Жанр: Научная фантастика
Дип-склероз
...ов. -
Выбрасывайте на помойку этого противного Гегеля и садитесь переписывать
Тойн-би! Унтер-генералиссимус фон Беспалофф ждать не любит!"
Толстяк скорбно вздыхает: - И откуда такие тексты берутся...
- А откуда берутся невежественные молодые люди? - сурово парирует
старичок. - Все тексты взяты из романа "Аксельбант адъютанта моего". Между
прочим, данная книга рекомендована в качестве пособия по орфографии для
студентов философских факультетов.
Дос, сидящий с Черепом за одной партой, пытается списывать. Только это
бесполезно. Я заглянул в Шуркину тетрадь и понимаю, что всем нам гном
одновременно диктует разные куски текста. Как видно, чудеса виртуальности
выходят боком школьникам и студентам.
Наконец, диктант окончен. Старичок подходит к Черепу, сидящему впереди,
берет тетрадку. Хмыкает. Что-то правит.
- Ну что ж... Твердая четверка. Заглядывает в тетрадь Доса и хмурится: -
Молодой человек, не "мурлоки", а "морлоки"! И не "хероография", а
"хореография"! Разве я так диктовал? Я лично имел в виду "искусство танца".
А что, интересно, вы имели в виду? Три с минусом!
Доходит очередь до Жирдяя. Гном смотрит в его тетрадь и на пару минут
замирает с приоткрытым ртом, очевидно, на время утратив дар речи.
- Ну знаете ли... - наконец выдавливает он из себя. - Вы не то что
Мудрости недостойны... Вы недостойны даже "единицы"!
Толстяк мрачнеет, выбирается из-за парты, сурово нависает над опасливо
отступающим гномом: - Ну ты, Макаренко! Сам отдашь ключ? - Или как?
- Жирдяйчик! Не горячись! - напрасно пытается успокоить его Падла. -
Интеллигентные люди всегда могут договориться.
Толстяк отмахивается: - Вы что не видите? Он же смеется над нами!
- Это утвержденная учебная программа, - напрасно оправдывается гном. -
Правда, она рассчитана на людей, освоивших русский язык хотя бы в объеме
"Букваря"...
- Да что вы знаете о моей жизни! - трагически восклицает Жирдяй. - Да,
может, я грамматику учил по винвордовским "хелпам"! И в то время, когда вы в
своих университетах наслаждались чтением романов, у меня не хватало денег
даже на новый порнографический диск!
Дос сочувственно вздыхает. Падла скорбно возводит очи к небу. Старичок,
не зная, что и сказать, разводит руками. А толстяк смахивает скупую мужскую
слезу и, улучив момент, ловко сдергивает золотой ключ с прикрепленного к
гномьему поясу кольца.
Старичок, потрясенный такой наглостью, аж подпрыгивает на месте: - Только
достойные пройдут через Врата!
- Да ну, - усмехается Жирдяй, поигрывая ключом. - А как же насчет
недостойных?
- А недостойных ждет переэкзаменовка, - вдруг как-то нехорошо усмехается
гном. - Только проводить ее уже буду не я!
Толстяк пренебрежительно хмыкает, очевидно, собираясь сказать очередную
гадость про умственные способности создателей "Лабиринта", да так и замирает
с приоткрытым ртом.
Черная тень затмевает солнце. Мы поднимаем головы. Какая-то большая
птица, редко взмахивая широченными крыльями, стремительно снижается над
нашей поляной. Я всматриваюсь, и брови мои недоуменно ползут вверх. Странная
какая-то птица - с длинным змеиным хвостом... И тремя головами!
Маньяк соображает быстрее остальных: - Бегом к воротам! Я попробую его
задержать! - Шурка хватается за толстенное бревно, исполнявшее до этого
функции скамейки, с некоторым усилием, но все же поднимает. Вот когда
пригодились терминаторские бицепсы!
- Мама дорогая, - растерянно бормочет Жирдяй, все еще запрокинув голову в
небо. - Я и не думал, что он такой огромный...
