Жанр: Научная фантастика
Антираспад
...снилось.
- Бежим!
Они рванули к холмам у северного горизонта. У Норберта сложилось представление, что
твари медлительны, угнаться за людьми не смогут, но спустя несколько минут боль вернулась,
навалилась дурнота.
- Стой! - скомандовал он. - Стреляй по цели!
Их преследовали четыре твари - бежали, растянувшись цепочкой, с небольшим отрывом,
не уступая в скорости людям. Развернувшись, Илси вскинула бластер и срезала одну тварь за
другой. "Вот что значит Тренажер!" - с завистью подумал Норберт. Сам он в таком состоянии,
как сейчас, в двух шагах не смог бы ни в кого попасть. Хотя его состояние... Оно изменилось:
боль, душевная мука, тошнота, головокружение - все это пропало без следа!
- Все! - Илси убрала оружие в кобуру, плаксивое выражение исчезло с ее лица. Щеку
пересекала царапина, другая, поменьше, алела на лбу. - До чего они противные и нечестные.
Норберт извлек из кармана передатчик: связи по-прежнему не было.
- Идем скорее. Вдруг помехи создают эти твари, тогда корабль в осаде.
Шагали быстро, время от времени переходя на бег. Когда до холмов было рукой подать,
настроение у обоих внезапно испортилось.
- Так и есть, - поморщился Норберт. - Готовься к атаке!
В этот раз Илси держалась лучше, да и сам Норберт так, как раньше, не расклеивался. Оба
уже знали, что противника можно победить.
Около корабля ошивались только три твари. Норберт с облегчением отметил, что все люки
задраены. После того, как тварей перестреляли, передатчик ожил.
- Олег, слышишь меня? - крикнул Норберт. - Вы там целы?
- Да! А что нам сделается? Я никак не мог с вами связаться, и на меня тут, понимаешь,
такая депрессия накатила...
- Можешь выйти наружу, посмотреть на свою депрессию. На камешках лежит.
- Ты серьезно? - произнес озадаченный голос Олега.
- Ага.
Створки люка раскрылись, выдвинулся пандус... Оглядевшись напоследок, Норберт
обратил внимание на буроватый оттенок, который приняла вода в океане, на то, что холмы
казались темнее. Дила сползла к горизонту, зато багровая Мореда поднялась выше. Цвета
Каясопона менялись... В проеме люка показался Олег.
- Нашли?
- Нашли.
- А этих зверюшек вы прихлопнули? - Он окинул взглядом уничтоженных тварей. -
Зачем?
Оставшиеся на корабле члены экипажа так и не поняли, что подверглись телепатической
атаке. Сидевший в рубке Олег решил, что скис от переутомления - это с ним изредка случалось.
Он упорно старался побороть хандру и наладить связь с Норбертом, а на тварей, которые
слонялись вокруг (их можно было хорошо рассмотреть на экранах внешнего обзора), не обращал
особого внимания: местная непуганая фауна, никогда не видавшая звездолета, не повод для
беспокойства. Почему-то они показались ему безобидными, даже трогательными, несмотря на
отталкивающий вид. Сейчас, задним числом, он отметил и эту нелепость, и неадекватность своих
действий в целом: если бы он здраво соображал, то поднял бы корабль, чтобы наблюдать за
Норбертом и Илси с воздуха, как только пропала связь. Пусть D-103/2 ни в атмосфере, ни в
вакууме не способен был прилично маневрировать, ничто не мешало ему зависнуть над
местностью. Из-за "депрессии" и головной боли Олег до этого просто не додумался. Его
порядочно смутило то, что он так спасовал.
- Как только вернемся в цивилизованный мир, найду информацию о телепатических
атаках, - пообещал он угрюмо. - Если есть тактика нападения - должна быть и тактика
обороны, мы это изучим. Чтобы не пускать к себе в мозг каждую скотину.
