Жанр: Научная фантастика
Лиад 5. Путь разведчика
...у, демонстрируя формы, которые призвана была скрывать. Даав повернул налево,
перебирая ключи в поисках того, который подходил к пульту...
- Даав?
Она впервые произнесла его имя. Интуиция его не подвела! Он повернулся, стараясь, чтобы его
движения оставались мягкими, и улыбнулся.
- Да, Эллиана?
Она сделала несколько шагов навстречу ему. В пальцах протянутой руки что-то блеснуло
серебром.
- Я... унесла твое кольцо для волос... вчера вечером...
- А! - Он поднес руку к стянутым сзади волосам. - Как видишь, у меня есть еще одно. И,
похоже, вчера ты применила его с немалой пользой. Будь добра, оставь его себе. - Он позволил себе
широкую улыбку. - Клонак может потребовать матч-реванш, знаешь ли.
Ее глаза вспыхнули, губы изогнулись в улыбке, пальцы сомкнулись вокруг пустячного подарка.
- Спасибо, - снова сказала она и замялась, склонив голову к плечу. - А как там Клонак? Жон
не...
- Смертельных ран не было, - жизнерадостно объявил он. - Клонак обладает умением
доставать, против которого нет иммунитета даже у Жона.
По ее лицу промелькнула улыбка, которая уже через секунду исчезла. Не добавив больше ни
слова, она повернулась и ушла в глубь коридора. Выждав мгновение, Даав прошел к пульту и уселся в
кресло второго пилота.
Толстая рубаха отказывалась отдавать впитавшуюся в нее влагу.
Эллиана, которую освежитель в каюте пилота одновременно согрел и высушил, неуверенно
потрогала мокрую бежевую ткань.
С остальными предметами одежды автокамердинер справился великолепно, выдав их наружу
отглаженными и мягко благоухающими жасмином.
"Хотел, чтобы все было бинджали, этот чел-Мара", - подумала она с невольным восхищением,
натягивая черные брюки, простую майку и белую повседневную рубашку, отделанную поблекшей от
времени зеленой лентой. Все предметы одежды были не новыми и сидели на ней не слишком хорошо.
По правде говоря, из-за отсутствия верхней рубахи брюки пришлось сильно затянуть на талии ремнем,
чтобы они хоть как-то держались на месте. Рубашка, подаренная Сайнит на какой-то давний день
именования, имела широкие рукава, собранные на манжеты с зеленой отделкой, и свободный покрой,
хотя шелк в некоторых местах упрямо прилипал к телу.
Однако главным в ее костюме была верхняя рубашка. Она взяла за правило всегда носить этот
предмет одежды: рубашка была ее кольчугой, ее убежищем, ее стеганым плащом-невидимкой.
И она висела в ее пальцах, холодная и мокрая, словно дюжина свежепойманных рыб.
Эллиана закусила губу. Автокамердинеру удалось просушить даже ее сапожки, которые вернулись
к ней ярко начищенными, с заново выровненными каблуками. То, что самый нужный предмет
оказался...
- Диспетчерская дала нам разрешение на взлет, пилот, - прозвучал из динамика голос Даава. -
Они ждут, чтобы мы сообщили им наш маршрут.
- Я приду... через секунду, - с трудом выдавила она и, не дожидаясь его ответа, снова
повернулась к автокамердинеру, открыла его дверцу и запихнула внутрь мокрую рубашку.
Выбрав на пульте режим "усиленная сушка", она захлопнула дверцу и снова повернулась,
оказавшись перед зеркалом.
Теперь это было не чудо, рассчитанное на перегрузки, а простой квадрат отполированного
металла, в котором отразилась болезненно худая женщина в мешковатых брюках и поношенной
шелковой рубашке. Высушенные под сильной струей воздуха волосы неопрятными прядями свисали на
лицо.
Эллиана пальцами расчесала наэлектризованную шевелюру, собрала ее на затылке и прочно
прихватила кольцом Даава.
