Жанр: Научная фантастика
Хроники 33 миров 9. Джокер и палач
...отивном случае моим
потугам противостояла бы защитная система "вигвама". Причем система, работавшая на
полном "фулпруфе". То есть выключить ее ни я, ни мой партнер не могли - ни каждый в
отдельности, ни оба вместе взятые. Создатели купола предусмотрели и возможность
неожиданного сумасшествия всех его обитателей (в общем-то это стандартная мера
безопасности на всех удаленных от цивилизованных мест станциях).
- Вот что, - наконец изрек сэр Стрит. - Пойду-ка я гляну, что же там такое
творится у нас в гараже... А вас я попрошу постеречь нашего Робби, чтобы с ним еще чего не
приключилось.
- Тогда уж и принесите сюда чемоданчик с экспресс-лабораторией, - попросил я.
К тому моменту, когда растерянный сэр Джонатан по селектору сообщил мне, что
Робби находится на месте, я уже понимал, что место Джокера занял вовсе не наш Робби.
Внимательно присмотревшись, я сообразил, что передо мной какая-то странная пародия на
дистанционный манипулятор. И пародия эта лишь внешне, и то на первый взгляд,
напоминала Робби. Когда я принялся разглядывать странную штуковину, то увидел легкое
несоответствие пропорций между ее частями. Потом я пригляделся к "суставам"
механических рук и ног этого механизма. Они были устроены вовсе не так, как это было
сделано в механизме нашего робота. И уж окончательно убедили меня надписи, тут и там
украшавшие корпус и отдельные части этой штуковины.
Убедили в том, что я вижу перед собой нечто чуждое нашей привычной технике.
Надписи на нашем Робби были вполне понятными техническими указаниями. Вроде
того, куда что присоединять и куда не стоит соваться из-за, скажем, высокого напряжения. А
эта уродливая пародия на дистанционный манипулятор несла примерно на тех же местах, что
и он, какие-то идиотские каракули, внешне напоминавшие обычные буквы, но и только. Ни с
одной буквой алфавита они и не думали совпадать. Естественно, прочитать эту бессмыслицу
было невозможно.
Когда в дверь склада протиснулся сэр Джонатан, запыхавшийся и вооруженный
чемоданчиком-лабораторией, я уже понимал, что находится передо мною.
- Хочешь, заключим пари? - спросил я. - Скажем, на одну вахту по камбузу. Я
скажу, откуда взялась эта штука, а потом проверим, - и кивнул: сначала - на странную
штуковину, потом - на чемоданчик.
- Не буду я пари заключать, - хмуро ответил сэр Стрит. - Я уже сам додумался. До
того же примерно, что и ты, полагаю...
Мы понимающе глянули друг на друга и принялись за проверку своих догадок. После
чего, отерев пот со лба, сэр Стрит хмуро буркнул:
- Он... Он и есть. Джокер окаянный. Ну и шуточки у него, доложу я вам...
- Думаю, что он не шутки шутить к нам притопал, - предположил я.
За время нашего пребывания на Скимитаре Джокер преображался около двенадцати
раз. Преображался в самые разные предметы. Всегда в неодушевленные. Предметы, образы
которых он принимал, были примерно одного размера, и масса у них была примерно такая
же, как у Джокера. Он превращался каждый раз в какую-то пародию на изображаемый
предмет. И каждый раз это превращение происходило без свидетелей. Когда мы установили
на складе видеокамеру и стали постоянно записывать наблюдаемую ею "картинку",
превращения прекратились - Джокер не менялся, пока мы не убрали видеокамеру.
Проклятая штуковина умудрялась каким-то образом определять, находится ли она под
наблюдением или нет. Скорее всего, регистрировала электромагнитные сигналы из
окружающей среды.
Приводить в действие карикатуру на Робби мы не решились. Точно так же, как и другие
воплощения Джокера. Например, когда тот стал каменным креслом (может быть, вернее
было бы сказать - троном), то никому из нас и в голову бы не пришло сесть в него.
