Жанр: Научная фантастика
Космические страсти
...ием на протекание конфликта, возможно
- с вмешательством в сражения. Улики - статистика и сравнение
количества сражений внутри Мясорубки и количества пришельцев
внутри Солнечной Системы.
- переброска двух человек, членов земной цивилизации, в Мясорубку,
допустив при этом смерть одного из них и трансформацию второго.
Улики - показания Ротмистра здесь неопровержимы. Трансформации
тела Липковича.
- использование сложной технологии телепортации внутри
Солнечной Системы, с учетом того, что они сами еще не овладели ею
как следует. Улики - показания Ротмистра.
После генерала Гребозабойщикова слово взял эксперт Виталий
Насенник.
- Должен отметить, что тот факт, что мы уверены в абсолютной
причастности к делу этих самых р'хнэхров, это очень хорошо. Но нашу
уверенность, как говорится, к делу не подошьешь. Достаточно ли у нас
фактов? Маловато. Да и все наши выводы основаны в основном на
предположениях. Оно ведь и неудивительно. Если наши ведущие
специалисты по внеземным цивилизациям почти ничего не знают об
этих самых р'хнэхрах. Если мы, раскрутившие несколько мистических
дел и окунувшихся в сложнейшие взаимоотношения тайных религий и
космических пришельцев, говорим о результатах одними
предположениями, то можно понять, какая работа предстоит тем же
судебным органам, если, конечно, таковые судебные слушания
состоятся. Если бы обвиняемой стороной были не инопланетяне, а
обычные люди или земные организации, и мы бы предъявили им наши
факты и предположения, то любой суд послал бы нас с нашими
предположениями далеко-далеко, не буду даже говорить куда. В этом
слабость всех наших выводов. Но у нас есть и преимущество. И оно в
том, что нашими обвиняемыми являются не только неземные существа,
не только инопланетный разум с совершенно непонятной социальной
организацией и философскими концепциями, но и субъект
дипломатических отношений. А это совсем иная область. Для
дипломатических отношений совсем не обязательно доказывать все
мельчайшие подробности и доводить все до совершенства. Все равно в
таких вещах никаких судов не будет. А будут чрезвычайно обтекаемые
дипломатические ухищрения и фразы типа того, что "Земная
Высочайшая Договаривающаяся Сторона хотела бы выразить
р'хнэхрской Высочайшей Договаривающейся Стороне свое
непонимание некими недружественными действиями
противоположной стороны, предпринятыми в такой-то и такой-то
областях в нарушение некоторых земных законов и Основополагающего
Договора между Договаривающимися Сторонами в касательстве
пунктов три, пять и семь", или что-то типа такого же, возвышенного и
непонятного, дополненного чем-то типа - "Земная Высочайшая
Договаривающаяся Сторона хотела бы выразить надежду, что наши
уважаемые представители р'хнэхрской Высочайшей Договаривающейся
Стороны предпримут все возможные в таких случаях усилия для
недопущения подобного в дальнейшем и для наказания лиц, виновных в
этих нарушениях..." Теперь о рекомендациях руководству. Я думаю, в
результате полученных нами данных о вмешательстве в земные дела с
нарушением наших многочисленных законов и договоренностей, Земле
необходимо срочно выдвигать категорический ультиматум пришельцам
- р'хнэхрам. И требовать все это признать и больше такого не делать. Но
желательно, чтобы рекомендации нашим Императорам и
Правительствам исходили не от нашей организации, которая не имеет
отношения к пришельцам, а от имени специально созданной для этого
спецслужбы - спецслужбы по изучению р'хнэхров, представителем
которой является господин Памятных.
- Ну вот, всё свалили на Памятных и все свалили в разные стороны.
Дозаседались, - грустно пошутил академик Памятных. - Но, в принципе,
это правильно, конечно. Тем более что все материалы по этим делам я,
с разрешения генерал-майора Соколова, уже передал нашей
спецслужбе. Осталось только передать материалы вот этого нашего
совещания. И конечно, именно наша специализированная по р'хнэхрам
спецслужба, должна сделать полные выводы из всех этих историй и
расследований, и выработать основные рекомендации Императорам и
правительствам о том, какие меры, документы и дипломатические
усилия нужно предпринять для наказания провинившихся и
предотвращения подобного в будущем. А вам всем могу только
выразить благодарность за прекрасную и квалифицированную работу.
Мне приятно было работать вместе с вами.
