Жанр: Научная фантастика
Спор о Дьюне
...гласился представитель колониальной
служба, бросив взгляд на Ландрю.
Командор тут же ощетинился.
- Когда я изучал эту планету, здесь не было ни туземцев, ни гигантских
рептилий, - безапелляционно произнес он.
- Ну, с драконами все ясно, - вставил Дотриш. - Эти земноводные
находились в глубокой спячке во время зимнего сезона. Хрубаны тоже
появляются на Рале только в теплое время.
Ландрю пожал плечами и сел. Кен надеялся, что Космодеп не станет
претендовать на власть над Дьюной; в конце концов, ни колонизация, ни
контакты с иными расами не входят в задачи этого департамента.
- Если хрубаны освободят Дьюну для наших колонистов, то планета
по-прежнему останется под юрисдикцией моей службы, - хитрые глазки
Хаминейда ощупали каждого, словно напоминая, кто здесь хозяин.
Сумитрал с негодованием взмахнул рукой.
- Ни в коем случае! Дьюна - наш полигон для контакта с древней и
высокоразвитой расой. И эти люди, - он широким жестом обвел колонистов, -
уже вступили в контакт с ее представителями... чрезвычайно удачно, должен
заметить! - Взгляд адмирала задержался на лице Кена. - Надо использовать
любой шанс для укрепления связей с хрубанами и, рано или поздно, придет
время для заключения договора. А до того планета должна находиться под
защитой департамента Внешних Сношений. Поверьте, Хаминейд, правительство
не примет иного решения.
- Постойте-ка, Сумитрал! - снова вскочил на ноги Ландрю. - Ваше дело -
дипломатия, но за оборону пока что отвечает Космодеп. И тут...
- Заткнись, Ландрю! - Кен не собирался церемониться с этим типом. - Ты
уже показал, как умеешь оборонять детей и женщин! Мы уже могли подписать
соглашение с хрубанами, если бы не орда твоих бандитов!
- Поосторожнее, Рив! - Ландрю с угрозой сделал шаг вперед.
- Хватит! - взревел Сумитрал, на миг превращаясь из выдержанного
дипломата в бывалого вояку. - Говоря откровенно, Ландрю, если бы я не имел
полную уверенность в том, что хрубаны сейчас не наблюдают за нами, я бы не
препятствовал Риву разобраться с вами! Но вернемся к делу. Никаких
оборонных проблем здесь не возникает, зарубите себе на носу. Хрубаны - не
кровожадные туземцы с Мирна и не переносчики чумы с Дзеты Альгейта. И они,
бесспорно, не сиванцы! Это высокоразвитая раса, и я сделаю все, чтобы
заключить с ними договор. Я даже не откажусь от помощи шестилетнего
мальчугана, который разбирается в их сложном этикете лучше, чем мы все
вместе взятые!
Колонисты бурно зааплодировали, и Сумитрал с некоторым удивлением
воззрился на, них. Потом, усмехнувшись, он произнес:
- Я получил инструкции от своего начальства - вы узнаете о них завтра.
Этот мальчик, Тодди, просто счастливая находка для нас. Простите, мистер
Рив, - он обернулся к Кену, - если я буду вынужден монополизировать на
время вашего сына. А сейчас я иду спать. И будучи по натуре оптимистом, я
надеюсь, что хрубаны проголосуют за мирный договор с Землей.
Он удалился, велев Ландрю и Хаминейду отправляться на их корабли.
- Похоже, нам повезло с этим Сумитралом, - заметил Лоренс, когда все
посторонние вышли.
- Не обольщайся, - Ху Ши поднялся из-за своей конторки. - Я знаком с
его репутацией. Хитрый оппортунист, но человек неглупый. Он почувствовал
возможность выдвинуться, и ляжет костьми, чтобы заключить этот договор, -
метрополог неожиданно улыбнулся. - Что на руку и нам, и хрубанам! А сейчас
- спать, всем спать, друзья мои.
Обняв жену за плечи, Кен повел ее к дому.
