Жанр: Научная фантастика
Эндер Виггинс 1-7.
...ать. Он написал им о реально существующих
опасностях, о стратегии русских и о том, какие шаги следовало бы предпринять,
чтобы они не преуспели в своих намерениях в случае благополучного завершения
войны.
Одним из важнейших пунктов в анализе Боба был вопрос о детях, обучающихся в
Боевой, Тактической и Командной школах, которых было необходимо вернуть на Землю
как можно быстрее, если жукеры будут разбиты. Ведь если они останутся в Космосе,
то или попадут в лапы русских, или окажутся в изоляции и не смогут быть
востребованы МКФ. А ведь эти дети - самые изощренные военные теоретики и
практики, которых породило человечество в этом поколении. Если ему придется
бороться с могучей мировой державой, то именно эти блестящие полководцы смогут
противостоять агрессии русских.
Через день Демосфен выдал в Сеть свое новое эссе, которое призывало закрыть
Боевую школу и вернуть детей родителям. "Они похитили наших самых талантливых
детей. Наши Александры и Наполеоны, наши Роммели и Патоны, наши Цезари и
Фридрихи, Вашингтоны и Саладины заключены в башню, до которой мы не можем
добраться, где их держат в плену и они не могут помочь своим народам
освободиться от угрозы русской агрессии. А кто может сомневаться в том, что
русские захватят этих детей и используют в своих интересах? А если им это не
удастся, то они всегда смогут прибегнуть к услугам хорошо нацеленной ракеты,
которая разорвет детей на куски, лишив нас наших будущих военных лидеров и
руководителей". Великолепная демагогия, бьющая на то, чтобы вызвать взрыв страха
и гнева. Боб отлично понимал, какой переполох поднимется среди военных, когда их
драгоценная Боевая школа превратится в политическую проблему. Это была именно та
проблема, которая должна была вызвать взрыв эмоций, и Демосфен, конечно, не мог
ее упустить. Оглушительным эхом по всему миру отзовутся и националисты всех
цветов. И поскольку речь шла о детях, которые должны были вернуться домой, никто
из политиканов не сможет выступить против предложения, чтобы все дети из Боевой
школы вернулись домой в ту же минуту, когда война кончится. И не только это.
Локи подключился тоже, бродив на весы свой интеллектуальный престиж, и открыто
поддержал идею возвращения детей: "Пусть флейтист получит свою плату, пусть
избавит нас от нашествия крыс, а затем вернет домой наших детей".
Я увидел, я написал, и мир чуть-чуть изменился. Какое чудесное ощущение! Вся
деятельность Тактической школы ничего не стоит в сравнении с тем, что я сделал.
Бобу ужасно хотелось ворваться в свой класс и рассказать всем о своем триумфе.
Но он знал: они посмотрят на него как на сумасшедшего. Они вообще ничего не
знают о современном мире, они не ощущают своей ответственности перед ним. Они
живут в своем узком военном мирке.
Через три дня после того, как Боб послал письмо Локи и Демосфену, ребята пришли
в класс и узнали, что им предстоит немедленно отправиться в Командную школу
вместе с Карно Карби, который учился с ними в Тактической, только на курс
старше. Они провели на МЗС всего три месяца.
Боб подумал, не сыграло ли роли в изменении сроков обучения его письмо. Если
возникла опасность преждевременного возвращения детей на Землю, то МКФ вполне
мог перевести свою элиту туда, откуда ее забрать будет почти невозможно.
22. СНОВА ВМЕСТЕ
- Мне кажется, мы должны поздравить вас с тем, что вам удалось исправить вред,
нанесенный Эндеру вами же.
- Сэр, при всем уважении к вам, я обязан указать, что никакого вреда нанесено не
было.
- О, тем лучше, значит, мне вообще не надо вас поздравлять. Надеюсь, вам
понятно, что ваш статус здесь - статус наблюдателя.
- Я надеюсь, что он не исключает права давать советы, основанные на опыте
многолетнего общения с этими детьми?
