Жанр: Научная фантастика
Пророчица 2. Пифия
...ет.
- Очень хотелось бы.
- А теперь открой глаза, Джимми.
Индеец открыл глаза и сразу же поморщился, когда нестерпимо яркий свет ударил в
зрачки... в оба: его собственного и искусственного глаза.
- Ярко слишком, - пожаловался он, сощурившись.
- Это потому, что твои зрачки расширены. Через минуту или две они
адаптируются.
- Что, операция закончилась? - спросил Индеец.
- Да. Как ты себя чувствуешь?
- Так, словно у меня был недельный запой. Все тело ломит, и голова болит.
- Нам пришлось изрядно повозиться с твоей головой. Осмотри комнату.
Индеец сделал, как ему велели, и обнаружил, что находится в просторной палате.
Медсестра, одетая во все белое, сидела в углу, внимательно наблюдая за пациентом. Судя
по боли в левой руке, он ожидал увидеть множество проводов и трубок системы
жизнеобеспечения, подсоединенных к его плоти, однако их, похоже, уже успели убрать.
Множество датчиков были подсоединены к его груди и шее, однако они вызывали скорее
щекотку, чем боль.
- Очень хорошо, - удовлетворенно заметил Тридцать Два. - А теперь подними
руку на уровень глаз на расстоянии шести дюймов от лица.
- Какую руку? - не понял Индеец.
- Любую.
Индеец поднял руку.
- Линзы адаптировались почти мгновенно, - констатировал Тридцать Два. -
Теперь поверни голову влево и посмотри в окно.
- Я что тебе, крыса подопытная? - возмутился Индеец.
- Делай, что тебе говорят, - ответил Тридцать Два. - Я хочу посмотреть, как
твое, зрение приспосабливается к неожиданному изменению освещенности.
- А потом что?
- Не понял!
- Я же не собираюсь остаток своих дней прыгать для вас через обруч.
- Я же должен проверить твой новый глаз, Джимми.
Индеец вздохнул и повернул голову, бросив взгляд в окно.
- Отлично!
- Что дальше? - угрюмо поинтересовался Индеец.
- Ничего, - откликнулся Тридцать Два. - Похоже, все функционирует
совершенно исправно. Полагаю, у тебя нет трудностей, ты хорошо меня слышишь?
- Лучше б мне вообще тебя не слышать, - буркнул Индеец.
- Насколько можно судить, операция не изменила твоего отношения к нам, - сухо
констатировал Тридцать Два.
- Мне совсем не нравится, когда у меня в голове раздается чужой голос, - заявил
Индеец.
- Это далеко не единственное, что есть у тебя в голове. Помни об этом, и мы с
тобой прекрасно сработаемся. - Индеец ничего не ответил, и Тридцать Два продолжал:
- А теперь нам предстоит обсудить кое-какие личные вопросы. Попроси медсестру
выйти.
Индеец повернулся к сестре.
- Он хочет, чтобы ты вышла.
- Сейчас. - Она подошла к мониторам и проверила их показания, затем
удовлетворенно кивнула и молча вышла из комнаты.
- Вы ее тут неплохо выдрессировали, - прокомментировал Индеец.
- Она была в палате только на тот случай, если вдруг какой-нибудь из
имплантированных механизмов откажется функционировать. Было бы весьма неприятно
очнуться в пустой комнате наполовину ослепшим, если даже и поговорить окажется не с
кем.
- Слышать твой голос достаточно неприятно.
- К этому тебе придется привыкнуть, Джимми. - Тридцать Два помолчал и
добавил: - Видишь тумбочку слева от кровати?
- Да.
- Открой верхний ящик и вытащи конверт.
Индеец подчинился.
- А теперь открой его.
- Хорошо, открыл.
- Теперь внимательно просмотри содержимое, - продолжал Тридцать Два. -
Голографический портрет сверху - Пенелопа Бейли в возрасте шести лет.
Индеец стал рассматривать изображение худенькой белокурой девчушки с
большими голубыми глазами. Она выглядела подавленной и усталой, и даже щечки
казались не по-детски бледными.