В своих исследованиях мы не продвинулись, собственно говоря, ни на шаг. Оно и
неудивительно. Наша лаборатория была оснащена довольно простой техникой. Да и
ориентирована она была на работу с предметами Магии, наследие Предтеч. Сэр Стрит был
свято уверен в том, что Джокер конечно же - их рук дело. И каждый новый результат
интерпретировал именно в этом духе, все более укрепляясь в своей уверенности. Я же - чем
дальше, тем больше - такую уверенность терял.
Никогда и никакие изделия Предтеч не вели себя подобным образом. Почти все они
были рассчитаны на взаимодействие с нанороботами из окружающей среды. Джокер, похоже,
к нанотехнологиям отношения не имел. Артефакты Предтеч могли быть вообще непонятны,
они могли быть страшны, но... Но никогда они не были искаженным подобием окружающего
мира. Их всегда отличала простота и своеобразное изящество исполнения. Они впечатляли,
но не смешили. И совсем не предназначались для подражания изделиям людей. Нет, что-то,
как говорят, "не срасталось" в простейшей гипотезе о происхождении Джокера. К тому же и
изотопный состав материалов, из которых был изготовлен Джокер, был совсем не таким, как
у изделий Предтеч, найденных на Скимитаре.
Да, он был найден на планете, усеянной следами Предтеч. Но не они изготовили его. Он
- из другого Мира.
Может быть, из-за этой полной невозможности понять сущность и предназначение
Джокера стала нарастать моя неприязнь к нему. Я уже жалел о том, что принял поспешное
решение оставить Джокера у себя. Теперь я осознал, что это создание будет вовсе не деталью
декора моего жилища, а постоянным напоминанием о тщете моих потуг понять этого
посланца иной - может быть, еще существующей - цивилизации. Особой надежды на
"большую науку" Закрытого Мира я не питал. Она была лишь слабой пародией на науку
Старых Миров. Хоть какая-то надежда дожить до разгадки "проблемы Джокера" у меня была
бы, если бы я вернулся в Метрополию. Прихватив его с собой, разумеется. Но это было бы
слишком дорогой платой за решение одной из множества головоломок, которые осаждали
меня в лабиринтах космоархеологии.
Наверное, поэтому я позволил сэру Стриту выиграть у меня Джокера в магические
кости.
Я, наверное, просто подарил бы эту странность своему напарнику, но не тут-то было.
Уверенный в магической природе Джокера, Джонатан считал, что приобрести его может
лишь каким-то из узаконенных в "Магическом кодексе" способов. Одним из них, правда,
было дарение предмета Магии от чистого сердца. Но именно в чистосердечности моих
помыслов сэр Стрит и сомневался более всего. Он - чисто подсознательно - понимал, что я
просто хочу избавиться от ставшего мне неприятным предмета. Это и была та тень
неприязни, что проскользнула между нами. Но я постарался спустить конфликт на тормозах.
Поэтому пришлось согласиться на несколько партий в магические кости со столь
щепетильным партнером.
Такую верность "Магическому кодексу" сэр проявлял совершенно зря. Я напрасно
убеждал его в том, что на Скимитаре Магия не имеет той силы, которой ее наделяют
мириады нанороботов, кишащих во всех средах таких "инфцированных Магией" Миров, как
Джей, Шарада и Зараза. Там, в этих мирах, симбиоз сложнейших, на молекулярном уровне
сконструированных устройств, "суспензии" нанороботов и скрытых в толще недр
"кристаллических мозгов" образовывал подобие целостного организма. Предметы Магии в
нем играли роль собирающих информацию рецепторов и осуществляющих приказы системы
эффекторов. Но Скимитара была вовсе не таким Миром. Это был не действующий организм.
Это был склад. Запасник. Здесь, по моему убеждению, "Магический кодекс" не действовал.
Поэтому я абсолютно не опасался того, что, проигрывая в кости предмет, который не имел
отношения к Магии Предтеч, подвергаю хоть какой-то опасности себя и своего партнера.