- Командная школа тоже работает с детьми много лет.
- Осмелюсь сказать, сэр, что Командная школа работает уже с подростками. С
амбициозными, полными энергии и готовыми к конкуренции тинэйджерами. Кроме того,
у нас есть " очень ценные материалы по каждому ребенку именно из этой группы, и
я знаю о них такие вещи, которые должны быть учтены.
- Эти сведения вы должны были отразить в ваших докладах.
- Они там есть. Но при всем уважении к вам, я должен выразить сомнение в том,
что у вас есть люди, которые так изучили эти доклады, что нужные детали сами
придут им в голову как раз в то время, когда нам они будут насущно необходимы.
- Я буду к вам обращаться за советами, полковник Графф.
И перестаньте уверять меня в вашем уважении, ибо на самом деле вы чуть не в лицо
сообщаете мне, что считаете меня почти идиотом.
- Я полагаю, что бессрочный отпуск был избран как орудие моего исправления. Вот
я и пытаюсь доказать вам, что я действительно исправился.
- Есть ли какие-либо детали, касающиеся этих детей, которые пришли вам на ум
именно в данную минуту?
- Есть одна, очень важная, сэр. Поскольку очень многое зависит от того, что
известно Эндеру и что ему не известно, важно, чтоб он был изолирован, от
остальных детей. Во время тренировок он, разумеется, может присутствовать, но ни
при каких обстоятельствах вы не должны разрешать им свободно беседовать или
делиться информацией.
- Это еще почему?
- Потому, что если Боб узнает об ансибле, он сразу поймет смысл всей нашей
ситуации. Правда, он и без этого может все понять. Вы даже представить себе не
можете, насколько трудно утаить от него информацию. Эндер куда более доверчив,
но он не сможет выполнить свое предназначение, если не будет знать об ансибле.
Понимаете, они ни на минуту не должны свободно общаться друг с другом. Даже
разговоров на эту тему вести нельзя.
- В таком случае Боб не сможет выполнить роль дублера и помощника Эндера, так
как это предусматривает знание об ансибле.
- Тогда это уже не будет иметь значения.
- Но именно вы являетесь автором предположения, что только ребенок...
- Сэр, к Бобу это не относится.
- Потому что...
- Потому что он не человек.
- Полковник Графф, я от вас чертовски устал.
Полет до Командной школы длился четыре месяца. Все это время ребят продолжали
обучать, да так усиленно, что на борту стремительно несущегося космического
крейсера они успели получить представления о математических основах выбора цели,
баллистике, определении типа взрывчатых материалов и вообще всего, относящегося
к вооружению. Кроме того, из них вновь попытались составить настоящую команду.
Вскоре стало совершенно очевидно, что самым лучшим учеником в этой команде
является Боб. Он все усваивал мгновенно, и вскоре все остальные стали обращаться
к нему за объяснением тех вопросов, в которых им сразу разобраться не удалось. И
если в предыдущем полете Боб имел самый низкий статус, чуть ли не чужака, то
теперь он тоже был одинок, но уже потому, что его статус стал неимоверно высок.
Боб попытался справиться с этой новой ситуацией, потому что в дальнейшем ему
предстояло действовать как члену команды, а не как ментору или эксперту. Теперь
стало необходимо проводить с остальными все свободные часы, отдыхать вместе с
ними, шутить, смеяться над всякими байками, касающимися жизни Боевой школы. И
даже того, что было до их поступления в школу.
Ибо теперь табу, наложенное школой на разговоры о доме, было снято. Все с
радостью вспоминали своих родителей, которые теперь превратились в полузабытые
фигуры, но все еще продолжали играть в жизни детей важную роль.
Тот факт, что у Боба не было родителей, вызвал к нему Особое отношение, но он
ухватился за возможность рассказать о своих детских воспоминаниях. О том, как
прятался в туалетном бачке. О стороже-испанце, который взял его к себе. О том,
как умирал с голоду на улицах и выжидал момента удачи.
