Жанр: Научная фантастика
Сплошное свинство
... Не в то шмотье, которое вы привыкли покупать на своей
Тверской, но с холода не умрете. Может, и накормят еще.
- Спасибо, ты очень добр, - сказал я и посмотрел на Свина.
Мой офицер понуро поплелся на выход....
В кармане плаща завалялись несколько мелких купюр. Они уже почти высохли, рисунок
на гербовой бумаге снова принял прежние, не размытые очертания. Я купил пакетик фисташек
Свину и пачку "Честерфилда" для себя в ржавом киоске. Мы уселись на скамейку под совсем
уже облетевшими липами.
- Снова решил начать курить? - спросил Свин, наблюдая, как я закуриваю сигарету.
- Да.
- Не пожалеешь?
- Может, и пожалею. Но сдается мне, у нас будут еще более огорчительные для души
темы.
- Согласен, - сказал. Свин, сплевывая скорлупу на землю. - Как-то все очень хреново
складывается.
- Скажи, что ты думаешь о продавце в магазине одежды? Он отказался от пяти тысяч
долларов... Даже если допустить, что я пытался наколоть его и всучить подделку, он все равно
мог продать часы гораздо дороже, чем стоил костюм! У парня явно проблемы с головой.
- Проблемы есть, - признал Свин, - но не совсем такие, как ты думаешь. Он -
верующий.
- Коммунист? - не понял я. - Презирает богатых сволочей, разграбивших страну, и
потому не упустил единственной возможности отомстить?
- Нет, он не коммунист, - покачал головой Свин. - И деньги он не презирает. Ты же
знаешь: те, кто громче всех кричат о своем безразличии к материальным благам, в конечном
счете оказываются готовыми на все ради этих самых благ. Будь парень коммунистом - твой
"Патэк Филипп" уже давно красовался бы у него на запястье.
- Так в чем же дело?
Свин вздохнул и посмотрел на небо, тщательно пережевывая при этом очередную порцию
фисташек.
- Видишь ли, он верит в то, что люди должны страдать. Что счастье не может быть
тихим и безоблачным с часами за пять тысяч долларов и одеждой из бутиков.
- Но во что он верит? - не понял я.
- Парень верит в страдание как в единственно достойную и осмысленную форму жизни
на земле, - повторил Свин. - Поэтому, когда ты пришел в разодранной одежде и
представился жертвой катастрофы, он отнесся к тебе благожелательно. Я даже думаю, он дал
бы тебе кредит, не предложи ты часы. Но часы все изменили. Он понял, что твое страдание
временно и скоро пройдет. Ты оденешься в новый костюм и уедешь в свою Москву.
- И перестану страдать?
- Именно. А этого парень допустить не мог. Поэтому дал тебе возможность еще
помучиться. Самое смешное, что руководствовался он самыми благими побуждениями. Я
смотрел его ауру - никаких следов агрессии.
- Он думает, что чем больше я буду страдать, тем достойнее я стану?
- Совершенно верно. Счастье может быть только со слезами на кухне и в трудовом поту.
Никаких Санта-Барбар. Кстати, его девушка действительно игнорирует глянцевые журналы.
- С ума сойти...
- Можно, - кивнул Свин. - Но самое плохое в другом: я внимательно смотрел в его
душу и понял, что он не один.
- У нас почти вся страна такая...
- Я не в глобальных масштабах. Очень многие в Приморске мыслят подобным образом.
Я пока не могу понять, в чем тут загвоздка, но это очень опасно и как-то связано с
Блуждающим Сгустком.
- Спасибо, утешил...
- Ладно, - искусственно бодро хрюкнул Свин, - хватит предаваться унынию. Нам надо
решить две проблемы. Во-первых, где мы раздобудем деньги? И во-вторых, навестим ли мы
Священника?
- Насчет денег есть несколько вариантов. Можно попытаться продать часы. Не все же
здесь такие принципиальные...
- Дай-то бог, - с сомнением произнес Свин.
- Кроме того, надо пойти в банк и заявить о пропаже кредитной карточки.