Аманда и Феспис, когда началась атака, дружно пришли к выводу, что "жизнь вообще
поганая штука", и вдвоем выпили литровую бутылку ликилы (которую Аманда купила на
Хальцеоле, чтобы добавлять в кофе, по две-три чайных ложки на чашку). Сейчас оба лежали в
салоне мертвецки пьяные, в полной отключке.
- Стартуем? - предложил Олег. - Вроде бы больше здесь делать нечего.
Измотанные схваткой с тварями, Норберт и Илси не возражали.
Ючанийский звездолет, прилетевший на Цимлу за партией лидонских скафандров для
работы в вакууме, застрял в космопорте надолго: перед самым стартом обнаружились неполадки в
двигателях, и экипаж приступил к ремонту. Ремонт затянулся, но цимлеанские власти ючанийцев
не торопили. У всех свежа была в памяти последняя катастрофа, когда при посадке свалился на
картофельное поле раглоссианский корабль... Что, если б не на поле, а на город? Пусть возятся,
сколько нужно, лишь бы не вздумали стартовать с неисправными двигателями. Несмотря на свою
странноватую идеологию, ючанийцы были народом дисциплинированным, никто на них не
жаловался. От помощи цимлеанских техников они наотрез отказались, и это никого не удивило:
обычное для них поведение! Спустя две-три недели все к ним привыкли. Служащие космопорта
заключали пари насчет того, сколько времени у этих бедолаг уйдет на ремонт. Называемые сроки
колебались в широком диапазоне - от месяца до года.
В действительности на корабле, а именно - в медотсеке, находилась штаб-квартира
Зеруата. Здесь он просматривал информацию, приходившую к его цимлеанским агентам из других
миров, с нетерпением дожидаясь новых известий об "Антираспаде". По легенде, он был членом
экипажа, пожилым механиком, получившим серьезную травму при разборке того самого
неисправного двигателя. О его здоровье заботилось трое медиков (геронтолог, хирург и терапевт,
лучшие из раглоссианских врачей, которых Зеруат захватил с собой при бегстве). Никто из них
корабля не покидал, связующим звеном между Зеруатом и внешним миром была Ксакан Смирл.
На Цимле ее уже несколько лет знали как ючанийского торгового представителя, что добавляло
легенде правдоподобия.
Зеруат ждал. Время шло, никаких сведений об "Антираспаде" не поступало. Уж не стал ли
Каясопон его последним пристанищем? Кто-нибудь другой на месте Зеруата наверняка сделал бы
такой вывод и вернулся бы на Ючан, однако он слишком хорошо изучил Норберта, Олега и
Аманду. Эти авантюристы еще объявятся! Зеруат не верил, что "Антираспад" может просто так
пропасть.
Найденный на Каясопоне чемоданчик оказался древним имперским компьютером - ни
больше, ни меньше. Правда, это был особенный компьютер. Посидев над ним трое суток, Олег
объявил, что он предназначен исключительно для работы с двумя устройствами: одно мобильное,
другое стационарное, оба в данный момент находятся... черт их знает где! Еще через сутки, после
того как Олег, скроив отчаянно-сосредоточенную мину, набрал несколько команд, мобильное
устройство материализовалось перед ним на столе - небольшой цилиндр из темно-серого
металла.
- Это же зонд из коробки! - ахнула Илси. - Как он сюда попал?
- Через гиперпространство. Но вот каким образом - ума не приложу.
- Теперь осталось прибрать к рукам третью штуковину, - подытожил Норберт, когда все
успокоились.
- Не только! Мы еще должны осчастливить человечество и заработать большие деньги,
- напомнила Аманда.
- Это будет следующий этап.
"Антираспад" вращался вокруг Каясопона; двигатели включали раз в сутки, чтоб
откорректировать орбиту. Продуктов на борту было достаточно, и все согласились, что лучше
разобраться с артефактом здесь, в нейтральной системе, а потом уже лететь к Циладе или
Хальцеолу.