Как изложил Недотепе план разборки с хулиганами. Как наблюдал за Ахиллом, как
восхищался им, как боялся его, когда тот создавал свою маленькую "семью". О том,
как Ахилл сначала вытеснил Недотепу, а потом убил ее. Когда он рассказывал, как
нашел ее труп, плавающий в воде, многие плакали от жалости.
Сильнее всего рыдала Петра.
Естественно, что она, стыдясь своей эмоциональности, выбежала и скрылась в
привычном уюте казармы. Возникла редкая возможность поговорить с ней наедине. И
Боб ею воспользовался, вскоре последовав за Петрой.
- Боб, я не хочу сейчас разговаривать.
- А я хочу, - сказал Боб. - Есть кое-что, что нам нужно выяснить. Ради интересов
всей нашей команды.
- Да разве мы единая команда?
- Петра, ты узнала о моем самом постыдном поступке за всю жизнь. Ахилл был
опасен, а я ушел и оставил Недотепу с ним наедине. И из-за этого она погибла.
Это воспоминание жжет меня, я помню о нем всегда. Каждый раз, когда мне хорошо,
я вспоминаю Недотепу, вспоминаю, что обязан ей жизнью, вспоминаю, что не сумел
ее спасти. И каждый раз, когда я привязываюсь к кому-то, я боюсь, что предам их
так же, как предал Недотепу.
- Зачем ты говоришь мне это, Боб?
- Потому что ты предала Эндера, и мне кажется, что это тебя гложет.
В ее глазах полыхнул гнев.
- Ничего подобного не было! И грызет это тебя, а вовсе не меня.
- Петра, независимо от того, признаешься ты себе в этом или нет, когда ты
пыталась задержать Эндера в тот вечер в коридоре, не могло быть, чтобы ты не
понимала, что делаешь.
Я видел тебя в бою. У тебя острый ум, ты замечаешь все. В ближайшем будущем ты
станешь лучшим командиром-тактиком в нашей команде. Абсолютно невозможно, чтобы
ты не видела, что коридор кишит шпаной Бонзо, намеревающейся избить Эндера до
полусмерти. И что делаешь ты? Пытаешься остановить его, оторвать от солдат его
армии.
- И ты меня остановил, - сказала Петра. - А теперь судишь, что ли?
- Я должен знать, почему ты это сделала.
- А я тебе, карлик, ничего не должна!
- Петра, когда-нибудь нам придется драться бок о бок.
Мы должны доверять друг другу. Я не доверяю тебе, потому что не знаю, зачем ты
так поступила. А ты не веришь мне, так как я не доверяю тебе.
- Господи, какую же паучью сеть мы сплели...
- Не понимаю, что ты этим хочешь сказать?
- Так говаривал мой отец. О, какую паучью сеть мы сплели в ту минуту, когда
попытались впервые обмануть друг друга.
- Точно. Вот и давай расплетем ее.
- Нет, это ты плетешь ее для меня! Боб, ты знаешь вещи, о которых не говоришь
другим. Думаешь, я этого не вижу? Ты хочешь восстановить мое доверие к тебе, но
сам не говоришь мне то, что нужно для этого.
- Я открыл тебе свою душу.
- Ты рассказал мне лишь о своих чувствах, - ответила она презрительно. -
Отлично! Приятно знать, что они у тебя есть или даже хотя бы думать, что ты
считаешь нужным заставить других верить, что у тебя есть чувства. Кто знает, что
верно - первое или второе! Но ты ни разу не сказал нам, черт бы тебя побрал, что
происходит здесь на самом деле? Мы думаем, тебе это известно.
- У меня есть только догадки.
- Учителя сообщали тебе в Боевой школе такие вещи, о которых мы и представления
не имели. Ты знал, как зовут каждого слушателя в школе, ты вообще знал массу
вещей про нас. Про всех. Ты знал даже то, что тебя никак не касалось.