Падла хорошим пинком выводит толстяка из ступора. Карабкаемся вверх по
склону с такой стремительностью, какой, наверное, позавидовали бы и горные
козлы.
- Остановитесь, несчастные! - раскатисто грохочет над нами в три
громадные луженые глотки, будто в три тепловозных гудка. - Остановитесь и
познайте великое таинство орфографии!
- Да пошел ты... - не слишком уверенно бормочет Жирдяй на ходу. До
заветных Врат уже совсем близко...
Наше счастье, что трехглавое страшилище - слишком громадное, чтобы
приземлиться на крутом склоне, прямиком на наши головы.
Вот они, Врата! Толстяк торопливо сует ключ в замок, пыхтит, стонет: - Не
подходит! Не тот ключ!
От огромных крыльев поднимается ураган и нас едва не сдувает вниз.
Вздрагивает земля. Я оглядываюсь. Чудище таки село, тормозя всеми четырьмя
лапами. Сзади на земле остались глубокие борозды. И вот уже оно тянется от
подножия холма длинными змеиными шеями в нашу сторону.
- Остановитесь, убогие! - будто горячим ветром обдает мне лицо. - Иначе
так и останетесь невеждами! Мертвыми невеждами!
Хохот, будто отголосок недалекой артиллерийской канонады. А ведь он,
пожалуй, сейчас нас испепелит! Как и положено образцовому Змею Горынычу.
- Э-эй! - горланит снизу Маньяк. - Кто тут принимает зачет по русскому
языку?
Все три головы недоуменно захлопывают пасти и смотрят себе под ноги -
откуда раздается этот комариный писк?
- Могу поспорить, - не унимается Шурка, - ты не знаешь того, чему
собираешься учить других!
Чудище приподнимает лапу размером этак с шестисотый "мерседес" и пытается
расплющить назойливую двуногую букашку. Не тут-то было. Маньяк ловко
отскакивает, да еще и успевает крепко приложить Змея бревном по передним
лапам. Чудище трясет конечностями, совсем как выбравшаяся из лужи кошка, и
шипит будто трещина в магистральном газопроводе.
- Я сам могу принимать у тебя зачет по "великому и могучему"! - весело
кричит Шурка. - Ты ведь даже и не догадываешься, насколько он великий и
могучий!
- Ты дорого заплатишь за дерзость, если не докажешь свои слова- подлинным
знанием! - грохочет Змей, поворачивая все три головы в его сторону.
- Могу доказать прямо сейчас! - бревном отмахивается Маньяк и в
доказательство немедленно приводит пару "могучих" выражений. На чудище
нападает столбняк.
Тем временем Падла вырывает ключ из трясущихся жирдяйских рук и
принимается орудовать с замком. Спустя несколько секунд массивное ушко замка
поддается.
- А ты говорил: "не подходит", - сердито выговаривает бородач толстяку,
распахивая створки
Врат. Впереди - белесая непрозрачная пелена. Один только шаг - и никакая
трехглавая пакость нас не достанет...
- Постойте, а как же Маньяк? - вдруг останавливается Череп.
- Мы должны идти вперед, - жестко обрывает его Падла и подталкивает к
Вратам.
Перед тем как белая мгла поглотит звуки, мы еще разбираем продолжение
творческого диспута между Шуркой и Змеем. Высоколитературные обороты щедро
перемежаются нецензурными и Маньяк весело приговаривает: - Эх ты, чудище
бестолковое! И чему ж тебя в твоих университетах учили? Если русский народ
говорит - значит, действительно - Как же это по-другому скажешь?!
После прохлады реки и продуваемого ветерком хвойного леса - контраст
разительный. Вот уже час (по крайней мере по моему субъективному времени) мы
движемся едва заметной караванной тропой через выжженную каменистую пустыню.
Обливаясь потом, я с завистью то и дело поднимаю глаза на ушанку шагающего
впереди Падлы - головной убор с "кулером" всем бы нам не повредил.
Микроклимат явно оставляет желать лучшего... У-ух...