- Хотелось бы еще добавить, чтобы это было отражено в документах
по совещанию. Правительству нужно, наконец, решать проблему
Мясорубки. Ведь это действительно - позор Земной цивилизации, - это
добродушный ЧукиГекъ в унисон пробормотал обеими своими
головами.
Итоги совещания подбил Дед.
- Итак, думаю, я уже могу сделать полный и окончательный вывод
нашего рабочего совещания. Общий вывод - такой. Мы доказали, что
произошло явное и незаконное вмешательство пришельцев - р'хнэхров
во внутренние дела Межпланетного Содружества. И даже целый ряд
таких вмешательств. Как их вмешательство в дела сложно-социального
земного образования, которое называется Мясорубка, так и
межпланетные перемещения живых земных людей для выполнения
террористического акта по просьбе представителей запрещенной,
экстремистской секты поклонников Машыахха. Эти обвинения можно
считать доказанными и убедительными. Но вот с предложениями
высшему руководству по поводу всех этих таинственных явлений -
спешить не надо. Нужно передать все собранные нами материалы в
спецслужбу по изучению р'хнэхров, славным представителем которой
является академик Алексей Памятных и потребовать, чтобы именно они
сделали основные заключения по делу и основные рекомендации
Императорам и Правительству Межпланетного Содружества.
Поскольку это их непосредственная работа и их непосредственная
компетенция. Их создали для того, чтобы они занимались пришельцами
- вот пусть и занимаются. Именно у них сконцентрированы все
основные знания по р'хнэхрам, в том числе и такие секретные, о
которых нам господин Памятных даже не заикался. Зачем нам лишние
дипломатические осложнения? Необходимо ли выставлять ультиматум
р'хнэхрам или можно будет решить этот вопрос полюбовно - пусть
решают сообща соответствующая спецслужба и дипломатические
представительства русских Императоров и Правительства
Межпланетного Содружества. А наша работа на этом завершена. Наша
работа - это обычные дела, внутриземные. То есть, внутримарсовские,
конечно. И никакой мистики! Ну что, рабочее совещание окончено.
Всем спасибо. А сейчас неплохо было бы и перекусить, чем Бог послал!
Зорро! Приступайте!
Народ поднялся с мест, размяться и перекурить... И только
растревоженный Зорро все сидел, загипнотизированными глазами
уставившись в угол кабинета, где все еще мелькала пригрезившаяся ему
Муза, уже явственно похожая на р'хнэхрскую Музу, и тихо, монотонно
шептал...
Впрочем, не стоит - осень на Марсе.
Холодно, стужа, не топят в ракете.
И даже собаки деревья не метят ...
( Виктор Авин )
Ужасные вещи проносились перед внутренним взорром капитана
Зорро:
Шелестят за окном моей ржавой ракеты планеты,
Солнечный ветер, да импульсы в межгалактическом интернете
В кабине на тоненькой ниточке ветка из сада родного
Дрожит под ударами метеоритов по железной обшивке.
С кем ты гуляешь сегодня, жена марсианских матросов?
Мне писем не возит посыльный харчевни "От Князя фон - Тьмы"
Ну что ж, навещу-ка я даму в далеком неверном Париже
Вот только пусть длинные пейсы быстрее растут
А то на таможне земной не пропустят.
И спросят - у вас таки есть наши родственники по линии матери?
А я им отвечу - есть, но жена из утраченных ныне племен...
( Виктор Авин )
- Зорро! - прикрикнул Дед. - Рабочее совещание плавно переходит в
рабочий ужин при свечах... Эй..., - но поскольку Зорро не реагировал,
Дед сделал еще один вывод из рабочего совещания. - Мда... Похоже, мы
его теряем... Еще десяток таких мозговых штурмов, плавно переходящих
в дружескую попойку при свечах, и Зорру можно будет смело
отправлять в психбольницу... Менять нужно секретаря... Менять... И
желательно - на секретаршу. Капитана Зорру - на капитаншу Еву! Я
думаю, будет в самый раз.
- Товарищ генерал-майор! У меня есть еще одно чрезвычайно важное
предложение. Государственной важности! Нет, Межпланетной!
Разрешите? - ЧукиГека прямо таки рвало в бой обеими головами.
- Разрешаю. Но если оно такое важное, то говорите лучше про себя.
Или между собой. Я не хочу даже слышать о таких секретных вещах.
- Ничего - ничего, как раз вам можно. Я знаю самое лучшее оружие
против этих самых р'хнэхров! Которое сничтожит их в один момент!
- Ну? Говорите, только шепотом!
