Жанр: Научная фантастика
Геном
......
Он узнал голос Генералова. Через миг над трубкой развернулась и
матрица изображения. Навигатор был в своей рубке. В скафандре. С
заплетенной на макушке кренделем косой. И - с неброским, светящимся
красно-синим узором на левой щеке. Похоже, с этим бороться бесполезно...
- Слушаю.
- Прямой вызов от хозяев. Переключаю на вас.
Алекс свернул голограмму, убрал звук и поднес коммутатор к затылку, к
компьютерному интерфейсу. Это было единственным способом обеспечить
приватность разговора. Он был заинтригован - с ним не соизволили
связаться, когда приняли на работу, ему не отдали никаких распоряжений по
поводу экипажа и корабля,.. неужели спохватились?
- Александр Романов?
Имитация звука была полной. Голос оказался стандартный, секретарский.
В меру деловой, в меру вежливый.
- Да.
- Вы используете приватный канал?
- Разумеется.
- С вами будет говорить директор компании "Небо", господин Ли Цын.
Алекс понимал, что сейчас изображение не транслируется. И все же
подтянулся. Он не владел умением вести официальные разговоры, ковыряя в
носу, почесывая пятку или просто развалившись в кресле.
- Господин Романов?
Голос хозяина компании оказался старческим, но еще вполне крепким.
- Да, господин Ли Цын. Слушаю вас, господин Ли Цын.
Никаких формальных знакомств. Никаких вопросов, поздравлений с
должностью... таким же голосом господин Ли Цын мог беседовать с кофеваркой
или пылесосом.
- Вы набрали экипаж?
- Да, господин Ли Цын... - Алекс покосился на Моррисона, как раз в
этот миг ставившего на контракте отпечаток пальца.
- Хорошо. Сегодня вы примете на борт трех пассажиров и перейдете в их
полное распоряжение. Необходимые документы они вам предоставят.
- Да, господин Ли Цын. - Алекс представил себе директора компании так
ясно, будто видеосвязь работала. Сидит себе в роскошном кресле жирный
старый скот, тискает подругу... быть может, эту самую секретаршу...
- Господин Ли Цын закончил разговор с вами, - будто услышав его мысли,
промурлыкала секретарша. - У вас есть какие-либо вопросы?
Тон подразумевал, что вопросов быть не должно. Поэтому Алекс и
спросил:
- Господин Ли не имеет обыкновения беседовать с новыми сотрудниками?
- Имеет. Вы побеседовали. Есть еще вопросы?
Под любопытным взглядом Моррисона Алекс заставил себя улыбнуться.
Его-то слова второму пилоту слышны...
- Нет, спасибо. До свидания.
Связь отключилась.
Прямой разговор с Землей... надо же. Достаточно дорого.
- Какие-то распоряжения, капитан? - поинтересовался Моррисон. Вопрос
можно было понять двояко - и отнести на счет самого Алекса, и на счет
Моррисона. Алекс предпочел выбрать второй вариант.
- Да. Будьте на корабле через час. Возможно, мы вылетаем сегодня.
Моррисон с заметной тоской окинул взглядом зал - особенно угол, где
сидели, за неимением клиентов флиртуя между собой, две гейши-спец. Но
возражать, конечно же, не стал.
- Слушаюсь, капитан...
На корабле все было в порядке - хоть какая-то радость. Ким с Джанет
находились в медотсеке - похоже, чернокожая женщина решила взять шефство
над девчонкой. Алекс, включив видеосвязь, заглянул в медотсек буквально на
секунду - Джанет и Ким, склонившись над операционным столом, разбирали
штурмовой лучевик "Перун", самое мощное ручное оружие из разрешенного для
кораблей малого тоннажа. Возможно, что в теории Ким владела оружием лучше,
но за плечами Джанет был опыт... горький, тяжелый, но ценный опыт выходца
с Эбена.
