Жанр: Научная фантастика
Семь чудес к воскресенью
.... Бим
удивлял ее все больше и больше. Вернувшись из магазина, он снова стал помогать. Им еще очень
повезло, что миссис Джонсон отправилась на благотворительный базар, и дома никого не было. Монни
так устала, что у нее заболели плечи. Она уселась на стул и еще раз огляделась. Следов пребывания
Монни из зеркала не осталось. Бим облокотился на стол.
- Ты действительно этого хотела? - спросил он.
Монни кивнула.
- Думаю, да. Иногда так хочется перевернуть все вверх дном, или что-нибудь разбить, или...
Теперь кивнул Бим.
- Знаю. Кажется, что ты просто обязан это сделать.
- Но на самом деле я ничего такого не делала, честное слово, - быстро добавила Монни. - Я
только думала об этом, - она вздрогнула. Похоже, что даже мысли могут довести до беды.
- Я не смог бы посмотреть в это зеркало даже за миллион долларов, - сказал вдруг Бим. - Я...
- он покачал головой и после паузы продолжил, - думаю, что появился бы значительно худший Бим.
Хотя, - задумчиво добавил он, - если бы этот Бим смог устроить Мэтту...
- Нет! - закричала Монни, обеими руками закрывая карман, в котором лежал кошелек. - Я
тебе ни за что не позволю...
- Да не хочу я этого! - успокоил ее Бим. - Послушай, ты знаешь, который час? Нам пора
отправляться в церковь, пока миссис Джонсон нас не хватилась, - и мальчик показал на стенные часы.
Было около двух часов дня. Монни посмотрела на свою одежду: и рубашка, и джинсы были
грязными. И таком виде в церкви лучше не появляться. Потом она бросила оценивающий взгляд на
Бима.
- Нам лучше переодеться. Ей не понравится, если мы придем в таком виде.
Бим оглядел свою грязную одежду. По ней точно можно было сказать, чем он недавно занимался.
- Ладно. Послушай,.. - он остановился у двери, - ты что-нибудь слышала?..
- О чем?
- О визите мисс Валаско на прошлой неделе, - он облизал губы и отвел глаза, избегая взгляда
Монни. Она легко смогла догадаться, о чем он думает.
- Ты думаешь, тебя опять переведут в другое место? - спросила Монни.
Бим пожал плечами.
- Не знаю. Но ты что-нибудь слышала?
- Нет. Мисс Ридер тоже приходила раньше времени.
- А мне здесь нравится, - медленно проговорил Бим. - Джонсоны не такие уж и плохие. А в
следующем сезоне мистер Джонсон собирается сводить меня на соревнования Младшей Лиги. Если я
здесь останусь.
Если я здесь останусь! Эти слова не давали покоя и ей; Монни и сама могла бы сказать то же
самое. Девочка зябко повела плечами.
- Если мы будем осторожны, по-настоящему осторожны, - задумчиво проговорила она, -
может, они передумают.
- Может быть, - однако особой уверенности у него в голосе не было. Бим вышел из кухни.
Монни немного задержалась, чтобы еще раз окинуть взглядом кухню. Она хотела убедиться, что все в
порядке.
Потом Монни отправилась в свою комнату и там тоже хорошенько огляделась. Все следы
пребывания Монни-разрушительницы исчезли, а коробка конфет лежала на своем месте. Просто
удивительно, до чего ужасно все выглядело и как легко удалось навести порядок.
Вымети дочиста. Почему-то ей вдруг вспомнились эти слова. Может быть, именно благодаря
метелке удалось так быстро ликвидировать последствия разгрома, что учинила другая Монни.
Она сбросила блузку и джинсы и надела джемпер и другую блузку - клетчатую, в которой
ходила в школу А потом впервые уселась перед зеркалом - перед настоящим зеркалом - и занялась
своими непослушными волосами. В ход пошли гребни, щетка и заколки, которые она позаимствовала у
Стеллы.
