Жанр: Научная фантастика
Космические страсти
... успокаивающая мысль о том, что
все отменено, что переброски не будет, что Сарра все-таки дождется
своего любимого суперагента и останется с ним навсегда... Но в этот
момент воздух вокруг него вдруг неуловимо задрожал, окружающие его
предметы вдруг начали терять устойчивую зрительную форму, зрение и
сознание расслоились в пространстве-времени, и тело Липковича
превратилось в информационный слепок, который с огромной
скоростью и неведомыми путями устремился в точку передачи.
Р'хнэхры. Разное.
Когда р'хнэхры получили возможность бывать в Солнечной Системе,
просматривать человеческие общества, изучать земные языки, культуру
и традиции, то первое что их просто оглушило - это высочайший
уровень эмоций земных людей. Р'хнэхрам, у которых были сильно
развитые телепатические способности, не нужны были такие гаммы
собственных чувств, поскольку каждый из них мог считывать эти
чувства по-иному, каждый имел возможность поковыряться в чужой
башке, как в своей собственной, хотя там и были определенные
ограничения. Но уровень земных эмоций, щедро выбрасываемый в
пространство, р'хнэхров просто ошарашил. Вначале многие просто
поглощали эти эмоции, питаясь ими и наслаждаясь. Чувства любви,
страдания, жадности, зависти, ненависти... Р'хнэхры просто
присасывались к тому или иному конкретному человеку и жили вместе
с ним его эмоциями, переживая и страдая вместе с ним.
Через некоторое время вот такого эмоционального пиратства
р'хнэхры вышли на Мясорубку. Они просто не могли на нее не выйти.
Ведь именно там накал человеческих страстей, накал фанатизма, любви
и ненависти был самым максимальным на планете. Для р'хнэхров все
эти Энергетические Щиты, которыми была укутана Мясорубка, ничего
не значили. Они проникали туда с помощью совсем иных физических
принципов, которые пока еще неизвестны земному человечеству.
Подключение к человеку, который, взяв автомат Калашникова, шел на
смерть, сражаясь, побеждая или проигрывая, доставляло скучным
р'хнэхрам несказанное удовольствие. И вот настал тот час, когда
р'хнэхры поняли, что судьба всех этих мясорубских фанатиков для
остальной земной цивилизации абсолютно неинтересна. Что земная
цивилизация забыла про Мясорубку. Что земной цивилизации давно
уже было наплевать, кто победит в этой страшной резне внутри
Мясорубки. Что жители Мясорубки это уже фактически никому не
нужный отрезанный ломоть земной цивилизации, который закрыт
Энергетическими Щитами для того, чтобы мясорубцы побыстрее и
поэффективнее вырезали друг - дружку и упростили земной
цивилизации жизнь. И р'хнэхры просто прикипели всем своим общим
сердцем к земной Мясорубке.
Р'хнэхрам всегда было скучно существовать. Межзвездные перелеты
были пока довольно ограниченными и однообразными да и не
приносили новых интересных знаний. Развитые телепатические
способности и возможность проникать в мысли друг - дружки почти
полностью убили такие чувства как любовь и дружба. Даже
размножались р'хнэхры скорее из-за необходимости не вымереть
полностью, чем из-за желания воспитать детей. Они искали
развлечений. Развлечений в своей скучной телепатической жизни.
Различные спортивные игры им надоели и были неэффективными из-за
изначально достаточно слабых физических кондиций. Проводимые
генные модификации были достаточно слабыми и часто безуспешными.
Соревнования между железозубыми и золотозубыми на поприще науки
не приносило много удовольствия в связи с тем, что настоящие
прорывы в науке бывают редко, а соревноваться в мелочах было
неинтересно.
Но у них всегда был мощнейший интеллект. И давно уже основные
войны у них проходили в основном в компьютерах. Но разве можно
компьютерные эмоции сравнить с настоящими, живыми, земными?
