Жанр: Научная фантастика
Душа одиночки
...иоткрой окно. И прими капсулу стимулятора.
Беглов уже выруливал на скоростное шоссе, ведущее к сияющей миллиардами огней
громаде мегаполиса.
В город они въехали без четверти одиннадцать. Через пятнадцать минут должен
вступить в свои права обязательный для всех мегаполисов технический час.
Все было рассчитано заранее, по секундам.
Обширная парковочная площадка перед музеем была пуста. Антон направил "Гессель"
к аварийному пожарному выходу из здания.
Рейчел уже закрыла глаза, вступив в мнемонический контакт с системой аварийной
сигнализации музейного комплекса.
Теперь она уже не ощущала скованности, - десять минут запредельного напряжения в
лесу, когда любая ошибка грозила обернуться смертью для Антона, сильно повлияли
на ее сознание.
- Милая, мы должны войти тихо. - Прозвучал где-то рядом его голос.
Милая.
Простое слово, несущее оттенок нежности. Почему оно так сильно воздействовало на
Рейчел? Она провела не один месяц рядом с Бегловым, но только сегодня предельное
напряжение нервов в сочетании с магией его коротких, успокаивающих фраз внезапно
пробудило в ней нечто, неподвластное рассудку.
Неужели так бывает?
Натягивается между двумя людьми тугая, звенящая струна, и весь остальной мир
блекнет, не к времени, и не к месту, будто само мироздание концентрируется в
тембре голоса, произносящего это слово: милая.
Полуэктов должен был знать, что это произойдет.
Знал, потому что сам проходил через это. Только сейчас Рейчел, машинально
работая, вдруг начала осознавать, что на протяжении многих дней ее окружали
совершенно особенные люди. Как она могла не заметить их явной ауры?
Вадим Петрович верил - она и Антон вернуться. Вернуться совершенно другими,
потому что их душам дано соединится в эти минуты, стать единством, ради
выживания, достижения цели, но что настанет потом? Сосущая, гложущая изнутри
пустота или...
Они все были такими, и Рорих, и Ваби, и сам Полуэктов.
Теперь Рейчел знала это наверняка.
Ее рука нашла ладонь Антона. Глаза девушки оставались закрыты, но на этот раз
она не воспользовалась имплантами, не желая посылать ему сообщение через
бездушный инфракрасный порт.
- Вход разблокирован. - Шепнули ее сухие губы. - Система охраны отключена.
Залы музея встретили их гулкой настороженной тишиной, в которой отчетливо
слышался каждый шаг.
Рейчел следуя за Вадимом, который точно знал маршрут, находилась в состоянии,
граничащим с трансом. Она воспринимала две реальности, одна проплывала мимо в
виде серых стен, темных экспонатов, с выключенной на ночь подсветкой, а другая
ярко брызгала сполохами энергии, термальными всплесками, ослепляющими потоками
направленного излучения, - внутри музея функционировала вторичная система
охраны, иногда рассчитанная на целые залы, реже - связанная с отдельными
экспонатами экспозиций.
Рейчел не рвала эту сеть, - действуя на пределе возможностей своего сознания,
она молниеносно переключалась с одного аппаратного комплекса на другой, временно
перенацеливая их в другую сторону или попросту изолируя от источников питания.
Утром, конечно, здесь соберется целая толпа техников, которые будут ломать
голову над странными сбоями и неисправностями, старательно не обращая внимания
на тот факт, что внезапно "заглючившие" приборы четко обозначают путь,
проложенный через системы защиты, от аварийного пожарного выхода к залу сервмашин.
Да, но следом прибудут полицейские, а за ними, или, быть может раньше, спецы из
разведки, которые не станут закрывать глаза на явное совпадение.
Рассудок Рейчел метнулся к аппаратуре соседних залов, грубо вырубая целые
участки сети.
Побереги силы. - Коснулся ее разума голос Антона. - Мы у цели.
Рейчел открыла глаза.