Боб просто онемел, когда увидел, что его доступ к источникам специальной
информации был хорошо известен Петре.
Может, он допустил какую-то оплошность? Или она исключительно наблюдательна?
- Я взломал их файлы с личным составом школы.
- И они тебя не поймали?
- Думаю, они знали. С самого начала. А уж потом - без сомнения. - Боб рассказал
Петре, как он составлял список армии Драконов.
Петра резко повернулась и, обращаясь к потолку, воскликнула:
- Ты подобрал их? Все эти отбросы из других армий, всех недоносков-новичков? Их
выбрал ты?
- Кто-то же должен был это сделать. А учителя в этом деле не петрили.
- Значит, Эндер получил лучших? Он не сделал их лучшими, они уже были такими?
- Лучшими из тех, кто не был в составе других армий. Я - единственный из
новичков, попавших в Драконы, вошел в состав нашей группы. Ты, Шен, Динк, Алаи,
Карн не были в Драконах, но явно принадлежите к числу лучших. Драконы выигрывали
сражения не только потому, что были хороши сами по себе, но и потому, что Эндер
знал, что с ними делать.
- Тот уголок вселенной, в котором я живу, перевернулся вверх дном!
- Петра, то, что я тебе рассказал, - это бартерная сделка.
- Вот как?
- Объясни, почему ты стала Иудой тогда - в Боевой школе.
- Да я и была Иудой, - ответила ему Петра. - Как тебе такое объяснение?
Бобу стало тошно.
- Как ты только можешь сказать такое! Стыда у тебя нет!
- Ты уж совсем сдурел! - ответила Петра. - Я делала то же самое, что делал ты.
Старалась спасти жизнь Эндера. Я знала, что Эндер тренировался для рукопашной
схватки, а вся эта шпана - нет. Я тоже тренировалась. Бонзо довел свое хулиганье
до белого каления, но дело в том, что они и Бонзо не слишком-то любили. А он все
продолжал натравливать их на Эндера. Поэтому, думала я, если их разогреть еще
немножко, то они бросятся на Эндера прямо там - в коридоре, где было полно и
Драконов, и солдат из других армий, которые, конечно, встали бы на защиту
Эндера. Места там мало, и до Эндера Добралось бы всего несколько душ, так что он
отделался бы всего лишь синяками да разбитым носом. А из боя вышел бы с честью.
Ну а подонки тоже получили бы свое удовольствие.
Все расчеты Бонзо пошли бы коту под хвост и он опять оказался бы в полном
одиночестве. А Эндеру больше ничто уже не угрожало бы.
- Знаешь, ты, пожалуй, уж очень полагалась на свое умение работать кулаками.
- И на умение Эндера. Мы оба были хорошо подготовлены и находились в отличной
форме. Я знаю, что Эндер без слов понимал, что я делаю, и единственная причина,
по которой он отказался от этого плана, - это ты.
- Я?
- Он же видел, что ты суешь свой нос повсюду! А тебе бы они тут же проломили
башку, это уж точно. Поэтому он решил избежать побоища в коридоре. А это значит,
что он из-за тебя на следующий день вляпался в действительно опасную схватку.
Эндер был один, и некому было его поддержать или защитить его спину.
- Но тогда почему ты этого раньше не объяснила?
- Потому что ты был единственным, кроме Эндера, кто видел в коридоре, что я чтото
затеваю, а мне на твое мнение было глубоко наплевать тогда, да и сейчас оно
меня не слишком-то колышет.
- Это был жутко дурацкий план, - сказал Боб.
- Уж получше твоего, - парировала Петра.
- Ладно, как я полагаю, нам уж никогда не узнать, насколько дурацким был твой
план. Зато знаем точно, что мой попал в яблочко.
Петра послала ему короткую, но не слишком доброжелательную улыбку.
- Ну и что с того? Теперь ты снова будешь мне доверять? И мы вернемся к нашей
былой нежной дружбе, которая связывала нас так крепко?
