Жанр: Научная фантастика
Рассказы
...неподвижному телу селинорца. Тот лежал навзничь,
широко раскрыв остекленевшие глаза. Большой
осколок разбитой чашки из под пунша торчал из его
груди, лицо все еще сохраняло живой розовый цвет.
- Кориаль! - с трудом выдавил из себя Маньян. - Опять
мертвый...
- Нам лучше поскорее убраться отсюда, - сказал
Ретиф, - и разобраться с Кориалями завтра утром,
на свежую голову.
- Золотые слова! - Маньян бросился к двери,
распахнул ее и, отступил назад под недвусмысленной
угрозой тяжелого пистолета, тускло поблескивающего
в руках тонконогого гроуси в форме "миротворца".
- Делайть никакого движения, нехорошие злодеи! - просвистел
на своем родном языке полицейский в
шлеме и наколенниках, и пять его глаз внимательно
обшарили царивший вокруг беспорядок. - На этот раз
поймать вас с поличным, мягкотелые!
- Вы совершили ужастную ошибку, - заговорил
Маньян, когда еще с полдюжины "миротворцев"
протолкались в лавку, все с оружием наизготовку. - Мы
не... то есть я не... А Ретиф только...
- О, мистер Маньян, не так ли? - пронзительным
голосом пропищал капитан патруля. - Я принимать
вашу невинность, дорогой сэр - при условии,
конечно, вы давать показания на истинного
преступника.
- Истинного преступника? - заикаясь, проговорил
Маньян. - Вы имеете в виду Ретифа?.. Но ведь
он...
- А кто еще? - рассудительно спросил гроуси.
- Но... но...
- Не иметь необходимости делать заявление
сейчас, - успокоил его капитан. - Спокойно уходить
и оставить нас заняться убийцей.
Решительным жестом он дал знак своим
подчиненным, и те, сгрудившись сообща вытолкали
Маньяна на улицу. Затем гроуси обратился к
Ретифу:
- Помнить меня, быть может, Ретиф? Шлух мое имя,
когда-то служить во Всепланетной Полиции Гроуси.
Ты однажды делать мне очень большой вред. Сегодня,
в камере гроуской тюрьмы, мы сводить наши
последние горькие счеты....
2.
Украшенные драгоценностями защитные шторки на
глазах капитана Шлуха отбрасывали сверкающие
зайчики под нестерпимо ярким белым светом мощных
прожекторов, установленных в центре пыльной
комнаты для допросов.
- Еще раз, мой дорогой Ретиф, - прошипел он на
безукоризненном земном языке без малейшего
акцента. - Что толкнуло вас на совершение столь
зверских преступлений против мира и порядка на
Гроуси? Или на Селиноре, если хотите. Может быть,
вы намеревались подмешать в продукты питания,
предназначенные для питания делегатов,
какие-нибудь незначительные добавки? Или ваши
планы шли значительно дальше? Может, вы имели
злодейские намерения установить в предметах
сервировки устройства - те самые, которые были
обнаружены у вас во время обыска, о чем я не
премину засвидетельствовать официально?
- Пара годков пребывания за решеткой совершили с
тобой настоящее чудо, Шлух, - рассудительно
заметил Ретиф. - Ты утратил свой прежний вид
обожравшегося борова. К сожалению, хрюкаешь ты все
так же.
- А ты, несчастный землянин, все еще не
избавился от дурной привычки говорить дерзости?
Любопытно быдет понаблюдать, как твои глупые шутки
постепенно превратятся в мольбы о пощаде в
процессе нашего дальнейшего знакомства!
- На этот раз вы, гроуси, задумали, пожалуй,
какую-то более изысканную пакость, чем обычно, - вслух
размышлял Ретиф. - Ведь для того, чтобы
уговорить Посла Шиндльсвита согласиться на
поддержку этого фальшивого мирного сборища,
потребовалась масса времени и сил. А вы не такие
ребята, чтобы выдавать авансы под пустые жесты...
- Ты намекаешь, что наши мотивы не бескорыстны? - безразличным
тоном спросил Шлух. - А впрочем,
что толку в твоих намеках, мягкотелый! Можешь
свободно поделиться ими с палачом!
