Жанр: Научная фантастика
Прыжок в антарес (антарес 2)
... на ходу лепестки роз. За
ними последовали шесть девушек в платьях из розовой кисеи. Наконец, в задней
части собора начали раздаваться
восторженные ахи и пожелания счастья, и взорам присутствующих явилась сама
невеста.
Платье Бетани было белым, с радужными переливами. Лиф от талии к плечам
постепенно становился прозрачным, а юбка
сверкала тысячью крошечных звездочек. Фата было надета на местный, мексиканский
манер. Наряд завершал длинный
четырехметровый шлейф, и пока Бетани церемонно шествовала к алтарю под руку с
адмиралом, гости могли рассмотреть во
всей красе и невесту, и ее наряд.
Дрейк же почти не замечал своего начальника. Как и все вокруг него, он не
мог оторвать завороженных глаз от невесты.
Обряд проходил по-испански, очевидно, архиепископ Мехико либо не знал
английского, либо не счел нужным переходить
на чужой для него язык. После короткой церемонии, во время которой архиепископ
попросил о благодати Господней для
всех присутствующих, он произнес по-испански слова брачного обряда, подождав
затем, пока молодой помощник переведет
сказанное на английский. Эти заминки с переводом отнюдь не раздражали. Наоборот,
они показались Дрейку даже по-своему
торжественными.
- Кто отдает эту женщину этому мужчине?.. Обещаешь ли ты, Ричард Дрейк,
любить, уважать и лелеять... в болезни и
здравии... в добрые времена и плохие... до тех пор, пока вы оба живы?
- Обещаю.
- А ты, Бетани Линдквист, обещаешь ли ты любить, уважать и слушаться... в
болезни и здравии... в добрые времена и
плохие... до тех пор, пока вы оба живы?
- Обещаю.
- Властью, данной мне Его Святейшеством, мэрией города Мехико и
Объединенными Мексиканскими Штатами... во имя
Отца, Сына и Святого Духа я объявляю вас мужем и женой.
Можете поцеловать невесту.
- Господи, как бы я хотела, чтобы это никогда не кончалось!
Нежась в лучах солнца, Бетани лежала рядом с Ричардом на пляже Акапулько, -
нет, не просто солнца, а светила, которое
она почти не надеялась увидеть. Несмотря на время года - было начало зимы и
поэтому довольно прохладно, - лучи
проникали куда-то в глубь ее естества, наполняя Бетани удивительным чувством
полноты жизни и умиротворением.
- Ты права! - согласился Дрейк, втирая ей в кожу лосьон для загара.
Они были на пляже одни, и Бетани, чтобы получше загореть, щеголяла без
лифчика. Неудивительно, что каждая третья
пригоршня лосьона почему-то оказывалась у нее на груди. Едва заметный трепет,
пробегавший при этом по телу девушки,
свидетельствовал о том, что процедура в общем-то была ей приятна.
Медовый месяц удался на славу - именно такой, о каком они только мечтали.
Ночи любви сменялись днями на золотом
пляже, с солнцем и прохладной водой залива Акапулько. В один из таких дней они
ныряли голышом со скал, в другой -
катались на паруснике по морю или же просто плескались в воде и нежились на
солнце. Вечером они бродили по
многочисленным увеселительным заведениям, которыми этот приморский курорт
славился на протяжении уже более
семисот лет.
Не меньшее удовольствие доставляли Бетани и походы по местным магазинам.
Дважды она брала с собой Дрейка. Деньги
при этом улетали направо и налево с такой скоростью, что вскоре Ричард
забеспокоился о том, надолго ли им хватит
финансов.
- Как ты собираешься расплачиваться за все это? - поинтересовался Дрейк,
когда Бетани в очередной раз нагрузила его
свертками.
- Рисса сказала мне, что часть свадебных подарков была сделана деньгами.
Надо же их, в конце концов, потратить. А если
нам не хватит, я всегда могу залезть в свой личный запас. К Ордену Земли
полагается еще и солидное денежное
вознаграждение!
- Но ведь это деньги твоего дяди!