- Я так вымоталась, - прошептала Пат. - Они не давали нам спать всю
прошлую ночь, когда закрыли в столовой.
- И я едва держусь на ногах, дорогая, - ответил Кен. - И если наш
практичный адмирал отправился в постель, то нам надо сделать то же самое.
Они подошли к крыльцу. Окна домика были темными, значит, дети уже
уснули. Кен почти втащил жену по ступенькам и тихо растворил дверь. Вдруг
Пат, оглянувшись на скамейку у крыльца, сказала:
- Что же будет с Тодди, если хрубаны не вернутся, Кен? Я с ужасом
вспоминаю, как он сидел здесь, на скамье...
- Они вернутся, - успокоил ее Кен. - И Тодди сделал для этого больше
всех нас... и еще сделает немало.
- Что ты имеешь в виду?
Тяжело ступая, Кен добрался до постели, сел и стащил сапоги. Он так
устал, что язык едва ворочался.
- Знаешь, такой сообразительный малыш с забавным веревочным хвостиком
выглядит очень привлекательно...
Его голова коснулась подушки. Он еще успел заметить, как Пат сбросила
башмаки и потянулась с глубоким вздохом. В следующее мгновение Кен забылся
беспробудным сном.
- Папа, папа, проснись! Ну проснись же!
Он с трудом разлепил заплывшие веки. В горле было сухо, голова гудела,
тело не подчинялось ему. Кен с трудом сообразил, что кто-то пытается его
разбудить.
- Папа!
Восклицание сопровождалось толчком маленькой ладошки. Он почувствовал
ее тепло на обнаженном плече и несколько раз моргнул.
- Папа!
- Малыш, я бы хотел еще поспать...
К удивлению Кена, это возымело действие - толчки прекратились. Он
слышал, как Тодди прошлепал на кухню, потом снова появился в комнате с
большой кружкой горячего кофе. Бодрящий аромат защекотал ноздри, и Кен,
спустив ноги на пол, со стоном сел. Они с Пат заснули полураздетыми, даже
не разобрав постели. Он прикрыл жену одеялом и повернулся к Тодди.
Тот был уже одет, причем в свой лучший комбинезончик. Поверх него малыш
натянул куртку из шкуры мада и застегнул сверкающий поясок с богато
изукрашенным ножом - наверняка, подарок хрубанов. Веревочный хвостик был
на месте, однако новый, из куска толстого коричневого шнура. Выглядел
Тодди непривычно чистым и нарядным.
- Что, хрубаны вернулись? - буркнул Кен, протягивая руку к кружке.
Лицо мальчика приняло столь важный и загадочный вид, что он все понял.
- Сейчас я оденусь, сынок, и мы пойдем к мосту, - Кен в два приема
опустошил кружку. - Слушай, сделай-ка мне еще, ладно? И прихвати с собой
что-нибудь поесть.
Солнце еще только вставало, окрашивая восточный небосклон в
розовато-лиловые тона, когда они торопливо зашагали к мосту. Было еще
свежо, и Кен обрадовался, что прихватил с собой одеяло. Набросив его на
плечи и прикрыв одним краем Тода, он пристроился на берегу. Выспаться не
удалось, но он не жалел об этом. С Тодди творились чудеса; капризный
ребенок исчез, превратившись в собранного и энергичного мальчугана. Был ли
сегодняшний ранний подъем достойным выкупом за эту метаморфозу? Обнимая
хрупкие плечи сына, Кен решил, что готов встать и на час раньше - лишь бы
вернулись хрубаны.
Они приступили к завтраку - сэндвичам с холодным мясом и кофе, который
тод налил в термос. Прихлебывая горячий напиток, Кен сказал:
- Ты здорово научился говорить на их языке, сынок. И ты говоришь иначе,
чем раньше.