Женщина в зеркале колебалась еще долю секунды, напряженно приподнявшись на цыпочки. Ее
худое тело трепетало, широко распахнутые глаза ярко выделялись на тонком бледном лице.
А потом она наклонила голову, тихо сказала себе: "Удачи, пилот", - и вышла.
Кружка чая на подлокотнике ее кресла испускала ароматный парок. Рядом с ней лежал пончик с
сыром. Даав, откинувшийся в кресле второго пилота и вытянувший перед собой длинные ноги,
повернулся к ней, доедая свой пончик. Серебряная петля у него в ухе весело закачалась.
- Надеюсь, ты не против сыра, - извиняющимся тоном проговорил он. - Право, я собирался
заказать только для себя, но так уж получилось, что палец у меня соскользнул и автоповар выдал два
пончика!
Эллиана внимательно посмотрела на него.
- Хотела бы я посмотреть, как у тебя пальцы соскальзывают, - решила она после секундного
размышления.
Даав ухмыльнулся.
- Увы, это бывает даже слишком часто. Я страшно неуклюжий!
- Не сомневаюсь, что это даже Жон подтвердит, - совершенно серьезно согласилась она,
усаживаясь в свое кресло.
Она взяла чашку и, нахмурив брови, заглянула в ее красноватые глубины.
- Интересно, - подумала она вслух, - почему разведчики так любят всех кормить?
- Ну, видите ли, нас приучают уважать оперативность и устранять все то, что может помешать
результативной работе. Наблюдения показывают, что человек, у которого вес тела значительно ниже
оптимального, имеет пониженную работоспособность. Такие люди подвержены утомлению, нечетко
мыслят и поддаются приступам страха, что не только снижает эффективность их работы, но и
представляет реальную угрозу безопасности.
Она изумленно подняла голову - и встретила взгляд очень серьезных черных глаз.
- Пилот следит за своей физической формой, - проговорила она, цитируя правила Гильдии.
Даав наклонил голову.
- Конечно, - тихо согласился он. - И долг второго пилота - следить за тем, чтобы первый
пилот был здоров. А товарищу положено отвечать заботой на нужды другого.
- Понимаю. - Она вернула чашку на широкий подлокотник и взялась за пончик. - Я очень
долго была... в стороне от жизни, - сказала она, разламывая булочку и вдыхая сырный аромат. -
Может быть, пока я ем, ты скажешь мне, нет ли у тебя каких-то идей насчет того, как лучше всего
проверить работоспособность навигационного компьютера?
- У меня их даже несколько, - с готовностью отозвался он. - Но сначала ты должна сказать
мне, сколько у тебя времени.
Эллиана посмотрела на часы на пульте, а потом - на своего второго пилота.
- Двенадцать часов.
- О! - с улыбкой проговорил он. - Ну, в этом случае...
Глава девятнадцатая
За год по стандартному календарю статистически
значимое количество пилотов оказываются экликти -
невернувшимися. Некоторые из них наверняка становятся
жертвами постоянно присутствующих в их деятельности
опасностей, но есть основания полагать, что большинство из
них просто находят такую планету, которая подходит им
больше, чем их родная, и решают там остаться.
Некоторые авторы утверждают, что разведчики,
ставшие экликти, - это самые успешные разведчики из всех.
Из книги "Все о лиадииских разведчиках"
Лиад повисла на ее третьем экране сверкающим магическим шаром, пойманным в плотную сеть
движения на ее орбитах. Четвертый, пятый и третий доки, зависшие на краю этой сети, также
присутствовали на экране - но на удовлетворительном удалении. От края прыжкового пространства
"Полосу удачи" отделял только первый маяк - и станция Разведки.
Эллиана вздохнула.
- Устала, пилот?
- Нисколько, - отозвалась она, разворачивая кресло так, чтобы встретиться с улыбкой своего
второго пилота. - Я просто думала о том, как... приятно было бы продолжить полет.
- Невероятно приятно, - согласился Даав, и его улыбка стала чуть кривой, - и очень
соблазнительно. Лиад время от времени начинает действовать на нервы.
Он протянул руку со следом кольца, которое он почему-то не носил, и блокировал свой пульт.