Генералов по-прежнему блаженствовал в навигационной рубке - Алекс пару
минут понаблюдал за ним через капитанский пульт. Обычное времяпровождение
спеца - тренировка... и пусть Пак не был спецом, но занимался именно этим,
прокладывая несуществующие маршруты в несуществующем виртуальном космосе.
Сейчас Пак вел трассу от Ртутного Донца к Эдему, родине Ким. Вначале
Алексу показалось, что трасса далека от совершенства - навигатор пренебрег
стационарными, постоянно работающими пространственными туннелями и повел
корабль через "пульсирующие" туннели. Это была задержка по времени -
пульсирующие туннели открывались с интервалом от трех часов до пяти суток.
Это было финансово невыгодно - за проход по пульсирующему туннелю
приходилось платить вдвое больше. И наконец, Алекс не видел ни малейшей
выгоды в расстоянии - корабль все более уклонялся от направления к Эдему.
Лишь когда Генералов бросил трассу от Зодиака к Сальному Хохолку,
Алекс понял, что тот задумал. Здесь вообще не было никаких туннелей,
корабль двигался на собственном гипергенераторе. Зато потом, преодолев два
парсека и выйдя к Хохолку, корабль оказывался у стационарного туннеля
Сальный Хохолок - Эдем.
Решение было красивым и, насколько Алекс мог прикинуть без подключения
к машине, - оправданным. Выгода во времени, выгода в деньгах, выгода в
ресурсе корабля.
- Хитрый натурал... - восхищенно пробормотал Алекс. И переключился на
отсек энергетика. На этот раз - не маскируясь, открыто.
Юный Поль Лурье стоял перед глюоновым реактором. Медленно
раскачивался, будто медитируя перед потоком энергии, струящимся в
полуметре от его лица.
Нет ничего безопаснее и смертоноснее глюоновой энергетики. Почти
дармовая, если не считать цены реактора, энергия. Никаких радиоактивных
отходов. Никаких побочных излучений. Конечно - если реактор работает
стабильно.
Но трудно добиться стабильной работы от реактора, манипулирующего с
самой основой материи. Здесь начинают спотыкаться законы физики. Здесь нет
однозначных решений и готовых схем. Пока реактор работает на минимальной
мощности - все еще прогнозируемо, к тому же в любой момент его можно
заглушить. Как только реактор выходит на полную мощность - процесс
"плывет". Из ниоткуда возникают потоки самых разнообразных излучений.
Титановый корпус реактора может превратиться в золотой или графитовый... а
однажды Алекс видел реактор, чьи стенки превратились в литой хрустальный
цилиндр. На "Зеркале" стоял тандемный глюон-реактор "Ниагара", вообще не
имеющий стенок, только силовые поля.
Внешне глюоновые потоки выглядели струящейся водой, и Алекс оценил
фантазию разработчиков. Казалось, что перед Полем падают две прозрачные,
чуть-чуть голубоватые струи, появляясь из золотистой плиты в потолке и
исчезая в такой же плите в полу.
- Энергетик... - позвал Алекс.
Поль медленно повернулся. Глаза у него были полузакрыты, на лице
блуждала улыбка. Вживаясь в управляющие цепи реактора, он испытывал
удовольствие - как любой спец за работой. Интересно, что он видит? Вряд ли
струящуюся воду. Его зрение еще более своеобразно, чем у Алекса или Ким.
Он видит большинство известных излучений, на глаз определяет температуру
пламени с точностью до долей градуса. Перед Полем сейчас разыгрывалась
целая феерия... проскакивающие сквозь защиту нейтроны, всполохи
гамма-лучей, веера рентгеновского излучения, медленные и неуклюжие
альфа-частицы.
- Ты свободен? - спросил Алекс.
- Да, капитан.
- Пройди в мою каюту.
- Хорошо.
Лурье тряхнул головой, отбрасывая со лба тяжелые волосы. Еще раз
глянул на глюоновые потоки и вышел из поля зрения камеры.
Прекрасный энергетик, судя по всему. Молодой, но знакомый именно с
этим реактором. Горящий энтузиазмом. Чего еще желать капитану?
