Жанр: Научная фантастика
Год черной собаки
...эпохи, но мешал, как отозвался сей великий и скромный
человек, дурацкими вопросами. Даже, как Адам и Ева из рая, изгонялся из
лаборатории и отправлялся почивать... на лаврах.
- Хватит ребячиться. - Доктор встал. - Он проснется спустя час-полтора.
Пойду что-нибудь съем, живот подвело. Там, кажется, есть сандвичи с
ветчиной?
- Вы достойны не каких-то черствых бутербродов с вчерашней свининой, а
шербета и нектара.
- Да полно уж. Посидите тут. - Он направился к двери. - Я и ему
приготовлю заодно - проснется голодным как волк.
- Как вы думаете, сколько времени уйдет на восстановление органов?
- Месяц, а может, и два. Откуда я знаю?
- Ему все можно есть?
- Да.
- Не потолстеет? Статистики утверждают: сейчас во всем мире наметилась
тенденция к излишней полноте.
- Не знаю, как вы, а я статистикой сыт по горло. Порой это очередной
блеф для околпачивания простаков.
- То есть?
- Вы слышали такую присказку: существует ложь малая, средняя, большая и
статистика.
- В чем ее смысл? - Уваров поднял брови.
- В том, что по статистике на меня с Фордом приходится по миллиарду
долларов. На самом же деле у него два, а у меня фига. Понятно?
- Не в деньгах счастье, доктор, вы сами сокровище.
- Хватит курить фимиам, я удаляюсь.
- Почивать на лаврах?
11. ЛЮБОВЬ, ЛЮБОВЬ...
Минуло полтора месяца. Грег уже вставал и не только ходил, но и бегал
по утрам, занимался физическими упражнениями под неусыпным контролем
доктора.
Неожиданно в коттедже появился посланец от профессора. Молодой,
небольшого роста, смуглый, черноглазый и улыбчивый сириец. На слишком
правильном английском языке, смягчая гласные и слегка картавя, он заявил:
"Эдвин прислал за собаками и поручил передать, - сириец преисполнился
важности и ответственности, - послание мистеру Грегу". Достал из плоской
картонной папки длинный узкий конверт и вручил с почтительным поклоном.
Профессор извещал: если позволят обстоятельства, а он на это весьма
надеется, в середине следующего месяца на день-два навестит друзей.
Излишне упоминать - предстоящая встреча с Эдвином привела всех в
восторг.
Грег написал короткий ответ: поблагодарил за содействие и сообщил, что
будут не только рады визиту, но и желательно выслушать авторитетное мнение
его по некоторым материалам Смайлсов.
Сириец, забрав письмо и догов, не преминул, излучая доброжелательность,
заявить: был польщен провести несколько часов в обществе столь
образованных и уважаемых людей. Тепло попрощался и убыл.
Вечерело. В комнате Грега собрались обитатели дома. Под потолком ярко
горели плафоны дневного света. Шторы опущены. Нагоняя прохладу, гудел
кондиционер. Запах лекарств почти выветрился. На столике стояли
раскупоренные банки пива и тарелки с закусками.
- Не увлекайтесь этим, Фрэнк. - Эдерс бровями указал на банки. - Не
увлекайтесь. Все хорошо в меру.
Грега уложили на кушетку.
- Друзья! - Доктор взял руку пациента и пощупал пульс. - Я намерен
проинформировать вас: эксперимент по восстановлению кисти и глаза
завершился удачно. Если не считать, что ваш покорный слуга, то есть я,
похудел на пять килограммов и страдает бессонницей. Если в ближайшее
время, в одну-две недели, не появится каких-либо побочных явлений или
осложнений, будем считать гипотезу Смайлсов о способности человеческого
организма к регенерации при создании определенных условий подтвержденной.
Мы с Мишей составили подробную методику лечения. Я имею в виду глаз и зуб.
У нас имеется также подробная история болезни. Но не премину заметить -
это не дает права судить аналогично о восстановлении внутренних органов,
таких важных, как сердце, печень, желудок и других. Это остается
постулатом, то есть гипотезой, которую пока в принципе нельзя ни доказать,
ни опровергнуть. На ней, разумеется, до поры до времени поставим крест.