В памяти начинают всплывать те счастливые дни, когда у нас отключали
горячую воду (горячую! бр-р-р!) и простым поворотом вентиля можно было
обрушить на себя мощную струю благословенной, обжигающе ледяной влаги. Тогда
я, дурак, этого не ценил. Вместо того чтобы спокойно наслаждаться
неожиданным счастьем, звонил в жэк, ругался, скандалил... Ну разве не
идиот?
Жаль, Маньяка нет с нами. Он бы что-нибудь придумал. Например, ударил
посохом в землю и оттуда хлынула бы родниковая водичка... Нет, лучше пиво!
Пускай обыкновенное "Жигулевское" - но непременно ледяное!
Минут десять мы прождали Шурку - и без толку. Сгинул бедняга в пасти
помешанного на орфографии чудища. Увы, в Эру Виртуальности даже филология
стала опасным занятием... Бедный, бедный Шурик... Ты был хорошим товарищем.
Спи спокойно, дорогой друг! На обратном пути зайдем поплакать на твою
виртуальную могилку...
Тьфу ты, по-моему, я перегрелся на солнце! Этак еще пару километров по
пустыне и дип-склероз окончательно меня скрутит...
Кляня себя за малодушие, шепчу: - Глубина-глубина, жарковато тут у вас...
Я стащил нагревшийся виртуальный шлем и немедленно обнаружил "безвременно
сгинувшего" Маньяка. Шурка увлеченно что-то набирал на клавиатуре своего
ноутбука. Его шлем и сенсорные перчатки валялись рядом на диване, а на столе
перед ним стояла здоровенная хрустальная кружка, наполненная до самых краев
янтарным пивом.
И этого человека я оплакивал всего минуту назад! Мы там изнываем от
жажды, обливаемся потом, а он спокойно нежится в прохладе московской
квартиры, пьет пиво из подаренной мне Викой чешской кружки и совсем не
торопится нам на помощь!
В благородном гневе я выхватил кружку из-под Шуркиной руки и в два глотка
осушил пол-литра холодного пива... Господи, благодать!
Отправился в ванную, умылся ледяной водой. Вернувшись в комнату,
обнаружил Маньяка, склонившегося перед экраном моего компьютера.
- По-моему, вы нашли оазис! - радостно объявил он, оборачиваясь. - Сейчас
начнется самое интересное!
- Да ну... - проговорил я без особого энтузиазма. Опять возвращаться в
раскаленное пекло... Я взял шлем и хмуро посмотрел на Шурку: - А сам ты, я
вижу, туда не собираешься? Маньяк улыбнулся и заговорщически подмигнул: - Я
работаю, Леня, работаю! Когда будет готово - вы это поймете! Даю слово! Я
пожал плечами.
- Кстати... Как там вышло с переэкзаменовкой?
Шурка хихикает:
- Встреча прошла в непринужденной и дружеской обстановке! Обычно Змей
работает у них на "автопилоте". Но в результате общения со мной его слегка
зациклило... Пришлось им срочно подключать троих кандидатов филологических
наук - по одному на каждую голову. Все неплохие в общем-то люди. Хотя слегка
от жизни оторваны. Я пообещал регулярно проводить с ними семинары по "живому
великорусскому". И между прочим, один из них даже собирается вставить меня в
качестве раздела в свою будущую диссертацию!
- Про новые дибенковские "закидоны" они, конечно, ничего не слыхали?
- Какой там Дибенко! Они "Линукса" от "Тампекса" отличить не смогут. Одно
слово - филологи!
- Да уж, - кивнул я. Ох и не хочется надевать горячий шлем... - Шурка, а
сколько времени мы уже идем через пустыню?
- Да минут пятнадцать, по-моему.
Вот те на! А мне-то казалось, что еще немного и мы побьем рекорд
красноармейца Сухова...
Маньяк опять засел за свой ноутбук. А я напялил виртуальный шлем, словно
сунул голову в духовку.
- Вика, deep...
И впрямь через пару минут мы достигаем оазиса. Родник, бьющий из
расселины между скалами, и небольшое озерцо с кристально прозрачной водой. У
озерца - роща финиковых пальм. Обступившие оазис скалы дают некоторую защиту
от горячего дыхания пустыни. Здесь можно сделать привал.