- Ты же знаешь, формальности могут затянуться на несколько дней.
- Ладно, у нас еще остаются казино.
- Идея с казино мне нравиться больше всего, - хрюкнул Свин.
Кто бы сомневался... Дело в том, что Свин мог предвидеть такие вещи, как траектория
шарика на круге рулетки или расклад карт в блэк джеке. Кроме того, он безошибочно
определял, когда подходила пора выигрыша на одноруких бандитах. Одно время мы частенько
развлекались с ним в столичных казино. Меня забавляла паника менеджеров, когда я уносил
стопки фишек, Свину же нравилась сама атмосфера: все эти сигары, зеленое сукно и безумно
декольтированные дамы напоминали ему о буйных деньках прошлой жизни.
Запрета для нас двоих на игорную деятельность от Отдела не существовало: ни я, ни Свин
не грешили особо в этой области до поступления на службу. Варшавский - да, вот он в свое
время проиграл все, что мог и все что не мог, за что и был скинут с набережной Москвы-реки с
проломленной головой и свинцовыми грузилами в кармане. Но мы были чисты, а потому
заработали халявный миллиончик несколько лет назад. Но долго продолжаться это не могло.
Казино, всячески завлекая клиентов, на самом деле стремятся завлечь побольше таких, которые
проигрывают деньги. Этаких напыщенных неудачников с толстыми бумажниками, которые
пыжатся друг перед другом спущенными в рулетку суммами. А тот, кто выигрывает, - не
клиент, но враг. И спустя некоторое время после наших вояжей мне стали вежливо, однако
непреклонно отказывать во входе в казино. Сначала это мотивировали тем, что я со Свином: "У
нас, знаете ли, дамы в платьях со шлейфами, вдруг ваша зверушка пожует им подол". Пару раз
я пришел один, но меня все равно не пустили. Одно из главных изобретений современной
клубной культуры - фэйс-контроль. "Администрация имеет право отказать в доступе любому
посетителю, не мотивируя причины своего отказа". Тем более если посетитель не раз уносил с
собою круглую сумму. Так что игорная Москва для нас была потеряна окончательно и
бесповоротно. Но не Приморск. Нас никогда не заносило в эти края. И заработать приличную
сумму мы могли без особых усилий. Главное, чтобы в этом городе было хоть одно, пускай
самое паршивое казино.
- Можно, конечно, сразу пойти к Священнику, - продолжал размышлять вслух я.
- Неловко как-то, - пригорюнился Свин. - Мы знали, где он обосновался после
увольнения, но даже открытки ему не послали...
- А должны были? Священник тоже не любит всех лих сентиментальностей.
- Все равно. Ты хоть раз звонил ему за последние два года?
- Нет, - признался я.
- Нет, ну что ты за человек, - поморщился Свин. - Когда кто-то с тобою рядом - ты
душу готов за него положить. Но стоит человеку отдалиться - и ты все забываешь, как будто
его и не существовало в твоей жизни.
- Ты читаешь мне нотации или хочешь сказать, что ехать к Священнику лучше после
того, как мы раздобудем денег и приведем себя в порядок?
- Скорее второе, чем первое, - произнес Свин. - Как-то неудобно получается: столько
лет не виделись и заявляемся не просто чтобы вспомнить минувшие денечки и выпить водки, а
потому что нам нужна помощь.
- Давай искать казино, - вздохнул я...
Легче сказать, чем сделать. Я все больше и больше убеждался, что Приморск - какой-то
очень странный город. Казалось, местные жители и понятия не имеют о том, что такое казино.
Большинство, услышав мой вопрос, отрицательно крутили головой, поглубже запахивали
воротники своих пальто и ретировались с такой скоростью, словно я был прокаженным или
террористом, спрашивающим, где тут по дешевке можно прикупить грузовик с тротилом. Один
старик разразился гневной тирадой по поводу упадшей морали нескольких поколений - как
совсем юных, так и вполне половозрелых, вроде меня. Даже шустрые школьники не стали
вдаваться в объяснения и коротко сообщили мне, что играть на деньги - очень плохая
привычка, а они с плохими привычками дела не имеют и потому ни о каких казино слыхом не
слыхивали.