- Рассмотрим вопрос аналитически, - продолжал
Ретиф. - Чего вы добились, кроме разве возможности
собрать в одном помещении представителей наиболее
значительных миров Сектора, контролируемого
вооруженными силами Земли? Впрочем, может быть, и
этого достаточно, а, Шлух? Если произойдет
какой-нибудь несчастный случай, и они погибнут - кто
будет отвечать перед мировой общественностью?
Мне почему-то кажется, что не гроуси, которые как
всегда, выйдут сухими из воды. Значит, остается
второй инициатор собрания - ДКЗ...
- Довольно, самоуверенный землянин! - стебельки
глаз Шлуха возбежденно зашевелились. - Ты от
страха начинаешь болтать черт знает что!
- А если будет подорван авторитет Земли, - невозмутимо
продолжал Ретиф, - то кто, как не
гроуси, вынуждены будут вмешаться, чтобы
предотвратить возникновение нежелательных
эксцессов и сохранить мир на Селиноре? Возможно,
они сочтут необходимым призвать на помощь
кого-нибудь вроде своих дружков с планеты Блуг. И
вполне возможно, что прежде чем дела войдут в
норму, немногие оставшиеся в живых селинорцы,
попросту говоря, вымрут, оставив после себя пустую
планету, годную для ассимиляции такой
предприимчивой нацией, как гроуси.
- Что за лихорадочный бред? - прошипел Шлух. - Ведь
всем известно, что именно вы, земляне, всегда
подозрительно относящиеся к самым чистым
намерениям других, установили контрольные приборы
МАРК ХХI в порту и по всему конференцзалу,
исключив таким образом всякую возможнось доставки
какого бы то ни было оружия, кроме той горсточки,
которой оснащены мои патрули по охране порядка.
- Верное замечание, Шлух. МАРК ХХI обыщет все,
от носков до головной булавки. Разумеется,
немножко отравы в солонке не насторожит детектор,
зато метаболические мониторы сразу же засекут это
при обычном анализе пищи на пригодность ее для
чужеземного пищеварения. Так что и методы Борджиа,
пожалуй, исключены.
- Я устал от твоих теоретизирований! - Шлух
вскочил на ноги. - Думай, что хочешь. Могу
сообщить по секрету: уже сейчас ваша канцелирия
окружена моими отрядами - под видом почетного
караула, разумеется - так что никто не может ни
выйти, не войти туда. А завтра в это время ни один
землянин не посмеет показать свое голое лицо ни в
одной из столиц Сектора! - спохватившись, Шлух
замолк, поняв, что сказал слишком много.
- Завтра, говоришь? - прищурился Ретиф. - Спасибо
за четкое расписание.
- Тебе оно ни к чему, несчастный мягкотелый,
сующий свой нос в дела великих Гроуси! Судьба твоя
решена. Но перед смертью ты скажешь мне имя
шпиона, который продал тебе наши секреты, и я
лично прослежу, чтобы его посадили на кол у стены
тысячи крючков.
- Ах, секреты? Что ж, это, пожалуй, в
достаточной степени подтвержадет справедливость
моих догадок, - сказал Ретиф. - Еще один вопрос - чем
вы заплатили блугам?..
- Молчать! - заверещал Шлух. - Оставшееся тебе
время будет посвящено не вопросам политики, в которой
ты ничего не смыслишь, а детальным и точным
ответам на целый ряд вопросов, которые буду задавать
тебе я!
- Опять врешь, - сказал Ретиф и шагнул к столу,
за которым потрясал кулаками в перчатках
разъяренный полицейский офицер. Шлух отскочил в
сторону, махнул рукой вооруженному охраннику,
стоявшему рядом. Тот сорвал с плеча ружье и
направил его в лицо Ретифа.
- А тебе не говорили, что нельзя стрелять из
бластера в закрытом помещении, если не хочешь
испепелить в нем все, включая стреляющего? - как
бы мимоходом спросил Ретиф и сделал еще один шаг.
Охранник в замешательстве опустил ружье. Глаза его
растерянно вращались на стебельках.
- Да он лжет, недоразвитый трутень, портящий выводок!
