Жанр: Научная фантастика
Человек-луч
...ной мочки уха. Спичечные коробки привлекали восторженные взгляды
его товарищей. Бубырь тоже позавидовал: таких картинок у него не было...
Потом Бубырь и Нинка попали на плантацию кокосовых пальм, где громады
холодно-серых стволов с полосами колец на месте опавшей листвы стремились
вверх почти на двадцать метров... Гроздья коричневых орехов, каждый
величиной с футбольный мяч, с ярко-рыжими хвостами древесного волокна,
грозили свалиться вниз. Такой орех мог не только набить здоровую шишку, но,
пожалуй, проломить голову. Впрочем, это опасение тотчас покинуло Бубыря, так
как он вспомнил, что сок и мякоть кокосовых орехов необыкновенно вкусны, а
легкий, на английский манер завтрак совершенно не удовлетворил нашего
путешественника.
Тобука очень старался хорошо говорить по-русски, но ребята не всегда его
понимали. Еще хуже было то, что Тобука совсем не понимал их. Сколько бы ни
говорили Бубырь и Нинка, как бы они ни коверкали слова, ни шептали и ни
орали, Тобука только улыбался и, сверкая удивительными зубами, повторял:
- Иес, беби... Иес, бой...
Это было ужасно! Но тут же выяснилось, что жесты и мимика могут заменить
и русский, и английский, и малаитский языки... Через минуту Тобука добыл два
великолепных ореха, прорубил в каждом небольшое отверстие и протянул один
орех Бубырю, а второй - Нинке. Бубырь с сожалением заметил, что Нинкин орех
побольше, но из отверстия капал сок, и поскорее, чтоб ничего не потерялось,
Бубырь потянул из дырочки это необыкновенное кокосовое молоко.
Тут же они с Нинкой растерянно переглянулись. Им показалось, что они
наглотались мыла, той самой мыльной пены, которая обязательно попадает в
глаза и в рот, когда моешь голову... Может, вкуснее сам орех? Но когда
Тобука ножом-мачете ловко отсек толстые ломти ореховой скорлупы и они
попробовали белые куски ядра, то стало ясно, что они пытались раскусить
мягкое дерево...
Зато веселый Тобука, хохоча, показал им, как играют орехами, бросая их
под ноги друг другу. Чтоб орехи не отдавили ноги, надо было подпрыгивать как
можно выше и что-то кричать... Этому Бубырь и Нинка обучились быстро и
веселились вовсю, пока Нинка, спасаясь от ореха, не налетела на паутину,
висевшую, как занавесь, меж листьев пальм. Паутина была такой крепкой и
липкой, что сначала Тобука целых полчаса высвобождал из нее Нинку своим
страшным ножом, а потом, уже в доме Крэгса, Нинку два часа оттирали
скипидаром от липких и толстых, как веревки, прядей паутины.
Ребята скоро узнали, что в океане купаться нельзя, что спать надо только
под сеткой от москитов, что песчаная муха легко прокусывает любую кожу,
кроме кожи крокодила, и что именно крокодил жил в ручье, над которым стояла
уборная. Все это, впрочем, их мало смущало. Но не успели они познакомиться
со всеми чудесами, как в один прекрасный день около веранды белоснежного
дома Крэгса остановилась старенькая "Чайка". Оттуда вышел молодой, но уже
толстый человек, чем-то неуловимо схожий с Бубырем, и, растянув улыбкой свое
пестрое от веснушек лицо, гаркнул:
- Здорово, ребята!
Это был бухгалтер торгпредства на Фароо-Маро Василий Иванович. Он
приехал, чтобы свезти ребят в дом директора. Но прежде он не отказал себе в
удовольствии походить за Крэгсом, выясняя, что ныне мистер Крэгс считает
бесполезным и как теперь решается вопрос о гибели человечества и всеобщей
бессмыслице...
Белозубая мисс Нугу и жена торгпреда так восторженно встретили приехавших
ребят, что сердце Бубыря болезненно екнуло: он сразу вспомнил всех маминых
знакомых, которые любили почему-то хватать его за щеки, за подбородок, даже
за уши, тискать и мять так, что он после никак не мог отдышаться. Все его
опасения полностью подтвердились. Мисс Нугу подбрасывала вверх Нинку,
страшно озабоченную тем, чтобы не уронить подаренную мистером Крэгсом
сумочку, а жена торгпреда, как изголодавшаяся тигрица, набросилась на
Бубыря. Пока она его тискала, мяла исцеловала, он с ужасом думал, долго ли
придется прожить в этом доме, и вспоминал Тобуку, с которым было так хорошо!