Прошла неделя. Наконец Олег сообщил, что засек местоположение большой стационарной
установки: та находится в поясе астероидов, который окружает звезду Лау-059. Можно там
побывать, разобраться на месте. Установка способна мгновенно создавать гиперканалы и
перемещать по ним предметы из одной точки трехмерного пространства в другую - причем не за
двое-трое суток, как гиперсистема землян, а за считанные секунды.
Для пробы к Лау-059 отправили один из корабельных зондов с включенной видеокамерой.
Спустя полчаса Олег "вытащил" его обратно. Все датчики исправны, видеокамера уцелела, запись
сделана. Зонд побывал в закрытом помещении с пригодным для дыхания воздухом, температурой
около восемнадцати градусов по Цельсию, где находилось множество приборов неизвестного
назначения. Их дизайн говорил о том, что они были изготовлены людьми в эпоху расцвета
Империи. После этого Олег и Норберт решили провести непосредственную разведку. Илси
просилась с ними, но ее не взяли - один из двух пилотов должен постоянно оставаться на
корабле. Этот аргумент ее убедил.
Несмотря на оптимистические показания датчиков, Норберт и Олег облачились в
скафандры. Опустившись на одно колено перед раскрытым на полу чемоданчиком-пультом, Олег
рукой в жесткой перчатке прикоснулся к клавише "Выполняй" - все координаты и команды уже
были заданы. У Норберта, стоявшего рядом, закружилась голова, потеряв равновесие, он
шлепнулся на пол. Но это был уже не зеленый пластиковый пол в салоне "Антираспада", а плотно
состыкованные металлические плиты. С потолка, расположенного на пятнадцатиметровой высоте,
лился неяркий свет. Зал был огромен, размещенные вдоль стен приборы старинного дизайна
выглядели как новенькие - похоже, ими редко пользовались. Нигде ни царапинки, каждая мелочь
сделана тщательно и продуманно. Опознав в одном из приборов стандартный имперский
компьютер, Олег сразу повеселел и включил его. Норберт продолжил осмотр зала; потом,
разобравшись с запором скользящей двери, перешел в смежное помещение, такое же громадное,
но без приборов. Холл? Пустующий ангар? Нет, вряд ли ангар... Вдоль стен стояли изящные
прозрачные сосуды с окаменевшей землей (от растений давным-давно ничего не осталось) и
деревянные диванчики. Он нашел и обследовал несколько двухместных кают, кухню-автомат,
душевую, отлично оборудованный медотсек, роскошные апартаменты с вензелями на мебели,
которые Норберт, несостоявшийся археолог, идентифицировал как императорские. Гм... все
интересней и интересней... Интерьеры были выдержаны в едином стиле: антрацитово-черный и
бархатисто-серый цвета, прохладный блеск голого отполированного металла...
- Эй! - донесся издалека голос Олега. - Нор, ты где?
Ему ответило гулкое эхо.
Вернувшись в первый зал, Норберт обнаружил, что свет стал ярче, а на круглой
физиономии Олега сияет удовлетворенная улыбка.
- Мы с ним быстро друг друга поняли! - Он фамильярно похлопал по пульту
компьютера. - Все тут в норме, можно без скафандров. Кстати, снаружи эта штука замаскирована
под астероид. Точнее, ее соорудили в астероиде с выдолбленным нутром. Типичная для тех
времен хитрость! Тут есть шлюз для выхода на поверхность и еще один шлюз в ангаре. Смотри,
как наша станция выглядит из космоса!
На экране появился ничем не примечательный каменный обломок. Освещенные участки
его неровной поверхности контрастировали с чернильно-черными углублениями, где затаилась
тень: Лау-059, голубой гигант, заливал астероид убийственно резким светом.
- Вполне можно перетащить сюда "Антираспад", чтоб не мотаться каждый раз через
гиперпространство, - добавил Олег. - Возвращаемся?
Присев перед чемоданчиком, он ввел координаты: восемь точек - условный куб, в
котором сейчас находятся они с Норбертом; еще восемь точек - условный куб в салоне
"Антираспада", куда они должны переместиться. Определялись координаты с помощью зонда, что
позволяло учитывать все поправки, а точка отсчета скрывалась где-то в недрах большой
установки.