Теперь она действительно выглядела по-другому! По крайней мере, снаружи. И если в ней всетаки
где-то сидит та, другая Монни, нужно сделать так, чтобы она никогда больше не выбралась на свет
божий. После чего, очень осторожно, чтобы не дай Бог не посмотреться в зеркальце из ящика, она
завернула его в тряпочку, потом в другую и убрала в кошелек. Потом взяла в руки метелку.
Поколебавшись, она все-таки надела цепочку на шею и спрятала под блузку.
На куклу она смотреть не собиралась - от нее можно было ожидать чего угодно, как и от зеркала.
Но как же ей повезло, как повезло! Монни вздохнула с облегчением. А что, если бы она не успела
убраться? Нет, об этом лучше не думать!
И все-таки весь вечер Монни было не по себе. А вдруг что-нибудь окажется не на месте и миссис
Джонсон или Стелла обо всем догадаются? Но никто ничего не заметил. Единственное, что их удивило
- это то, что Монни отказалась от конфет. Она смотреть на них не могла, не то что проглотить!
Девочка так устала, что у нее слипались глаза. Однако, даже засыпая, она думала о том, как ей
повезло. Вот только почему мисс Ридер пришла раньше времени? И вдруг другая Монни появится еще
раз? Нет, об этом она даже думать себе не позволит! Весь следующий день она старалась не думать о
случившемся, но все равно очень переживала. И миссис Джонсон была какой-то странно рассеянной.
Она даже не проверила, как Монни убралась в квартире, а вечером поехала с Бимом в магазин, чтобы
купить ему новые пижамы и рубашки.
Монни призадумалась. Неужели они собираются отослать Бима? Ей вдруг стало очень одиноко.
Наверное, тогда и ее ждет переезд.
Но вопросов она не задавала и с радостью оправилась спать, хотя была суббота. Думать о доме ей
почему-то не хотелось и она довольно долго не могла уснуть.
Было темно и холодно. Монни попыталась плотнее закутаться в одеяло, только одеяла на месте не
оказалось. Да и была она вовсе не в постели. Одна только темнота, а вокруг притаились какие-то тени.
Да она же на свалке!
Девочка находилась у разбитой машины, а кто-то другой стоял на коленях у почтового ящика.
Видно было плохо; но она решила, что это Бим. Бим! Как он посмел прийти еще раз? Неужели им мало
неприятностей с зеркалом?
Бим протянул руку к крышке ящика. Монни хотелось остановить его. Она стояла босиком, поверх
пижамы был накинут только ее старенький халат. Какой странный сон - уж слишком он был похож на
действительность. Она действительно находилась на пустыре, хотя понятия не имела, как здесь
очутилась. И Бим тоже.
Вот он открыл ящик. У Монни даже горло заболело, так она старалась закричать, остановить его,
но девочка не смогла издать ни звука. Пошевелиться она тоже не могла. Приходилось стоять и
смотреть, как Бим засовывает руку в почтовый ящик. Ему достался большой конверт - такой большой,
что мальчику пришлось изрядно попотеть, дергая его туда-сюда, прежде чем он смог его вытащить.
Конверт был лиловым, шесть марок-звездочек, казались светлячками, такими они были яркими.
Монни не видела лица Бима - он наклонился, чтобы положить конверт на землю. Некоторое время
мальчик просто смотрел на конверт, не пытаясь его открыть. Наверное, боится, подумала Монни. Еще
бы, после всего случившегося и ей было страшно.
Она все еще не могла не только сдвинуться с места но и просто крикнуть, чтобы предостеречь
Бима. Он тоже был в халате, из которого давно вырос, голые руки торчали из рукавов чуть лишь не по
локоть. Но вот он все-таки начал открывать конверт.
Бим нетерпеливо поддел уголок, дернул посильнее и конверт раскрылся. Мальчик осторожно
вытряхнул содержимое конверта на землю, как будто оно могло его укусить. Монни до боли стиснула
руки и еще раз попыталась крикнуть Биму, чтобы он оставил конверт в покое, а не то беды не
оберешься. Она знала это наверняка, как и то, что ее трясет от холода.
Но чтобы там ни лежало, само оно из конверта не вытряхивалось, Биму пришлось приложить
усилия. Наконец попытки мальчика увенчались успехом, и новый подарок оказался у него в руках.