- Знаешь что, Петра? Вся твоя враждебность меня нисколько не задевает. По сути
дела, ты зря расходуешь на меня силы. Ведь я все равно действительно твой самый
верный друг в сравнении с прочими.
- Да неужто?
- Да, честно. Потому что я единственный из наших ребят, кто согласился бы быть
под командованием девчонки.
Она помолчала, глядя на него ничего не выражающим взглядом.
- Знаешь, я давно уже бросила переживать из-за того, что я девчонка.
- А мальчишки - нет. И ты это знаешь. Ты знаешь, что их до сих пор беспокоит,
что ты не одна из них. Они, конечно относятся к тебе по-дружески, особенно Динк,
и ты им даже нравишься. И в то же время... Сколько девчонок было в Боевой школе?
Около дюжины? И ни одна из них, кроме тебя, не стала первоклассным солдатом. Они
не принимают тебя всерьез.
- А Эндер принимает, - сказала Петра.
- И я - тоже. Кстати, все ребята знают о том, что произошло в коридоре. Но
знаешь ли ты, почему никто из них не завел с тобой такого разговора?
- Почему?
- Потому что считают тебя дурой, которая не понимает, как близко подвела Эндера
к тому, чтобы его каблуками вбили в палубу. Я единственный, кто настолько
уважает тебя, чтобы поверить - ты никогда не совершила бы такую глупость
случайно.
- Думаешь, я должна чувствовать себя польщенной?
- Я думаю, ты должна перестать рассматривать меня как врага. Ты в этой группе
почти такой же аутсайдер, как и я. И когда дело дойдет до настоящего сражения,
надо чтобы хоть кто-то относился к тебе так же серьезно, как ты сама относишься
к себе.
- Нечего раздавать мне подарки!
- Ладно, ухожу.
- И самое времечко.
- А когда ты вдумаешься как следует, когда поймешь, что я прав, тебе не надо
будет извиняться. Ты плакала над судьбой Недотепы, и этого достаточно, чтобы
сделать нас друзьями. Ты будешь доверять мне, а я тебе, вот и все.
Петра начала было что-то говорить, но Боб уже вышел и не разобрал ее слов. Так
уж Петра устроена - всегда действует круто. Для Боба это все не имело значения.
Он знал, что они сказали друг другу все, что надо было сказать.
Командная школа находилась при штабе Флота, а ее местонахождение было одним из
наиболее охраняемых секретов.
Единственным способом узнать его было прикомандирование к Штабу, но очень
немногим людям, которым это выпало на Долю, удалось вернуться на Землю.
Перед самым прибытием туда ребят кратко проинструктировали. Штаб Флота
располагался на блуждающем астероиде Эрос. Когда они подошли поближе к нему,
оказалось, что Штаб находится внутри астероида. На поверхности не было видно
ничего, кроме небольшого дока. Они перешли на мини-шаттл и совершили на нем
пятиминутный полет к поверхности небесного тела. Там мини-шаттл скользнул
внутрь, как им показалось, естественной пещеры. Откуда-то возникла какая-то
огромная змеевидная труба, которая обволокла шаттл и полностью изолировала его.
При нулевой силе тяжести ребята вылезли из шаттла, чем-то похожего на школьный
автобус.
Воздушный поток всосал их, подобно огромному пылесосу, прямо во чрево Эроса.
Боб сразу понял, что это место создано не человеческими руками. Туннели были
слишком низки, так что их потолки пришлось в дальнейшем приподнять. Нижняя часть
стен была совершенно гладкая, тогда как верхние полметра носили следы
человеческих орудий. Надо думать, авторами постройки являлись жукеры, еще в те
времена, когда они готовили Второе Вторжение. То, что было тогда их передовой
базой, теперь стало центром Международного Космического Флота. Боб попытался
представить себе битву, разгоревшуюся из-за этого астероида. Жукеры кишели в
туннелях, наша пехота рвалась вперед, используя взрывчатку, чтобы сжечь
коварного врага.