Даже Муха, как она ни вертелась, как ни лаяла, не могла спасти Бубыря.
Его выручил Василий Иванович. Пока женщины возились с радостно визжащей
Нинкой, наряжая ее во всевозможные туземные одежды, Леня должен был дать
Василию Ивановичу по возможности полный отчет о необыкновенных подвигах
команды "Химик" и обо всех выдающихся играх хоккейного чемпионата. Мисс
Нугу, которая иногда присутствовала при этих поучительных беседах, до сих
пор не разобралась в том, что такое снег, коньки, клюшка, шайба, и ее
замечания вносили разнообразие в академические разговоры о хоккее.
Не успели ребята прожить в доме консула и двух дней, как появился мистер
Хеджес. Он изнывал от безделья и просто взмолился, чтобы с ним отпустили
ребят посмотреть знаменитых черепах Крэгса.
- Я их терпеть не могу, - тут же заявил он. - По-моему, нет ничего более
гнусного! Но ведь нельзя побывать в королевстве Бисса и не посмотреть эту
гадость. Тем более, - сказал он, когда они уже садились в оливковую сигару
Крэгса, - что вас будет сопровождать сам премьер-министр Биссы...
Ведя машину вверх, к радиостанции, он принялся жаловаться, что его не
принимают ни в какую игру.
- Крэгс с утра до ночи занят с Паверманом и другими вашими учеными, и они
гонят меня, как собаку. Что ж, это справедливо: за всю жизнь я научился
только делать деньги, а это, кажется, никому не нужно... торгпред не
разрешает мне помочь ему в закупках снаряжения и продовольствия. Меня
отстранили даже от строительства аэродрома для самолетов, которые ожидаются
со всех концов мира...
- А зачем они прилетят? - поинтересовался Бубырь.
- Парень! - удивился Хеджес. - Ты ничего не понимаешь в бизнесе!
Было совершенно очевидно, что тайны бизнеса незнакомы ни Бубырю, ни
Нинке. Тогда Хеджес снизошел до объяснений:
- Ко дню, на который будет назначен Великий опыт, - кстати, вы не
слышали, кажется, на второе апреля?
Ребята не слыхали. Хеджес недовольно хмыкнул, но продолжал:
- Так вот, к этому дню в королевство Бисса, где сейчас проживает около
двухсот белых, ожидается приезд гостей со всех пяти континентов, не менее
шестидесяти тысяч человек! Вы представляете себе этот размах? Сейчас в
различных районах Фароо-Маро, а также на трех других островах сооружаются
аэродромы, легкие сборные отели, отдельные домики, рестораны... Подсчитано,
что одной жевательной резинки здесь сжуют почти на десять тысяч долларов! На
этом можно потрясающе заработать, но мне не дают развернуться! Только виски
потребуется больше двадцати тысяч ящиков! Скажу вам по секрету, что я
зафрахтовал два парохода, и, если они не опоздают, Хеджес тоже прославится!
На темном фоне джунглей ребята увидели низкие строения, над которыми
безвольно повисла мягкая бахрома пальмовых крыш.
Казалось, здесь не было ни одного живого существа. Но, когда машина
остановилась у дома, к которому строения сходились, как лучи звезды, на
веранду пулей вылетел туземец с розовой раковиной в руках. Он повернулся на
восток и, напрягая жилы на висках и шее, протрубил сигнал. Оглушительный
звук был похож на долгий, протяжный зов охотничьего рога. Где-то внизу, под
перистыми лапами верхушек пальм, ему ответил рокот барабана...
- Теперь смотрите, - шепнул Хеджес, выключая мотор.
Лицо его исказилось в брезгливой гримасе, он не вылезал из машины. Глядя
на него, Бубырь и Нинка подобрали под себя ноги и с очень тревожными лицами
оглядывались по сторонам. Муха, ворча, жалась к Бубырю.
Сначала ничего не было видно... Потом Бубырю показалось, что сами по себе
задвигались кокосовые орехи, валявшиеся в зарослях травы. В следующее
мгновение и он и Нинка с ужасом увидели, что на них надвигаются сплошные
ряды черепах. Их было не сто, не тысяча, не десять тысяч... Казалось, что
сама земля, морщась, ползет куда-то... Рокот барабана приближался, и
черепахи ползли быстрей. Сухой шелест, производимый ими, иногда заглушал
удары барабана... Они были всего в пятидесяти метрах, когда барабан внезапно
стих. Ряды черепах тотчас замерли.