Р-раз!.. Потеря ориентации, тьма -и пространство захлопнулось: стены сдвинулись,
потолок опустился. Оба сидели на полу посреди салона, рядом валялся на боку стул, в недалеком
прошлом накрепко привинченный к этому самому полу. Складывалось впечатление, что его
вывернул из гнезда кто-то очень здоровый.
- Что вы сделали? - раздался обвиняющий голос Фесписа. - Все тут разнесли,
раскидали посуду, повалили мебель! Портите имущество "Антираспада"!
- Феспис, заткнись, - подняв щиток шлема, попросил Норберт.
Он давно уже заподозрил, что Феспис подался в диссиденты не потому, что на Хальцеоле
до денорского вторжения было такое сволочное правительство (хотя оно, конечно, сволочное,
никто не спорит!), а потому, что просто не мог смотреть на окружающий мир без негодования.
Главным для него было - возмущаться и критиковать, повод же приложится. Когда Феспис
находился на территории, где имелась хоть какая ни на есть официальная власть, естественной
мишенью для него становилась эта самая власть. Сейчас корабль пребывал в ничейном
пространстве, и большая часть нападок Фесписа обрушивалась на руководителя экспедиции. То
есть на Норберта.
- Ага, мне всегда велят заткнуться, - кивнул Феспис. - Из-за вашего эксперимента весь
корабль ходит ходуном!
- Не весь, а только мебель в салоне, - поправила Илси. - Аппаратура в порядке, я после
первого раза проверяла. Это ударная волна, какая обычно и бывает при раскрытии гиперканала.
Чем больше масса объекта, тем она сильнее.
- Черт, как же я не учел! - с досадой пробормотал Олег, уже успевший снять шлем.
Кроме падения со стола двух небьющихся чашек, вмятины в пластиковом покрытии стены
и опрокидывания пострадавшего стула, других разрушений не было. Ударная волна оказалась
слабенькой, она не пошла дальше салона.
Вскоре Олег закончил расчеты, необходимые для переброски звездолета, потом отправил в
систему Лау-059 зонд, чтоб определить координаты точки прибытия - и "Антираспад" исчез из
Системы Дилы-Мореды. Теперь на экранах внешнего обзора неистово сияло громадное голубое
солнце, вокруг которого вращались редкие каменные обломки. Планет у Лау-059 не было, только
пояс астероидов.
Прежде чем идти на сближение, Олегу пришлось отключить дюжину ловушек,
рассчитанных на вторжение незваных гостей. Перечень этих ловушек компьютер стационарной
установки выдал без протестов: видимо, предполагалось, что тот, кто имеет доступ к пульту,
безусловно, "свой". Нырнув в черный кратер километрового диаметра, корабль миновал туннель,
прошел через шлюз и опустился на пол в необъятном пустом ангаре. Тускло блестели
металлические плиты, в затопленных тенью нишах застыли ремонтные механизмы. Потолок был
поделен на квадраты - темные и светящиеся, в шахматном порядке.
- Столько веков прошло, а все действует, - озираясь, прошептала Аманда.
- Энергию вырабатывает генератор Алексеева-Дэйверса, - объяснил Олег. -
Подзаряжается от звезды, так что с этим без проблем.
- А мы далеко, ребятки?
- Далеко от чего?
- От обитаемых миров.
- Не очень. Отсюда рукой подать до Рувы, Иты, Маана. Непосещаемый островок в
густонаселенном секторе.
- Почему непосещаемый?
- Потому что здесь нет ничего интересного. - Окинув взглядом ангар, он ухмыльнулся.
- По крайней мере, все так думают.
- Печальное место, - тихо сказала Илси. - Мрачное.