Они стояли подле огороженных низкими перилами постаментов, на которых
возвышались десяти-пятнадцати метровые силуэты шагающих машин.
Антон, не снимая с плеча своей ноши, открыл люк первого в ряду "Фалангера" и
жестом указал Рейчел, чтобы она шла первой.
Рубка оказалась тесной и неудобной. Между сложной конструкцией пилот-ложемента и
многочисленными приборными панелями оставалось слишком мало места для троих
людей.
- Присядь пока. - Произнес Беглов, взглядом указав на скошенные приборные
панели.
Бессознательное тело пленника он аккуратно опустил в кресло пилота.
- Антон, это действительно адмирал Надыров?
- Да.
- Но как это возможно? Тысяча лет...
- Его корабль попал в область аномалии космоса. Там время течет быстрее.
Большего я пока не знаю, но надеюсь вскоре узнать.
Разговаривая с Рейчел, он извлек из специальной ниши длинный глянцевитый шунт
нейросенсорного контакта и вставил его свободный разъем в височный имплант
адмирала.
- Приготовься. Сейчас я подключу автономный источник питания, и его память
станет доступна для чтения. Киберсистема "Фалангера" даже в отсутствии модуля
"Одиночка", вступит в нейросенсорный контакт с разумом пилота, и будет
автоматически сканировать его мозг. Твоя задача - войти в информационный поток и
побудить адмирала вспомнить все, что он знает о двух мирах Линии Хаммера:
Везувии и Юноне. Нас интересует любая информация об этих планетах, но особое
внимание следует уделить инфраструктуре военных объектов, а в особенности
секретной базе под кодовым названием "Гамма". Ее местоположение нужно узнать
точно.
- Это все?
- Это главное. Если ты в состоянии востребовать и запомнить больше информации...
- Я смогу. Но боюсь, что мое физическое состояние после этого оставит желать
лучшего.
- Не беспокойся. Я буду рядом. Давай условимся, какой знак ты сможешь подать,
когда наступит предел. Я просто выдерну шунт.
Рейчел кивнула.
- Держи меня за руку. Я сожму пальцы.
- Хорошо. Ты готова? У нас осталось полтора часа до старта межзвездного лайнера.
- Готова. Последний вопрос Антон. Что будет с ним? - Рейчел красноречиво
посмотрела на Надырова.
- Не волнуйся. К утру он очнется, с небольшим провалом в памяти. Пусть
спецслужбы поломают себе голову, как он оказался тут, в музее, и зачем полез в
рубку серв-машины.
Рейчел кивнула.
Сжав ладонь Антона, она закрыла глаза, погружаясь в пучины чужой памяти.
Такого не еще совершал ни один мнемоник или кибрайкер.
Она была первой.
Международный космопорт Элио. Ноль часов десять минут по местному времени.
- Дамы и господа. Заканчивается регистрация на рейс сообщением Элио-ДионСтеллар.
Голос гулко отдавался эхом под сводами полупустого в этот час зала отлета.
Два человека спешили к стойке регистрации. Модой мужчина вел под руку свою жену
или подругу. Похоже, девушка изрядно перебрала. Ее походка была нетвердой, глаза
полуприкрыты, при каждом шаге она опиралась на локоть своего спутника.
Он подвел ее к стойке регистрации и протянул андроиду две статкарточки.
- Моя невеста неважно себя чувствует. - Не дожидаясь вопросов, пояснил он. -
Слишком много выпила на вечеринке.
Андроид просмотрел документы и вернул их Беглову.
- Все в порядке. Вы можете пройти на посадку. - Вежливо сообщил он.
Антон кивнул, бережно заставив Рейчел следовать в нужном направлении.
- Потерпи милая. Скоро все закончиться.
Гиперсферный прыжок до Диона займет три часа, затем пересадка на грузовой
корабль, следующий в Солнечную систему. Еще два часа в аномалии, и на
парковочных орбитах Земли их встретит космическая яхта, зафрахтованная Рорихом.