Алекс скинул куртку, засучил рукав рубашки, посмотрел на Беса.
Чертенок морщился. Тоскливо и безнадежно, будто его грызла неведомая боль.
- Я чувствую, - шепнул ему Алекс. - Правда, чувствую. Что-то не так.
В глазах Беса появились искорки любопытства.
- Не знаю пока что... - признался Алекс. - Но разберусь. Честное
слово!
Вряд ли Бес был склонен верить обещаниям, но маленькое нарисованное
лицо чуть разгладилось.
У двери пискнул сигнал, и Алекс торопливо закатал рукав обратно.
- Капитан? - Поль замялся на пороге.
- Входи... - Алекс махнул рукой в сторону кресла;, всем видом
демонстрируя, что разговор будет неофициальным. - Будешь кофе? Или вино?
Поль неловко кивнул. Традиционно, возвращаясь с вахты, энергетики пили
сухое красное вино. Но он, видимо, не считал свою вахту оконченной.
- Кофе.
Алекс выждал еще несколько минут, обмениваясь с энергетиком ничего не
значащими замечаниями И лишь когда счел, что парень расслабился, заговорил
о деле.
- Поль, меня очень удивили твои слова. Энергетик вопросительно
посмотрел на него.
- Расскажи, как ты попал на этот корабль - в первый раз. И почему был
уволен.
Парень помолчал секунду, явно формулируя ответ:
- Я окончил университет в Лионе, получил диплом энергетика. Нас сразу
предупредили, что найти хорошее место, оставаясь на Земле, будет сложно. Я
уже подумывал отправиться в тур куда-нибудь на периферию и поискать работу
там. Но тут подвернулся этот рейс... разовый, в один конец. Перегнать яхту
"Неустрашимый" на Ртутное Донце. Я проверил по справочникам - здесь мощный
транспортный узел, высокая потребность в спецах, а собственная академия -
очень маленькая. Долетели спокойно, нас было три человека - мастер-пилот,
навигатор и я. Здесь получили расчет... все честно. Стал подыскивать
работу - встретил вас.
- То есть - ничего необычного? - уточнил Алекс. Поль посмотрел на него
с удивлением.
- А что может быть необычным в перегоне корабля?
- Только то, что вы все были уволены, а экипаж стали искать заново.
Зачем?
Поль пожал плечами.
- Вы везли на Ртутное Донце какой-либо груз? Или пассажиров?
- Нет.
- В полете были происшествия? Невыполнение приказов?
- Нет, что вы!
- Кто вам порекомендовал этот рейс? И кто нанимал?
- Порекомендовал друг, однокурсник. Он устроился на военный крейсер...
ну, знаете, у него родственные связи... А нанимали нас через сеть, обычным
порядком. Я послал запрос в компанию "Фрахт", получил контракт...
- "Фрахт"?
- Да, это небольшая компания, специализируется на попутных грузах и
перегоне кораблей от планеты к планете. Она создана при лунной верфи, там
эту яхту и строили.
Алекс молчал. Все, сказанное Полем, было вполне возможным. Ничего
удивительного не было и в переизбытке спецов-астронавтов на Земле, и в
практике перегонных рейсов.
Одна лишь странность... перегонные бригады формировались не на один
репс. Набрать трое человек, чтобы их тут же рассчитать - зачем? Почему
было не оставить всю троицу на корабле, добрав остальной экипаж на Ртутном
Донце? Почему не укомплектовать экипаж полностью на Земле?
Ответ был - но слишком уж неожиданный.
- Поль, извините за эти расспросы... меня что-то смущает в
происходящем.
Он следил за лицом юноши, но тот лишь смущенно улыбнулся:
- У меня не так много опыта, капитан.
Логично. Искать совета у зеленого юнца глупо. Пискнул коммуникатор.
Звук был мягким, значит - вызов не секретный.
- Да?
- Капитан. - Голос сервисной программы корабля был нежным,
успокаивающим. - Второй мастер-пилот Ханг Моррисон прибыл на борт.
- Спасибо. - Алекс отключил связь. - Поль, пройдите в шлюзовую.