- О! - Тодди выразительно сморщил нос. - Хрул сказал, что я должен
говорить правильно. Мне Хрисс помог. И Мрва! Я же был у них дома, - он
хихикнул. - Знаешь, папа, у них такие же коридоры и тупики в больших
домах, как на Земле... Только называются "широкие тропы" и "узкие
тропинки"! Смешно! Как в лесу... - Тод потерся головой о плечо отца. -
Помнишь того старика, Храла? Важный хрубан! Он тоже часто приходил и
заставлял меня говорить, говорить... У нас с Хриссом совсем не было
времени на игры. Но я об этом и не думал. Если Хрисс вернется, как
обещал... все лето у нас впереди.
Кен от всей души надеялся, что маленький приятель Тода выполнит свое
обещание.
- А что говорят старшие? - осторожно спросил он. - Хрестан, Хрул? Они
тоже хотят вернуться?
- Самый важный из всех - Хрун. Он объяснил мне, что надо делать, и я
все сделал правильно, папа! И Хрун сказал, что все будет в порядке!
Мысленно поблагодарив Первого Консула, внесшего столь немалую лепту в
воспитание Тодди, Кен похлопал его по плечу.
- Ты отлично справился, сынок. Мы все гордимся тобой - и я, и мама, и
дядя Бен, и Ху Ши... Сам адмирал сказал, что готов зачислить тебя в свой
штат...
Он надеялся, что похвалы не вскружат Тодди голову, но мальчика
интересовало совсем другое. Тод поднял на отца расширившиеся глаза.
- Мы ведь останемся на Рале, папа? Правда, останемся?
- Да, сынок, - Кен глядел на быстрое течение реки, стараясь, чтобы
голос не выдал владевшие им страх и неуверенность. - Конечно, мы останемся
тут.
Над гребнем горы на другом берегу поднялось солнце, заливая теплыми
лучами долину. Остроконечные носы трех космических кораблей на посадочной
площадке засверкали расплавленным серебром, затем из предрассветного
сумрака выступили яркие крыши домиков колонии. Со скотного двора раздалось
призывное мычание, визг свиней и кудахтанье кур. В окнах Аджея вспыхнул
свет и через несколько минут ветеринар сбежал по ступенькам крыльца и
направился к сараю, кормить скотину. Потом зажегся огонек в доме Ху Ши, но
все остальные были еще тихими и темными.
Кен задумчиво уставился на прозрачную речную гладь, на мост,
соединивший два берега, два народа. Да, только здесь, на Дьюне, можно
найти решение проблемы! И дело не в том, чтобы оправдаться перед
чиновниками с Земли или решить, какой департамент будет распоряжаться на
планете. Все было гораздо сложнее, неопределеннее, тоньше... Но два
мальчугана, дети разных рас, умевшие внимательно слушать друг друга,
хотели расти вместе в этом просторном мире, где хватало места для игр,
беготни и дальних странствий. Они уже заключили договор - без книжных
слов, клятв и вороха бесполезных бумаг.
Внезапно тело Тодди под его рукой напряглось, и в следующий момент оба,
и сын, и отец, вскочили на ноги. На дальнем конце моста появились высокие
гривастые фигуры.
Что-то их слишком много, подумал Кен. Может быть, хрубаны на этот раз
выслали охрану? Он крепко стиснул плечо Тода, словно желая защитить его от
разочарования, если в плотной группе пришельцев не окажется ни Хрула, ни
Хрестана.
- Все в порядке, папа! - вдруг раздался торжествующий крик мальчика. -
Все в порядке! Смотри, что они несут! Сети! Много-много сетей!
26. ПЕРЕГОВОРЫ
Когда потом они вспоминали этот день, решивший судьбу Дьюны, никто не
мог себе представить картину целиком - лишь обрывки, фрагменты собственных
ярких впечатлений. Однако, все произошедшее было детально занесено на
пленки - и людьми, и хрубанами.