Стреляй, критин! - завизжал Шлух и бросился
к открытому ящику писменного стола. Ретиф одним
прыжком преодолел расстояние между собой и незадачливым
капитаном, схватив его за шею и швырнул
на охранника. Запоздалый выстрел осветил комнату,
словно фотовспышка. Пока двое гроуси барахтались
на полу, Ретиф поднял выпавший из рук охранника
бластер.
- Что ж, взорвался еще один миф, - сказал он, - Шлух,
сними пояс и хорошенько свяжи своего
напарника.
Все еще держа двух чужаков под прицелом, он
сел за стол, нажал кнопку включения полевого
видеофона и набрал номер. Через секунду на экране
пояфвилось мрачное лицо консула Посольства
Клачплейта. Глаза его, казалось, готовы были
выскочить не только из орбит, но и из экрана.
- Как! Ретиф? Это вы?.. Да вы понимаете?.. Вы
что на самом деле?.. Как вы могли.. - голос его
задрожал, когда он оценил открывшуюся его глазам
картину. - А это кто там, капитан Шлух? Что он там
делает?
- О, он просто встретил тут одного старого
знакомого, - успокоительно пожал плечами Ретиф, не
обращая внимания на резкий стук в дверь. - Мистер
Клачплейт, как далеко зашли приготовления к приему
участников конференции с планеты Блуг?
- Ну, как вам сказать... их делегация прибудет в
течение часа. Конвой только что завизировал у
портовых властей места для посадки. Но
послушайте...
- Конвой? - Ретиф бросил тревожный взгляд на
дрожавшую под ударами дверь.
- Всего полсотни крейсеров первого класса в
качестве транспортного экскорта. Блуги никогда не
путешествуют невооруженными, вы же знаете. Но...
- Попытайтесь убедить Посла завернуть их
обратно! - скороговоркой прокричал в трубку Ретиф. - Если
это не удастся, встречайте их с вооруженной
охраной!
- Мистер Ретиф! - повысил голос Клачплейт. - Я
не знаю, что за безумную авантюру вы затеваете,
только у вас ничего не получится! Я знаю, как вы
относитесь к блугам и гроуси, кстати, тоже! Однако
творить беззаконие...
- Нет времени для долгих дискуссий, мистер
Клачплейт, - прервал его Ретиф, когда тяжелый удар
потряс дверь. - Я бы попросил у вас взвод военных
моряков, если бы знал, где я нахожусь, но...
- Сдавайтесь по-хорошему! - нетерпеливо закричал
Клачплейт. - Это единственный выход. Признайте
себя виновным в деяниях, совершенных в состоянии
временного умопомешательства на почве глубокого
оскорбления ваших политических убеждений, и
сможете отделаться одним-двумя годами заключения
на тюремном спутнике...
- Любопытное предложение, - Ретиф пригнулся,
уклоняясь от щепок, отлетавших от двери. - И в чем
же это я виновен?
- В убийстве, разумеется! - заорал выведенный из
себя Клачплейт. - Двух селинорцев, забыли?
- Как-то выскочило из памяти, - ответил Ретиф. - Но
не торопитесь с обвиненительным заключением.
Может быть, мне придет в голову добавить еще и
пару гроуси.
Дверь в комнату задрожала и прогнулась. Ретиф
выключил экран.
- Теперь твой выход, Шлух! - Сухо сказал он. - Я
решил выбраться через черный ход, чтобы избежать
назойливых любителей автографов. Тут три двери:
которая из них по-твоему, лучше отвечает моим
целям?
- Ты никогда не узнаешь этого! - гордо выпятился
Шлух.
Ретиф выстрелил от бедра. Заряд прошел в дюйме
от слухового органа гроуси.
- С другой стороны, - поспешно заговорил Шлух, - что
случится, если ты даже и ускользнешь от меня
на время? Наши планы развиваются успешно, и ничто
уже не сможет им помешать!
Он подошел к боковой двери и повернул ключ.
- Что ж, иди, Ретиф! Но какой бы путь ты не
избрал, ужасный конец неизбежно ожидает тебя в
переди!
- В таком случае, пожалуй, имеет смысл
пропустить тебя вперед.