Монни боялась, что в конверте окажется еще одно зеркало, но ее страхи оказались напрасными. Бим
держал в руках звезду - пятиконечную звезду - вернее, ее контур, потому что она была сделана из
проволоки.
Внезапно звезда вспыхнула, засияв так ярко, что Бим вскрикнул от неожиданности и уронил ее на
землю. А потом...
Казалось, что звезда ожила! Она стала увеличиваться, расти, пока не стала такой большой, что
внутри нее можно было стоять. От нее исходило сияние, и ярче всего светились контуры лучей.
Бим встал. Теперь Монни смогла рассмотреть его лицо. Глаза у него были закрыты. Так и не
открывая их, мальчик сделал шаг, другой. Как будто шел во сне.
- Бим! - каким-то чудом у нее прорезался голос, и ей наконец-то удалось позвать Бима.
Но он даже не посмотрел в ее сторону, а сделал третий шаг и очутился внутри звезды. Лучи
засветились еще ярче. Какое-то время Бим постоял, так и не открывая глаз, а потом...
Бим исчез!
Монни рванулась вперед, ей все-таки удалось сдвинуться с места. Она стремительно подбежала к
звезде, которая на ее глазах стала уменьшаться. Но в ней же исчез Бим! Не раздумывая, Монни
впрыгнула внутрь, ей еле-еле хватило места.
Девочку окружала тьма. А сама она падала... нет не падала, скорее плыла... или летела... бог его
знает, что это было. Но от того, что почва ушла из-под ног, и стало муторно и страшно, так страшно,
как не было даже при появлении другой Монни из зеркала.
А она все неслась сквозь тьму. Монни расставила руки и пыталась нащупать хоть что-нибудь, за
что можно уцепиться. Но кроме тьмы вокруг не было ничего.
Бим медленно открыл глаза. Ему снился очень страшный сон. Как будто он встал среди ночи,
надел халат и вышел из квартиры. Потом он видел во сне почтовый ящик и какую-то звезду, большую и
сияющую, и...
Бим потряс головой. Он не в своей спальне, здесь совсем другой потолок, с теряющимися во тьме
массивными поперечными балками. Было очень темно, хотя откуда-то слева струился неясный
мерцающий свет. Мальчик осторожно пошевелил руками. Он лежал на каком-то подобии кровати, по
крайней мере, было чем укрыться, только одеяло оказалось жестким и тяжелым.
Наверно, сон все еще продолжался, но уж больно он был похож на действительность.
Бим медленно повернул голову к свету. И увидел огонь - настоящий огонь, горевший в таком
большом очаге, что он занимал чуть ли не всю стену. Очаг казался большой темной пещерой, в которой
горел маленький костер.
Высоко над огнем шла каменная каминная доска, а на ней...
Звездочки, семь звездочек. Не серебристые, как на конверте... каком конверте? Бим мучительно
пытался вспомнить. Все это было так давно. Почтовый ящик - да, действительно, был почтовый ящик
и на нем были нарисованы звездочки.
А здесь звездочки светились лиловым. И огонь был настоящий - Бим чувствовал исходящее от
него тепло. Какое-то время мальчик смотрел на огонь, а потом перевел взгляд на свою постель. Вне
всяких сомнений, это не его постель, не в ней он заснул вчера вечером. Эта была и уже, и ниже, так что
его лицо оказалось вровень с языками пламени.
Бим сел в постели. Ему стало по-настоящему страшно, потому что все вокруг было таким
реальным. Очаг служил единственным источником света, поэтому почти ничего не было видно. Его
низкая кровать стояла у стены как раз напротив очага. У дальней стены стоял стол несколько
деревянных стульев и еще какой-то предмет, который в этом неверном свете можно было принять за
буфет.
С потолка свисали какие-то пучки сухой травы. А еще там были связки лука и перца, только
совсем сморщенного. Кроме Бима в комнате никого не было.