Счастливый Жирдяй с разбегу бросается в озеро и... в этот самый момент
все исчезает - и родник, и озерцо, и пальмы. Остается воткнутая в землю
табличка: "Это - мираж. Настоящий оазис через 150 километров".
Толстяк некоторое время по инерции еще загребает руками и ногами
каменистую выжженную почву. Потом кое-как встает, потому что лежать слишком
горячо, и разражается самыми ужасными проклятиями, какие я когда-нибудь
слышал от хакера.
Следующий километр мы преодолеваем в похоронном настроении. Жирдяй
плетется сзади и время от времени кротким голосом просит его пристрелить.
- Смотрите! - вдруг указывает Череп.
Еще одна табличка! Подходим ближе и читаем: "Это была шутка. До оазиса -
100 м".
Воспрянув духом, почти рысью преодолеваем эти сто метров и впереди всех
мчится ликующий Жирдяй. Впрочем, я его не осуждаю. Он ведь не может, как я,
выйти из глубины и хлопнуть поллитра пивка.
На этот раз оазис вполне даже реальный. Словно стая молодых гиппопотамов,
мы плюхаемся в озерцо, плещемся и брызгаемся, наслаждаясь прохладой. Пьем
обжигающе ледяную родниковую воду.
Вдоволь наплескавшись, размещаемся на привал в тени пальм. - Странно все
это, - замечает Падла, в задумчивости подбирая с земли засохший финик.
- Что странно? - спрашивает Дос, ковыряя веточкой землю.
- Да весь этот наш переход через пустыню. Так ведь не бывает в игре. В
настоящей игре всегда что-то должно происходить. А мы уже столько времени
топаем - и ничего. Ни драконов, ни эльфов, ни гоблинов... Завалящего хоббита
в этой глухомани не встретишь... В "Лабиринте Смерти" мы бы успели навалить
по дороге горы монстров. Да и нас самих раза по три уже пристрелили бы. Это
как пить дать!
- Да, - криво ухмыляется Жирдяй. - А здесь мы просто будем медленно
загибаться от жажды, пока не сработает таймер...
Дос кивает: - Голосовой канал связи блокирован, я проверял.
Падла качает головой: - Здесь что-то не то! Возможны два варианта.
Первый. Все из-за того, что мы отобрали ключ у гнома. Нарушилась нормальная
процедура перехода на следующий уровень, программный сбой. В результате нас
зашвырнуло неведомо куда. Напри мер, на незавершенный уровень, куда обычным
посетителям путь закрыт. - А второй вариант?
- Нас ждали. Сами знаете кто. И хорошо подготовились к встрече.
- Ясно, - хмуро кивает Дос. - Когда мы дойдем до полной кондиции, наш
"друг" вступит в игру.
Словно в ответ на его слова, из-за ближайшей каменистой гряды в облаке
пыли показывается караван. Не меньше двух десятков навьюченных ослов в
сопровождении по крайней мере сотни пеших воинов.
Жирдяй слегка нервничает. Это не простодушных гномов облапошивать.
Численный перевес явно не на нашей стороне.
- Может, свалим, пока не поздно?
- Уже поздно, - вздыхает Падла. - Нас заметили. Да и зачем? Надо же
наконец понять, где мы находимся.
Караван приближается. Головной отряд воинов отделяется от него и
ускоренным маршем движется в сторону оазиса. Встаем и, не выказывая ни
малейших признаков агрессивности, дожидаемся гостей.
- Где-то я их видел, - морщит лоб Жирдяй, всматриваясь в смуглые фигуры
воинов. - О! Вспомнил где! В Древнем Египте!
- И давно ты оттуда? - иронически щурится Дос.
- По-моему, мы как раз где-то поблизости, - замечает Череп. - Например, в
районе Ливийской или Синайской пустыни...
- Тихо! - командует Падла.
Гладко выбритый человек в полосатом головном платке важно шагает впереди
воинов. На груди у незнакомца на массивной золотой цепи, которой позавидовал
бы любой новый русский, болтается круглый знак с профилем неизвестного
божества.
- Хвала Амону, путники, - с легким высокомерием в голосе произносит
египтянин.