Уже давно р'хнэхры играли во множество сложных логических игр,
самая интересная из которых была несколько похожа на земные
шахматы, но на самом деле была во сто крат сложнее. Это были, если
можно так сказать, многомерные шахматы. Для создания этой, так
сказать, шахматной доски, использовались специальные компьютеры. И
сама эта виртуальная многомерная доска в каждой игре была разной, с
разным набором фигур, ландшафтов, тайн, ловушек, и даже правил
игры. В эти многомерные шахматы р'хнэхры играли целыми
командами, с распределением по уровням, с координацией ходов и
расположения сил по уровням, с перемещением сильных игроков с
уровня на уровень. Игры проходили годами. И многие, кроме того,
чтобы играть, просто просматривали конкретные игры и наслаждались
проводимыми там схватками.
А здесь? А сейчас? Фантастика! Неподражаемо! Скучные и сонные
р'хнэхры были на своих собственных небесах от общей радости! Живые
игрушки! Теперь они имели полную и фактически законную
возможность не только поглощать эмоции заложников Мясорубки,
фанатиков и зомби двух противоборствующих религий, но и самим
управлять ими! Управлять живыми игрушками! Живыми шахматными
фигурами! В многомерной шахматной области под названием
Мясорубка! Да! Жить чувствами передвигаемых фигур, трепетать
вместе с идущими на смерть людьми и ощущать радость от своего все
еще продолжающегося существования после смерти недавно еще живой
шахматной фигуры. Никакие компьютерные моделирования не давали
им раньше подобного эффекта. Управлять своими живыми собратьями -
никто бы им не позволил. Управлять инопланетянами тоже было
невозможно, по этическим соображениям и из боязни нарушать законы
иных рас. А вот Мясорубка, где под Мощным Силовым Щитом два
фанатичных народа вели фанатичную борьбу за свое выживание, за
уничтожение врага и за обладание священными для себя местами и
постройками, а земная цивилизация, махнув на них рукой, не
вмешивалась уже в происходящее и ждала, когда они, наконец,
перережут друг-дружку, - Мясорубка стала для р'хнэхров просто
инопланетным раем.
Именно этот факт привел к резкому увеличению количества
желающих р'хнэхров посетить Солнечную Систему. Тысячи и тысячи
скучающих р'хнэхрских особей прибыли к окрестностям Земли и
страстно включились в игру в Мясорубке, в игру, которая первое время
велась без всяких правил. Земляне отметили колоссальный всплеск
сражений в Мясорубке. Тысячи фанатиков-мусульман бросались на
тысячи фанатиков-иудеев, стреляя, убивая, уничтожая друг - дружку чем
угодно, даже голыми руками. Но землян напугало не это. Землян
напугало резко возросшее количество р'хнэхров в Солнечной Системе, и
они со страху решили, что р'хнэхры готовятся чуть ли не захватить
Землю и все остальные планеты. Посему сравнительно быстро
последовал жесткий ультиматум р'хнэхрским дипломатам, требовавший
резко сократить количество прибывающих пришельцев. И р'хнэхры
быстро выполнили просьбу, максимально сократив количество своих
туристов-игроков. Тогда же р'хнэхры разработали целый свод правил,
по которым разрешалось играть в живую игрушку под названием
Мясорубка.
Для начала все прибывающие р'хнэхры были разделены на две группы.
Так уж получилось - золотозубым более понравилось управлять,
переживать, болеть и фактически - сражаться на стороне мясорубских
фанатиков-иудеев. Железозубым остались мясорубские фанатикимусульмане.
