Жанр: Научная фантастика
Слон килиманджаро
...ие его открытия.
- Целый месяц я бился над этой проблемой, вновь и вновь возвращаясь к Адхаре.
Именно там должна была возникнуть цивилизация, покорившая окрестные миры. Внезапно я
понял, почему на них не найдены следы этой цивилизации. Ее представители дышали не
кислородом и планеты Яблонски использовали лишь в качестве перевалочных баз, хранилищ
топлива, а их целью являлись другие гелиевые планеты. Возможно, на кислородных мирах они
держали небольшую колонию специалистов, а когда их империя по каким-то причинам
рухнула, эти специалисты отбыли восвояси.
Пим улыбнулся:
- Вы должны понимать, что ранее мы не сталкивались ни с цивилизацией, возникшей на
гелиевой планете, ни с живыми организмами, которые могли развиваться в системе голубого
гиганта. Вероятность и первого, и второго считалась равной нулю. Меня уволили из
университета, когда я ознакомил научную общественность со своей гипотезой.
- И что произошло потом?
- Выход у меня оставался только один. Я собрал все свои сбережения, влез в долги, но
отправил экспедицию к Адхаре. Денег хватило лишь на то, чтобы команда из шести человек
провела у единственной планеты Адхары двадцать три дня. Сам я перед этим сломал ногу, так
что остался дома. Я проинструктировал их, где и что надо искать, поддерживал с ними
постоянную связь через подпространство... а остальное уже стало достоянием истории. Через
девятнадцать дней они обнаружили первые следы цивилизации райзов, и планета официально
получила название Гордость райзов. - Он скромно улыбнулся. - Они хотели назвать планету
моим именем, но я не допустил этого. - Пауза. - Как я и предполагал, их империя состояла из
гелиевых планет. А планеты Яблонски они использовали только как перевалочные базы.
- Вот так вы и стали Кабинетным археологом! - восхищенно воскликнула Элизабет
Кин.
- Вот так он использовал мои работы и забрал всю славу себе, - прокомментировал
Яблонски.
- Этим титулом наградила меня пресса, - ответил Пим. - На самом деле я выезжаю в
экспедиции при первой же возможности.
- Поскольку вы признанный эксперт по Гордости райзов и Империи райзов, может быть,
вы расскажете нам, что узнали об этом народе?
- Пока совсем немного, - признал Пим. - Это необычная форма жизни, так что нам не
составило труда определиться с направлением их экспансии. Мы уверены, что существовали по
меньшей мере еще три гелиевые цивилизации. Я предполагаю, что со временем мы найдем в
Спирали еще не меньше дюжины других... К сожалению, эти три цивилизации погибли, ибо
райзы вели войну на уничтожение, а не на покорение. Так что об их жертвах нам практически
ничего не известно. Я считаю, что райзы, осознав, что Адхара в скором, времени станет
сверхновой и погубит их планету, не создавали империю в классическом смысле этого слова, а
просто уничтожали обитателей планет, чтобы обеспечить себе жизненное пространство. А вот
население кислородных миров они уничтожать не стали. Зачем? Все равно жить там райзы не
могли.
- Естественно, - хмыкнул Яблонски. - Я указывал на это пять лет тому назад.
- Что же случилось с райзами? - спросила Элизабет Кин.
- Мы не знаем, - ответил Пим. - Они покинули захваченные гелиевые планеты, и
можно предположить, что в конце концов нашли для себя другую обитель. Полагаю, в будущем
нам еще предстоит встреча с ними.
- Вы допускаете такую возможность?
- Почему нет? Человечество будет и дальше продвигаться к ядру галактики. Да и в
Спирали мы обследовали не так уж много звезд.
- И это все, что вы узнали о цивилизации райзов?
- Не забывайте, что я предсказал ее существование лишь пять лет тому назад. -
Очередная скромная улыбка осветила лицо Пима. - Но нам очень повезло: два года тому назад
мы нашли Документ райзов.
- Документ райзов? - повторила Элизабет Кин.
