Жанр: Научная фантастика
Взрывное дельце
...зачем это вы здесь, - ответил Смедли. - Уступаю свою очередь даме.
- Можно и так. - Джули-Энн Каллендер засунула наручники за пояс своей плотно
облегающей формы и откуда-то извлекла записную карточку. Включила текст на
миниатюрном дисплее и справлялась с ним все время, пока говорила со Смедли
Фейвершемом - Мы получаем сообщения о постоянных нарушениях пространства-времени с
такими вот координатами: две мили к западу от Росуэлла, штат Нью-Мексико, в ночь на
второе июля одна тысяча девятьсот сорок седьмого года. По неизвестной причине разные
путешественники по всему тысячелетию то и дело конвергируют именно в этой точке... а
затем бесследно исчезают. Полагаю, ты об этом ничегошеньки не знаешь, так?
- Я сама невинность, - сказал Смедли Фейвершем.
- Ну конечно, конечно, - согласилась Джули-Энн Каллендер. - Я в управлении
почитала твое досье. Такого заядлого хрононавта поискать! Ты наоткрывал сувенирных
киосков во всех точках, включенных во все популярные хронотуры. - Она сверилась с
дисплеем. - Тут указано, что ты открыл сувенирный киоск на борту "Титаника" в одна
тысяча девятьсот двенадцатом году, другой - в римском сенате на мартовские иды сорок
четвертого года до Рождества Христова, а еще один - в театре Форда в одна тысяча
восемьсот шестьдесят пятом году* [* Убийство Авраама Линкольна ]. Ты продаешь бинокли
хронотуристам на травянистом пригорке около Дили-Плаза в одна тысяча девятьсот
шестьдесят третьем году, и ты же - гид трехдневного тура "Распятие". - Тут Джули-Энн
Каллендер взглянула на дисплей и присвистнула. - Э-эй! Из управления мне как раз
сообщили, что тебя видели под герметическим куполом на Луне в июле одна тысяча
девятьсот шестьдесят девятого года, где ты был гидом хронотуров, приуроченных к посадке
"Аполлона-11". Тут сказано, что ты продаешь обломочки лунного модуля как сувениры.
- Да неужели? - спросил Смедли Фейвершем с искренним изумлением. - До этого я
еще не додумался... однако теперь явно продетерминировано, что я этим займусь. Одно из
преимуществ путешествий во времени: я могу управляться со всеми моими предприятиями в
разных эпохах одновременно. В любом случае, Джули, жандармша моя, ни единое из моих
деловых начинаний не нарушило континуума пространства-времени, а потому вы не можете
вменить мне хоть такусенькое хронопреступление.
- Возможно, - признала Джули-Энн Каллендер. - Но я получила приказ разобраться с
хроновратными сдвижками в Росуэлле одна тысяча девятьсот сорок седьмого года, и на что
хочешь поспорю, что без тебя тут не обошлось.
- Бесспорно! - Смедли Фейвершем провел рукой по поясу и прочистил горло. - Когда я
увидел статью в киберкомиксе о предполагаемом крушении летающей тарелки под
Росуэллом в указанном году, я сообразил, что множество хронотуристов пожелают
присутствовать при этом событии. Кто откажется уплатить кругленькую сумму за место в
первом ряду, чтобы посмотреть, как гикнется подлинный чужеземный корабль? Вот я и
вчерашнул сюда, чтобы определить возможности для хронотуров. Но, прибыв, обнаружил,
что под Росуэллом никакой космолет никогда не разбивался. А раз нет космолета, то нет ни
обломков, ни трупов. Нет даже проткнутого метеозонда
- И никаких паранормальных явлении? - спросила Джули-Энн Каллендер.
- Этого я не утверждал, - сказал Смедли Фейвершем - Вместо обломков космолета я
обнаружил нескончаемую череду путешественников во времени, свихнувшихся на НЛО.
Они все до единого бодро отвчерашнились из разных тысячелетий и конвергировали на одни
и те же координаты пространства-времени - две мили к западу от Росуэлла в ночь второго
июля одна тысяча девятьсот сорок седьмого года. Все они прибыли поглазеть на не имевшее
место крушение никогда не существовавшего космолета.
- Ага! - сказала представительница хронопорядка. - Могу догадаться, что произошло
потом. Ты настроил свою диапазонную заглушку так, чтобы их хронолеты
материализовались в воздухе. И не стыдно?
- Виноват, - согласился Смедли Фейвершем. - Эту идею подсказал мне береговой
пират в Корнуолле восемнадцатого века. Он продемонстрировал мне, как он со товарищи
зажигал сигнальные костры, чтобы торговые суда натыкались на рифы...
