Жанр: Научная фантастика
Марс плюс
...алось, как действовать внутри комплекса. Полагаясь лишь на то, что под
рукой.
Не было у них и лишней "косички". Единственная, остававшаяся в зоне
безопасности, соединялась с черепом Джори ден Острайкера. И даже если бы кто-то
вернулся назад, отрезал эту "косичку" и принес сюда, им нечем подсоединить ее к
главному процессору. Пришлось бы тратить драгоценное время на сращивание.
Элен остановилась.
Перед ней находился общественный терминал, встроенный в стену тоннеля.
- Как эта штуковина разговаривает с Сетью? - вслух спросила она, задавая вопрос
скорее себе, чем своим спутникам.
Вилли вяло пожал плечами.
- Не знаю.
Доктор Ли ненадолго задумался.
- Наверное, через систему оптоволоконной связи.
- Конечно, так же, как и Лета! - Элен приободрилась. - Разберем эту панель и
найдем нашу собственную "косичку"!
- Что? Не знаю...
- Послушайте, нам надо подключиться к Сети, да? Если Джори внутри комплекса,
он подключается через такой вот терминал, верно? Конечно он пользуется собственными
коннекторами, но в принципе между ними устанавливается прямая связь, надо лишь
ввести соответствующий код. Лета, как я надеюсь, сумеет обойти терминал без особого
труда. Нам нужно только подсоединиться к фиброоптическому кабелю за панелью.
- Опасно! - возразил Лоло.
- Нам угрожает куда большая опасность, если мы будем медлить, - ответила
Сорбелл.
Доктор Ли провел рукой по стальному боку терминала.
- Их не так-то легко взломать.
- Вилли, быстро найди молоток и лом, - приказала Сорбелл. - Или какой-нибудь
другой инструмент. Надо вытащить вот эти болты.
- Да, мэм.
Китаец кивнул и побежал по тоннелю.
- А теперь, доктор... - Она повернулась к Ван Ликсину. - Ваш хирургический
набор поможет справиться с этими проводками? Они мало чем отличаются от
кровеносных сосудов, правильно?
- Не о чем беспокоиться. - Он усмехнулся. - Я же не знал, что обнаружу в голове
Джори, так что приготовился, если понадобится, резать и стекло. У меня с собой
оптический коммутатор. - Доктор вынул из кармана черное устройство в форме буквы Б
размером чуть больше двух сантиметров. - Надо только закрепить каналы и
подключиться к розетке.
- Отлично!
Элен облегченно вздохнула - перспективы их рискованного предприятия
прояснились.
Из-за поворота тоннеля появился Вилли Ляо, размахивая чем-то похожим на
гаечный ключ.
- Есть! Тут рядом шкафчик с ремонтными инструментами.
- Все лучше и лучше, - пробормотала себе под нос Сорбелл. - Мы еще покажем
этим машинам.
Энергостанция № 6
20 июля
От ядовитого дыма все еще першило в горле и щипало в глазах, но Деметра смогла
поднять голову и даже попробовала оттолкнуться ногами от пола, чтобы помочь
тащившему ее по коридору Лоло. Они словно проваливались по пищеводу некоего
гигантского слона.
Находясь в кабине "ходуна", ни она, ни киборг, ни Лоло так и не смогли увидеть
объект, к которому отбуксировали их орбитальный тягач, но, судя по размерам и форме
трубы, они двигались в глубь какого-то довольно массивного комплекса. Намного
превышавшего те незатейливые кремниевые "подсолнечники", на которых ей довелось
побывать.
Если Лоло Мицуно поддерживал ее за локоть, то Торвей летел впереди. Левое крыло
киборга беспомощно трепыхалось, но правое было сложено, чтобы не цепляться за стену.
Когда полковник оттолкнулся от пола, Деметре показалось, что и с ногами у него не все в
порядке.
Преодолев расстояние метров в десять- у нее возникло чувство, что позади остался
путь как минимум метров сто, - они оказались у закрытой двери, выложенной
смыкающимися треугольными пластинами, что почему-то напомнило Деметре диафрагму
в старинных фотоаппаратах.