Я был поражен. Все это происходило в стране, превосходящей по количеству игорных
заведений на душу населения Соединенные Штаты Америки и все европейские курорты, вместе
взятые! Я редко посещал московские рынки, но помню, что и там установили игральные
автоматы. Опускаешь монету в отверстие - и наблюдаешь за мельтешением цифр на табло.
Если выпадет нужная комбинация - вниз прольется серебряный дождь. Дураков хватало: я
лично видел очереди перед автоматами. Иногда мне казалось, что скоро игорный бизнес
доберется даже в морги. А тут в Приморске- полная пустота.
- Что скажешь? - спросил я Свина после того, как мы, намаявшись, присели отдохнуть
на парапет памятника какому-то советскому государственному деятелю. - Ну и зашоренные
здесь люди - никакого прогресса...
- Зря судишь о человеке по его внешней реакции, - поморщился Свин. - Если бы ты
видел их ауры...
- Ауры у нас видишь только ты, - напомнил я. - Как обстоят дела в эфирном плане?
- Страх, - коротко сказал Свин.
- Страх?
- Вопрос о казино здесь вызывает страх. Причем большинство людей боялись не только
за себя, но и за нас тоже.
- Что-то я не понял. Почему они боялись за меня? Думали, что я проигрался настолько,
что питаюсь обрывками своего плаща, но могу проиграть и его?
- Нет. Они боятся, что ты найдешь казино. Но я пока не понял, почему они этого боятся.
- Прямо мистика какая-то, - пожал плечами я. - Ну и что же нам делать в этом
пугливом царстве?
- Поищем адресный стол, - буркнул Свин.
Найти адресный стол оказалось намного легче. Аккуратный кирпичный киоск с
деревянной, выкрашенной в синюю краску крышей-теремом притулился к зданию городской
библиотеки. За конторкой сидела немолодая барышня в очках и мохеровой турецкой кофте. На
конторке лежал потрепанный томик Чехова.
- Здравствуйте! - улыбнулся я. - Мне нужны адреса всех городских казино.
И снова я признал правоту Свина. Дама испугалась и зачем-то переложила книгу во
внутренний ящик конторки.
- Казино?
- Да, казино. Знаете, это такие заведения, где курят сигары и играют в карты на деньги.
- Я знаю, знаю, - поспешно произнесла женщина. - Скажите, вы - приезжий?
- Да.
- Тогда почему сразу казино? У нас есть хороший театр, краеведческий музей, городской
парк, наконец.
- Мне не нужен парк! - начал закипать я. - Мне нужны адреса всех городских казино!
- Зачем? - спросила женщина и сглотнула слюну.
Я потерял дар речи от изумления. Но Свин тихонько лягнул меня в ногу. Пришлось в
спешном порядке выходить из ступора.
- Дело в том, что в казино работает девушка, с которой мы познакомились на курорте
этим летом. Ну, знаете, как это бывает: солнце, пляж, романтика...
Дама снова кивнула, хотя я и сомневался в глубине души, что обстоятельства, описанные
мной, ей знакомы.
- ... а когда я приехал домой, то понял, что жить без нее не могу. К сожалению, она не
оставила адрес. Сказала только, что живет в Приморске и работает крупье в казино. Вот я и
ищу. Помогите, а?
Конторщица в нерешительности теребила пластмассовую, под перламутр, пуговицу на
своей кофте.
- Скажите, вы уверены в своем решении? Эта девушка вам действительно дорога?
Я молча кивнул, стараясь придать своему взгляду максимальную грусть. Свин прыснул от
смеха.
- Что?! - вскинулась конторщица.
- Нет, нет, все в порядке, - незаметно для нее я пригрозил Свину кулаком.
- Ладно, если вы так настаиваете... - вздохнула женщина. - Казино "Медуза" -
проспект Ленина, дом семь.
- А другие казино? - поинтересовался я.
- У нас в городе только одно казино, - смотря в стол, произнесла женщина. - С вас
пять рублей за справку.
