Жанр: Научная фантастика
Приют ветеранов
...всему
окружающему. Они ритмично и тяжело шагали к выходу. Девушка - впереди. Урбс -
сзади. Раз - два. Раз - два...
- Что она их, на каждом шагу фотографирует? - Вопрос Мерцалов задал,
похоже, самому себе в тот миг, когда девушка, повернувшись лицом к следовавшей
за ней группе, в очередной раз шевельнула рычажком своей камеры, что висела у
нее на груди.
Колонна словно по команде остановилась.
- Вот дрессировка... - снова пробормотал Мерцалов. Ему всегда легче
думалось, если мысли озвучивались.
Дрессировка, да, подхватил мысль услышавший это ворчание Милов. Цирк. И
аппарат на груди укротителя. Он может походить на фотоаппарат, а может на
какой-то экзотический талисман. Звери синхронно выполняют движения.
Потом выстрел. Укротитель падает - носороги застывают, совершенно
обездвиженные.
Укротитель тоже все время держал руки на своем талисмане...
Милов закрыл глаза, чтобы изображение на экране не мешало думать.
Собственно, он все понял намного раньше - когда увидел, как ветераны садились в
самолет. А сейчас оставалось лишь четко сформулировать выводы.
О чем тогда говорили, а он подслушал?
Было два аппарата; один украл кто-то сбежавший. И что-то там упоминалось
относительно укротителя зверей...
- Ты что, уснул, старый анархист? Мерцалов потревожил его раздумья.
Милов лишь досадливо мотнул головой.
- Потерпи, скоро все тут закончится - для нас полным провалом. Вот тогда
сможешь спать хоть неделю, хоть месяц подряд, никто тебя не побеспокоит...
На дисплее встретились Урбс и господин из клиники. Пожали руки,
поулыбались, обменялись несколькими словами И колонна снова тронулась.
Как раз в то мгновение, когда девица в очередной раз прикоснулась к своей
камере.
Берфитт обождал, пока Банкир будто случайно, дрейфуя по залу, не оказался
в двух шагах от него. Но поворачиваться к подошедшему не стал. Сказал как бы в
пространство - благо, в это время никого по соседству не оказалось:
- Все благополучно? Банкир ответил:
- Тирию будут атаковать. Вот-вот. Он тоже смотрел в другую сторону.
- На здоровье, - заметил Берфитт. - Так и нужно было. А в остальном?
- Надеюсь, что все в порядке. Хорошо, что я успел вернуться: меня, как
назло, послали в провинцию. А вы - не пора ли вам уехать?
- Я посмотрю, как они усядутся в автобус. И, может быть, с ними и уеду,
если не будет никаких осложнении.
Банкир кивнул.
- Встретимся вечером, по условию.
И они неспешно разошлись в разные стороны.
"БМВ" тирийского посольства ходко катил по шоссе. Полдороги до Москвы уже
проехали.
С боковой дороги неожиданно вырвался тяжелый, донельзя обшарпанный
грузовик. Преимущественное право проезда было у тирийца, но шофер "КамАЗа"
почему-то не счел нужным уступить. Ему понадобилось сразу же встать в левый рад
- быть может, он собирался сделать левый поворот или развернуться. Разрешающий
этот маневр знак виднелся в полусотне метров впереди.
Водитель посольского автомобиля принял, насколько мог, влево, стремясь
уступить дорогу. Но его возможности оказались крайне ограниченны: левее была
уже полоса встречного движения, а навстречу шла милицейская машина на большой
скорости.
Грузовик все-таки вмазался в "БМВ", но, к счастью, вскользь; пострадал в
основном багажник: крышка его распахнулась, ящик выпал на дорогу. Посольское
авто стало на тормоза. Милицейская машина с визгом разворачивалась позади.
Грузовик сдал назад - рассчитывал, похоже, удрать; но один из милиционеров уже
вскочил на подножку, и шофер предпочел, видимо, не усугублять своей вины.