- Следующее голографическое изображение - наши компьютерные расчеты того,
как эта девушка должна выглядеть сейчас с учетом разных вариантов: набора лишнего
веса или, наоборот, резкого похудения. Мы можем только догадываться о цвете ее волос и
о том, какую прическу она предпочитает теперь носить. Но судя по форме ее скул, волосы
у нее не должны быть слишком пышными или длинными.
Индеец повертел в руках изображение и недовольно хмыкнул:
- Ваш художник напрасно тратил время. Если она и в самом деле так важна, как вы
думаете, то прежде, чем добраться до нее, мне придется столкнуться с огромным
количеством людей. И к тому времени, как я встречу эту женщину, я наверняка уже буду
иметь достаточное представление о ее внешности.
- Может, так, а может, и нет. Даже у примитивных рас известна замена вождей
двойниками. Если ты столкнешься с женщиной с карими глазами или иной формой скул,
эта голограмма может тебе помочь.
- Тогда какого черта надо было трансплантировать мне эту камеру? Ты что, не
веришь, что я смогу ее опознать?
- Думаю, у тебя есть шанс добраться до нее. Шанс, который ничем не
гарантирован. Не поручусь, что тебе хватит мастерства и ума уничтожить ее без моей
помощи... а может, даже и с моей помощью тоже. Это-то хоть понятно?
- Спасибо за откровенность, - недовольно буркнул Индеец.
- Давай говорить с тобой начистоту, Джимми. Ты принял наше предложение
исключительно потому, что это единственный выход для тебя, иначе ты бы никогда не
сумел вырваться из тюрьмы. Ты, несомненно, намереваешься забыть о нашем договоре,
как только представится возможность. Я выбрал тебя потому, что потерял слишком много
отличных, опытных агентов. Ты же более умелый обманщик и убийца, чем кто-либо из
них, к тому же потерять тебя не жалко. Мы поняли друг друга?
- Один из нас - да, - хмуро откликнулся Индеец.
- Тогда давай вернемся к делам. Следующий пункт - твои идентификационные
показатели. Мы думали о том, чтобы изменить твою ретинограмму и линии на
подушечках пальцев, однако по-прежнему оставалась проблема с твоим голосом. Если там
заметят слишком много следов хирургического вмешательства, тебя тут же заподозрят.
Мы оставляем тебе твое настоящее имя - Джимми Два Пера. Однако все сведения о тебе
в базах данных изменены, вплоть до главного компьютера на Делуросе VIII. Теперь ты
стал офицером Галактического Флота, который официально прикомандирован к нашему
посольству на Альфе Крепелло III.
- Погоди-ка минуточку. Ведь по обе стороны закона навалом народа, который
видел меня и знает меня в лицо. Как быть с ними?
- Ты полетишь прямо отсюда сразу к месту назначения, без каких-либо
промежуточных посадок. Сотрудники посольства предупреждены, что ты выполняешь
сверхсекретную миссию, и потому не будут докучать тебе вопросами. Им приказано
также не обсуждать между собой твое появление.
- И все равно я могу наткнуться на улице на джентльмена удачи или наркодилера.
- Весьма проблематично, Джимми. Ты выбыл из игры на целых два года. В среднем
охотник за сокровищами не живет так долго. Но это, - добавил Тридцать Два, - лишь
одна из причин, по которой мы решили сделать тебе операцию. Если ты засечешь когонибудь,
кто знает тебя в лицо, мы уберем этого человека с Ада в случае необходимости.
- Ад? - переспросил Индеец.
- Это неофициальное название Альфы Крепелло III.
- Звучит как очень подходящее для меня название.
- Очень в этом сомневаюсь, - заметил Тридцать Два. - Продолжим: теперь перед
тобой карта Ада. Как ты сам видишь, это относительно малонаселенная планета для мира
такой величины. Существует девятнадцать основных мегаполисных ареалов. Самый
большой играет роль столицы - город Квичанча, правда, уверен, что произношу я это
название неверно. Следующий снимок - карта улиц Квичанчи, с точным указанием места
расположения нашего посольства.
- Пифия живет в Квичанче? - поинтересовался Индеец.