Бубырь и Нинка испуганно уставились на Хеджеса. Тот поднял палец,
призывая к молчанию. Спустя мгновение сухой рокот барабана возобновился,
удары звучали с лихорадочной быстротой. В бескрайних рядах черепах началось
движение. Сначала было непонятно, что происходит. Но спустя минуту черепахи
разбились на пять колонн. Каждая из колонн, подчиняясь музыкальному рокоту
барабана, двигалась к одному из пяти строений. Широкие двери распахнулись
сами, словно тоже повинуясь ритму барабана, и ряды черепах стали втягиваться
в зеленоватый сумрак, скрываясь в строениях...
- Они строят аэродромы, собирают дома, - негромко, словно боясь, что
черепахи услышат, объяснял Хеджес. - Вернувшись от вас, Крэгс перестал
начинять их знаниями. Но все равно каждая из них знает страшно много,
больше, чем любой человек...
В ближайшее к ним строение втягивались с такой же быстротой, с какой
беззвучно несется поток воды, последние ряды черепах. Шествие замыкала
черепаха огромного роста, с подвижной маленькой головой на шее змеи...
- Скотина Крэгс, - не удержался Хеджес, - назвал эту черепаху моим
именем... Она откликается, когда ее зовут Хеджес.
Услышав это имя, черепаха проделала нечто удивительное, совершенно
несвойственное настоящим черепахам. Она поднялась на задние лапы, так что
сквозь плотную пластмассу сверкнули детали ее сложного механизма, приложила
лапу к брюшному панцирю и церемонно раскланялась.
- А она может решать задачи? - умирая от любопытства, спросила Нинка.
- Она? - Хеджес презрительно усмехнулся. - Она величайший математик!
Рядом с ней сам Крэгс просто баран!
- А можно я ее спрошу?
Хеджес нехотя открыл дверцу.
- Ничего не поделаешь, - проскрипел он морщась, - придется проделывать
всю эту чепуху, иначе она не послушается.
Ребята выпрыгнули следом за ним.
- Лучше я спрошу! - жарким шепотом уверял Бубырь. - Ты только напутаешь!
- Все равно она не понимает по-нашему! - сокрушалась Нинка. - Ничего не
будет...
- Мистер Хеджес, - громко сказал Хеджес по-английски и сплюнул с
негодованием, - прошу вас сюда.
Черепаха, поводя головой на змеиной шее, с достоинством приблизилась.
- Неплохо держится, черт возьми! - осклабился Хеджес. - Я думаю, там,
среди своих, она тоже премьер-министр. Ну, так что вы хотели спросить?
Нинка замялась, и, пользуясь этим, Бубырь торопливо заговорил:
- В саду пятьсот восемьдесят шесть яблонь. Это на сто тридцать восемь
больше, чем груш, и на девяносто пять деревьев меньше, чем вишен. Сколько
всего деревьев в саду?.. Вот, пусть решит, - добавил он, с нескрываемым
недоверием поглядывая на черепаху.
- Только-то? - Хеджес присвистнул. - Я не успею перевести, как она даст
ответ.
- А как это будет? - спросила Нинка.
- У нее там, внутри, - барабан с бумагой... Лента с ответом выйдет изо
рта... Внимание! - торжественно провозгласил Хеджес. - Я начинаю!
И он, иногда запинаясь, но все же довольно быстро справился с переводом.
Черепаха продолжала пристально, без единого движения смотреть на них
блестящими глазами, но никакой ленты не появлялось ниоткуда...
- Может, она не поняла? - спросил Бубырь. - Мне так всегда надо прочесть
несколько раз...
- "Не поняла"! - фыркнул Хеджес. - Это исключено...
Он быстро, брезгливо морщась, пробежался пальцами по черепахе от головы
до панциря, но, видно, действуя наобум. Ничего не произошло. Тогда Хеджес,
пожимая плечами, все же повторил условие задачи. Черепаха безмолвствовала,
не сводя с них глаз.
- Я говорил - трудная задача, - сочувственно вздохнул Бубырь.
- Вот несчастный Бубырь! Все у него не по-человечески! - возмутилась
Нинка и присела перед черепахой, почувствовав прилив нежности. - Ах, какая
цыпа - черепашка!
Но Хеджес не мог смириться с таким ударом. Он влетел в дом, и через
секунду все услышали, как он кричит в трубку телефона, вызывая Крэгса.