- Хвала, - отзывается за всех Падла, который догадался, что это
приветствие.
- При чем здесь ОМОН? - шепотом недоумевает Дос. - И за что, интересно,
мы должны его хвалить?
Череп толкает рецидивиста локтем в бок. Незнакомец пристально
рассматривает нас: - Люди Техену не появлялись здесь?
- Не-а, - качает головой бородач. Если бы еще знать, что это за Техену
такое.
- Я - Синухет, слуга Царя Верхнего и Нижнего Египта, - с гордостью
объявляет египтянин. - А вы кто такие?
Небольшая заминка. Пока все размышляют, что бы такое соврать дотошному
Синухету, Дос выпаливает: - Мы здесь с дружеским визитом. По приглашению
Тутанхамона.
Брови слуги царя изумленно лезут вверх: - Кто такой Тутанхамон? Надо же,
какой необразованный попался древний египтянин!
Мы переглядываемся.
- А вы, часом, не подлые азиаты? - с угрожающей интонацией вопрошает
Синухет, слегка приподнимая руку. По этому знаку воины из его свиты
немедленно натягивают тетивы луков, готовясь без промедления нашпиговать
нашу подозрительную компанию десятком-другим стрел.
- Да нет, что вы! - торопливо успокаивает его Падла. - Ну какие мы
азиаты! Мы тут все, как один, коренные египтяне.
- В таком случае дай ответ: каково тронное имя его величества Аменемхета,
Царя Верхнего и Нижнего Египта, да продлит Амон его дни?
Опять переэкзаменовка. Что называется, из огня да в полымя! Едва-едва
унесли ноги от Филологии, как тут же вляпались в Историю!
Что ж, наверное, не слишком это приятно, когда в тебя в упор всаживают
стрелы... Ничего, в жизни все надо попробовать.
- Сехотепибре, чья божественная плоть соединилась с тем, кто ее сотворил!
- почти выкрикивает Череп в тот момент, когда Синухет уже готов отдать
команду лучникам. Ух ты, наш громила продолжает меня удивлять!
Слуга царя бледнеет: - Как ты осмелился! Владыка Египта - жив, да продлит
Амон его дни!
- Увы, Небо похитило его, - разводит руками Череп. - А мы посланы, чтобы
предупредить тебя, достопочтенный. Старший сын царя, Сенусерт, уже
возвращается в столицу.
- О боги! - стонет египтянин, обессиленно опускаясь на камень.
- Да не расстраивайтесь вы так, уважаемый, - успокаивает его Падла. -
Сделают мумию из вашего любимого фараона. И все как-нибудь наладится.
- Да из меня из самого сделают мумию! - хныкает Сйнухет. - Опять в
столице начнутся крутые разборки. Конечно же, Ментухетеп забил "стрелку"
Сенусерту. Да-а, теперь уж придется ответить за "базар"... Думаете, он забыл
все его "наезды"? Гераклеопольская братва шутить не любит.
- А если еще и "люберецкие" пожалуют... - сочувственно качает головой
Дос.
- Кто такие "люберецкие"? - вздрагивает египтянин. - Это из Восточной
Дельты?
- Ну да... Приблизительно оттуда.
- А Сенусерт-то наш, конкретный кидалово, - стонет Сйнухет, обхватив
голову руками. - Сдаст он меня им, клянусь Амоном сдаст! - Знаете что,
уважаемый, - задумчиво вздыхает Череп. - Я бы на вашем месте дернул бы
отсюда на Восток, скажем, куда-нибудь в страну Ретену...
- А почему бы не сразу на Камчатку? - тихонько бормочет Дос и, перехватив
свирепый взгляд Падлы, торопливо отворачивается, пряча ухмылку.
К счастью, египтянин не обращает внимания на его слова. Лицо Синухета
светлеет: - В Ретену, конечно, в Ретену! Заныкаться в какую-нибудь тамошнюю
дыру, пока не уляжется заваруха! Это мысль!
Слуга царя вскакивает и быстро начинает отдавать распоряжения.