Познакомьтесь со вторым пилотом, покажите ему корабль и его каюту. Хорошо?
Поль кивнул, вставая. Алекс поколебался и добавил:
- Да, и не надо больше царапать свое имя в нужнике. И над кроватью
тоже не надо. Несмотря на традиции. Договорились?
Ему было интересно, как отреагирует энергетик на эти слова.
Поль улыбнулся и вышел.
Алекс посидел еще, глядя на закрывшуюся дверь. Никуда нельзя входить,
не уточнив, где выход. И есть ли этот выход. И что ждет за дверью.
Но он уже вошел. Разорвать контракт с компанией невозможно без того,
чтобы не вылететь с волчьим билетом.
- Обшивка, прозрачность, - сказал Алекс, вставая из-за стола. Стена
каюты растаяла, открывая вид на космопорт.
Бескрайнее бетонное поле. Корабли, разбросанные повсюду, большие и
малые, старые орбитальные доходяги и новенькие межзвездные лайнеры.
Последних, впрочем, немного...
И над всем этим - серое небо. Тоскливое, грязно-серое,
многокилометровый слой смога и облаков. Как можно здесь жить?
Он вдруг подумал, что планету стоило назвать Ртутным Донцем не в честь
огромных запасов ртути на южном континенте, знаменитых Зеркальных Озер,
прекрасных и смертоносных, ставших основой экономики планеты и погубивших
десятки тысяч рабочих. Ртутным Донцем было само небо планеты. Красивое -
по-своему - и безжалостное. Крышка гравитационного колодца, на дне
которого вынуждены копошиться миллионы людей, натуралов и спецов.
- Как я хочу отсюда убраться... - прошептал Алекс.
Серые тучи свивались размытыми спиралями. Прорезала небо огненная игла
- где-то издалека стартовал маленький орбитальный кораблик. Алекс провожал
его взглядом, пока огонек не утонул в тучах.
Тогда он повернулся и отправился в санитарный отсек каюты. Спустил
штаны, уселся на унитаз. Повернул голову и мрачно посмотрел на девственно
чистый пластик стены.
Лазер в универсальном швейцарском ноже был очень маломощным, даже в
форсажном режиме. Алексу пришлось потрудиться.
"Должность капитана корабля принял" - вырезал он на стене и поставил
роспись - четкую и разборчивую, как и положено капитану.
Уже поздней ночью Алекс провел первую тренировку с экипажем.
Разумеется, ни Джанет, ни Ким не были задействованы в полной мере. По
полетному расписанию они заняли места на боевых постах, но Алекс не
собирался активировать бортовое оружие. Какой-нибудь нервный офицер
безопасности космопорта мог воспринять это неправильно.
Моррисон занял свой ложемент первым - Алекс не протестовал. Пусть
свыкнется с кораблем, ему и так нелегко... Стоял у ложемента, перед
резервным пультом, глядя на вспыхивающие огоньки. Энергетик на посту.
Навигатор пост принял. Второй пилот на посту. Лишь когда боевые посты
отрапортовали о готовности, он лег на ложемент.
Крепления с мягким щелчком зафиксировали его тело. Почти бесполезная
предосторожность - уж если откажут гравикомпенсаторы корабля, то
перегрузки разорвут живую плоть. Но самый безумный пункт инструкции рожден
не на пустом месте. За ним - чья-то жизнь и чья-то смерть.
- Контакт...
Теплая волна, смывающая уютный мирок пилотажной рубки.
Пространство, раскрывшееся во все стороны. Планета, космос, корабли.
Мерцающая радуга - душа корабля. И чужие сознания, огненными вихрями
кружащиеся вокруг.
Еще никогда Алексу не доводилось видеть мир таким: находясь в центре,
у самой радуги. "Цапля" не в счет - это одноместный корабль.
Его экипаж ждал.