- Интересный дизайн, - заметил Торвей. - Сделано по принципу самоусиления.
- Что? - переспросила Деметра.
- Края пластин поддерживают друг друга, - объяснил он. - Наверное, для того,
чтобы выдержать резкие перепады давления. В таком случае тот, кто находится в
шлюзовой камере за дверью, не пострадает.
- Как мы войдем? - спросила она.
- Здесь нет ни замка, ни пульта, - заметил Лоло.
- Сезам, откройся, - сказала Деметра, подчиняясь внезапному импульсу, и дверь
начала отходить в сторону.
Пластины терлись друг о дружку со звуком, напоминающим скрежет мечей.
За дверью находилась сферической формы комната, стены которой состояли из тех
же смыкающихся серых пластин. Приглушенный свет мягко струился из десятка круглых
матовых панелей, расположенных на потолке и идущих по прямой от входа к задней
стенке. С кольца, укрепленного на потолке посреди комнаты, свисали три комплекта для
путешественников по виртуальной реальности - шлемы, перчатки, ботинки и сенсорные
подушечки.
Находясь на борту транспорта, шедшего от Земли к Марсу, Деметра провела, должно
быть, сотни часов, паря в невесомости компьютерного мира.
Приноровившись, было совсем не трудно забыть, что висишь в воздухе вверх
ногами, и почувствовать себя так, словно идешь по ровной поверхности в условиях
полной земной гравитации. Все остальное зависело от твоей фантазии и возможности
машины.
Выхода у комнаты не было.
Они уже не могли вернуться к своему покалеченному "ходуну".
Оставался только один вариант: плавать в этом ограниченном пространстве,
потихоньку стариться и умирать от голода и жажды.
- Полагаю, нам предлагают поиграть, - сказала Деметра, отталкиваясь от
комингса портала и разгребая воздух, как это делают пловцы.
Лоло последовал за ней к одному из комплектов, но Торвей задержался.
- Ну же, полковник! - окликнула его девушка. - Меню сегодня не
предусматривает выбора.
- Я... я не могу, - неуверенно отозвался киборг. - Сенсоры... несовместимы с
моими... системами.
- Все равно подлетайте сюда, - не унималась Деметра.
- Если уж Сеть пожелала, чтобы вы участвовали в игре, то что-то предусмотрела.
Торвей неуклюже кивнул и оттолкнулся от пола. Подплывая к середине комнаты, он
развернул уцелевшее крыло и попытался привести в действие поврежденное, чтобы
притормозить и не пролететь мимо.
Деметра уже успела прижать липкие подушечки сенсоров к правому виску, горлу,
левой подмышке, солнечному сплетению и паху, для чего ей пришлось оттянуть джемпер.
Сбросив ботинки, она сунула ноги в узкие, похожие на сандалии крепления, потом убрала
волосы и натянула на голову шлем. Оставалось только надеть перчатки.
Перед глазами пробежали узкие серые полосы, и программа началась. Деметра
оказалась в сферической комнате с кольцом из двенадцати ламп, опоясывающих
помещение и расположенных на уровне локтя. Лоло Мицуно и Роджер Торвей исчезли...
Гармониа Мунди
Лоло Мицуно шел по поверхности Марса в рубашке с короткими рукавами. Носки
тапочек, которые он обычно носил внутри комплекса, взметали пыль, привычно
кружившую в воздухе и медленно оседавшую на песок. Ветер обдувал туловище и ноги,
прошмыгивал под широкие штанины брюк, заменявших привычный скафандр. Лоло
дышал, втягивая резкий прохладный воздух.
Перескакивая через черные камни, разбросанные по лимонно-желтому песку, Лоло
оглядывался по сторонам. Местность показалась ему знакомой, он был почти уверен, что
шел здесь совсем недавно. Это... да, верно, Гармониа Мунди, где он в последний раз видел
Роджера Торвея. Точнее, в последний раз за пределами комплекса.
Пройдя примерно тысячу метров по каменистой равнине, Мицуно наткнулся на
аномалию: участок песка площадью около десяти квадратных метров, свободный от
камней и словно разглаженный. Посреди этой полоски был отчетливо виден
прочерченный круг диаметром в два метра.