- Можно сказать, райзовский аналог Розеттского камня*. Но, - печально добавил
он, - успехи наших лингвистов пока невелики. Письменность райзов дается им с трудом.
- Ходят слухи, что вскоре вы объявите об открытии, более важном, чем находка
райзовского Документа. Не можете вы сообщить нашим зрителям какие-нибудь подробности?
- По моим представлениям, у нас есть немалые шансы доказать, что райзы посещали
Землю до того, как человечество вышло в космос.
- Вы нашли на Земле следы Империи райзов? - воскликнула Элизабет Кин. - Райзы
были теми астронавтами, о которых упоминают легенды древности?
Он улыбнулся и покачал головой:
- На оба вопроса я могу ответить отрицательно. Пока мы не нашли доказательств того,
что райзы или представители иных цивилизаций посещали Землю.
- Тогда на чем основана ваша уверенность в том, что они-таки побывали на Земле?
- Некоторые события в далеком прошлом Земли и археологические находки могут
истолковываться как свидетельства пребывания на Земле инопланетян. И вектор экспансии
райзов проходил через Землю.
- Именно об этом вы и намеревались объявить? - воскликнула Элизабет Кин. -
Похоже, это уже произошло, доктор Пим.
- Одно дело - высказать предположение, другое - представить неопровержимые
доказательства. Как я уже говорил, с переводом Документа райзов дело движется медленно, но
кое-что мы узнали. У меня есть основания предполагать, что большое сооружение,
обнаруженное нами на Гордости райзов, в свое время было музеем. Если это так, если мы
найдем предметы материальной культуры землян, на что я очень надеюсь, не останется никаких
сомнений в том, что райзы посещали Землю.
- И Кабинетный археолог добавит к длинному перечню своих успехов еще один
триумф, - восторженно добавила Элизабет Кин.
- Если такое и случится, этот триумф я разделю с участниками археологической
экспедиции, работающей сейчас на Гордости райзов. И давайте не забывать профессора
Яблонски, чьи работы послужили начальным толчком для всего проекта.
- Господи! - вырвалось у Яблонски. - Как же я его ненавижу, когда он благодарит
меня!
- Какой совет вы могли бы дать тем молодым людям, составляющим немалую часть
нашей зрительской аудитории, которые захотят связать свою жизнь...
- Хватит! - проревел Яблонски, и Флетчер выключил компьютер.
Яблонски вскочил, нервно заходил по кабинету.
- Каков мерзавец! - бушевал он. - Подгрести под себя кафедру археологии на Селике
II, кафедру, которая по праву принадлежит мне. Убедить фонды, которые всегда
финансировали меня, передать эти средства ему! И почему? Все решила одна удачная догадка!
- Вы очень разволновались, сэр, - мягко заметил Флетчер. - Может, вам присесть и
постараться расслабиться?
- Присесть? - не унимался Яблонски. - Это он Кабинетный археолог, не я!
- Пожалуйста, профессор.
- Самодовольный, напыщенный сукин сын! - продолжал Яблонски. - Он даже не
может написать приличную научную статью.
- Я знаю, сэр.
- А каков итог? Какой-то издатель платит ему пять миллионов кредиток за абсолютно
неточное, лишенное научной достоверности описание цивилизации райзов, а куда более
достойные работы остаются непрочитанными в компьютерных библиотеках.
- Произошло это давно, сэр, - увещевал его Флетчер. - А вы с тех пор сделали так
много замечательных открытий.
- И все пошло прахом благодаря одной удачной догадке! - рявкнул Яблонски. - А он
все еще стрижет купоны! Сам видишь, кого они приглашают в свои программы. Не
Ванамейкера с его удивительными находками на Внешних мирах, ни Хайакаву, который
обнаружил на Земле практически нетронутый храм инков. Может, приглашают меня? Нет! Они
обращаются к этому гадателю.
Он подошел к креслу, плюхнулся в него, уставился в ту точку, где совсем недавно была
голограмма Пима.
- Пожалуйста, сэр, не мучайте себя. Вы же помните, что сказал вам доктор.