К тому времени на Элио будет только начало шестого. До открытия музея останется
еще два с половиной часа.
Глава 6.
Секретно.
Входящее сообщение.
Адмиралу Снегову.
Источник данных: объединенный штаб флота.
Направляем в Ваше распоряжение эскадру из трех крейсеров нового поколения,
адаптированных к условиям десятого энергоуровня аномалии.
На борту крейсера "Дион" дислоцировано испытательное серв-соединение. Предлагаем
немедленно включить его в операцию по идентификации космических кораблей,
потерпевших крушение на планетах Ожерелья.
Начальник объединенного штаба флота Д. Хоггинс.
Десятый уровень гиперсферы...
Над ожерельем из девяти планет царили три крейсера Конфедерации Солнц.
"Дион", "Флиред" и "Бристоль" прошли радикальную реконструкцию на вервях Форта
Стеллар. Они несли на борту уникальные дубль системы, адаптированные для
пространства десятого энергоуровня, где над любой техникой довлеет эффект
непроводимости. Магнитное поле энергетического сгустка исключает использование
традиционных источников питания, - здесь не работают обычные компьютеры,
отказывают электромагнитные ускорители стартовых катапульт и систем бортового
вооружения.
Инженерам Форта Стеллар пришлось приложить немало усилий, чтобы качественно
переоборудовать космических титанов, но они справились с задачей, используя
нетрадиционные технологии, опирающиеся на скупой опыт первых прыжков по
вертикалям гиперсферы.
...По обшивке крейсера "Дион" прокатилась едва ощутимая вибрация. Медленно и
плавно открылся вакуум-створ, поднимая закрепленный на стартовой плите войсковой
транспорт класса "Нибелунг".
В рубке корабля были установлены два противоперегрузочных пилот-ложемента,
компенсирующие воздействие на человека импульсов ускорения в моменты включения
реактивной тяги.
Вместо привычных виртуальных дисплеев по периметру переборок был смонтирован
кольцевой экран, работающий от забортных источников энергии. В данную минуту он
медленно светлел, улавливая потоки фотонов, излучаемых центральным объектом
системы.
Изображение все еще оставалось нечетким, размытым, но оба пилота прекрасно
воспринимали окружающий космос, хотя он виделся им несколько иначе, чем
предлагало зрение.
Чтобы не отвлекаться, они, не сговариваясь, опустили дымчатые забрала
гермошлемов.
- Борт ноль-семь, к старту готов. - Негромко произнес командир экипажа, майор
Анри Сай, и в такт его словам в височной части гермошлема ритмично запульсировал
микролазер.
Лейтенант Мэт плотно смежил веки.
Перед мысленным взором появилась четкая картина окружающего пространства.
Оба офицера были мнемониками.
- Как самочувствие, Саша?
- Прекрасно. Вижу "ожерелье".
- Связь?
- Устойчивая. Начинаю включение логр-компонентов.
Анри Сай привычным движением охватил пальцами бугристые рукоятки
астронавигационных рулей.
Он ощущал корабль.
- Реакторный отсек, семьдесят процентов мощности. Давление в кинетической
системе растет стабильно.
- Логр-компоненты включены.
В рубке между пилот-ложементами и центральной секцией обзорных экранов в воздухе
без видимой опоры парил, медленно вращаясь вокруг оси симметрии,
пространственный иероглиф, собранный из нескольких сотен черных кристаллов.
Таковы вызовы времени. - Подумал Сай, глядя на замысловатую конструкцию,
отдельным компонентам которой насчитывалось без малого три миллиона лет.
Ему, уроженцу Дабога, было легко и привычно работать в прямом нейросенсорном
контакте с механизмами космического корабля. Несмотря на все усовершенствования,
в основе конструкции "Нибелунга" четко прослеживалась схема прототипа, а
своеобразных "откат" к ручному управлению, только усиливал ощущение сходства,
будто он сейчас готовился поднять корабль над родной планетой.
Время снова выбрало нас.