Слава богу, в кармане оставалось еще немного мелочи...
Искомый объект располагался в трех кварталах от городской мэрии, в глубине сквера с
несуразными фигурками купальщиц на облупленном фонтане. Здание такое же пошлое, как и
название: хрущевский двухэтажный ампир с покатой крышей и шестью бочкообразными
колоннами при входе. В советские времена, подозреваю, это был дворец пионеров или что-то
вроде того. Помнится, именно в такой желтокирпичной помпезности меня принимали в
пионеры - перед гипсовым бюстом Ильича и в присутствии одного известного
летчика-космонавта. Самое смешное, в то время я очень гордился происходящим и всю дорогу
домой, несмотря на пятнадцать градусов мороза, шел с распахнутым пальто, дабы все видели
мой новенький шелковый галстук...
Пластиковая табличка при входе извещала, что казино открывается в семь часов вечера.
Таким образом, у нас впереди был почти целый день. Я снова подумал о том, чтобы пойти к
Священнику. Но, прикинув все за и против, решил повременить со встречей. Не знаю, что в
большей степени повлияло на мое решение - гордость, стыд или смущение. Да, в принципе,
гордость и стыд - близнецы, так что неважно...
Мы отправились гулять по городу. Набрели на вполне приличный парк с видом на море и
удобными скамейками. Пристроились на одной из них. Подремали, поворчали на Провидение.
Еще двадцать четыре часа назад жизнь нас вполне устраивала, бумажник лопался от дензнаков
крупного достоинства, а чемоданы - от еды и хорошей одежды. Сейчас же у нас в кармане не
было и гроша, мой костюм выглядел так, будто я непризнанный поэт, творящий для будущих
поколений, не вылезая из глубокого запоя, а Свин и вовсе чувствовал себя голым без своих
жилеток и егерских шапочек. Хотелось есть, хотелось спать, хотелось тепла - но вокруг был
только холод. Я пожалел, что отправил Лидию, получившую при взрыве пару пустяковых
царапин, с первой машиной МЧС в город. Наверное, стоило поехать вместе - лопал бы сейчас
борщ с галушками...
- Задним умом мы все крепки, - уловил мои мысли Свин.
- Ты продолжаешь сканировать мою ауру? - вяло удивился я. - Зачем?
- Привычка, - вздохнул Свин. - Чувствую свою ответственность за тебя.
- Ну и что ты посоветуешь в сложившейся ситуации? Погрузиться в глубокую
медитацию, чтобы не дрожать от холода?
- Можешь смеяться сколько хочешь, - обиделся Свин, - но во Вселенной действуют
определенные энергетические законы.
- Знаю, знаю. Сейчас я должен благодарить Бога за то, что остался жив. И моя
благодарность, попав в высшие энергетические сферы, вернется ко мне с усиленной отдачей.
Так что я получу все, о чем мечтаю.
- Не зубоскаль, просто попробуй.
- Нет в душе благодарности, - признался я. - Понимаю, это не совсем красиво. Но
когда хочется есть и спать, весь розовый восторг куда-то исчезает.
- У тебя есть другие предложения? - сухо поинтересовался Свин.
- Ладно, - сдался я, - попробую.
Я закрыл глаза и попытался придать своим мыслям правильный ход. Вспомнил о
голодающих детях Африки. О миллионах своих соотечественников, для которых слова "Патэк
Филипп" ничего не значили, а сумма в тридцать тысяч долларов, - настоящая цена хронометра
- была такой же нереальностью, как лунная пыль. Попытался представить, что чувствуют в
настоящий момент мои сослуживцы из Отдела. Все они ненавидели СС - и вот, нате вам,
подарочек к седьмому ноября...
Постепенно волнение внутри прекратилось. Внизу живота появилось приятное теплое
жжение - верный признак хорошего настроения. Я поблагодарил Небо за все, что Оно сделало
для меня. Право же, дела могли обстоять намного хуже. Таким образом, я успокоился. Ну.
почти успокоился: есть по-прежнему хотелось.