- Это капитан Зорро! Он - наше оружие огромной разрушительной
поэтической мощи! Его мощные поэтические эмоции для этих самых
зеленожопых пришельцев - это же наше настоящее Оружие Массового
Уничтожения! По уровню эмоционального накала, эмоциональной
зорровой любви к поэзии и эмоциональной ответной поэтической
ненависти к Зорре никакая Мясорубка не сравнится! Зеленожопые
просто его еще не разнюхали, как следует. Но стоит им только один раз
сесть на его сверхэмоциональную поэтическую иглу, и все они - уже
труппели. Причем сразу всей своей цивилизацией, всей своей
гопкомпанией. Тем более, учитывая то, что зоррова ядовитая поэзия
будет расходиться между ними не по дипломатическим, а по
телепатическим каналам! А секретаря мы вам другого найдем.
Непоэтического.
- Эта... Можно. Я даже знаю, что они ему вживЯт в первую очередь. Я
думаю, Зорро попросит ему вживить старинную пишущую машинку
прямо себе в животяру. Чтобы в любой момент можно было проснуться,
постучать по клавишам и записать свое очередное бесценное
поэтическое произведение, не приходя в сознание. И так тому и быть!
И только самозагипнотизировавшийся капитан Зорро что-то
бормотал, ни на кого уже не обращая внимания, и мутные мысли его
витали не то на планете Земля, не то уже на планете Р'хнэхр...
А ночью на тайной далекой поляне
в туманной ложбине не спит и не ранен
залег на посту в маскировочной сетке
в зубах с горьковатой рябиновой веткой
под шинами сдвоенных задних колес
лежит охраняет "Катюш" батарею
ни дьявол ни муж ни солдат ни матрос
а сторож Сергеев - любви верный пес
А ночью на дальней далекой поляне
вращают зелеными Срули глазами
стрекочут кузнечики счастья кротов
зовут мухоморы печально руками
бесшумно Глафира скользит над прудом
с веревкой на шее, но спит батарея
да зорро с лошадкой арабской, за хвост -
ползет по высокой траве в полный рост
А ночью на дальней далекой поляне
"Катюши" тихонько съезжают с колес
Ах, сторож Сергеев - он парень как камень
качнуло ракету и... пламень и пламень
визжит батарея
огонь - батарея
светает... "кончает дежурить Сергеев", -
стучат в Пентагоне компьютеры веером
но поздно - с экрана ползет Горбунов
за ним Мухоморов - майор контрразведки
на Сруля ступая - полковник "Завход"
и крот
Глафиру ведущий, засунув ей в рот
ее для арабов о всем донесенье
Коваль из ковыли взлетает на древке
и с ветки на ветку - на провод с розетки
за ними в беретке сам сторож Сергеев.
А зорро остался один в батарее
Дежурить, Катюше читать о евреях...
( Виктор Авин )
Часть пятая. Схватка.
Белый снег, серый лед,
На растрескавшейся земле,
Одеялом лоскутным на ней -
Город в дорожной петле...
А над городом плывут облака
Закрывая небесный свет,
А над городом желтый дым,
Городу две тысячи лет,
Прожитых под светом звезды
По имени - Солнце...
И две тысячи лет - война.
Война без особых причин.
Война - дело молодых,
Лекарство против морщин.
Красная, красная кровь...
Через час уже, просто, - земля,
Через два на ней - цветы и трава,
Через три она снова - жива.
И согрета лучами звезды
По имени - Солнце.
И мы знаем, что так было всегда,
Что судьбою больше любим,
Кто живет по законам другим,
И кому умирать молодым.
Он не помнит слова "Да" и слова "Нет",
Он не помнит ни чинов ни имен,
И способен дотянуться до звезд,
Не считая, что это - сон.
И упасть, опаленным звездой,
По имени - Солнце.
Виктор Цой
Тоже Виктор Цой
Липкович. Начало операции.
Приближалось время "Ч". Приближалось неумолимо.
Липкович проверил всё приготовленное оборудование и приборы,
подправил амуницию и камуфляж, перевел аппаратуру дома на
автономную работу. Еще раз взвесился со всем оборудованием. По
приказу его общий вес не должен был превышать определенные
параметры. Все было в норме. Вся подготовка к заданию прошла
гладко. Даже слишком гладко. Липкович с воодушевлением вспомнил
своих товарищей, которые совсем незаметно для окружающих
проделали грандиозную работу, затратив при этом гигантское
количество времени, сил и средств. Но запланированная операция
стоила этого. За ее успех абсолютно все товарищи Липковича не
раздумывая отдали бы свои жизни. Но, похоже - именно Липковичу
выпала честь отдать свою. Цель была как всегда неимоверно высокая и
достойная - За Ызраильское Царство, за Машыахха. Если все получится,
как задумывалось, то его операцию можно будет сравнить с сотнями
лет, затраченными еврейством прошлого на новое создание
Ызраильского Царства и переселение в него своего народа для того,
чтобы свершились-таки древние пророчества, чтобы Машыахх все-таки
пришел к иудеям отдать им обещанное Б-гом.