- Мы так предполагаем, хотя наверняка нам ничего не известно. - Тридцать Два
помолчал. - Остальные три пакета у тебя в руках содержат информацию, касающуюся
Порт Марракеша, Порт Самарканда и Порт Маракайбо, трех спутников Ада, заселенных
людьми.
- А мне-то они на что, если я собираюсь высаживаться прямиком на Аде?
- У нас есть конспиративные квартиры на каждой из трех лун. Если предположить,
что твоя миссия удастся, тебе может понадобиться надежное место, чтобы спрятаться,
особенно если путь обратно в посольство окажется для тебя закрыт.
Индеец решительно разорвал пакеты.
- Что ты делаешь? - поинтересовался Тридцать Два.
- Давай перестанем валять дурака, - рявкнул Индеец.
- Я не понимаю тебя.
- Если у меня довольно ума и сноровки, чтобы убить Пифию, то я окажусь
чертовски опасен для вас, и навряд ли вы оставите меня в живых. В каждом из этих домов
меня будет ждать засада.
- Если я захочу тебя убить, Джимми, я просто пущу в ход устройство, которое мы
вживили в основание твоего черепа, - вздохнул Тридцать Два. - Я пришлю тебе новую
распечатку информации о трех спутниках Ада. Остался только один вопрос, который нам
еще нужно обсудить. - Он помолчал. - Ты готов продолжать разговор?
- Да.
- Тогда возьми и изучи то, что лежит в следующем конверте.
Индеец взял в руки голограмму высокого, довольно красивого человека с рыжеватокаштановыми
волосами и бледно-голубыми глазами лет около сорока.
- А это кто?
- Его зовут Джошуа Джереми Чендлер.
- Это должно что-то значить для меня?
- Возможно, ты слышал о нем. Его прозвище - Свистун.
- Не приходилось. - Индеец отрицательно покачал головой и снова внимательно
посмотрел на голограмму. - А он какое отношение имеет к Пифии?
- Он - прикрытие. - Тридцать Два помолчал. - Он - профессионал высшего
класса, пожалуй, лучший на всей Внутренней Границе. Ему придется труднее, чем тебе: я
предчувствовал, что поступит приказ уничтожить Пифию на месте, так что у него в
отличие от тебя нет никаких карт... однако для человека его способностей - это не
слишком большое препятствие. Сейчас он находится на Порт Марракеше, но если ктонибудь
и может нелегально перебраться на Ад, то он как раз такой человек. И если это
произойдет...
- Вы хотите, чтобы я с ним работал?
- Нет.
Индеец нахмурился:
- Тогда какого черта ты мне показываешь его физиономию?
- Мы надеемся, что он отвлечет от тебя внимание Пифии. Кроме того, он
секретный агент, который, согласно поступившей по моим каналам информации, уже
убил одного из ее людей, а значит, о его присутствии на Порт Марракеше она уже знает.
Кроме того, - продолжал Тридцать Два, - как я уже упоминал раньше, его цели
несколько отличаются от твоих.
- Если Пифия хотя бы наполовину так сильна, как ты ее тут описывал, то ему
никогда не вывезти ее с Ада, - с абсолютной убежденностью сказал Индеец.
- Я понимаю, что намерение похитить ее кажется по меньшей мере смешным, -
признал Тридцать Два. - Но ведь не менее нелепой кажется идея убить ее. Но если в ее
способностях есть хоть какие-то слабые стороны, то возможно и то, и другое.
- Так что же ты пытаешься мне сказать?
- Только одно, Джимми: я его ценю и не хотел бы жертвовать им... но если он
действительно сумеет добраться до Пифии раньше тебя, тебе придется убить его.
ГЛАВА 11
Чтобы пройти таможенный досмотр на Аде Индейцу понадобилось не меньше пяти
часов: голубые дьяволы напрочь отвергали концепцию дипломатической
неприкосновенности. За это время они могли запросто проверить и отпечатки его пальцев,
и ретинограмму, запросив информацию и у собственных компьютеров, и у компьютеров
своих союзников, и даже у тех компьютеров своих противников, к которым имели доступ.