Из нирваны меня вывел звук работающего мотора. Я открыл глаза и увидел черный
"пежо" последней модели с питерскими номерами. Дверца машины открылась, и наружу
выбралась девочка - шестилетнее круглощекое создание с двумя забавными косичками и
скобками на зубах. Одета она была в капповскую спортивную куртку на лебяжьем пуху, синий
джинсовый комбинезончик и аккуратные сапожки с рожицами Микки-Мауса на голенищах.
Даже если бы я не видел номера машины, все равно безошибочно определил бы, что девочка -
не местная.
- Ой, мама, смотри, какая хрюшка! - завизжал ребенок и бросился к Свину.
Моему офицеру пришлось нелегко. Наверное, ребенок впервые видел живую свинью, а
потому стремился наверстать пробелы в познании мира: трепал Свина за ухом, поглаживал его
пятак, пытался открутить хвостик.
С места водителя вышла невысокая женщина средних лет. одетая так же, как и девочка,
по-спортивному, только без Микки-Маусов на сапогах.
- Ваше животное не кусается? - спросила она меня.
- Ну что вы, он дрессированный, - возмутился я и приказал: - Хрюша, дай лапу!
Глаза Свина сузились в две маленькие щелочки. Но все же он послушно поднял копыто и
протянул его девочке.
Ребенок завизжал еще громче, спугнув с соседнего дерева стаю ворон.
- Здорово! - тоже восхитилась мамаша. - Вы даете здесь выступления?
- В каком-то смысле...
- А почему именно свинья? На море вроде положено показывать обезьянок и попугаев.
Хотя в Анталии разгуливают и с игуанами.
- В этом вся суть, - пояснил я, - спасти этот прогнивший мир может только
разнообразие. Ведь у нас как: если поездка на море, то обязательно фото с обезьянами или там с
игуанами. Абсолютно у всех лежат дома такие карточки. И дети, видя их, привыкают мыслить
штампами. Но человек, мыслящий штампами, никогда не сделает хорошую карьеру. Вы со
мной согласны?
- Да, верно, - с усмешкой кивнула женщина.
- Поэтому я и предлагаю фото со Свиньей. Развивает творческое мышление и позволяет
ребенку почувствовать себя личностью. Кстати, цены более чем приемлемые.
- Сколько? - спросила женщина.
- Всего сто рублей.
- Сто рублей за одно фото?
- Обижаете, мадам, - вознегодовал я. - За эти деньги мы с Хрюшей устроим вам
целую фотосессию. Хельмут Ньютон перевернется в гробу от зависти.
- Я знаю, какие снимки делал Хельмут Ньютон, - пригрозила мне пальцем женщина и
полезла в машину - за фотоаппаратом.
В течение следующих пятнадцати минут Свин подвергся мягкому, но изощренному
надругательству со стороны путешествующих петербуржцев. Его заставляли становиться на
задние копыта и ложиться на листья кверху брюхом. На голову надевали лыжную шапочку, а на
копыта - вязаные перчатки. Девочка растягивала его рот в улыбку, беспрестанно крутила
хвост, а под конец и вовсе оседлала Свина, словно пони. Мой офицер терпел все эти
издевательства стоически, хотя я только мог догадываться, какие замысловатые нецензурные
словесные конструкции складывались в его голове.
Наконец ребенок наигрался, взял с матери клятвенное обещание завести по приезде домой
подобную свинку, и залез в машину.
- Спасибо, - сказала женщина, протягивая мне сотенную купюру.
- Пожалуйста, - церемонно расшаркался я.
Ее взгляд задержался на моей руке, точнее, на часах. Полагаю, она как раз таки
представляла их истинную цену и не смогла сопоставить увиденное с родом моих занятий.
- Поддельные, из пластмассы, - объяснил я. - Товарищи китайцы очень трудолюбивы.
Удивляюсь, как они до сих пор не додумались производить яйца Фаберже из целлулоида. Я бы
обязательно прикупил себе парочку.
- Да, - вздохнула женщина, - странный этот город, Приморск. Ни одного приличного
ресторана, зато уличные фотографы носят поддельный "Патэк Филипп" с настоящим
сапфировым стеклом... Мы хотели остановиться здесь на пару дней, но сейчас я уже не
уверена. Как вам здесь живется?
