Жанр: Научная фантастика
Люди в черном
...н: хороший сочный и жирный бифштекс! А ты мне
подсовываешь какой-то куриный помет, который я и без тебя могу жрать сколько
душе угодно, просто пойти в курятник и там жрать его и жрать! Ты ни на что
не годишься, Беатрис! Ты только куришь, спишь и воняешь во сне! Зачем мне
такая жена? От моей машины больше толку даже в постели...
Грохот потряс дом. Огненная вспышка на миг сделала все белым и черным.
Посуда запрыгала на столе. Эдгар протянул руку и снял со стены ружье. Вышел
на крыльцо. Постоял. На месте его возлюбленного пикапа зияла дымящаяся
яма... Повернулся к вышедшей следом жене.
- Придется мне утешаться с тобой... А ну, неси свою жирную задницу в дом!
Сиди там и не высовывайся.
- Эдгар!
- Я сказал - в дом! - рявкнул он так, что посуда подпрыгнула вновь.
Она сочла за лучшее вернуться. Эдгар был расстроен. А когда Эдгар
расстроен, то лучше делать так, как он говорит. Тем более что повод для
расстройства на этот раз у него был хуже не придумаешь.
Бесшумных засад не бывает. Танторианских боевых роботов-трансформеров
выдает скрип изношенных шестеренок, зеленым дракончикам с Драко вечно не
хватает маалокса, и они отрыгивают излишки пламени, гнусо-химерские сновидцы
алчно скрежещут во сне зубами, а картунские мультяки не в силах сдержать
игривые мысли, и они всплывают над ними в виде разноцветных пузырей. Но
вокруг было тихо. И только на самом краю ямы топтался маленький плотный
двуногий клоп с металлической палкой в верхних педипальпах.
Бигбаг напряг шейные мышцы, пробуждая к активности вживленного прямо под
хитин переводчика-телепата с Галакарасса. Эти маленькие паразиты в диком
виде весьма опасны, поскольку способны внушить носителю все что угодно, но
выращенные и воспитанные в должном почтении и страхе - просто незаменимы.
- Доброе время суток, - сказал Бигбаг.
Абориген затараторил в ответ, и с очень небольшим запозданием Бигбаг стал
понимать его.
- ..дернись, и я засажу тебе так, что твоя межпланетная задница лопнет
мелкими брызгами, как поносный воздушный шарик! Ты понял меня, козел
галактический?
- Что-то случилось? - спросил Бигбаг, прислушиваясь.
- Ты своей поганой вонючей ржавой уродливой скотской мерзкой паскудной
тарелкой раздавил мою машину! Да я тебя щас на запчасти разделаю, а то, что
останется, повешу на заднем, дворе! Пущай сохнет!
- Пожалуйста, не размахивай этой штукой, - сказал Бигбаг. - Ты можешь
повредить себе кожу. Лучше положи ее на землю.
- Мое ружье ты заберешь только из моих мертвых холодных рук! - закричал
абориген.
- Ваше предложение принимается, - сказал Бигбаг.
Он осторожно смахнул аборигена в яму, раздавил хрупкий череп и стал
рассматривать трофей детально. Собственно, он слышал кое-что об аборигенах
этой планеты, однако никогда не держал их в руках. Бигмак, большой любитель
экзотики, как-то привез двоих, но в засушенном виде...
Н-да. Внутренний объем был невелик, только-только расположиться в
компактной зю-форме. С весьма значительным ограничением физических
возможностей и функций. Впрочем, он знал, на что шел.
И - во имя чего...
Бигбаг осторожно вывернул аборигена наизнанку, выбросил то, что оказалось
теперь лишним, и стал принимать зю-форму. Долгий и болезненный процесс...
В зю-форме только часть тела находится в данном-пространстве-времени;
остальное волочится, как хвост, как бесполезный груз, отставая на несколько
наносекунд. При этом чем меньшая часть тела остается здесь-и-сейчас, тем
меньше возможностей и сил у нее. В принципе можно превратиться (для
окружающих, разумеется) и в микрофаллического крохля; но толку-то? Любой
подойдет и раздавит.