- Моему доктору не приходится каждую неделю лицезреть человека, который погубил
его карьеру.
- Вы не правы, сэр. Вы сделали прекрасную карьеру. Вы - один из самых уважаемых
археологов Олигархии. Во всех академических институтах ваши работы признаются
классическими.
Яблонски покачал головой.
- Ерунда. Этот человек растоптал меня. Я восемнадцать лет провел в Спирали, по крохам
собирая информацию, пытаясь нащупать связи, проверяя первоначальные выводы. Еще пять
лет - и я бы доказал, что райзы - уроженцы гелиевой планеты, доказал, основываясь на
точных фактах, а не гадая на кофейной гуще или на чем-то еще, потому что слишком ленив,
чтобы оторвать задницу от стула, и не хочу пачкать руки, копаясь в земле. И тут появляется он!
Он заставил меня опубликовать ту статью до того, как я собрал необходимые доказательства, и
мы оба стали посмешищем для наших коллег. Когда же он высказал свою догадку,
впоследствии подтвердившуюся, ему удалось восстановить свою репутацию, но не мою. -
Яблонски перевел дух. - Если бы мне не удалось открыть цивилизацию корббов на Висме III,
я бы до сих пор искал колледж, который согласился бы доверить мне кафедру археологии.
- Но вы ее открыли, - успокаивающе напомнил Флетчер. - И почему вы так
расстраиваетесь из-за этого Эфратеса Пима?
- Они-то все еще думают, будто он знает, что делает! - бросил Яблонски. - Они
по-прежнему уверены, что интуиция может заменить тяжелый каждодневный труд!
- Не все придерживаются такого мнения, сэр. Яблонски поднялся, подошел к
хрустальной полке, висящей над его столом.
- Посмотри на эти книги! - Он указал на восемь толстых томов в кожаных
переплетах. - В них сорок три года кропотливых, методичных исследований. Экспедиции,
поиски, находки, а не сидение в кабинете и ковыряние в носу. Они - итог моей жизни. Пим за
неделю продает больше книг и дисков, чем я продал за полвека!
- Популярность не всегда показатель заслуг, - резонно указал Флетчер. - Доктор Пим
знает, как манипулировать прессой, и это отражается на тираже его работ. Но вовсе не означает,
что его вклад в археологию останется в веках.
- Идиот! - пробормотал Яблонски. Подошел к окну, долго смотрел на кампус,
студентов, спешащих по своим делам. - Ты ничего не понимаешь.
- Простите, сэр?
- Он уже внес этот вклад! - в отчаянии выкрикнул Яблонски. - Открытие Гордости
райзов и Документа рай-зов - самые важные археологические события столетия. Вот почему
этот человек так опасен!
- Кажется, я вас не понимаю, сэр.
- Он дискредитировал научный метод, - объяснил Яблонски, повернувшись к своему
ассистенту. - Нас может захлестнуть волна новоявленных интуитивных археологов. Куда
проще догадываться, а не копаться в грязи планеты с хлорной атмосферой. Пим, доказал, что
можно достичь фантастических успехов, не выходя из кабинета. Он же открыл Гордость райзов,
следовательно, предложил более эффективный метод. - Лицо Яблонски перекосило от
ярости. - Мы должны тотчас же опорочить этого человека, иначе будет поздно.
- Я думаю, вы преувеличиваете его значимость, сэр, - покачал головой Флетчер.
- Не преувеличиваю! - вскричал Яблонски. Лицо его покраснело, дыхание участилось,
Флетчер помог ему сесть в кресло.
- С вами все в порядке, сэр?
- Да. Видишь, Флетчер? - выдохнул Яблонски. - Он не только загубил мою
репутацию. Он даже подорвал мое здоровье.
- Позвонить вашему доктору? Яблонски покачал головой.
- Мне надо успокоиться, ничего больше. - Он глубоко вдохнул, медленно выдохнул. -
Я понимаю, тебе кажется, будто я вышел на тропу личной войны, но дело обстоит гораздо
серьезнее. Если мы не опорочим Эфратеса Пима, он опорочит все то, чем мы занимаемся.