За время работы на этой планете сэр Стрит собрал довольно богатую, хотя и весьма
бестолковую коллекцию предметов Магии. Я, разумеется, предлагал ему выставлять на кон
- против Джокера - самые малоинтересные экземпляры из этого собрания. А он - тоже
разумеется - держал марку и выставлял на кон самое что ни на есть ценное (в его, конечно,
представлении) из найденного им. В результате после первых трех партий я стал обладателем
довольно интересного для дилетанта набора поразительных артефактов Предтеч. Такое
везение очень досаждало мне. Тем более что играть в поддавки магическими костями - как,
впрочем, и обычными - мне никогда не удавалось. Да если бы даже такое удалось, опытный
в этих вопросах Джонатан был бы уязвлен в самое сердце и больше не сел бы со мной ни за
игровой стол, ни за какой другой. Так что играть приходилось честно.
Четвертую партию я - полагаю, с помощью божьей - завалил. И наконец сбыл с рук
ставшую мне обузой находку. А там подкатил и срок возвращения под родные теперь для
меня небеса Заразы.
Кстати, избавившись от Джокера, я достиг еще одной цели - более перспективной.
Дело в том, что, вручая эту находку сэру Стриту, я приобретал уверенность в том, что эта
странная игрушка не пойдет по рукам. Не будет приведена в действие - с непредсказуемыми
последствиями - каким-нибудь любопытствующим идиотом. Не будет использована в
недобрых целях. Сэр Стрит не выпустит такое приобретение из рук. Оно займет почетное
место в его коллекции и на все обозримое будущее останется в ней. Меня это вполне
устраивало".
Шишел задумчиво подпер голову кулаками и тяжело вздохнул. Записки Фландерса пока
не пролили света на то, что являл собой предмет, запертый им в крепко сколоченном шкафу.
Для прочтения у него оставался только один небольшой файл. Он был размещен на
космоархеологическом сайте местной сети. Который, кстати, и вел сам Фландерс.
Дмитрий почесал в затылке и вывел его содержимое на экран.,
"Мне стало известно, - обращался Фландерс "ко всем, кого это касается", - что
часть моих дневниковых записей периода моей работы на Скимитаре стала достоянием
гласности помимо моего согласия. Вторжение в память моего компьютера - это урок мне на
будущее. Отныне все мои записи я буду вести только на машине, не подключенной ни к
одной из сетей.
Я должен предупредить всех, кто проявляет или намерен проявить неумеренный
интерес к так называемому предмету Магии, именуемому "Джокер". Интерес этот не сможет
быть удовлетворен никем и никогда в обозримом будущем. Десять лет, прошедшие с того
времени, как я впервые увидел Джокера, я посвятил, среди прочих научных занятий, еще и
попыткам понять сущность своей находки. Я несколько раз посещал любезного обладателя
этого удивительного объекта. Провел с его согласия ряд дополнительных исследований и
измерений... И пришел к некоторым выводам. Чему помогли полученные за это время
доказательства наличия в Закрытом Мире иных разумных цивилизаций.
Должен поставить всех интересующихся в известность, что основным моим выводом
является то, что контакт с тем Миром, из которого пришел Джокер, требует от нас
величайшей осторожности. Своими выводами в их окончательной форме я намерен
поделиться только с очень узким кругом людей, в высокой степени ответственности которых
я уверен. И произойдет это не в ближайшем будущем.
Поэтому настоятельно прошу вас, господа, прошу вас просто-напросто надолго забыть
о существовании предмета под названием "Джокер". И также, по возможности, о моем
собственном существовании.
Я не буду контактировать по обсуждаемой теме ни с представителями средств массовой
информации, ни с научными кругами. Вообще ни с кем из любопытствующих. Примите это
во внимание. На этом позвольте проститься с вами, господа".
Шишел задумчиво побарабанил своими массивными пальцами по столу, взял трубку
мобильника и набил на клавиатурке номер справочной.