Бим осторожно встал на ноги, напряженно вглядываясь в темные углы. Ни малейших признаков
жизни. Бим и сам не знал, кого он ожидал здесь увидеть, но убедившись, что он в одиночестве, мальчик
вздохнул с облегчением. Но стоило его взгляду упасть на красноватые светящиеся звездочки на
каминной доске, как его пронизал страх. От них жди беды, в этом Бим был уверен. Мальчик сделал шаг,
другой. Теперь он был ближе к огню. И только тут он заметил, что на нем не пижама и даже не джинсы
с рубашкой, а короткие брюки из такой же грубой ткани, что и одеяло, внизу они были заправлены в
толстые носки. Клетчатая, коричневая с белым рубашка была ему велика, и манжеты спускались до
самых пальцев. Широкий кожаный ремень опоясывал рубашку.
Бим потряс головой, закрыл глаза, сосчитал до десяти и снова их открыл. Все оставалось попрежнему.
Нет, это сон, иначе и быть не может!
Он ущипнул себя за руку. Ущипнул так сильно, что даже вскрикнул. Ему было больно!
Но ведь не может же это происходить на самом деле! А если все-таки может, то где он находится и
как сюда попал? Бим уставился на огонь невидящим взглядом. Он пытался собраться с мыслями.
Почтовый ящик, с ним что-то связано. Что же случилось?
Постепенно он все вспомнил. Почтовый ящик Монни - и его собственный. Он вспомнил и про
палочку "Са-бум", и про серебряную свечу... Бим бросился к кровати. Когда он засыпал в своей
комнате, его подарки лежали у него под подушкой. Однако здесь подушки не было, ее заменял
сложенный в несколько раз кусок одеяла. Бим сунул под него руку и ощутил холод металла. Оба
подарка из почтового ящика были на месте. Оба? Еще какой-то предмет упал на пол.
Бим наклонился и поднял звезду - пятиконечную звезду из проволоки. На концах лучи чуть
утолщались. Такая странная штука вполне могла быть очередным подарком "Семи Чудес". Только Бим
не помнил, как этот подарок к нему попал.
Бим дотронулся до него с большой опаской. Первые два подарка Монни вреда не принесли, но вот
третий - зеркало... А это его третий подарок. Биму совсем не хотелось, чтобы и с ним случилось чтонибудь
подобное. Одно было ясно: звезда того же происхождения, что и палочка и свеча. Она такая же
серебристая и так же светится в темноте.
В темноте... Где он находится? Бим передвинулся поближе к огню. Здесь он чувствовал себя
спокойнее, даже не от тепла, а просто от света. А на звездочки на каминной доске он больше смотреть
не будет. Мальчик облизал пересохшие губы и осторожно проговорил: "Эй!" Он и сам не знал, какого
ответа ожидал, и от кого. Все так же потрескивало пламя, других звуков не было слышно. Вдруг Бим
заметил, что огонь затухает. Он в ужасе огляделся. Остаться одному в темной комнате - нет, ни за что!
Этого он не допустит. Рядом с очагом лежала кучка деревянных брусочков, покрытых корой, -
похоже, это было дерево, и его срубили совсем недавно. Бим схватил несколько штук и сунул в огонь. В
какой-то момент ему показалось, что он совсем загасил пламя. Но затем на верхнем полене занялась и
ярко загорелась ветка, и мальчик вздохнул с облегчением.
Бим следил за огнем до тех пор, пока не убедился, что он не потухнет. Затем Бим призвал на
помощь всю свою храбрость и медленно обошел комнату, поминутно озираясь. И хотя он никого не
видел, в нем крепла уверенность, что он не один.
В комнате имелось два окна, но толку от них не было никакого, потому что их прикрывали
тяжелые деревянные ставни, закрытые, к тому же, на засов. Такой же засов запирал изнутри дверь. Еще
Бим нашел несколько сундучков - вернее, он просто натыкался на них - а когда, набравшись
смелости, он открыл дверцу буфета, то увидел лишь глиняные горшки и кувшины, все с крышками, и
несколько толстых коричневых тарелок.