Он натянул на себя оболочку, поворочался, устраиваясь поудобнее. Да,
достаточно нелепо.., но что поделаешь, таков уж здесь господствующий вид...,
так надо, подумал он, иначе просто нельзя...
Пошатываясь, он направился к дому аборигена. Из-за непривычки к зю-форме
дом показался ему нелепо большим. Но, возможно, аборигены в своих домах не
только лежат, но и сидят...
Оказалось - даже ходят!
Абориген поменьше размером - самка? детеныш? - сделал несколько шагов ему
навстречу и остановился.
- Эдгар? Что это с тобой? Чего у тебя рожу-то так перекосило?
Бигбаг - а вернее, его переводчик-телепат - уловил негодование и легкий
испуг.
Конечно, самка, подумал Бигбаг. Все они таковы, на всех планетах
одинаковы...
Тем временем его пищевой внутренний глаз-искатель, рассеянно озиравший
помещение, наткнулся на что-то высокополезное. Сахар. Это был сахар. Бигбаг
почувствовал, как все внутри сжимается. Он не пробовал сахара с тех самых
пор...
С тех самых пор.
- Что это было? - спросила самка.
- Сахар.
- Никогда не слышала, чтобы сахар делал "бум"...
Здесь сахар просто не мог быть отравлен. Нет, не мог. Бигбаг совершенно
случайно оказался в этой точке планеты...
- Ты, - сказал он (вернее, из его горла сказал переводчик), - дай мне
сахару.
- Эдгар, что там случилось? Грузовик взорвался?
- Дай мне сахару, - повторил он.
Самка взяла коробку с драгоценным продуктом и, поглядывая на Бигбага,
стала сыпать сахар в высокий прозрачный цилиндр.
- Еще, - сказал Бигбаг. - Еще. Еще. Добавь воды...
Нетерпеливо он схватил сосуд и опрокинул его в рот. Будто жидкий
живительный огонь запылал в желудке...
- Эдгар, - сказала самка (испуг! сильный испуг! - просигналил телепат). -
У тебя рожа совсем на бок съехала.
Бигбаг огляделся. Дисплеев в доме не было. Но в прозрачной пластине,
прикрывающей окно, все отражалось не хуже. Он посмотрел на себя.
Действительно, урод. Он попытался поправить отставшую кожу, но - не
получилось. Тогда он собрал излишек на затылке, скрутил жгутом.
- Так лучше? - обернулся он к самке.
Самка не ответила. Она выпрямилась, закрыла глаза и во весь рост рухнула
на пол.
Все шутят одинаково, подумал Бигбаг сокрушенно. Он насыпал себе еще
сахару...
Подкрепившись, вернулся к кораблю. Толку от корабля после такого жесткого
приземления наверняка было немного, но бросать.., нет. Он забрался внутрь,
запустил программу наноремонта. Рано или поздно корабль сможет взлететь. Но
вот вопрос - рано или поздно?
Все равно, подумал Бигбаг. Миссия невыполнима - но миссия продолжается.
Он поставил корабль на ребро и медленно выкатил его из ямы.
Глава 7
Отыскать нужное здание на Бэттери-драйв по указанному в визитке адресу
труда не составило. Однако, прочитав надпись на фронтоне, Джеймс Эдвардс
решил, что вышла какая-то накладка: либо адрес липовый, либо его
просто-напросто одурачили. На фронтоне было выбито: "Управление мостов и
туннелей". Но раз он все же сюда пришел, надо довести дело до конца: может,
этот тип, с которым они вчера ужинали, - тайный агент и имеет дурную
привычку назначать встречи в таких вот очаровательных уголках. А что, на
тайного агента он вполне тянет: весь из себя загадочный, и рожа хитрющая,
даром что каменная...
Да нет, скорее всего, тот чувак - простой мелкий чинуша. Небось влип в
сомнительные делишки и не знает, как выпутаться. А тут ему в баре
подвернулся полицейский, он и ухватился, как за спасательный круг.
Отбросив сомнения, Джеймс Эдвардс вступил под сень управления мостов и
туннелей.