Дипломаты отделались испугом. Пострадала машина, но хуже всего пришлось
ящику: при ударе о дорогу он раскрылся, несколько банок покатилось по асфальту.
Обычных консервных банок.
Когда пассажиры выбрались из "БМВ", милиционеры - их было двое - уже
заканчивали собирать банки; третий возился возле них с каким-то прибором.
Четвертый готовился составлять протокол.
Дипломаты переглянулись. Можно было протестовать: их багаж
неприкосновенный. Хотя и очутился на дороге. Старший среди пассажиров так и
поступил: тут же заявил, что будет жаловаться в Министерство иностранных дел.
Милиционеры извинились, банки вернули до последней. Протокол все-таки
пришлось составить. Шофера с грузовика задержали до выяснения, увезли с собой,
за руль "КамАЗа" сел один из четверых.
Из машины старший патруля доложил:
- Консервные банки. Фрукты какие-то...
- Так я и думал, - сказал Мерцалов, получив сообщение. - Пустой номер.
- Да, - согласился Милов. - Финт, и не очень хитроумный.
Мерцалов рассердился.
- Пока что они переиграли нас. Одно из двух: либо вообще вся эта история
вам привиделась во сне - что они замешаны в чем-то, - либо нас водят за нос, а
мы никак не можем сообразить, где они спрятали груз.
- Да нет, - сказал Милов как бы равнодушно. - Сообразил-то я давно. Только
взять груз - здесь и сейчас - мы никак не можем. Хотя он все еще находится
неподалеку. Рукой подать.
- Фантазируешь, - недоверчиво проговорил Мерцалов. - Если он тут, то
почему же мы...
- Потому, - сказал Милов, - что кончается на "у".
Он был в отставке и мог позволить себе разговаривать так с генералом,
которого подчиненные побаивались. Но Докингу такая манера не нравилась.
- Может быть, вы все-таки объясните...
- Да уж наверное, - успокоил Милов. - Впро-
чем, вскоре вы и сами поймете. А куда этих бедняг теперь повезут? В
Пристань Ветеранов? Уже открыли?
- Нет. В клинику, - буркнул обиженный Мерцалов.
- Прекрасно, - сказал Милов. - А мы сможем увидеть, что там происходит?
- Ну, сможем, - ответил Мерцалов. - Приняты меры. А много ли толку от
нашего наблюдения?
- Если будем внимательно следить, возьмем с поличным в самый удобный миг.
- Вы уверены, - спросил Докинг, - что мы увидим груз? Тот самый, который я
ищу?
- Не беспокойтесь. Никуда груз не делся, просто изменилась технология
доставки. Только и всего. И ваш груз будет, и мой тоже в полном объеме.
- Не оперативник, а прямо Нострадамус какой-то, - недовольно пробурчал
Мерцалов. - Так что, передать командование тебе? Что прикажете делать сейчас,
господин начальник?
- Ехать туда, - предложил Милов, - откуда сможем наблюдать за клиникой.
Причем сразу за двумя помещениями там, внутри. Здесь нам больше оставаться
незачем. Это первое. И второе: обеспечить группу захвата - чтобы оказалась в
клинике в нужный миг. Мы сами ее и поведем - когда час пробьет.
- Надеюсь, этот час будет бить не из автомата, - усмехнулся британский
сыщик.
- Ну, будь по-твоему, - согласился Мерцалов. - Идемте, мистер Докинг.
Поверим нашему коллеге, хотя это и трудно.
Они вышли. Ветераны заканчивали садиться в автобус. Движения их были
неловки. Мисс Кальдер, стоя в дверях машины, пропускала мимо себя каждого. Урбс
и Менотти чуть поодаль негромко переговаривались; не зная, трудно казалось
предположить, что они имеют какое-то отношение к сбо-
рищу калек. Два скучающих иностранца, которых опоздали встретить, и
только. Курильщики, как обычно, во множестве стоявшие у дверей, этим двоим не
уделяли никакого внимания, а смотрели на ветеранов, не скрывая жалости. В этой
стране привыкли к войнам, но еще не разучились сочувствовать их жертвам.