Вернемся к нашим опытам. Покажите руку, Фрэнк, - с некоторых пор доктор
чаще называл всех по именам.
Грег выпростал из-под простыни руку.
- Убедитесь. - Эдерс положил на ладонь кисть Грега. - Правая от левой
отличается разве по цвету кожи. Со временем они сравняются. Почаще держите
ее на солнышке. Пошевелите пальцами. Сожмите в кулак.
Грег проделал все, что требовалось.
- Чувствуете ли какие-то неудобства?
- Нет. Но еще не привык к тому, что у меня снова есть пальцы.
- Систематические упражнения, лечебная физкультура сгладят ощущение. А
как вы видите?
- Превосходно. - Грег вытаращил глаза. На веке нового глаза ресницы
были чуть-чуть короче. - Ну, доктор? - Грег сел. - Я могу сложить
обязанности подопытного и приступить к своим занятиям?
- Можете. - Эдерс погладил усы. - Можете, Фрэнк.
- Тогда давайте кратенько подведем итог. Что у вас сделано, Миша?
- Все. - Уваров рубанул ладонью воздух. - Изготовлена аппаратура, какую
намечали: прибор РУ и аккумулятор для наведения Т-поля, разумеется, и сама
установка. Остальное подготовлено к уничтожению.
- Та-ак. - Грег наклонил голову. - А у вас, Макс?
- Как и договаривались. Правда, хотелось бы испытать на человеке
действие аппарата РУ в режиме "усыпление", а также возможность увеличения
мышечной ткани. Здесь, думается, нас не ожидают неприятные сюрпризы, хотя
все возможно, но риск значительно меньший. Для опытов мы готовы, можно
начинать хоть сегодня.
Трель звонка у входа заставила всех вздрогнуть и переглянуться.
- Кто бы это? - Грег встал, отодвинул штору и попытался разглядеть
того, кто стоял у двери. - Ничего не видно - маркиза мешает. - Он подошел
к столику, где лежало оружие. - Посмотрите, Мартин, кто там. Спросите не
открывая. Уваров, подстрахуйте.
Негр и русский, стараясь не шуметь, сошли вниз. Через минуту донесся
голос физика:
- Телеграмму доставили.
- Странно. От кого? Профессор накануне прислал письмо. Больше вроде бы
адреса никто не знает.
В дверях показался Мартин и протянул Грегу голубой бланк.
- На ваше имя.
- Надеюсь, не от аглицкой королевы? - пошутил Уваров. - Тогда бы ее
вручал лорд в сопровождении оркестра и стражи в высоких медвежьих шапках.
Грег разорвал ленты и прочитал вслух:
"Буду пролетом в вашем городе. Безумно хочу видеть. Ваша Юта Шервуд".
- Кто такая Юта Шервуд? - Доктор вопросительно взглянул на Грега. - Еще
одна из галереи обездоленных?
- Это настоящее имя Моники, помните, той молоденькой официантки из
"Гонолулу".
- Разболтал, - словно про себя произнес Эдерс. - Разболтал. Вот оно, -
он укоризненно покачал головой. - Эх любовь, любовь.
- Никакая это не любовь, - проворчал Грег. - Впрочем, ваше личное дело,
решайте сами, как следует поступить в этом случае.
- Все они, - буркнул Уваров.
- А чего решать? - Мартин взял телеграмму. - Девушка, по словам Фрэнка,
порядочная, ее, несомненно, надо встретить и приютить. Вдруг требуется
какая-то помощь? И вообще...
- Никакая ей помощь не нужна, - ухмыльнулся доктор и подмигнул. -
Девчонке нужен Фрэнк. Она влюбилась в него до потери сознания. Я еще там
заметил. Правда, Миша? Помните?
Физик кивнул.
- Она тогда смотрела на его мужественный профиль, словно это сам Иисус
Христос. А теперь, когда он предстанет в столь импозантном обличий,
пардон, Фрэнк, без физических недостатков, вообще, - он пожал плечами, -
даже не представляю, что с ней произойдет.