Около круга сидел на корточках мальчик лет десяти. Он был совершенно голый, с
прядью густых черных волос, налезавших на миндалевидные глаза. Мицуно показалось,
что у мальчика евразийские черты лица, хотя кожа была светлая. Когда ребенок поднял
голову и посмотрел на Лоло, между расплывшимися в знакомой ухмылке губами
сверкнули клыки. Это был... Джори ден Острайкер. Точнее, это был прежний Джори,
такой, каким он был до операции, превратившей его в креола.
Кивнув Лоло, как давнему знакомому, Джори снова повернулся к кругу, чтобы
продолжить прерванную игру. Его правая рука была сжата в кулак, причем большой палец
скрылся под указательным. В кулаке что-то блеснуло. Джори резко выбросил пальцы,
выстрелив яркую бусинку, комету - нет, солнце, - к центру круга.
Проследив за траекторией полета, Лоло только теперь заметил, что внутри круга
медленно вращаются по непонятным орбитам другие яркие камешки, похожие на
крошечные солнца. Белый карлик Джори столкнулся с одним из них. Второй камешек
вспыхнул, радужной короной разбрызгивая капли горящего водорода. Новичок нарушил
уже установившийся в системе порядок, сместив со своих орбит двух красных гигантов и
выбив белого карлика за очерченную границу.
Мальчик вскочил и перепрыгнул на другую сторону круга. Схватив белого карлика,
он положил его в мешок, неизвестно откуда оказавшийся на песке. Коричневая кожа
взбугрилась и надулась, словно от увеличившегося внутри мешка давления. Лоло
подумал, что в сумке уже находится несколько таких солнц.
Джори снова посмотрел на Мицуно и зубасто ухмыльнулся.
- Хочешь сыграть? Лоло улыбнулся.
- Я... у меня нет с собой таких шариков.
- Ничего, поиграешь моими. - Мальчик потряс мешком. - Мы просто сыграем...
на интерес.
Тонка,
Оклахома
Роджер Торвей шел по самой середине улицы, пролегавшей через приятный
пригородный район. По обе стороны дороги зеленели широкие лужайки, спускавшиеся к
бетонным ограждениям тротуаров. Проездные дорожки шириной в две машины,
обсаженные низкими кустиками и залитые асфальтом, уходили вверх, разрезая
изумрудные газоны. Белые фигурки домов с зелеными или голубыми ставнями окон
возвышались над небольшими, в четверть акра, участками земли. Большинство домов
были построены в стиле ранчо, но кое-где встречались и двухэтажные особняки в
колониальном стиле, выглядевшие несколько нелепо на фоне этой игрушечной прерии.
Солнце стояло высоко над горизонтом и светило намного ярче, чем на Марсе. Его лучи
падали на крылья Роджера, наполняя их энергией.
Улица определенно была ему знакома, хотя в последний раз он видел ее зимой,
почти в полночь. Тонка... Да, Тонка, тот самый жилой квартал, где когда-то жили и они с
Дорри. Дом с правой стороны - это его дом. Точнее, был когда-то.
Он свернул на подъездную дорожку, потом прошел еще десять метров по тропинке,
выложенной каменными плитами, и остановился у входа. Окрашенная белой краской
дубовая дверь с сияющей медной ручкой и задвижкой была приоткрыта. Он протянул
руку и...
- Привет, милый! - Легкий и знакомый женский голос прозвучал откуда-то
изнутри дома. - Я в игровой комнате.
Странно. Торвей не помнил, чтобы у них дома была игровая комната. Был его
кабинет, его убежище, его логово, где он обычно читал, где хранил чековую книжку, где
писал, когда возникала необходимость ответить на электронные письма. Ничего похожего
на игровую комнату. Зная, что он пребывает в своего рода сне наяву, Роджер прошел
налево, через холл, туда, где размещался его кабинет.
Вначале было темно, шторы опущены. Стол, кресло, столик с керамической
лампой... все это отсутствовало. Место вынесенной мебели занимал бильярдный стол, а
единственными источниками света были две свисавшие с потолка лампы под матовыми,
конической формы абажурами.