Он очутился в просторном, вытянутом в длину холле, который сразу же
произвел на него неизгладимое впечатление одной деталью: правую, если
смотреть от входа, стену занимал громадный, в два человеческих роста
вентилятор. С какой стати архитектору вздумалось засунуть сюда эту
штуковину, было совершенно непонятно. В дальнем конце холла виднелась дверь
лифта.
Под решеткой вентилятора, на складном металлическом стульчике сидел
пожилой мужчина. Судя по всему, это был сторож. Охранником он быть не мог -
возраст не тот, да и комплекция оставляла желать лучшего. Похоже, в
управлении мостов и туннелей туговато с деньгами. Мало того, что посадили у
входа этакую развалину, так даже и на стол ему не расщедрились! Старик
держал в руках комикс. Джеймс чуть присел и вгляделся в название на обложке:
"Люди в черном".
Услышав шаги, эхом отдававшиеся под высоким потолком, сторож поднял
голову.
- Вы к кому? - спросил он у Эдвардса.
- Мне дали визитную карточку, - коротко и туманно ответил Джеймс,
чувствуя себя полным идиотом.
- Лифт прямо. - И старик вновь углубился в чтение.
Эдвардс пожал плечами и направился к лифту. В кабине оказалась
одна-единственная кнопка. Нажав ее, он в который уже раз уставился на
визитку. Знать бы, что все это означает. Неужели нельзя было объяснить
по-человечески?
Лифт остановился и дверь открылась - но открылась она у Эдвардса за
спиной. Джеймс резко обернулся, безуспешно стараясь справиться с нарастающим
раздражением. Ну у них тут и порядочки! Предупреждать надо!
За дверью помещалась комната, посреди которой, возле круглого белого
столика, стоял плотного сложения чина с бородкой а-ля Гарри Гаррисон, в
черном костюме и белой рубашке с черным галстуком. Наряд был точь-в-точь как
у того хмыря, который всучил Эдвардсу визитку. Не иначе они эти костюмы
закупили оптом на распродаже.
- Вы опоздали, - сурово сказал бородатый. - Садитесь.
Джеймс огляделся. У стены выстроились в ряд семь кресел с высокими
полукруглыми спинками, полого переходившими в некое подобие балдахина над
головой сидящего. Из-за этих спинок кресла сильно смахивали на громадные
птичьи яйца, в которых кому-то вздумалось продолбить сбоку скорлупу и вбить
туда сиденья. Одно кресло пустовало. Остальные шесть занимали ребята в
военной форме, глядевшие на Эдвардса не то чтобы с осуждением, а с
характерным для вояк презрением к штатским: шпак он и есть шпак, что с него
возьмешь... Джеймс подавил желание показать язык и опустился в седьмое
кресло.
- Меня зовут Зет, - представился бородатый. - Сегодня здесь собрались
лучшие из лучших. Морская пехота, ВВС, рейнджеры, полиция Нью-Йорка...
Мы выберем кого-то одного. Вам предстоит пройти ряд простых тестов на
координацию, наблюдательность, выносливость... Я вижу, вы хотите о чем-то
спросить?
- В точку, - отозвался Эдвардс, уже с минуту тянувший руку. - Я что-то не
пойму, зачем вообще нас здесь собрали.
Вояка, занимавший кресло по соседству с Джеймсом, вскинул руку. Эдвардс
поморщился. Прямо как в школе: "Я, я знаю, спросите меня!"
- Пожалуйста, сынок, - милостиво кивнул Зет.
- Лейтенант Джейк Дженсен, сэр! - доложил солдатик, вскакивая с кресла. -
Академия Вест-Пойнт, отличник учебы! Нас собрали потому, что вам требуются
лучшие из лучших, сэр!
Зет утвердительно кивнул. Солдатик искоса поглядел на Эдвардса и сел на
место.
Джеймс рассмеялся. Он догадывался, что его смех неуместен, но не мог с
собой совладать.
Зет посмотрел на него так, как хозяин смотрит на домашнего любимца,
сделавшего лужу на коврике в прихожей.
