Жанр: Научная фантастика
Два шага до горизонта
......
Слуга кинулся исполнять приказание только после того, как Сирх незаметным жестом
указал ему пальцем на дверь.
Сирх с первого же взгляда узнал Граиса, появившегося во дворе в сопровождении
трех вооруженных шалеев, не спускающих с него глаз. Руки Граиса были скованы
кандалами, цепь от которых тянулась к металлическим кольцам, обхватывающим
щиколотки. В первое мгновение лицо преподобного напряглось, пальцы судорожно
вцепились в подлокотники. Но, сделав глубокий вдох, Сирх снова взял себя в руки
и безмятежно улыбнулся.
- Ну вот он, наш красавец! - судебный вершитель чуть повернул кресло, чтобы
видеть арестованного и, устроившись поудобнее, подобрал полы мантии. - Что
скажешь, преподобный?
- Впервые вижу этого человека, - продолжая улыбаться, произнес Сирх. - Он такой
же Граис из Сиптима, как я - кахимский наместник.
- Ты узнал меня, Сирх, - спокойно произнес Граис.
Он сделал попытку подойти ближе к столу, но шалей заставил его остановиться,
схватив сзади за ворот.
- Обращаясь ко мне, следует говорить "преподобный", - снисходительно заметил
Сирх.
- Прежде я называл тебя просто Сирхом, - ответил Граис. - Но, если ты так
хочешь, я могу обращаться к тебе и таким образом.
- Будь так любезен, - язвительно улыбнулся Сирх. - Ты говоришь, что мы с тобой
знакомы, но мне даже неизвестно твое имя. Быть может, ты назовешь нам его?
- Кого ты хочешь обмануть, Сирх? - сказал Граис и, улыбнувшись, сам себя
поправил: - Преподобный Сирх. Ты отлично знаешь, кто я такой.
- Тяжелый случай... - Сирх сокрушенно покачал головой и, наклонившись через стол
к кахимцу, с усмешкой добавил: - Похоже, мы имеем дело не просто с самозванцем,
а с безумцем, который и сам верит в то, что он Граис из Сиптима.
Мистелий Глат хохотнул, дав тем самым понять, что оценил шутку преподобного.
- Итак, - снова обратился Сирх к Граису. - Ты настаиваешь на том, чтобы тебя
называли Граис из Сиптима?
- Можешь называть меня, как тебе угодно, - ответил Граис. - Имя ничего не меняет
ни в моем Пути, ни в твоем. Но ты можешь попытаться изменить свой Путь, если
согласишься выслушать меня.
- О чем ты собираешься со мной говорить? - насторожился Сирх.
- Ты хочешь, чтобы я при всех назвал конечную точку твоего Пути, к которой ты
так стремишься? - с лукавой улыбкой спросил Граис.
Невольно вздрогнув, Сирх бросил быстрый испуганный взгляд в сторону Мистелия. Но
тот, похоже, не придавал никакого значения словам Граиса.
- Конечная точка моего Пути мне и самому известна, - торопливо ответил Граису
Сирх. - А знаешь ли ты, что ждет тебя в ближайшем будущем?
Граис улыбнулся и, опустив взгляд к мозаичному полу, покачал головой.
- Не пытайся играть со мной в слова, Сирх, - сказал он, взглянув прямо в глаза
преподобному. - За истекшие годы ты не достиг больших успехов в риторике.
- Глупец, - откинувшись на спинку кресла, Сирх свесил руки через подлюкотники. -
Тебе бы следовало вести себя более почтительно. Или ты не понимаешь, что я имею
возможность облегчить твою незавидную участь.
- Все, что ты мог бы для меня сделать, ты уже делаешь, - невозмутимо ответил
Граис.
- Что ты хочешь этим сказать? - удивленно поднял бровь Сирх.
- Поднебесный направил мои стопы к тебе для того, чтобы я услышал, как ты
отрекаешься от своего учителя, чье учение ты пытаешься проповедовать. Но твоя
ошибка, Сирх, заключается в том, что, говоря от имени Поднебесного, ты прежде
всего думаешь о себе самом, а не о тех, к кому обращены твои слова. Именно
поэтому ты никогда не сможешь встать вровень со мной.