Золотозубые поселились на Марсе, железозубые - на
Венере. С этого момента целый свод новых правил требовал от
играющих р'хнэхров не только выбирать свои жертвы, управлять ими и
вести на смерть, попутно наслаждаясь их эмоциями, как своими
собственными. С этого момента было жестко расписано, что каждая
команда должна соревноваться не только в убийствах, не только в
личных единичных или командных групповых победах, но и стремиться
заботиться о всех собственных поселенцах в Мясорубке, о рождении и
воспитании подрастающего поколения, о выращивании хлеба
насущного, о производственных технологиях, о производстве
вооружений и о многом другом. Теперь уже самой важной становилась
командная победа. Или в Мясорубке победят фанатики-иудеи под
чутким руководством золотозубых р'хнэхров, или победят фанатикимусульмане
под предводительством железозубых р'хнэхров. Другого -
не дано. Само собой, разработанные правила включали и массу
разрешений и ограничений на то, что можно делать, а чего нельзя,
какие технологии можно передавать, какие нельзя.
Теперь уже команды р'хнэхров соревновались не в компьютерных
играх, которые, как ни крути, на жизнь так и не похожи, а
соревновались в воспроизводстве, обучении, становлении, воспитании,
вооружении живых цивилизаций, которые все-таки готовились к самой
жестокой итоговой схватке за жизнь, за власть, за Мясорубку.
Фактически, они играли в живой аналог компьютерной игры под
названием "Цивилизация", различные варианты которых существовали
и на земных компьютерах. Р'хнэхры создали четвертое виртуальное
кольцо вокруг Мясорубки. Если в самом начале цепочки стояли сами
мясорубцы, на которых и лежала основная тяжесть сражения, вторым
кольцом были фанатики противоборствующих сторон вне Мясорубки,
которые, чем могли, помогали находящимся внутри единоверцам,
третьим - все земляне, которые отслеживали ситуацию в Мясорубке и
делали ставки на ту или иную сторону, то четвертым виртуальным
кольцом был р'хнэхрский охват, когда р'хнэхры фактически начали
сражаться друг с другом, команда на команду, силами и средствами
ими же подготовленных, взращенных, обученных и вооруженных
фанатиков Мясорубки.
Кто-то в секте поклонников Машыахха сумел догадаться о настоящей
причине пребывания р'хнэхров в Солнечной Системе. И сумел
предположить наличие у р'хнэхров технологии по переброске
материальных объектов на дальние расстояния. И сумел составить
достаточно дьявольский план по переброске в Мясорубку мощного
взрывного устройства с помощью р'хнэхров. И руководство секты
поклонников Машыахха сумели выйти на р'хнэхров и убедить их в
проведении этой серьезной дестабилизирующей операции. Почему
р'хнэхры согласились на столь рискованные эксперименты и контакты
с представителями тайной организации? Скорее всего операция с
переброской живого существа в Мясорубку давала им возможность
опять-таки соревнования с противоположной стороной не только в
сражении двух шахматных фигур, наслаждаясь их эмоциями, но и
соревнование с противоположной стороной в процедуре искусства
телепортации существ. А этот процесс даже для р'хнэхров был
малоизученным и требовал колоссального мастерства всего коллектива
- и в приложении огромной энергии, и в разложении объекта, и в
точности перемещения, и в искусстве обратной сборки. Любые
промахи, ошибки, неточности становились на долгое время веселой
новостью для обсуждения и насмешек или, наоборот, - для уважения и
почитания. Когда к золотозубым р'хнэхрам обратился один из
резидентов Моссада, человек по кличке Мартовский Кот, и предложил
за любое возможное вознаграждение (как это было смешно слышать
несмешливым р'хнэхрам!) помочь им доставить их агента внутрь
Мясорубки, они тут же связались со своими железозубыми
соперниками и предложили очередное пари, которое тут же было
принято и в течение минимального количества времени обросло массой
подробностей, правил и условностей.