- Что смешного, Эдвардс?
- Да этот ваш Капитан Америка: "Лучшие из лучших, сэр", - передразнил
Джеймс. - "Отличник учебы"... Не знает, в чем дело, и радуется коту в мешке.
А ответа просто не знает. Разве не забавно?
Судя по сурово-безжизненным физиономиям вояк, им происходящее забавным не
казалось. Ну конечно, откуда у этих обормотов чувство юмора? Таким только
флаг в руки да вперед, под барабан с голыми руками на танки. Ослы в погонах!
Зет заломил бровь и бросил взгляд через плечо на зеркальное стекло в
стене напротив ряда кресел. Видимо, за этим стеклом находился некто, чье
мнение также имело значение для определения победителя. Потом он снова
посмотрел на Эдвардса и произнес:
- Хорошо, господа, приступим.
Как выяснилось, на каждом кресле лежала анкета с вопросами, и эту анкету
требовалось заполнить. Эдвардс попытался было писать на колене, но быстро
понял, что ни к чему хорошему это не приведет: ручка то и дело прокалывала
бумагу, вместо более-менее ровных строк получались каракули.
Некоторое время он понаблюдал за бравыми вояками, мужественно
преодолевавшими трудности: кто писал, держа анкету на весу, кто пытался
пристроить ее на внутреннюю поверхность кресла-яйца. Потом взгляд Джеймса
упал на столик посреди комнаты. Джеймс решил плюнуть на условности:
поднялся, вразвалочку подошел к столику, примерился - и поволок его к своему
креслу. Столик оказался на редкость тяжелым, и комната огласилась
омерзительным скрежетом. Не обращая внимания на вояк, которые смотрели на
него как мышь на крупу (а втайне наверняка завидовали его блистательной
наглости), Эдвардс подтащил столик к креслу, уселся, положил анкету и
прокомментировал:
- Так удобнее.
Надо сказать, вопросы в анкете были предурацкие. Чего стоил, к примеру,
такой: "Когда вы подставляете ложку под струю воды из крана, в каком случае
брызги разлетятся дальше: а) если держать ложку выемкой вверх или б) если
держать ложку выемкой вниз?" Другой вопрос представлял собой целую историю:
"Мистер Уайт водит поезда.
У мистера Ли есть собака. Мисс Джонс не ходит в церковь по воскресеньям.
Мистер Чин живет по соседству с миссис Макгроу". И так далее. А узнать
составители анкеты хотели следующее: "Кому принадлежит зебра?"
Джеймс перечитал предыдущий текс. О зебре там не было ни слова. Что за
дребедень? Ему вдруг привиделось, словно наяву, как он шагает по
Центральному парку, ведя за собой в поводу зебру... Брр! От таких вопросиков
немудрено свихнуться.
Когда с анкетами было покончено, все семеро кандидатов неизвестно на что
перешли вслед за Зетом в другое помещение, где им выдали оружие -
стандартные армейские пистолеты. Едва кандидаты вооружились, завыла сирена,
лампы под потолком погасли, зато вспыхнули другие, в глубине комнаты. От них
исходил голубоватый свет, режущий глаза.
Откуда ни возьмись в дальнем конце помещения возникла орава гнусных
тварей, судя по их виду, лелеявших самые кровожадные намерения. Пучеглазые
чудища с разинутыми пастями стремительно надвигались на кандидатов.
"Тир", - догадался Эдвардс. "Эдвардс", - подумали гнусные твари.
Как ни странно, в компанию чудищ затесалась и маленькая девочка с
книжками под мышкой.
Вояки принялись палить навскидку. Джеймс на секунду замер, потом тоже
выстрелил, и в этот момент сирена смолкла и зажглись лампы под потолком.
- Эдвардс, почему вы промедлили? - спросил от двери Зет.
- Я выбирал цель, - честно ответил Джеймс.
Вояки переглянулись. На их лицах ясно читалось: "Пиши пропало, парень. В
бою не выбирают, в бою стреляют".
Зет нажал кнопку на пульте дистанционного управления, и мишени - а все
эти пучеглазые чудища были мишенями - плавно подъехали ближе.