Посадка закончилась, но автобус не трогался. Прошло минуты три, и из
здания аэропорта появился Берфитт. Медленно подошел к автобусу, сказал что-то в
открытую дверцу, - похоже, что-то спросил, - кивнул и поднялся в салон. Оба
иностранца, словно бы и не заметившие его, быстро приблизились и через секунду
тоже оказались внутри. За окнами его виднелись ветераны - все, как один,
закрывшие глаза - уснувшие, надо думать.
Машина Мерцалова, откуда-то вынырнув, затормозила, поравнявшись с
генералом и его спутниками.
- Проводим их? На всякий случай, - предложил Милов.
- Не надо, - отверг Мерцалов. - Там водитель наш, так что мы будем в
курсе. Лучше поедем занимать места согласно взятым билетам. Постой, а это еще
что за номер?
Он смотрел в сторону дальнего от них выхода, где только что показался
знакомый ему человек.
- Какой же это номер? - спросил Милов. - Полковник Надворов, по-моему. А
чему это вы так удивились?
- Тому, - сказал Мерцалов, - что ему сейчас следовало бы находиться в
Элисте, в тамошнем аэропорту, проверять, как несут службу. Но наш пострел, как
говорится, везде поспел.
Он, насупившись, глядел в спину Надворову, торопливо подходившему к
собиравшемуся уже отчалить автобусу-экспрессу.
- Поехали, - сказал наконец генерал.
Места согласно взятым билетам находились в большом автобусе с затемненными
стеклами; из генеральского лимузина они перебрались туда на Новой площади, и
автобус сразу же покатил, чтобы через двадцать минут остановиться невдалеке от
клиники, ныне называемой "Ромашка". Автобус этот был набит электроникой до
такой степени, что разместиться оказалось не так и легко, тем более что самые
лучшие места прочно заняли операторы.
- Что нам нужно видеть? - поинтересовался Мерцалов.
- По моему соображению, прежде всего две операционные. Одну - ту, что, по
вашим словам, предоставлена Приюту для обслуживания ветеранов...
- Номер шесть на плане, - указал генерал оператору.
- И вторую - где собираются оперировать нашего пациента, того, что по
просьбе министерства...
- Ясно. Номер десять. Как ты думаешь, скоро?
- Считаю, они заинтересованы как можно скорее.
- Черт! - волновался Мерцалов. - Неправдоподобно все это... А без жертв
обойтись сможем?
- Боюсь, - сказал Милов, - что одна, самое малое, будет. Первый ветеран.
- Что там с картинкой? - поинтересовался генерал нетерпеливо.
- Готово, - откликнулся оператор.
- А они не заметят ваши камеры? - встревожился Докинг.
- Там нет камер, - успокоил его русский генерал. - Совсем другой принцип.
- Интересно, - заметил Докинг. - Какой же?
- Наш, - коротко ответил Мерцалов. - К сожалению, не имею права...
- Оптика в оконных стеклах? Догадываюсь...
- Чего не знаю, того не знаю, - усмехнулся
Мерцалов. - Мое дело маленькое: требовать, чтобы картинка была. А уж как
они там ее обеспечат - их проблема.
В дверь автобуса постучали. Уверенно так.
- Что за новости? - нахмурился генерал. - Лейтенант, ну-ка шуганите
любопытного...
- Это Надворов, - сообщил осторожно глянувший в окошко Милов.
- А... Ну, впустите.
- Едва нашел вас, - буркнул Надворов хмуро. - Думал, вы в конторе... Что у
вас тут за представление?
Он всмотрелся в экран, потом в другой.