Золотозубые р'хнэхры согласились помочь якобы бедным и якобы
страдающим поклонникам Машыахха восстановить якобы попранную
справедливость и сделать все возможное для перемещения их
спецагента в Мясорубку. При этом они рассказали о возможных
случайностях, которые возможны при телепортации, договорились об
абсолютной конспирации всего происходящего, а также о том, что
агент должен быть вооружен устаревшим оружием, которое не могло
оказать на жителей Мясорубки никакого глобального воздействия или
дать кому-то технологические преимущества. При этом поклонники
Машыахха просто хотели кинуть р'хнэхров, задумав протащить в
Мясорубку именно мощнейшее взрывное устройство, а р'хнэхры
пытались показать, что они не поняли мыслей машахховцев, но сами
хотели в свою очередь подставить машыахховцев по полной программе
за саму попытку обмануть себя.
Итак - время пошло! "Белая пешка на клетку 17:08:00 поставлена!" -
торжествующий мыслесигнал устремился к Венере. Золотозубые
торжествовали. Их часть сражения была выполнена.
Ротмистр. Начало операции.
Ротмистр был стандартным солдатом удачи. Всю жизнь
проболтавшийся по различным войнушкам, заварушкам и
межнациональным разборкам на самых различных планетах Солнечной
Системы. Сейчас он работал охранником в колонии инопланетян -
р'хнэхров на Венере. Внутрь колонии никого из землян не впускали.
Жили и несли охрану они исключительно с внешней стороны колонии.
Содержали их хорошо, кормили отлично, давали вдоволь пострелять и
осваивать все самые современные земные вооружения. Служба была
необременительна, но доходная. Жили они все неподалеку, в отличных
современных домах, вместе с семьями. На Венере было несколько
жарковато для привыкшего к более холодным условиям Ротмистра, но
он не жаловался, привыкнув молча преодолевать трудности и считать
их частью своей жизни. Конечно, Ротмистра терзали смутные
сомнения. По некоторым своим наблюдениям он понимал, что их
служба никому из инопланетян не нужна, поскольку мощности их
защитного вооружения намного превосходили земные аналоги. Но
служба была нормальной, и Ротмистр не сильно привередничал.
Когда его вызвали к начальству и предложили поучаствовать в
опасном приключении, пообещав ему за это самое участие приличное
вознаграждение, Ротмистр согласился практически сразу. Он давно уже
соскучился по рискованным операциям и давно хотел отойти от
однообразной жизни на сытных инопланетных харчах. Ему быстро
предложили выбрать оружие, усадили в какое-то непонятное кресло, и
все поплыло перед его глазами. Вторая переброска - началась.
"Черная пешка на клетку 17:05:-02 поставлена!" - ответный ход был
несколько неудачным, но сражение только началось.
Мясорубка. Липкович.
Липкович очнулся на каком-то песчаном холме. Вокруг, как и
положено, была ночь, песок, и теплый земной воздух. "Вроде таки
Земля" - подумал Липкович. "Я мыслю, значит, это, как его, ну, вроде
как, это... Ну, живой, в натуре". Нервно копошащиеся мысли не давали
сосредоточиться. Большим усилием воли Липкович сжал все свои
нервы в комок и начал начальную самоидентификацию. "Мыслю -
нормально. Тело - присутствует. Глаза - видят. Уши - слышат. То, что я
ощущаю песок, ветер и тепло - свидетельствует о нормальном
функционировании основных органов чувств. О, Машыахх! Рука!" Мда...
Левая рука Липковича сместилась куда-то в район живота, при этом,
умудряясь каким-то образом еще и функционировать. Пальцы можно
было сжимать и разжимать, но держать что-либо было невозможно.
Правая рука была на месте и функционировала нормально. "Ноги?"
Липкович попытался перевернуться и стать на ноги. Это ему удалось
без особого труда. Обе ноги функционировали нормально. Итак - после
перемещения тело Липковича понесло только одну существенную
утрату. Даже не утрату, а функциональное смещение важного внешнего
органа - левой руки в область живота. "Неудобно, но не смертельно.
Жить можно. Сарре моей будущей вряд ли понравится в дальнейшем
данное месторасположение этого органа, но и это в будущем можно
будет поправить", - попробовал грустно пошутить Липкович. Для
самого главного - для выполнения задания данная потеря была не
слишком существенной.