- Но прямой грабеж не в твоем духе, Смедли. Что ты сделал со всеми этими
путешественниками, пытавшимися навестить Росуэлл, штат Нью-Мексико, второго июля
одна тысяча девятьсот сорок седьмого года?
- Ни за что не скажу, - заявил Смедли Фейвершем и небрежной походкой начал
удаляться от нее, напевая бесхитростный мотивчик, - дум-ди-даб, дум-ди-ди...
- Выкладывай, Фейвершем, - гаркнула хроноконстебльша, и ее контральто утратило
сочувственность доброго следователя. - Или мне надеть на тебя наручники?
- Дум-ди... а это может быть интересно, - сказал Смедли Фейвершем, изменив
направление на небрежном полушаге, так что оказался достаточно близко от длинных рук и
божественных бедер блюстительницы закона.
- И еще как! - Джули-Энн Каллендер сунула руку за корсаж своей плотно облегающей
формы и извлекла кубический предмет - весь в мерцающих многоцветных огоньках.
Лампочки были настроены активизироваться в прошлом и будущем, но оставаться
отключенными в настоящем. Это означало, что элементы питания сигнального прибора были
заряжены бесконечно, поскольку в любое данное "сейчас" сигнальный прибор неизменно
оказывался отключенным.
Каллендер включила свой предупредительный буй и тщательно закрепила его так,
чтобы он занимал неподвижную позицию в потоке пространства-времени.
- Ну вот! Если еще какие-нибудь хронотуристы попытаются прибыть по данному
вектору, они будут предупреждены.
- Нечестно! - возразил Смедли Фейвершем. - Мне необходим постоянный приток
путешественников во времени! Я отсылаю их, а также обломки их хронолетов назад в...
- Да? - подтолкнула его патрульная Каллендер. Ее пальцы выжидательно застыли над
записной карточкой, готовые мгновенно внести в нее полный текст признания Смедли
Фейвершема. - Ты говоришь?..
- Дум-ди-даб... - замурлыкал Смедли Фейвершем. - Дум-ди-ди... Каллендер убрала
записную карточку.
- Послушай, Смедли, мы оба знаем, что я могу вернуться в управление, подключить
тебя к хронослежке и последовать за тобой от этих координат назад и вперед, пока не
выясню, что ты затеял. Давай так: ты сообщаешь мне, что сделал со всеми росуэллскими
путешественниками во времени, а я умалчиваю об этом в отчете.
- Ну, ладно! - Смедли Фейвершем бросил последний жаждущий взгляд на ту часть
облегающей формы Джули-Энн Каллендер, куда она засунула наручники, и начал свою
исповедь. - Когда я в первый раз услышал про росуэллскую катастрофу космолета, один из
киберкомиксов упомянул такое же загадочное происшествие на несколько десятилетий
раньше. - Смедли сверился с индикатором дат на своем поясе. - Оно имело место в семь
часов семнадцать минут утра по местному времени тридцатого июня одна тысяча девятьсот
восьмого года - в глухомани, известной как Тунгуска, Сибирь.
- Задержись на этой мысли, детка. Пока я не загляну в архив Парадокс-Центра. -
Джули-Энн Каллендер засунула руку за корсаж своей формы и извлекла на свет еще одну
записную карточку, набрала на ней несколько команд, а затем посмотрела на дисплей.
- Хм-м-м... Согласно этим данным тунгусское происшествие было необъясненным
взрывом в воздухе в десяти километрах над земной поверхностью, который повалил
сибирскую тайгу на площади в две тысячи двести квадратных километров. Мощность взрыва
была равна взрыву двадцати мегатонн динамита, и он был зафиксирован сейсмографами в
Лондоне и Нью-Йорке. - Патрульная Каллендер присвистнула от удивления. - Ого-го! Тот
еще взрывчик.
- Вот именно, - подтвердил Смедли Фейвершем. - И тунгусское происшествие так и не
получило объяснения. Ни кратера, ни каких-либо обломков обнаружить не удалось. Само
собой, гипотез о причине взрыва набралось хоть отбавляй: болид, комета, черная дыра.
Самая популярная среди них предполагает, что чужой космолет потерпел аварию. Прежде
чем корабль взорвался, экипаж попытался совершить посадку в одной из самых безлюдных
областей Земли. Это объясняет, почему тунгусский взрыв, который мог уничтожить любой
из самых больших земных городов, произошел над глухоманью. Ну как бы там ни было, а я
сообразил, что хронотуристы, желающие присутствовать при гибели космолета под
Росуэллом в одна тысяча девятьсот сорок седьмом году, наверняка захотят быть свидетелями
тунгусского взрыва в одна тысяча девятьсот восьмом году.