Снова и снова, поглядывая на часы, Липкович самопроизвольно
возвращался к тому, что ему предстояло выполнить. Сами по себе
пункты были, вроде, несложные. Но за ними снова стояли целые
столетия работы серьезной тайной организации поклонников
Машыахха. Ему предстояло в нужное время расположиться вместе со
всем запланированным оборудованием на стартовой площадке. Отсюда
будет осуществлена его переброска в Ызраильское Царство, в
Мясорубку, как ее все нынче называют. Липкович, как и все активисты
секты Машыахха, не любил это название и не пользовался им. Понятно,
что при этом ему необходимо будет таинственным образом преодолеть
не только огромное межпланетное расстояние между Марсом и Землей,
но и преодолеть силовой Энергетический Щит, которым Мясорубка
уже много столетий была окружена по решению Правительства
Межпланетного Содружества. Каким образом, с помощью каких
технических средств и технологий это будет осуществлено, кто будет
управлять переброской и контролировать ее, Липковичу было
неведомо. Но ему казалось, что именно его друзья, его народ,
находящийся фактически в подполье уже многие сотни лет, именно
гениальный б-гоизбранный народ Ызраиля, верящий и поклоняющийся
великому и могучему Машыахху сумел изобрести нечто абсолютно
новое и абсолютно всемогущее. И он верил, что именно теперь нужно
воспользоваться этими технологиями, пока против них нет
противоядия. И снова завладеть Мясорубкой, завладеть Ызраильским
Царством, вернуть народ Ызраиля на его земли обетованные, построить
Третий Храм и встретить Машыахха. Он заставил себя
сконцентрироваться и вновь отвлечься от своих восторженных
мечтаний о будущих временах, к которым может привести его
сегодняшний безрассудный и героический поступок. Безрассудный,
конечно, с точки зрения обычного человека. Липкович обычным
человеком не был никогда. Посему о своем безрассудстве он не
задумывался. Для него это все было просто серьезной работой, которую
он обязан был выполнить во что бы то ни стало. Даже ценой
собственной жизни.
Он не знал ничего о технике и технологии процесса переброски, но
тем не менее его тщательно проинструктировали об опасностях этой
процедуры. Для переброски было необходимо огромное количество
энергии. Именно поэтому специально для данной операции на Марсе
был построен сверхзащищенный объект, к которому были подтянуты
мощные энергоканалы из нескольких независимых источников.
Телепортация, а именно о ней говорили резиденты Моссада,
инструктирующие Липковича, была вещью якобы еще не достаточно
изученной. Особенно для переброски живых существ. Случалось, что
физическое тело прибывало в точку назначения в виде порошка,
перемешанного и потерявшего все свои изначальные характеристики.
Живые существа могли прибыть в место переброски в виде мясного
фарша или даже в виде обычного энергетического разряда. В общем,
необходимо было ждать всяких неприятностей и в случае их
возникновения, при наличии, конечно, сознания и возможности
управлять хоть какими-то собственными частями тела, все-таки
выполнить возложенную миссию, ради которой и производилась эта
переброска. Липкович был готов к любым опасностям и в данный
момент молил Машыахха, чтобы переброска прошла успешно. А уж в
дальнейшем он был почти уверен. Свою часть работы он выполнит
безукоризненно.