- Ей неизвестно, чем мы тут занимаемся. Я ни во что ее не посвящал, -
ответил Грег, - адрес дал на всякий случай.
- Тем более. - Мартин повернулся к Грегу. - Вам следует ее встретить.
Девочка впервые в этих местах, мало ли что может случиться. Поезжайте,
Фрэнк.
- И я с вами. - Эдерс приосанился. - Любопытно, знаете ли. Чему вы
ухмыляетесь, Фрэнк? Вполне естественная и чисто человеческая
любознательность. Не те у вас мысли. Не те. Вечно вы пытаетесь исказить и
извратить истинное положение вещей.
- А я хоть умирай? - обиженно протянул Уваров. - Они отправятся
встречать очаровательную девушку, а мы с Мартином стряпай парадный обед?
Хорошенькое дело, только и остается развести ручонками и посыпать пеплом
головенку.
- Поезжайте и вы, Миша, - предложил Мартин. - Я прекрасно управлюсь
один, развейтесь немножко.
- Решено! - кивнул Грег. - Завтра утром едем вместе в аэропорт.
Закончили с этим. Подумаем о дальнейшей работе.
- Чего думать? - Эдерс вытянул вперед ладони. - Уварову свои
исследования свернуть. У меня для оставшихся экспериментов все на ходу -
их проведем, как только нас покинет симпатичная гостья.
- Над кем их осуществим? - спросил Уваров.
- С мышцами, я думаю, над Грегом - он окончательно не избавился от
действия Т-поля, что немаловажно. Освоился с ролью подопытного и
представляет весьма покладистый объект.
- А вы говорили, - начал Грег, но доктор перебил:
- Чу, чу, чу. Я знаю, что говорил - вы меняетесь. Ну а с сонными
лучами? Разве над Мартином?
- Почему над ним? - Уваров взглянул на доктора.
- Вдруг откажет аппаратура? Кто устранит неисправности? Я? Грег?
Мартин? Мы в этом не разбираемся - специалист вы, чем и обоснована его
кандидатура.
- Но он же час спустя проснется сам! - не сдавался Уваров.
- А если нет? Вы поручитесь на сто процентов? То-то!
- Согласен.
- Чудесно. - Доктор поднялся. - Несите прибор РУ.
Прибор, который Уваров положил на стол, напоминал зажигалку "ронсон". В
центре небольшой, похожий на объектив, цилиндрический выступ. Наверху
прозрачный колпачок, закрывающий кнопки.
- Прекрасно сделано. - Грег повертел аппарат в руках. - Вы
действительно замечательный мастер экстра-класса, прямо ювелир.
- Спасибо Мартину, он снабдил необходимыми материалами и инструментами,
- русский с благодарностью улыбнулся негру. - Можно начинать?
- Да, пожалуйста.
- Объясняю порядок опыта. Сначала погружаем Мартина в сон, во время
которого доктор снимает нужные ему характеристики. Будим - спрашиваем
впечатления. Снова усыпляем, но не будим, ждем, когда сам проснется. Тоже
ведем наблюдения. Доктор, я ничего не перепутал?
Эдерс молча кивнул.
- Мартин! Вы сами-то, извините, что раньше не спросили, согласны на
эксперимент?
- Конечно. Какие разговоры?
- Тогда я начинаю. Мартин, встаньте на середину ковра. Готовы?
- Да.
Уваров нажал кнопку. Мартин, словно у него подогнулись ноги, медленно
опустился на ковер. Голова упала на вытянутые вперед руки.
- Он спит. - Эдерс приподнял ему веко, затем взял за запястье. -
Обратите внимание - он не рухнул как подкошенный, а тихонечко, я бы сказал
даже, осторожненько опустился на пол. Сознание отключается мгновенно, а
вот движения срабатывают плавно, видно, действует какой-то инстинкт
самосохранения. Никаких внешних изменений: бледности, потливости, судорог.
Да и поза - не как на душу положит, а вполне удобная. Пульс уже двадцать и
еле-еле прощупывается.
- Но он же не дышит! - закричал Грег.