- Позвольте узнать, почему вы застрелили малютку Тиффани? -
поинтересовался он, указывая на девочку. Лоб манекена украшало круглое
отверстие - пуля прошла насквозь.
- Она единственная выглядела подозрительной, сэр.
Кто-то из вояк громко хмыкнул.
- Почему вы так решили?
- Сперва я взял на мушку то чудище на фонарном столбе, - начал Джеймс. -
Но, когда присмотрелся, понял, что оно просто делает гимнастику. Не думаю,
что мне бы понравилось, если бы меня ухлопали на велотренажере. Потом
присмотрелся вон к тому, с пастью нараспашку. У него в лапе носовой платок,
значит, он не скалится, а чихает. А это не запрещено. И тут я увидел крошку
Тиффани и подумал: "Что делает маленькая девочка в толпе монстров и зачем ей
учебник по квантовой физике?" На вид Тиффани лет восемь, рановато будет
квантовую физику зубрить. Выходит, она - не та, кем кажется, и наверняка
замыслила недоброе... А вообще не допытывайтесь, это просто чутье
полицейского.
Зет криво усмехнулся и покачал головой.
- Мне что, извиниться перед ней? - невинно осведомился Эдвардс.
Ничего не ответив, Зет вышел из комнаты.
Пока кандидаты оживленно обсуждали промежуточные результаты - кто и в
кого сколько пуль всадил, - Зет присоединился к Кею, наблюдавшему за
семеркой претендентов сквозь матовое стекло.
- Парень слишком независим, - сказал он.
- Я тоже, - откликнулся Кей. - Зато он выбрал нужную цель, а твои герои
уложили безобидное травоядное да щенка, который всего лишь хотел поиграть. И
потом, он догнал цефалопоида, а это чего-нибудь да стоит.
- Надеюсь, ты все продумал, - бросил Зет через плечо.
Кей молча проводил его взглядом.
- Господа, поздравляю с успехом, - произнес Зет, вернувшись в ту комнату,
где его дожидались кандидаты. - Никто из вас не посрамил чести ваших
подразделений. Прошу за мной. Осталось проверить ваше зрение.
Эдвардс вышел из комнаты последним.
- Эй, сынок! - окликнул его знакомый голос. - Не спеши.
Стену коридора подпирал тот самый тип, который накануне вечером сунул ему
визитку. В руках тип держал какую-то папку.
- Слушай, что это за шарага? - раздраженно спросил Эдвардс.
Тип вручил ему папку и двинулся прочь. Волей-неволей Джеймсу пришлось
последовать за ним.
- Меня зовут Кей. Что касается шараги... В середине пятидесятых годов
было организовано небольшое агентство с целью установления контактов с
инопланетянами.
Они прошли мимо открытой двери, из которой донесся голос Зета:
- Сейчас проведем обследование глазного дна.
Джеймс успел заметить в руках у Зета серебристую палочку. Серебристую
волшебную палочку.
- Все сочли затею шуткой; все кроме пришельцев. Контакт состоялся в
начале шестидесятых недалеко от Нью-Йорка, - продолжал Кей. Позади что-то
сверкнуло. Джеймс попытался обернуться, но Кей ему не позволил. - В ту ночь
нас было девять - семь агентов, астроном и юнец, который нес цветы
возлюбленной и забрел не туда.
- Ага! - воскликнул Эдвардс, раскрывший папку и теперь изучавший
вложенные в нее фотографии. - Получается, вы запаслись букетом для этого
верзилы? - На снимке какой-то мальчик дарил цветы скелетоподобному существу
ростом около трех метров.
- Нам сюда, - Кей свернул в боковой коридор. - Это были галактические
беженцы. Они предложили объявить Землю территорией, открытой для эмиграции.
Что-то вроде звездной Швейцарии.
- Угу.
- Мы скрыли все следы их приземления.
Джеймс кивал, продолжая перелистывать фотографии. Внезапно он застыл как
вкопанный. На снимке был запечатлен Квинс - вернее, та его часть, где
проводилась Всемирная выставка. Две высоких ажурных башенки, увенчанных...