Следующим этапом был осмотр вооружения и аппаратуры. Автомат
УЗИ имел вид металлолома. Уже грустный, закрученный вид
автоматного дула показывал, что функциональность изделия потеряна
полностью. Чудо ызраительской древней техники было уничтожено и
имело вид пластилиновой игрушки. Пистолет был внешне в полной
боевой готовности, нож был тоже в порядке, гранаты на поясе
позвякивали с чувством глубокой уверенности в собственной
боеготовности. Самое основное - взрывное устройство в заплечном
рюкзаке также, судя по ощущениям, перенесло перемещение
нормально. Радиостанция не функционировала, во всяком случае, из
нее слышался только белый шум. Прибор ночного видения - вроде в
норме, камуфляж - в норме, прибор ориентации на местности -
функционирует. "Ну что? Начнем! Машыахх мне в помощь!" Липкович
быстро определил собственные координаты. Он был действительно
внутри Мясорубки, километрах в десяти от основного города арафитян -
Арафата. Если физическое состояние тела Липковича осталось хоть
наполовину таким же, каким было до перемещения, то это расстояние -
просто ерунда. Если, конечно, при передвижении не будет
боестолкновения. Липкович включил радиостанцию и на нужной волне
несколько раз попытался передать информацию о своем прибытии на
место, о своем самочувствии и месторасположении. Ответа не было. Но
для Липковича это было уже не важно. Он был готов отправиться на
выполнение задания. Выбросив ненужный автомат, он оставил боезапас
от него, рассчитывая по возможности найти нечто подобное в процессе
выполнения задания. Закрепив на себе остатки аппаратуры, он подвязал
неудобно болтающуюся в ненужном месте руку и в достаточно быстром
темпе начал перемещение в направлении города Арафат...
Мясорубка. Ротмистр.
Телепортация Ротмистра в Мясорубку прошла нештатно. Сказалась
определенная спешка и нервозность железозубых р'хнэхров, возможно
ускоренное монтирование аппаратуры, а также разброс в весе
перемещаемого объекта, поскольку Ротмистр по жадности прихватил
несколько больший запас боеприпасов, чем ему изначально разрешили.
Ну, он ведь не знал всех тонкостей процедуры. Зато он всегда знал, что
лишний боезапас делу не повредит. В результате всех этих нестыковок,
Ротмистр стелепортировался на минус втором уровне, по
классификации р'хнэхров. То есть - под землей Мясорубки. К его
счастью огромная часть подземных просторов под Мясорубкой была
перекопана еще со времен первых попыток установить внешние
Энергетические Щиты, когда со всех сторон копались подземные ходы
для доставки в Мясорубку продовольствия, оружия и живой силы.
Ротмистра впихнуло в какой-то один из таких подземных каналов,
несколько привалив небольшими кусками грунта.
Придя в себя и осмотревшись, Ротмистр сбросил с себя груду мусора,
откопал застрявшие в земле ноги и начал самоидентификацию после
перемещения. "Мысли, память, цель - все нормально. Руки-ноги, голова
- функционируют нормально. Слух, зрение, обоняние, температурные
ощущения - работают. Автомат - вроде в порядке. Пистолет -
нормально. Боекомплект - на месте. Гранаты..." - похоже, пока все
функционировало нормально. Он отряхнул автомат, снял рожок,
передернул затвор, сделал контрольный спуск... Калаш как всегда был
прост и надежен. И вроде в полной боевой готовности. Ну что же, на
него вся надежда.
Определившись с внутренним и внешним состоянием, Ротмистр,
сквозь зубы, прорычал десяток матерных слов в адрес зеленожопых
р'хнэхров и начал выбираться из подземелья. Он пополз в ту сторону,
где туннель несколько увеличивался и откуда чувствовался приток
воздуха и минут через двадцать уже выбрался на поверхность. Ни то, где
он находится, ни то, какие у него координаты - он не знал. Никаких
приборов и карт у него не было. По первым ощущениям на поверхности
он понял, что находится на Земле. В небе светили знакомые звезды и
созвездия, над головой плыла полная Луна. Правда, Луна была
несколько неестественного цвета. Но это уже ерунда. "Земля! Старушка!