Кен помнил, как ему принесли очередную, наверное, уже десятую чашку
кофе, которую он не смог одолеть. Он помнил, как терял и снова находил
Тодди, чьи услуги требовались сразу в пяти местах. Он помнил, как разбудил
Пат, повторяя опять и опять, что хрубаны наконец-то вернулись. Что
касается его жены, то ей в память запала Мрва в легком, сверкающем
украшениями платье. Она появилась у домика Ривов в сопровождении целой
толпы женщин-хрубанов, чтобы согласовать с подругой с Земли меню
торжественного обеда.
- В тот день я простояла у плиты четырнадцать часов, - нередко
напоминала Пат мужу; это было ее вторым самым ярким воспоминанием. Кен в
ответ только снисходительно улыбался.
Если бы при этом разговоре присутствовал Тодди, то он наверняка мог бы
заявить:
- А мне в тот день даже не дали поиграть с Хриссом! Все время я
говорил, говорил и говорил!
Хрисс бы добавил:
- Ну а я весь день молчал.
- Что касается меня, - сказал бы Хрул, - я был бы рад помолчать, потому
что накануне вечером мне пришлось спорить до хрипоты.
И Кен согласился бы с ними. Каждому свое!
Когда они с Тодди увидели утром группу хрубанских техников, Кен сразу
послал сынишку включить сирену. Хрубаны, тащившие свернутые сетчатые
панели, перешли мост и остановились, поглядывая на Кена со смесью опаски и
любопытства; знакомых среди них не было. Ими предводительствовала высокая
темногривая женщина, сообщившая, что ее зовут Мрим. На земном она говорила
неважно и сразу же перешла на родной язык.
В руках у нее был голубоватый лист с текстом, украшенный внизу
множеством закорючек и странных значков - как догадался Кен, решение
правительственного Совета Хрубы со всеми надлежащими подписями. Мрим
старалась говорить медленно и отчетливо, так что он понимал почти все.
Хрубаны хотели установить большой трансмиттер на площадке у столовой.
Через несколько часов (к счастью, тут прибежал Тод и помог разобраться с
мерами времени) ожидалось прибытие сановников и специалистов, которым было
поручено вести переговоры с землянами. Мрим просила уважаемого Ррива
помочь ей и указать место, где удобнее установить приемную сетку.
К мосту уже бежал Ху Ши, за ним - Аджей и Лоренс. Рев сирены вызвал
тревогу и на космических кораблях. По трапу судна Сумитрала сбежал
посыльный и занял место в машине дипломатической службы. Колонисты,
однако, не теряли времени; Кен объяснил ситуацию и Ли, поклонившись Мрим,
пригласил ее следовать за собой. Не прошло и получаса, как сеть была
установлена и над ней задрожал молочный туман.
С этого момента, в поселок начали прибывать гости. Первыми появились
солдаты в блестящей амуниции, тащившие какие-то устройства, за ними -
инженеры. Хрул был в первой группе. Он сразу отвел Кена и Ху Ши в сторону
- требовалось посовещаться. Белки глаз молодого хрубана покраснели, хвост
беспокойно хлестал воздух. Потом Кен узнал, что его другу не удалось
сомкнуть глаз прошлой ночью - он занимался организацией встречи.
- Совет провел всенародный опрос, - возбужденно сообщил Хрул. - Решено
продолжать освоение Ралы, но проект несколько видоизменен - теперь он
учитывает и ваше присутствие. - Глаза хрубана весело сверкнули. -
Благодарите Рцода! Он устроил неплохой трюк со своим веревочным хвостом!
Очаровал всех! А его поведение вчера, когда вы принимали Первого... Выше
всяких похвал! Прекрасно воспитанный ребенок!
- Значит, нам разрешено остаться? - Ху Ши интересовало самое главное.
Хрул удовлетворенно кивнул. - Ну, тогда все проблемы решены.
- Боюсь, они только начинаются. Нам надо обговорить еще кое-какие
детали. - Хрубан вытащил голубую ленту с текстом и начал читать - медленно
и внятно, иногда переходя на земной язык. Когда он кончил, Кен и Ху Ши
тревожно переглянулись.
- Боюсь, Сумитралу это не понравится, - покачал головой метрополог.