- Логично, - согласилась хроноконстебльша Каллендер. - Но взрыв такой силы...
- Это и подсказало мне мою идею! Однодневная экскурсия в пространство-время по
координатам ядерного взрыва чревата значительным риском. Вот тут-то я и усмотрел шанс
подзаработать. Послушай, Джули, у тебя же скоро отпуск, верно? Ну-ка, возьми, - и он
вручил патрульной цветной голограмм-проспект.
Планируете хроноэкскурсию на Тунгуску? - вопрошал жирно набранный заголовок. -
Не шляйтесь во времени в одиночку, рискуя напороться на неприятности. Запишитесь на
хроноэкскурсию в хронобюро "Тик-Так" (менеджер С.Фейвершем), и вы станете свидетелем
тунгусского взрыва, наслаждаясь комфортом и гарантированной безопасностью в удобном
кресле нашего антирадиационного поля. Богатый выбор напитков и блюд, а также
сувенирных радиационных жетонов, маек, наклеек на бамперы...
И так далее. Под этим зазывным текстом стоял знак копирайта с датой, которую
Джули-Энн Каллендер не сумела разобрать. Она поворачивала голограмм-проспект и так, и
эдак, но тут до нее дошло, что дата эта непрерывно меняет годы, так что копирайт
возобновляется до бесконечности. Но вот название фирмы-держателя копирайта -
"Фейвершем Энтерпрайзис" - оставалось четким и неизменным.
Джули-Энн Каллендер сложила голограмм-проспект и засунула его в наименее
интересную часть своей формы.
- Один из твоих способов выколачивать деньги, Смедли?
- Всеконечно! - Смедли Фейвершем скромно потупил очи и принялся изучать свои
ногти. - И очень доходный. Благодаря парадоксу в эту самую секунду, пока я стою здесь и
разговариваю с тобой в Нью-Мексико одна тысяча девятьсот сорок седьмого года, я провожу
экскурсию изнутри антирадиационного поля в Сибири в одна тысяча девятьсот восьмом
году. И зарабатываю очень даже недурные мегабабки.
- Не сомневаюсь, - скривилась Каллендер. - Полагаю, я верно поняла суть твоей
аферы. Когда какие-нибудь хронотурики решают посетить Росуэлл одна тысяча девятьсот
сорок седьмого года, ты сознательно устраиваешь крушение их машин. Застряв в одна
тысяча девятьсот сорок седьмом году, лишившись транспорта для возвращения в
собственную эру, они оказываются целиком в твоей власти, и ты принуждаешь их записаться
в хронотур на Тунгуску в одна тысяча девятьсот восьмом году. Естественно, не бесплатно.
- Ну-у... примерно, - пробормотал Смедли Фейвершем. - Значит, ты разобралась в
моей адской комбинации, вывела меня на чистую воду... так почему бы тебе не отправиться
выполнять очередное задание в какое-нибудь другое столетие? Разве тебе не поручено
спасти Амброза Бирса или совершить еще что-нибудь эдакое?
- Полегче на поворотах, хроносопляк, - осадила его Джули-Энн Каллендер. Одной
рукой в перчатке она достала дубинку и резко хлопнула ею по ладони другой руки, вперив
взгляд в лоб Смедли Фейвершема, словно высматривая какой-нибудь дефект в
конструкции. - Выкладывай, Фейвершем, что ты сделал со всеми этими путешественниками,
которых похитил из Росуэлла одна тысяча девятьсот сорок седьмого года?
- М-м-м-м... они затерялись в коридорах времени.
- Не пойдет.
- Ну ладно, - устало вздохнул Смедли Фейвершем. - Когда я в первый раз вчерашнул,
ориентируясь на координаты пространства-времени тунгусского взрыва одна тысяча
девятьсот восьмого года, я обнаружил, что там ничегошеньки не произошло. Ни кометы, ни
астероида, ни черной дыры и, уж конечно, никакого космолета. И, конечно, никакого взрыва.
А я не мог продавать билеты на крушение росуэллского космолета, поскольку и его никогда
не было. И мне пришла одна мысль...
Джули-Энн Каллендер испустила стон:
- Я, кажется, вижу, к чему она привела!
- Еще бы! - Смедли Фейвершем радостно потер руки. - Когда у меня выпадает
свободная минутка, я возвращаюсь в Росуэлл в ночь предполагаемой гибели НЛО и сбиваю
еще одну машину очередного из бесчисленных хронопутешественников, которые
возвращаются в одна тысяча девятьсот сорок седьмой год, чтобы поглазеть на космолет,
которого никогда не существовало.