- Врешь! - Сирх сдавил руками подлокотники так, словно уже вцепился в горло
Граиса. Глаза его горели ненавистью. - Я уже достиг большего, чем когда-либо
сможешь добиться ты!
- Преподобный, - удивленно посмотрел на Сирха кахимец. - Ты, похоже, начинаешь
принимать этого мошенника всерьез.
- Он попытался вывести меня из терпения, и у него это, кажется, получилось, -
криво усмехнувшись, Сирх быстро провел ладонью по внезапно покрывшемуся
испариной лбу. - Эй, ты, - небрежно махнул он рукой в сторону Граиса. - Если ты
выдаешь себя за Граиса из Сиптима, так, может быть, продемонстрируешь нам какоенибудь
из его чудес? - Повернувшись в сторону Мистелия Глата, Сирх весело ему
подмигнул. - Сейчас увидим, что это за Граис.
- Это совершенно излишне, - спокойно ответил Граис. - Ты и без того знаешь, кто
я такой.
- Но все же, - Сирх сделал приглашающий жест рукой. - Мы просим тебя. Сотвори
что-нибудь простенькое, незатейливое... - Сирх огляделся по сторонам. Взгляд его
остановился на заполненном водой бассейне. - Например, пройдись по воде! Граис
подобное проделывал не раз.
- Кому как не тебе знать, что я никогда такого не делал, - ответил Граис.
- Минос, ты видел, как Граис ходил по воде, словно это была суша?
С того самого момента, как во дворе появился Граис, Минос сидел, зажав руки
между коленями и не поднимая глаз от стола. Услышав обращенный к нему вопрос
Сирха, Минос вздрогнул так, словно его коснулись раскаленным концом копья.
- Да, - не глядя в сторону Граиса, кивнул он. - Да, конечно... Конечно же,
видел... Все так, как ты говоришь, преподобный!..
Голос Миноса взвизгнул на полуистеричной ноте, и Сирх взмахом руки велел ему
умолкнуть.
- Ну так что? - снова посмотрел Сирх на Граиса. - Если ты желаешь побеседовать
со мной, то сначала продемонстрируй что-нибудь, дабы убедить меня в том, что ты
именно тот, за кого себя выдаешь.
- Быть может, ты хочешь, чтобы я избавил тебя от болей в животе, мучающих тебя?
- усмехнувшись спросил Граис.
Сирх, словно ужаленный, вскочил с кресла.
- Уберите этого самозванца из моего дома! - заорал он, взмахнув рукой. - Ты
несчастный безумец!.. Вместо того, чтобы покаяться в своих прегрешениях, ты
решил навлечь на себя мой гнев?! Что ж, можешь считать, что тебе это удалось!..
- Успокойся, преподобный...
Не на шутку напуганный столь мощной и внезапной вспышкой эмоций со стороны
Сирха, Мистелий Глат знаком велел шалеям немедленно увести арестованного и,
схватив преподобного за руку, попытался усадить его на место. Сирх, почти не
понимая, что он делает, отбросил руку кахимца в сторону.
- Тебе это удалось! - снова крикнул он в сторону удаляющегося Граиса. - Я буду
требовать для тебя незамедлительной и самой мучительной казни!..
- Успокойся, преподобный! - снова воззвал к Сирху Мистелий.
Сирх без сил упал в шезлонг. Боль в животе сделалась почти нестерпимой. Сирх
выхватил из рук слуги кувшин с красным крепким вином, проливая на скатерть, до
краев наполнил свой бокал и залпом осушил его. Откинувшись на спинку кресла,
Сирх впился пальцами в подлокотники. Через пять вдохов боль в животе
успокоилась. Напряжение понемногу исчезало с лица Сирха.
- Ну и напугал же ты меня, преподобный, - с сочувствием глядя на Сирха, покачал
головой Мистелий Глат.
- Извини меня, почтеннейший, - через силу улыбнувшись, ответил Сирх. - Но этому
безумцу действительно удалось вывести меня из терпения.
- Стоило ли так волноваться из-за какого-то проходимца, которого через пару дней
повесят? - в полнейшем недоумении Мистелий изогнул губы дугой.