Шлух зашипел и попытался увернуться, но Ретиф
поймал его, поставил перед собой и пинком под зад
толкнул в открытую дверь. Затем он захлопнул дверь
за собой и задвинул ее на засов как раз в тот
момент, когда входная дверь с грохотом рухнула на
пол покинутой комнаты..
3.
Они пробирались вдоль мрачных пыльных переходов,
взберались по винтовым лестницам, молча проходили
по темным пустым залам, увешенным древним оружием
и полуистлевшими знаменами. Несколько раз Ретиф
ускользал от преследовавших его гроуси, находясь
на волосок от гибели. В обширной комнате,
украшенной цветными фресками, изображавшими
кентавроидов, пасущихся на пурпурной траве, Шлух
указал на высокую арку, сквозь которую проникал
бледный лунный свет.
- Вот твой выход в ночь, Ретиф! - саркастически
проскрипел он. - Иди, если хочешь! Путь свободен.
Ретиф пересек комнату и вышел на миниатюрный
балкончик, покрытый толтым слоем помета маленьких
существ, похожих на летучих мышей. С визгливым
писком они тучей вспорхнули в воздух при его
появлении. Обрывки вьющихся растений свисали с
низкой балюстрады, а за ней расстилался мрак до
отдаленных увенчаных башнями холмов на горизонте.
Ретиф заглянул через парапет. Стена под ним круто
обрывалась вниз, в чернильную темноту.
- Ну, спасибо за все, Шлух, - Ретиф перекинул
ногу через каменную ограду балкончика. - Я приду
навестить тебя в суд, если до тех пор твои хозяева
не свернут тебе шею за такой блистательный провал
их поручения.
- Постой, торопливый чужестранец, - ехидно
захихикал Шлух, услышав, как защелкали каблуки
гроуси по кафельному полу смежной комнаты. - Если
ты и уцелеешь во время спуска, то знаешь ли ты,
что ждет тебя впереди? Даже я не стал бы толкать
тебя к тому, что таится там, внизу, во мраке!
- Ваш береговой патруль?
- Ни наш береговой патруль, ни военные моряки
вашего посольства, которые сейчас разыскивают тебя
с ордером на арест, никогда тебя не найдут, стоит
только тебе ступить на камни мостовой заклятого
города, населенного демонами!!
- Так вот где вы разместили свою тюрьму, - задумчиво
взглянул на него Ретиф. - И все же я
лучше встручусь с призраками, чем вернусь назад к
вашей милой компании. Пока, Шлух! Оставайся и
впредь таким же любезным, как сегодня.
Услышав за спиной шум приближающихся шагов,
Шлух предусмотрительно рухнул ничком на пол. Ретиф
поднял ружье и выпустил очередь навстречу
ворвавшемуся в комнату отряду преследователей.
Затем, перекинув бластер через плечо, он начал
спускаться на молчаливые улицы закрытого города..
4.
Спуск прошел без особых помех. Один раз
несколько голов гроуси показались было над
перилами балкона наверху, но затем быстро исчезли.
Стена была изрезана глубокими трещинами и
барельефами, и прочные стебли лиан представляли
достаточную опору для рук и ног. Прошло менее
десяти минут, и Ретиф добрался до подножия стены.
Последние несколько футов он пролетел по воздуху,
свалившись в густую заросль разросшегося
одичавшего кустарника. Он с трудом выбрался из
него на неширокую улицу, окаймленную мраморными
домами, похожими на заброшенные могильные склепы.
Две бледные селинорские луны появились из-за
облака и залили все прозрачно-белесым светом.
Что-то маленькое и темное порзало над головой,
издавая тонкие пронзительные крики. Откуда-то
издалека донесся чей-то печальный вопль... Ретиф
терпеливо пошел вперед, прислушиваясь к глухому
эху шагов и выношенной и стертой мозаике, который
была вымощена дорога.
Впереди возвашался высокий обелиск. Надпись,
почти сглаженная временем, упоминала что-то о
битве гигантов. На противоположном углу каменные
лики великанов слепо глядели на него с покрытого
орнаментом карниза. Он миновал фонтан, пересохший
и молчаливый, где каменные девы с хвостами и
плавниками нежились среди каменных волн. Сырой
холодный ветер гнал мертвые листья по пустой
улице. Остановившись, Ретиф услышал за собой
легкий шум шагов, который тут же прекратился.