- Придется ему смириться, - тонкие губы Хрула растянулись в усмешке. -
Поверьте, мы не предполагали обременять Рцода такой ответственностью,
когда учили его языку. Конечно, можно обучить и Сумитрала, но это требует
времени, а его-то у нас и нет. На сегодняшний день Рцод - единственный из
вас, кто знаком с тонкостями языка и этикета.
- Да, ты прав, - Кен пожал плечами. - Выбора у адмирала не остается.
Хрул осторожно коснулся когтем потрепанного рукава, комбинезона Кена:
- Я привез для Рцода церемониальный детский наряд... А у вас, Ррив,
есть какая-нибудь подобающая случаю одежда?
- Хмм... - раздалось сзади покашливание Сумитрала. - Полагаю, парадной
формы дипломатической службы хватит на всех. Подойдет?
- Коричневый - превосходный цвет, - заметил Хрул, - приятный для наших
глаз. Пусть ваши люди принесут одежду. А теперь, адмирал, о тех вещах,
которых вам не следует делать...
Список был весьма обширен, но Сумитрал, морща лоб и закатывая глаза,
добросовестно старался запомнить каждую мелочь. Видимо, подобные детали
этикета служили для него неоспоримым доказательством древности и
изысканной сложности цивилизации хрубанов. Кен же был потрясен.
- Я вижу, и у вас чиновники не дремлют, - пробормотал он.
- Тут, на Рале, мы обходимся без нелегких церемоний, но Хруба - совсем
другое дело, - вздохнул Хрул. - Если все тонкости этикета на предстоящей
встрече будут соблюдены, это нам поможет, Ррив.
- Ладно, - подвел итог Сумитрал, - мы выполним все, как надо. Но какие
условия договора предлагает ваш Совет?
- Не знаю, - лицо хрубана было бесстрастным. - Нам нужно время, чтобы
пережить этот шок. Понимаете, мой народ привык считать себя уникальным
явлением в галактике, единственной высокоразвитой расой... И вдруг -
встреча с вами! Да, пришло время... Тем, кто остался на Хрубе, надо
привыкнуть к вашему облику, к вашей голой коже... понять, что их
безопасности и сытому покою ничего не грозит...
Скрестив на груди руки и покачиваясь с пятки на носок, Сумитрал
задумчиво слушал молодого хрубана; глаза его были непроницаемы. Будь у
него хвост, пришло в голову Кену, он стоял бы сейчас торчком. Наконец,
адмирал согласно кивнул.
- И еще одно, досточтимый друг... - лицо Хрула выражало полную
серьезность. - Переговоры придется вести через Рцода. Он единственный
среди вас, кто может изъясняться правильно на нашем языке.
- Это я понял еще вчера, - уныло согласился Сумитрал. - И мне кажется,
что данное обстоятельство скорее облегчит, чем затруднит заключение
договора. Только способен ли ребенок выдержать такое напряжение?
- Ну, ради встречи с Хриссом... - начал Кен. - Кстати, Хрул, а ваш
малыш будет здесь?
- Наверное. Сюда отправляют всех, кто знает земной язык.
После получаса интенсивных розысков Тодди обнаружили вместе с Хриссом
на сеновале. Комбинезончик его был в пыли, грязное личико раскраснелось
после веселых прыжков и кувырканий в мягкой копне, в волосах запуталась
солома. Главного переводчика бесцеремонно сунули в лохань, вымыли, вытерли
и облачили в розовый наряд и красные сапожки. Несмотря на эти
жизнерадостные цвета, выглядел Тодди весьма мрачным. Схватив сына за руку,
Кен потащил его к площадке перед столовой.
Там уже выстроились друг против друга хрубаны и земляне - солдаты,
инженеры, чиновники и колонисты. День был солнечным и ясным, воздух
благоухал запахами весны, с кухни тянуло соблазнительными ароматами,
ветерок развевал яркие флаги. Внезапно огромную сеть окутал уже знакомый
белесоватый туман; облако сгустилось и резко опало, открыв взволнованным
взглядам собравшихся группу хрубанов.