- Он будет опорочен, когда в музее райзов не найдут предметов материальной культуры
землян, - предрек Флетчер.
- Нет. Он облек свое заявление в очень обтекаемую форму. Он надеется, что сможет
доказать посещение Земли райзами. Он не говорил, что располагает доказательствами.
- Однако его догадка окажется неверной. Тем самым возникнут сомнения в том, что он
всегда прав.
- Если он ошибется.
- Этим утром я прогнал все данные через компьютер, как вы и просили. Компьютер
полагает, что вероятность его правоты равна двум и трем десятым процента.
- Компьютер дал ему еще меньше шансов, когда он объявил о местонахождении
Гордости райзов.
- Надеюсь, ваше мнение осталось неизменным, сэр?
- Насчет того, что райзы не посещали Землю? Естественно.
- Значит, все узнают о его ошибке, - уверенно заявил Флетчер.
- Он выкрутится, - с не меньшей убежденностью возразил Яблонски. - Поулыбается,
укажет, что далеко не все гипотезы подтверждаются, и тут же выдвинет новую, объясняющую,
почему райзы не сподобились посетить Землю. И его вновь будут осыпать почестями, он
получит грант Менеско, обещанный мне, и использует этот грант, чтобы переманить
руководителя моей экспедиции. - Яблонски пренебрежительно фыркнул. - И тебе предложит
перейти к нему.
- У вас нет причин сомневаться в моей верности, сэр, - вырвалось у Флетчера.
- Поэтому я назвал тебя своим преемником. Каждый должен готовить себе замену, а
лучшего ассистента у меня не было. Ты достоин занять мое место.
- Благодарю вас, сэр. Если вы так думаете, я польщен.
- Я все-таки надеюсь, что от этой чертовой кафедры не останутся одни ошметки, когда
она перейдет к тебе. Средства, выделяемые на археологию, не увеличиваются, и чем больше
заграбастает Пим, тем меньше достанется всем остальным. - Он помолчал. - Черт! Если бы я
мог знать это наверняка!
- Знать что?
- Что он ошибается насчет Земли.
- Но вы только что сказали, что это и не важно. Он же не утверждал, что райзы посещали
Землю, Он лишь предположил это.
- Но если бы я знал, знал наверняка... - Яблонски замолк, и Флетчеру осталось только
смотреть на него, гадая, о чем думает босс.
Внезапно Яблонски выпрямился в кресле, словно ненависть к врагу добавила ему сил.
- Передай Моделлу, что я хочу поговорить с ним.
- Возможно, я не смогу с ним связаться.
- Я плачу ему не для того, чтобы не иметь возможности поговорить с ним, когда у меня
возникает такое желание, - отрезал Яблонски.
- Сообщение послать через скрамблер?
- Мне все равно, каким образом. Соедини меня с ним, и точка.
Флетчер включил один из компьютеров.
- Код "Синяя четверка". Моделл должен связаться с Базой.
- Шпионские игры! - хмыкнул Яблонски. - Просто скажи ему, что я хочу с ним
поговорить.
- Шпионские игры необходимы именно потому, что он шпион, - терпеливо объяснил
Флетчер. - Если наше послание перехватят, зачем экспедиции Пима знать, кто его отправил.
- Не узнают.
- Нет, если мы примем необходимые меры предосторожности.
Яблонски что-то пробурчал себе под нос, но больше спорить не стал. А через двадцать
минут на дисплее возникла суровая, небритая физиономия.
- Моделл на связи.
- Это... - Яблонски замолчал, увидев, как замахал руками Флетчер. - Вы знаете, кто
это.
- Пожалуйста, увеличьте мощность передатчика. Я в модуле на глубине пятидесяти
футов от поверхности. Очень сильные помехи.
- Как ваши дела? - спросил Яблонски после того, как по его команде компьютер усилил
сигнал.
- Мы войдем в здание через неделю, максимум через десять дней.
- Сколько дверей?
- Шесть, и все заблокированы. Таких блокираторов видеть мне не доводилось. Наверное,
потребуется еще неделя, чтобы проникнуть внутрь.