Караванщики торопливо наполняют бурдюки водой. Один, вместе с ослом в
придачу, оставляют в наше распоряжение. И скоро, несмотря на кислые
физиономии солдат, караван покидает оазис.
На прощание Сйнухет машет рукой: - Да хранит вас Амон, в натуре! Жирдяй,
стоявший в сторонке во время всей беседы, вдруг вопит со слезой в голосе: -
Береги себя, братан! - и лезет обниматься к египтянину. Слегка потрясенному
Синухету едва удается его от себя оторвать.
Слуга царя поспешно догоняет караван. И когда вместе с последним воином
древнеегипетский вельможа скрывается за скалой, я замечаю: - Ну и лексикон у
него, однако...
- Я же говорил - незаконченный уровень, - кивает Падла. - Вот
программисты и упражняются кто во что горазд. Посетителей-то сюда все равно
не пускают...
- А может, стоило пойти вместе с караваном? Надо же отсюда как-то
выбираться.
- Да ну, - морщится Дос. - Мы и так еле сбагрили этого Синухета... Уж
больно он любит вопросы задавать...
- Кстати, - оборачиваюсь к Черепу. - Откуда такая богатая эрудиция?
- Никакой эрудиции, - пожимает плечами громила. - Пока вы тут пудрили ему
мозги, вышел из глубины и полистал занятную книжонку. "История Древнего
Египта" называется.
- Вот чего я в толк не возьму, - удивляется Дос. - Почему он про
Тутанхамона не врубился?
- Да потому что жил почти на семьсот лет раньше, - улыбается Череп.
Таки не зря Министерство образования рекомендовало "Лабиринт".
Образовательный уровень нашей банды растет прямо на глазах!
- Ребята, - вдруг вмешивается Жирдяй. - Может, нам не стоит продолжать
привал? Или, выражаясь конкретнее, давайте отсюда рвать когти, пока не
поздно!
- Что это с ним? - удивляется Падла.
Вместо ответа толстяк извлекает из-под полотняной рубахи... золотую цепь
Синухета! Когда ж он, гад, успел!
Бородач хмурится: - Жирдяйчик, ты позоришь славное имя хакера. Наш друг
Леонид подумает, что хакеры - это которые тырят кошельки по трамваям!
- Не надо высоких слов, - отмахивается толстяк. - С этим знаком нам проще
будет продолжать путешествие по Египту. Главное, оказаться далеко отсюда,
когда Синухет хватится побрякушки.
- Действительно, - хихикает Дос. - Еще заподозрит нас в чем-нибудь
нехорошем. А мы ведь - ни сном и ни духом. Жирдяйчик, признайся, где ты
приобрел такую квалификацию - на одесском Привозе или на харьковском
Благбазе?
- Это было совсем нетрудно, - пожимает плечами толстяк. - Золото - мягкий
металл. Я приметил, что одно из звеньев слегка разошлось, ну и... Небольшая
ловкость рук... Смотрите, щас я это звено аккуратно подогну на место... Ой!
Все остальные удивлены не меньше Жирдяя. Золотая ладунка с изображением
божества вдруг начинает светиться зеленоватым сиянием, постепенно сияние
охватывает всю цепь. Толстяк испуганно роняет ее на землю. И на клочке
почвы, опоясанном упавшей цепью, начинает клубиться то ли дым, то ли туман.
- Проход! - торжествующе выкрикивает Падла. - Ребята, это же проход!
Дос потрясенно присвистывает и без слов хлопает Жирдяя по плечу. Тот
разводит руками: мол, сам не знаю как вышло.
Бородач аккуратно расправляет цепь на земле.
- Скорее, - нервничает толстяк. - Пока я вас уговаривал, Синухет
наверняка спохватился.
- Прыгай! - указывает Падла на туманную проплешину.
- Что опять я первый? - недовольно бурчит Жирдяй.
- Не тяни! Сам говорил - нет времени!
Толстяк больше не спорит, шагает на кусок земли, опоясанный цепью,
проваливается по пояс в белесую дымку... и застревает!
Дос хихикает, но сейчас явно не до смеха: откуда-то из-за дальней
скалистой гряды доносится цветистая брань. Похоже, Синухет собирается
устроить нам разборки по-древнеегипетски!