Центр металлической сети покрывал роскошный ковер сапфирового оттенка с
возвышавшимся на нем столом - длинным, резным, из странной древесины
серебристого оттенка. С одной его стороны в великолепных креслах восседала
семерка пожилых хрубанов с пышными, тронутыми сединой гривами. На груди у
них покоились украшенные самоцветами цепи, плечи закрывали яркие расшитые
накидки, сверкающие пояса стягивали длинные кильты. Напротив стояло семь
пустых кресел столь же роскошного вида.
- Господи, - пробормотал Кен Хрулу, - ваши парни постарались на
совесть! Туземцы потрясены!
- Какие именно? - хвост хрубана изогнулся, глаза смеялись.
- Кто из них Третий Консул? - пошептал Сумитрал, разглядывая членов
Совета.
- Второй слева, рядом с Хруном, - ответил Хрул. - И он явно напуган!
Посмотрите на его хвост...
Кен привстал на цыпочки, пытаясь рассмотреть такую важную подробность
и, в то же время, не выпустить из руки ладошку Тодди. Мальчишка вертелся,
как вьюн. Не хватало только, чтобы он опять сбежал куда-нибудь!
По знаку распорядителя - рослого хрубана в голубом - делегация землян
направилась к своим местам. Первое кресло слева занял Лоренс; затем
уселись более важные персоны - Ландрю, Ху Ши, Хаминейд и Сумитрал; рядом с
ним - Тодди и Кен. Хрул встал за креслом мальчика, Хрестан - около Ху Ши,
чтобы помогать с переводом.
Во время долгой неторопливой речи распорядителя, излагавшего причины и
обстоятельства сей исторической встречи, Тодди изо всех сил старался не
ерзать. Сейчас его помощь была не нужна; колонисты и Сумитрал поняли почти
все. Дипломат, державший ответное слово, постарался облегать задачу
маленького переводчика. Он кратко изложил историю открытия Дьюны,
используя простые и Ясные фразы.
Кен начал потихоньку успокаиваться, как вдруг сообразил: что Тодди по
своему интерпретирует речи адмирала. Пару раз он добавил описания наиболее
ярких эпизодов, вроде охоты на мада и сражения с драконами, однако это,
похоже не вызвало возражений у слушателей. Члены Совета снисходительно
улыбались, покачивая гривами; лишь Третий с застывшим лицом уставился
поверх головы сидевшего напротив Ху Ши. Этого, понял Кен, ничем не
удивишь, он просто не станет слушать. Тот же Ландрю, только с хвостом и
физиономией кота, упустившего мышь.
Адмирал закончил свое сообщение, и Хрул предложил обсудить проект
совместного владения Ралой. Переговоры начались.
Они проходили непросто - в основном, потому, что Третий Консул очнулся
от шока и начал вносить бесконечные поправки, изменения и дополнения.
Каждый раз Хрун и Сумитрал совместными усилиями находили решение, и каждый
раз Тодди, спотыкаясь на сложных фразах, переводил речи участников
совещания. Мальчик начал уставать; некоторые особо изощренные формулировки
были ему просто непонятны. В состязании таких опытных политиков, какими
были Третий Консул и Сумитрал, Тодди напоминал камешек, попавший меж
тяжелых жерновов. Но он держался, держался изо всех сил, снова и снова
возвращаясь к главному требованию земной делегации: хрубаны и люди должны
жить на Рале вместе.
Кроме того, Сумитралу очень хотелось иметь на Земле трансмиттерную
станцию, которая значительно облегчила бы связь с Дьюной. Он подчеркнул,
что сеть нужна небольшая, рассчитанная на пять-шесть человек, и
обслуживать ее будет персонал инженеров-хрубанов. Он даже был согласен на
то, чтобы руководитель этой станции осуществлял проверку всех пересылаемых
грузов. Третий сопротивлялся отчаянно. Закончив очередную десятиминутную
речь, полную возражений и недомолвок. Он свирепо уставился на Тодди,
ожидая перевода. И тут малыш поразил всех.