- Ничего, мы все тут по-своему оформим, в современном стиле! - Аманда, вначале тоже
несколько притихшая, уже воспрянула духом. - Этот самый... Перебрасыватель, он ведь теперь
нам принадлежит? Нам! Я вот только до сих пор не пойму, ребятки, как мы с его помощью
человечество осчастливим. Зато здесь нет никаких налоговых, чтоб содрать за него, как за
недвижимость!
- Прежде всего, мы должны хорошенько его изучить, - наставительно произнес
Норберт, - узнать, что он в принципе может. Кстати, Олег, как он называется?
Компьютерщик пожал плечами.
- Черт его знает... Название нигде не попалось. Установка-и все!
- Хм... Перебрасыватель - он и есть Перебрасыватель, - после секундного раздумья
заметила Аманда. - Зачем его еще как-то называть?
Глава 19
Харо Костангериос, Премьер-Губернатор Валены, дождался, когда за Саверьяном
закрылась дверь, и только потом, угрюмо выругавшись, полез в нижний ящик стола за бутылкой
виски.
Если от неразбавленной ликилы по жилам разливался огонь, кружилась голова, в глазах
троилось, то виски делало Премьера злым и возбужденным. Все они - дерьмо. И Саверьян, и
Нилсак, и Агутов, и Паринава! Думали, что смогут держать его за дурака, потому и взяли его
сторону.
...Действительно, пока не были объявлены окончательные результаты выборов и Харо
Костангериос оставался всего лишь губернатором Чантеомы, одним из двадцати с лишним
претендентов на высший пост, он исправно изображал дурака. Естественно, не перед простыми
смертными - рядовыми избирателями, а перед закулисными воротилами - избирателями
истинными. Он сумел убедить их в том, что лучшей кандидатуры им не найти. У него есть все:
мужественная, представительная наружность, великолепно поставленный голос, набор
первосортных улыбок, бесценное для хорошего политика умение создать у собеседника иллюзию,
будто обещание равняется действию. Вдобавок он готов удовлетвориться внешним блеском
власти, не намерен лезть в святая святых "серых кардиналов" и ломать не им заведенный порядок.
Его интересуют женщины, банкеты, выпивка. Он будет первоклассной ширмой! Даже тот давний
скандал вокруг Чантеомского Тренажера, который устроили его собственные дети (чертовы
детки!), сработал на него: Харо Костангериос показал себя человеком, которого нетрудно
одурачить. В итоге, несмотря на то, что он не был стариком, а, наоборот, мог похвастать
отменным здоровьем, именно его избрали Премьер-Губернатором.
Теперь Харо Костангериос готовился к борьбе за реальную власть. Среди всех этих
неприметных, но влиятельных типов, к мнению которых глава государства обязан был
прислушиваться, отсутствовало настоящее единство. Каждый гнул свое, каждый играл против
всех (что не мешало им играть дружной командой против рядовых валенийцев - доверчивого,
многострадального электората). Лишь иногда возникали кратковременные союзы. Пока что
Премьер присматривался, наблюдал, отмечал в уме слабые места своих тайных боссов. Они
крупно просчитались - Харо Костангериос не дурак!
...Завинтив пробку, убрал бутылку в ящик. Стол был древний, императорский: столешница
из черного, с разноцветными искрами редчайшего минерала лежала на четырех массивных
золотых лапах с серебряными когтями. Отныне этот стол принадлежит ему! Как и весь Соледад,
как и вся Валена... Он много чего сможет сделать, и никто его не остановит!