Пользуясь его отсутствием, Нинка попробовала было обнять черепаху за
длинную, мягкую шею, но Бубырь отвел ее руки.
- Ты что? - испугался он. - Черепаха вся электрическая!
Нинка не поверила, передернула плечами, но руки на всякий случай убрала,
тем более что уже показался сияющий мистер Хеджес.
- Черепаха не занимается арифметикой! - гордо провозгласил он. - Высшая
математика - вот ее пища! А на арифметику она и смотреть не хочет!
Бубырь и Нинка в гостях всегда помнили о вежливости и не стали спорить.
К их приезду было приготовлено угощение. Мистер Хеджес сам любил
покушать, и поэтому обед собрали на славу. Правда, сначала лица у Бубыря и
Нинки вытянулись: они узнали, что основной едой будут уже знакомые им
кокосовые орехи и бананы. Но, когда перед ними поставили по цыпленку,
фаршированному тертыми кокосовыми орехами и запеченному в кокосовом тесте,
когда в центре стола был воздвигнут тертый кокосовый торт, когда в качестве
напитка было подано молоко из перезрелых тертых кокосов, когда на десерт
подали нарубленные спелые бананы, запеченные в толстую оболочку из тертого
кокосового ореха, все оказалось совсем другим и необыкновенно вкусным.
После обеда, тяжело дыша, Бубырь и Нинка выбрались из дома и, немного
потолкавшись, улеглись на толстом бревне под кокосовой пальмой. Теперь Леня
поглядывал на пальму с глубоким уважением и симпатией.
- Как она их делает, а? - спросил Бубырь, рассматривая неподвижно
висевшие высоко над ним гроздья орехов. - Как она делает орехи?
- Кто? - удивилась Нинка.
- Ну, пальма... Смотри, какая. Никто ее не учил, а она делает орехи и
делает. - Плотно поев, Бубырь любил пофилософствовать. - На заводе там
всякие машины, инженеры, рабочие... а она сама. Дает продукцию...
- Я бы сейчас съела лучше яблоко, - капризно заявила Нинка. - Знаешь,
кисленькое, антоновское...
- Вот! - восхитился Бубырь. - И яблоня! Как она делает яблоки? Ведь не
ошибается, не вырастит, скажем, фасоль!
- Или солененький огурчик, - Нинка явно переела кокосового масла, - я бы
тоже съела...
- Умная пальма, - решил Бубырь, который никогда не объедался. - Толковое
дерево...
...Подготовку, начатую на островах королевства Бисса, невозможно было
скрыть. Сведения о невиданном по масштабам этих мест строительстве, о
зафрахтованных пароходах, о закупке огромных партий продовольствия и всяких
предметов обихода просочились сначала в Новую Гвинею, затем в Австралию, а
оттуда - во все уголки мира, вызвав удивление, горячий интерес, а во многих
местах - зубовный скрежет.
Телефонные звонки, поток телеграмм, сотни первых любопытствующих туристов
и газетчиков, необходимость отвечать на особенно наглые газетные выпады, а
главное - ежедневная горячка строительства, когда в две недели надо было
приготовить на голом месте все, чтобы принять пятьдесят - шестьдесят тысяч
человек, - это заставило Крэгса, торгпреда, Василия Ивановича, даже мисс
Нугу позабыть, что такое сон. Они ложились по очереди, как на фронте, и
спали не более четырех часов в сутки.
Не менее напряженно работали и все ученые из экспедиции профессора
Павермана.
Здесь, на месте, необходимо было произвести ряд замеров, уточнить данные,
касающиеся общего биполярного магнитного поля Земли. Следовало тщательно
разобраться в местных условиях, чтобы не допустить отклонения луча.
Результаты передавались по радио непосредственно Ван Лан-ши и подвергались
немедленной обработке. Радиоперехваты приводили в полное смятение западную
разведку. Что собирались делать большевики? Перемещать геомагнитные полюсы
Земли? Но зачем? И как?..
Весь мир терялся в догадках. Между тем наступил уже апрель.
Глава девятнадцатая
РЕШАЮЩИЙ ДЕНЬ
5 апреля, в двенадцать часов дня, все радиостанции Советского Союза
передали заявление ТАСС. В заявлении говорилось:
"Во время неофициального визита его величества короля Биссы была
достигнута договоренность между его величеством и представителем Академии
наук СССР товарищем И. Д. Андрюхиным о проведении специального испытания в
целях дальнейшего прогресса науки и содействия установлению длительного
мира.