Узнать номер канала связи Рафаэля Фландерса оказалось задачей не для среднего ума. В
базе данных справочной Семи Городов доступ к этому номеру был ограничен, и простым
смертным его не сообщали. Шишелу пришлось задействовать своих знакомых в одном-двух
Доблестных Орденах и в Городской связи. После чего он наконец смог услышать в трубке
голос электронного секретаря доктора Фландерса. Секретаря интересовало, кто и по какому
делу желает переговорить с доктором.
- Передайте доктору, - терпеливо объяснил Шишел, - что с ним хочет поговорить
член Комитета Мстителей за смерть сэра Джонатана Стрита. Именно по поводу некоторых
обстоятельств этой смерти...
После паузы голос секретаря осведомился:
- Назовите ваше имя, пожалуйста. Шишел назвался.
После чего почти мгновенно голос секретаря сменился взволнованным и слегка
дребезжащим голосом Фландерса.
- Насколько я понимаю, вы - не только... э-э... член Комитета... э-э... Возмездия...
Шишел не стал поправлять его. И Фландерс продолжил:
- Не только член Комитета, но и... Скажем так, близкий соратник покойного и... э-э...
человек, с которым сэр Стрит произвел свой последний обмен.
- Вы об этом знаете? - поразился Шишел.
- Покойный счел нужным уведомить меня об... Об этом. Буквально за считаные часы
до своей... э-э... До своей ужасной гибели...
- Вот как! - крякнул Шишел. И с тревогой поинтересовался: - Он вам по сети
написал?
- Н-нет... - торопливо заверил его Фландерс. - Мы с ним не доверяем сети. Она
слишком... мм... прозрачна. Мы пользовались услугами курьеров.
- Ну тогда вы понимаете, что нам надо поговорить. И что разговор наш будет не
телефонный.
- М-да... - согласился доктор космоархеологии. - Я сам подумал об этом. О том,
что мне надо с вами познакомиться. Но эта его гибель... Я, право, растерялся и не
представлял, как надо поступить... Вот что... - Голос дока приобрел решительность и
определенность. - Вот что. Вы можете немедленно приехать ко мне? Я живу на Речном
острове, и вы легко найдете мой дом...
Минуты две доктор объяснял, как именно можно до браться до его уединенного
коттеджа. Затем попросил не ставить в известность об этой встрече "никого лишнего, а
особенно - прессу". Шишел твердо заверил его в том, что уж кто-кто, а клятые журналюги
об их встрече не пронюхают.
На этой ноте разговор и закончился.
Не успел Шишел повесить трубку, как запел сигналом вызова громоздкий
стационарный блок связи на столе. Светящаяся точка индикатора показывала, что разговор
может проходить в видеорежиме. Дмитрий надавил на клавишу и, глянув на экран, обмер.
- Ого! - только и произнес он. Не ожидал увидеть вас, еле...
- Аббат Шануа, к вашим услугам, - торопливо перебил его человек с экрана. -
Филипп Шануа. Рад, что вы помните меня. Вы не находите, что неплохо было бы нам
встретиться. Мы давно не виделись. И, наверное, у каждого найдется что сказать друг другу.
Дмитрий почесал в затылке. Если уж в Закрытом Мире объявился федеральный
следователь Кай Санди в образе какого-то аббата, то дело приобретает совсем уж крутой
замес. Уже трудно понять, с кем и как надо переговорить в первую очередь...
- Вот что, - предложил он наконец. - У меня тут важный разговор на Речном
острове. Подъезжайте ко мне и если не возражаете...
- Нам, кажется, почти по пути, - перебил "аббат". - Только давайте поедем на
моем каре. Он лучше приспособлен для разговоров.
- Заметано, аббат! - прогудел Шишел. И, чуть подумав, добавил: - И с нами будет
еще одна штука... Но я думаю, что особых беспокойств она нам не доставит...
- Вам виднее, - пожал плечами "аббат". - Ждите. Я тут неподалеку. - И повесил
трубку.