- Дышит. Дышит, но очень экономно, как при летаргии. Я же объяснял:
организм функционирует в одну восьмую своих сил. Он по-настоящему
отдыхает. Наверное, никаких сновидений, чувства заторможены, не ощущает
боли. - Доктор взял со стола иглу и глубоко всадил ее в плечо негра. -
Никакой реакции.
- Будите его. Ну вас к шутам, хватит, - забеспокоился Грег.
Уваров надавил кнопку.
Мартин открыл глаза, зевнул, сел и, шаря вокруг руками, произнес с
досадой:
- Куда же я его дел?
- Что вы ищете?
- Ключ обронил от входной двери, - ответил он. - А когда станете меня
усыплять?
- Вы уже спали, - ответил Эдерс.
- Не разыгрывайте, - усмехнулся Мартин и встал, держа ключ в руках. -
Когда вы успели?
- В таком случае, как вы очутились на полу?
- Я же сказал - обронил ключ и искал. Усыпляйте.
- Во-о! - закричал доктор. - Я это предполагал, но не знал, в какую
выльется форму. Он ничего не заметил, а сиденье на полу объяснил весьма
разумно - искал ключ, который не ронял. Мы видели - он выпал из кармана
после того, как Мартин заснул. Что отсюда следует?
- Да, что? - на этот раз вопрос задал Уваров.
- А то! - Эдерс поднял палец. - Что человек как бы вырывается из
текущих событий. Процесс полностью исключается из сознания. Объект даже не
подозревает, что с ним что-то происходило. Момент усыпления и момент
пробуждения стыкуются, а период сна выпадает начисто. Ну а боль
чувствовали?
- Какую еще боль? От чего?
- От укола иглой. - Доктор коснулся плеча, где запеклась капелька
крови. - Вот здесь.
- Да перестаньте разыгрывать. Ничего со мной не случалось. Вы
действительно меня кололи?
- Колол, каюсь, ради науки. - Эдерс провел языком по верхней губе. -
Надеюсь, комментарии излишни. Давайте вторую стадию. Мартин, сядьте,
пожалуйста, в кресло и запомните, что сидите именно здесь.
- Как вам угодно. - Негр прошел к стене и уселся в кресло.
- Но как же организм не реагирует на столь резкие скачки в ритме? -
удивился Грег. - Сначала тонус стремительно падает, затем столь же
стремительно, без всякой адаптации возвращается в нормальное состояние.
Удивительно. В обыденной жизни организм весьма резво отзывается на смену
климата, погоды, часовых поясов, уровня над морем. Вспомните об адаптации
космонавтов после длительных полетов. Некоторые это переживают болезненно
и даже весьма.
- Спросите что-нибудь полегче. - Эдерс пожал плечами. - Еще одно
подтверждение: мы не знаем возможностей своего же собственного организма.
До конца не познали сами себя, ни своих физических, ни психологических
сил.
- А их можно познать до конца?
- Сомневаюсь. - Доктор скривил губы.
- Сомнения - удел людей незаурядных. - Грег покосился на Эдерса. - Лишь
невежды категоричны и безапелляционны в своих заявлениях. Однако
продолжим. Действуйте, Миша.
Физик нажал кнопку. Мартин опустил веки и чуть-чуть склонил
голову-набок.
Положим его на диван и пусть спит. Или лучше отнесем наверх, пусть
потом попробует объяснить, как там очутился.
Мартина отнесли в комнату, где проводили эксперименты над Грегом, и
уложили на кушетку.
- Я останусь и буду наблюдать, - сказал Эдерс, - а вы через часик
приходите...
Мартин проснулся спустя полтора часа. Все стояли подле него и ждали
заключения доктора. Негр сел на кушетку, потянулся и, посмотрев вокруг,
спросил:
- Надо что-нибудь?
- Вы о чем? - поинтересовался Грег.
- Я спрашиваю, что-то требуется, раз вы прибежали? Проголодались? Я и
отлучился-то прилечь на какую-то минуту.
- Вы никуда не отлучались. Сидели внизу в кресле. Вас усыпили и
доставили сюда. И произошло это не минуту, а почти два часа назад, - начал
объяснять ему Эдерс.