- Так это что, "летающие тарелки"? А выставку затеяли для отвода глаз?
- А кто в здравом уме и твердой памяти станет устраивать Всемирную
выставку в Квинсе? - хмыкнул Кей. - Вот, в общем, с тех пор инопланетяне
прибывают и прибывают и тайно живут среди нас.
- Прости, Кей, не думай, что я хочу сменить тему, но когда ты последний
раз проверялся у психоаналитика?
- Пару месяцев назад. Мы обязаны проходить проверку дважды в год. У нас с
этим строго.
- Лучше запишись еще разок. - Эдвардс принялся оглядываться, что-то
высматривая. - Передай Зету, что я отлично провел время. Огромное спасибо за
все. - Он отдал Кею папку с фотографиями. - Где тут у вас выход?
- Как знаешь, - проговорил Кей. - Может, чашечку кофе?
- Благодарю, не стоит, - с издевкой в голосе ответил Эдвардс.
Словно не расслышав, Кей распахнул дверь, возле которой они остановились,
и шагнул в комнату. Джеймс машинально посмотрел ему вслед - да так и остался
стоять с разинутым ртом.
Помещение оказалось кухней. На столе, рядом с кофеваркой, важно восседали
двое диковинных существ, ростом по пояс взрослому человеку. Два их собрата
суетились у стола, оживленно размахивая щупальцами. Больше всего эти
красавчики смахивали на ходячие морковки.
- Как настроение? - справился Кей, подставляя пластиковый стаканчик.
Одно из существ налило ему кофе.
Морковки возбужденно загалдели.
- Сливки только порошковые? Терпеть их не могу. Ну как, осваиваетесь?
Ответом ему было дружное мычание, надо полагать, выражавшее
удовлетворение.
- Ты в самом деле не хочешь? - поинтересовался Кей, выходя обратно в
коридор.
Он невозмутимо помешивал ложечкой дымящийся кофе. У него за спиной
"ходячие морковки" продолжали прерванный разговор:
- Видали, какие буфера у той телки из бухгалтерии?
- Да что буфера, ты на задницу посмотри!
Эдвардс судорожно сглотнул. Пожалуй, он не отказался бы сейчас от
чего-нибудь покрепче "морковкиного" кофе.
По набережной Бэттери-парка гуляли люди, явно спасаясь от летнего зноя.
На здании Биржи звездно-полосатой тряпкой обвис флаг. Вокруг плавился
вспотевший, изнемогающий от жары город.
Джеймс Эдвардс сидел на скамейке рядом с человеком по имени Кей (а может,
по фамилии). Кей пил остывший кофе и не обращал внимания ни на солнце, ни на
прохожих, а Джеймс старался собраться с мыслями. Мысли разбегались в разные
стороны не хуже кроликов.
Чужаки.
Вот же сукины дети! Чужие! Маленькие зелененькие человечки со всей
Вселенной. Черт возьми!
- Примерно полторы тысячи инопланетян, - уточнил Кей между двумя глотками
кофе.
Эдвардс успел забыть о его присутствии и подпрыгнул, сидя на скамейке. Он
даже не ожидал, что настолько силен в акробатике.
- В основном они живут на Манхэттене, но кое-кто раскидан по иным городам
и весям. - Кей помолчал. - По всему миру. Достаточно много вполне приличных
существ, которые просто зарабатывают себе на жизнь...
Эдвардса озарило.
- Таксисты!
Кей, отхлебнув кофе, усмехнулся.
- Ну, не так много, как ты себе уже представил. Так что люди, как
правило, и не догадываются об их существовании. Не хотят. Да это им и не
нужно. Они привыкли думать, что у них все тихо и спокойно.
По Кею трудно было сказать: тихо-спокойно у него все или нет. И не ясно,
чего больше сейчас в его голосе, сарказма или сожаления:
- А зачем все держится в таком секрете?
Кей кивнул на трусившую мимо девицу - высокая, фигуристая, шортики в
обтяжку, яркая безрукавка, волосы перехвачены повязкой, плейер на поясе.