Полыхали яркие вспышки света. А потом производили зачистку - трупы жукеров
вытаскивали из туннелей, которые затем превращались в жилье для людей.
Вот откуда пошли наши новейшие технологии, думал Боб.
У жукеров были машины, изменявшие силу тяжести. Мы узнали, как они работают,
построили собственные, установили их в Боевой школе и там, где в них была нужда.
Но МКФ не сообщал о них. Люди испугались бы, знай они, какими высокими
технологиями располагают жукеры.
А что еще мы узнали от них?
Боб заметил, что и другие ребята пригибаются, проходя туннелями жукеров.
Комната, в которую они попали, имела в высоту около двух метров. Ни один из
ребят, конечно, не был такого роста, но все равно людям тут было как-то
некомфортно. Все время казалось, что потолок туннелей, хотя он и был поднят,
того и гляди рухнет им на голову. Конечно, раньше - до того, как туннели были
углублены, - было еще хуже. Вот Эндеру тут было бы интересно. Конечно, он тоже
ненавидел бы эту обстановку, так как был человеком. Однако это место дало бы ему
пищу для изучения психологии жукеров, что его очень интересовало. Конечно,
понять разум инопланетных существ невозможно. Но здесь был шанс хотя бы
попытаться это сделать.
Ребят разместили в двух комнатах. Петра получила крошечную отдельную каморку.
Помещения были еще более голыми, чем в Боевой школе, и всех непрерывно
преследовал холод камня, в который они были замурованы. На Земле камень был
прочным. А в космосе он почему-то ощущался как нечто пористое. Внутри камня было
множество пузырьковых пустот, и Бобу все время казалось, что через них воздух
постепенно вытекает наружу. Воздух вытекает, а на его место вползает космический
холод и что-то еще - может, личинки жукеров, которые прокладывают себе ходы в
камне, как земляные черви в грунте, а потом вдруг вылезут из пузырьковых пустот
ночью, когда в комнате темно, и поползут по лбу, читая мысли и...
Боб проснулся, тяжело дыша, крепко прижимая ко лбу ладонь. Он был так напуган,
что не мог рукой пошевелить.
Неужели что-то и в самом деле проползло по нему?
Ладонь оказалась пуста.
Хотелось снова уснуть, но побудка была уже так близка, что не стоило надеяться
на сон. Боб лежал, думая о разном.
Конечно, жуткий сон о личинках жукеров - просто кошмар.
Не было у них шансов остаться в живых. Но что-то будило в нем чувство страха.
Что-то беспокоило его, но догадаться, что это такое, Боб никак не мог.
Почему- то припомнился разговор с одним из местных техников, который обслуживал
имитаторы. Что-то случилось, с имитатором Боба во время тренировки, и внезапно
маленькие световые пятнышки, обозначающие корабли, летящие в трехмерном
пространстве, вышли из-под его контроля. К удивлению Боба, они не вернулись на
те места, где им был отдан предыдущий приказ. Вместо этого они начали сходиться,
расходиться и даже менять цвет, как будто перешли под чей-то чужой контроль.
Когда пришел техник и заменил перегоревший чип, Боб спросил его, почему корабли
не остановились или просто не стали дрейфовать куда-то? Техник ответил:
- Это часть имитации. Ведь здесь имитируются действия капитанов или пилотов
кораблей. Адмирал, отдающий им приказ, - это ты, но в каждом корабле
присутствует имитация капитана и пилота. Когда твой контакт с ними прерывается,
они начинают действовать самостоятельно, как действовали бы реальные люди, если
бы потеряли контакт со своим командованием. Сечешь?
- Мне это представляется излишним усложнением игры.
- Слушай, мы на работу над этими имитаторами угробили чертову прорву времени, -
сказал техник. - Они точно воспроизводят боевую обстановку.
- За исключением, - сказал Боб, - временного лага.
Техник тупо посмотрел на Боба, будто не понимая, что он говорит.
- Ага, правильно! Временной лаг!