- Тебе, наверное, трудно будет это понять, Мистелий, - Сирх на ходу пытался
придумать убедительный ответ на вопрос кахимца. - Но, когда речь заходит о
Поднебесном... Мы, йериты, весьма щепетильны в религиозных вопросах...
- Но разве речь шла о Поднебесном?
- Речь шла о Пути. А это, по сути, то же самое.
- Похоже, этот безумец представляет собой угрозу для общества, - снова покачал
головой Мистелий. - Во время побега из тюрьмы он со своими сообщниками убил
четырех шалеев.
- Он, несомненно, опасен, - согласился с кахимцем Сирх. - Он не только убийца,
но еще и смутьян. Я бы посоветовал тебе, Мистелий, не отправлять преступника в
Халлат - дорога неблизкая, а в пути всякое может случиться, - а казнить его
прямо здесь, в Меллении... Конечно же, испросив на то разрешение у наместника!
Судебный вершитель, чтобы скрыть смущение, пару раз провел ладонью по бороде.
Ему было неудобно отказывать человеку, столь радушно принимающему его в своем
доме, но и лишние проблемы ему были ни к чему.
- Ты ведь знаешь, преподобный, что после реформы судебного права, проведенной
недавно наместником, только он один имеет право выносить смертные приговоры на
всей территории Йера. Поэтому всякого преступника, которому грозит смертная
казнь, следует доставить в Халлат. - Мистелий посмотрел на Сирха и беспомощно
развел руками. - Закон есть закон.
Сирх разочарованно дернул подбородком. Но возразить ему было нечего - судебный
вершитель был совершенно прав.
- Когда отправляется обоз в столицу? - спросил Сирх.
- Завтра на рассвете, - ответил Мистелий.
- Надеюсь, что на этот раз сбежать ему не удастся, - процедил сквозь зубы Сирх.
- Не беспокойся, преподобный, - кахимец успокаивающе похлопал Сирха по ладони,
лежащей на подлокотнике. - За ним будут следить так, как не следили еще ни за
одним арестантом. Ты сам видел, сколько солдат согнали в Меллению. Так что с
охраной для обоза проблем не будет.
Глава 9
Видя, что преподобный Сирх пребывает далеко не в лучшем расположении духа,
судебный вершитель Мистелий Глат поспешил удалиться. Тем более что обед был
закончен, а день продолжался, и вереди его еще ожидало множество важных дел,
связанных с предстоящей отправкой в столицу опасного преступника.
Сирх приказал слугам оставить на столе только вино, фрукты и лед, а самим
убираться.
- А ты останься! - строго глянул Сирх на Миноса, заметив, что тот тоже норовит
ускользнуть следом за кахимцем.
- Но я... - на лице Миноса проскользнула робкая улыбка. - Я только хотел...
Сирх поморщился, словно от кислого вина.
- Садись, - негромко произнес он. С тех пор, как Сирх стал официальным идеологом
при кахимском наместнике в Йере, Минос всегда находился рядом с ним. Как верная
гарата... Только очень трусливая... Плохо это или хорошо - не поймешь...
"Слаб человек, ох как слаб, - думал Минос, глядя на развалившегося в шезлонге
Сирха. - Нужно было уйти прямо тогда, когда все только начиналось... Когда это
еще было возможно сделать... Но прельстила спокойная жизнь в отблесках славы
преподобного Сирха. А сейчас... Куда податься сейчас? Я превратился в тень
Сирха, а разве может тень существовать отдельно от своего хозяина?..."
- Садись ближе, - сказал Сирх, и Минос поспешно исполнил приказ, пододвинув свое
кресло к шезлонгу преподобного.
Сирх поставил рядом два больших бокала и до краев наполнил их крепким красным
вином. На этот раз рука его была твердой, и на скатерть не упало ни единой
капли. Подцепив пальцами, преподобный бросил в каждый бокал по куску подтаявшего
льда.
- Пей, - сказал Сирх, поднимая свой бокал.
Минос пил мало, отдавая предпочтение слабым сладким винам, немногим отличающимся
от соков.
Порция вина, налитая в бокал, составляла его обычную дневную норму. Но, не
посмев отказаться, Минос пригубил предложенное преподобным вино.