Обойдя всю комнату, Бим вернулся к очагу и сел возле огня, скрестив ноги и радуясь теплу. В
дальней части комнаты было значительно холоднее. У кровати он нашел ботинки. Когда он их
примерил, оказалось, что с толстыми носками они подходят ему в самый раз. Странные это были
ботинки, на толстой подошве и совершенно одинаковые, где правый, где левый - не разберешь.
Если он не спит, а Бим все больше и больше убеждался в этом, то как же он все-таки сюда попал?
Бим выложил на каменные плиты у очага - здесь было светлее - все подарки из почтового ящика.
"Са-бум" и свеча были старыми добрыми друзьями. Звезду он положил подальше, ей он совсем не
доверял. А потом обернулся, потому что точно знал, что в комнате он не один.
И не убирая руки с палочки и свечи, он спросил еще раз: "Пожалуйста, скажите, где я?"
Ему приходилось жить в разных местах, каждый раз начиная новую жизнь. Но все переезды были
похожи один на другой. Его всегда сопровождала мисс Валаско, и жить ему предстояло в квартире или
доме, не так уж отличающихся от тех квартир и домов, где он уже жил. Но здесь все было совершенно
по-другому.
"Где я?" - повторил мальчик, сжимая в руках палочку "Са-бум" и свечу. Его сердце колотилось
так сильно, что при каждом ударе он вздрагивал всем телом.
10. Где наш дом?
Огонь в очаге ярко вспыхнул. Бим повернул голову.
- Так ты вернулся домой, Хоза?
Бим резко развернулся. Она сидела на одном из маленьких стульчиков, ножки у него были такие
коротенькие, что казалось, что она сидит на корточках. Света было достаточно, чтобы хорошо
разглядеть женщину, хотя длинное мешковатое платье оставляло открытым лишь ее лицо и шею.
Она была по-настоящему старой, старше миссис Притчетт. Почти всю голову покрывал лиловый
чепец, но на лбу и на висках из-под него выбивались длинные пряди седых волос. Глаза у нее... глаз
почти не было видно, так низко нависали над ними кустистые брови. А крупный нос загибался книзу,
как клюв у попугая (Бим его однажды видел), так что под этим нависающим носом губы казались
маленькими и тонкими.
Ее руки не отрывались от вязанья. Но хотя пальцы так и мелькали, сопровождаемые ритмичным
пощелкиванием спиц, на свою работу она совсем не смотрела. Она пристально изучала Бима.
Мальчик сделал шаг назад, потом другой. Она настолько отличалась от людей из его мира, что
Бим испугался, хотя она не угрожала ему, а сидела себе и вязала. Но откуда она взялась? И двери, и
окна по-прежнему были закрыты на засовы. А больше никак нельзя было попасть в комнату.
- Добро пожаловать домой, - теперь, когда она открыла рот, Бим заметил два желтоватых зуба.
- Но я не... - начал было Бим, но замолчал на середине фразы. Пусть он не знает, где находится,
но это - не его дом. А где тогда его дом? У Джонсонов? Да, не сегодняшний день - да.
- Не совсем в себе, Хоза? - старая женщина покачала головой, поля ее большого лилового чепца
затряслись, отбрасывая причудливые тени. - Может, путешествие слишком затянулось?
Бим собрал всю свою храбрость.
- Меня зовут Бим Росс, - он пытался говорить уверенным тоном, но несмотря на все его усилия
голос все-таки предательски дрожал. - И я хочу домой.
Старуха покачала головой и погрозила ему спицей.
- Эх, Хоза, ты плохо подумал, ведь так? Садись-ка парень, и вспоминай хорошенько!
Как по волшебству рядом с ним оказался стул, и Бим сел, сцепив руки и зажав их между колен. У
него все так же стучало сердце, ему было трудно дышать. Пожалуй это еще хуже, чем попасться Мэтту
с его шайкой.
- Ах, черт! - теперь старуха смотрела на свое вязанье что-то подправляя там той самой спицей,
которой только что грозила Биму. - Спущенная петля. Нет, этого допустить нельзя. Спущенная петля,
и жизнь пойдет вкривь и вкось.