А он тут просто был ни к чему. Вот этот непонимающий взгляд и встревожил Боба.
Эти имитаторы были почти совершенны. Они имитировали сражения с максимальной
точностью, но тем не менее почему-то не учитывали временного лага, который был
присущ связи, работавшей со скоростью света.
Расстояния, которые имитировались, были достаточно велики, чтобы разница во
времени между отдачей приказа и его получением составляла несколько секунд.
Здесь же связь принималась как мгновенная. А когда Боб задал тот же вопрос
учителю, который обучал их основам работы с имитаторами, тот отмахнулся от него:
- Это всего лишь имитация. У вас еще будет возможность привыкнуть к временному
лагу, когда начнутся тренировки в натуре.
Уже тогда это показалось Бобу примером тупого военного мышления, но теперь он
почувствовал глубоко спрятанную ложь. Если в программе были запрограммированы
даже реакции пилотов и капитанов на случай утери связи, то и временной лаг в ней
должен был обязательно присутствовать. Причина, по которой эти корабли
имитировались с немедленной реакцией на приказ, заключалась в том, что такая
имитация военных действий точно соответствовала реальности.
Лежа в темной казарме, Боб сделал окончательный вывод. Если подумать хорошенько,
то этот вывод сам напрашивался. Контроль над гравитацией был не единственной
новинкой, позаимствованной у жукеров. Другой новинкой была связь быстрее
скорости света. Это был полный секрет для жителей Земли, но их корабли могли
общаться друг с другом мгновенно.
А если могут корабли, то почему не может Штаб флота на Эросе? Какова же
дальность такого рода связи? Может быть, расстояние вообще не играет роли? Или
эта связь просто быстрее света, и на каких-то огромных расстояниях у нее
появляется свой временной лаг?
Ум Боба метался между этими возможностями и теми последствиями, которые из них
вытекают. Наши патрульные корабли могут сообщать о приближении врага задолго до
того, как его корабли появятся вблизи Земли. Они, надо думать, за многие годы
могут предупредить о силах врага и об их скорости. Вот почему учителя стали так
торопиться с нашим обучением - они давным-давно знали о начале Третьего
Вторжения.
И сразу пришла другая мысль: если это новая связь не зависит от дальности, тогда
мы можем разговаривать даже с нашим атакующим флотом, который послан против
планеты муравьеподобных сразу после окончания Второго Вторжения. Если наши
звездолеты шли со скоростью, близкой к скорости света, относительный временной
дифференциал, конечно, затрудняет связь, но уж если превращать чудеса в быль, то
и эта трудность вполне разрешима. Тогда нам результат нападения на планету
жукеров станет известен спустя несколько мгновений после завершения самой
операции. А если эта связь такая мощная, то при наличии многих несущих частот
Штаб мог бы наблюдать за ходом сражения и даже ввести его в имитаторы...
Имитация битвы... Каждый корабль экспедиционного корпуса непрерывно подает сигналы
о своем местонахождении.
Мы получаем эти данные, вводим их в компьютер..., и что из этого получаем? Ту
самую имитацию, с которой имеем дело, когда тренируемся.
Мы тренируемся командовать кораблями, которые находятся не вблизи Солнечной
системы, а во многих световых годах от нее! Посланы в рейд капитаны и пилоты, а
адмиралы, которые будут ими командовать, - они здесь! Их отбирали в течение
нескольких поколений. Они - это мы!
Это озарение поразило Боба как молния. Он сам не осмеливался поверить в такую
возможность, хотя в ней было куда больше смысла, нежели в других, куда более
реалистических сценариях. Во-первых, прекрасно объяснялось то, что они
тренировались с кораблями устарелых моделей. Флот, которым им предстояло
командовать, был построен много лет назад, когда эти модели были новенькими и
самыми лучшими.
Нас тащили через Боевую школу и Тактическую не потому, что флот жукеров
приближался к Солнечной системе. Нас торопили, так как
...Поділитися у соцмережах