Эллиана прикусила губу и подняла руки, чтобы ввести последние команды на свой.
- Ты... вышел в отставку... уже очень давно? - спросила она о том, что ее совершенно не
касалось.
- Шесть лет назад, - ответил Даав так, словно ее вопрос был вполне естественным. - А до
этого десять лет работал.
- Клонак... Клонак называет тебя капитаном, - напомнила она ему так, словно он мог этого не
заметить.
Даав рассмеялся.
- Ну, Клонак - странное создание, что вынуждены признать даже те, кто его любит. На самом
деле я был руководителем группы, хотя в тот момент он почти не удостаивал меня такого обращения.
И, - доброжелательно добавил он, - пока ты не вывихнула себе язык, пытаясь не задать следующий
вполне закономерный вопрос: капитан-разведчик, специализировавшийся по культурной генетике. Она
быстро подняла на него взгляд.
- Я прошу меня простить, - проговорила она, чувствуя, как к ее щекам приливает жар. - Меня
учили, что невежливо спрашивать у... у...
Она беспомощно замолчала. "Посторонний" было тем словом, которое она готова была
произнести, однако оно тут не годилось. Да и слово "неродич", которым она могла бы его заменить,
тоже не было более точным. По правде говоря, она скорее могла получить поддержку и точные
сведения от "постороннего" Даава, чем от Ран Элда.
- Что соответствует Кодексу и очень верно - в своем месте и в свое время, - отозвался Даав,
легко поднимаясь на ноги. - И этим местом будет так называемое общество воспитанных людей. Но
ты имеешь полное право меня спрашивать, Эллиана. Я - твой второй пилот и твой товарищ.
Совершенно необходимо, чтобы ты мне доверяла, поскольку в какой-то момент мне может
понадобиться принять решение от твоего имени. Если ты считаешь, что я могу поступить не так, как это
сделала бы ты, то тебе следует узнать об этом как можно быстрее.
Она несколько долгих секунд смотрела на него, а потом со вздохом встала.
- Я решусь утверждать, что ты в любом случае не станешь поступать так, как я, - медленно
проговорила она. - Но я предпочту доверять твоему суждению, а не своему собственному.
- Тогда ты - не пилот.
Она вздрогнула, возмущенно выпрямилась и сжала кулаки.
- Я - пилот! - вскрикнула она так, словно эти слова вырвались из самого ее сердца. - Года не
пройдет, как я освою прыжки!
Даав выгнул бровь.
- Допускаю, - проговорил он с холодной и отстраненной вежливостью, которая очень
напомнила ей леди пел-Рула. - Однако должен признать, что еще не встречал ни одного прыжкового
пилота, который ставил бы чужое суждение выше своего собственного, если речь идет о его
собственном корабле.
Она возмущенно посмотрела на него, но в памяти у нее зазвучал ее собственный голос: "Я не
желаю услышать, что кто-то из моих учеников погиб по глупости..."
Она осторожно перевела дыхание.
- Мастер-пилот! - сказала она.
Даав наклонил голову.
- Да, пилот?
- Я стараюсь быть хорошей ученицей, - официально заявила Эллиана и поклонилась ему так,
как ей мог бы поклониться кто-нибудь из ее учеников: выражая уважение к дающему знания. - Я
много лет находилась вдали от мира. Эта информация сообщается не для объяснения ошибки, а как
подсказка для оценки инструктора. Возможно, я недостойна внимания инструктора. И мне определенно
нужно еще очень многому научиться.
- Но только не в том, как следует резко осаживать собеседника! - Обе брови Даава взметнулись
к самым волосам. Он вскинул свою непонятно почему лишенную кольца руку, чуть согнув пальцы. -
Давай мириться, Эллиана, пожалуйста! Я обещаю больше не заноситься.
Она недоуменно уставилась на него.