- Дома у меня на счете в Хоумпортском банке приличная сумма, ее должно
хватить на первое время. А еще, дорогой, твое
жалованье офицера альтанского флота, или ты о нем забыл?
В ответ Дрейк готов был ее придушить, пусть даже в шутку. На протяжении
всей своей истории альтанские военнокосмические
силы сидели на более чем скудном бюджете. Даже угроза со стороны
рьяллов мало что изменила. С тех самых
пор как Дрейк после академии молодым офицером пришел во флот, жалованье не
повышали ни разу.
В течение всей недели это была неразлучная пара влюбленных. Они вместе ели,
вместе спали, вместе принимали душ,
естественно, вместе и занимались любовью. По взаимному согласию они ни разу не
включили в своем бунгало
голографический экран, ни разу не посмотрели сводки новостей, не слушали чужих
разговоров. Казалось, будто вся
Вселенная отошла на второй план, а в центре ее находились они, и только они чтото
значили в этом мире.
На седьмой день Дрейк все так же сидел на пляже, втирая в спину жены лосьон
для загара. Помолчав немного, он
неохотно пробил первую брешь в стене изоляции, которую они возвели вокруг себя:
- Не кажется ли тебе, что нам пора подумать о возвращении в Мехико?
- Это срочно? - сонно спросила Бетани.
- Боюсь, что да. Не думаю, что адмирал Гоуэр позволит мне до скончания века
валяться на пляже. Не будет же он в
одиночку улаживать все дела в Галактическом Совете?
- Думаю, немного напряженной работы ему не помешает.
Дрейк рассмеялся и нежно повел рукой по спине жены.
- Дорогая моя, офицерская жена не имеет права на такие слова. Адмиралы
никогда не работают сами. За них это делают
другие.
Бетани молчала, и Дрейк даже подумал, уж не уснула ли она. Наконец Бетани
заговорила:
- Когда ты планируешь вернуться?
- В понедельник утром, - ответил он. - Так у нас будет целых восемь дней
медового месяца.
- Для кого-то и это предел мечтаний, - вздохнула Бетани. - Правда, я
надеялась увидеть на Земле побольше интересного.
- Мы всегда можем вернуться, специально, чтобы попутешествовать, - ответил
Дрейк. - На разработку планов по Айзеру
уйдет никак не меньше трех месяцев.
- Разработаем один план, появится другой, - сокрушенно произнесла Бетани. -
Ричард, у меня такое чувство, будто вся
наша жизнь - это сплошная битва или, в лучшем случае, подготовка к ней или
зализывание ран.
- Я как-то об этом не думал, - признался Ричард. - Главное для нас -
выдворить кентавров с Айзера, и тогда можно будет
не беспокоиться за Альту и немного перевести дух. Кроме того, не вечно же мне
летать на кораблях. В один прекрасный день
врач на медосмотре заявит, что я свое отлетал и вскоре уже не смогу переносить
долгие перегрузки. Так что уже через
несколько лет из командирского кресла я перемещусь за письменный стол в
министерстве, а может, и вообще на пенсию.
- И чем ты тогда собираешься заняться? - фыркнула Бетани.
- Мы могли бы перебраться на Западный континент и обзавестись фермой.
В ответ последовало долгое молчание, нарушаемое лишь плеском волн о
прибрежный песок.
- Ричард, - наконец произнесла Бетани, - угадай, на какой мысли я себя
часто ловлю?
- Надеюсь, что обо мне.
- И о тебе тоже, - рассмеялась Бетани. - Но мне часто вспоминается Корлис.
Как красиво там было! Наверняка и та долина,
где рьяллы построили свои шахты, была хороша до того, как они выкорчевали там
все деревья. Так что если мне когданибудь
выпадет жить в близости к природе, я бы предпочла поселиться на Корлисе.
- Да, но он принадлежит рьяллам.
- Увы, к сожалению, - вздохнула Бетани, лежавшая на полотенце лицом вниз.