- Лучше не спрашивайте.
Она внимательно посмотрела мне в глаза.
- Ладно, не буду. Всего доброго!
- Всего доброго. Я бы советовал вам побыстрее выехать на трассу: у нас здесь не очень
любят людей с цифровыми фотоаппаратами. Да и машина ваша - явное пренебрежение
отечественным автопромом.
- Понимаю, - вздохнула женщина и села за руль.
Черный "пежо" деликатно взревел мотором и скрылся за поворотом. Я услышал за своей
спиной тяжелое пыхтение. Свин буравил землю копытом и смотрел на меня исподлобья,
грозно:
- Значит, Хрюша?..
- Не злись. Нам представился шанс заработать деньги - и мы должны были его
использовать.
- Значит, дай лапу?..
- Я импровизировал, как мог....
- Ты знаешь, что этот злобный ребенок чуть не открутил мне хвост? Хорошо, хоть до
члена она не добралась...
- Действительно хорошо....
- Тебя может спасти только одна вещь, - зловеще произнес Свин, вполне очевидно
примериваясь для хорошего удара по моей щиколотке.
Я попятился, прикидывая, в какую сторону отскочить. На ногах и так живого места не
было.
- Какая именно вещь может меня спасти?
- Найди мне еду и кофе, быстро! - рявкнул Свин и сделал выпад.
- Ладно, ладно, - закричал я и бросился наутек. - Будет тебе плюшка, будет тебе
кофэ... Только не надо лягаться! В конце концов, ты сам заставил меня взращивать в душе весь
этот позитивный настрой. Вот и получилось то, что получилось. Зато теперь у нас есть деньги.
- Еду и кофе! - завопил Свин и бросился вслед за мной...
После недолгих блужданий мы обнаружили кондовую точку общепита. Старая добрая
столовка с пластмассовыми подносами на раздаче и толстой теткой в накрахмаленной пилотке
за кассой.
- Да уж, фондю здесь не подают, - пустился в занудство Свин.
Действительно, еду здесь предлагали простую и без изысков: в меню обнаружился даже
смехотворно дешевый китайский суп быстрого приготовления и растворимый, якобы
бразильский, кофе. Главное, заведение отапливалось, а персонал не проявлял признаков
нетерпения при виде пустых тарелок. После ожесточенного, но короткого спора возле
умывальника мы оставили пятьдесят рублей для первой фишки в казино, на оставшиеся же
деньги закатили пир, продолжившийся ровно до половины седьмого вечера. Кофе, правда,
отдавал покрышками, причем не бразильскими, а самыми что ни на есть вазовскими; за острую,
сжигающую внутренности похлебку я дал себе зарок объявить единоличную войну всему
Китаю при первом удобном случае. Как бы там ни было, время мы скоротали. И на том
спасибо...
К "Медузе" мы добрались ровно в девятнадцать ноль-ноль, словно завзятые
игроки-наркоманы. Уже стемнело, старомодные чугунные фонари тускло освещали
съежившиеся от холода улицы. Машин перед зданием почти не было. Так, мелочь пузатая: пара
девяток и "тридцать первая" "Волга". Приходилось надеяться, что крупная дичь подъедет
позже. Мы остановились перед тяжелыми дубовыми дверьми. Свин решил провести
небольшую планерку.
- Значится, так. На автоматы отвлекаться не будем: может пройти очень много времени,
пока выпадет выигрышная комбинация. Кости тоже отпадают: я не уверен, что смогу
контролировать полет кубиков. Тем более в некоторых казино их делают со смещенным
центром тяжести.
- Остается три кита игорного бизнеса, - подытожил я.
- Правильно, - одобрительно крякнул Свин, - рулетка, покер и блэк джек, в
простонародье - очко.
- Или двадцать одно.
- Или двадцать одно, - эхом повторил Свин. - Посмотрим на контингент. Если в
казино присутствуют местные тузы, - а они должны присутствовать, капитализм ведь на
дворе, и в любой провинции имеется пара таковых, - то покер оставим на закуску, так как
именно с него мы сорвем основной банк.
