка была
совершенно голой, за исключением туфель на шпильках, высоких перчаток и шляпки с
полями.
Женщинка обожала забавляться с пенисом Вилли. Очень скоро Вилли накрепко
привязался к
женщинке.
Но в один прекрасный день туманное сознание женщинки неожиданно
прояснилось, и она
уразумела, насколько убогой была ее жизнь во имя ублажения Вилли. Женщинка
дождалась, когда
дверь из отсеков Кори и Вилли останется открытой, и в ту же минуту выскользнула
наружу в общий
холл.
Насмерть перепуганная соседская дама притопнула женщинку каблуком, приняв
ее за крысу.
Вся эта сцена произошла на глазах у Вилли, который совершенно потерял над собой
контроль; он
принялся орать на соседку с такой силой, что его пришлось схватить и тут же, на
полу холла, рядом с
изувеченными останками его драгоценной женщинки, накачать успокоительным.
Вскоре после этого выяснилось, что всем соседям до смерти надоели безумные
причуды и
выходки Вилли и Кори, в результате чего прессинг, болтовня и скандалы со стороны
окружающих стали
невыносимыми и стало ясно, что в такой обстановке лучше всего будет переехать.
До сих пор Вилли и
Кори уживались друг с другом, поэтому они решили подыскать новое место сообща.
Посовещавшись,
они решили спроектировать и выстроить свое собственное жилище, роскошный изопод,
поместье в
одном из кратеров за пределами Эйнштейна - эдакую просторную жилую биосферу с
питательной
почвой для растений и куполом, который покрывал бы весь кратер.
Стоимость подобного изопода составляла миллиарды, ни в распоряжений Вилли
были сотни
миллионов, и ежедневно сотни миллионов поступали на его счет быстрее, чем он
успевал их тратить.
Кори с головой ушел в проект изопода - поместье с жилыми комнатами, студии,
парник с овощами,
фруктами, цветами и гигантскими зарослями марихуаны. Строительство изопода
продолжалось
несколько лет.
К тому времени, когда они переехали в изопод, Вилли уже полностью решил
проблему создания
глупышей - решение проблемы в основе своей состояло в том, чтобы принудить
глупышей
гомеостатически сбрасывать нелинейности собственного развития, как только в
объеме памяти
накапливалось некоторое количество опыта. Как только подобная обратная связь
была установлена,
малорослые создания продолжали существовать на сумеречной границе сознания
словно животные.
Кори раздумывал над тем, чтобы наладить массовое производство глупышей, а не
просто видеть в них
еще один предмет выражения искусства, но Вилли пока что не брал этих планов в
голову. Вместо того
он занимался благоустройством изопода, время от времени добавляя особые штрихи,
придающие
жилищу свой колорит: живую карту Земли, такой, какой ее должен был видеть Бог,
собственный
бассейн, зверинец, турецкие бани, кольцевую велосипедную дорожку и прочее, и
прочее. Годы уходили
один за другим.
Прошло время, и дочери двойняшки Уайта и Дарлы, Джок и Йок, подросли и
стали частыми
гостями изопода. Но вышло так, что Кори подарил близнецам на день их рождения
глупышей,
результатом чего был скорый и бурный разрыв дружеских отношений, по крайней мере
со стороны
Дарлы.
Вилли так никогда и не узнал всех подробностей. Дарла и близнецы
продолжали навещать их
изопод, но никогда не оставались тут надолго. Прошло еще несколько лет, и
маленькая Йок стала
наведываться в изопод одна, чтобы потусрваться с Кори.
ДИМ и РЛП продолжали пользоваться неизменным спросом, но самого Вилли
судьба этих
творений больше не интересовала. Впечатление было такое, словно бы за краткое
время лихорадочной
исследовательской работы на Кокосовом Пляже в нем что-то сломалось. Уже долгое
время он не
проявлял ни к чему особенно большого интереса. Он превратился в нечто вроде
отшельника,
непрерывно медитирующего и смакующего свое одиночество. Он мог дни напролет
просиживать в
гущах своих марихуановых зарослей, глядя поверх кущей на россыпи звезд.
Наконец летом 2052 года нечто новое привлекло внимание Вилли.
Все началось с приглушенного хруста, доносящегося из-под почвы в дальнем
углу зарослей
марихуаны, там, где купол соединялся с лунной поверхностью. Что это,
лунотрясение?