Неожиданно она села и, повернувшись к мужу спиной, попросила застегнуть ей
лифчик. Не торопясь с завершением этой
нехитрой операции, он ласково погладил ее спину. Когда Ричард наконец справился
с поручением, Бетани повернулась к
нему.
- Так мы действительно возвращаемся в Мехико?
- Да, - кивнул он, - так будет лучше.
- В таком случае, как только мы вернемся, мне нужно будет поговорить с
Координатором Блэнхемом.
- О чем, если не секрет?
- Помнишь, он предложил выделить мне в помощь специалиста по ведению
допросов? Теперь, когда у нас не осталось
секретов, надо будет напомнить ему о его обещании.
- Зачем тебе это?
- Мне показалось, что, пока мы летели от Годдарда к Солнцу, нам с Варлан
удалось продвинуться во взаимопонимании.
Но я до конца не уверена. Я бы хотела попробовать сделать ей специальный укол,
чтобы узнать, что она думает на самом
деле.
- Допустим, она приняла нашу точку зрения. Что дальше?
- Можно будет надеяться, что в один прекрасный день этой войне настанет
конец, - размышляла Бетани. - Кто знает, вдруг
нам удастся договориться с нашими шестилапыми зверюшками?
- А если нет?
- В таком случае нам придется их уничтожить.
Бетани и Дрейк гуляли по пляжу до наступления темноты. Но солнце зашло, и
потянуло холодом, и они вернулись к себе в
бунгало. Дрейк первым заметил в проволочной корзине рядом с телефоном конверт с
красной маркировкой "срочно".
- Что там? - спросила Бетани, когда он, разорвав конверт, вытащил оттуда
тонкий бумажный листок.
Ричард быстро пробежал глазами послание.
- От адмирала Гоуэра. Извини, дорогая, но мы уезжаем прямо сейчас.
- Но почему? Что случилось?
- Гоуэр считает, что там у них какие-то проблемы с переговорами. Последние
два дня земляне уклоняются от прямых
ответов на любые вопросы. По столице прошел слушок, будто Галактический Совет
все-таки не даст согласия на операцию
по снятию блокады Айзера!
ГЛАВА 26
Филипп Уолкирк встретил молодоженов в аэропорту Мехико. Близилась полночь,
и в зале аэровокзала, за исключением
горстки ночных пассажиров, было пусто.
- Что случилось? - спросил Дрейк, как только они с Бетани сошли с трапа
самолета, доставившего их назад из Акапулько.
- Я не совсем уверен, капитан. До прошлой среды дела шли гладко.
Проводились ежедневные совещания, и, как мне
казалось, нам удалось добиться взаимопонимания в том, что касается операции в
системе Айзер. Затем меня направили в
Вашингтон отвечать на вопросы по антирадиационным экранам. Не успел я вернуться,
как меня окружили встревоженные
члены нашей делегации - им показалось, будто земляне больше не проявляют
должного интереса к нашим проблемам.
Причем на первый взгляд вроде бы и не к чему придраться. Просто они стали
какими-то вялыми, безучастными, не то что
раньше. Кроме того, на последних заседаниях отсутствовали кое-кто из ключевых
персон.
- Да, этого достаточно, чтобы заподозрить неладное. Вдруг они возьмут, да и
пойдут на попятную, - согласился Дрейк.
- Именно, сэр. Это я и имею в виду. Но есть и другие приметы, более
надежные. Стэн Барретт и граф Гусаник случайно
стали свидетелями одного малоприятного разговора, прямо там, в Совете.
- Какого разговора?
- Каких-то туманных намеков в адрес Альты и Сандара. Причем как только
Гусаник или Барретт берутся выяснить, в чем
дело, любой - к кому бы они ни обратились - пытается уйти от ответа. Другие же
просто как-то странно смотрят в нашу
сторону.
- Это как же?
- По словам графа Гусаника, так обычно смотрят на больного неизлечимой
болезнью, когда сам он, в отличие от
окружающих, еще ни о чем не догадывается.
- А не мог ли Гусаник прояснить этот вопрос у Координатора Гелларда? -
поинтересовалась Бетани.