Премьер уже приступил к осуществлению кое-каких своих заветных желаний. Например,
ему очень хотелось расквитаться с Карен Мьян. Сначала он ее изнасилует, потом поджарит на
медленном огне! Вопрос только в том, чтоб ее найти. Пользуясь своим нынешним положением, он
отправил на Шелкону одного из лучших агентов Валенийской Службы Безопасности. Тот побывал
в Замервейском университете и обнаружил, что про Карен Мьян там вообще не слыхали: такого
ассистента никогда не было - ни на кафедре археологии, ни на других кафедрах. Спустя два часа
агента прямо на улице арестовали - за то, что бросил обертку от жевательной резинки мимо
урны. Оперативник, имевший при себе документы сотрудника Соледадского университета, начал
качать права, но после трех часов интенсивного допроса сломался. В конце концов его
депортировали, и впридачу шелконские власти направили в адрес валенийского правительства
ноту протеста: мол, работники ваших спецслужб посещают наш мир с фальшивыми документами,
да еще и загрязняют окружающую среду! "Паршивые ублюдки!" - пробормотал Премьер,
ознакомившись с этим документом. Оперативник, которого он вызвал к себе для отчета и разноса,
сказал, что занимались им не шелконские правоохранительные органы, а Денорская Служба
Безопасности. Ну да, ведь Шелкона - сателлит Денора. Чем этот болван спровоцировал такое
внимание к своей персоне, Премьер так и не сумел выяснить.
- Нечего мусорить на улице, когда ты на задании! - рявкнул он напоследок, чтоб
отвести душу.
Агент заикнулся о внеочередном отпуске для восстановления подорванного в шелконских
застенках здоровья, но Харо Костангериос послал его в задницу и велел шефу ВСБ наложить на
разгильдяя самые строгие взыскания.
Впрочем, как признал он потом, кое-какую информацию незадачливый оперативник все же
раздобыл. Карен Мьян не является ассистентом кафедры археологии Замервейского университета.
Прекрасно! Премьер набросал черновик письма, которое надлежало разослать во все миры от его
имени. Он обращался к инопланетным правительствам с просьбой оказать содействие в розыске
особо опасной преступницы. Стремясь произвести впечатление на адресатов, Харо Костангериос
не стал мелочиться: Карен Мьян инкриминировался целый букет убийств, ограбление
Государственного Банка Валены, нелегальное занятие проституцией, изготовление фальшивых
денег, контрабанда наркотиков, участие в групповых сексуальных оргиях на общественном пляже
и, наконец, циничное осквернение мемориального кладбища в Соледаде. Премьер приложил к
письму ее фотографии и антропометрические данные и завершил свое послание личной просьбой
о выдаче преступницы, взамен пообещав выдать инопланетных правонарушителей, которые
нашли убежище на Валене, - если таковые есть и если кто-нибудь в этом заинтересован. Теперь
Карен никуда не денется! Перечитав письмо, Харо Костангериос ухмыльнулся... Лионелла еще
смеет утверждать, что у него с воображением туго! Вызвал секретаря, отдал ему черновик: чтобы
завтра все было готово! Секретаря он привез с собой из Венеды - тот был способным малым,
Премьер таких ценил.
Неприятный осадок, оставшийся после разговора с Саверьяном, понемногу исчезал.
Саверьян хочет установить фиксированные квоты на выпуск кристаллических носителей
информации - это будет выгодно ему, но невыгодно Нилсаку и Агутову! Тем лучше. Надо
стравить их, оставаясь в тени. Противно, что Саверьян говорил с Премьер-Губернатором, как с
мальчишкой, но за свое хамство он поплатится. Харо Костангериос разделается с теми, кто
топчется у него за спиной, и станет полновластным хозяином Валены. А затем - чем черт не
шутит! - и всей бывшей Империи... Лишь бы тугодумы из ВСБ наконец-то нашли зонд НульИзлучателя!
Главным достоинством Перебрасывателя было то, что он функционировал безотказно.
Олег провел десятки экспериментов - ни одного сбоя. Испытательным полигоном стали
окрестные астероиды. Послать зонд - определить местоположение цели в трехмерном
пространстве, - задать координаты пункта отправления и пункта прибытия... На борту станции
нашлось помещение с толстыми многослойными стенами из сверхпрочных материалов -
вероятно, специальная камера для опытов с переброской предметов через гиперпространство,
идеально приспособленная для того, чтобы гасить возникающую в момент перехода ударную
волну.