Эдвардс проводил девицу взглядом и облизнулся.
- Возьми эту женщину...
- Я бы не прочь - сказал Джеймс. Кей хмыкнул. Эдвардс изумился:
- Что-о? Нет-нет-нет, только не говори. Она что, чужак?
- Нет. Она - человек. И считает, что ей палец в рот не клади, потому что
в жизни у нее все схвачено. И ничего другого она знать не хочет.
Кей кивнул на других людей, прогуливающихся в парке.
- Вон тот старик с собакой или две женщины с колясками. Они тоже не хотят
знать. Открой им правду, и их мир рухнет.
- Не наговаривай на людей. Люди разумны, как-нибудь справятся.
- Человек - разумен, - уточнил Кей. - А люди - глупые, опасные, склонные
вдаваться в панику животные, и тебе об этом прекрасно известно.
Очень хотелось возразить. Не потому, что странный собеседник в черном
костюме был не прав. Просто так - из принципа. Но не по делу вспомнились два
года патрульной службы. Истошно вопящая толпа, давящая друг друга. Это когда
какой-то особо умный шутник подложил бомбу - "вонючку" в кинотеатре...
- Пятьсот лет назад все знали, что Земля - центр Вселенной, - не глядя на
Эдвардса, сказал Кей. - Но они ошибались. Четыреста лет назад все знали, что
наш мир плоский, и если уплыть подальше, то свалишься за край. Они тоже
ошибались. Двести лет назад все знали, что болезни происходят из-за дурного
ночного воздуха, и если спать, плотно затворив окна, то никакая хворь не
страшна. Пятьдесят лет назад все знали, что если есть на завтрак бекон,
яйца, масло и кофе с большим количеством сахара, то будешь здоров до самой
смерти.....
- А чего-нибудь поближе нельзя? - жалобно попросил запутавшийся в эпохах
Эдвардс.
- Пятнадцать минут назад, - покладисто припечатал Кей, - ты знал, что
люди - единственные разумные существа на этой планете. Представляешь, что ты
узнаешь завтра?
Джеймс не представлял. Он давно уже бросил попытки объяснить происходящее
общим помешательством. Правда, и на глобальный розыгрыш дело не тянуло.
Получается, что этот старший братец Фокса Молдера и приятель Дэйла Купера
говорит правду. Джеймс Эдвардс судорожно вцепился в края своего мира обеими
руками. Он чувствовал как крошится под пальцами мироздание.
Кей посмотрел на него и снова принялся разглядывать залив.
- Ты можешь стать парнем, который знает, что мир круглый, когда этому
никто вокруг не верит, - негромко сказал Кей, не отрывая взгляда от чаек над
водой. - Парнем, которому известно, что Земля не центр вселенной, что
болезни вызываются микробами, а избыточный холестерин закупоривает артерии и
убивает. Или что по планете среди нас разгуливают чужаки.
Эдвардс поймал себя на том, что завороженно слушает, отвесив челюсть. Он
захлопнул рот. Нет, братцы, что-то все-таки мешает сказать: да, да, да!!!
Может быть, здоровый скептицизм?
- Здесь должен быть подвох! В чем? - спросил он.
Человек в черном усмехнулся и кинул пустой стаканчик в урну. Потом
вытащил что-то из кармана. Что-то сильно смахивающее на мини-диктофон. Нет,
на маленький фонарик. Нет, на дозиметр. Интересно, на кой черт ему дозиметр?
- Подвох? - переспросил Кей. - Подвох в том, что все твои контакты с
людьми прекратятся. Никто не будет знать о твоем существовании. Нигде.
Никогда. Иной жизни у тебя не будет. Ни жены, ни детей, ничего.
Он опять глянул на Эдвардса и быстро отвел взгляд. Слишком быстро.
- То есть ты хочешь, чтоб никогда и близко не подходил ни к кому, кроме -
только не обижайся - тебя и пары других чуваков в черных костюмах? А что в
награду?
- Долгие томительные часы, - серьезно с
...Закладка в соц.сетях