Шишел крякнул, поднялся на тесноватый чердак и отыскал там большой пластиковый
короб - то ли от компа, то ли от кухонного комбайна. Вытряхнул из него всякий сваленный
в разные времена хлам и спустился с ним в кабинет. Перекрестившись, отпер шкаф и
некоторое время смотрел на Джокера. Тот не изменил своей внешности. По-прежнему
представал взглядам посторонних неуклюжим, кривобоким компом.
Шишел стал осторожно укладывать его в короб.
Теперь офис "конторы" Билли казался пустым. По крайней мере - если заглянуть в
окно. Или если смотреть от двери. Трое экспроприаторов укрылись кто за сейфом, кто за
столом и завешанной плащами вешалкой. Снаружи смолк звук подкатившего к дверям
фургончика.
Билли вошел в офис первым и бросил на стол пулемет. Шустрик с ходу бухнулся в
кресло. Чувырла замешкался и прибыл на место действия как раз к тому моменту, когда
Билли почуял что-то неладное.
Впрочем, почуял с опозданием. Экспроприаторы появились на сцене, как чертики из
коробки. Билли оценил наведенный ему в живот гарпун и спокойно поднял руки "в гору".
Чувырла попятился было в незакрытую еще дверь, но Тимоти крепким подзатыльником
пресек эту попытку. Тот не стал искушать судьбу и последовал примеру Билли. Шустрик
повел себя глупо - проигнорировал приставленный ему к горлу хитроумный меч и
схватился за ствол. И тут же получил сразу два заряда из электрошокеров. С тем он и
грянулся обратно в кресло - хотя и живой, но минут на десять-двадцать выбывший из игры.
Дальнейшее - укладка лихих людей носом вниз, их "упаковка" скотчем и изъятие
оружия, ключей от фургона и всех ключей вообще, найденных при налетчиках, -
происходило довольно деловито и без лишних слов. Тимоти весь остаток вчерашнего дня
посвятил тренировкам всех троих в этих умениях. Так что никаких эксцессов не произошло.
Только Билли нехорошо подмигнул занимавшемуся им Гринни и пообещал: "Ведь найду!"
Гринни молча наложил ему на уста пластырь и вслед за двоими другими экспроприаторами
покинул офис, стягивая по дороге маску. Только задержался, чтобы запалить купюру в сотню
баксов на алтарике Хурах-бин-Урраху - Неверному богу Побед. И запереть офис.
- Блин! У них здесь трупчик! - сообщил Сян, заглянув в кузов машины Билли. -
Какого черта они замочили Ры царя Дорог?
- Должно быть, оказался свидетелем, - предположил Гринни. - Вот они его и...
- Да нет, - возразил наклонившийся над бесчувственным сэром Смыгой Тимоти. -
Пульс есть.
Сэр Смыга, надо сказать, изрядно натерпелся за истекший десяток-другой минут. По
меньшей мере дважды он приходил в себя и пытался всякий раз объясниться с
окружающими. И всякий раз бывал отправлен в нокдаун.
Гринни расстегнул покоящуюся рядом с сэром сумку и только присвистнул.
Заглянувшие через его плечо Сян и Тимоти тоже каждый на свой манер выразили
восхищенное удивление. Тимоти крякнул, а Сян присел и уперся в бока руками. Гринни
строго откашлялся и торопливо застегнул сумку.
- А это что? - спросил Сян, кивая на громоздкий контейнер, занявший массу места
внутри фургона.
- А это и есть, наверное, инкубатор с драконьими яйцами, - предположил Гринни.
Он нагнулся над замком контейнера.
- Вот этот ключ, наверное, от этой штуки, - догадался Тимоти, перебиравший
реквизированные у Билли и Шустрика ключи. - На автомобильные ключи не похоже.
Гринни взял у него ключ, и тот действительно подошел к замку контейнера. Из-под
поднятой крышки контейнера пахнуло жаром. Яйца огнедышащей псевдорептилии видом
своим напоминали обкатанные морским приливом булыжники.
- Да, это наверняка они, - констатировал Гринни. И закрыл контейнер.