- А, ничего интересного. Так что, пожалуй, мешать вам не стану - у меня
своих дел прорва...
- А почему ты здесь? - спросил генерал. - А не в Элисте?
Надворов слегка покраснел.
- У меня невезуха, Сергей Симонович.
- В чем дело?
- Да Загорский этот... Я сделал глупость: взял его с собой, думал, по
дороге разговорю. А он, как только приземлились там, решил судьбу испытать -
пустился в бега. Пришлось стрелять. И, к сожалению, наповал...
- Оставайся, раз пришел, - велел Мерцалов. - Раз такая твоя судьба. Руки!
-Что?
- Руки! Перед собой! Лейтенант, наручники!
Будь в автобусе просторнее, Надворов, возможно, стал бы сопротивляться. Но
тут он был втиснут между двумя электронными шкафами.
- Генерал, да что вы в самом деле...
- Потом поговорим, Банкир, - ответил Мерцалов. - Сейчас недосуг. Милов
обещает интересное представление. Скажу только: с Роялистом ты опоздал - мы его
успели выпотрошить. Так что зря взял на себя липший грех.
- Банкир? - спросил Милов недоуменно. - Почему банкир?
- Потому что в его распоряжении был весь наш банк данных, - пояснил
генерал, отвернувшись от Надворова. - Большой капитал. А он на него получал еще
немалые проценты. - Только теперь Мерцалов повернулся к полковнику. - Вы
перепугались, Надворов, и оттого бросились убирать Роялиста. Зря, все равно мы
на вас уже вышли - с другого боку. Через клинику в Лере. Так что будьте
уверены, придется вам спеть от первой ноты до последней. Роялист показал, что
вы с ним одновременно лежали в "Гортензии" и оперировал вас доктор Юровиц. Вон
он - узнаете? А вы о Роялисте знали, видимо, по старым делам. Я еще не
установил, кто платил за вас обоих, но не сомневайтесь... Надворов молчал.
- За этот пропавший килограмм вы сполна ответите, Урбс! - угрожал Берфитт.
- Я тоже, но вы - больше всего. И не только деньгами...
- Могли потерять и больше.
- Вы же след оставили!
- Кому? Бахуту? В таких следах им не разобраться.
Они заканчивали мыться. Слышно было, как по соседней операционной прошагал
первый ветеран.
- Хорошо, - буркнул Берфитг, - договорим потом. Скажу лишь: просто чудо,
что вы не притащили за собой целую ораву сыщиков.
- Не притащил же, - сказал Урбс, стараясь держаться независимо.
- Ну, идемте.
Они вошли в операционную. Пациент лежал, медленно дыша, закрыв глаза, без
реакций - растение, а не человек.
Берфитт глянул на операционное поле.
- А быстро у них все заживает...
- Видимо, потому, - заметил Урбс, - что психика не препятствует
выздоровлению. Работает одна физиология. Мы сами, к сожалению, без психики
никак обойтись не можем.
- Очень хорошо, - сказал Берфитт. - А где эта... эта девушка? Мисс
Кальдер, кажется? Урбс огляделся.
- Отдыхает, наверное. Только что была - привела этого. Конечно, она устала
за дорогу - женщина все же.
- Надо найти. Отдохнет потом. Кто же без нее приведет второго и прочих?
- Найдем. - Урбс снова огляделся. - Операционная сестра на месте. Из этой
клиники. Вы забыли, сэр, что мы уже не в Приюте...
Берфитт усмехнулся.
- Начали, - он сделал разрез, отогнул кожу.
- Электрофорез... Подошел санитар.
- Доктор Юровиц спрашивает, когда он сможет начинать. Его больной готов.
- Нужные ткани он получит... минут через двадцать.
Берфитт проговорил это, не прерывая работы.
- И ребра, глядите, почти срослись. А много ли времени прошло?..
- Видите, - сказал Милов, - где они перевозили груз?