- Но... но ты же был абсолютно прав, - пролепетала она. - Мне необходимо освоить меланти
пилота, и как можно скорее! Иначе что получится, если я окажусь за пределами пространства Лиад и
смогу руководствоваться только своими соображениями? Я читала, что в космосе существует
множество самых странных обычаев. Когда я и мой корабль столкнемся с чем-то подобным, а решение
необходимо будет принимать так, чтобы спасти корабль...
Она резко замолчала, ощущая, как отчаянно колотится ее сердце.
- Твой корабль - это твоя жизнь, - мягко проговорил Даав таким тоном, словно повторял чьито
слова.
- Да. - Она прерывисто вздохнула. - Да, именно так.
- Вот почему чел-Мара был глупцом! - Он улыбнулся и склонил голову к плечу, сверкнув
серебряной серьгой. - Ну, мы помиримся, Эллиана, или я нахожусь в черной немилости?
Его изящные пальцы протянулись ей навстречу.
Она медлила, ощущая в желудке привычный ком страха. Испытание... Стиснув покрывшиеся
холодным потом руки, она смотрела на протянутую ей руку и думала о том, что Даав снова не ошибся.
Как она может думать, будто у нее хватит отваги оставить клан, родичей и свою планету - хватит
смелости для того, чтобы выжить среди незнакомых обычаев, - если она даже не решается протянуть
руку и прикоснуться к руке товарища?
Это было трудно. Ее отчаянно протестующим, обученным болезненными уроками чувствам
казалось, что целый день ушел только на то, чтобы шагнуть к нему, дюжина дней - на то, чтобы
поднять руку, и еще одна - чтобы вытянуть ее вперед, а потом еще релюмма на то, чтобы сомкнуть
пальцы вокруг его руки и ощутить теплое ответное пожатие. И к концу этого мучительно долгого срока
она уже дрожала всем телом, и ноги у нее подгибались так сильно, что она едва могла стоять.
- Я прощен! - Голос Даава был веселым. Он плавно повернулся и потянул ее с собой, на другую
сторону кабины. - Думаю, ты готова перекусить перед тем, как продолжить.
- Перекусить? - переспросила Эллиана. Она встряхнулась и с ужасом заметила, что вцепилась в
руку Даава с такой силой, что ее собственным пальцам больно. - Спасибо, но я... по-моему, мне не
хочется есть.
- Да, - спокойно согласился он. - Знаю.
Только когда он усадил ее в крошечной буфетной и мягко отнял у нее свою руку, чтобы набрать
меню на автоповаре, ей пришла в голову довольно страшная мысль.
- Даав?
Он повернул голову.
- Да?
- Я... - Она пристально уставилась на свои стиснутые руки, снова и снова прослеживая
взглядом сложные линиисвоего кольца-головоломки, и сильно закусила губу. - Ты - Целитель?
- А!
Он оставил меню и облокотился на столик, накрыв ее руки ладонью. Когда она стремительно
подняла на него глаза, он ей улыбался.
- У меня высокий уровень эмпатии, - мягко проговорил он, - но я - не Целитель. - Он
внимательно заглянул в ее глаза. Его взгляд оставался серьезным. - Мне пригласить к тебе Целителя,
Эллиана?
Такое предложение не было неуместным - со стороны товарища. Эллиана сморгнула слезы и
отвела взгляд.
- Спасибо, не нужно. Мне... мне кажется... что уже поздно. Если бы это и следовало сделать, то
много лет тому назад. Я просто спросила. Мне показалось, что ты такой...
- ... Настырный, - жизнерадостно сказал Даав, с улыбкой отступая от столика. - Случай
печальный, но... разведчики, знаешь ли. Ты будешь с салатом суп или только булочку?
Она воззрилась на его спину, разрываясь между досадой и смехом.
- Только булочку, с твоего разрешения.
Конечно, нечего было и надеяться на то, что она получит только булочку и чашку чая: Эллиана
совершенно не удивилась, когда через несколько секунд перед ней оказалась довольно большая порция
салата, а к нему - сыр и хлебец.
Даав, который добавил к салату еще и суп, с аппетитом принялся за еду. Эллиана взяла в руку
щипчики.
- Как ты выучила беззвучный язык?