- Он уже целых два дня пытается попасть на прием к Первому Координатору, -
отвечал принц. - Пока что, согласно
официальной версии, у Гелларда до конца недели плотный график работы - ни одной
свободной минуты.
- А адмирал Белтон?
- Занят.
- Может, тогда Райерсон?
- Он вернулся на борт "Тедди Рузвельта". Я предложил, чтобы капитан Мартсон
взял шаттл и слетал к нему, ведь их там,
на орбите, разделяет всего какая-то сотня километров. Но Мартсон никак не может
получить допуск на борт. У них там,
видите ли, технические неполадки. А сам Райерсон настолько занят, что даже не
подходит к экрану.
Дрейк поразмыслил над сказанным и кивнул:
- Такое впечатление, будто кто-то хорошо поработал и добился своего. Теперь
мы у них в изгоях.
- Да, сэр. Адмирал Гоуэр того же мнения. Он подозревает, что по какой-то
неизвестной нам причине земляне
пересмотрели наши предложения и пока не могут прийти к единому мнению. А пока
между ними нет согласия, они
отказываются разговаривать с нами.
- А как же Второй Координатор? - спросила Бетани.
- Блэнхем? - переспросил Филипп. - Нет, с ним еще никто не говорил. Но
скорее всего нам снова ответят, что он занят. Не
стоит даже пытаться.
- Может, я попробую? - не унималась Бетани. - Ведь он мне сам как-то раз
предложил помощь в допросах Варлан. Я
использую это как предлог, чтобы попасть к нему на прием, и попытаюсь выудить
нужную нам информацию.
- Ты действительно намерена это сделать? - спросил Дрейк. - Собственно,
почему нет? Ведь ты до сих пор формально
представляешь их интересы.
- Теперь уже нет, - покачала головой Бетани. - С некоторых пор я - миссис
Ричард Дрейк, гражданка Альты.
- Тогда мы так и поступим, - произнес Ричард, и все трое направились к
движущейся ленте ловить багаж. Подобрав
чемоданы, они вышли к стоянке такси и уже через двадцать минут были в гостинице,
где остановилась их делегация.
- К вам миссис Дрейк, господин Координатор. Я объяснила ей, что для того,
чтобы попасть на прием, нужна
предварительная запись, но она утверждает, что у нее срочное к вам дело.
Сэр Джошуа Блэнхем оторвал глаза от лежавшего перед ним отчета и недовольно
посмотрел на секретаршу. Было
воскресенье, и за огромным окном его кабинета в утренней дреме простиралось
бескрайнее море Мехико-Сити. Оживление
придет на улицы огромного города позднее, когда люди отправятся в центр за
покупками. А пока народ либо в церкви, либо
смотрит по голокубу чемпионат Европы по футболу.
- Миссис Дрейк? Извините, но я не знаю никакой миссис Дрейк.
- Разве вы забыли, что на прошлой неделе были гостем у нее на свадьбе?
- А, Бетани Линдквист-Дрейк! Так бы сразу и сказали.
- Насколько мне помнится, именно это я и сказала, господин Координатор.
- Верно. Виноват. Пригласите ее сюда.
Спустя минуту Бетани уже входила в кабинет Второго Координатора. Блэнхем
поднялся из-за стола и бодрым шагом
направился ей навстречу.
- Доброе утро, моя дорогая. Что привело вас ко мне в такую рань, да еще в
воскресенье?
- Я позвонила вам домой, господин Координатор. Рисса ответила мне, что
сегодня вы на работе.
- К сожалению, да, за неделю накопилась уйма бумаг. И я решил, что один, в
тишине, расправлюсь с ними гораздо
быстрее. О, простите мои дурные манеры. Я забыл предложить вам стул. Секундочку,
я попрошу Мариссу приготовить нам
кофе.
Бетани уселась на диван, куда указал ей Блэнхем, но от кофе отказалась. По
прибытии на Землю она попробовала
настоящий земной кофе, но он показался ей горькой отравой. Потом Бетани еще
долго ломала голову, что хорошего могли
найти альтанские отцы основатели в этом напитке.