- Выдохни! - шипит Падла на Жирдяя.
- Я и так все время выдыхаю и вдыхаю! - злится толстяк.
- Я тебе говорю, выдохни и не вдыхай!
Из-за гряды показывается десятка два вооруженных луками египтян. И не
тратя лишних слов, выпускают в нас два десятка стрел. Вовремя падаем на
землю. Парочка стрел вонзается в ствол паль мы совсем рядом с моей головой.
Пока лучники приближаются осторожными перебежками, чтобы занять более
выгодную позицию для обстрела, совместными усилиями нам кое-как все-таки
удается протолкнуть Жирдяя. Следом уходит в дымку Череп, потом Дос. Когда
наступает моя очередь, из-за ближайшей скалы выглядывает смуглая голова в
бронзовом шлеме. Я запускаю в нее камнем и голова исчезает. Сейчас
подберутся остальные и...
- Лезь! - командует Падла.
- После тебя! Я - дайвер! Я умею ловить стрелы!
- Некогда! - морщится бородач и толкает меня в белесый туман. Руки теряют
опору, проваливаюсь вниз головой в мутную пустоту...
Когда пелена рассеивается, я падаю на траву. Сочную, зеленую траву. Слава
богу, с пустыней покончено!
Спустя несколько секунд рядом вываливается из ничего Падла. Из ушанки у
него торчат две стрелы. Но сам бородач, похоже, цел и невредим.
- Сувенирчики, - подмигивает Падла, снимая ушанку с обритой головы и
выдергивая стрелы.
- Слава богу, наконец-то мы снова в тихом и приятном месте, - бормочет
Жирдяй, лениво развалившись на травке. - Вот только русалок мне очень и
очень не хватает...
- Да ну, - кривится Дос. - А не хочешь ли кое-что взамен русалок! - и он
указывает куда-то рукой.
Я поворачиваю голову... Надо же, как нам повезло! Тихое и спокойное
место... Вдоль пологого склона впадины, на дне которой мы сейчас находимся,
выстраивается целая армия. Древнеримская, насколько я могу судить по
доспехам. Жирдяй подскакивает: - Делаем ноги!
- Куда? - спрашивает Дос, кивая на противоположный склон впадины.
Действительно, особо торопиться не стоит, потому что здесь тоже
выстраивается в боевые порядки войско. Не знаю чье, но во всяком случае, их
ничуть не меньше, чем римлян.
Итак, веселенький расклад. Две изготовившиеся к сражению армии - и
посредине мы. Так сказать, пикничок посреди столбовой дороги Истории...
Единственный свободный путь - вдоль фронтов враждебных сторон. Это не
меньше километра топать под прицелом и у тех, и других. Даже если успеем до
начала битвы, у меня смутное подозрение, что и тем и другим не слишком
понравится, что какие-то ротозеи разгуливают перед боевыми порядками.
Значит, придется бегать наперегонки со стрелами... Мне-то что, я - дайвер, а
вот остальным...
Падла хмурится, нервно поправляя очки: - Видимо, придется идти сдаваться.
Они вот-вот двинут легкую пехоту и тогда выбраться из мясорубки будет
намного труднее.
- К тем... или к этим?
- Лучше к римлянам. Про них я хоть что-то знаю, - бормочет Череп.
- Пошли, - не тратя времени, командует бородач. Встаем и, стараясь не
делать резких движений, под пристальными взглядами римских лучников
приближаемся к первым шеренгам боевого построения легионов.
- Стоять! - свирепо ревет какой-то коренастый центурион. - Вы что,
латинского языка не понимаете?! Я сказал, стоять, придурки! Или мои ребята
сделают из вас гусей на вертеле!
- Да стоим, стоим, - цедит сквозь зубы Жирдяй. - Надо же, оказывается, в
Древнем Риме тоже были прапорщики...
- Вы кто такие?
- Простые римские крестьяне, - бесхитростно улыбается Падла. - Волею
богов, застигнутые в районе боевых действий.
- И чем же вы занимались в
...Закладка в соц.сетях