Эллиана моргнула - и подняла глаза от своей почти опустевшей тарелки.
- Я обучаю разведчиков, - ответила она, слабо улыбнувшись. - А мысли разведчиков, как ты
сам прекрасно знаешь, часто направлены на какое-нибудь озорство. Я выучила его из чувства
самосохранения, просто наблюдая за ними. - Она повела плечами, отметая его восхищенный взгляд.
- Когда я наконец догадалась, что мелькание пальцев на занятии представляет собой какой-то язык, то
до понимания оставалось совсем немного. И этим мои познания ограничиваются.
- А сама ты не пыталась на нем разговаривать?
- О нет! - ответила она, снова переводя взгляд на тарелку и перекладывая щипчики. - Я была
бы безнадежно неуклюжей, сам знаешь.
- Видев, как ты обращаешься с пультом управления - не говоря уже о том, как играешь в баули,
- довольно сухо заметил Даав, - я ничего подобного не знаю. Это полезный язык, а научиться ему
поразительно просто. Гораздо проще, чем земному.
- Который мне тоже необходимо освоить, - вздохнула Эллиана, сутулясь.
Ей необходимо получить лицензию первого класса, овладеть земным, приобрести иммунитет к
странным обычаям, заработать начальный капитал и заручиться рекомендациями, и все это время
надежно скрывать от Ран Элда свой корабль и товарищей...
- У тебя всего год? - спросил Даав.
Она вздрогнула, испугавшись того, что он настолько близко следовал за ее мыслями, но сразу же
расслабилась и улыбнулась.
- Самое большее, - ответила она и снова повела плечами. - Обязательно нужно уложиться в
год. Возможно, мне понадобится отказаться от семинара.
- Ох нет! Это было бы жестоко. Если Лиад предстоит тебя потерять, то по крайней мере позволь
еще одному выпуску разведчиков воспользоваться твоими знаниями.
"Чрезвычайно высокий уровень эмпатии, - подумала Эллиана с новым пониманием того, что под
этим подразумевается. - И его подкрепляет наблюдательность разведчика. Неудивительно, что он
плохо себя чувствует в светском обществе". Она снова подняла взгляд на своего собеседника.
- Ты что-нибудь знаешь о планете под названием Пустошь?
- Да. И не знаю ничего хорошего, - прямо заявил Даав. - Если это туда ты хочешь отправиться
и ради этого намерена учиться, то лучше бы тебе было остаться на Лиад.
- Некоторое время тому назад у меня была мысль... что придется направиться именно туда, -
призналась она. - До "Полосы удачи". Теперь планы... изменились. Но мне было интересно.
- А! - Даав допил чай и отставил чашку в сторону. - Тебе нужен Зал Планет в Академии
Разведки. Напиши заявление на имя командующего с просьбой предоставить тебе возможность там
позаниматься.
Она неуверенно спросила:
- А ты считаешь...
- Твое имя в Академии ценится выше кантр, Эллиана, - сказал Даав, отодвигаясь от стола и
собирая грязную посуду. - Жон уже тебе говорил.
- Да, говорил.
Она встала, собрала остатки своей трапезы и отправила их в мусоросборник и только потом
повернулась к своему высокому второму пилоту.
- Да, кстати, - проговорил этот господин с невинным выражением лица, которого она уже
начала опасаться, - тебе не хочется попробовать прыгнуть?
У нее екнуло сердце, а в голове начали мелькать ряды цифр.
- Но гравитация...
- Была бы серьезной проблемой, если бы мы попытались совершить настоящий прыжок. Но я
предлагаю малый прыжок, или козырь контрабандиста, как его называл мой пилот-инструктор. Мы на
секунду выходим из пространства, едва задеваем гиперпространство и возвращаемся. В таком режиме
гравитация...
- Гравитация служит якорем и катализатором! Поняла! - прервала его Эллиана, перед
мысленным взором которой проплывали яркие, безупречные числа.
Она жадно посмотрела на Даава:
- А можно...