- И скольких путешественников во времени ты поймал в ловушку? - спросила
патрульная Каллендер.
- После пяти тысяч я перестал вести счет, - сказал Смедли Фейвершем самодовольно. -
Континуум пространства-времени содержит бесконечное число идиотов, которые свято
верят, будто летающая тарелка разбилась в Росуэлле одна тысяча девятьсот сорок седьмого
года. И каждый раз, когда я сажаю на риф очередного олуха, я отсылаю путешественника -
вместе с обломками его машины - назад в точку пространства-времени, находящуюся...
- Попробую сама догадаться, - прервала его блюстительница хронопорядка. - Ты
посылаешь их в точку на высоте десяти километров прямо над тунгусской глухоманью в
семь часов семнадцать минут тридцатого июня одна тысяча девятьсот восьмого года.
Смедли Фейвершем кивнул.
- Но ведь, - продолжала Джули-Энн Каллендер, - поскольку каждый путешественник
или путешественница во времени движется через пространство-время по собственному
сугубо индивидуальному вектору, то...
Смедли Фейвершем улыбнулся дьявольской улыбкой и помотал головой в знак
отрицания.
Джули-Энн Каллендер содрогнулась:
- Погоди-ка! Объединенная физическая масса более пяти тысяч путешественников
плюс физическая масса более пяти тысяч машин времени? Но если ты отправил все эти
отдельные количества материи для встречи в одной точке пространства-времени, то
произойдет...
- Еще как! - воскликнул Смедли Фейвершем. - Всенепременно. Очень-очень мощный
взрыв, внушающий благоговейный ужас. Хронотуристы, наблюдающие тунгусский взрыв из
безопасного комфорта моего антирадиационного поля, получают за свои деньги сполна. -
Смедли Фейвершем утер вспотевший лоб и ослабил пояс. - Теперь, думается, вы меня
арестуете за убийство пяти тысяч путешественников во времени.
- На основании чего? - спросила Каллендер. - Хроноубийство не нарушает
хронозаконы. Все путешественники во времени отправляются в туры на свой страх и риск. И
благодаря закону Бестера любое убийство, совершенное тобой в прошлом или будущем,
может изменить только твою линию времени и ничью другую. Собственно говоря, я
припоминаю, что ты и я убили друг друга несколько раз в течение наших предыдущих
встреч в пространстве-времени. Естественно, ничего личного...
- Ну, разумеется, - кивнул Смедли Фейвершем. - Парадоксное убийство - это не
хронопреступление.
- А кроме того, все путешественники, которых ты поубивал, - заключила
парадокспатрульная, - были свихнуты на НЛО. Перед ними развертывались безграничные
просторы пространства-времени, а они не придумали ничего лучше, как гоняться за трупами
инопланетян и высматривать несуществующие летающие тарелки в Росуэлле одна тысяча
девятьсот сорок седьмого года. А уж в чем в чем, но в шайке свихнутых охотников за
летающими тарелками континуум пространства-времени нуждается меньше всего.
- Спасибо, лапочка, - сказал Смедли Фейвершем, а его пояс расперло от гордости...
или, может быть, разбухание его пояса объяснялось тем, что миниатюрный ядерный реактор
в его портативной заглушке диапазонов пространства-времени уже почти достиг
критической массы.
- Будь моя воля, Смедли, ты бы за эту работу получил орден. Но решаю не я, а
потому... - Ловким движением Джули-Энн Каллендер извлекла наручники и защелкнула на
запястьях Смедли Фейвершема.
- Пошли, солнышко, я тебя арестую.
- Но я же не совершил никаких преступлений!
- Может, да, а может, нет, - сказала Каллендер из Парадокс-Патруля. - Но начальник
отдела мне не поверит. Поэтому я забираю тебя в Парадокс-Центр, где ты изложишь свои
хроноштучки начальству.
- Твое начальство! - съязвил Смедли Фейвершем. - Шайка хрономусоришек! Сидят
себе посиживают и жрут "кольца" с кремом.
- Попрошу вас! - сказала патрульная Каллендер с искренне оскорбленным
достоинством. - Хотя бы топологию не перевирайте. Не спорю, мы, хронополицейские,
действительно едим выпечку в форме замкнутых петель, но это вовсе не тороиды, а скорее,
ленты Мебиуса. И кофе мы пьем из бутылок Клейна... В любом случае, Фейвершем, ты
арестован. Наверняка найдется хотя бы одно хронопреступление, которое я тебе вменю,
пусть это будет самый легонький проступок.