На экране Берфитт только что извлек из грудной полости оперируемого
пластиковый пакет и передал Урбсу.
- Отмойте. Только осторожно, иначе... Да, что нам тут нужно? Левая почка,
а еще что?
- Больше ничего, - ответил Урбс.
- Хорошо. Шьем торакс и переходим к почке. Как он там?
- Давление, пульс нормальные. В остальном...
- Какое же у него может быть остальное? - усмехнулся Берфитт.
Мисс Кальдер спокойно вышла из подъезда клиники. Никто не следил за ней,
никто не удерживал: у всех и без того хватало забот.
Выйдя на улицу, она остановила первую же проезжавшую машину и сказала
водителю:
- На Большую Ордынку.
Водитель знал, что на этой улице размещаются посольства Бахрейна,
Гвинеи-Бисау, Ксении, Мавритании, Киргизстана, Раинды... Но на всякий случай
угочнил:
- Посольство Израиля? Она кивнула.
- Уезжаете?
- Уезжаю.
- Туда, в Израиль?
- Не знаю, - ответила мисс Кальдер задумчиво. - Скажут.
- Теперь вы поняли, Докинг? - спросил Ми-лов. - Ветеран у них - это и
контейнер для постороннего груза, и живое хранилище тканей для трансплантаций.
Вот вам, коллега, решение вашей проблемы с контрабандой тканей. Допустим,
транспортируют какие-нибудь ананасы в деревянных ящичках для фруктов, а
поскольку елки или осины там не растут, ящички сколачивают из красного дерева.
Все законно. И никто не виноват, если дощечки потом тоже идут в работу -
попадают к мастерам... Хорошо придумано, а? Так они уже не раз водили вас за
нос, пока вы думали, что контрабанду удалось пресечь, потому что не находили
привы-
чных контейнеров. Но ткани-то продолжали поступать в клиники, не так ли?
Докинг кивнул:
- Это и ставило нас в тупик. Мы, конечно, понимали, что они что-то
придумали... Я вам очень благодарен, Милф. Но скажите: а вы сами нашли что
искали?
- Мы? - удивился Милов. - Разве я что-то искал? Вы просто попросили помочь
вам - мы и помогли.
- Да перестаньте, Милф. Мы же только что видели, как они достали из этого
пациента... какой-то пакет. Что там, по-вашему, было?
- Я полагаю, - ответил Милов задумчиво, - это какое-то средство от моли.
Вы не согласны?
- Секреты, секреты, - обиделся Докинг. - У вас, русских, вечно секреты.
- Да ну, - возразил Милов. - Какие секреты? Завтра вы прочтете во всех
газетах. И тем самым для них закроется тема, которую они обсасывали целую
неделю. Да нет, больше! Да о чем мы! Поговорим лучше о ваших успехах: вы
все-таки раскрыли их уловку.
- Теперь понятно, - проговорил англичанин мрачно, - почему ветераны живут
в этих Приютах так мало. - Он покачал головой. - Однако мне обидно, Милф,
откровенно скажу вам. Это ведь была моя проблема, и мне не хватило
какого-нибудь дня, чтобы догадаться. А вам повезло.
- Ну, не только, - заметил русский коллега. - Хотя мне вообще-то часто
везет - в том смысле, что я попадаю в какие-то происшествия без малейшего
желания с моей стороны. Я ведь ехал в Африку, чтобы отдохнуть вдалеке от всяких
дел. Но мне, как вы говорите, повезло.
- Я должен был сразу догадаться, - пробормотал Докинг, - когда увидел то,
что написал там, на стене, Томпсон Одинга: внутри - значит, в людях, а не на
них...
- Он и мне помог, - кивнул Милов. - Я нашел в нем этот якобы сердечный
стимулятор, на самом же деле - приемник команд. Не понимаю только, как ему
самому удалось не подчиниться электронике.
Докинг усмехнулся.