Ну и то добро! Если даже погибну, то погибну на родной Земле! Тьфу,
тьфу, тьфу..." - вспоминать о собственной гибели перед началом
операции считалось дурной приметой. Теперь оставалось только найти
противника и пристрелить его, ако бешеную собаку. Ну - это уже было
делом техники. Под ногами был песок, ночь была теплой, и ветерок
приносил желанную прохладу. Хотя после уже привычной жаркой
Венеры Ротмистру было несколько холодновато. "Ничего - сейчас
согреюсь. Чувствую, предстоит маленький марш-бросок..."
"Вправо и вперед. Еще правее. Бегом!" - раздался хриплый голос в
голове Ротмистра. Это его хозяева помогали ему найти противника. -
"Стоп. До объекта около трех километров. Он идет на тебя почти в лоб.
Предположительное время соприкасания - сорок минут. Найди удобную
позицию и жди. Мы поможем идентифицировать объект. Удачи!".
Ротмистр нашел удобную высотку, немного окопался, разложил
сподручнее боезаряд, удобнее расположил прибор ночного видения и
начал наблюдать за близлежащей территорией. За спиной лежал
городок, восточного типа, огороженный каменной стеной. Такое
впечатление, что он попал куда-то в древние века. "Может, они
забросили меня в прошлое? Хрен его знает, какими чудесами владеют
эти самые р'хнэхры... Ну, будем живы, - разберемся".
Мясорубка. Липкович.
Бежать было тяжело и неудобно. Тяжелый рюкзак становился все
тяжелее и тяжелее, левая рука беспомощно и бесполезно болталась
самым неестественным образом, а правой рукой Липкович держался за
лямку рюкзака и старался выровнять дыхание. Казалось, сердцу что-то
мешало работать на полную мощность, и оно отстукивало с какими-то
перебоями. "Ничего, уже не долго. Уже осталось чуть-чуть". Липкович
взглянул на часы, болтающиеся на левой руке, хотя для этого ему
пришлось вывернуть ее правой рукой в нужное положение. "Ну, хоть на
что-то рука пригодилась", - грустно пошутил он. "Вот уже и городок
виден. Огоньки мелькают в славном городе Арафате. Кто-то уже не
спит таким ранним утром. И не знает, что скоро их всех уже не будет на
этой нашей машыахховской земле!" - снова возвышенные бгоизбранные
мысли мутным потоком начали проникать в его сознание,
отвлекая от выполняемой работы. Усилием воли Липкович заставил
себя переключиться на нечто более реальное. "Вот, сейчас обогну вот
этот бархан, подберусь к стене и запрячу там взрывное устройство..."
"Осторожно! Впереди противник!" - резкий, противный, оглушающий
голос прямо в середине головы прозвучал для Липковича, как голос
Машыахха. Ничего не поняв, но привыкнув подчиняться командам,
Липкович с разбега плюхнулся на песок. И одновременно с хрустом еще
более неестественно выгнувшейся левой руки послышался противный
свист пули над головой и донесся одиночный автоматный выстрел.
"Живой?.." - промелькнул вопрос. "Пока - да!.." - промелькнул ответ.
"О, Машыахх! Какой просчет! Я ведь не установил таймер на бомбе! А
вдруг меня сейчас убьют? Я обязан был сделать это с самого начала, на
всякий случай!"