Алекс потянулся к маленькому белому вихрю. Он был уверен, что это Ким,
- и не ошибся. Вихрь выгнулся навстречу, Алекса обдало жаром - смесью
обожания, вожделения, кокетства... и чистой, ничем не замутненной
готовности разрушать. Алекс коснулся вихря, словно хлопнул ладонью о
ладонь девочки, и отпрянул. Назад, к радуге, к кораблю.
Тускло-красный плотный сгусток пламени. Джанет. Она не бросилась
навстречу капитану, лишь отсалютовала вспышкой света. Холодная, умирающая
звезда... в любой миг готовая взорваться всепожирающей вспышкой
сверхновой.
Рассеянное облако голубого света. Словно высокотемпературная плазма,
скованная магнитной ловушкой. Алекс с жадным любопытством смотрел на Пака,
пытаясь найти отличия от остальных. Навигатор не мог пользоваться
биотерминалом, нейроны его мозга не были перестроены, он входил в сеть
корабля через примитивный кабель, словно какая-нибудь паучиха из
бухгалтерии космопорта. Но вроде бы проблем это не создавало. Облако
замерцало, приветствуя капитана.
Дрожащий белый зигзаг. Пойманная молния. Когда Алекс вошел в
виртуальное пространство, молния вытянулась, распрямляясь. Энергетик.
Почему-то Алекс заранее был уверен, что Поль выглядит именно так. Просто и
без затей, как и положено новичку-астронавту, вчерашнему курсанту.
И наконец, второй мастер-пилот. Изумрудная спираль, горсть
драгоценностей, связанная невидимой нитью, кружащая вокруг радуги
корабельного сознания. На его появление Ханг вообще не отреагировал.
Плохо...
Алекс двинулся навстречу радужному свету.
- Это я...
Радуга посветлела, каждый цвет спектра стал болезненно-четким, ярким.
Шесть цветов, которые в общем-то и видят в радуге натуралы, превратились в
семь, придуманных учеными. А потом расслоились на бирюзовые полосы и
морковные нити, багряные прожилки и канареечные пояса, серые тени и
песочные волокна.
- Прими меня...
Теплая ладонь. Шелест листвы. Солнечный свет. Материнские объятия.
Морская волна. Ласковый ветер. Сладость и покой. Замирающая страсть.
Пьянящая легкость. Щенячий восторг. Расслабленность и отдых. Сдержанная
гордость.
Этого не испытать никому из обычных людей. Все сразу. Все радости
жизни, все собранное по крупинкам счастье. Алекс, маленький, пятилетний,
снова бежал к морю, которое увидел первый раз в жизни, бежал, смеясь от
безудержной радости, к протянутым материнским рукам, к набегающей волне...
Алекс, замерев от восторга, держит на руках Лапу, свою собаку, настоящую,
взаправдашнюю, и Лапа с энтузиазмом лижет его лицо... Алекс, празднующий
свой тринадцатый день рождения, сидит перед праздничным пирогом, и горят
разноцветными огоньками свечи, и отец, еще молодой и безмерно гордый,
говорит про то, что в следующем году его сын станет спецом, пилотом,
человеком обреченным на счастье... Алекс, уже курсант, едва научившийся
владеть своими новыми способностями, целуется в городском парке с
девочкой-натуралкой, его первой официальной любовницей, неопытной и
жаждущей обрести этот опыт с его помощью... Алекс, впервые надевший форму
пилота, стоит на плацу, и легендарный мастер-пилот Диего Альварес обходит
строй, прикрепляя курсантам к форме нашивки и находя для каждого какое-то
свое, особенное, слово... Алекс, потный и обессиленный, выбирается из
ложемента, едва держась на ногах, но внезапно сузившаяся горловина канала
уже пройдена, пройдена им, неопытным третьим пилотом, и никто из пятисот
пассажиров даже не заподозрил, как близка была смерть... Алекс, едва
вышедший из госпиталя, затерянный один на чужой планете, без денег и
связей, спасает девчонку-спеца, помогает ей пройти самый сложный в жизни
этап...