Попав в Мясорубку в более-менее нормальном состоянии он был
обязан сориентироваться на местности с помощью земного
электронного определителя координат, который использует привязку к
спутниковой системе навигации Земли (если, конечно, он будет
функционировать после переброски) или по карте и по простейшим
приборам и звездам (а любой суперагент Моссада был обучен
подобным вещам). Определить в какой стороне находится основной
город нынешних арафитян, главных врагов ызраилитян, - город Арафат,
и за несколько часов, выделенных на проведение операции, пройти
максимальное расстояние к вражескому городу, соблюдая полную
осторожность и скрытность. Достигнув границ вражеского города,
Липкович был обязан или замаскировать мощнейшее взрывное
устройство, которое он принес с собой, для того, чтобы его чуть позже
взорвали его сообщники с помощью кодированного радиосигнала, или
привести в действие часовой механизм бомбы, который должен был
взорвать бомбу через некоторое время, необходимое для успешного
возвращения Липковича в исходную точку, или взорвать бомбу
самостоятельно, не раздумывая о своей жизни, или даже попытаться
обезвредить бомбу, если ее взрыв мог бы разрушить города и
оборонительные сооружения своих ызраилитян, машыахховцев. Те или
иные способы выполнения задания Липкович должен был выбрать
самостоятельно, исходя из многообразия возможных ситуаций,
связанных и с его собственным состоянием, и с удалением от городов
друзей и врагов, и с его возможным обнаружением патрулями
противника, и со множеством иных вариантов. Мало ли чего не
случается при проведении столь необычных операций.
В любом случае главная задача операции должна быть выполнена -
основные силы противника ызраилитян в Мясорубке должны быть
уничтожены мощнейшим взрывом. Ядерное устройство, которое
Липкович должен был пронести в Мясорубку, должно было уничтожить
основной вражеский город и его оборонительные сооружения, вызвав
минимальное радиоактивное заражение местности и минимально
навредив своим, ызраилитянам. Ну, эти проблемы были уже не
проблемами Липковича, а проблемами тех поклонников секты
Машыахха, кто создавал это устройство в районах дикой Австралии,
максимально закрытых и не подчиняющихся земному Правительству. В
любом случае, после успешно проведенного взрыва ызраилитяне
должны будут добить арафитян в Мясорубке и начать полностью
контролировать всю территорию Мясорубки, а значит, и древнего
Ызраильского Царства. И все священные для поклонников Машыахха
места вновь будут принадлежать только им. "И мы все-таки сметем с
Храмовой горы ненавистные сооружения арафитян. И построим там
Третий Храм Соломона. И многотысячелетняя мечта ызраильского
народа все-таки свершится! И заплачет Стена Плача! И пророк
Машыахх войдет в древний город иудеев! И не помешают ему в этом ни
земное Правительство, ни Великая Китайская Империя, ни силовой
Энергетический Щит. И унизит Машыахх все неиудейские народы! И
сделает их рабами иудеев - поклонников Машыахха. И возвеличатся
они. И будут вечно владеть всеми народами цивилизации на всех
планетах Солнечной Системы. И будет им Щастье..."
Липкович снова с трудом отвлёкся от приятных грёз. Часто он
предавался чему-то подобному, но всегда возвращение от грёз в
реальную действительность было для него очень болезненным. Вот и
сейчас он брезгливо поморщился и заставил себя думать не о грядущем
идеальном будущем, за которое он боролся всю свою недолгую жизнь, а
о предстоящем перемещении. Смерти Липкович не боялся. Его
воспитание и зомбированное сознание просто не позволяли ему,
суперагенту Моссада, бояться потерять нечто столь никчемное, как
собственная жизнь. Жизнью он рисковал уже несколько раз, участвуя в
тайных смертельных операциях, о которых он сейчас вспоминал с
чувством, так сказать, глубокого удовлетворения. Теми или иными
путями - он выбрался из них в более-менее нормальном физическом и
душевном состоянии. Рисковать своей жизнью и при необходимости
расстаться с нею ради победы общего дела, ради Машыахха, - это было
просто частью его существования. Но именно сейчас он почувствовал
смутные мысли о том, что умирать не очень хочется. Он вспоминал
серьезные инструкции Мартовского Кота, который уговаривал его не
рисковать понапрасну, постараться вернуться живым из этой
головоломной переделки, потому что Моссаду, Ызраилю и всем
поклонникам Машыахха позарез нужны такие прекрасно
подготовленные люди, как Липкович. Он все с большей теплотой
вспоминал, что в случае успешного выполнения операции, во всяком
случае, выполнения его части операции, вот этот дом будет
принадлежать только ему. Воистину - царская награда! Дом,
построенный по самым передовым технологиям. Дом, в котором
совмещены все мыслимые и немыслимые удобства. Дом, в котором
шутя можно продержаться несколько месяцев от всей мощи земной
цивилизации трех планет. В конце концов, дом, в котором можно будет,
наконец-то, начать тихую семейную жизнь и родить десяток юных
поклонников Машыахха, которые, может быть, и дождутся
осуществления мечты его народа. При этом Липкович с грустью
вспомнил черные, смеющиеся глазки кудрявой красавицы Сарры,
которые с любопытством, страхом и восхищением смотрели на него в
бушах Австралии, в тайном городе ызраительских иудеев... Эх...