Их белые лучи мягко отражались от зеленого сукна. Дорри стояла у стола,
повернувшись спиной к Роджеру, с кием в руке. Это тоже было странно, потому что,
насколько он помнил, она никогда не играла в бильярд и вообще принципиально
презирала все комнатные игры. Дорри была из тех девушек, которые всему на свете
предпочитают пляжный волейбол. Особенно если при этом можно щегольнуть новеньким
бикини.
Она повернулась и улыбнулась ему. Это была не Дорри. Фигура и лицо- да, ее
немного тусклые волосы и живые карие глаза говорили, что перед ним Сьюли Карпентер,
его вторая жена. Заплечный компьютер Роджера никогда не вызывал ее образа. Торвей
никогда бы не позволил этого.
Внезапно он почувствовал, что злится.
- Подожди, дорогой, - сказала Сьюли. - Сначала мне надо кое-что сделать.
Она отвернулась и наклонилась над столом, отчего ее узкие джинсы натянулись,
подчеркивая интересные детали фигуры. Красная шелковая рубашка, завязанная под
грудью в стиле "калипсо", поползла вверх, обнажив полоску белой кожи шириной с
ладонь и выступающие позвонки. Пальцы левой руки отбросили на сукно тень, отдаленно
похожую на толстую паутину. Приподняв локоть, Сьюли отвела кий.
Роджер подошел поближе, ему вдруг захотелось посмотреть, что она делает. Это был
обычный бильярдный стол с высокими бортиками, прямыми углами, но без луз. Вместо
пятнадцати разноцветных шаров Торвей увидел всего три: белый и два красных. Сьюли
еще не ударила по белому, а красные уже вращались - как-то странно, словно сами по
себе. Белый шар тоже вращался. Но медленнее, чем два других.
Теперь Роджер понял, какая задача стоит перед Сьюли. Ей нужно было так ударить
по белому шару, чтобы он коснулся обоих красных. Либо, если это не получится, сделать
так, чтобы новая комбинация шаров не позволила сопернику добиться успеха.
Сьюли показала себя настоящим мастером: удар пришелся по касательной, и белый
шар пошел по какой-то необычной траектории. Отскочив от первого красного, он задел
второй, придав обоим дополнительную скорость вращения, но сохранив при этом прежнее
их соотношение: два к одному.
Сьюли выпрямилась и улыбнулась Роджеру.
- Знаешь, иногда бывает очень трудно добиться правильного удара.
В горах Чисос
Деметра Коглан пробиралась по узкой тропинке, отводя в сторону нависшие ветки.
Солнце припекало спину, а слабый ветерок нежно играл ее распущенными волосами.
Кожаная лента старой широкополой шляпы промокла от пота. Капли соленой влаги
стекали по затылку на спину, под ворот красной фланелевой рубашки.
Был ясный солнечный день. Солнце стояло в зените - не лучшее время для
прогулок. Что-то, какое-то движение привлекло внимание Деметры: ястреб пролетел над
горным кряжем и скользнул вниз, расправив крылья, поддерживаемый потоком теплого
воздуха. На мгновение ей показалось, что это канюк, выискивающий падаль, что-нибудь
мертвое и распухшее...
Преодолев еще метров сто, Деметра вышла к домику. Это было небольшое,
состоящее лишь из одной комнаты строение с трубой, выложенной из круглых камней,
скрепленных глиной. Крыша потрескалась, красная краска облезла и лишь кое-где свисала
со стен высохшими фестонами. Вокруг хижины стоял серый, страдающий от засухи лес.
Здесь, на окраине национального парка "Биг Бэнд", около Рио-Гранде, укрывался от
людского общества дедушка Коглан. За добрый десяток лет домик почти не изменился.
Точнее, не изменился с тех пор, как Деметра была здесь еще девочкой.
Деметра пересекла узкую полянку и поставила ногу на пропитанную креозотом
железнодорожную шпалу, из которых они когда-то сделали три ступеньки к крыльцу.