- Сговорились? - Мартин усмехнулся. - И не совестно подшучивать над
стариком? Трое на одного - разыгрываете? И вы, Брут? - Он укоризненно
взглянул на Фрэнка.
- Мартин, клянусь, вас никто не разыгрывает. - Грег потряс его за
плечо. - То, что сказал доктор, правда.
- Не может быть, - удивился Мартин. - Я уверен, что пошел прилечь, но
уж, во всяком случае, заснуть-то не успел. Странно.
- Как чувствуете?
- Превосходно. Впечатление такое, словно на миг смежил веки и открыл
снова. Чувствую себя бодрым и здоровым.
- Надеюсь, комментарии излишни? - Эдерс с торжеством окинул
присутствующих взглядом. - Могу добавить: ночью он не сомкнет глаз,
организм отдохнул в полной мере, как если бы Мартин проспал крепким и
здоровым сном восемь часов. Сейчас органы работают нормально. Убирайте,
Миша, свои причиндалы и пойдемте ужинать, а на заре отправимся встречать
нашу знакомую...
Яркое солнце слепило глаза, казалось - от его лучей выцвело небо. На
белые алебастровые стены аэровокзала невозможно было смотреть. Жара еще не
достигла максимума, но начинало здорово припекать. Люди попрятались в
тень. От темно-зеленых, похожих на поставленные торчком продолговатые
еловые шишки кипарисов струился густой, смолистый и терпкий аромат.
Едва "лендровер" затормозил у конца ограды, друзья увидели Юту. Она
стояла справа от входа, под сенью разлапистого, усыпанного розовыми
цветами рододендрона. Ей очень шла голубая форма стюардессы. Мини-юбка еле
прикрывала обтянутые телесного цвета нейлоном длинные красивые ноги. Через
плечо перекинут ремень белой дорожной сумки с ярким рисунком. В руке
солнцезащитные очки. Крошечная пилотка с серебряными крылышками держалась
на ее головке каким-то чудом.
- Словно на рекламе: "Летайте самолетами фирмы "Альбатрос". - Уваров
удовлетворенно хмыкнул. - Воплощение изящества.
- Впервые пожалел, что не обладаю даром художника. - Эдерс причмокнул
губами. - Написал бы красочное полотно в современном стиле и назвал бы
его: "Мисс XX век".
- Не тянет она на это звание. - Русский откровенно любовался девушкой.
Вздохнул и произнес в раздумье: - Не типична. Отсутствуют затасканные
джинсы, стоптанные кроссовки и вульгарная неряшливость. Да и не намазана.
- Вы, Фрэнк, ступайте-ка вперед, - предложил доктор. - Посмотрим ее
реакцию на ваше теперешнее обличье.
- Может, стоит сначала подготовить? - засомневался русский. - Слишком
необычно, как обухом по головенке. Вдруг...
- Подумаешь. Нежности. К радости не готовят, - заявил безапелляционно
Эдерс. - Смелее, Фрэнк, чего вы растерялись?
Грег расправил плечи, приосанился и решительно направился к девушке. Он
приближался сбоку, она его не видела - взгляд устремлен на шоссе, откуда,
надеялась, и появятся встречающие.
- Здравствуйте, Юта. - Фрэнк протянул ей букетик искусственных фиалок.
- Приветствуем вас в стране фараонов.
Услышав знакомый голос, девушка порывисто обернулась. Мелькнула
радостная улыбка. Затем лицо мгновенно побелело. Рот приоткрылся в
застывшем вскрике. Шагнула вперед, качнулась и упала на руки оторопевшего
Грега.
- Я же говорил! - воскликнул Уваров.
Юта медленно подняла вздрагивающие веки. Лицо порозовело.
- Боже мой, мистер Грег - это вы? - Она, точно не веря, обвела взглядом
друзей и снова опустила веки.
- Я, Юта! - Грег подхватил ее на руки и закружил.
В "лендровере" - его вел Уваров - Юта окончательно пришла в себя.
Сжимая руку Грега в своих мягких ладонях, тихо спросила:
- Что случилось, мистер Грег? Как произошло чудо?