Бим внимательнее пригляделся к вязанью. Здесь были нитки всех цветов. Наверное, из-за плохого
освещения они казались такими блеклыми. И вязала старуха что-то очень большое, вернее, длинное. С
ее коленей вязанье спускалось на пол, закручивалось кольцами, без какого-либо узора или рисунка,
просто смешение всех цветов.
- Да нет, Хоза, рисунок здесь есть, - свободной спицей старуха указала на свое вязанье. - Вот
счастье, а вот печаль, добро и зло, дождь и солнечный свет, сев и урожай, начало и конец, как и должно
быть. Черное и белое, красное и синее, желтое и зеленое... Тут немного неба, вот этот кусочек побольше
- речка, горстка земли, лист с дерева, снежинка, сосулька, капля дождя, солнечный зайчик, - она
произносила все это нараспев, как будто вот-вот запоет по-настоящему.
И Биму казалось, что детали, о которых она упоминала - небо, речка, земля, лист, - становились
на секунду ярче. Но его больше занимали собственные проблемы.
- Где находится этот дом? - спросил он, отводя глаза от мелькающих в ее руках спиц.
- В своем времени, Хоза, в своем времени. Время может быть местом. Неужели ты все забыл?
Нужно же было превратиться в такого олуха!
Она досадливо покачала головой, но больше ничего не сказала.
От страха Бим бросился все отрицать.
- Меня зовут Бим Росс, и никакой я не Хоза, или как его там. И я хочу домой.
- А где твой дом? - спросила она.
- Ну как же, у Джонсонов. По крайней мере сейчас я там живу.
- Сейчас, потом - время в счет не идет. Где угодно, только не здесь. У тебя есть палочка, свеча
и звезда. С их помощью ты откроешь...
- Они мне не нужны! - Бим поспешно отодвинул от себя все три предмета на каменной плите,
где они ослепительно сверкали.
- Но, Хоза, другого пути у тебя нет. Волшебные предметы принадлежат тебе. Разве ты не
пользовался ими? Теперь они твои.
Бим поежился, хотя стоял у самого огня.
- Заберите их, - отчаянно закричал он. - Меня зовут Бим Росс, и никем другим я быть не хочу.
Я не хочу здесь оставаться, отпустите меня домой!
Тут она засмеялась.
- Ты все так же нетерпелив, Хоза. И так же неосторожен. Коли начал заниматься волшебством,
это на всю жизнь. А вернуться назад - это мы еще посмотрим. Но где же та, что довершает колдовство,
хотела бы я знать.
Все вязанье опять собралось на одной спице, а вторая освободилась. На этот раз старуха указала
свободной спицей на звезду из серебряной проволоки, а не на Бима.
Звезда затрепетала, отделилась от каменной плиты, на которой лежала, и, повинуясь манящим
движениям спицы, опустилась на пол между Бимом и старухой. Теперь спица взлетела в воздух,
указывая поочередно на те точки, где сходились лучи звезды.
Эти точки засветились ярче, а сама звезда стала расти. Бим вскрикнул и отодвинул свой стул.
Наконец старуха заговорила.
- Она потерялась. Звезда предназначалась тебе... Позови ее.
Кого позвать? Сначала Бим растерялся, а потом все понял. Речь могла идти только о Монни. Где
она потерялась? И как...
- Зови, парень, или ты хочешь, чтобы она потерялась навсегда? - голос у старухи стал резким.
- Монни... - хрипло прошептал Бим. - Монни! - он попытался крикнуть громче.
- Нет, не так, мой мальчик. Ты квакаешь как лягушка. Или ты действительно хочешь ее
потерять? - старуха ткнула спицей в его сторону.
Если бы Монни была здесь! Ему так не хотелось, чтобы она потерялась! Она - настоящая,
принадлежит тому миру, куда он так жаждет вернуться. Бим набрал в легкие побольше воздуха и изо
всех сил завопил:
- Монни!
Ему вторило эхо, отражаясь от стен, снова и снова повторяя ее имя. Огонь разгорелся сильнее.
В центре звезды образовался клубок тумана. Бим вдруг вспомнил Монни из зеркала, она
появилась точно также, а ее Бим совсем не хотел видеть. Он испуганно следил за тем, как туман
поднимается вверх. Потом туман исчез.