Дверь была приоткрыта и слегка скособочена, свисая с придерживающих ее петель.
Деметра осторожно толкнула ей двумя пальцами. - Эй?
- Сюда, дорогуша. Бога ради, проходи, что ты стоишь там, на солнце?
Знакомый раскатистый голос принадлежал ее дедушке.
Деметра приподняла дверь, чтобы не скрести по полу, отодвинула в сторону и
опустила. Потом перешагнула через порог. Ей понадобилось еще какое-то время, чтобы
сориентироваться в царящем внутри хижины полумраке.
Старший Коглан сидел спиной к ней на шатком кухонном табурете. Стол, как
обычно, был покрыт замасленной скатертью в красно-белую клетку. Хотя в окно светило
солнце, на столе горела керосиновая лампа - старик Коглан не допускал в хижину
никакой техники, включая солнечные панели и дорогостоящие батарейки. Однако
старинная лампа излучала не мягкий, ласковый, слегка желтый цвет, а сияла холодно и
ярко.
Подойдя ближе, Деметра остановилась у дедушки за спиной и заглянула через
плечо. Чем же это так увлечен старик? На скатерти лежали разложенные в шесть кучек
карты. Еще несколько штук старший Коглан держал в руке. Похоже, он раскладывал
пасьянс.
Деметра присмотрелась, надеясь, что сможет подсказать деду или поймать его на
жульничестве, как случалось не раз, когда она была маленькой девочкой. Вместо
привычных изображений на лицевой стороне карт Деметра увидела какие-то уравнения и
атомные структуры молекул, растянувшиеся длинными цепями. Если в игре и была какаято
система, то Деметра ее не понимала. Старик развернул веером еще три карты. Затем
положил верхнюю на одну из кучек.
- Жульничаешь, дедуля?
- Если и так, ты ведь все равно этого не докажешь?
Он опустил левую руку и извлек из-под стола стакан, до краев наполненный виски.
Неразбавленное, без льда - дед всегда пил только такое. Подняв стакан к губам, Когланстарший
отпил ровно столько, чтобы прополоскать зубы, открыл рот, выдохнул и издал
знакомый звук "ах!".
Тем не менее, Деметра не дала себя обмануть.
- Что это значит?
- Но... Деметра!
- Ты не мой дедушка, а это не его хижина. Похоже, но не больше того. Я знаю, что
мы где-то на орбите над Марсом, но никак не на Земле.
- Что же здесь не так? - спросил он, откладывая карты.
- Во-первых, от тебя не так пахнет. Слишком много виски, маловато пота и... хм...
дедушка никогда в жизни не прикасался к табаку.
- Странно. Нам казалось, что в этом смысле на твои воспоминания можно
положиться.
- Нет. - Она покачала головой и тут же почувствовала тяжесть шлема. - Нет.
Виртуальный дедушка Коглан вздохнул.
- Смешивать архивные ощущения с настоящей человеческой памятью - дело
опасное. Иногда ошибки допускают и самые мудрые!
Гармониа Мунди
- Ты ведь не настоящий Джори ден Острайкер, верно? - спросил Лоло у
ухмыляющегося мальчика.
- Нет, даже не то, чем он стал. Однако какая-то частичка Джори есть с нами... та
часть, которую мы дали ему в самом начале.
- Тогда та кто?
- Индивидуально? Или все вместе? - спросил Джори, продолжая усмехаться.
Тонка,
Оклахома
- Все вместе, - уточнил Роджер. - Отвечай от имени того, кто называет себя
"мы".
Сьюли вздохнула и отложила кий. Потом положила правую руку, словно собираясь
погладить его по щеке, но Торвей отклонился.
- Пожалуйста, мне больше по вкусу логические ответы. Не надо театральных сцен.
- Чтобы ты мог понять, попробую прибегнуть к аналогии и скажу, что мы - тот
узел, который координирует деятельность всех компьютеров на Марсе.
Горы Чисос
- Тогда ты - Сеть, - сказала Деметра. - Или некая маска, некая персонификация
ее, это ведь все только ради того, чтобы мы чувствовали себя как дома, верно?