Липкович аккуратно развернулся, стараясь рассмотреть место, откуда
был произведен выстрел. Похоже, стреляли с этого самого песчаного
холма. "Хорошая позиция. Если это просто секретный пост, то,
возможно, они не захотят меня преследовать, если я отползу немного
назад и попытаюсь обойти этот пост". Липкович вытащил пистолет и
подготовил его к стрельбе. "Слабоватое у меня вооружение. Зато
подготовка хорошая. Итак - оптимальный план действий. Снимаю
рюкзак, устанавливаю таймер бомбы на..." - Липкович взглянул на
часы, - " два... нет, на один час..." - один час - это было уже почти
впритык ко времени обратной переброски, а ведь жить ой как хотелось
- "оставляю рюкзак, сближаюсь с противником, уничтожаю его как
смогу. Дальше - по обстоятельствам".
Он отполз несколько назад, в небольшое углубление и осторожно стал
пытаться снять рюкзак, лежа на песке. Снять не удавалось. Казалось,
что рюкзак склеился с телом, и отодрать его не было никакой
возможности. Новая пуля противника ударила прямо в грудь, несколько
отбросив его назад, но бронежилет выдержал. "Пристрелялся, сволочь!
Да что же это такое! Прилип он, что ли?" - задавал себе эти вопросы
Липкович уже начиная понимать весь ужас произошедшего, но стараясь
еще не признаваться в этом самому себе. Пытаясь единственной
здоровой правой рукой ощупать края рюкзака и отодрать его от спины
он уже чувствовал, что случилось непоправимое. Краев этих просто не
было. Его спина гладко перерастала в рюкзак. Без просветов и щелей.
Спина и рюкзак были единым целым. Сросшимся в единый организм.
"Да как же так! Да что же это!" - запаниковал Липкович. - "И это - все?
Назад пути - нет?" - он сильно дернул за лямку рюкзака, и все тело
ответило ему резкой, живой, человеческой болью. "Спокойно. Итак,
вернуться не удастся. С бомбой возвращаться нельзя, нужно выполнить
задание. Так что - с жизнью я уже могу проститься. План меняется.
Поскольку я не могу снять рюкзак и попытаться уничтожить
противника налегке, остается один-единственный вариант. Взорвать
бомбу. Итак. Рюкзак я снять не могу. До таймера я дотянуться не могу.
До главной кнопки, которая вызывает мгновенный взрыв - я дотянуться
не могу. Остается только взорвать бомбу электронным устройством,
выдающим кодированный сигнал. Если оно работает, конечно. Вот
оно... Но! У меня еще есть время и мне еще нужно успеть подползти как
можно ближе к городу! Чем ближе, тем разрушений будет больше!
Вперед! За Машыахха!" - и Липкович пополз по направлению к городу,
стараясь обогнуть песчаный холм и неизвестного противника. Про свою
жизнь он уже не думал. Несколько пуль, взвизгнув, вонзились в песок
около него. Противник не хотел оставлять его в покое. А он ничего
сделать сейчас не мог. Стрелять с пистолета на таком расстоянии и в
таком положении - бессмысленно. Он продолжал ползти,
неестественно налегая на правый бок, метр за метром приближаясь к
городу. Выстрелы противника послышались чаще и несколько пуль уже
попали по ногам, вызвав болевой шок и возвращение его к реальности.
Все его важные жизненные органы были укрыты не только
бронежилетом, но еще и крепким снаружи взрывным устройством. "Так
что, для того, чтобы меня уничтожить окончательно, им придется
подойти вплотную. А тут мы еще посмотрим, кто кого..."
Липкович вытащил нож и, загоняя его глубоко в песок и подтягиваясь,
продолжал метр за метром приближаться к ненавистному городу.
Время от времени он посматривал в сторону противника, не
приближается ли он для того, чтобы сделать контрольный смертельный
выстрел. Но тот был слишком осторожным, не желая рисковать
понапрасну, что было вполне на руку Липковичу. Но заканчивались
силы. Заканчивалось время его здешнего пребывания. "Пора! Рисковать
нельзя! Жаль, что я так и не успел пристрелить этого слишком
осторожного п
Закладка в соц.сетях