Лейтенант Мэт полностью разделял мнение командира. Он родился на Гефесте,
воспитывался в Храме Логриса. Если Анри Сай с детства учился водить серв-машины,
то он с первых лет жизни познавал сияющие информационные потоки сети Интерстар,
готовясь стать хранителем фантомных миров Логриса.
Мнемоник от рождения, он получил свои импланты отнюдь не хирургическим путем.
Родиной его предков являлась печально знаменитая планета Зороастра. Когда-то там
проводились запрещенные эксперименты в области генной инженерии. Благодаря
уникальной наследственности Александр Мэт мог с одинаковой легкостью входить в
прямой контакт как с кибернетическими системами, разработанными людьми, так и с
древними логрианскими устройствами.
Десятый энергоуровень гиперсферы снял многие запреты.
Люди в который раз столкнулись с неведомым, и, как показала практика, здесь
могли эффективно работать лишь те, кто умел ощущать окружающие энергии,
воспринимая их на мнемоническом уровне, а техника, лишившаяся привычной
автоматики, востребовала опытных пилотов, способных ощущать механизмы, как
продолжение своего ментального и физического "я".
Они учились друг у друга, работая в паре.
- Захваты отошли. Начинаем стартовую процедуру.
Мягкий толчок декомпрессионного выхлопа приподнял корабль над стартовой плитой.
- Два процента маршевой тяги. Фотонные ускорители синхронизированы.
- Есть отрыв.
Мысленное восприятие обрело динамику. Открытый вакуум-створ крейсера начал
медленно удалятся, ожерелье из девяти планет повернулось "ребром", затем на
несколько секунд включились двигатели реактивной тяги, и выпуклый борт "Диона"
моментально исчез, - масса крейсера еще ощущалась, но он перестал играть
доминирующую роль в восприятии окружающего пространства.
- Десять процентов маршевой тяги.
- Смена вектора через полторы минуты. Ты видишь цель Сай?
- Все путем, Саша. Не волнуйся.
- Данные с логров нужны?
- Нет. Мне достаточно твоей визуализации. - Мэт усмехнулся. - Обыкновенная
телеметрия, а чувствуешь себя телепатом.
- Путаешь понятия. Ты ведь не читаешь мои мысли.
- Я говорю об ощущениях. Скоро мы перестанем тратить время на разговоры. Еще
пара совместных вылетов и наше с тобой общение будет проходить на уровне обмена
мысленными образами. Как ты в таком случае разделишь понятия "телеметрии" и
"телепатии"?
Сай не ответил.
Мягкое боковое ускорение коснулось тела. Сначала оно походило на прикосновение
кошачьей лапки, потом давление стало сильнее, жестче, но прекрасно
сконструированное кресло ложемента гасило перегрузки.
- Мы в оси курса.
- Отлично. Сообщи на "Дион".
- Уже доложил. Они советуют совершать посадку подальше от линии терминатора.
- Зачем?
- Перепад температур. Есть опасность подвижки отдельных конструкций.
- Перестраховщики. - Хмыкнул Мэт. - Поверь мне, все, что могло сдвигаться или
рушиться, давно рассыпалось.
Космический корабль уже приблизился к планете.
- Ты видишь вертикали Саша?
Мэт кивнул.
- Странно. Почему я их не наблюдаю?
- Ты концентрируешь внимание на системах корабля. Все нормально. Сядем, я тебе
покажу, как они движутся. Забавное зрелище... И немного жутковатое - секундой
позже добавил лейтенант.
- Так, жутковатое или забавное?
- Не знаю. Когда как.
- Зависит от расстояния, да? - Поддел его Сай.
Земля. Мегаполис Россия. Подземные уровни. Двое суток спустя, после событий на
Элио
Они вновь собрались в информационном отсеке бункера.
- Итак, - Слово взял Полуэктов. На правах хозяина он собрал это совещание в
узком формате, - в данный момент в помещении присутствовали только семь человек
и андроид. - Сегодня мы должны принять решение. Я сознательно употребляю термин
"мы" - потому что сам еще не сказал себе четкого "да".