Сирх залпом осушил свой бокал. Боль, вновь начавшая было скрестись в животе,
утихла, едва алкоголь начал всасываться слизистой желудка. Приятная истома
разлилась по телу, голова слегка закружилась. Губы преподобного расплылись в
довольной улыбке.
- Пей до дна, - сказал он, взглянув на все еще держащего свой бокал в руке
Миноса, и налил себе новую порцию вина.
Обреченно вздохнув, Минос начал быстро глотать терпкую, чуть кисловатую
жидкость, вкус которой не доставлял ему ни малейшего удовольствия. Опустошив
бокал, он поставил его на стол и вытер губы тыльной стороной ладони.
На не привыкшего к каждодневным массированным возлияниям Миноса спиртное
подействовало в гораздо большей степени, нежели на Сирха. В глазах его появился
бессмысленный блеск. Почувствовав себя легко и свободно, Минос непринужденно
развалился в кресле, подставив под щеку кулак, чтобы удержать внезапно
отяжелевшую голову.
- Закусывай, - Сирх бросил на колени Миносу ярко-красный плод акиса. - А то
совсем окосеешь.
Не наливая больше Миносу, Сирх опустошил еще один бокал вина.
- Ну, что скажешь? - спросил он, прожевав ягоду бельт и выплюнув косточку на
мозаичный пол.
- Это был Граис, - слегка заплетающимся языком произнес Минос.
- Это я и без тебя понял, - усмехнулся Сирх. - Он почти не изменился с тех пор.
- Почему же ты не пожелал говорить с ним, преподобный? - спросил Минос.
- А что, собственно, он мог мне сообщить?
- Но ты же сам хотел узнать, для чего он вернулся в Йер.
- Ну это и без того ясно, - махнул рукой Сирх. - Он вернулся, чтобы снова
проповедовать... Как был, так и остался неисправимым идеалистом, верящим в то,
что словом можно изменить мир. Если бы у него на уме было что-то другое, то и
вел бы он себя иначе.
- Но разве ты сам не веришь в силу слова? - с несвойственным для него лукавством
спросил Минос.
- А ты хитрец, Минос, - наклонившись, Сирх одобрительно похлопал Миноса по
плечу. - Словом действительно можно добиться многого. Но только в том случае,
если слово служит тебе, а не ты - слову, как это делает Граис.
- Граис хотел встретиться с тобой, и он добился этого, используя только слова, -
заметил Минос.
- Ну и что из того, - хмыкнул Сирх. - Он, видно, рассчитывал, что я, как
преданный ученик, паду к его ногам и вновь признаю его духовное лидерство...
Времена Граиса прошли, друг мой Минос. Теперь в Йере есть только один духовный
лидер - преподобный Сирх. И для другого здесь места нет. Граис не понял этого,
потому что слишком долго отсутствовал.
- Почему же в таком случае ты сделал вид, что не узнаешь его?
- Потому что живой Граис не нужен никому в Йере.
- В первую очередь он мешает тебе...
- Ты не видишь дальше собственного носа, Минос. Граис мне не страшен. Я
превратил религию в одну из структур, на которой держится государственная
власть. И если Граис попытается предпринять что-либо против меня лично, то
противостоять ему будет вся государственная машина, справиться с которой Граису
не по силам, кем бы он там ни был. Но живой Граис - это угроза новой смуты в
Йере, которая сейчас совершенно ни к чему. Нынешний порядок, существующий в
Йере, устраивает далеко не всех, но тем не менее это порядок, без которого
нормальная жизнь невозможна. Весть же о возвращении Граиса способна ввергнуть
страну в хаос, единственным результатом которого станет распад Йера и гибель
йеритов как нации. Протекторат Кахимской империи, который к тому же не продлится
вечно, это не худший вариант для отсталой и раздробленной страны, какой Йер был
до завоевания.
- Но в свое время учение Граиса объединило йеритов.
- И это было пределом его возможностей. В то время народ был готов пойти за
Граисом куда угодно, а он вместо этого исчез на пятнадцать лет. И вот сейчас,
когда все волнения и страсти, которые он в свое время вызвал, улеглись, он
надумал вернуться... Я не боюсь Граиса, но мне страшно за мой народ. Общество,
во главе которого стоит мечтатель, пусть даже проповедующий самые благие идеи,
обречено на гибель. Идти за ним, это все равно, что следовать за слепым
поводырем.