Яблонски нахмурился.
- А стены целы? Моделл покачал головой.
- Стен в обычном понимании этого слова нет, сэр.
- А что же есть? Моделл замялся:
- Не уверен, что смогу объяснить, сэр.
- А вы попытайтесь. За это я вам и плачу.
- Похоже, это тессеракт, сэр, если вы понимаете, что я имею в виду.
- Тессеракт? - переспросил Яблонски.
- Гипотетическая четырехмерная фигура*.
- Я знаю, о чем ты говоришь, - рявкнул Яблонски. - Просто хочу представить его
себе.
- Необычное сооружение.
- Здание не повреждено?
- Нет.
- И это определенно музей?
- Полагаю, что да, - Я уверен, что Пим появится в окружении репортеров, как только
вы вскроете дверь.
- Мне сказали, что так оно и будет.
- И он войдет в музей первым?
- Это его экспедиция. - Моделл пожал плечами.
- В здание можно попасть только через одну из дверей?
- Ни окон, ни грузовых люков нет. - Он помолчал. - Некоторые считают, что можно
проникнуть в тессеракт, минуя двери, воспользовавшись его четырехмерностью, но они еще не
знают, как.
- Почему они не спросят у компьютера?
- Они спрашивали. То ли не получили ответа, то ли ответ им не понравился... Да это и
не важно. Пим хочет войти через дверь и запечатлеть это волнующее событие на голокамеры.
- Немедленно передайте сюда голограмму музея. Это возможно?
- Да.
- Хорошо. - Он отключил связь, повернулся к Флетчеру. - Можешь улететь завтра?
- Куда?
- На Гордость райзов, разумеется.
- Полагаю, что да. - В голосе Флетчера слышалось недоумение.
- Хорошо.
- А зачем, позвольте узнать?
- Чтобы опорочить этого напыщенного говнюка! - рявкнул Яблонски. - Разве ты не
прислушивался к моим словам? Компьютер!
- Да? - ответил компьютер.
- Этим утром, исходя из данных, полученных от Флетчера, ты рассчитал вероятность
того, что райзы посещали Землю. Получилось, что она равна двум и трем десятым процента,
так?
- Двум и тремстам двум тысячным.
- Как изменится эта величина, если в музее на Гордости райзов не будут найдены
упоминания о Земле или предметы материальной культуры землян?
- Уменьшится до ноля целых семисот тридцати восьми тысячных процента.
- Хорошо. В последние шестьдесят секунд ты получил голограмму с Гордости райзов?
- Как раз получаю ее.
- Мне нужен доступ в библиотеку кафедры математики.
- Исполнено.
- Из голограммы следует, что здание имеет форму тессеракта?
- Совершенно верно.
- Я хочу, чтобы ты выяснил, какой университет проводил наиболее углубленные
теоретические исследования тессерактов. Затем свяжись с математической и физической
библиотеками этого университета, просмотри все имеющиеся материалы и определи, есть ли
возможность проникнуть в здание, изображенное на голограмме, не нарушая блокировки
дверей.
- Выполняю... - Компьютер молчал почти девяносто секунд. - Теоретическая
возможность проникновения есть.
- Объясни, что ты подразумеваешь под термином "теоретическая" в данном контексте.
- Сие означает, что теоретически проникновение возможно. Однако на практике я не
могу гарантировать, что такое проникновение не станет смертельным для живой материи,
поскольку связано с межпространственным переходом.
- А робот может проникнуть в тессеракт, сохранив работоспособность?
- Просчитываю... Вероятно, да.
- И какова вероятность того, что робот будет функционировать и в тессеракте?
- Восемьдесят шесть и двести сорок одна тысячная процента.
- А какова вероятность его благополучного возвращения?
- Восемьдесят шесть и двести сорок одна тысячная процента, - повторил компьютер. -
Если он сможет войти в здание, сохранив работоспособность, выход тем же путем нисколько
ему не повредит.