Вадим Петрович против обыкновения не скрывал того, что взволнован.
- Для начала мне следует уточнить: все собравшиеся здесь в данный момент
освобождены мной от каких-либо данных в прошлом обязательств. Прежде, чем мы
снова образуем группу, в ее новом составе, я должен посвятить вас в детали
происходящего. Ситуация зашла так далеко, что права менять свои решения, ни у
кого из нас уже не будет, поэтому слушайте внимательно, соизмеряйте степень
опасности со своим мужеством, интересами, любыми критериями, которые помогут
дать окончательный ответ.
Его слушали молча, но без напряжения во взглядах. Каждый уже прошел свое личное
испытание, и был морально готов к подобному разговору.
- Прежде всего ситуация в целом. - Полуэктов обернулся к карте Обитаемой
Галактики. - Я не стану повторяться, рассказывая о ситуации, сложившейся на
Земле, и моем личном желании переломить ход событий в пользу справедливого
отношения к нам, сегодняшним жителям родины человечества. Я уверен: дети не
должны отвечать за поступки своих отцов. Такого же мнения придерживался генерал
Покровский, который три десятилетия назад, исследуя архивные документы, сумел
отыскать легендарный корабль-невозвращенец. Это "Альфа" первый колониальный
транспорт Земли. - Полуэктов указал на экран, где медленно вращалась
голографическая проекция сверхкорабля. - Тридцать лет он движется в сторону
Солнечной системы, чтобы, вернувшись на историческую родину, стать гарантом
независимости Земли. На протяжении этого периода, мы регулярно посылали к
"Альфе" гиперсферные транспорты, которые доставили на борт первенца колониальных
амбиций человечества тысячи тонн современного оборудования. Кибернетические
механизмы произвели переоснастку основных систем "Альфы", сохранив при этом ее
уникальное историческое оборудование, которое вполне работоспособно, и на
сегодняшний день выступает в качестве надежного дублирующего комплекса
управления.
Вадим Петрович сухо откашлялся и продолжил:
- Теперь давайте поговорим, как выражались предки, "на злобу дня". Через трое
стандартных суток "Альфа" войдет в границы Линии Хаммера в непосредственной
близости от системы Юноны. Совсем недавно я полагал, что появление первого
колониального транспорта в окрестностях Солнечной системы и обеспечение его
неприкосновенности на пути к Земле, станет главным событием в моей жизни, но, к
сожалению, я ошибся.
Полуэктов указал на ломаную линию, соединяющие между собой миры Хаммера.
Световой маркер очертил две планеты - Везувий и Юнону.
- Здесь, в указанном мной районе, через восемь-десять дней может произойти
величайшая трагедия, со времен последних битв Галактической войны. Завтра
состоится заседание Совета Безопасности, на котором будет принято решение о
снятии карантина с Везувия. Сейчас я имею полные разведданные, указывающие на
намечающуюся провокацию, которая должна повторить схему гибели Дикой Семьи
инсектов, и группы Энтони Коула. Вы сумели выжить, потеряв командира и двух
товарищей, но на этот раз на карту будут поставлены не десяток, а вероятно сотни
тысяч жизней.
Вадим Петрович сел, и пересказал то, о чем он недавно разговаривал с Рорихом.
Закончив, он выдержал паузу, дав время всем присутствующим обдумать его слова, а
затем начал подводить итог:
- Даже владея всей информацией, ни я, ни кто-либо другой, не в состоянии
повлиять на решения, принимаемые в высших эшелонах власти Конфедерации, или в
Советах Директоров крупных корпораций Окраины. Попытка предотвратить трагедию,
привлекая прессу или общественность, обречена на провал, - мы проигрываем во
времени и не можем указать точных источников тех или иных данных. Скорее
подобная акция нанесет непоправимый вред Земле. Нас вряд ли услышат, а уж тем
более - не поймут. Поэтому я, Эрни Рорих, и Ваби слагаем с себя все официальные
и неофициальные полномочия, выступая в этом деле как частные лица. По всем
галактическим законам мы трое в данный момент являемся совладельцами "Альфы",
так как иных участников операции по поиску и возвращению первого колониального
транспорта уже, к сожалению, нет в живых.