Или коробление пластика под лунной поверхностью? Но потом почва
расступилась, образовав
круглую яму, словно вход в нору огромного крота, из круглой норы в подкупольное
пространство
вылезла розовая имиполексовая колбаса. На боку колбасы сформировалось лицо и
заговорило с Вилли:
- Вилли Тейз! Ты до сих пор так и не побывал в Гнезде!
Ты нужен нам теперь. С твоей помощью, возможно, нам удастся создать первое
Раскодирование
Гардла.
- Так ты... Гардл?
Молди червем вытянул свое тело из норы, предусмотрительно заткнув вход
кончиком хвоста,
чтобы воздух изопода не выходил наружу. Тело молди было розового цвета с
серебристым отблеском.
- Я Гардл-7! Прапрапрапраправнук Гардла. Ведь прошло уже двадцать лет,
Вилли. Настало
время тебе покинуть твой волшебный сад. Ты можешь укрыться внутри меня, как в
скафандре, и я
доставлю тебя в Гнездо. Там, в Гнезде, мы уже подготовили для тебя оранжерейный
отсек, ни в чем не
уступающий роскоши твоего изопода.
- Ты хочешь сказать, что мы поползем через эту нору? - с сомнением спросил
Вилли. - Но я
не хочу биться там о камни.
- Не волнуйся, потому что ты ничего не почувствуешь, ибо твое тело будет
окружено моим. Я
заделаю нору за собой, и утечки воздуха не случится. Идем же, Вилли. Пора тебе
воспрянуть!
Раскодирование Гардла имеет всекосмическое значение. Но только ты один можешь
помочь нам
сделать последний необходимый шаг.
7. СТЕН
31 октября 2053 года
Стен вышел из своего дома в викторианском духе, находящемся на Масоникавеню
выше Хайстрит
в Сан-Франциско. Был ранний вечер Хеллоуина 2053 года. Мимо Стена шли
оживленные группы
людей, направляющихся на вечеринку в честь Хеллоуина, которая должна была
состояться на Кастрострит.
Вечеринка на Хеллоуин стала традиционным событием после
непродолжительного периода
смутных лет, последовавших после наступления второго тысячелетия. СПИД был
побежден, наркотики
легализованы, в Сан-Франциско было весело, как никогда.
Стен чувствовал себя крайне далеко от всего происходящего. После
вчерашнего вечернего
разговора с Тре Диезом он крепко закинулся камотом. Сегодня в полдень Тре
позвонил снова и
рассказал, что некий софтверный агент по имени Дженни обратился к нему и
продемонстрировал
секретную запись, на которой был запечатлен Шри Рамануджан, дающий объяснения
новых
математических выкладок, названных им Уравнением Мозаики. После этого Стену
позвонила сама
Дженни. С виду Дженни была похожа на тощую фермерскую девчонку-тинейджера. Судя
по ее
объяснениям, она существовала внутри компьютера наследников, но в то же время
была очень близко
связана с лунными молди. Совсем недавно Тре позвонил снова и потребовал, чтобы
Стен заплатил
лунным молди выкуп за свою жену Терри, - при этом Тре был совершенно вне себя от
ярости. Стен тут
же сделал несколько звонков на Луну и постарался все уладить, потом позвонил Тре
и сказал, что с
Терри все разрешилось благополучно, после чего принялся грузиться веществами,
как он это обычно
делал каждый вечер. Однако через несколько часов Тре позвонил снова, в полном
восторге, и рассказал
о том, что только что придумал, каким образом можно использовать Уравнение
Мозаики для того,
чтобы производить на основе "Забавных цыплят" имиполекс, составленный из
наслоений любой
степени измерения. Что особенно настораживало, так это компьютерное существо
Дженни, которое
тоже было на линии и все слышало. Непонятно было, почему Дженни так интересовало
именно это
применение "Забавных цыплят" и Уравнения Мозаики. Но Тре было на это наплевать.
Он был словно
одержимый и все пытался объяснить Стену, каким образом можно использовать
"Забавных цыплят" в
гильбертовом пространстве и уравнение Рамануджана для того, чтобы производить
имиполекс-5,
имиполекс-6, имиполекс-N!