- Эй, кто там, выходи! - окликнул Ретиф, - Могу
сообщить парочку интересных новостей!
Послышался призрачный смех - или то был всего
лишь ветер, рыскающий среди рифленых колонн
заброшенного храма?
Ретиф двинулся дальше. Сворачивая за угол, он
краем глаза уловил какое-то движение - мелькнувшую
тень, которая исчезла в зияющей дверной арке. Он
направился следом и очутился в широком зале без
крыши и потолка. Стены, открытые прямо в небо,
были покрыты излбражениями гигантских фигур,
глядевших на него сверху вниз пустыми глазами.
- Мне нужен проводник! - закричал Ретиф. - Есть
желающие?...
- лающие,... лающие... лающие... - отозвалось
со всех сторон.
- Есть срочное дело об инопланетном нашествии
которое надо обсудить прямо сейчас!...
- час... час... час... - это постепенно
замирало и затихало, и, словно это послужило
сигналом, со стороны высокой дверной арки, сквозь
которую Ретиф вошел сюда, донесся скрипучий звук.
Ретиф обернулся как раз вовремя, чтобы заметить,
как тяжелые створки захлопнулись с глухим звуком
"бумм!", Многократно отразившимся от стен зала.
Ретиф подошел к дверям и убедился, что они закрыты
плотно и надежно. Он огляделся вокруг. В дальней
стене этого странного помещения виднелся широкий
проход. Обогнув черное озерцо воды, в котором
отражался дрожащий месяц, Ретиф вошел в проход и
через двадцать шагов очутился на террасе, от
которой полого спускались вниз широкие плоские
ступени. Внизу расстилался темный запущенный парк,
дебри разрощегося кустарника и высокие деревья с
черной листвой.
Ретиф сошел вниз, на газон с мягкой высокой
травой. Несколько смутных теней с тихим шорохом
отступили назад, когда он направился по заросшей
тропинке, вьющейся между искривленными стволами
вековых деревьев. Из темноты выступали хмурые
каменные лики, жуткие силуэты каменных изваяний
проглядывали сквозь густую листву. Он вышел на
широкую поляну, в центре которой по обе стороны
дороги, ведущей обратно в ночь, возвышался двойной
ряд раскрашенных статуй внушительных размеров.
Неподалеку, почти совершенно укрытый за низко
опущенными ветвями густых хвойных деревьев,
находился маленький храм с колоннадой. Стараясь не
шуметь, Ретиф подошел к строению сбоку. Слабый
лунный свет падал сквозь зарешеченное окно на
увитую диким виноградом статую исполинского
селинорца в доспехах древнего воина. Ретиф швырнул
в окно камешек и прижался к стене рядом со входом.
Спустя минуту из двери осторожно высунулась
голова, и рука Ретифа крепко ухватила за тонкую
шею маленького сморщенного селинорца.
- Прошу прощения за то, что прервал вашу игру, - сказал
он, - но сейчас нам самое время
поговорить....
5.
- Цена за проникновение в Священную Рощу Героев - смерть,
землянин! - тонким голоском закричал
селинорец.
- Я так и думал, - ответил Ретиф, держа туземца
на расстоянии вытянутой руки, чтобы избежать
ударов его дико лягающихся ног. - Однако мое
вторжение - ничто по сравнению с тем, что задумали
гроуси. Может быть вы все-таки выслушаете меня,
прежде чем приведмте приговор в исполнение?
- Завтра - ничто, прошлое - все, продекламировал
селинорец. - К чему бороться против
предначертанного, чежеземец?
- Бороться ни к чему, если есть возможность
внести коррективы. Ты передашь кому следует, что
мне нужны несколько сотен проворных селинорцев,
чтобы отвлечь внимание патрулей гроуси, пока я
доберусь до Земного Посольства.
- Обрати последние помыслы к своим богам,
землянин, - перебил его селинорец. - Ибо твоя
участь решена!
- Боюсь, что ты для меня черезчур ортодоксален, - поморщился
Ретиф. - Придется поискать
какого-нибудь более патриотически настроенного
гражданина.
Он отпустил туземца, который одернул свою
пеструю тогу и вызывающе посмотрел на Ретифа.