Имелось, однако, два "но". Первое: никто из "Антираспада" не понимал принцип действия
имперской установки; никто не сможет починить сложнейшую древнюю аппаратуру, если та
выйдет из строя. Возможно, земные инженеры, поддерживающие систему гиперканалов, сумели
бы с этим разобраться. Но кто-нибудь кроме них - вряд ли... Второе: с некоторых пор вокруг
Лау-059 вращалось на два астероида меньше. В обоих тех случаях Олег воспользовался командой
"Выполняй", которая выскакивала на экране в пурпурной рамке рядом с такой же без рамки, - и
в результате две каменные глыбы размером с небольшую луну в мгновение ока были распылены
на молекулы.
- Создатель Перебрасывателя - гений, с этим никто не спорит, - подытожил Олег, -
но думал он не головой. Вот так ошибешься ненароком, и эта.штука разнесет вдребезги пункт
прибытия. Лично мне боязно переходить ко второму этапу. Ну, к броскам в обитаемые миры! Я
тут кое-что подсчитал: у Перебрасывателя хватит мощности, чтоб разворотить целую планету.
Вдруг какой-нибудь дурацкий сбой... - Он недоговорил.
- А заблокировать эту команду? - предложил Норберт. - Разве ты не сумеешь?
- Ненадежно.
- Так... Значит, все-таки придется изучить, как он устроен... И, если получится, исправить
ошибку конструктора. Иначе мы должны отказаться от дальнейших экспериментов! - Норберт
обвел взглядом лица друзей, но никто не возразил: это был один из тех редчайших случаев, когда
все с ним согласились.
Олег приступил к изучению схем и описаний, которые содержались в памяти бортового
компьютера станции. Большой, ссутулившийся, хмурый, он часами сидел перед монитором,
отключившись от внешнего мира. Остальные подходили, смотрели через его плечо на экран,
высказывали свои догадки, более или менее дилетантские, приносили ему кофе и сандвичи. Он
утолял голод, не глядя на то, что ел, даже не отрываясь от монитора. У Норберта мелькнуло
подозрение, что компьютерщик в таком состоянии вполне способен сжевать вместо сандвича
старую подошву... Но проверять, так ли это, он не стал. Как-нибудь в другой раз!
- Нашел! - объявил наконец Олег. - Простейшее решение, господа! Мы должны
демонтировать несколько лишних устройств - вот, я отметил их на схеме красным. Теоретически
Перебрасыватель после этого будет работать, как раньше, но уже без риска раздолбать чужую
планету или офис наших потенциальных деловых партнеров.
- А практически? - спросила Аманда.
- Если он сдохнет, прошу прощения, сломается, у нас хватит продуктов и топлива, чтоб
дотянуть до Маана. Это ближайший к нам обитаемый мир с Гипорталом.
- Надо рискнуть, - кивнул Норберт. - Я еще вот о чем подумал: вдруг до
Перебрасывателя дорвется какой-нибудь псих - из тех, кто считает, что чем хуже, тем лучше?
Вроде ваших террористов... - Он взглянул на примолкшего Фесписа. - Мы должны привести
его в порядок - или взорвать ко всем чертям!
На следующий день приступили к демонтажу отмеченных устройств. Олег, Норберт и
Илси работали втроем, медленно и осторожно. Вывинтить крепеж, отсоединить кабели, вытащить
модуль из гнезда - так, чтобы не расшатать соседние приборы. Иногда это приходилось делать,
стоя на четвереньках или скорчившись в три погибели под устройством (либо, в другом варианте,
между устройством и переборкой). Было несколько мест, куда смогла протиснуться только Илси,
и тогда она работала в одиночку, надев на голову обруч с миниатюрной видеокамерой, а Олег,
наблюдая за ее действиями на экране монитора, давал указания.
После того как каждый очередной модуль отсоединяли от Перебрасывателя,
компьютерщик проверял, продолжает ли установка функционировать. Да, она функционировала.
Даже лучше, чем раньше: ударная волна ослабла почти вдвое, а скорость и точность перемещений
остались на прежнем уровне.
Наконец задача была выполнена. Перебрасывател
...Закладка в соц.сетях