- Выключайся, - бросил Яблонски, посмотрев на Флетчера, глаза его яростно
сверкнули. - Клянусь Богом, он у меня в руках! Наконец-то я смогу с ним посчитаться!
Яблонски и Флетчер вошли в запасники музея. Вокруг кипела обычная работа. Яблонски
и его ассистент проследовали мимо комнат, отведенных находкам с Внешних и Внутренних
миров, обошли зал, посвященный цивилизациям более населенных районов галактики, и
наконец попали в большое помещение, где хранились предметы материальной культуры,
только-только доставленные в музей из Спирали.
Яблонски короткими кивками отвечал на приветствия сотрудников, готовивших новые
поступления для регистрации в музейном каталоге.
Они прошли мимо Мистической вазы с Валериума VII, послужившей причиной трех
мировых войн, которые разразились в глубокой древности на далекой планете, обогнули пять
могильных камней, доставленных с Нью-Парагвая. Яблонски остановился, взял со стола
черепок, поднес к носу, понюхал. Ему нравился запах древности, нравилось держать в руках
такую вот песчинку, из которых постепенно, невероятным трудом, складывался облик еще
одной цивилизации. Разумеется, он гордился выставочными залами музея, но именно здесь, в
запасниках, шла настоящая работа, в которой он принимал самое непосредственное участие.
- А что мы ищем? - спросил Флетчер, когда Яблонски вновь остановился, чтобы
получше разглядеть цилиндрическую статуэтку с Альдебарана XIII.
- Что-нибудь с Земли, - ответил Яблонски.
- У нас есть газовая маска времен Первой мировой войны. Она выставлена в Восточном
крыле. А также два головных убора американских индейцев...
Яблонски покачал головой.
- Я знаю, что у нас есть!
- Тогда я вас не понимаю, сэр.
- Мне нужно что-то из еще не внесенного в каталог.
- Что-то конкретное? - Флетчер оглядел хранилище.
- Нет, все что угодно, но доставленное с Земли и еще не зарегистрированное
компьютером. Глаза Флетчера широко раскрылись.
- Теперь я все понял!
- Долго же до тебя доходило, - раздраженно бросил Яблонски. - А теперь,
пожалуйста, говори тише.
- Вы собираетесь подбросить что-то земное на Гордость райзов, - прошептал Флетчер.
- Не на планету, - уточнил Яблонски. - В музей.
- Вам этого не простят.
- Мне - нет, а вот тебе - да.
- Мне? - изумился Флетчер.
- Совершенно верно. А теперь давай займемся делом. Ты улетаешь завтра.
Не дожидаясь ответа, Яблонски вновь закружил по хранилищу. Получасовые поиски не
принесли результата.
- Черт! - вырвалось у Яблонски. - Я же знаю, что две недели назад сюда привезли
ацтекскую статуэтку.
- Уже три дня, как она включена в экспозицию. Яблонски нервно рассмеялся.
- Если бы я не попросил, чтобы статуэтка побыстрее попала в экспозицию, она до сих
пор пылилась бы на полке. Ладно, пошли в подвал.
Он подошел к шахте, включил воздушную подушку, подождал, пока к нему
присоединится Флетчер, приказал доставить их в подвал. Пару мгновений спустя они оказались
в огромном подвале-хранилище, сооруженном под музеем.
Освещался подвал рассеянным светом, в тенях, отбрасываемых артефактами, свезенными
с разных миров, словно прятались инопланетные злые духи, готовые наброситься на тех, кто
посмел осквернить могилы их предков. И пусть соответствующие службы поддерживали в
подвале идеальные чистоту и порядок, вошедшего сюда не покидало ощущение, что все вокруг
покрыто тысячелетней пылью.
Чуть ли не четверть подвала занимала практически восстановленная часовня корббов,
которую Яблонски привез с Висмы. У дальней стены высился Великий змей Дорильона,
змееподобная скульптура длиной в девяносто футов, на которой в резных табличках
изображалась вся история цивилизации Дорильона. Миниатюрные размеры многих табличек не
позволяли что-либо на них разглядеть без многократного увеличения изображения.