- Нет, землянин, - покачал головой селинорец,
сложив на груди маленькие узловатые ручки. - Ты
никогда больше не выйдешь из этого священного
предела...
За спиной Ретифа послышался шорох. Он обернулся.
Из-за деревьев, кустов и зарослей показались
темные фигуры селинорцев. В руках у них были
тонкие длинные стилеты, слегка поблескивающие при
лунном свете. В грозном безмолвии они бесшумно
сомкнулись вокруг Ретифа. Он отступил к стене
святилища, отстегнул бластер и направил его на
остановившихся в нерешительности туземцев.
- Добро пожаловать на бал, - сказал он. - Теперь,
когда у нас есть кворум, мы и договоримся
до чего-нибудь.
- Ты оскорбляешь наше славное прошлое, землянин, - проговорил
иссохший и морщинистый селинорец,
гневно уставившись на Ретифа. - Ты нагромождаешь
одно святотатство на другое!
- Меня как раз и тревожит святотатство, которое
замышляют гроуси, - возразил Ретиф. - Вас,
кажется, оно не очень-то волнует, но с точки
зрения землян это сможет создать нежелательный
прецендент для других дружеских нам миров,
строящих новые экономические отношеним между
государствами.
- Ушли в прошлое те дни, землянин, когда мы,
селинорцы, были могучими воинами. Если сейчас нам
выпадет жребий погибнуть, мы с достоинством
встретим свою участь.
- Никокого достоинства нет в том, чтобы
позволить гроуси свернуть себе шею или быть
подвешенными за пятки ордами Блугов, - перебил его
Ретиф. - Я слышал, у них появляется странное
чувство юмора, когда дело доходит до
взаимоотношений с теми, кто доказал свою
неполноценность, позволив себя победить.
- Убить этого чужака сейчас же, не так ли? - раздался
скрипучий голос селинорца в первом ряду. - Потом
каждый умирает приятно, как записано в
списке.
- Довольно разговоров, - объявил старший
селинорец. - Да падет суровая кара на голову
нарушителя покоя спящих героев!
Селинорцы, косясь на ружье в руках Ретифа,
нерешительно переминались с ноги на ногу. Ни один
не решался выступить первым.
- Лучше повремените с карой, - предложил Ретиф. - Тогда
вы сможете обратить сой справедливый гнев
на более полезное дело борьбы с чужеземным
нашествием.
- Хм-м... - престарелый предводитель отозвал в
сторону нескольких соплеменников. Тесно сдвинув
головы в кружок, они о чем-то зашептались.
- Мы решили, - сказал старейшина после окончания
совещания, - что вопрос должен быть рассмотрен
нашими Древними Праотцами, - он поднял дрожащую
руку. - Не подумай, что мы боимся пасть от твоего
смертоносного оружия, землянин. Просто это
недостаточно изящная смерть.
Он взмахнул рукой, и в тесной толпе вооруженных
аборигенов образовался узкий проход.
- Землянин, тебе предоставляется временная
свобода передвижения и честь предстать перед
Древними Владыками Селинора, которые
самостоятельно решат твой вопрос. Ступай, если ты
не боишся!
- Вот это правильно, - сказал Ретиф. - Если
хочешь быстро провернуть дельце, лучше всего
всегда обращаться прамо к высшему начальству. Где
они тут у вас?
- Преклоните головы перед Владыками Селинора! - высоким
дрожащим голосом провозгласил старец.
Туземцы в низком поклоне склонились перед рядом
исполинских фигур. Ретиф вежливо поклонился.
- Выглядят они впечатляюще, - пробормотал он. - Любопытно,
как они справляются с решением
вопросов...
- Нет ничего проще, - сказал старец. - Одно
дуновение Божественной Эманации, и слабая тень их
уснувшей жизнинной силы вновь возрадится, наполнив
их жилы энергией. И услышат они тогда наши молитвы
и совершат правосудие по старой, освященной веками
традиции!
Ретиф медленно прошел вдоль ряда исполинских
статуй, отмечая про себя изорванную амуницию,
совершенно натуральные шрамы на конечностях и
свирепых лицах, потускневшее оружие и доспехи
древних воинов. Невзирая на их размеры и
разнообразные формы, все они обладали каким-то
неуловимым сходством с маленькими сгорбленными
селинорцами, которые в благоговении молча
следовали за Ретифом.