Это было что-то новое. Он даже не подозревал, как велика была его
гордость и радость, когда он спасал Ким. Но память живет своими законами -
и теперь с ним навсегда останется эта ночь и сдержанный восторг человека,
совершившего доброе дело...
Что-то кольнуло Алекса. Почти неощутимо - мгновенно смываясь волной
теплого радужного света. И все-таки кольнуло, перед тем как исчезнуть...
Перед тем как он стал кораблем.
И экипаж стал частью его самого.
Алекс послал приказ - не раздумывая, не оформляя его словами, и белая
молния разгорелась, подавая энергию, а изумрудная спираль подняла
"Зеркало" с бетонных плит, втянула опоры, в последний раз протестировала
оборудование. Голубой свет раскрылся веером, открывая перед ним сотни
взлетных траекторий. Белый вихрь и красное пламя - его сжатые в кулаки
руки напряглись, готовые начать бой - один на один со всем Ртутным Донцем,
со всем миром...
Теперь, когда Алекс слился с кораблем, все они стали единым целым,
объединенным его волей.
Как оно и должно было быть.
Алекс встал с ложемента, потянулся. Все вокруг еще казалось
неправильным, ненастоящим. Слишком маленькая рубка - после бескрайнего
пространства. Выбирающийся из креплений второй пилот - вместо изумрудной
спирали. Колотящееся сердце вместо беззвучного потока энергии.
- Семь минут и тринадцать с половиной секунд, - пробормотал Ханг,
опуская ноги на пол. - Вы считаете, для первой тренировки достаточно,
капитан?
- Вполне.
Алекс чувствовал, как изменился его тон, но поделать ничего не мог. Да
и зачем? Теперь он стал настоящим капитаном.
В этом и был смысл всей тренировки - ощутить каждого члена экипажа и
вложить в их сознание свой образ. В этом, а никак не в слаженности
действий, которая приходила неизбежно.
- Капитан?
Он посмотрел на Моррисона.
- Вам интересно, как вы выглядите со стороны?
Алекс подумал секунду и кивнул:
- Да.
- Белая звезда. Такая яркая, что трудно смотреть... даже там.
Крошечная белая звезда. Когда вы слились с кораблем - радуга будто
взорвалась изнутри.
- Красиво? - уточнил Алекс. Моррисон помедлил с ответом.
- Не знаю. Эффектно, ярко... красиво, пожалуй
Но убежденности в его словах не было.
- Благодарю вас, Ханг. Вы прекрасно пилотируете. Я думаю, мы станем
делить полетное время поровну.
Вот теперь второй пилот растерялся.
- Капитан?
- Вы согласны?
- Да, черт возьми! - Ханг встал. - Но почему?
- Потому, что вы хороший пилот, - сказал Алекс. Он не видел Беса, но
знал, что чертенок на плече ехидно улыбается.
Пилотаж - это высшее наслаждение пилота. Слиться воедино с кораблем,
стать металлической птицей, парящей между звезд, что может быть лучше?
Только одно - быть капитаном корабля. И вот этой маленькой тайны
Моррисон не знал. Он был лишь пилотом - как недавно сам Алекс.
- Спасибо, капитан. - Голос Ханга дрогнул. - Черт... я не ожидал.
- Все в порядке, Ханг. - Алекс вышел из рубки, остановился,
вглядываясь в длинный коридор. Вот вынырнул из своей каморки в торце
корабля энергетик, отсалютовал взмахом руки, помедлил - и нырнул обратно,
к своим ненаглядным глюоновым потокам. В оценке своих действий он словно
бы и не нуждался. Вот синхронно вынырнули из узких проходов, ведущих к
боевым постам, Джанет и Ким. С хохотом хлопнули друг друга по ладоням,
обнялись - и только потом повернулись к Алексу. Он улыбнулся в ответ.
Космос почему-то увеличивает в женщинах тягу к однополой любви, и Алекс
мог бы приревновать... испытывай он к Ким чувство большее, чем симпатию.
Ревность - лишь производная от той базовой функции, которая ему
недоступна.
Потом открылась дверь рядом с рубкой, и Генералов вышел в коридор.