Какое-то время Минос задумчиво жевал акис.
- Почему бы тебе не поговорить об этом с Граисом? - спросил он как бы между
прочим.
- Разве ты забыл, кто был создателем учения о Пути к Поднебесному? - Сирх снова
наполнил свой бокал вином. - Граис давно уже определил для себя конечную точку
своего Пути, свернуть с которого для него все равно что предать самого себя.
Нет, - Сирх поднял бокал и сделал из него большой глоток. - Граис никогда бы не
признал своей ошибки. К тому же, если бы я согласился побеседовать с ним, то это
непременно вызвало бы определенные сомнения и подозрения у судебного вершителя
Мистелия Глата. А так он вместе с Граисом отправит в Халлат письмо, в котором
сообщит наместнику, что ни я, ни ты не признали в арестованном Граиса из
Сиптима. Соответственно, и наместник будет относиться к нему только как к
разбойнику и самозванцу. Таким образом, участь Граиса фактически уже предрешена
- через несколько дней он будет казнен за побег из тюрьмы и убийство шалеев.
Хвала Поднебесному, теперь мы навсегда избавили от него и себя, и Йер. Сирх
отсалютовал бокалом и тотчас же осушил его.
- В принципе не могу не согласиться с такими рассуждениями, - произнес
незнакомый голос за спиной Сирха.
Минос и Сирх одновременно вскочили со своих мест. Сирх, пошатнувшись, едва не
опрокинул стол.
- Вот только вывод из них сделан совершенно ошибочный, - закончил свою мысль
незнакомец, стоящий позади шезлонга, в котором только что сидел Сирх.
Незнакомец был высок и худ. Одет он был в довольно странный облегающий тело
костюм черного цвета. Длинные темные волосы незнакомца были гладко зачесаны
назад и перехвачены на затылке тонким шнурком. Губы его, чуть изогнутые
ироничной ухмылкой, обрамляла полоска тонких черных усиков и полукруг небольшой,
аккуратно подстриженной бородки. Нос незнакомца был слищком тонкий и длинный, а
кожа слишком бледной для йерита. Но в целом он выглядел как обыкновенный
человек.
- Стражу звать не нужно, - предупреждая намерение Сирха, поднял руку незнакомец.
- Я исчезну так же незаметно, как появился, прежде, чем твои люди прибегут сюда.
- Кто ты такой? - с трудом выдавил из, себя Сирх.
- Не имеет значения, - небрежно махнул рукой человек в черном.
Обойдя вокруг стола, он опустился в кресло, в котором до этого сидел судебный
вершитель, и непринужденно закинул ногу на ногу. Взяв со стола графин с желтым
якахимским вином, незнакомец поискал взглядом чистый бокал и, не найдя такого,
сделал глоток прямо из горлышка.
- Восхитительный букет! - произнес он, блаженно зажмурив глаза.
- Кто ты такой? - опершись руками на стол, снова повторил свой вопрос Сирх.
Незнакомец вел себя удивительно спокойно, и это, как ни странно, вселяло
уверенность и в самого преподобного. Если бы человек в черном был наемным
убийцей, подосланным к нему врагами, то не сидел бы вот так, закинув ногу на
ногу, а делал бы свое дело.
Все же преподобный счел нужным задать еще один вопрос:
- Как тебе удалось пройти мимо стражи?
- На первый твой вопрос я уже ответил, - сказал незнакомец. - А что касается
второго... - Он приподнял графин, который держал в руке, и стал любоваться тем,
как играют, преломляясь в вине, солнечные лучи. - Попроси кого-нибудь из слуг
принести бокал для меня. Это и станет ответом на твой второй вопрос.
- Я тебя не понимаю, - медленно покачал головой Сирх.
- Поймешь, когда сделаешь то, что я сказал, - незнакомец бросил взгляд на
застывшего столбом с испуганно вытаращенными глазами Миноса и коротко приказал:
- А ты сядь.
Колени у Миноса подломились, и он без сил упал на свое кресло.
- А если я велю слуге позвать стражу? - наклонив голову к плечу, вкрадчиво
спросил Сирх.