Перспектива умереть была явно неперспективной в сравнении с этими
мечтами.
Липкович в очередной раз взглянул на таймер, а потом снова
сконцентрировался на мыслях о выполнении задания. Его взгляд упал
на прикрепленный сбоку автомат УЗИ, и снова определенное
недовольство отразилось на его лице. Он вспомнил свои прошлые,
яростные споры с Мартовским Котом, который подбирал ему
вооружение и спрашивал его мнение по этому поводу. Но при этом,
вместо желанных новейших образцов энергетического и лазерного
вооружения, он настойчиво советовал выбирать только из образцов
многовековой давности. Этого Липкович никак не мог понять.
Совершить такую огромную подготовку к выполнению важнейшей
операции, создав мощнейшее взрывное устройство, построив дом,
который стоил гигантских денег, создав аппаратуру переброски и
технологию переброски, оценить которую в денежном выражении
Липкович даже и не пытался, - и при этом рисковать всем
вышеуказанным только потому, что вместо новейших образцов
вооружения нужно будет обойтись древними пороховыми пугачами?
Единственно возможным объяснением он считал то, что при переносе в
Мясорубку не должно было произойти случайностей, и в те или иные
руки не должно было попасть сверхмощное современнейшее лазерное
вооружение. То есть, если вдруг при переносе произойдет несчастье, и
Липкович прибудет туда в виде фарша, а его вещи прибудут туда
целыми и невредимыми, то тут уже неизвестно кому может достаться
его вооружение. И лучше, если в таком случае, его вооружением будут
образцы, которые и сейчас являются самыми распространенными в
Мясорубке. И соответствуют тамошнему технологическому уровню. В
этом случае не будет никакого дисбаланса в вооружениях сторон. Такое
объяснение в некотором роде оправдывало решение Мартовского Кота,
но не уменьшало огорчения Липковича. В пределах указанного веса он
выбрал себе небольшой скорострельный автомат УЗИ, гордость
древнего Ызраиля, пистолет, несколько осколочных гранат,
боекомплект, нож, бронежилет. Старался подобрать все это с учетом
того, что ему, возможно, придется сражаться с большим весом за
спиной, поскольку взрывное устройство весило на Земле килограммов
пятьдесят, не меньше. Это сильно уменьшало его личную
маневренность. Ему нужно было выполнить задание и продержаться в
Мясорубке не менее шести земных часов, после которых произойдет
обратный перенос.
Был канун Нового еврейского Года. Он вот-вот начнется - всего через
несколько минут. И чтобы отвлечь себя от грустных мыслей и
переживаний, Липкович стал мысленно поздравлять всех поклонников
Машыахха с Новым Годом. "Ле шана тиктеву всем! Ле шана тиктеву,
Сарра! Ле шана тиктеву, Женя!" - как заклинание начал твердить он
слова приветствия на древнем, в который раз уже умирающем языке.
"Ле шана тиктеву! Смогу ли я принести вам, поклонникам Машыахха,
счастье в Новом Году? Смогу ли я выполнить мое испытание? Что там,
через несколько минут, в дни Рош ха-шана, запишет Б-г в книге жизни?
Какая судьба ожидает меня в наступающем году?"
Время "Ч" неумолимо приближалось. Глаза Липковича стали уже
неотступно следить за цифрами на компьютере, который отсчитывал
оставшиеся секунды. Сейчас в земной цивилизации было огромное
количество разных временных систем, которые были привязаны к
неземным стандартам и к временным поясам разных планет. Но
большинство межпланетных событий по привычке привязывалось к
среднеевропейскому земному времени и к земным временным
интервалам. Русские по привычке привязывались к московскому
времени. Поклонники же секты Машыахха всегда жили, молились и
мечтали по времени Ызраильского Царства. Вот и начало перемещения
было привязано к полночи ызраительского времени. К нолю по
Мясорубке. К началу Нового еврейского Года. Вот к этому нолю и
стремились цифры на экране компьютера. Десять... пять... три... ноль...
Старт! И ничего не происходит. Цифры на экране компьютера надёжно
остановились на жирных нулях. Глаза Липковича начали слезиться от
напряжения, переживания и какой-то жалости к себе. Время как бы
остановило свой бег и решило дальше не идти. Где-то далеко-далеко в
подсознании Липковича проскочила
...Закладка в соц.сетях