- Можно вопрос, Вадим Петрович?
- Да, Антон?
- Вы серьезно полагаете, что один корабль, пусть даже обладающий мощью целого
флота, способен изменить ход событий? "Альфа" даже не оснащена гипердрайвом, и
ей понадобиться не менее года, чтобы войти в границы системы Везувия.
- Да Антон, я понимаю это. - Ответил Полуэктов. - Как я уже сказал, ни обращение
к президенту Конфедерации, которая не осведомлена о готовящейся акции спецслужб,
ни апелляция к разуму высших руководителей корпораций не даст результата.
Единственное, что может спасти людей, которых пошлют в заведомую ловушку, - это
превентивный удар по Везувию, с целью уничтожения тех боевых киберсистем,
которые реактивированы в результате грубого, неумелого вторжения на базы РТВ
отрядов Зураба Аль Араги.
Здесь, как правильно отметил Беглов, возникает закономерный вопрос, какими
силами мы располагаем для этого?
На первый взгляд у нас нет ничего, кроме мощной, но тихоходной "Альфы". Однако,
во всей этой запутанной истории мы забыли о главном аспекте вашего чудесного
вызволения из системы КХ3496.
- Мерфи, что ты скажешь по этому поводу?
Андроид повернул голову.
- У нас есть шанс, Вадим Петрович, я уже говорил.
- Да, но остальные не слышали нашей беседы.
- База "Гамма", где происходила сортировка модулей "Одиночка", расположена на
Юноне. Теперь мы точно знаем ее местоположение благодаря данным, полученным от
адмирала Надырова. По моим предположениям секретные уровни "Гаммы" хранят не
только огромное количество кристалломодулей с матрицами сознания пилотов, как и
я не прошедших испытание тестом "Линии Огня", но и тактический резерв флота,
защищавшего линию Хаммера. Он не был востребован, в боях, иначе об этом
упоминалось бы в документах, сохранившихся в архивах Земли.
- Почему его не ликвидировали после войны? - Спросил Доброхотов.
- База "Гамма" и все связанные с ней хранилища, испытательные полигоны, и прочие
службы являлись сверхсекретным объектом. О самом факте существования подобного
комплекса, где проходили вторичную "обкатку" побывавшие в боях модули
"Одиночка", знал лишь высших командный состав Альянса и немногочисленные
сотрудники "Гаммы", из числа людей.
- И ты?
- Да потому как побывал там.
- Тогда еще один вопрос. - Вступила в разговор Рейчел. - Почему мы должны
считать, что модули с "Гаммы" чем-то отличаются от тех, что управляют
разбуженными серв-машинами на Везувии?
- Не все, Рейчел. Речь идет лишь о тех матрицах сознания, которые, как и
лейтенант Мерфи не прошли тест "Линии Огня". Вы должны понять - они наша
единственная надежда. Вы достаточно общались с Аланом, чтобы сделать собственные
выводы, относительно мотивов его поступков. Там, на Юноне, до сих пор хранятся
души молодых ребят, которых захлестнула и погубила начатая не ими война. Нам
необходимо найти их, раньше, чем на Везувии произойдет трагедия.
- А если они окажутся неадекватны нашим представлениям? Не такими, как Алан?
- Тогда мы не сможем ничего сделать. Выпускать еще одного джина из бутылки я не
стану. - Рассеял общие сомнения Вадим Петрович. - Но, узнав Алана, я верю, - они
поймут нас. Это единственный шанс предотвратить роковую бойню. Восемь человек не
в состоянии преломить ход событий, но мы можем сформировать силу, равную той,
которую готов извергнуть Везувий. - Он отпил глоток воды из стоявшего на столе
бокала, и добавил:
- Теперь я сказал все, что хотел. Право выбора, за каждым из вас. К сожалению, я
не могу дать вам на размышление даже суток.