- Не думаю, что ты захочешь выглядеть в глазах слуги идиотом, перебравшим вина
сверх всякой меры, - усмехнулся человек в черном.
- Ты думай, что говоришь! - от первоначального испуга Сирха не осталось и следа.
Теперь глаза его метали яростные молнии, способные, казалось, испепелить
наглеца. - Перед тобой стоит преподобный Сирх...
- Ты что, думаешь, я сам не знаю, к кому пришел в гости? - человек в черном
насмешливо покачал головой. - Кстати, можешь присесть. У нас будет спокойная,
дружеская беседа.
Сирх приоткрыл рот, собираясь что-то ответить незнакомцу на его дерзость, но
вместо этого опустился в свой шезлонг и дважды звонко хлопнул в ладоши. Тотчас
же из дома выбежал слуга и, в одно мгновение оказавшись рядом со столиком,
изогнулся в почтительном поклоне.
- Чтоугодно господину?
- Принеси бокал для нашего нового гостя, - сказал Сирх, небрежно махнув рукой в
сторону кресла, в котором сидел человек в черном.
Приподняв голову, слуга посмотрел на незнакомца, словно на пустое место. Затем
перевел удивленный взгляд на Сирха.
- Простите, господин, - испуганно и подобо страстно пробормотал он. - Я,
кажется, не совсем понял ваш приказ...
- Что тут непонятного? - раздраженно взмахнул руками Сирх. - У нас новый гость,
и ему нужен чистый бокал!
- Гость?..
Слуга снова посмотрел на то место, куда указывал преподобный. Взгляд его
скользнул по обивке пустого, как ему казалось, кресла. Незнакомец же между тем,
наблюдая за недоумевающим слугой и кипящим от гнева Сирхом, надувал щеки и едва
сдерживался, чтобы не разразиться безудержным хохотом.
- Сколько мне еще ждать! - в ярости взревел Сирх. - Ты что, не можешь просто
принести чистый бокал?!
- Да-да, конечно, чистый бокал, - пролепетал слуга и, сорвавшись с места,
скрылся в доме.
Сирх не успел даже дух перевести после крика, а слуга уже вернулся с бокалом в
руке. Стоя перед преподобным, он снова странным взглядом посмотрел на кресло, в
котором, по словам Сирха, должен был сидеть новый гость, но которое, как он
видел, на самом-то деле было пустым.
- Поставь на стол и убирайся! - рявкнул на слугу Сирх.
Слуга исчез с глаз долой, наверное, раньше, чем Сирх закончил фразу.
- Ну и что все это значит? - спросил Сирх у человека в черном, когда они снова
остались втроем.
- Это значит, что ваш слуга меня не видел, - улыбнувшись, ответил тот и, взяв в
руки графин, наполнил принесенный слугой бокал,
- Ты его видишь? - настороженно спросил Сирх у Миноса.
Тот, судорожно сглотнув, уверенно кивнул.
- Ты призрак? - спросил Сирх у незнакомца.
- Ни в коем случае! - возмущенно взмахнул свободной рукой тот. - Я человек из
плоти и крови, такой же, как вы! Просто я обладаю некоторыми способностями,
которые вы, наверное, назвали бы сверхъестественными.
- Ты можешь становиться невидимым?
- Я могу заставить людей не замечать меня.
- Хорошо, - благосклонно наклонил голову Сирх. - Ты объяснил, как тебе удалось
попасть в дом. Теперь, может быть, скажешь, зачем ты сюда пришел?
- Я пришел для того, чтобы дать тебе дельный совет, Сирх.
- Преподобный Сирх, - поправил незнакомца хозяин.
- Оставь свои игры, - поморщился тот. - Давай лучше поговорим о деле.
- Разве у нас с тобой есть какие-то общие интересы? - Сирх придал лицу
удивленное выражение.
- Есть, - уверенно кивнул незнакомец. - Граис из Сиптима, с которым ты сегодня
встретился после пятнадцатилетней разлуки.
- А, ты о том самозванце...
- Хватит, Сирх, - лицо незнакомца сделалось строгим, взгляд - жестким и волевым.
- Мы оба прекрасно знаем, о ком идет речь. И он тоже, - кивком указал незнакомец
на Миноса.