Для того чтобы помочь себе понять вещи, о которых он услышал, пьяный Стен
задумчиво
сжевал несколько шариков камота, слушая, что болтает ему Тре. Стен не впервые
попробовал камот, но
на этот раз это была большая ошибка, потому что последовавший приход был
невыносим по своей силе,
психотический панический трип к глубинным и личностным открытиям о собственных
многочисленных
грехах и недостатках. Стен отправился в постель и попытался заснуть, но вместо
того провел десять
часов в аду гильбертового пространства вместе с многомерным птичником Тре,
садистски
выклевывающих остатки разума из его и без того истерзанного сознания. С
облегчением он увидел, как
наступил рассвет, потому что нужно было подниматься и пытаться прожить новый
день.
В полдень Стену наконец удалось ненадолго заснуть, но ближе к вечеру Вэнди
разбудила его:
- Вставай, соня. Мы собрались на Хеллоуин-парад, помнишь? Что ты устроил с
собой вчера
вечером? Я спустилась вниз и пыталась поговорить с тобой, но ты был совершенно
невменяем.
У Вэнди были широкие бедра, пухлые губы, мягкий подбородок и светлые
волосы. Голос Вэнди
звучал совершенно нормально, и это успокаивало.
- Значит, нужно подниматься?
- Да, нужно подниматься, сейчас же. Вот, держи.
Вэнди протянула ему большую чашку чая с молоком и сахаром.
- Мы пройдемся по Кастро и встретимся с Сентом и Бабе.
Это наши дети, ты еще не забыл? Эй, прием! У нас сегодня семейный выход.
- Хорошо, хорошо, Вэнди, не нужно твердить это без передышки. Я тебя
прекрасно слышу.
Спасибо за чай, он мне отлично помог. Вчера у меня был серьезный разговор с Тре
Диезом, и потом я
съел немного камота. Я решил, что камот поможет мне стать таким же умным, как
этот Тре. Какая
чушь.
Я расскажу тебе потом.
Таким образом, Стен принял душ, потом оделся во все черное и выкрасил руки
и лицо черной
краской. Потом обсыпался серебристой пудрой и вышел на улицу, где теперь стоял и
дожидался, когда
Вэнди закончит одеваться и тоже выйдет. В его голове гнездилась боль; он
чувствовал боль в корне
своих мозгов, в той части, где находилась заживленная когда-то рана вокруг
выращенной в инкубаторе
и запрограммированной правой мозговой долей, заменившей Плащ Счастья,
заменившего когда-то
робокрысу, выевшую правую половину его мозга, - теперь его череп был хреновым
полным тараканов
отелем, и все это из-за Тре, из-за Тре он побывал в гильбертовом пространстве и
теперь все еще мог
сорваться туда в любой момент...
- Как дела, с-сенатор С-стен? - крикнула ему Чиччолина из проходящей мимо
развеселой
компании бисексуалов. В компании также был кто-то, одетый невестой и Бетти
Пейдж.
- Решил выйти прогуляться в город? - крикнула ему грубым голосом невеста.
- Вэнди-то
знает?
Бетти Пейдж фыркнула и хохотнула, потом наклонилась и вздернула с зада
юбку,
продемонстрировав прекрасно воспроизведенный голый женский зад и промелькнувшие
половые губы.
- Не хотите попробовать Бетти, сенатор My? Отведайте прекрасней
прекрасного экстракт
настоящей плохой девчонки, которой больше нигде не подают в чистом виде!
Ребята пытались подцепить Стена на тему мяса вэнди, но Стен, сенатор и
большой политик,
мудро махнул на молодежь рукой и отвернулся, дожидаясь, пока уйдут морфы.
Большинство людей не
понимали смысл рекламы мяса вэнди; тот факт, что на рекламе была изображена
Вэнди в Плаще
Счастья, должен был закреплять дружбу между людьми и молди.
- Закрой свою грязную немытую киску, Бетти, - ввязалась в разговор
Чиччолина. - Йо-йо-йо,
брат Стен, не хочешь дернуть габбы? Только что из перегонки; я собрала крикрикристаллы
сегодня
утром.