По-прежнему в скафандре, лишь гермошлем свернут.
- Хорошо, - сказал Алекс. - Действительно хорошо.
Пак ухмыльнулся. Легкое напряжение исчезло из его взгляда.
- Трасса к Дориану была замечательна, - искренне сказал Алекс. -
Никогда не собирался туда наведаться, но маршрут был замечателен. Я зря
сомневался в ваших способностях.
Навигатор млел, словно юная девушка, услышавшая свой первый
комплимент. Алекс сообразил, что в какой-то мере аналогия верна, и
торопливо продолжил, уже более официальным тоном:
- Но вот трасса к Зодиаку, которую вы прокладывали днем, далека от
оптимума.
- Позвольте, капитан! - вскинулся Пак. - Оптимальная трасса
потребовала бы использования туннеля в системе Моника-3.
- Да. И что?
- Этот район не рекомендован к посещению малыми кораблями, капитан.
- Но не запрещен?
- Нет. Но любой пилот предпочтет обойти ритуальную зону Брауни.
- Пак, запомните, я - не любой пилот.
- И я не любой, - вставил появившийся за его спиной Моррисон. - Мне
доводилось пользоваться туннелями Моники-3.
- Как впечатления? - полюбопытствовал Пак.
- Тягостные. Но это касается только пилотов.
- Откуда у спецов такая тяга к самоубийству... - пробормотал Пак.
- Вы что-то сказали, навигатор? - спросил Алекс.
- Нет, капитан. Я учел ваши замечания. В следующий раз я буду исходить
из максимальной целесообразности маршрута, а не из его безопасности. Честь
имею.
Он повернулся и скрылся в своей рубке. Дверь захлопнулась.
- Ну вот, мы его обидели... - вполголоса сказал Моррисон.
Алекс мимолетно подумал, что обидело Генералова именно вмешательство
второго пилота. Пока разговор шел один на один, навигатор еще поддавался
переубеждению. Оставшись же в одиночестве против двух спецов, немедленно
замкнулся.
- Зря я встрял, - вздохнул Моррисон, будто прочитал его мысли. -
Простите, капитан.
- Идемте выпьем, - сказал Алекс. - Все-таки мы провели первую
тренировку, и вполне успешно.
- Пойдемте. Девочки уже там, как я понимаю... - Моррисон отвел взгляд
от пустого коридора. - Капитан... на всякий случай... у вас связь с Ким
или Джанет?
- Пока нет.
- Если я поухаживаю за девочкой, вы не будете против?
- Абсолютно. - Алекс усмехнулся. - Черт возьми, ты ведь тоже пилот...
к чему вопросы?
- Всякое бывает, - объяснил Ханг, пока они шли по коридору. - Да,
конечно, мы любить не умеем, соответственно избавлены от эмоциональных
предрассудков... Но вот был я на одном корабле, грузовик среднего тоннажа,
ничего особенного... так у третьего пилота была связь с
девушкой-навигатором, и он крайне неприязненно отреагировал... Понимаете,
его религиозные чувства не допускали измены.
- Слава Богу, я атеист.
- Тогда заметано, - кивнул Моррисон,
- Только одно, Ханг. Девочка в меня влюблена. Но я не буду горевать,
если вы покажетесь ей более подходящим объектом.
Ханг самодовольно улыбнулся, но промолчал. Как мало ему потребовалось,
чтобы обрести хорошее настроение! Всего семь минут в контакте с кораблем.
Они прошли вдоль закрытых кают и вышли в небольшой круглый зал.
Кают-компания на малых кораблях всегда была общая для экипажа и
пассажиров, и обстановка ее являлась компромиссом между аскетизмом и
роскошью. Компромисс, как и следовало ожидать, оказался неудачным.
Пластиковые стены украшали натюрморты в слишком уж пышных деревянных
рамах, овальный стол был из обычного вспененного металла, зато два
диванчика и кресла, пусть и снабженные фиксаторами, из дерева. Крошечный
армейс
...Закладка в соц.сетях