- Вы отлично выглядите, - произнес Блэнхем и тоже опустился на диван. -
Должен сказать, что замужество пошло вам
явно на пользу.
- Так оно и есть, господин Координатор. Правда, жаль, что мы не смогли
провести на пляже еще недельку. Одной
оказалось маловато.
- А что же вам помешало?
Бетани поведала ему об известии, которое Ричард получил в Акапулько, а
также о том, что рассказал им Филипп Уолкирк,
встретивший их накануне в аэропорту.
- Все участники экспедиции "Прыжок в Ад" выражают крайнюю озабоченность. Мы
надеемся, что власти в конце концов
разъяснят нам, что все-таки происходит, какая судьба нас ждет.
На мгновение на лице Блэнхема читалась напряженность.
- Видите ли, Бетани, я искренне хотел бы вам помочь, но пока я просто не
имею права рассказывать вам больше, нежели
вы сами знаете. Как вы справедливо заметили, мы столкнулись с серьезной
проблемой. Наши эксперты сейчас занимаются ее
решением. Когда таковое будет найдено, мы поставим вас в известность.
- Но почему не сейчас? Может, мы сумеем чем-то помочь.
- Прошу извинить меня, но я не имею права говорить большего. Распоряжение
начальства.
- Я понимаю, господин Координатор. Блэнхем слабо улыбнулся.
- Боюсь, что не понимаете, миссис Дрейк, но я ценю ваш такт. Чем еще я могу
быть вам полезен?
- Да, сэр. Я бы хотела воспользоваться вашим предложением оказать мне
помощь в допросе Варлан - если, конечно, оно
еще в силе.
- Разумеется. Что конкретно вам требуется?
- Вы не могли бы выделить мне специалиста по технике допросов? Я хочу
проверить, насколько откровенна была Варлан
со мной все это время.
- А где будет проводиться допрос?
- На борту "Дискавери", если вы не возражаете.
- Отнюдь. И когда бы вы хотели допросить ее?
- Как можно раньше.
- Послезавтра вас устроит?
- Да-да, во всех отношениях.
- Отлично. Можете на меня рассчитывать. И еще, Бетани...
- Да, сэр?
- Только не надо волноваться. Все само собой утрясется.
Через три дня после возвращения Дрейка в Мехико заговор молчания был снят.
Неожиданно адмирала Гоуэра, Стэна
Барретта и графа Гусаника пригласил к себе Первый Координатор.
- И как это прикажете расценивать? - спросил Дрейк, когда адмирал показал
ему приглашение.
- Не знаю, - признался Гоуэр. - Не считая того, что вашей жене удалось
выведать у Второго Координатора, мы пребываем
в полном неведении.
Гоуэр упомянул Бетани, и у Дрейка заныло сердце. Накануне Бетани отбыла на
орбиту - это была их первая разлука после
свадьбы.
В назначенный час четверка явилась в кабинет Первого Координатора на
верхнем этаже штаб-квартиры Галактического
Совета. Там их уже поджидал сам Первый Координатор, Второй Координатор Блэнхем,
адмиралы Белтон и Райерсон.
Сначала произошел обмен рукопожатиями, после чего все восемь человек заняли
места за небольшим круглым столом.
Геллард начал свою речь с того, что поблагодарил присутствующих за их
готовность к сотрудничеству.
- Признайтесь, господин Координатор, что вы умеете заинтриговать человека,
- произнес граф Гусаник.
- Граф, я должен объяснить причины нашего недавнего поведения. С неделю
назад эксперты адмирала Белтона
столкнулись кое с чем, что могло иметь далеко идущие последствия. Нам
требовалось время, чтобы все хорошенько
проверить и просчитать, перед тем как вести разговор с вами. Боюсь, что
некоторая скрытность, с какой мы вели это дело,
была вызвана утечкой информации из Галактического Совета. К сожалению, человек,
распускавший слухи, - член Совета, и
мы были не в состоянии, как-то повлияв на него, пресечь его действия. Тем не
менее он причинил вам немало душевных
страданий, и за это я от имени всех нас приношу вам глубочайшие извинения. Нам
следовало вести себя несколько иначе.