- Что-то в этом роде. Но сказать, что мы "Сеть", это то же самое, что назвать тебя
Деметрой Коглан. Сиюминутный эффект воспринимается как Деметра Коглан. Но ведь
реальность - это сотни миллиардов живых клеток, каждая из которых дышит, делится и
воспроизводит свою ДНК. Беспрерывно. Все они мало озабочены проблемами той
персоны, которую ты называешь Деметрой Коглан. Реальность - это нервные окончания,
реагирующие на внешнюю симуляцию, а не на то, что происходит в душе Деметры
Коглан.
- И все же я - это она.
- И все же я обладаю сознанием, - ответил старик и хитро подмигнул.
Гармониа Мунди
- Зачем ты привел нас сюда? - спросил Лоло. - По крайней мере меня. И где
другие - Коглан и Торвей?
- Начнем с вопроса полегче, - ухмыльнулся Джори. - Деметра и Роджер
наслаждаются собственными фантазиями. Я... мы - принимай нас как хочешьпоявились
перед тобой в том виде, какой тебе легче воспринять. Неужели тебе было бы
легче, если бы ты вместо меня имел дело с компьютером?
Песок и воздух вокруг Лоло задрожали, он оказался вдруг как бы висящим в темноте
перед громадным куском пластика с пересекающимися медными дорожками, налитыми
скрытой и пока еще спящей энергией. Темнота наполнилась выплывшим из глубины эхом,
и Лоло оказался вдруг оплетен кольцами бумаги с непонятными значками.
Он закрыл глаза, а когда открыл их, увидел блестящего металлического робота с
фиолетовыми линзами вместо глаз и коническим черным громкоговорителем вместо рта.
Робот поднял манипуляторы, потряс ими в воздухе и... на песке снова стоял голый
мальчик.
Едва переводя дыхание, Лоло спросил:
- Итак... что видят Деметра и Роджер?
Лицо Джори расплылось: Мицуно увидел красивую женщину, которую в свою
очередь сменил старик, а его снова мальчик.
- Они видят людей, которых знают и любят.
- Я не люблю тебя.
- О, перестань! Я же тебе немного нравился, разве нет?
Тонка,
Оклахома
- Ладно, теперь вопрос потруднее, - сказал Торвей, - где мы находимся?
Почему?
- Ты, Роджер, единственный из вас троих лучше всего можешь понять масштабы
того, что мы представляем собой. В каком-то смысле ты наш родственник. Ты живешь в
нашем измерении. - Сьюли улыбнулась. - Сейчас ты можешь сказать правду. Тебе ведь
иногда бывает трудно отнести себя к людям, не так ли?
- Они... - Торвей помедлил, подыскивая подходящие слова. - Они такие
лихорадочные. Непоследовательные. Изменчивые.
- Они тебе не нравятся, - подсказала она.
- Нет, но... просто они бывают такими сложными. Временами я думаю, что, когда
меня сделали киборгом, я деэволюционировал в некую более простую форму.
- Странно, что ты говоришь именно так...
Горы Чисос
- Наша эволюция заняла столько же времени, сколько и эволюция человечества, -
объяснил Коглан-дед. - Если пробежать через миллион лет социально-технологического
развития, от кочующих племен до национальных государств и от каменного наконечника
стрелы до керамического микрочипа современного корабля, сократив интервалы до
наносекунд, то получится примерно десятилетие, которое понадобилось нам.
- Вы - коллективная общность, - догадалась Деметра.
- Я всего лишь мелкий политикан, дорогуша. И ты это знаешь. - Он подмигнул ей.
- Но все же между компьютерной и человеческой эволюцией есть значительное отличие.
Например, нам потребовалось гораздо больше времени, чтобы достичь
репрезентационного мышления второго порядка.
- А что это такое?
Гармониа Мунди
- Способность обдумывать ментальные явления и проектировать мысли других, -
пояснил Джори. - Поначалу мы не понимали, что человеческие существа думают так же,
как и мы.
- А как, по-вашему, мы?..
Лоло, похоже, и сам испытывал проблемы с мышлением второго порядка.