- Живым тебе меня не взять, хрономусорщица! - освободившись от наручников с
легкостью необыкновенной, Смедли Фейвершем выхватил протонный бластер и выпустил
луч энергии высочайшего напряжения прямо в аппетитную грудь Джули-Энн Каллендер.
Она скончалась на месте. Впрочем, это была не Бог весть какая трагедия, поскольку
принципы Парадокса гарантировали почти стопроцентную вероятность, что в какой-то
будущей точке пространства-времени Джули-Энн Каллендер, целая и невредимая, встретит
Смедли Фейвершема. И в следующий раз, когда их пути сойдутся, вполне возможно,
скончается Смедли. Либо и он, и она. Либо не он и не она. И т.д. и т.п.
Весело насвистывая, Смедли Фейвершем достал свой карманный ис-кривитель
пространства и набрал ряд команд. Тотчас возникла послушная червоточина. Убедившись,
что другой конец червоточины выходит в свою обычную точку высоко-высоко в воздухе над
Тунгуской в одна тысяча девятьсот восьмом году (он раз и навсегда установил точные
координаты на панели скорости), Смедли подобрал бездыханное тело Джули-Энн Каллендер
и бросил его в вихрь пространства-времени.
- Я, конечно, извиняюсь, - сказал Смедли Фейвершем, но каждый килограмм
физической массы, который я имею возможность добавить к тунгусскому феномену одна
тысяча девятьсот восьмого года, ровно настолько же повышает мощность взрыва, делая его
более увлекательным для моих клиентов. И ничего личного!
- Совершенно верно, - произнес голос за спиной Фейвершема. Он обернулся точно в
тот момент, когда в его подбородок врезался кулак. Да так, что он еле удержался на ногах. -
Никаких личных счетов!
Затем, когда Смедли Фейвершем был поднят к червоточине, внутри которой его
молекулам предстояло сконвергироваться с молекулами нескольких тысяч предыдущих
путешественников для очень-очень мощного взрыва, он напоследок увидел лицо того, кто на
него напал.
Свое собственное лицо.
- Ничего личного, - сказал новоприбывший Смедли Фейвершем предыдущему Смедли
Фейвершему, поднося свой другой вариант к порталу горизонтальной червоточины. - Из-за
предупредительного буя, установленного патрульной Каллендер, неиссякаемый поток жертв
времени, прибывавших в Росуэлл одна тысяча девятьсот сорок седьмого года, наконец иссяк.
А может быть, люди в будущем все-таки сообразили, что никакой космолет в Росуэлле
никогда не разбивался. Как бы то ни было, мне надоело поджидать следующую жертву, а
потому я сдвоил след через собственный поток времени и решил использовать тебя. А ты
поднабрал веса, Смедли? Как ты сам сказал, каждый лишний килограмм, который я смогу
отправить назад во времени на Тунгуску, идет в дело. - Он швырнул свое предшествующее
тело в червоточину. - Счастливого приземления в одна тысяча девятьсот восьмом году... и
ничего личного!
- Совершенно верно, - произнес голос за спиной нового Смедли. Он обернулся как раз
вовремя, чтобы получить по голове ломом, которым размахивал еще один Смедли
Фейвершем. - Приветик, старина, - сказало это последнее издание Смедли, подхватывая
своего предшественника по Парадоксу и запихивая его в червоточину. - Ничего личного!
- Совершенно верно, - сказал голос за спиной наипоследнейшего Смедли Фейвершема.
Он обернулся как раз вовремя, чтобы схлопотать по сопатке увесистой гирей. За миг до того,
как его швырнули в червоточину, швыряемый Смедли Фейвершем имел удовольствие
увидеть, как еще один Смедли Фейвершем материализовался позади того, который врезал
ему по сопатке. А этот Смедли Фейвершем размахивал кавалерийским пистолетом
Уэбли-Виккерс.
А за ним уже стоял с пулеметом следующий. А за этим... Ну, достаточно будет сказать,
что процессия Смедли Фейвершемов удлинялась и удлинялась по мере того, как он двигался
через бесконечно варьирующие серии пространственных векторов и раз за разом
возвращался, чтобы столкнуться со всеми предыдущими в одной и той же точке
пространства-времени. Каждый очередной Смедли Фейвершем сжимал в руках оружие более
грозное, чем оружие его предшественников, и каждый новый Смедли Фейвершем твердо
намеревался покончить со всеми прочими Смедли Фейвершемами - и так до бесконечности.
Так оставим их за этим занятием, любезный читатель, и на цыпочках уберемся
подальше.
Перевела с английского Ирина Гурова.
Перевел в электронный Tolin. "Интересное - всем!".
Закладка в соц.сетях