Внутри звезды кто-то был. Она свернулась калачиком, обхватив руками согнутые колени и
уткнувшись в них лицом, так что Бим видел лишь рассыпанные по плечам волосы. Но у Монни
короткие волосы, по крайней мере, значительно короче.
- Монни? - неуверенно спросил Бим. Он видел, что девочка дрожит всем телом. И одета она
была по-другому, не в джинсы с рубашкой, и даже не в ее самый лучший джемпер с блузкой. На ней
было что-то странное и мешковатое, тускло-коричневого цвета, почти такого же, как ее волосы, так что
трудно было сказать, где кончаются волосы и начинается одежда. Непонятно, слышала его девочка, или
нет, но она не ответила и не пошевелилась.
- Монни? - чуть громче повторил он.
- Не буду открывать глаза, не буду! - ее голос звучал глухо, она говорила, не поднимая головы.
- Здесь так страшно и темно, не буду открывать глаза!
- Монни, это я, Бим, - нетерпеливо повторил он. - Поверь мне...
Монни медленно подняла голову, теперь Бим видел ее лицо, но глаза были все еще закрыты.
- Не буду открывать глаза! - повторила она. - Я не могу!
- Нет, можешь!
И едва Бим проговорил эти слова, раздался какой-то звук. Звезда, внутри которой скорчилась
Монни, поднялась в воздух и повисла у нее над головой. Потом она быстро уменьшилась и
превратилась в ту звездочку из проволоки, что лежала на каменной плите. Туда же, на каменную плиту,
она теперь и вернулась и легла рядом с палочкой и свечой.
- Добро пожаловать, Ханна, - старуха еще быстрее заработала спицами, как будто наверстывала
упущенное.
Монни открыла глаза. Она долго смотрела на огонь, а потом перевела взгляд на старуху, не
обращая на Бима ни малейшего внимания.
- Я... я вас знаю, - медленно проговорила она. - Вы - кукла, не наводящая порчу!
- А теперь? - пожилая женщина засмеялась. - Согласись, Ханна, я вовсе не кукла.
- А я не Ханна, - Монни упрямо выставила вперед подбородок, Бим часто видел ее такой. - Я
Монни Фиттс!
- Да, так ты себя называешь, что и подтвердила в письменном виде, - старуха кивнула головой.
- Так вот, Монни, здесь ты Ханна. Но почему ты решила нас навестить? Это был не твой волшебный
подарок...
- Бим... - Монни огляделась. - А, так ты здесь! - можно было подумать, что она жутко
разозлилась на мальчишку, такой у нее был недовольный голос. - Что ты наделал? Где мы находимся?
Не успел он ответить, как старуха рассмеялась; Биму ее смех совсем не понравился.
- Но ты-то знаешь, где находишься, Ханна. Оглядись по сторонам, девочка, глаза у тебя есть?
Пока Монни не двигалась с места, оставаясь все в той же позе, в которой появилась внутри звезды.
И только теперь она медленно повернула голову, а потом развернулась всем телом, по-прежнему не
вставая на ноги, и оглядела комнату. Девочка хмурилась, но не потому, что все еще зла на него,
подумал Бим. Скорее, она пыталась что-то вспомнить.
Так оно и было, Монни действительно вспоминала. Она долгое время находилась в холодной
темноте. Никогда в жизни она не испытывала подобного ужаса, ужаса от того, что может остаться в
этом холоде навсегда. А потом - потом она очутилась здесь и услышала, как Бим ее позвал.
Старуха - это та самая кукла (по крайней мере, у нее лицо куклы, в этом Монни была уверена). А
эта комната... Монни подняла голову и увидела... - звездочки, вырезанные на каминной доске высоко
над огнем.
- Это старый дом, - уверенно заявила она. - Но теперь он какой-то другой. В нем живут. Вы...
- она посмотрела на старуху. - Это вы здесь живете?
- Можно сказать, что я живу здесь. По крайней мере, я живу в доме, который теперь...
- Теперь? - пе
...Закладка в соц.сетях