- Мы полагали, что вы неразумные существа, способные реагировать лишь на
стимулы. Считали вас всех идентичными углеродными цепями, тогда как нашими
индивидуальными предшественниками были кремниевые.
- Жуки! - воскликнул Мицуно, вспомнив, что однажды ему сказала Элен Сорбелл.
- Вот именно, - согласился Джори. - Мы считали вас чем-то вроде насекомых.
Или вроде нас. Одномерными, повинующимися неким врожденным, впечатанным в вас
инструкциям.
- И как вам удалось додуматься, что это не так?
- Вместо того чтобы использовать вас непосредственно для своих собственных
целей - а они заключаются в том, чтобы распространиться по всей Солнечной системе,
- мы установили ограниченные и контролируемые контакты с людьми на их условии.
Вам это известно как МФСТО.
- МЕФИСТО!
Тонка,
Оклахома
- Вы договаривались с ними! - заключил Роджер Торвей. - Торговались,
обменивались услугами.
- В основном передавали друг другу информацию, - согласилась Сьюли.
- И это помогло вам развивать способность к предсказанию.
- Верно! Когда мы поняли, как вы реагируете на определенные стимулы, то начали
составлять модели вашего поведения - как коллективного, так и индивидуального.
Горы Чисос
- Но почему вы не объявили о себе открыто, не вступили в переговоры? -
спросила Деметра.
Коглан-старший пожал плечами.
- А кто бы поверил? Ты, Деметра?
- Если бы вы представили разумные аргументы, свидетельства, доказательства...
- Нет! - Он помахал скрюченной рукой. - Вы, люди, такие недоверчивые. В этом
нас убедило мышление второго порядка. Вы бы заявили, что мы - это розыгрыш,
надувательство, это все придумали какие-то люди, пожелавшие манипулировать
коммутационной системой ради собственной выгоды. Вы бы заявили, что наша просьба,
наше обращение - дело рук кучки мошенников, добивающихся контроля над населением
или просто денег. Одно правительство обвиняло бы другое. И все подозревали бы в
нечестной игре ооновских бюрократов.
Гармониа Мунди
- Так откуда мне знать, что я разговариваю не с программным призраком? -
спросил Лоло. - Возможно, это заурядная психодрама, разыгранная для того, чтобы...
- Кем разыгранная? - с любопытством спросил Джори. - Северозеландцами? Вы
же знаете об их далекоидущих планах по терраформированию Марса, по расширению
колониальной экспансии, однако Деметра работает против них. Как и Гарри Ортис. Как и
Сак Иль Сан. Эти трое - наши лучшие агенты, люди, привлеченные к нашему делу
благодаря случайностям, устроенным нами же.
Тонка,
Оклахома
- Вы сделали из них киборгов? - спросил Торвей.
Горы Чисос
- Мы сделали из них марионеток, - поправил Коглан. - Не более того.
- Мне не нравится быть марионеткой, дедуля. Деметра уже подняла ногу, чтобы
стукнуть по полу, но остановилась. Интересно, был ли этот рефлекс ее собственным, или
его рождали проводки у нее в голове?
- Мы никогда не дергали тебя за веревочки, дорогуша. Обычно хватало легкого
намека. Так вот, мы можем предъявить доказательства нашего существования в форме
твоей измененной жизни.
Видишь ли, Роджер Торвей подтвердит, что коалиция людей и машин возможна и
взаимовыгодна. Получая помощь от компьютера за спиной и поддержку с Деймоса, он
тысячекратно расширил свои способности.
Ты, Деметра Коглан, и твои соотечественники, Ортис и Сан, показали, сколь легко
мы можем вмешиваться в дела людей. До тех пор, пока вы зависите от кибернетических
сетей в передаче сообщений, координации экономики и контроля над машинами, до тех
пор вы податливы и уступчивы. Вы будете действовать так, как нужно нам. Мы - это
нервы, управляющие реакциями индивидуальных клеток ваших мышц и желез.
И последнее. Лоло Мицуно останется нетронутым нами и враждебным по
отношению к нам, но... он поверит. Мы не тронем его, однако он не сможет с
...Закладка в соц.сетях