- Понятно, - злорадно улыбнулся Сирх. - Ты подслушал наш разговор и теперь
собираешься шантажировать меня. Но у тебя нет никаких доказательств...
- Мне нет нужды подслушивать, о чем ты болтаешь со своим прихвостнем, - прервал
Сирха человек в черном. - Обо всей этой истории я знаю больше тебя. Я знаю, кто
такой Граис, где он пропадал пятнадцать лет и зачем снова вернулся в Йер.
- Ты хочешь продать свою информацию?
- Я уже сказал, что хочу дать тебе совет. И, заметь, совершенно бесплатно.
- Хорошо, - натянуто улыбнулся Сирх. - Говори.
Незнакомец не спеша допил вино и поставил пустой бокал на стол.
- Ты совершенно напрасно думаешь, что навсегда покончил с Граисом, - откинувшись
на спинку кресла, он сложил руки на груди. - Ты считаешь, что очень ловко
поступил, отказавшись беседовать с ним, но на самом деле, если бы Граису было
нужно, он заставил бы тебя сделать это. Ведь и в твой дом он попал с помощью
Миноса, хотя тот на словах отказался помочь ему в этом. Граис не стал
разговаривать с тобой, Сирх, потому что, лишь взглянув на тебя, он понял - ты
уже не тот, каким он тебя помнил. Ты уже не боец... Не спорь со мной! - Человек
только приподнял руку, слова возмущения, готовые уже сорваться с языка Сирха,
застыли у него на губах. - Твоя ошибка, Сирх, заключается в том, что ты не
заручился поддержкой какой-либо реальной силы, кроме кахимского наместника.
Должно быть, ты забыл слова Граиса: "Единый корень может разделиться на десять
тысяч ветвей, а десять тысяч ветвей могут сойтись в одном корне". Ты же
уподобился старику, опирающемуся на клюку. Выбей палку у него из рук - и он
упадет. Лишившись поддержки наместника, ты, Сирх, станешь полнейшим
ничтожеством. А Граис для того и отправился в Халлат, чтобы убедить наместника
лишить тебя своей милости.
Сирх, в начале речи незнакомца пытавшийся еще вставить какие-то свои замечания,
теперь внимал ей, как завороженный. И по мере того, как человек в черном
говорил, Сирх словно бы становился меньше и незаметнее. Странный незнакомец
внушал ему дикий, подсознательный страх, который невозможно было контролировать,
Сирх ненавидел незваного гостя и в то же время боялся, что он вдруг исчезнет, не
высказав до конца того, зачем пришел.
- Твои мысли, Сирх, сделались медленными и неповоротливыми из-за непомерного
употребления вина, - продолжал человек в черном. - Твои проповеди, на которые
народ приходится сгонять насильно, внушают людям только раздражение и
разочарование. А что останется от йеритов, если они утратят и веру в
Поднебесного? Подумай, Сирх, на что способен человек, лишенный свободы и веры?..
И, кроме всего прочего, ты смертельно болен, хотя даже самому себе не желаешь в
этом признаться. Вот основные аргументы, которыми воспользуется Граис во время
беседы с наместником.
- Наместник не станет разговаривать с убийцей, - сдавленно прошептал Сирх.
- Ты ведь и сам не веришь в то, что Граис мог кого-то убить.
- Но, наместник...
- Граис сможет убедить в этом и наместника. Ты ведь знаешь, как он умеет
убеждать людей. К тому же, если наместник и не поверит ему до конца, то для
него, как для прагматика, не составит большого труда закрыть глаза на прошлое,
если Граис предложит ему вариант реформирования религиозно-идеологической
политики, проводимой империей в Йере, результатом чего станет упрочение
положения наместника и долгие годы покоя и мира на подвластной ему территории.
- Нет! - Сирх протестующе взмахнул руками, словно пытаясь отбросить от себя
слова странного незнакомца. - Сущий бред! Ты хочешь сказать, что Граис
попытается занять мое место?
- Тебя это удивляет?
- Нисколько. Я знаю, что такого просто не может быть. Граис учил людей смиренно
принимать власть такой, какая она есть, но сам он никогда не станет служить
никакой
...Закладка в соц.сетях