- Поехали! - скомандовал Тимоти. - Этого чудака, - он кивнул на исполняющего
обязанности Коннетабля, - по дороге пристроим где-нибудь на скамеечке. В местечке, где
меньше людей. В том же Воровском хотя бы. Авось оклемается. Война выиграна.
Через полчаса сэр Смыга действительно оклемался. И действительно на лавочке в
скверике, в глубине Воровского переулка. К тому времени весь Орден Дорог стоял на ушах.
В это положение его поставила белая в яблоках кобыла, отловленная Городской Стражей.
Кобылу ту, по кличке Мадемуазель, знали все Семь Городов. Городская Стража, надо
сказать, вечно пребывала в состоянии взаимной неприязни с целым рядом Доблестных
Орденов. Точнее, с теми из них, что ущемляли ее обязанности - то бишь брались на свой
манер поддерживать законность и порядок. Поэтому начальник транспортного департамента
Стражи позволил себе удовольствие лично доставить Мадемуазель в резиденцию Ордена
Дорог. В резиденции все ошалели - как-никак еще двух суток не прошло с тех пор, как
лихие люди отправили на тот свет Коннетабля Ордена. Теперь же что-то, по-видимому
дурное, приключилось с заместившим его сэром Смыгой. Все члены Ордена двинулись на
прочесывание городских улиц...
Что до господ экспроприаторов, то, мгновенно перегрузив добычу в машину Тимоти,
они бросили машину Билли на ближайшей платной стоянке. Сваленные в мешок
реквизированные стволы Гринни - от греха подальше - по дороге утопил в реке. Не
пришлось даже делать крюк - часть дороги проходила по довольно безлюдной набережной.
Через полчаса вся четверка была уже во дворике магазина Тимоти. Заперев сумку с
деньгами в офисе, Тимоти по мобильнику не без труда дозвонился до Енота. Тот не замедлил
примчаться за товаром. Контейнер ожидал его у ворот гаража Тимоти.
- Уффф! - вздохнул с облегчением Енот. - Ну, вы молодцы, ребята... Не подвели...
- Он нагнулся над контейнером. - А вы уверены, что вас не обштопали?
Тимоти помог ему открыть замок, и некоторое время они смотрели в жаркое нутро
переносного инкубатора, где дозревала дюжина здоровенных - каждое немногим меньше,
чем футбольный мяч, - яиц. Как выглядят настоящие драконьи яйца и как отличить их от
хорошо сделанных муляжей не знал никто из присутствующих, кроме, пожалуй, Микаэллы.
Она ограничилась только коротким кивком.
- Не извольте беспокоиться, - твердым голосом заверил менялу Тимоти. - Яйца,
считай, прямо от драконоводов. Из рук в руки. Забирай товар, и завтра не позже шести вечера
деньги на бочку.
Он решительно вернул крышку контейнера на место и защелкнул замок.
- За мной не заржавеет! - с энтузиазмом отозвался Енот. - Вы же меня знаете,
ребята!
Он с натугой поднял инкубатор и поволок его к загнанному во дворик магазина Тимоти
"лендроверу". Все четверо друзей смотрели ему вслед. На лицах всех четырех читалось
глубокое сомнение. Все еще не верилось, что Судьба так легко уступила им выигрыш в этой
игре.
- Ладно... - буркнул Тимоти. - Даже если бы яиц этих и вовсе не было, то все равно
"орликов" у нас хватает, чтобы разойтись с Секачом. И еще неслабая кучка останется. Пошли
пить, ребята.
Мобильник в кармане Енота заверещал, когда он отъехал на пару кварталов от
магазинчика Тимоти. Как-то нехорошо и свирепо заверещал. Енот в очередной раз
озадачился: стоит ли отвечать на звонок. Его преследовал иррациональный страх перед
Палачом. Но раз уж он и в силу своей природы, и по необходимости вынужден был
продолжать заниматься бизнесом, то не стоило бояться телефонных звонков. Не зарывать же
голову в песок на манер страуса. Дело есть дело. Вполне возможно, звонил Шишел. Мог ведь
уже докопаться до чего-то стоящего.
Енот поднес трубку к уху и буркнул: "Слушаю".