- Ну, я, пожалуй, мог бы объяснить. Наши люди проходят не только
физическую и психическую подготовку, но и... Впрочем, боюсь, что не вправе
информировать кого бы то ни было. Очень сожалею.
- И не надо, коли так, - нахмурился русский генерал. Взяв Милова за плечо
и отведя в сторонку, насколько позволяла теснота, он грозным шепотом спросил:
- Так что же ты выследил - неужели бета-углерод?
Милов пожал плечами.
- Не исключено.
- Ты... ты! На кого же ты работал? Постой, постой... Готов поспорить - на
Географа! На его чертову контору! Да или нет?
- Спросили бы у него, - ответил Милов. - А я человек маленький и работаю
по вольному найму. Мне предложили - я согласился. А есть такие, кто ничего не
предлагает. А мне жить надо.
Мерцалов помолчал, шумно сопя носом.
- Ладно, черт с тобой! А Географу я еще скажу, как только увижу...
- Сейчас увидите, - предупредил Милов. - Вон его лимузин подкатил.
- Что ему здесь надо? Это моя операция!
- Наверное, - сказал Милов, - ему нужно официально оприходовать то
количество бета-углерода, которое ветераны привезли, а мы сейчас изымем.
Насколько я понимаю - чтобы потом официально купить его у владельцев. Теперь-то
тем придется продать, не то груз снова исчезнет где-нибудь в пути, и на сей раз
уже безвозвратно. А они люди понятливые.
- Вот сукины дети! - громыхнул Мерцалов неизвестно в чей адрес. - Да еще
возни будет с этими инвалидами. Но у нас они проживут подольше, а? Кстати, я
узнал в аэропорту одного парня. Менотти. Когда-то давно он служил в
карабинерах, в Италии, и тогда мы пересеклись. Воистину все течет, все
изменяется... или изменяет. Впрочем, это пустяк. Погоди. - Он смотрел теперь на
экран. - По-моему, у них там проблемы. Что они так засуетились? А тут... Какого
черта? Кто ломится?
- Да все старые знакомые, - ответил на приветствие вошедший Географ. -
Привет, высокопревосходительство! Давненько не виделись, верно?.. А проблемы у
хирургов возникли потому, что та девушка с аппаратом исчезла, а без нее они не
могут поднять своих ветеранов. И это очень хорошо. Потому что эти парни, если
ими управлять, не только перевозят грузы и поставляют ткани для пересадок, но
еще и дерутся. А сейчас они тихие. И такими останутся.
Генерал несколько встревожился.
- Как же мы ее упустили! Нам ведь теперь самим придется возиться с этими
инвалидами: оперировать всех, извлекать то, что им там вшили, лечить потом.
Если девушка скрылась, что мы с ними станем делать?
- Аппарат у нас тоже есть, - успокоил Милов.
- А девушки нет, - поддразнил Географ. - И не будет. Она наверняка на пути
в свое посольство. Или уже там. Милая такая девица. И мы, понятное дело, ей не
препятствуем: сотрудник дружественной нам Службы - пусть себе едет с миром. Тем
более что нам она в чем-то помогла, смогла бы больше - сделала бы. Не всегда
выходит так, как хочется.
Милов спросил:
- Это с ней мне надо было встретиться там, наместе?
- Все возможно, Турист.
- Жаль, что не встретился, - сказал Милов.
- Я вот Еве позвоню! - пригрозил Географ. - Ну что ж, генерал, пора брать
с поличным?
- Даю команду группе захвата. Пошли.
- Идемте, - согласился Милов. - Ничто так не согревает, как встреча со
старыми знакомыми, разве не так?
- Воистину, - проговорил Мерцалов.
И слегка закряхтел, вылезая из автобуса: это было далеко не так удобно,
как выпархивать из служебного "мерседеса". Но служба есть служба, ничего не
поделаешь.
Закладка в соц.сетях