Суть указанного эксперимента заключается в следующем. Советские ученые
овладели сложнейшей методикой квантового расщепления любого материального
тела. При этом особые установки (анализаторы) либо выделяют всю энергию,
связанную с массой материального тела, в виде беспорядочного взрыва, либо
дают строго организованный энергетический луч. Во втором случае возможно
упорядоченное превращение энергии в массу до полного восстановления
материального тела.
Многочисленные опыты проделывались сначала на так называемой мертвой, а
затем и на живой материи. Были расщеплены до лучистой энергии, а затем
восстановлены в естественном материальном виде сначала простейшие
представители живой природы (различные виды планктона), а затем и
высокоорганизованные животные (собака, обезьяны и др.).
Опыты дали блестящие результаты. Постепенно совершенствуя методику,
советские ученые овладели небывало сложной техникой эксперимента. Решающее
значение для успеха имели новые кибернетические машины и устройства,
созданные под руководством профессора Ван Лан-ши. Проверка аппаратуры на
собаках и обезьянах дала уверенность в праве на последний этап работы.
10 февраля на территории научного городка академика И. Д. Андрюхина был
впервые произведен эксперимент с человеком.
Первым человеком, превращенным в направленный луч организованной энергии,
был Юрий Сергеев, секретарь комитета ВЛКСМ Майского химкомбината. Передача
направленного луча производилась на расстояние двадцати километров.
Эксперимент полностью удался. Находясь после восстановления под
непрерывным наблюдением врачей, Ю. Сергеев не обнаружил каких-либо
отклонений или нарушений нормы в состоянии здоровья.
В этих условиях Академия наук СССР сочла возможным разрешить повторное
проведение испытания. Тов. Ю. Сергеев дал согласие преодолеть в виде луча
расстояние в 10 280 километров и быть восстановленным над океаном примерно
на высоте 500 метров в районе острова Фароо-Маро, входящего ныне в состав
королевства Бисса.
Запуск луча будет произведен 10 апреля, в 12 часов дня (по Гринвичу), со
специальной фотонной площадки на территории Академического городка.
Мгновенно преодолев расстояние между районом г. Горького и королевством
Бисса, луч возникнет под 157ё18' восточной долготы и 7ё 32' южной широты,
пройдя над территорией Советского Союза, Пакистана, Индии, Индонезии.
Прилагаемая карта указывает путь луча.
Академия наук СССР, учитывая исключительную важность эксперимента для
всего человечества, обращается с просьбой к правительствам всех стран мира и
в первую очередь к государствам, над территорией которых пройдет луч,
оказать свое содействие успеху испытания.
Крайне важно, чтоб в коридоре, оказанном на карте, на пути прохождения
луча в течение одного часа, с 11.30 до 12.30 (по Гринвичу), не появлялся ни
один самолет или другой летательный аппарат.
Совершенно необходимо, чтобы в квадрате, обозначенном на прилагаемой
карте буквой "М", с 11 часов до 13 часов (по Гринвичу) безусловно не было
никаких судов, за исключением местных туземных лодок.
Академия наук СССР выражает надежду, что правительства, научные общества
и общественные организации всех направлений, руководствуясь счастьем людей и
прогрессом науки, приложат все силы, чтобы способствовать удаче
эксперимента.
За справками по вопросам проведения испытания над лежит обращаться:
Горьковская обл., п/я 77, академику И. Д. Андрюхину (указывая на
корреспонденции: "эксперимент") или с той же пометкой по адресу: Королевство
Бисса, о-в Фароо-Маро, профессору Б. М. Паверману.
Немедленно после окончания передачи полный текст сообщения ТАСС был
повторен всеми радиостанциями мира. Впервые в истории США была прервана
передача бейсбольного матча между флотом и армией, чтобы дать текст
сообщения ТАСС. Первые комментарии по явились немедленно.
Известный журналист Пильман писал в "Таймс диспетч":
"Из научных центров Советского Союза давно просачивались сведения об
открытиях сверхсенсационного характера. Их значение человеческий разум
сможет постичь лишь спустя определенное время. Однако не будем торопиться.
Если Москва хочет, чтобы западный мир поверил, будто советским ученым
удалось добиться таких сказочных результатов, то для этого необходимо
ознакомить ученых свободного мира со всей аппаратурой, применяемой при
испытаниях. Кроме того, широкие и представительные делегаций должны быть
допущены как в Академический городок, так и в район действия экспедиции
профессора Павермана...