И все это время допроса Тридцать Два подсказывал Джимми правильные ответы.
Наконец его все-таки отпустили, и он нашел шофера, присланного за ним из
посольства.
- Лейтенант Два Пера?
- Это я, - откликнулся Индеец, не отвечая на приветствие младшего по званию.
- Мне поручили отвезти вас в ваши апартаменты в посольстве.
- Чем быстрее, тем лучше, - проворчал Индеец. Он огляделся по сторонам. -
Какого черта? Где весь мой багаж?
- Он все еще на досмотре, сэр, - ответил шофер. - Когда они закончат его
проверять, за ним пошлют другого служащего.
- Они что там, думают, будто я какой-то контрабандист?
- Никак нет, сэр. Это их обычный способ продемонстрировать свою независимость
от Республики. - Шофер помолчал. - Кстати, сэр, мне кажется, я должен представиться.
Меня зовут Дэниэль Бруссар, и я в вашем распоряжении на все время вашего пребывания
на Аде.
- Джимми Два Пера, - усмехнулся в ответ Индеец.
- Позвольте заметить, сэр, довольно забавное имя.
- Черокское.
- Черокское? - удивленно переспросил шофер. - Это планета такая?
- Да нет, - отмахнулся Индеец. - Это... Ну-ка, давай смоемся отсюда. Историю
своей жизни ты можешь рассказать мне и по дороге.
- Пойдемте, сэр, - ответил Бруссар.
- Минутку, сынок, - остановил его Индеец.
- Да, сэр?
- Меня зовут Джимми. Меня все так зовут, и на это имя я откликаюсь. Когда ты
говоришь "сэр", мне всякий раз хочется обернуться и посмотреть: а нет ли у меня когонибудь
за спиной. - Он сделал паузу. - Если тебе надоест называть меня Джимми, зови
просто Индеец. Я на оба имени откликаюсь. Понятно?
- Да, сэр, - пробормотал Бруссар.
- Да, парень, быстро же ты обучаешься, - пробурчал Индеец себе под нос.
- Он - твой связной, Джимми. Не начинай ваше знакомство с оскорблений.
- Он меня не слышит.
- Простите, сэр... Джимми? - поправился Бруссар, оглядываясь на лейтенанта.
- Да это я так, про себя, - откликнулся Индеец. - Что-то последние дни я
частенько болтаю сам с собой. Не обращай внимания, парень.
- Как пожелаете, сэр. - Бруссар запнулся и поправил себя: - Как хотите,
Джимми.
- Отлично, показывай дорогу.
Индеец последовал за Бруссаром через маленький космопорт и вышел в душный
жаркий воздух Ада, где их уже ожидала наземная машина.
- Думаю, вам лучше сесть на заднее сиденье, - предложил Бруссар, когда Индеец,
не дожидаясь шофера, открыл переднюю дверцу.
- Я предпочитаю сидеть впереди. Вид лучше.
- Пожалуйста, сэр... - он запнулся, - ... Джимми, мне здорово попадет, если они
увидят, что вы сели впереди.
- Черт побери, - недовольно пробормотал Индеец, - кто тут первостатейный враг
- голубые дьяволы или сотрудники посольства?
- Ты и сам прекрасно знаешь, кто тут враг. И не наживай их себе еще больше.
Индеец пересел на заднее сиденье, и Бруссар повел машину по узким извилистым
улочкам, которые временами то расширялись, то снова сужались без всяких видимых
причин. Здания были не похожи одно на другое, да и вообще ни на одно строение, когдалибо
виденное Индейцем. Никакого сходства друг с другом: одни высокие, другие
приземистые, круглые, звездообразные, трапециевидные, а у некоторых насчитывалось
такое количество сторон и углов, что Индеец засомневался в существовании подходящего
геометрического термина.
Сама по себе улица была такой же странной, как и здания: сияющая твердым
керамическим покрытием у космопорта, постепенно она превращалась в ухабистую,
разбитую дорогу с рытвинами, колдобинами и выбоинами именно там, где начинался
тортовый квартал. Подъемы сменялись спусками и наоборот, керамическое покрытие
переходило в пластиковое, затем опять шли песок, гравий, булыжники и опять керамика
без всяких видимых оснований.