- Давай свяжемся со станцией Разведки и получим у них разрешение. Однако - не прими это
как сомнение в твоих способностях - я займу место первого пилота.
- Да, конечно, - согласилась Эллиана и почти бегом бросилась в кабину пилотов.
Станция Разведки дала им разрешение с жизнерадостным равнодушием, посоветовав "хорошо
прокатиться". Даав ухмыльнулся и отключил связь. А потом он отключил и обязательный канал общей
связи.
- При прыжке - никакой связи, - пробормотал он, стремительно пробегая пальцами по пульту
управления. - Прошу передать управление мне.
Она перевела управление на него - и вздохнула, когда ее экраны погасли.
- Терпение, дитя, - укорил он ее.
Эллиана не успела запротестовать по поводу такого обращения, как ее экраны снова загорелись, а
индикаторы пульта замигали.
- Твой пульт подключен к моему. Все ручки, которые я буду поворачивать, каждая цифра,
которую я буду вводить, - все будет отражено на нем, чтобы ты могла интересоваться. Так годится?
Еще бы она не будет этим интересоваться.
- Годится, - согласилась она, жадно глядя на пульт.
Даав рассмеялся. Перед Эллианой индикаторы пульта разгорелись ярче, потускнели, снова
вспыхнули ярко, замигали... Поток цифр, словно река в половодье, хлынул через экран. Навкомп
держался: работал ровно, с точностью до пятого десятичного знака. Станция Разведки начала
перемещаться с третьего экрана на четвертый, потом на пятый. Ее очертания вытянулись за счет
ускорения корабля, а потом исчезли с седьмого экрана. Маяк предупреждения выплыл на первый экран,
направился ко второму...
Корабль содрогнулся, экраны стали серыми. Навигационный компьютер запищал и отключился.
- Прыжок сделан.
Голос Даава был таким же спокойным, как всегда, но Эллиане показалось, что она различила в его
мягком плетении отголоски яркой, необузданной радости.
В нижней части главного экрана красные цифры вели отсчет времени. Минута и шесть, минута и
девять, минута идвенадцать... Цифры бешено неслись по экрану, данные так и мелькали... Одна минута
и пятнадцать...
Навкомп снова запищал и ожил. Глаза корабля открылись, показав им уменьшившийся в размерах
шар их родной планеты. Эллиана проглотила нечто прискорбно похожее на проклятие, и ее рука сама
потянулась к пульту, требуя объяснений от главного компьютера. Объяснений не последовало,
естественно: ее пульт был по-прежнему подключен к пульту первого пилота.
- Но...
- "Козырь контрабандиста", не забыла?
Он даже не пытался скрыть свое ликование. По-мальчишески ухмыльнувшись, он театральным
жестом включил канал общей связи, впустив в корабль бормотание занятой делом вселенной.
- Но как мы... как могли...
Она резко замолчала, осознав, что даже не может точно сказать, где они находятся - только то,
что они вне диапазона портовой диспетчерской, вне диапазона станции Разведки, за маяком...
- Ах, гиперпространство! - весело воскликнул Даав. - Мы не проходим насквозь, мы
проходим между. Гравитация дает отличное ускорение, хотя и короткое.
Она возмущенно посмотрела на него. Теперь, когда уже было слишком поздно, в ней проснулась
подозрительность.
- Где мы? - угрожающе вопросила она.
- Ах, мои отвратительные манеры!
Его руки снова легли на пульт, передавая управление ей. Она моргнула, поспешно приняла
управление, прочла цифры - и поняла, что ничего из них не почерпнула. Она раздраженно включила
главный компьютер, вызывая внесенную в его память данные о курсе...
- Боюсь, что этого там нет, - извиняющимся тоном проговорил Даав. - Это все моя
неуклюжесть!
- Ты стер запись в компьютере?
Она уставилась на него с нескрываемым недоверием, вспоминая при этом, как его пальцы плясали
по пульту. Так стремительно, так... уверенно.
Он печально вздохнул:
- Увы!
- Еще один урок, мастер-пилот?