- Не вешай трубку, задница! - приказал ему хрипловатый голос- с
противоположного конца канала связи. - И слушай внимательно. Повторять не будем! Если
ты через полчаса не будешь в "Сумерках", то тебе придется съесть свои собственные яйца...
- Ты кто, придурок? - осведомился Енот, слегка шокированный, однако, такой
манерой начинать разговор.
Он взглянул на определитель номера. Номер ничего ему не сказал. Скорее всего,
звонили из питейного заведения. Из тех же "Сумерек", по всей видимости.
- Ты давай не груби! - снова приказным тоном скомандовал хриплый голос. -
Слушай внимательно. Это в твоих, блин, интересах! Приходишь один. И без пушки. И
вообще без фокусов. Ковыряльник имей при себе!
- К-какой ковыряльник? - искренне удивился Енот. На той стороне канала связи
наступила короткая пауза.
- Ты Челлини? Апостолос?
Впервые в голосе хамоватого собеседника прозвучало что-то похожее на
неуверенность.
- Что тебе от меня нужно? - вопросом на вопрос ответил Енот.
- Если ты - Челлини, то знаешь, про какой ковыряльник тебе толкуют. Не
придуряйся! Теперь вот что... Когда войдешь в "Сумерки", начни платочком лоб вытирать.
Чтоб тебя с кем другим не перепутать, - продолжал командовать невидимый нахал.
"Так этот дурень, вдобавок ко всему, еще и в лицо меня не знает!" - подумал Енот.
Почему-то именно это обстоятельство оскорбило его больше всего.
- Все понял? Повторять не буду. Не придешь - пожалеешь. Сильно пожалеешь!
В трубке зазвучал отбой. Енот недоуменно смотрел на трубку. Потом торопливо набрал
номер Шишела. Но у того канал был занят. Микис глянул на часы. Мысленно вознес молитву
Деве Марии, свернул в переулок и покатил в сторону Косого бульвара, на котором находился
бар с сомнительной репутацией "Сумерки".
В бар Енот вошел, как и было условлено, утираясь носовым платком. Это у него
получалось вполне натурально - холодный пот и впрямь мелким бисером покрывал его
чело. Он оглянулся направо-налево и направился к стойке. Двое крепеньких шпентов тут же
водрузились справа и слева от него. Один из них, кучерявый, являл образец плотной
комплекции, второй был незаурядно лопоух. Енот понял, что уже видел их. В Стриткасле.
Видел только мельком, из-за спины Палача, но запомнил их неплохо. Мороз продрал его по
коже.
- Закажешь нам по двойному "Бурбону", - без всяких предисловий распорядился
толстяк.
- Где ковыряльник? - набросился лопоухий.
Толстяк выразительно извлек из кармана здоровенный охотничий нож и принялся
чистить им ногти. Енот, стараясь сохранять невозмутимый вид, сделал заказ. Потом сказал:
- Ребята, объяснитесь... Какого черта вам от меня нужно?
- А такого, - зло произнес лопоухий, - что ты не свое взял. Придется отдать.
- Слушайте, парни, - взмолился Енот. - Перестаньте говорить загадками!
- А я тебе ясно говорю, - процедил сквозь зубы лопоухий. - Нам ковыряльник
нужен. Типа меч. Тот, что ты из Стриткасла увел. В ту ночь, когда Коннетабль богу душу
отдал.
Енота словно пыльным мешком по голове огрели. Он уже и думать забыл про клятую
железяку. И кому она только могла сдаться? И как на него сумели выйти эти субъекты? Они
же смылись с места преступления как ошпаренные! И до того, как он прикоснулся к мечу.
- Слушайте... - произнес он, тупо глядя, как сервисный автомат расставляет перед их
компанией емкости с выпивкой. - Не буду вам пудрить мозги. Меч был у меня. Только он
уже того... Ушел. Купили его у меня. Я что, по-вашему, антиквар, что ли? Мое дело - не
железки коллекционировать, а навар с торговли иметь.
...Закладка в соц.сетях