- Ваши извинения приняты, - ответил Гусаник. - А теперь, сэр, давайте
займемся тем, что не дает вам покоя.
- "Уж если это делать... то быстрее", - вставил цитату Второй Координатор.
- Адмирал Белтон, - произнес Первый Координатор, - будьте добры, объясните
гостям вашу позицию.
- Да, сэр, - откликнулся адмирал.
Поднявшись с места, он подошел к книжному шкафу, занимавшему целую стену
кабинета Первого Координатора.
Адмирал нажал какую-то кнопку, и одновременно произошло несколько вещей. Окно за
столом Первого Координатора стало
матовым, а одна из секций книжного шкафа отъехала в сторону, открыв
присутствующим спрятанный за ней
голографический экран. Экран тотчас зажегся картой искривленного пространства
Рьяллской Гегемонии. Сеть разноцветных
линий обозначала космические коридоры между звездами.
- Господа, представленные вами данные для нас подарок судьбы, - начал
адмирал, указывая на топологическую схему. -
Все две недели, что мы располагаем информацией, наши аналитики трудились в
буквальном смысле круглые сутки, пытаясь
интегрировать новое знание в наши стратегические и тактические доктрины. Для
этого пришлось заново проанализировать
буквально каждое наше сражение с рьяллами. Это позволило нам наконец понять то,
что долгое время, почти целое столетие,
представляло для нас загадку. Короче говоря, джентльмены, нам наконец стало
ясно, какие преимущества дает рьяллам
обладание скоплением искривленного пространства Спики!
А главное преимущество для наших врагов заключается в том, что это
скопление обладает высоким коэффициентом
потенциально возможных звеньев. То, что звезды рьяллов так тесно связаны между
собой, для нас с вами имеет далеко не
лучшие последствия. Как уже отмечал капитан Дрейк, да и не только он, скопление
Спики дает рьяллам возможность
использовать свои силы гораздо более эффективно по сравнению с нами. Иными
словами, для достижения тех же самых
успехов им требуется гораздо меньше кораблей.
- У вас уже есть численные показатели? - поинтересовался Гоуэр.
Белтон кивнул.
- Нам кажется, что данное преимущество можно выразить соотношением два к
семи. Для лиц гражданских объясняю, что
задача, для выполнения которой рьяллам нужно 100 кораблей, от нас потребует 270.
Кто-то слева от Дрейка еле слышно присвистнул. Не иначе как Стэн Барретт,
подумал Ричард, хотя и не был до конца
уверен.
- Следствием является не только возросшая боеспособность их флота, -
продолжал Белтон. - Рьяллы не только мобильней,
но и имеют надежный тыл. Им нет нужды отвлекать ресурсы на его защиту. Это
позволяет им сосредоточить все свои силы в
тех системах, которые они хотели бы отобрать у нас. И если мы вдруг откроем
фронт в другом месте, им не составит труда
перебросить силы к месту нового сражения.
И еще одно, что также немаловажно. Наличие многочисленных космических
коридоров благоприятно отражается на их
экономике. Поскольку расстояния между системами коротки, а время на их
преодоление невелико, плюс наличие
многочисленных перевалочных пунктов - все это позволяет им связать экономику
разных планет в единое целое. Наши же
планеты в экономическом плане практически изолированы друг от друга. А если
учесть низкие затраты на транспортировку у
рьяллов, то каждая их планета может позволить себе степень специализации своей
экономики.
Это хорошо видно на примере Карратила, который специализируется на
производстве продуктов питания для других
планет Гегемонии. Можно предположить, что другие планеты рьяллов
специализируются на производстве космических
кораблей, кто-то - на тяжелой или легкой технике.
- До сих пор, адмирал, - заметил Дрейк, - вы не сказали нам ничего нового.
- Верно, капитан. Я всего лишь пытался показать стратегические последствия
того простого факта, что рьяллы владеют
пространством Спики. Кстати, это наиболее очевидное последствие, не заметить
которое нельзя. А теперь перейдем к
тактическим преимуществам, которые не столь бросаются в глаза.