- Как ты, черт побери, не заблудишься в этом сумасшедшем доме?
- К этому нужно привыкнуть, - ответил Бруссар. Он резко подал в сторону:
впереди прямо по центру проезжей части бесцельно брел голубой дьявол. - Я здесь уже
два года, и почти год мне самому нужен был провожатый. Ни на одном из домов не стоит
номера, и ни одна улица не имеет названия, даже на их родном языке. - Он помолчал. -
Большинство инопланетных городов имеет человеческий квартал, в котором хоть как-то
можно ориентироваться, но здесь, на Аде, нас так мало, что посольство расположено
прямо в центре делового квартала. На вашем месте я бы не стал бродить в одиночку до тех
пор, пока не будет уверенности, что вы сможете найти дорогу обратно. Стоит только
потерять из виду здание посольства, как можно заблудиться и проплутать несколько
недель.
- По-моему, город не так велик, чтобы в нем можно было потеряться.
- Дело не в размере, а в структуре, сэр. Большинство улиц похоже на ленту
Мёбиуса, закрученную безумным градостроителем. Они бесконечно пересекаются сами с
собой, и можно идти целую милю в полной уверенности, что постоянно идешь в одном и
том же направлении, и вдруг обнаружить, что оказался в той самой точке, откуда начал.
- А далеко отсюда посольство? - спросил Индеец, когда они проезжали мимо
какого-то достаточно высокого здания, вполне подходящего на роль ориентира.
- Да не больше полумили, однако нам придется накрутить в пять раз больше,
прежде чем мы до него доберемся. - Бруссар усмехнулся. - В действительности вы
можете дойти до него куда быстрее, чем доехать. - Он помолчал. - Когда вы
привыкнете и сориентируетесь, то не будете чувствовать растерянности.
- А я и так ее не чувствую.
- Это удивительно, - пожал плечами Бруссар, - большинство новичков теряется
сначала.
- Ты когда-нибудь жевал семена, сынок? - поинтересовался Индеец.
- Нет, сэр.
- Ну тогда тебе надо обязательно как-нибудь попробовать. - Индеец откинулся на
спинку сиденья и расслабился. - Когда их нажуешься, то все улицы кажутся вот такими.
Так что этот город - нечто мне уже знакомое и родное.
- Вы меня разыгрываете, да, сэр? - спросил Бруссар, и на его молодом лице
отразились растерянность и беспокойство.
- Джимми!
- Верно, Дэниэль, разыгрываю.
Они молча ехали дальше, поворачивая то направо, то налево, объезжая острые и
тупые углы зданий, а то и вообще едва ли не поворачивая назад. И наконец Бруссар
затормозил у одного довольно заметного здания, архитектура которого, на взгляд
землянина, имела некоторый смысл.
- Вот мы, и приехали, - объявил Бруссар.
- Боже мой, окна, двери - все как положено! - пробормотал Индеец, разглядывая
здание посольства. - Интересно, а как Пифии нравится то место, где она живет?
- Осторожно, Джимми. Запомни: они не знают, зачем ты здесь.
- Тебе следовало бы расстрелять тех из них, кто настолько туп, что еще не
догадался, - огрызнулся Индеец.
- Расстрелять кого, сэр? - несколько оторопело поинтересовался Бруссар.
- Никого, никого, - отмахнулся Индеец. - Пошли. - Он дождался, пока шофер
войдет в дом, и тихо проворчал: - А ты давай побольше зуди мне в уши, они тогда точно
решат, что по мне психушка плачет.
Он вошел в огромный, элегантный, выложенный кафелем вестибюль. На стенах
красовались портреты трех последних секретарей Республики, включая и теперешнего
главу кабинета, и прекрасно выполненное изображение города-планеты, каким Делурос
VIII стал в последние несколько столетий.
Три человека в форме стояли на посту перед тремя дверьми, глядя прямо перед
собой. Бруссар проводил Индейца в большой кабинет, где чернокожая женщина, одетая в
строгий костюм, сидела за полированным хромированным столом.