- Это в любое время пожалуйста, - вдруг оживился под влиянием неожиданного
импульса
Стен. - Это нормальный разговор. Правда, от габбы я икаю, знаете ли, но у меня
уже развилась икота
от того, что я съел тут прошлой ночью, так что уж икоту от габбы я как-нибудь
переживу, а там,
глядишь, в голове у меня и наладится; ведь это не наркотик, это просто бодрит.
Так что дай мне немного
твоей штуки, большая сестра.
Чиччолина вытащила из-за декольте сниффер и, подступив к Стену, высоко
подняла сниффер
над головой, как волшебную лампу.
- Прими понюшку, сенатор!
Стен быстро принял из рук Чиччолины сниффер и аккуратно зарядил по очереди
обе ноздри.
Фруум! Позади его глазных яблок разорвался заряд наслаждения, мгновенно расцвела
хризантема
злобной радости, цветок с кольцом пронзительных криков по внешнему ободку,
криков, которые
приплыли на Землю из космоса, чтобы тут принять облик стремительных двуногих
тявкающих щенков.
- Фтуум, гав, - пробормотал Стен. - Фтуум фтуум фтуум, гав.
- Габба хей, - отозвалась Чиччолина. - Небеса по-прежнему любят тебя,
сенатор Стен.
Смотри, не улетай далеко.
- Это ненадолго, - махнул рукой Стен. - Я сейчас вернусь.
Три морфа повернулись и двинулись своей дорогой, выкрикивая шуточки и сами
же им весело
смеясь. Стен повернулся и посмотрел на свой дом, в окнах которого горел такой
уютный и милый
сердцу желтый электрический свет. Внутри от тявканья потеплело на душе. У него
самый лучший дом в
городе, ему так повезло. Ему повезло, что он до сих пор еще жив. Ему повезло,
что у него есть семья.
Как печально будет, если все это однажды вдруг закончится.
Внезапно в доме открылась дверь, и по ступенькам, стуча дробно каблучками,
сбежала Вэнди.
- Привет, Стен! Я готова!
Вэнди выбрала костюм ведьмы, сапоги на высоких каблуках, длинное платье,
широкий Плащ
Счастья, лихую островерхую шляпу - все яркое, сочетающихся друг с другом
оттенков красного. Плащ
представлял собой молди-часть ее бытия, то, что она постоянно вынуждена была
носить для того, чтобы
замещать ущербность недоразвитого сознания, возникшее из-за того, что тело ее
было клоном,
выращенным в гидропонном резервуаре.
- Выглядишь п-п-просто отлично, Вэнди, ик, ты - красная ведьма.
- У тебя какой-то странный голос, - подозрительно заметила Вэнди. - Только
не говори мне,
что ты уже успел проглотить что-нибудь!
- Да нет, ничего о-о-особенного, йк. Какие-то девчонки дали мне нюхнуть
габбы. Я просто
хотел прийти в себя, ик, понимаешь. Н-ну что, идем на К-Кастро?
- Да. Ты настроил стрекозу?
- 3-забыл, ик. Знаешь, Вэнди, что-то меня ломает сегодня, и неохота
надевать ювви. После
прошлой ночи просто невмоготу. Я уже рассказывал тебе, этот Тре Диез звонил мне
и болтал в-всякую
х-хреновину, ик, и...
- Ох, избавь меня от ненужных подробностей. Сейчас я включу свою стрекозу.
Вэнди отправила сообщение по ювви своего Плаща Счастья, приказав стрекозетелероботу
подняться с насеста, устроенного для него среди ветвей вяза, растущего во дворе
их дома.
В мигающем свете уличных реклам быстро движущиеся крылышки стрекозы
блестели как
слюдяные, выписывая фигуры Лисажу.
- Лети вперед и держись на один квартал перед нами, - вслух приказала
стрекозе Вэнди, - и
следи за прохожими.
Мы идем пешком на холм на пересечение Маркет-стрит и Кастро. Сканируй лица
и ищи Санта и
Бабе. Надеемся, что тебе удастся их разыскать.
Треща крыльями, стрекоза унеслась прочь.
- Знаешь что, Стен, - сказала мужу Вэнди, когда они двинулись вперед по
Масоник-стрит. -
Ты начинаешь меня беспокоить. Ты уже немолод. Еще два года, и тебе будет
шестьдесят.
Сама Вэнди была на одиннадцать лет моложе Стена, и она тщательно с
...Закладка в соц.сетях