Белтон взял в руки блок дистанционного управления и нажал на нем какие-то
кнопки. Схема скопления Спики исчезла, а
на ее месте возникла другая, показывающая взаиморасположение систем Хеллсгейта,
Айзера и Гермеса, с соответствующими
точками перехода.
- Давайте попробуем рассмотреть план сражения по прорыву рьяллской блокады
Айзера. Эскадра Галактического флота
нанесет отвлекающий удар против портала Айзер - Гермес, в надежде, что рьяллское
командование перебросит к нему все
силы, оголив тем самым портал Айзер - Хеллсгейт. Примерно через сорок часов с
момента начала операции объединенная
эскадра землян, сандарцев и альтанцев предпримет действия против оголенного
портала Айзер - Хеллсгейт. Как только
космический коридор будет взят, наши судна блокируют портал, ведущий в
пространство рьяллов, чтобы отрезать для тех
возможность переброски туда подкреплений и нанесения ударов из тыла.
С этими словами Белтон повернулся к Гоуэру и Дрейку.
- Это замечательный план, господа. Есть в нем присущая всем простым вещам
элегантность и даже некоторая степень
гениальности. К сожалению, имеется у него и один небольшой дефект - он не
сработает.
Последовала долгая пауза. Дрейк посмотрел на Гоуэра, а затем оба перевели
взгляд на своих дипломатических
представителей. Наконец Гоуэр прокашлялся и произнес:
- Простите, адмирал, но я не вижу, где наша логика дала сбой.
- Сбой, - возразил адмирал, - заключается вот в чем. Что, скажите, вселяет
в вас такую уверенность, будто рьяллы обнажат
линию обороны Айзер-Хеллсгейт и перебросят все силы на отражение нашего удара в
портале Айзер-Гермес? Такое
предположение имело смысл две недели назад, когда вы только-только ознакомили
нас с вашим планом. Теперь же,
досконально изучив топологию искривленного пространства, мы имеем все основания
сомневаться в том, что рьяллы
попробуют укреплять космический коридор изнутри, в системе Айзер.
Вместо этого они предпочтут вызвать подкрепления с какой-нибудь из
принадлежащих им систем, а это значит, что наш
контингент, который будет наносить удар из системы Хеллсгейт, столкнется с
мощнейшей линией обороны, сломить
которую будет нам не под силу.
- У рьяллов не будет времени для переброски кораблей из центра их
Гегемонии, - возразил адмирал Гоуэр.
- О, если бы это было так, - отвечал Белтон. - Мы попытались смоделировать
около ста возможных сценариев развития
событий. Как и мы, рьяллы пользуются радиомаяками для поддержания связи между
линией фронта и другими планетами.
Для того чтобы передать в Гегемонию известие о нашей атаке, им требуется не
более восьми часов. И даже в случае если
операцию в обоих порталах мы начнем одновременно и сможем при минимальных
потерях прорвать блокаду, к тому
моменту, когда мы доберемся до третьего портала в системе, там нас будут
поджидать мощнейшие силы противника.
На этот раз молчание затянулось. Первым его нарушил Координатор Геллард,
причем в голосе его звучала нескрываемая
горечь.
- Весьма сожалею, господа, но в данных обстоятельствах мы вынуждены
пересмотреть нашу позицию. К сожалению, мы
не сможем оказать вам поддержку в прорыве блокады Айзера.
- Вы бросаете нас на произвол судьбы?
- Я бы не стал бросаться такими словами, капитан Дрейк. Ваши планеты -
полноправные члены Галактического Совета, и
мы не покушаемся на их статус. Тем не менее мы не вправе рисковать человеческими
жизнями и материальными ресурсами,
если знаем, что обречены на поражение. Мне, право, жаль.
- Простите меня, господин Координатор, если я чего-то недопонимаю, -
ледяным голосом ответил Гоуэр. - Вы не станете
помогать нам в прорыве блокады системы Айзер, но одновременно утверждаете, что
не бросаете нас на произвол су
...Закладка в соц.сетях