- Слушаю? - сказала она, не поднимая глаз.
- Лейтенант Джимми Два Пера прибыл для дальнейшего прохождения службы, -
доложил Индеец.
- Мы вас ждали, лейтенант, - ответила женщина, даже не взглянув на него. - Вы
не включены в наше штатное расписание, поэтому вольны поступать по своему
усмотрению. Можете немного осмотреться и познакомиться со штатными сотрудниками
посольства.
- Я должен кому-нибудь доложить о своем прибытии? - поинтересовался Индеец.
Она глянула на экран компьютера на своем столе.
- Нет, вы должны докладывать по своим собственным каналам связи своему
непосредственному начальству. Посольство же обязано предоставить вам апартаменты,
еду и сопровождающего для передвижения по городу, все остальное - ваше дело.
Она, отпустила его сухим кивком головы. Бруссар вывел Индейца из кабинета, и они
направились к воздушному лифту.
- Какая приветливая, а? - не без сарказма заметил Индеец.
- Ей не обязательно быть приветливой, - пояснил Бруссар, когда они медленно
поднимались на третий уровень здания. - Это Коммандер Нгома, ведающая персоналом
посольства. - Они вышли в коридор. - Ваши апартаменты здесь, сэр, - сказал Бруссар,
поворачивая налево. Они миновали четыре двери и у пятой остановились. -
Электронный замок закодирован на ваш военный идентификационный номер, поэтому
открыть дверь я не могу.
- А как же тогда комната убирается? - с любопытством поинтересовался Индеец.
- В каждой комнате есть свой собственный робот-уборщик. Пусть вас его вид не
пугает: он похож на гибрид пня и большой змеи.
- Спасибо за предупреждение, - сказал Индеец. Он подошел к двери и с
интересом посмотрел на замок.
"293У78"31" - прозвучало у него в ухе. Он нажал необходимые буквы и цифры, и
дверь мягко откатилась в сторону.
- Очень мило, - заметил он, входя внутрь.
Длинная комната была обставлена со вкусом, но довольно просто: справа у стены
стояли кровать и тумбочка, слева - диван с двумя глубокими мягкими креслами, а прямо
у окна, выходящего в ухоженный сад, на письменном столе - небольшой компьютер.
- Это дверь в туалетную комнату, - пояснил Бруссар, - а это - в ванную.
Открываются автоматически при приближении, а дверь в ванную запирается изнутри.
- И в самом деле очень мило, - повторил Индеец, - последнее мое... место
пребывания было куда менее уютным. - И он улыбнулся Бруссару.
- Любые изменения или дополнения к имеющимся распоряжениям можно занести
в компьютер, - продолжал Бруссар. - Он включается либо голосом, либо с помощью
идентификационного номера.
- Что и говорить, - заключил Индеец, - впечатляет. Ну а теперь, как мне кажется,
пора и перекусить.
- Столовая находится на первом уровне здания, если хотите, я вас провожу. -
Бруссар помолчал. - К тому времени, как мы покончим с трапезой, вероятно, ваш багаж
уже будет на месте.
Индеец отрицательно покачал головой.
- Нет ли здесь поблизости какого-нибудь ресторанчика или кафе?
- Ресторанчика? - удивленно переспросил Бруссар.
- Ну да, ресторанчик - это, знаешь ли, такое заведение, где обычно обедают люди,
не утруждающие себя приготовлением пищи в домашних условиях, - не без сарказма
произнес Индеец. - Может быть, идея тебе знакома?
- Мне она знакома, а вот голубым дьяволам - нет. Для них процесс принятия
пищи - такая же интимная вещь, как для вас, например, посещение туалета.
- Ты что, хочешь сказать, будто во всем городе не найдется ни единого ресторана?
- удивился Индеец.
- Вообще говоря, три таких заведения существует, - ответил Бруссар. - Но все
они расположены в самой сомнительной части города, в квартале, где сами голубые
дьяволы появляются крайне редко. Заведения рассчитаны на разных инопланетян, не
только людей с Терры. Не думаю, сэр, что вам там понравится.