- Кто примет командование группой? - Вскинув голову, спросил Беглов.
- Я. - Ответил Вадим Петрович.
- Вы?
- Я сделал для Земли все что мог. Теперь надеюсь совершить невозможное. - Без
пафоса, тихо добавил он. - И чтобы между нами в дальнейшем не возникало
неясностей - основной лейтмотив моих поступков и решений - человеческие жизни и
души. В первую очередь они, а уж затем, все остальное, включая интересы родины
человечества. Это смертельный риск, но я считаю, что он оправдан. Стабильность в
Галактике не может достигаться путем человеческих жертв.
Первой наступившую после его слов тишину нарушила Рейчел:
- Я пойду с вами, Вадим Петрович. До конца. - Ее голос звучал тихо, но твердо. -
Алан спас меня, и я то же верю, что у некоторых "Одиночек" существует душа.
Линия Хаммера.
Линия Хаммера. Низкие орбиты Юноны. Сутки спустя.
- Наш выход. Всем приготовиться.
Автоматика вывела "Нибелунг" в точку орбиты, для десантирования над заданным
регионом Юноны.
Внизу сквозь разрывы облачности просматривался пейзаж, напоминающий ландшафты
современной Земли, - такое же безудержное буйство зелени, под пологом которой
сканеры фиксировали руины.
В десантном отсеке резко сменилось освещение.
Рейчел, глядя, как закрываются сегменты десантной капсулы, подумала: почему
такой густой красный свет, напоминающий пролитую кровь, издревле сопровождает
процессы высадки, когда нервы и без того напряжены, в инстинктивном ожидании
грядущих событий?
Бронированные сегменты сомкнулись, отсекая неприятное сияние. В тесном
пространстве индивидуального модуля заработали внутренние системы приборов.
Декомпрессия отсека завершена. Давление в стартовых стволах отсутствует. -
Высветил небольшой монитор, и тут же Рейчел ощутила толчок, - это замкнулся
затвор электромагнитной катапульты.
Автопилот "Нибелунга" строго следовал процедуре, хотя в данном случае сервмашины
не входили в состав десантируемой группы.
Медленно открылась аппарель, и только после этого на крошечных экранах внутри
капсул побежали цифры обратного отсчета.
Еще мгновенье и стартовые катапульты начали отстрел.
- Поехали! - Это был голос Беглова.
Полуэктов почувствовал: к нему возвращается молодость. Парадокс, - мышцы, давно
отвыкшие от динамических ударов и перегрузок, буквально изнывали под
навалившимся гнетом, а в рассудке генерала звенел восторг, пьянящий восторг,
будто изматывающие импульсы работы двигателей, резко сменяющиеся чувством
невесомости, каким-то образом воздействовали на само время, возвращая ощущения
того незабываемого поиска, когда он, на утлом "Гепарде" совершил прыжок в
неизвестность, руководствуясь лишь логическими выкладками Покровского,
предполагавшего, где именно может дрейфовать первый колониальный транспорт
Земли...
..."Нибелунг", отстрелив восемь десантных капсул правого борта, медленно втянул
предназначенную для серв-машин аппарель и, включив двигатели ориентации, начал
разворачиваться, чтобы уйти в зону высоких орбит.
До прибытия "Альфы" в систему Юноны оставалось менее суток.
Они снижались.
Восемь хрупких скорлупок, яркие падучие звезды, внутри которых находились семь
человек и один андроид.
Каждый по-своему переживал жесткую ритмику орбитального десантирования, понимая,
что пути назад уже нет.
На высоте тысячи метров заработали системы окончательного торможения,
температура внутри десантных капсул начала резко расти, но это продолжалось
считанные мгновенья, далее последовал удар о пове
...Закладка в соц.сетях