- Ты же сама, - напомнил он ей, - говорила о необходимости ускоренного обучения. Только
подумай, Эллиана, насколько большие возможности для практического применения твоих знаний дает
эта ситуация!
- Да неужели?
- О, просто потрясающие! - заверил он, не реагируя на ее иронию. - Да ведь когда ты
выяснишь, где именно мы находимся, рассчитаешь маршрут возвращения и доставишь нас домой, ты
уже будешь на полпути к тому, чтобы получить подтверждение своей лицензии!
Она воззрилась на него, и ее подозрительность сменилась страхом - или, может быть,
предвкушением.
- Я должна доставить нас домой? Без помощи?
Даав демонстративно скрести руки на груди.
- Ну, ты ведь не думаешь, что это я поведу корабль обратно, правда? Я свое дело сделал. Я
привез нас сюда.
Он закрыл глаза. Эллиана перевела дух.
- Ты просто...
Ей не хватило слов.
- ... невыносим! - услужливо подсказал Даав, не потрудившись открыть глаза.
Она протяжно выдохнула: это мог быть вздох возмущения или смешок. А потом она резко
развернула кресло, включила пульт и начала выяснять, где же все-таки они находятся.
Любой человек, обладающий меланти, должен стремиться
к тому, чтобы подчинить свои личные особенности
потребностям клана. Человек с безупречным меланти не будет
ставить перед собой ни одной цели,не будет предпринимать ни
одного действия, которые могли бы вызвать неудовольствие его
клана
Из Лиадимского Кодекса достойного поведения
- Ваша милость проявили необычайную любезность, дав себе труд встретиться со мной в такой
час.
Рыжеволосый человек низко поклонился.
Ран Элд высокомерно наклонил голову и сел первым, как и полагалось человеку с его
положением. Рыжеволосый мужчина сел напротив него.
- Вина, ваша милость?
- Благодарю вас, - отозвался Ран Элд.
Когда ему была налита рюмка Канарского, он взял ее, пригубил - и вздохнул.
Ран Элд любил все первоклассное: первоклассное вино, первоклассные драгоценности,
первоклассных приятелей. Мужчина, сидевший напротив него, принадлежал к этой последней группе...
по крайней мере до недавнего времени. Надо признать, что в последнее время Сан бел-Фазин стал
смертельно скучен.
- Надеюсь, ваша милость наслаждается своим привычным превосходным здоровьем?
Ран Элд снова наклонил голову.
- Я в полном здравии.
- И очаровательные сестры вашей милости тоже здоровы? Рыжеволосый мужчина ни разу не
встречался с сестрами
Ран Элда, но с самого начала счел необходимым считать их очаровательными.
- Мои сестры здоровы, - признал Ран Элд и позволил себе еще один глоток вина.
- А ваша почтенная матушка, Делм... Она, конечно же, находится в полном здравии?
- Моя мать процветает, благодарю вас.
- Превосходно, превосходно! Тогда у меня не будет проблем встретиться с ней по моему
небольшому вопросу.
Ран Элд застыл, не донеся рюмки до рта.
- Прошу прощения?
Бел-Фазин плавно развел руками.
- Ну, по поводу такой мелочи, как двадцать кантр, которые я ссудил вашей милости в прошлую
релюмму. Вы ведь об этом помните?
- Двадцать кантр? - Ран Элд одарил рыжеволосого своим самым ледяным взглядом. - Вы,
конечно же, ошиблись. Размер моего долга - четыре кантры.
- Четыре кантры были первоначальной ссудой, - хладнокровно согласился Сан бел-Фазин. -
Плюс двадцать процентов за двенадцатидневку, плюс штрафы.
- Штрафы? Какие штрафы?
- Стопроцентная надбавка в конце каждой двенадцатидневки, прошедшей без оплаты, -
моментально среагировал бел-Фазин и ответил на возмущенный взгляд Ран Элда таким угрожающе
холодным взглядом, что наделм содрогнулся. - Ваша милость подписали соглашение.
Он его действительно подписал - и квартальная доля Эллианы предназначалась на уплату
именно этого
...Закладка в соц.сетях