- Начнем с рулетки? - предположил я.
- Ты быстро забываешь, чему я тебя учил, - недовольно хрюкнул Свин. - В рулетке
самый высокий процент выплат, если угадываешь конкретное число. Поэтому начинать с нее не
имеет смысла: выиграем мы очень немного. Учти, что три угадывания номера подряд мало
кому сходило с рук. Придет пит-босс и объявит, что рулетка временно закрывается на
профилактику. И мы останемся на бобах.
- Помню, помню, - кивнул я. - В московских казино все именно так и происходило.
- Лучше начнем с блэк джека. Соберем стартовый капиталец - и преумножим его на
рулетке. А потом бомбанем местных Тэдов Тернеров в покер. Только не забудь перед
решающей игрой отлучиться в уборную и заказать такси. В казино наверняка присутствует
негласная охрана в виде бритоголовых парней. Поэтому болтаться по темному скверу с
деньгами в кармане твоего драного плаща нам будет крайне нежелательно. Уезжать придется
красиво, быстро и с визгом покрышек об асфальт.
- Мне уже страшно, - признался я, открывая дверь.
- Мне тоже, - буркнул Свин и прошествовал внутрь.
В игорный зал, находившийся на втором этаже, нас пропустили без проблем. Швейцар,
разумеется, довольно скептически оглядел Свина, а мой плащ держал как ядовитую змею,
которая того и гляди укусит. Но запреты высказаны не были. Я поправил волосы перед
большим, на всю стену, зеркалом и приготовился зарабатывать деньги.
Убранство игорного зала меня удивило. Я ожидал многого, но не такого... Во-первых,
цветовая гамма. В казино ведь приняты классические сочетания: коричневый и зеленый,
черный и красный. Здесь же серый цвет стен выплескивался на синее сукно столов. Понятно,
конечно, что морская тематика. Однако интерьер можно было продумать тщательнее...
Во-вторых, на окнах я не заметил штор. Тоже нонсенс. По идее игроки должны забывать обо
всем, усевшись за стол. А тут - не только открытые окна, но даже часы на стенке!
Но больше всего огорчала малолюдность зала. На шесть игровых столов - всего четыре
человека. Какие-то помятые субъекты в плохоньких костюмах, все как один - в черных
свитерах под горло. Ни одной дамы, кроме крупье и высокой, аскетичного вида барменши. Это
уже совсем плохо: солидные ставки делаются не в последнюю очередь из-за присутствия рядом
с игроком прекрасных волнующих глаз, с восторгом наблюдающих за его бесшабашностью...
- Если дело будет продолжаться в таком духе, - шепнул я Свину, - о покере можно
забыть.
- Вижу, не слепой, - огрызнулся он.
Мы подошли к кассе.
- Одну фишку для блэк джека, пожалуйста, - сказал я. протягивая полтинник с грацией
наследного принца.
Кассирша - широкоскулая женщина средних лет в форменной серо-синей униформе -
взглянула на меня с удивлением.
- Всего одну?
- Это моя примета на удачу, - пояснил я. - Кто-то садится за стол только в одной,
фартовой, рубашке. Кто-то перед ставками отлучается в туалет, чтобы помочится в свой
счастливый писсуар. Я же покупаю для разогрева только одну фишку. Тогда мне везет весь
вечер.
- Вы часто играете? - спросила меня женщина и положила на полированное дерево
пластмассовый жетончик.
- Где-то раз в неделю. Но в вашем казино мне бывать еще не доводилось. Кстати, у вас
разве не положены гостевые фишки при входе?
- Гостевых фишек у нас нет. Но не волнуйтесь, вам и так понравится, - пообещала
кассирша.
- В самом деле?
- Все наши гости остаются довольны, - сказала женщина и улыбнулась. - Все до
одного...
Мы покинули кассовую стойку и направились к столу для игры в блэк джек.
- Что-то мне не понравилась ее улыбка, - снова шепнул я Свину.
...Закладка в соц.сетях