- Ну ладно, выбирай одно из трех, и поехали. И не переживай, правительство за все
заплатит.
- Это может быть не слишком мудро с вашей стороны, сэр, - неуверенно заметил
Бруссар. - Мы, люди, не самая популярная раса на этой планете. Только на прошлой
неделе произошел весьма неприятный инцидент между человеком и двумя канфоритами...
- Но не могу же я знакомиться с городом, сидя, здесь взаперти и не высовывая носа
из посольства.
- Я с удовольствием провезу вас по городу и все покажу, сэр.
- Местную атмосферу через окно машины не оценишь, - стоял на своем Индеец.
- Если не хочешь, то тебе совсем не обязательно идти со мной. Только объясни, как
добраться до ближайшего ресторана, вот и все.
- Я не могу вам позволить отправиться туда одному, да и полномочий обсуждать
ваши приказы у меня тоже нет. Так что, сэр, мне придется сопровождать вас.
- Отлично. Тогда едем.
Они вышли из комнаты, прошли по коридору, на лифте спустились в вестибюль и
уже через несколько секунд оказались на улице в духоте и нестерпимой жаре Ада.
- А пешком туда можно добраться? - поинтересовался Индеец. - Мне бы
хотелось немного размяться.
- Трудно сказать, сэр, и да, и нет, - ответил Бруссар. - Если идти по прямой, то
тут не больше четырехсот ярдов. Но нам придется пройти не меньше мили, прежде чем
мы до него доберемся.
- Да, - вздохнул Индеец, - на этой планете, как видно, прямой путь не самый
короткий. Показывай дорогу.
- Сэр, позвольте мне еще раз предложить воспользоваться машиной. Вы не
привыкли к жаре и можете переоценить свои силы.
- Прогулка - это самый эффективный способ привыкнуть к жаре.
Они прошли мимо странного многоугольного здания, в котором не было ни окон, ни,
по-видимому, дверей. Они завернули за угол и чуть не вошли в витрину лавки
ремесленных изделий. Там продавалось семнадцать треугольников, деревянных и
металлических, и Индеец принялся задавать вопросы.
- Это не совсем религиозные символы, - пояснил Бруссар. - Я хочу сказать, что
это не аналог креста, например. Полагаю, это скорее эмблема, что-то вроде флага или
знака отличия. Насколько можно судить, каждой этнической группе предназначена своя
форма, цвет и размер, хотя, если говорить откровенно, никто толком не знает, кланы ли
это, профессиональные гильдии или воинские формирования. Но это наиболее
распространенный символ на Аде. - Бруссар осмотрел улицу, по которой расхаживало
около сорока голубых дьяволов: куда-то целенаправленно идущих, глазеющих на
витрины, просто стоящих посреди улицы без всякой видимой причины. - Обратите
внимание, почти половина из них носит на себе треугольники. Некоторые носят их на
шее, некоторые прикалывают к одежде, а кое-кто привязывает к руке или ноге.
Индеец с интересом глянул на голубого дьявола, который в этот момент лениво
фланировал по улице, пожал плечами и пошел дальше. Через несколько шагов они попали
в волну тошнотворной вони. Индеец поморщился и заглянул в одно из зданий, где на
крюках висели туши каких-то шестиногих животных. Это весьма походило на мясную
лавку.
- Бойня, - пояснил Бруссар. - Голубые дьяволы любят мясо с душком.
- Более идиотского места для бойни просто и не придумаешь, -
прокомментировал Индеец. - Такое впечатление, что тут торговый район.
- На самом деле нет, сэр, - возразил Бруссар. - Голубые дьяволы устраивают
свои дела совсем не так, как это принято у людей. Если и есть какой-нибудь порядок, по
которому живет этот город, то я его пока не обнаружил.
- А есть ли здесь предприятия или лавки, которыми бы управляли люди? -
поинтересовался Индеец.
- Нет. - Бруссар покачал головой. - Конечно, закон не запрещает открывать на
Аде собственное дело, но, как я уже вам говорил, мы здесь -
...Закладка в соц.сетях