- Когда-то раса селинорцев была великой и
многочисленной, - проговорил старик, заметив
вопрошающий взгляд Ретифа. - И безграничной была
их отвага...
Он указующим жестом протянул руку.
- Вот стоит Зобриаль Сильный - Преследователь
Зла. Рядом мы видим гордого Валинграйва,
победителя при Гарре и Джангалоне. - Вот здесь, - он
указал на маленький храм с колоннами, - находится
усыпальница Бордуна Грубого, известного
также как Бордкн Неистовый, оставил по себе
жесткую память. А здесь, - он указал на
четвероногое существо с могучей грудью и типично
селинорским торсом и головой, - стоят бессмертные
останки Великого Туссора, кто собственноручно
покорил бессчетные орды доссов на планете
настолько далекой, что свет того великого дня до
сих пор еще не достиг лика Селинора!
- На вид он крепкий парень, - оценил Ретиф. - Жаль,
что его сейчас нет с нами. Вряд ли ему
понравилось бы положение дел на Селиноре.
- Не сказал ли я, что могучий Туссор сам вынесет
свой приговор? Да, и Краниус Август, и Мелиодор
Быстрый, и Вельгесвон, и Вейр, и Высокий Пантиппо,
Король Королей.
- В высшей степени августейшее собрание, - согласился
Ретиф. - Только мне они кажутся что-то
черезчур неразговорчивыми.
- Ты смеешь шутить над Владыками Селинора,
землянин? - старейшина гордо выпрямился и сделал
величественный жест. Двое аборигенов, таких же
старых, как и он, выступили вперед, неся с собой
большой ящик, который они поставили на траву и
открыли крышку. Внутри находился цилиндрический
баллон с патрубками и вентилями. От него отходил
длинный гибкий шланг. Трясущиеся от старости
селинорец поднял наконечник шланга и направил к
пьедесталу, на котором стоял кентавроид.
- Проснись, Великий Туссор! - провозгласил он
надтреснутым голосом, - Восстань от своего долгого
сна и вынеси свой приговор, тому, кто явился
незванным в Святилище Героев!!!
Он поднял наконечник и помахал им перед
расширенными ноздрями гиганта. Ретиф услышал
слабое шипение вытекающего газа.
- Удели нам часть своей древней мудрости, как в
преждние времена, о, Туссор! - заклинал старик. - Почти
иссякла Божественная Эманация, - проворчал
он. - Готов побожиться, что кое-кто из этих
верооступников вынюхал его потихоньку!
Внезапно одно из заостренных ушей статуи
шевельнулось. Расширенные ноздри задрожали, веки
затрепетали. Пораженный Ретиф с удивлением
наблюдал, как раскрылись губы великана.
- Глоп... - произнесла могучая фигура и снова
замолкла.
- Надо же, - пробормотал кто-то рядом с Ретифом. - В
такую минуту, и баллон оказывается пустым!
- Как он это делает? - тихонько поинтересовался
Ретиф, наблюдая, как Хранитель Священного Дыма
оживленно размахивает шлангом, тщетно заклиная
неподвижного полубога.
- Мы не делаем ничего, незванный чужеземец, - угрюмо
проговорил селинорец. - Добрая понюшка
священного газа, и их метаболизм ускоряется на
столько, что они снова преобретают способность
разговоривать, только и всего.
Неожиданно Туссор зашевелися снова.
- Дьявол побери содомских подлецов! - загромыхал
вдруг глубокий голос из его груди. - Где мои
наголенники? Где пудра для моих бабок? Где моя
проклятая булава? Разрази гром этого рястяпу
оруженосца!
- Великий Туссор, пробудись ото сна! - старик со
шлангом удвоил свои усилия. - Выслушай меня! Вот
тут среди нас чужеземец, который нарушил
достопочтенный покой Владык Селинора своим
присутствием...
- А... это ты, Террион, - буркнул Туссор. Теперь
глаза его были хоть и открыты, но словно подернуты
туманом. - Ты ужасно выглядишь. Давно не в
...Закладка в соц.сетях