- Во-первых, никакого мистера, меня зовут Фрэнк, вам это известно.
Во-вторых, рядом с собой вы видите великого исцелителя, знаменитого и
скромнейшего доктора Макса Эдерса и не менее выдающегося его верного
ассистента Мишу Уварова. Вы же знакомы с ними, Юта?
- Извините, я так растерялась, даже не поздоровалась. Простите меня.
Здравствуйте. Спасибо вам. Какое счастье.
- Да полно уж, - засмущался доктор. - Что тут особенного?
- Как я рада. - Она провела пальцами по загорелой щеке Грега. - Боже,
как я счастлива. - На ресницах заблестели слезы. Она всхлипнула и закрыла
ладонями лицо...
В распахнутых настежь дверях стоял Мартин. На фоне темного проема будто
сами по себе выделялись белые ровные зубы, белые шорты и рубашка. Голова,
обнаженные руки и ноги сливались с темнотой, и создавалось впечатление,
что одежда висит в воздухе. Увидев выходящую из "лендровера" девушку,
Мартин сбежал с крыльца и сразу обрел реальный образ. Негр поднял вверх и
в стороны руки и направился навстречу. Лицо сияло.
- Добрый день, мисс Шервуд. - Мартин обнял ее узкие плечи. - Проходите,
добро пожаловать. Поднимайтесь наверх, ваша комната первая справа, там
приготовлено все необходимое. Если желаете, приведите себя в порядок. -
Придерживая за локоть, помог ей вступить на лестницу и, обернувшись к
остальным, бросил:
- Обед поспел, стол накрыт, пять минут на разные мелочи, не
опаздывайте.
Через некоторое время разместились за столом. Мартин постарался на
славу, чего только тут не было. Среди блюд с различными деликатесами, от
которых шел аппетитный пряный аромат, стояли вазы с цветами и
экзотическими фруктами. Замысловатыми этикетками поблескивали бутылки с
прохладительными напитками.
Эдерс и Уваров сидели напротив Грега и Юты и искоса рассматривали ее,
не пытаясь даже скрыть своего восхищения. Девушка действительно была
хороша. Она переоделась в белое с серебряной ниткой сафари и легкие
босоножки на тонких высоких каблуках. Пушистые волосы крупными каштановыми
волнами струились по плечам. Маленький рот с ярко-красными губами
приоткрыт, зеленые глаза излучали радость.
- Я заходила к миссис Кребс. - Юта взглянула на Фрэнка. - У них все
благополучно. Стив просто прелесть, спокойный и рассудительный мальчик,
уже читает книжки. Для вас письмо. - Она достала конверт и положила перед
Грегом.
- Спасибо, Юта. - Грег взял письмо и передал Мартину. - А что у вас
дома? Как в полетах на новом месте?
- О-о-о. - Она оживилась. - Дома отлично. Работа очень интересная,
большое вам спасибо. - Благодарно дотронулась до его руки. - Это наш
последний рейс в Африку. С конца месяца станем летать в Европу по новому
маршруту, но обратно все равно возвращаться через Каир. Сейчас усиленно
занимаюсь французским, немецкий знаю с детства. - Она оглядела холл. -
Значит, здесь жил знаменитый профессор Эдвин?
- Все разболтал, - тихо, с упреком произнес Эдерс. - Вот и храни с
такими тайны. То, что известно женщине, известно миру.
- Да, Юта, - ответил Грег. - Он теперь в экспедиции в Сирии, а мы у
него гостим, профессор любезно пригласил нас отдохнуть.
- И долго тут пробудете? - Девушка подняла на него большие, как крупные
изумруды, глаза.
- Не очень, - уклончиво ответил Грег. - В зависимости от обстоятельств
и настроения нашего дорогого доктора.
- Так уж, - потупился Эдерс, но ему явно было приятно выглядеть столь
значительно.
- Когда я путешествовал по Советскому Союзу, то обратил внимание: там в
стюардессы берут лишь самых симпатичных и умных девушек, - неожиданно
выпалил Уваров, поперхнулся и засмущался. Веснушки на носу словно
бросились врассыпную.