- Благородный господин, - произнес он, поклонившись Третьему, -
конечно, я могу сказать адмиралу, будто ты боишься, что с Земли сюда
пришлют какое-нибудь страшное оружие или солдат. Но это же глупо! И если
наши ученые увидят, как работает сеть, они не сумеют за день сделать такую
же. Это тоже глупо! Лучше я скажу, что тебе просто не нравится наше
предложение. Ведь так?
Именно это и было квинтэссенцией выступления Третьего, ясной даже
шестилетнему ребенку. По лицу Хруна расплылась довольная улыбка. Он
повернулся к своему соседу и сказал:
- Мальчик прав! Невозможно понять принцип работы трансмиттера, поглядев
на сеть. И, безусловно, небольшая станция не представляет никакой
опасности. А помочь может! Например, ее стоит использовать для
транспортировки на Ралу земных животных или лекарств.
Глаза Третьего сердито сверкнули, но больше возражений не последовало.
К середине дня были сформулированы основные пункты договора. Он должен
был действовать пятьдесят земных лет или двадцать пять лет Ралы - вполне
достаточный срок, чтобы подготовить почву для более длительного
соглашения.
Но уже сейчас космические станции и корабли обеих сторон требовалось
оснастить опознавательными системами, договориться о сферах влияния каждой
из рас, о взаимном невмешательстве в дела колоний. Кроме, разумеется,
Ралы. Она оставалась единственной точкой соприкосновения людей и хрубанов
- если не считать трансмиттерной станции на Земле.
На большом материке в южном полушарии Ралы будет создан контрольный
пост наблюдения за всеми техническими устройствами, которые оба народа
станут ввозить на планету и в окружающее космическое пространство. Туда же
все исследовательские группы станут сообщать о своих маршрутах; это
облегчит оказание им поддержки и поможет избежать столкновений. Вопросы
торговли было решено отложить на будущее, когда определится список
товаров, интересующих каждую из рас.
Самой тяжелой проблемой оказался вопрос об автономии колонии, но тут
Сумитрал был непреклонен: только сами поселенцы Ралы, люди и хрубаны,
должны установить законы, регулирующие жизнь подобного смешанного
общества. Третий считал, что в колонии придется создать
самообеспечивающееся хозяйство, с чем Сумитрал полностью согласился - этот
принцип лежал в основе всех инопланетных поселений землян. Отсюда
следовало, что все залежи полезных ископаемых, обнаруженные в будущем,
должны оставаться в распоряжении колонистов. Третий сердито буркнул, что
на сельскохозяйственной планете нет нужды в горных машинах, и Сумитрал,
тонко улыбнувшись, согласился ограничить мощность ввозимых механизмов.
Третий Консул, видимо, забыл, что шахты можно разрабатывать с помощью
кайла и лопаты.
Не обошлось без споров и обсуждение гражданских прав жителей Ралы.
Довольно быстро стороны согласились, что каждый достигший совершеннолетия
подросток имеет право вернуться на свою родную планету. Однако, когда
Третий выдвинул требование, чтобы всю молодежь обучали языку хрубанов,
Сумитрал тут же сделал такое же контрпредложение, касавшееся земного
языка.
Наконец, был разрешен и вопрос о выравнивании состава населения, ибо
хрубаны имели на Дьюне пять поселков, а земляне - только один. К этому
часу Тодди настолько устал, что чуть не вываливался из кресла.
Произношение его стало нечетким, личико побледнело, и Хрун все чаще с
тревогой поглядывал на мальчика. Вдруг приемник на запястье Ландрю
пронзительно пискнул, и командор поднес его к уху. Одновременно,
инженер-хрубан подбежал к одному из помощников Хруна и что-то ему
зашептал.
- Кажется, прибывает корабль, - объявил Тодди с довольным видом,
предвк
Закладка в соц.сетях