Большинство серьезных ученых полагает, что академик Андрюхин, видимо,
стал жертвой каких-то роковых ошибок и просчетов. Ученый мир сходится на
том, что пока целые столетия отделяют науку от решения тех проблем, о
которых идет речь в заявлении ТАСС. Ряд ученых утверждает, что подобные
проблемы вообще никогда не будут решены, что они - за пределами человеческих
возможностей... "
Немедленно посыпались раздраженные вопли некоторых ученых мужей. Один
вещал из своего особняка, что кощунству и безбожию должен быть положен
предел. Есть граница и для науки!.. Ему вторил собрат из Мадрида, утверждая,
что имеются такие тайны, касаться которых человек не может, ибо они
принадлежат богу.
Вечерние газеты напечатали первые комментарии военных деятелей и
специалистов по различным проблемам экономики. Высказывая недоверие по
поводу возможности осуществления указанного в заявлении ТАСС эксперимента,
экономисты и военные комментаторы осторожно намекали, что если подобное
открытие действительно окажется в руках большевиков, то это вызовет в
западном мире потрясения, размер которых сейчас невозможно предугадать...
Уже в эти первые часы начали появляться и другие отклики. Ряд крупных
ученых - Гобль и Морлей в США, Морроу и Бью-Том в Англии, Кардьер и Коэн во
Франции, Праль и Граффинг в Западной Германии - и с ними множество других
заявили, что они сочтут величайшей честью, если Академия наук СССР и
уважаемый коллега И. Д. Андрюхин используют их возможности и знания на любом
этапе проведения Великого эксперимента. Всем этим ученым, а также любым
другим, кто захотел бы к ним присоединиться, были посланы от имени Академии
наук СССР приглашения присутствовать при проведении испытания либо на
территории Академического городка в СССР, либо принять участие в экспедиции
профессора Павермана. Были получены сообщения более чем от двух тысяч
шестидесяти ученых, что они выехали или выезжают в ближайшие дни, чтобы
принять участие в Великом опыте.
Либеральные английские и французские газеты поместили заявление всемирно
известного доктора Шлима, посвятившего свою жизнь борьбе с детской
смертностью; его имя пользовалось огромным уважением во всех странах мира.
Доктор Шлим сказал: "Мне стыдно за человечество, вернее, за мир, который мы
называем свободным. Авторитетная научная организация, Академия наук
величайшей страны, заявляет о небывалом, чудеснейшем открытии - и вместо
чувства восторга перед мощью человеческого разума, вместо преклонения перед
силой духа человека, вторично поднимающегося на фотонную площадку, чтобы
превратиться в луч, мы унизительно мелко паясничаем, надеемся, что это
сообщение недостоверно, то есть заранее готовы радоваться поражению науки,
но не хотим радоваться ее торжеству. Если мир дошел до такого падения, он
действительно гнил. Среди моря невежества, страха и злобного
человеконенавистничества я поднимаю свой голос вместе со всеми теми, кто не
потерял человеческого облика, и делаю это, только чтобы выразить мое
безмерное восхищение Великим Открытием академика Ивана Дмитриевича Андрюхина
и Великим Подвигом юноши Юрия Сергеева..."
И вот именно в эти дни невероятного, нечеловеческого напряжения, когда
поток разноречивых требований, просьб, предложений захлестывал Академический
городок, с академиком Иваном Дмитриевичем Андрюхиным произошло нечто
странное. Впервые за много лет ученые, его соратники, отметили небывалую,
несвойственную академику склонность к уединению, причем стремился он,
отгораживаясь от любых обязанностей, быть только с Юрой...
С каждым днем увеличивалось количество гостей, имевших пропуска в
Академический городок, и все они прежде всего хотели нанести визит Ивану
Дмитриевичу Андрюхину и Юре Сергееву. Именно это, как правило, не удавалось.
Поэтому пришлось одну за другой устроить две пресс-конференции, на которых
присутствовали не только представители советских и зарубежных газет,
телевидения, кино, радио, не только ученые, но даже религиозные деятели и
представители деловых кругов.
Вот извлечения из отчета об этих пресс-конференциях, Опубликованного в
"Известиях" от 8 апреля:
"Открывая пресс-конференцию, академик И. Д. Андрюхин вкратце знакомит
присутствующих с содержанием и целью предстоящего эксперимента, а также с
работами институтов кибернетики, научной фантастики и долголетия,
позволившими подготовить экспер
...Закладка в соц.сетях