- Ох, господи, Мишель, вы невыносимы. Прямо помешались на Советском
Союзе, - раздраженно заметил доктор. - Заладили: в России то, в России се.
Голода нет, по помойкам не лазят, людей любят, а теперь уж и стюардессы
красивее.
- Я не говорил красивее, - вспылил физик. - Таких, как мисс Шервуд, не
встречал. - Он запнулся и наклонил голову.
Юта мило покраснела и опустила длинные и густые ресницы.
- То, что творится где-то у черта на куличках, нас совершенно не
касается. У соседей всегда лучше, - сказал Эдерс.
- Нет касается! - взорвался Уваров. - Мы не твари бессловесные, а
человеки разумные и за все в ответе. Именно должны, если угодно, обязаны
даже вмешиваться в то, что при нас происходит. Лишь тогда и можно считать
себя гражданином. Я убежден: люди завтрашнего дня - продолжатели вековой
работы человечества - наследники его культуры и отвечают за все.
- Боже мой! - Доктор воздел руки к потолку. - Тут за себя-то не знаешь
как ответить, а он, извольте, за человечество. Мы слишком малые величины,
как те ваши частицы.
- Нет, не малые! - Щеки русского порозовели. - Если мы всем миром
навалимся, то...
- Да полно вам! - Мартин умиротворяюще потряс ладонями. - Успокойтесь и
ешьте, зря я, что ли, старался. Да и чего заспорили, когда у нас такая
дорогая гостья? Ей ваши перепалки неинтересны и скучны. Прекратите.
- Ну отчего же, - слабо возразила Юта.
- Предлагаю, - негр помахал над головой руками, - в честь нашей
очаровательной гостьи сегодня отдыхать. Сотворю изысканный ужин, послушаем
хорошую музыку, потанцуем, а может, и споем. А? - Он окинул всех ласковым
взглядом.
- Мартин! - Грег чмокнул его в щеку. - Вы всегда предложите именно то,
что требуется. Признаться, не танцевал и не пел целую вечность.
- Ха! Потанцуем. - Эдерс вскинул темные брови. - Прежде спросите мисс
Шервуд, согласна ли она. Желающих сколько угодно, а партнерша в
единственном числе. Правда - какая! - Он развел руки. - Но не будет ли
такое в тягость?
- Что вы! - запротестовала девушка. - Мне очень приятно, и я
постараюсь.
- Решено. - Грег встал. - Сегодня кутим, поем, танцуем.
- А кто объявлял сухой закон до конца экспедиции? - поддел доктор. - Не
вы ли, Фрэнк? Кто божился, что...
- Я, я! - перебил Грег. - Но не будьте догматиками. Как считает Уваров,
следует действовать диалектически, в зависимости от времени, места,
обстоятельств. В этом отношении я полностью разделяю его убеждения. Пить
же необязательно.
Отдых мы вполне заслужили, особенно доктор. Ну и я, конечно. Не
отметить такое событие - нашу монашескую обитель посетила Юта -
преступление, а с ним я боролся всю жизнь. Тем более у Юты праздник -
переводят на новую линию. Да в конце концов, имеем мы право развлечься или
нет?
- Имеем, имеем. - Эдерс согласно опустил веки. - Что вы нас
уговариваете - согласны.
- Юта? - Грег повернулся к девушке и взял ее руки. - Как бы вы
отнеслись к приглашению, пока наши друзья готовятся к банкету и гладят
фраки, проехаться к пирамидам и полюбоваться древнейшей экзотикой?
- Пришла бы в неописуемый восторг! - воскликнула радостно девушка и
захлопала в ладоши. - Я никогда не была в Египте.
Уваров неожиданно расхохотался.
- Чего это вы? - удивился Фрэнк.
- Вспомнил приятеля по Сорбонне. Он тоже обычно предлагал идеи, а право
воплотить их в жизнь любезно предоставлял другим. Так и вы. Даешь банкет,
а я пошел. Я пошутил, езжайте, там действительно много интересного...
- Ух! - Юта, запыхавшись, опустилась на стул. После осмотра различных
достопримечательносте
...Закладка в соц.сетях