Эти статуи и другие предметы материальной культуры заняли бы наверху слишком много
места, потому их держали здесь, пока студенты и сотрудники готовили их к выставке.
Яблонски переходил от статуи к статуе, от стенда к стенду в поисках чего-нибудь
земного. Резко остановился у длинного стола.
- Что это? - спросил он. - Я их не видел. Флетчер посмотрел на две колонны слоновой
кости.
- Точно не знаю, сэр. Их нашел Бромхелд Шеррингфорд на Внешних мирах. Не прошло
и недели, как они поступили к нам.
- Шеррингфорд? - переспросил Яблонски. - Что-то я не помню этой фамилии.
- Его экспедиция финансировалась двадцатью академическими институтами, в том числе
и нашим, - пояснил Флетчер. - Он изучал цивилизацию гуаверов на Мелине IV и совершенно
случайно натолкнулся на клад, оставленный каким-то преступником, жившим более тысячи лет
тому назад. - Он помолчал. - Согласно легендам, преступником этим был огромный киборг,
которого звали то ли Железный герцог, то ли Железный принц. Клад этот не представлял для
Шеррингфорда особого интереса, поскольку не имел никакого отношения к цивилизации
гуаверов, поэтому он разделил его на двадцать равноценных частей и разослал по
институтам. - Он указал на бивни. - Это наша часть.
- Что это?
Флетчер пожал плечами.
- Понятия не имею.
- Так пусть сюда принесут электронный микроскоп и выяснят, что это и откуда, -
раздраженно бросил Яблонски.
Через несколько минут Флетчер вернулся с довольно сложным прибором.
- Я подумал, что посторонние нам не нужны, сэр, и решил все сделать сам.
- Дельная мысль, - кивнул Яблонски. - Приступай. Флетчер включил микроскоп,
установил за большим из бивней, проанализировал высветившиеся на дисплее результаты.
- По-моему, нам повезло, сэр! - воскликнул он. - Происхождение земное!
- Органика? Флетчер кивнул:
- Углеродная основа, сомнений быть не может!
- Сделай соскоб и проведи более качественный анализ, - приказал Яблонски.
Пять минут спустя Флетчер доложил о выполнении задания.
- Происхождение земное. Гарантирую на все сто процентов.
- Прогони код ДНК через компьютер биолаборатории. Посмотрим, что мы нашли.
Флетчер включил ближайший терминал, ввел необходимые данные. Ответ не заставил
себя ждать.
- Это бивни слона, сэр.
- Слона? - повторил Яблонски. - Вымершего земного животного?
- Да, сэр. - Флетчер задумчиво смотрел на бивни. - Интересно, как они попали на
Внешние миры?
- Главное, что они здесь. - Яблонски огляделся, понизил голос до шепота:
- Сегодня же запрограммируй одного из наших роботов - АО-203, чтобы он мог
проникнуть в тессеракт и выйти из него. Я хочу, чтобы вечером ты пришел сюда, забрал эти
бивни и отнес на корабль.
- Но я же не смогу приземлиться на Гордости рай-зов незамеченным! - запротестовал
Флетчер.
- Молчи и слушай! - рявкнул Яблонски. - Моделл найдет предлог, чтобы на пару дней
покинуть планету. Ты встретишься с ним в системе Перитейн и передашь бивни и робота.
Скажи ему, что робот должен обставить все так, будто бивни - один из экспонатов музея.
Впрочем, Моделл знает, как это делается.
- А потом мне возвращаться сюда?
- Именно так.
- А как насчет робота? Мы же не можем оставить его на Гордости райзов.
- Пусть Моделл прикажет ему отойти на пятьсот миль и самоликвидироваться.
- Рано или поздно эта история выплывет на свет.
- Пусть выплывает! - отмахнулся Яблонски. - Моя задача - опорочить Пима. И я
своего добьюсь!
Минуло четыре месяца. Церемония открытия дверей музея райзов освещалась всеми
средствами массовой информации. Эфратеса Пима голографировали, фотографировали,
снимали,
...Закладка в соц.сетях
